Американский вариант английского языка

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
[[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языкаОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языкаОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языка
Файл:USA State Languages.svg
Статус английского языка в США.
     Официальный язык      один из двух или нескольких официальных языков      de facto официальный язык (официальный язык отсутствует)      один из нескольких de facto официальных языков (официальный язык отсутствует)

Америка́нский англи́йский (англ. American English, аббр.: AmE, AE, AmEng, USEng, en-US[1]) — языковой вариант английского языка, сложившийся на территории США. Английский язык в США, равно как и в других регионах своего распространения, был привнесён в Северную Америку британскими (преимущественно английскими) колонистами в XVII—XVIII веках, после чего под влиянием разнообразных внешних и внутренних факторов в нём развился целый ряд своеобразных черт на всех языковых уровнях. В самих США американский английский является родным для 80 % населения страны и имеет стандартный, закреплённый в образовательной системе и СМИ ряд свойств в области орфографии, грамматики, лексики. Тем не менее, он, равно как и английский вообще, не закреплён в федеральной конституции как официальный язык США, хотя фактически им является. В последнее время, с ростом испаноязычного населения, усилилось движение за придание американскому варианту английского языка государственного статуса, что уже достигнуто на уровне многих штатов. После окончания Второй мировой войны именно значительный территориальный и количественный охват американского английского языка, подкреплённого значительными экономическими ресурсами США, помог английскому языку получить более широкое мировое значение и влияние на другие языковые системы.







История английского языка в США

Английский язык был привезён в Северную Америку британскими колонистами в XVIIXVIII веках. К моменту начала крупномасштабной британской переселенческой колонизации здесь уже проживало значительное количество индейских народов — носителей огромного количества автохтонных языков. Помимо этого, местами уже успели сформироваться значительные группы романоязычных народов и сообщностей с родным испанским и в меньшей степени французским языком. Именно субстратное влияние этих языков на английский отчасти повлияло на американский английский, хотя индейское влияние было не таким значительным, в отличие от испанского языка в Мексике. Англоязычные группы продолжали преобладать в миграционном потоке в США вплоть до начала Войны за независимость в 1776 году, когда из 2,8 миллионов американцев абсолютное большинство (82 % белых) были англичанами-протестантами. Помимо этого, в США на начальном этапе прибыло заметное количество носителей других, преимущественно германских языков, среди которых наиболее выделялись нидерландский, немецкий, шведский, норвежский, а также носители кельтских языков: ирландского, валлийского и гэльского. Близость германских языков к английскому, а также усиливающееся двуязычие кельтских народов, большинство из которых уже тогда находилось под властью британской короны, привели к быстрой ассимиляции мигрантов, но их языки оказали влияние на некоторые тенденции в английском языке США.

Хронологические факторы

Помимо иноязычного влияния, важным фактором являлись и хронологические рамки формирования языкового варианта языка в США: его базой в колониальный период послужила британская речь в период XVII—XVIII веков. После получения независимости, в условиях отсутствия средств массовой коммуникации, изменения, произошедшие в языке метрополии в XIX — начале XX веков (к примеру, утрата ретрофлексного r), как правило, не нашли своего отражения в речи США, фонология и лексика которой, по-прежнему, носят архаичный характер.

Лексические признаки

Американский английский создал тысячи слов и фраз, которые вошли как в общеанглийский (hitchhike, landslide), так и в мировой лексикон (окей, тинейджер).

Особое влияние на язык оказали существенные различия в жизни и быте колонистов в США и Великобритании. Иной климат, природа, окружение и быт привели к адаптации и возникновению в местном английском новых слов и понятий. В эту категорию входят слова, возникшие именно в США и не получившие распространения в Англии: названия растений и животных североамериканского континента (moose — «североамериканский лось» при английском elk, которое в США получило значение изюбрь), различных явлений, связанных с государственным и политическим строем США (dixiecrat — «демократ из южного штата»), с бытом американцев (drugstore — «аптека-закусочная»).

Особую группу составляют слова, которыми пользуются как в Англии, так и в США и в которых специфически американским является лишь одно из присущих им значений (market — «продовольственный магазин», career — «профессиональный»). Слово faculty в Англии употребляется в значении «факультет», а в Америке «профессорско-преподавательский состав». Существительное pavement для англичанина означает «тротуар», а для американца «мостовая». К разряду американизмов относятся также слова, которые в Англии превратились в архаизмы или диалектизмы, но по-прежнему широко распространены в США: fall — «осень» вместо франко-норманского autumn, apartment — «квартира» вместо flat, tardy — «запоздалый», railroad вместо railway — «железная дорога», subway вместо metro — «подземка, метро», и прочие.

В процессе заимствования некоторые американизмы в Британии подвергаются переосмыслению. Например, caucus — «закрытое собрание партийных лидеров» приобрело в Англии новое значение: «политика подтасовки выборов», «давление на избирателей» и пр.

