Адрианопольский мирный договор (1829)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Адрианопольский мирный договор 1829 года — мирный договор между Россией и Османской империей (Турцией), завершивший русско-турецкую войну 1828—1829 гг.

Подписан 2 (14) сентября 1829 года в Адрианополе (Эдирне) со стороны России — Алексеем Фёдоровичем Орловым и главой временной русской администрации в Дунайских княжествах Фёдором Петровичем Паленом, со стороны Турции — главным хранителем финансов Османской империи (бешдефтердар) Мехмед Садык-эфенди и высшим военным судьей шариатского права Анатолийской армии Абдул Кадыр-беем. Состоял из 16 статей, отдельного акта о преимуществах Молдавского и Валашского княжеств и Объяснительного акта о контрибуции.

Основные условия будущего мира были посланы Россией султану Османской империи одновременно с объявлением войны 14 (26) апреля 1828. Они включали:

  • признание Лондонской конвенции 1827 года
  • присоединение Анапы и Поти к Российской империи
  • подтверждение автономных прав Сербии, Молдавского и Валашского княжеств
  • ликвидация ряда турецких крепостей на Дунае
  • восстановление прав российской торговой навигации в Черноморских проливах
  • умеренная контрибуция

10 (22) августа 1829 султан Махмуд II принял решение немедленно начать переговоры на условиях российской стороны. Россия руководствовалась принципом «Выгоды сохранения Османской империи в Европе превышают его невыгоды» и внесла коррективы в первоначальные мирные условия (уступка Карса, Ахалцихе, Ахалкалаки). Мирные переговоры проходили в два этапа: 30 августа — 3 сентября и 12-14 сентября 1829 года (по новому стилю) и носили непростой характер.

Обе стороны пошли на взаимные уступки: Россия отказалась от предложенной ей турецкой стороной части Молдавии и Валахии и от Карса; Османская империя согласилась предоставить широкую автономию Греции и отказалась от новых попыток добиться проведения международной конференции по греческому вопросу.

3-12 сентября 1829 г. состоялся перерыв в переговорах, он был обусловлен доставкой султану материалов переговоров и утверждением им окончательно согласованного проекта договора.

Согласно договору:
1) Россия возвращала Турции все территории в европейской части, занятые в ходе войны, за исключением устья Дуная с островами.
2) К России переходило все восточное побережье Чёрного моря от устья Кубани до пристани святого Николая с крепостями Анапа, Суджук-кале и Поти, а также города Ахалцихе и Ахалкалаки.
3) Турция признавала переход к России Картли-Кахетинского царства, Имеретии, Мингрелии, Гурии, а также Эриванского и Нахичеванского ханств (переданных Ираном по Туркманчайскому миру).
4) Подтверждалось право российских подданных вести свободную торговлю по всей территории Турции, российские подданные на турецкой территории были неподсудны турецким властям.
5) Турция также предоставляла право русским и иностранным торговым судам свободно проходить через Босфор и Дарданеллы.
6) Турция обязывалась в течение 18 месяцев уплатить России контрибуцию в размере 1,5 млн голландских червонцев.
7) Турция подтверждала принятые по Аккерманской конвенции 1826 года обязательства по соблюдению автономии Сербии.
8) Отдельным актом обеспечивалась автономия Дунайских княжеств (Молдавии и Валахии) в соответствии с условиями Аккерманской конвенции, а также устанавливался пожизненный срок правления господарей этих княжеств. На время проведения необходимых реформ в Дунайских княжествах оставались русские войска.
9) Турция согласилась также с условиями Лондонского договора 1827 года о предоставлении автономии Греции.







См. также

Напишите отзыв о статье "Адрианопольский мирный договор (1829)"

Ссылки

  • [http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Turk/XIX/1820-1840/Mir_adrianopol_1829/text.htm Адрианопольский мирный договор между Россией и Турцией] // Под стягом России : Сборник архивных документов. — М.: Русская книга, 1992. (Полный текст договора на сайте Восточная литература)
  • [http://xn--d1aml.xn--h1aaridg8g.xn--p1ai/19/adrianopolskiy-mirnyy-dogovor-mezhdu-rossiey-i-turtsiey/ Адрианопольский мирный договор между Россией и Турцией]. 02(14).09.1829. Проект Российского военно-исторического общества «100 главных документов российской истории».


