Абердин, Джордж Гамильтон-Гордон

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Джордж Гамильтон-Гордон
George Hamilton-Gordon, 4th Earl of Aberdeen<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Джордж Гамильтон-Гордон</td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).</td></tr>

34-й премьер-министр Великобритании
19 декабря 1852 — 30 января 1855
Монарх: Королева Виктория
Предшественник: граф Дерби
Преемник: виконт Пальмерстон
Министр иностранных дел Великобритании
1841 — 1846
Глава правительства: Роберт Пиль
Монарх: Королева Виктория
Министр иностранных дел Великобритании
1828 — 1830
Глава правительства: лорд Веллингтон
Монарх: Георг IV
 
Вероисповедание: Протестантизм, англиканская церковь
Рождение: 28 января 1784(1784-01-28)
Эдинбург, Шотландия
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Лондон
Место погребения: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Династия: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Отец: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Мать: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Супруг: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Дети: Джордж (18161864)
Партия: Тори,
с 1850 годаПилиты
Образование: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Сайт: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Автограф: 128x100px
Монограмма: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Награды:
60px 60px Кавалер Большого креста Королевского венгерского ордена Святого Стефана
Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Джо́рдж Га́мильтон-Го́рдон, 4-й граф Аберди́н (англ. George Hamilton-Gordon, 4th Earl of Aberdeen; 28 января 1784, Эдинбург — 14 декабря 1860, Лондон) — английский политический деятель. 34-й премьер-министр Великобритании в 18521855 гг. Был одним из лидеров тори, а с 1850 года — пилитов. В 18281830 и в 18411846 занимал пост министра иностранных дел Великобритании.





Биография

Джордж Гамильтон-Гордон происходил из старинного шотландского дворянского рода Гордонов. Первоначальное образование он получил в Харроу, а в 1801 г. отправился в Кембридж и в том же году наследовал после своего деда титул графа Абердина.

Джордж Гамильтон-Гордон принимал участие в мирных переговорах в Амьене, после чего посетил Италию, Грецию и Малую Азию и вернулся из путешествия в 1804 г. через Россию и Балтийское море.

Политическая карьера

1806 — поступил в верхнюю палату в качестве шотландского представительного пэра, граф Абердин примкнул к партии тори, не принимая, впрочем, деятельного участия в политике; с особенным же пристрастием занимался научными исследованиями, в числе которых следует упомянуть его сочинение «Inquiry into the principles of beauty in Grecian architecture» (Лондон, 1822).

Файл:Georgehamiltongordonaberdeen.jpg
Гамильтон в 1829 году.

1813 — вёл переговоры о присоединении Австрии к коалиции против Наполеона I, заключил союзный договор в Теплице, склонил на сторону союзников неаполитанского короля Мюрата.

1814 — принимал участие в Шатильонском конгрессе; 31 марта вступил в Париж с союзниками. 18 июня 1814 г. возведён в звание пэра Великобритании с титулом виконта Гордона.

До 1828 г. занимался почти исключительно вопросами по сельскому хозяйству и в том же году был назначен сперва канцлером герцогства Ланкастерского, а потом, при Веллингтоне, министром иностранных дел. Занимая этот пост, он действовал в духе политики Меттерниха; враждебно относился к грекам, поддерживал Дона Мигеля и выказывал расположение к французскому министерству Полиньяка, хотя, впрочем, поспешил, не переставая придерживаться политики невмешательства, признать после июльского переворота воцарение Луи-Филиппа.

1830 — 16 ноября после вызванного реформенным движением роспуска кабинета Веллингтона и он сложил с себя должность. В короткий период промежуточного торийского министерства, с 14 ноября 1834 г. по 8 апреля 1835 г., Абердин занимал должность министра колоний.

1841 — в новом торийском кабинете Пиля вторично получил портфель министра иностранных дел; тут он стал доступен к более либеральным идеям, выказал в споре с Америкой много миролюбия, но старался также восстановить прежние хорошие отношения с Австрией и Россией и во время посещения в 1844 г. Лондона императором Николаем Павловичем не сопротивлялся, по крайней мере открыто, его восточной политике. Торговые реформы Пиля вполне были одобрены Абердином, и, когда вследствие введения их министерству пришлось выйти в отставку в конце июня 1846 г., Абердин стал в верхней палате во главе средней партии, так называемых пилитов.