Некоторое влияние оказали на лексикон американского английского и другие европейские языки.

Испанизмы

Более интенсивно в США влияние испанского языка, особенно на юго-западе. Такие стандартные испанские и испанизированные индейские заимствования как adios, solo, rancho, buckaroo, tapas, tacos, guacamole, latino/a широко используются в речи и литературе для придания ей разного рода стилистических, иронических и прочих оттенков. Получили распространение и разного рода ложные испанизмы типа chitos, doritos и т. д.

Галлицизмы

Галлицизмы, широко представленные в английском языке в целом, имеют в американском английском несколько иную частотность. Наиболее часты канцеляризмы с французским суффиксом причастия [éе] контрастируемым с [er] для разграничения субъекта и объекта действия: tutor (репетитор) и tutee (ученик), employer (работодатель) и employee (служащий, рабочий).

Германизмы

Влияние немецкого языка на американский английский было менее значительно, но довольно ощутимо. С одной стороны, немецкий язык, а точнее различные его диалекты, был родным для самой значительной волны иммигрантов. И сегодня около 20 % населения США (порядка 60 миллионов человек) имеют полное или частичное немецкое происхождение. С другой стороны, отсутствие официального статуса немецкого языка привело к сокращению его сферы влияния (сегодня только 1,5 миллиона американцев считают его родным). Немецкое влияние ощущается в некоторых словах и словарных переосмыслениях (например, «dumb» в значении глупый, ср. нем. dumm).

Фонологические признаки

[[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языкаОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языкаОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Американский вариант английского языка
Файл:General American.png
Область в США, где население говорит на General American

В США, как и в Великобритании, имеются различные произносительные диалекты (называемые региональными акцентами). В США нет официально утверждённого «правильного» акцента. Однако, дикторами большинства общефедеральных СМИ (в первую очередь, CNN) используется так называемый General American accent. В качестве General American был выбран акцент Midwestern. Хотя на нём говорит очень малая доля населения США (штаты Небраска, Айова и Иллинойс), он понятен всем американцам. Из послевоенных президентов США на General American говорили Д.Эйзенхауэр, Р.Никсон, Дж. Форд, Р.Рейган и Б.Обама.

Ниже перечислены особенности, характерные сразу для многих региональных акцентов США. Большинство из этих особенностей имеют место и в General American. Но нет ни одной особенности, которая была бы характерна сразу для всех акцентов США и при этом отсутствовала бы в британском английском. Более того, на северо-востоке США есть диалекты, практически неотличимые по произношению от британского Received Pronunciation.

Характерной особенностью основного американского массива является сохранение архаичного ретрофлексного r в положении после гласных (произношение /r/ в таких словах как part или girl), что является также особенностью диалектов Ирландии, Шотландии и Юго-Восточной Англии (и в XVIII веке почти всей территории Англии). Исключения составляют некоторые регионы Юга, Новой Англии, Нью-Йорк, афроамериканский диалект и др.

Американский английский имеет меньше различий в гласных перед r, чем британский. Слова merry, marry и Mary говорящие на стандартном американском произносят одинаково (однако разница сохраняется во многих региональных акцентах США).

Длина гласных (обозначаемая через [ː]) менее важна в американском английском, чем в британском RP (где долгие гласные чаще всего заменяют пропавший звук [r]).

Различия в произношении гласных

Переход гласных [ɔː] и [ɒ] в [ɑ]

Одна из наиболее типичных особенностей американского английского — переход во многих словах британских гласных [ɔː] (похожего на долгий русский «о») и [ɒ] (похожего на краткий русский «о», иногда обозначается [ɔ]) в звук [ɑ] (ближе к русскому «а», чем к «о») (сравните британское произношение слова «cop», [kɔp],[2] и американское, [kɑp][2][3]).

Степень сдвига от [ɔː] и [ɒ] к звуку [ɑ] в разных словах разная (она зависит и от регионального акцента). Одни слова, которые в британском RP содержали звук [ɔː] или [ɒ], содержат тот же звук и в американском варианте (например, слова dog, long, chocolate), другие произносятся американцами в точности как [ɑ] в слове father (например, слова hot, dot, box), третьи занимают промежуточное положение. В частности, если в британском RP словосочетание «hot dog» произносится [hɒt dɒg] (приблизительно «хот дог»), то в стандартном американском (GA) это же словосочетание произносится [hɑːt dɒːg] (приблизительно «хат дог») или даже [hɑːt dɔːg], то есть буква «о» в словах hot и dog в стандартном американском произносится по-разному. (Но в некоторых региональных диалектах США можно услышать «хот дог» и даже «хат даг»).

В словарях, использующих IPA, «промежуточные» звуки не указываются. Если звук произносится ближе к [ɑ], то он и обозначается как [ɑ] (или [ɑː], если авторы хотят подчеркнуть долготу звука).