Отрывок, характеризующий Адрианопольский мирный договор (1829)

– Девоська, девоська, а кто ты девоська?!. Ой, ба-а-тюски, какой больсой ми-и-ска!!! И совсем лозавенкий! Мама, мама, а мозно я возьму его домой?.. Ой, а пти-и-ськи какие блестя-я-сие!... И клылыски золотые!..
Его широко распахнутые голубые глазёнки с восторгом ловили каждое новое появление «яркого и необычного», а счастливая мордашка радостно сияла – малыш принимал всё происходящее по-детски естественно, как будто именно так оно и должно было быть...
Ситуация полностью уходила из под контроля, но я ничего не замечала вокруг, думая в тот момент только об одном – мальчик видел!!! Видел так же, как видела я!.. Значит, всё-таки это было правдой, что существуют где-то ещё такие люди?.. И значит – я была совершенно нормальной и совсем не одинокой, как думала вначале!. Значит, это и вправду был Дар?.. Видимо, я слишком ошарашено и пристально его разглядывала, так как растерянная мама сильно покраснела и сразу же кинулась «успокаивать» сынишку, чтобы только никто не успел услышать, о чём он говорит... и тут же стала мне доказывать, что «это он просто всё придумывает, и что врач говорит (!!!), что у него очень буйная фантазия... и не надо обращать на него внимания!..». Она очень нервничала, и я видела, что ей очень хотелось бы прямо сейчас отсюда уйти, только бы избежать возможных вопросов...
– Пожалуйста, только не волнуйтесь! – умоляюще, тихо произнесла я. – Ваш сын не придумывает – он видит! Так же, как и я. Вы должны ему помочь! Пожалуйста, не ведите его больше к доктору, мальчик у вас особенный! А врачи всё это убьют! Поговорите с моей бабушкой – она вам многое объяснит... Только не ведите его больше к доктору, пожалуйста!.. – я не могла остановиться, так как моё сердце болело за этого маленького, одарённого мальчонку, и мне дико хотелось, чего бы это ни стоило, его «сохранить»!..
– Вот смотрите, сейчас я ему что-то покажу и он увидит – а вы нет, потому что у него есть дар, а у вас нет, – и я быстренько воссоздала Стеллиного красного дракончика.
– О-о-й, сто-о это?!.. – в восторге захлопал в ладошки мальчик. – Это длаконсик, да? Как в скаске – длаконсик?.. Ой какой он кра-а-сный!.. Мамоська, смотли – длаконсик!
– У меня дар тоже был, Светлана... – тихо прошептала соседка. – Но я не допущу, чтобы мой сын так же из-за этого страдал. Я уже выстрадала за обоих... У него должна быть другая жизнь!..
Я даже подскочила от неожиданности!.. Значит она видела?! И знала?!.. – тут уж меня просто прорвало от возмущения...
– А вы не думали, что он, возможно, имеет право сам выбирать? Это ведь его жизнь! И если вы не смогли с этим справиться, это ещё не значит, что не сможет и он! Вы не имеете права отнимать у него его дар ещё до того, как он поймёт, что он у него есть!.. Это, как убийство – вы хотите убить его часть, о которой он даже ещё не слыхал!.. – возмущённо шипела на неё я, а внутри у меня всё просто «стояло дыбом» от такой страшной несправедливости!
Мне хотелось во что бы то ни стало убедить эту упёртую женщину оставить в покое её чудесного малыша! Но я чётко видела по её грустному, но очень уверенному взгляду, что вряд ли на данный момент мне удастся её убедить в чём-то вообще, и я решила оставить на сегодня свои попытки, а позже поговорить с бабушкой, и возможно, вдвоём придумать, что бы здесь такое можно было бы предпринять... Я только грустно взглянула на женщину и ещё раз попросила:
– Пожалуйста, не ведите его к врачу, вы же знаете, что он не больной!..
Она лишь натянуто улыбнулась в ответ, и быстренько забрав с собой малыша, вышла на крыльцо, видимо, подышать свежим воздухом, которого (я была в этом уверенна) ей в данный момент очень не хватало...
Я очень хорошо знала эту соседку. Она была довольно приятной женщиной, но, что меня поразило когда-то более всего, это то, что она была одной из тех людей, которые пытались полностью «изолировать» от меня своих детей и травили меня после злосчастного случая с «зажиганием огня»!.. (Хотя её старший сын, надо отдать ему должное, никогда меня не предавал и, несмотря ни на какие запреты, до сих пор продолжал со мной дружить). Она, кто, как теперь оказалось, лучше всех остальных знала, что я была полностью нормальной и ничем не опасной девочкой! И что я, точно так же, как когда-то она, просто искала правильный выход из того «непонятного и неизвестного», во что так нежданно-негаданно швырнула меня судьба...
Вне всякого сомнения, страх должен являться очень сильным фактором в нашей жизни, если человек может так легко предать и так просто отвернуться от того, кто так сильно нуждается в помощи, и кому он с лёгкостью мог бы помочь, если б не тот же самый, так глубоко и надёжно в нём поселившийся страх...
Конечно же, можно сказать, что я не знаю, что с ней когда-то происходило, и что заставила её перенести злая и безжалостная судьба... Но, если бы я узнала, что кто-то в самом начале жизни имеет тот же дар, который заставил меня столько страдать, я бы сделала всё, что было бы в моих силах, чтобы хоть как-то помочь или направить на верный путь этого другого одарённого человека, чтобы ему не пришлось так же слепо «блуждать в потёмках» и так же сильно страдать... А она, вместо помощи, наоборот – постаралась меня «наказать», как наказывали другие, но эти другие хотя бы уж не знали, что это было и пытались честно защитить своих детей от того, чего они не могли объяснить или понять.