1852 — в конце февраля он отклонил сделанное ему предложение вступить во вновь образованное министерство Дерби и после роспуска последнего в декабре того же года принял на себя образование коалиционного правительства, в котором заняли места пилиты, виги, радикалы и ирландские либералы. Несколько месяцев спустя наступил Восточный кризис, при котором Абердин сначала старался занять положение посредника; когда же он нашёл себя вынужденным после Синопского сражения объявить войну России, то был признан ответственным за вялое её ведение. К этому ещё присоединились раздоры с Расселом и Пальмерстоном, приведшие к падению правительства.

1855 — 1 февраля Абердин сдал печать королеве, наградившей его орденом Подвязки и впоследствии часто обращавшейся к нему за советами в государственных и частных делах. Долголетний опыт и честный образ действий Абердина как частного лица упрочили его влияние в верхней палате. До конца жизни граф Абердин интересовался искусством и наукой.

Наследовал графу Абердину его старший сын Джордж (28 сентября 1816 г. — 22 марта 1864 г.).

Напишите отзыв о статье "Абердин, Джордж Гамильтон-Гордон"

Литература

  • Balfour F., «Life of George, fourth earl of Aberdeen» v. 1-2. L., [1923]
  • Gordon, «The Earl of Aberdeen» (L., 1893).
  • «Correspondence between Dr. Chalmers and the Earl of Aberdeen» 1839—1840" (Edinburgh, 1893);

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Абердин, Джордж Гамильтон-Гордон