Из слов, которые в британском RP произносились с [ɔː] или [ɒ], чаще всего произносятся большинством американцев с [ɑ] (или близко к [ɑ]) в словах, содержащих буквосочетания wha, wa (например, what, want, wash), al (например, talk, call, hall), aw (например, thaw, saw, awkward), au (например, author, pause), ot (например, dot, hot, lot) и некоторые другие.

С другой стороны, слова, содержащие буквосочетания or (например, sport, lord, fork) и некоторые другие, практически никогда не произносятся американцами через [ɑ].

В результате «исчезновения» во многих словах гласного [ɔː], такие слова как cot и caught большинством американцев произносятся одинаково (т. н. cot-caught merger, так же распространённой в Канаде и в некоторых шотландских диалектах).

Ключевое слово RP Общеамериканский Примеры
KIT ɪ ɪ ship, rip, dim, spirit
DRESS e ɛ step, ebb, hem, terror
TRAP æ æ bad, cab, ham, arrow
LOT ɒ ɑ stop, rob, swan
STRUT ʌ ʌ cub, rub, hum
FOOT ʊ ʊ full, look, could
BATH ɑː æ staff, clasp, dance
CLOTH ɒ ɔ cough, long, laurel, origin
NURSE ɜː ɝ hurt, term, work
FLEECE i seed, key, seize
FACE weight, rein, steak
PALM ɑː ɑ* calm, bra, father
THOUGHT ɔː ɔ~ɑ law, caught, talk
GOAT əʊ soap, soul, home
GOOSE u who, group, few
PRICE ripe, tribe, aisle, choir
CHOICE ɔɪ ɔɪ boy, void, coin
MOUTH pouch, noun, crowd, flower
NEAR ɪə ɪr beer, pier, fierce, serious
SQUARE ɛə ɛr care, air, wear, Mary
START ɑː ɑr far, sharp, farm, safari
NORTH ɔː ɔr war, storm, for, aural
FORCE ɔː or floor, coarse, ore, oral
CURE ʊə ʊr poor, tour, fury

* если за ним нет /r/

Примечание: в речи примерно половины американцев (приблизительно запад и центр страны, Новая Англия) гласная в словах «THOUGHT» и «LOT» — одинаковая ([ɑ]), и таким образом в их речи слова cot и caught являются омофонами (так называемый cot-caught merger). В речи другой половины американцев гласные в словах «THOUGHT» и «LOT» — различны ([ɔ] и [ɑ] соответственно).

Ударное скольжение и согласная [ɾ̃]

Характерной особенностью американского английского является т. н. ударное скольжение (flapping) — произношение звука [t] (и [d]) между двумя гласными как альвеолярного одноударного согласного (испанской r в слове pero, схожей по звучанию к русской пост-альвеолярной дрожащей р (как, например, в слове играть)). Это явление присутствует и в британском английском.

Звукосочетание -nt- между гласными (в словах типа twenty, Internet и center) произносится в американском английском обычно как звонкий альвеолярный носовой одноударный согласный (в транскрипции МФА [ɾ̃]), редкий звук, сочетающий в себе одновременно качества носового согласного («н») и альвеолярного одноударного согласного (испанской «r»).

Палатализация

Тип палатализации, известный на английском как yod-coalescence (превращение кластеров [dj], [tj], [sj] и [zj] соответственно в [dʒ], [tʃ], [ʃ] и [ʒ]) — явление, общее для всех вариантов английского, и многие случаи подобной палатализации уже давно стали литературными (слова nature, pressure, measure не произносятся через [tj], [sj] и [zj] ни в одном из современных вариантов английского), однако в настоящее время он более типичен для британского английского.

Исчезновение кластера [tj] в таких словах как tune и Tuesday проходит в обоих вариантах английского; однако в большинстве американских диалектов [j] просто исчезает (т. н. yod-dropping), в результате чего эти слова звучат как toon и Toose-day, в то время как в разговорном британском эти слова звучат как choon и Choose-day (yod-coalescence).

Орфографические признаки

Основные различия в британской и американской орфографии ведут своё начало от реформ Ноа Вебстера и его Американского словаря английского языка 1828 года.

Некоторые различия между американской и британской формами:

Американская форма Британская форма
color, favor, labor и т. д. colour, favour, labour
traveled, canceled и т. д. travelled, cancelled
catalog, dialog и т. д. catalogue, dialogue
theater, meter, center, saber и т. д. theatre, metre, centre, sabre
defense, pretense и т. д. defence, pretence
organize, analyze и т. д. organise, analyse
math (сокр.) maths (сокр.)
check (сущ.) cheque (сущ.)
gray grey
tire tyre
maneuver, diarrhea, aluminum, polyethylene manoeuvre, diarrhoea, aluminium, polythene
whiskey (US & Ireland) whisky (Scottish)
program programme
jail gaol

Грамматические признаки

Говоря о недавно прошедших событиях, или при использовании слов already, just и yet, британский английский требует present perfect. Говорящие на американском английском в этих случаях преимущественно используют past simple, хотя оба варианта в американском английском считаются правильными.

«I’ve just arrived home.» / «I just arrived home.» «I’ve already eaten.» / «I already ate.»

Частично это явление переходит и в британский английский (рекламный слоган «Cable broadband just got faster»).

В остальных случаях традиционное различие между present perfect и simple past соблюдается в обоих вариантах английского.

Глаголы

Обозначение простого будущего времени в первом лице словом shall (I shall) практически исчезло из американского английского, и исчезает из британского, но ещё используется в формальном британском английском. Использование формы be going to для простого будущего (I’m going to see a doctor вместо I shall/will see a doctor) приблизительно в два раза распространённее в американском, чем в британском английском.

В ряде случаев в американском английском неправильные глаголы переходят в регулярное спряжение: spelt > spelled. В других случаях американский английский часто сохраняет нерегулярную форму глаголов, воспринимаемую в Британии как диалектизм или архаизм (например, get — gotten, sneak — snuck, dive — dove).

Диалекты

Диалектная картина английского языка США отличается от положения в Великобритании. Несмотря на гораздо бо́льшую территорию, более высокая мобильность населения США предотвратила глубокое диалектное дробление, более характерное для Британских островов. Тем не менее, локальные различия в языке есть. В частности, различаются диалекты юга США, афроамериканский английский и его креолизированная разновидность гула, которую некоторые исследователи считают самостоятельным языком, диалекты Новой Англии и др.

Влияние на международной арене

Учебные пособия и культура речи в большинстве стран мира в основном опираются на британский вариант (т. н. Received Pronunciation). Если взять для примера СССР, то на протяжении всей его истории в средней школе английский язык преподавался исключительно в его британском варианте. Сейчас уже невозможно определить, было ли это принято по идеологическим или каким-либо ещё причинам. С другой стороны, существуют страны (например, Филиппины), где преподаётся американский вариант.

Тем не менее, с 50-х — 60-х годов XX века отмечается усиленное проникновение американизмов в английскую речь британцев, австралийцев, новозеландцев, канадцев и ирландцев, а с 70-х годов, и особенно с 90-х — в речь иноязычных народов. Особенно интенсивно американизмы проникают в лексический состав языков с относительно небольшим количеством носителей, которые также используют латинский алфавит (французский, итальянский, польский и др.), а также в другие германские языки (нидерландский, немецкий, шведский, датский и др). Менее подвержены этому процессу испанский язык (где предпочтение по традиции отдаётся неолатинизмам), а также языки с нелатинским алфавитом (русский) и китайский язык (где распространено словосложение исконных элементов). Гуманитарная интеллигенция, представляющая целый ряд стран, в последнее время выражает обеспокоенность бесконтрольным наплывом немотивированных американизмов при наличии равноценных эквивалентов в этих языках. В ряде языков для контроля над притоком американизмов используются пуризм и калькирование (ср. «courriel» или «sähköposti» для замены «e-mail» во французском и финском языках соответственно).

Напишите отзыв о статье "Американский вариант английского языка"

Примечания

  1. en-US — языковой код для Американского английского, определенный стандартами ISO (см. ISO 639-1 и en:ISO 3166-1 alpha-2) и стандартами интернета (см. IETF).
  2. 1 2 Oxford Advanced Learner’s Dictionary
  3. Kenyon, Knott, Pronouncing dictionary of American English, Merriam-Webster Inc., Springfield, 1953

См. также

Ссылки

  • [http://www.businessinsider.com/22-maps-that-show-the-deepest-linguistic-conflicts-in-america-2013-6?op=1 Исследование, показывающее различия в произношении и словоупотреблении американцев разных штатов].

Отрывок, характеризующий Американский вариант английского языка

Кто-то меня тормошил, пробуя «вернуть» в нормальное состояние, так как я видимо опять слишком глубоко «вошла» в тот другой, далёкий для остальных мир и напугала какого-то доброго человека своим «заморожено-ненормальным» спокойствием.
Вечер был таким же чудесным и тёплым, и вокруг всё оставалось точно так же, как было всего лишь какой-то час назад... только мне уже не хотелось больше гулять.
Чьи-то хрупкие, хорошие жизни только что так легко оборвавшись, белым облачком улетели в другой мир, и мне стало вдруг очень печально, как будто вместе с ними улетела капелька моей одинокой души... Очень хотелось верить, что милая девочка Катя обретёт хоть какое-то счастье в ожидании своего возвращения «домой»... И было искренне жаль всех тех, кто не имел приходящих «тётей», чтобы хоть чуточку облегчить свой страх, и кто в ужасе метался уходя в тот дугой, незнакомый и пугающий мир, даже не представляя, что их там ждёт, и не веря, что это всё ещё продолжается их «драгоценная и единственная» ЖИЗНЬ...