– Но Вы ведь бросали в костры тысячи книг только у нас в Венеции? Уже не говоря о других городах... Зачем же ещё они могут быть Вам нужны?
– Моя дражайшая колдунья, – улыбнулся Караффа, – существуют «книги» и КНИГИ... И то, что я сжигал, всегда относилось к первой категории... Пройдёмте со мной, я покажу Вам кое-что интересное.
Караффа толкнул тяжёлую позолоченную дверь, и мы очутились в узком, очень длинном, тёмном коридоре. Он захватил с собой серебряный подсвечник, на котором горела одна-единственная толстая свеча.
– Следуйте за мной, – коротко приказал новоиспечённый Папа.
Мы долго шли, проходя множество небольших дверей, за которыми не было слышно ни звука. Но Караффа шёл дальше, и мне не оставалось ничего другого, как только в молчании следовать за ним. Наконец мы очутились у странной «глухой» двери, у которой не было дверных ручек. Он незаметно что-то нажал, и тяжеленная дверь легко сдвинулась с места, открывая вход в потрясающую залу... Это была библиотека!.. Самая большая, которую мне когда-либо приходилось видеть!!! Огромнейшее пространство с пола до потолка заполняли книги!.. Они были везде – на мягких диванах, на подоконниках, на сплошных полках, и даже на полу... Их здесь были тысячи!.. У меня перехватило дыхание – это было намного больше библиотеки Медичи.
– Что это?! – забывшись, с кем здесь нахожусь, ошеломлённо воскликнула я.
– Это и есть КНИГИ, мадонна Изидора. – спокойно ответил Караффа. – И если Вы захотите, они будут Ваши... Всё зависит только от Вас.
Его горящий взгляд приковал меня к месту, что тут же заставило меня вспомнить, где и с кем я в тот момент находилась. Великолепно сыграв на моей беззаветной и безмерной любви к книгам, Караффа заставил меня на какой-то момент забыть страшную реальность, которая, как теперь оказалось, собиралась в скором времени стать ещё страшней...
Караффе в то время было более семидесяти лет, хотя выглядел он на удивление моложаво. Когда-то, в самом начале нашего знакомства, я даже подумывала, а не помог ли ему кто-то из ведунов, открыв наш секрет долголетия?!. Но потом он вдруг начал резко стареть, и я про всё это начисто забыла. Теперь же, я не могла поверить, что этот могущественный и коварный человек, в руках которого была неограниченная власть над королями и принцами, только что сделал мне очень «завуализированное» и туманное предложение... в котором можно было заподозрить какую-то нечеловечески-странную капельку очень опасной любви?!...
У меня внутри, всё буквально застыло от ужаса!.. Так как, будь это правдой, никакая земная сила не могла меня уберечь от его раненой гордости, и от его мстительной в своей злобе, чёрной души!...
– Простите мою нескромность, Ваше святейшество, но, во избежание ошибки с моей стороны, не соблаговолите ли Вы мне более точно объяснить, что Вы хотели этим сказать? – очень осторожно ответила я.
Караффа мягко улыбнулся и, взяв мою дрожащую руку в свои изящные, тонкие пальцы, очень тихо произнёс:
– Вы – первая женщина на земле, мадонна Изидора, которая, по моему понятию, достойна настоящей любви... И Вы очень интересный собеседник. Не кажется ли Вам, что Ваше место скорее на троне, чем в тюрьме инквизиции?.. Подумайте об этом, Изидора. Я предлагаю Вам свою дружбу, ничего более. Но моя дружба стоит очень многого, поверьте мне... И мне очень хотелось бы Вам это доказать. Но всё будет зависеть от Вашего решения, естественно... – и, к моему величайшему удивлению, добавил: – Вы можете здесь остаться до вечера, если желаете что-то почитать; думаю, Вы найдёте здесь для себя очень много интересного. Позвоните в колокольчик, когда закончите, и Ваша служанка покажет Вам дорогу назад.
Караффа был спокоен и сдержан, что говорило о его полной уверенности в своей победе... Он даже на мгновение не допускал мысли, что я могла бы отказаться от такого «интересного» предложения... И уж особенно в моём безысходном положении. А вот именно это и было самым пугающим... Так как я, естественно, собиралась ему отказать. Только, как это сделать я пока что не имела ни малейшего представления...
Я огляделась вокруг – комната потрясала!.. Начиная с вручную сшитых переплётов старейших книг, до папирусов и рукописей на бычьей коже, и до поздних, уже печатных книг, эта библиотека являлась кладезем мировой мудрости, настоящим торжеством гениальной человеческой Мысли!!! Это была, видимо, самая ценная библиотека, которую когда-либо видел человек!.. Я стояла, полностью ошеломлённая, завороженная тысячами со мной «говоривших» томов, и никак не могла понять, каким же образом это богатство могло ужиться здесь с теми проклятиями, которые так яро и «искренне» сыпала на им подобное инквизиция?... Ведь для настоящих инквизиторов все эти книги должны были являться самой чистой ЕРЕСЬЮ, именно за которую люди горели на кострах, и которая категорически запрещалась, как страшнейшее преступление против церкви!.. Каким же образом здесь, в подвалах Папы, сохранились все эти ценнейшие книги, которые, якобы, во имя «искупления и очищения душ», до последнего листочка, сжигались на площадях?!.. Значит, всё, что говорили «отцы-инквизиторы», всё, что они творили – было всего лишь страшной завуалированной ЛОЖЬЮ! И эта безжалостная ложь глубоко и крепко сидела в простых и открытых, наивных и верующих человеческих сердцах!.. Подумать только, что я когда-то была абсолютно уверена, что церковь была искренна в своей вере!.. Так как любая вера, какой бы странной она не казалась, для меня всегда воплощала в себе искренний дух и веру человека во что-то чистое и высокое, к чему, во имя спасения, стремилась его душа. Я никогда не была «верующей», так как я верила исключительно в Знание. Но я всегда уважала убеждения других, так как, по моему понятию, человек имел право выбирать сам, куда направить свою судьбу, и чужая воля не должна была насильно указывать, как он должен был проживать свою жизнь. Теперь же я ясно видела, что ошиблась... Церковь лгала, убивала и насиловала, не считаясь с такой «мелочью», как раненая и исковерканная человеческая душа...
Как бы я не была увлечена увиденным, пора было возвращаться в действительность, которая для меня, к сожалению, в тот момент не представляла ничего утешительного...