Незаметно летели дни. Проходили недели. Понемногу я стала привыкать к своим необычным каждодневным визитёрам... Ведь все, даже самые неординарные события, которые мы воспринимаем в начале чуть ли не как чудо, становятся обычным явлениям, если они повторяются регулярно. Вот так и мои чудесные «гости», которые в начале меня так сильно изумляли, стали для меня уже почти что обычным явлением, в которое я честно вкладывала часть своего сердца и готова была отдать намного больше, если только это могло бы кому-то помочь. Но невозможно было вобрать в себя всю ту нескончаемую людскую боль, не захлебнувшись ею и не разрушив при этом себя саму. Поэтому я стала намного осторожнее и старалась помогать уже не открывая при этом все «шлюзы» своих бушующих эмоций, а пыталась оставаться как можно более спокойной и, к своему величайшему удивлению, очень скоро заметила, что именно таким образом я могу намного больше и эффективнее помочь, совершенно при этом не уставая и тратя на всё это намного меньше своих жизненных сил.
Казалось бы, моё сердце давно должно было бы «замкнуться», окунувшись в такой «водопад» человеческой грусти и тоски, но видимо радость за наконец-то обретённый столь желанный покой тех, кому удавалось помочь, намного превышала любую грусть, и мне хотелось делать это без конца, насколько тогда хватало моих, к сожалению, всего лишь ещё детских, сил.
Так я продолжала непрерывно с кем-то беседовать, кого-то где-то искать, кому-то что-то доказывать, кого-то в чём-то убеждать, а если удавалось, кого-то даже и успокаивать…
Все «случаи» были чем-то друг на друга похожи, и все они состояли из одинаковых желаний «исправить» что-то, что в «прошедшей» жизни не успели прожить или сделать правильно. Но иногда случалось и что-то не совсем обычное и яркое, что накрепко отпечатывалось в моей памяти, заставляя снова и снова к этому возвращаться…
В момент «ихнего» появления я спокойно сидела у окна и рисовала розы для моего школьного домашнего задания. Как вдруг очень чётко услышала тоненький, но очень настойчивый детский голосок, который почему-то шёпотом произнёс:
– Мама, мамочка, ну, пожалуйста! Мы только попробуем… Я тебе обещаю… Давай попробуем?..
Воздух посередине комнаты уплотнился, и появились две, очень похожие друг на друга, сущности, как потом выяснилось – мама и её маленькая дочь. Я ждала молча, удивлённо за ними наблюдая, так как до сих пор ко мне всегда приходили исключительно по одному. Поэтому, вначале я подумала, что одна из них вероятнее всего должна быть такая же, как я – живая. Но никак не могла определить – которая, так как, по моему восприятию, живых среди этих двух не было...
Женщина всё молчала, и девочка, видимо не выдержав дольше, чуть-чуть до неё дотронувшись, тихонько прошептала:
– Мама!..
Но никакой реакции не последовало. Мать казалась абсолютно ко всему безразличной, и лишь рядом звучавший тоненький детский голосок иногда способен был вырвать её на какое-то время из этого жуткого оцепенения и зажечь маленькую искорку в, казалось, навсегда погасших зелёных глазах...
Девочка же наоборот – была весёлой и очень подвижной и, казалось, чувствовала себя совершенно счастливой в том мире, в котором она в данный момент обитала.
Я никак не могла понять, что же здесь не так и старалась держаться как можно спокойнее, чтобы не спугнуть своих странных гостей.
– Мама, мама, ну говори же!!! – видно опять не выдержала девчушка.
На вид ей было не больше пяти-шести лет, но главенствующей в этой странной компании, видимо, была именно она. Женщина же всё время молчала.
Я решила попробовать «растопить лёд» и как можно ласковее спросила:
– Скажите, могу ли я вам чем-то помочь?
Женщина грустно на меня посмотрела и наконец-то проговорила:
– Разве мне можно помочь? Я убила свою дочь!..
У меня мурашки поползли по коже от такого признания. Но девочку это, видимо, абсолютно не смутило и она спокойно произнесла:
– Это неправда, мама.
– А как же было на самом деле? – осторожно спросила я.
– На нас наехала страшно большая машина, а мама была за рулём. Она думает, что это её вина, что она не могла меня спасти. – Тоном маленького профессора терпеливо объяснила девочка. – И вот теперь мама не хочет жить даже здесь, а я не могу ей доказать, как сильно она мне нужна.
– И что бы ты хотела, чтобы сделала я? – спросила я её.
– Пожалуйста, не могла бы ты попросить моего папу, чтобы он перестал маму во всём обвинять? – вдруг очень грустно спросила девочка. – Я очень здесь с ней счастлива, а когда мы ходим посмотреть на папу, она потом надолго становится такой, как сейчас…
И тут я поняла, что отец видимо очень любил эту малышку и, не имея другой возможности излить куда-то свою боль, во всём случившимся обвинял её мать.
– Хотите ли вы этого также? – мягко спросила у женщины я.
Она лишь грустно кивнула и опять намертво замкнулась в своём скорбном мире, не пуская туда никого, включая и так беспокоившуюся за неё маленькую дочь.
– Папа хороший, он просто не знает, что мы ещё живём. – Тихо сказала девочка. – Пожалуйста, ты скажи ему…
Наверное, нет ничего страшнее на свете, чем чувствовать на себе такую вину, какую чувствовала она... Её звали Кристина. При жизни она была жизнерадостной и очень счастливой женщиной, которой, во время её гибели, было всего лишь двадцать шесть лет. Муж её обожал…
Её маленькую дочурку звали Вэста, и она была первым в этой счастливой семье ребёнком, которого обожали все, а отец просто не чаял в ней души…
Самого же главу семьи звали Артур, и он был таким же весёлым, жизнерадостным человеком, каким до смерти была его жена. И вот теперь никто и ничто не могло ему помочь найти хоть какой-то покой в его истерзанной болью душе. И он растил в себе ненависть к любимому человеку, своей жене, пытаясь этим оградить своё сердце от полного крушения.
– Пожалуйста, если ты пойдёшь к папе, не пугайся его… Он иногда бывает странным, но это когда он «не настоящий». – Прошептала девочка. И чувствовалось, что ей неприятно было об этом говорить.
Я не хотела спрашивать и этим ещё больше её огорчать, поэтому решила, что разберусь сама.
Я спросила у Вэсты, кто из них хочет мне показать, где они жили до своей гибели, и живёт ли там всё ещё её отец? Место, которое они назвали, меня чуть огорчило, так как это было довольно-таки далеко от моего дома, и чтобы добраться туда, требовалось немало времени. Поэтому так сразу я не могла ничего придумать и спросила моих новых знакомых, смогут ли они появиться вновь хотя бы через несколько дней? И получив утвердительный ответ, «железно» им пообещала, что обязательно встречусь за это время с их мужем и отцом.
Вэста лукаво на меня глянула и сказала:
– Если папа не захочет тебя сразу выслушать, ты скажи ему, что его «лисёнок» очень по нему скучает. Так папа называл меня только, когда мы были с ним одни, и кроме него этого не знает больше никто...
Её лукавое личико вдруг стало очень печальным, видимо вспомнив что-то очень ей дорогое, и она вправду стала чем-то похожа на маленького лисёнка…
– Хорошо, если он мне не поверит – я ему это скажу. – Пообещала я.
Фигуры, мягко мерцая, исчезли. А я всё сидела на своём стуле, напряжённо пытаясь сообразить, как же мне выиграть у моих домашних хотя бы два-три свободных часа, чтобы иметь возможность сдержать данное слово и посетить разочарованного жизнью отца...
В то время «два-три часа» вне дома было для меня довольно-таки длинным промежутком времени, за который мне стопроцентно пришлось бы отчитываться перед бабушкой или мамой. А, так как врать у меня никогда не получалось, то надо было срочно придумать какой-то реальный повод для ухода из дома на такое длительное время.
Подвести моих новых гостей я никоим образом не могла...
На следующий день была пятница, и моя бабушка, как обычно собиралась на рынок, что она делала почти каждую неделю, хотя, если честно, большой надобности в этом не было, так как очень многие фрукты и овощи росли в нашем саду, а остальными продуктами обычно были битком набиты все ближайшие продовольственные магазины. Поэтому, такой еженедельный «поход» на рынок наверняка был просто-напросто символичным – бабушка иногда любила просто «проветриться», встречаясь со своими друзьями и знакомыми, а также принести всем нам с рынка что-то «особенно вкусненькое» на выходные дни.
Я долго крутилась вокруг неё, ничего не в силах придумать, как бабушка вдруг спокойно спросила:
– Ну и что тебе не сидится, или приспичило что?..
– Мне уйти надо! – обрадовавшись неожиданной помощи, выпалила я. – Надолго.
– Для других или для себя? – прищурившись спросила бабушка.
– Для других, и мне очень надо, я слово дала!
Бабушка, как всегда, изучающе на меня посмотрела (мало кто любил этот её взгляд – казалось, что она заглядывает прямо тебе в душу) и наконец сказала:
– К обеду чтобы была дома, не позже. Этого достаточно?
Я только кивнула, чуть не подпрыгивая от радости. Не думала, что всё обойдётся так легко. Бабушка часто меня по-настоящему удивляла – казалось, она всегда знала, когда дело было серьёзно, а когда был просто каприз, и обычно, по-возможности, всегда мне помогала. Я была очень ей благодарна за её веру в меня и мои странноватые поступки. Иногда я даже была почти что уверена, что она точно знала, что я делала и куда шла… Хотя, может и вправду знала, только я никогда её об этом не спрашивала?..
Мы вышли из дома вместе, как будто я тоже собиралась идти с ней на рынок, а за первым же поворотом дружно расстались, и каждая уже пошла своей дорогой и по своим делам…
Дом, в котором всё ещё жил отец маленькой Вэсты был в первом у нас строящемся «новом районе» (так называли первые многоэтажки) и находился от нас примерно в сорока минутах быстрой ходьбы. Ходить я очень любила всегда, и это не доставляло мне никаких неудобств. Только я очень не любила сам этот новый район, потому что дома в нём строились, как спичечные коробки – все одинаковые и безликие. И так как место это только-только ещё начинало застраиваться, то в нём не было ни одного дерева или любой какой-нибудь «зелени», и оно было похожим на каменно-асфальтовый макет какого-то уродливого, ненастоящего городка. Всё было холодным и бездушным, и чувствовала я себя там всегда очень плохо – казалось, там мне просто не было чем дышать...
И ещё, найти номера домов, даже при самом большом желании, там было почти что невозможно. Как, например, в тот момент я стояла между домами № 2 и № 26, и никак не могла понять, как же такое может быть?!. И гадала, где же мой «пропавший» дом № 12?.. В этом не было никакой логики, и я никак не могла понять, как люди в таком хаосе могут жить?
Наконец-то с чужой помощью мне удалось каким-то образом найти нужный дом, и я уже стояла у закрытой двери, гадая, как же встретит меня этот совершенно мне незнакомый человек?..
Я встречала таким же образом много чужих, неизвестных мне людей, и это всегда вначале требовало большого нервного напряжения. Я никогда не чувствовала себя комфортно, врываясь в чью то частную жизнь, поэтому, каждый такой «поход» всегда казался мне чуточку сумасшедшим. И ещё я прекрасно понимала, как дико это должно было звучать для тех, кто буквально только что потерял родного им человека, а какая-то маленькая девочка вдруг вторгалась в их жизнь, и заявляла, что может помочь им поговорить с умершей женой, сестрой, сыном, матерью, отцом… Согласитесь – это должно было звучать для них абсолютно и полностью ненормально! И, если честно, я до сих пор не могу понять, почему эти люди слушали меня вообще?!.
Так и сейчас я стояла у незнакомой двери, не решаясь позвонить и не представляя, что меня за ней ждёт. Но тут же вспомнив Кристину и Вэсту и мысленно обругав себя за свою трусость, я усилием воли заставила себя поднять чуть дрожавшую руку и нажать кнопку звонка…
За дверью очень долго никто не отвечал. Я уже собралась было уйти, как дверь внезапно рывком распахнулась, и на пороге появился, видимо бывший когда-то красивым, молодой мужчина. Сейчас, к сожалению, впечатление от него было скорее неприятное, потому, что он был попросту очень сильно пьян…
Мне стало страшно, и первая мысль была побыстрее оттуда уйти. Но рядом со мной, я чувствовала бушующие эмоции двух очень взволнованных существ, которые готовы были пожертвовать бог знает чем, только бы этот пьяный и несчастный, но такой родной и единственный им человек наконец-то хоть на минуту их услышал….
– Ну, чего тебе?! – довольно агрессивно начал он.
Он был по-настоящему очень сильно пьян и всё время качался из стороны в сторону, не имея сил крепко держаться на ногах. И тут только до меня дошло, что значили слова Вэсты, что папа бывает «не настоящим»!.. Видимо девчушка видела его в таком же состоянии, и это никак не напоминало ей того, её папу, которого она знала и любила всю свою коротенькую жизнь. Вот поэтому-то, она и называла его «не настоящим»…
– Пожалуйста, не бойся его. – Прозвучал в моей голове её голосок, как будто она почувствовала, о чём я в тот момент думаю. Это заставило меня собраться и заговорить.
– Я хотела бы с вами поговорить, – успокаивающе сказала я. – Можно мне войти?
– Зачем? – почти зло спросил мужчина.
– Только пожалуйста, не волнуйтесь… У меня к вам поручение… Я вам принесла вести от вашей дочери… Она здесь, со мной, если хотите с ней поговорить.
Я боялась подумать, какую реакцию у этого, вдребезги пьяного, человека вызовут мои слова. И как оказалось – не очень-то ошиблась…
Он взревел, как раненый зверь, и я испугалась, что вот сейчас сбегутся все соседи и мне придётся уйти, так ничего и не добившись…
– Не сметь!!!! – бушевал, разъярённый моими словами, отец. – Ты откуда такая взялась? Убирайся!..
Я не знала, что ему сказать, как объяснить? Да и стоило ли?.. Ведь всё равно он почти ничего в данный момент не понимал. Но тоненький голосок опять прошептал:
– Не бойся, пожалуйста… Скажи ему, что я здесь. Я много раз его таким видела…
– Простите меня, Артур. Ведь так вас зовут? Хотите вы верить или нет, но со мною и правда сейчас здесь находится ваша дочь и она видит всё, что вы говорите или делаете.
Он на секунду уставился на меня почти что осмысленным взором, и я уже успела обрадоваться, что всё обойдётся, как вдруг сильные руки подняли меня с земли и поставили по другую сторону порога, быстро захлопнув прямо у меня перед носом злосчастную дверь...
К своему стыду, я совершенно растерялась… Конечно же, за всё это время, что я общалась с умершими, было всякое. Некоторые люди злились уже только за то, что какая-то незнакомая девчонка вдруг посмела потревожить их покой… Некоторые просто вначале не верили в реальность того, о чём я пыталась им рассказать… А некоторые не хотели говорить вообще, так как я была им чужой. Всякое было.... Но чтобы вот так просто выставили за дверь – такого не было никогда. И я опять же, как иногда это со мной бывало, почувствовала себя маленькой и беспомощной девочкой, и очень захотела, чтобы какой-то умный взрослый человек вдруг дал бы мне хороший совет, от которого сразу решились бы все проблемы и всё стало бы на свои места.
Но, к сожалению, такого «взрослого» рядом не было, и выпутываться из всего приходилось мне самой. Так что, зажмурившись и глубоко вздохнув, я собрала свои «дрожащие» эмоции в кулак и опять позвонила в дверь…
Опасность всегда не так страшна, когда знаешь, как она выглядит… Вот так и здесь – я сказала себе, что имею дело всего-навсего с пьяным, озлобленным болью человеком, которого я ни за что больше не буду бояться.
На этот раз дверь открылась намного быстрее. На пьяном лице Артура было неописуе-мое удивление.
– Да неужто опять ты?!.. – не мог поверить он.
Я очень боялась, что он опять захлопнет дверь, и тогда уже у меня не останется никаких шансов...
– Папа, папочка, не обижай её! Она уйдёт и тогда уже никто нам не поможет!!! – чуть не плача шептала девчушка. – Это я, твой лисёнок! Помнишь, как ты мне обещал отвезти меня на волшебную гору?!.. Помнишь? – Она «впилась» в меня своими круглыми умоляющими глазёнками, отчаянно прося повторить её слова. Я посмотрела на её мать – Кристина тоже кивнула.
Это никак не казалось мне хорошей идеей, но решать за них я не имела права, потому, что это была их жизнь и это был, вероятнее всего, их последний разговор…
Я повторила слова малышки, и тут же ужаснулась выражению лица её несчастного отца – казалось, только что ему прямо в сердце нанесли глубокий ножевой удар…
Я пыталась с ним говорить, пыталась как-то успокоить, но он был невменяем и ничего не слышал.
– Пожалуйста, войди внутрь! – прошептала малышка.
Кое-как протиснувшись мимо него в дверной проём, я вошла... В квартире стоял удушливый запах алкоголя и чего-то ещё, что я никак не могла определить.
Когда-то давно это видимо была очень приятная и уютная квартира, одна из тех, которые мы называли счастливыми. Но теперь это был настоящий «ночной кошмар», из которого её владелец, видимо, не в состоянии был выбраться сам...
Какие-то разбитые фарфоровые кусочки валялись на полу, перемешавшись с порванными фотографиями, одеждой, и бог знает ещё с чем. Окна были завешаны занавесками, от чего в квартире стоял полумрак. Конечно же, такое «бытиё» могло по-настоящему навеять только смертельную тоску, иногда сопровождающуюся самоубийством...
Видимо у Кристины появились схожие мысли, потому что она вдруг в первый раз меня попросила:
– Пожалуйста, сделай что-нибудь!
Я ей тут же ответила: «Конечно!» А про себя подумала: «Если б я только знала – что!!!»… Но надо было действовать, и я решила, что буду пробовать до тех пор, пока чего-то да не добьюсь – или он меня наконец-то услышит, или (в худшем случае) опять выставит за дверь.
– Так вы будете говорить или нет? – намеренно зло спросила я. – У меня нет времени на вас, и я здесь только потому, что со мной этот чудный человечек – ваша дочь!
Мужчина вдруг плюхнулся в близ стоявшее кресло и, обхватив голову руками, зарыдал... Это продолжалось довольно долго, и видно было, что он, как большинство мужчин, совершенно не умел плакать. Его слёзы были скупыми и тяжёлыми, и давались они ему, видимо, очень и очень нелегко. Тут только я первый раз по-настоящему поняла, что означает выражение «мужские слёзы»…