Анамнесис (литургия)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Ана́мнесис (греч. ανάμνησις — воспоминание) — в христианстве часть евхаристической молитвы (анафоры), на которой вспоминаются дела истории спасения человечества, в том числе Тайная Вечеря[1]. Название происходит от слов Иисуса Христа, сказанных во время Тайной Вечери: «Сие творите в мое воспоминание (анамнесис)» (Лк. 22:19; 1Кор. 11:24). В состав анамнесиса входят установительные (тайноустановительные) слова. Анамнесис может присутствовать и в других внелитургических богослужениях.

Следы анамнесиса как части евхаристической молитвы прослеживаются со времени Юстина Философа.

В западной христианской традиции анамнесис, как правило, следует за эпиклезой, в то время, как в анафорах восточных обрядов (византийского, западно-сирийского, восточно-сирийского и др.) анамнесис предшествует эпиклезе (призыванию Духа Святого на Дары).

Анамнесис имеет корни в ветхозаветной пасхальной вечере, на которой участники переживали события Исхода народа Израиля из Египта. Анамнесис присутствует уже в самых ранних христианских анафорах.







Анамнесис и установительные слова

Анамнесис и установительные слова образуют неразрывное целое[2], однако анамнесис может быть шире установительных слов, поскольку кроме слов Иисуса Христа включает в себя воспоминание обо всех этапах истории спасения, начиная с сотворения мира и заканчивая крестной смертью и воскресением Христа.

Текст

Византийский обряд

В византийском обряде текст анамнесиса перед установительными словами читается священником тайно, а установительные слова произносятся вслух. Анамнесис литургии Василия Великого почти в пять раз длиннее, чем в литургии Иоанна Златоуста и включает в себя воспоминание как ветхозаветных дел истории спасения, так и подробное воспоминание крестной жертвы Иисуса Христа.

Литургия Иоанна Златоуста (жирным выделены возгласы священника, остальное читается тайно):

« С сими и мы блаженными Силами, Владыко Человеколюбче, вопием и глаголем: Свят еси и Пресвят, Ты и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый. Свят еси и Пресвят, и великолепна слава Твоя! Иже мир Твой тако возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единороднаго дати, да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный. Иже, пришед и все, еже о нас, смотрение исполнив, в нощь, в нюже предаяшеся, паче же Сам Себе предаяше за мирский живот, приемь хлеб во святыя Своя и пречистыя и непорочныя руки, благодарив и благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек:
  • Священник: Приимите, ядите, Сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое, во оставление грехов.
  • Хор: Аминь.
  • Священник: Пийте от нея вси, Сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многи изливаемая во оставление грехов.
  • Хор: Аминь.
  • Священник:Поминающе убо спасительную сию заповедь и вся, яже о нас бывшая: Крест, гроб, тридневное Воскресение, на небеса восхождение, одесную седение, второе и славное паки пришествие Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся[3]
»

Анамнесис Василия Великого гораздо больший: в нём повествуется о сотворении первого человека и его грехопадении, даровании Израилю закона и пророков, о пришествии Сына Божьего, Его крестной жертве, Воскресении и вознесении.

Римский обряд

В современном римском обряде используются четыре анафоры: традиционный для Латинский церкви Римский канон и три другие анафоры, введённые в XX веке. Анамнесис в римском обряде целиком читается вслух.

Римский канон:

« Накануне Своих страданий Он взял хлеб во святые и досточтимые руки Свои, возвел очи к небу, к Тебе, Богу Отцу Своему Всемогущему, и Тебе вознося благодарение, преломил и подал ученикам Своим, говоря:
  • Примите и вкусите от него все: ибо это есть тело моё, которое за вас будет предано.

Так же после вечери, взяв эту преславную чашу во святые и досточтимые руки Свои, вновь вознося Тебе благодарение, благословил и подал ученикам Своим, говоря:

  • Примите и пейте из неё все: ибо это есть чаша крови моей, нового и вечного завета, которая за вас и за многих прольется во отпущение грехов. Это совершайте в память обо мне.[4]
»

Напишите отзыв о статье "Анамнесис (литургия)"

Примечания

  1. [http://www.istina.religare.ru/article397.html Память как Евхаристия]
  2. [http://www.latina-adhuc.narod.ru/quarta.htm Месса Классического Римского Обряда (forma extraordinaria)]
  3. [http://liturgy.ru/nav/liturg/lit6.php Литургия.ру]
  4. [http://katolichestvo.by.ru/liturgy/missa6.shtml Чин мессы]

Источники

Части Анафоры в христианской литургии
Sursum corda | Префация | Sanctus | Анамнесис | Эпиклеза | Интерцессия

Отрывок, характеризующий Анамнесис (литургия)

– Я ходила в Венецию, ваше святейшество, чтобы проститься... – так же спокойно ответила я.
– И это доставило вам удовольствие?
– Нет, ваше святейшество. Она уже не такая, какой была... какую я помню.
– Вот видите, Изидора, даже города меняются за такое короткое время, не только люди... Да и государства, наверное, если присмотреться. А разве же могу не меняться я?..
Он был в очень странном, не присущем ему настроении, поэтому я старалась отвечать очень осторожно, чтобы случайно не задеть какой-нибудь «колючий» угол и не попасть под грозу его святейшего гнева, который мог уничтожить и более сильного человека, чем была в то время я.
– Не вы ли, помниться, говорили, святейшество, что теперь вы будете жить очень долго? Изменилось ли что-либо с тех пор?.. – тихо спросила я.
– О, это была всего лишь надежда, дорогая моя Изидора!.. Глупая, пустая надежда, которая развеялась так же легко, как дым...
Я терпеливо ждала, что он продолжит, но Караффа молчал, снова погрузившись в какие-то свом невесёлые думы.
– Простите, Ваше святейшество, знаете ли вы, что стало с Анной? Почему она покинула монастырь? – почти не надеясь на ответ, всё же спросила я.
Караффа кивнул.
– Она идёт сюда.
– Но почему?!. – моя душа застыла, чувствуя нехорошее.
– Она идёт, чтобы спасти вас, – спокойно произнёс Караффа.
– ?!!..
– Она нужна мне здесь, Изидора. Но для того, чтобы её отпустили из Мэтэоры, нужно было её желание. Вот я и помог ей «решить».
– Зачем Анна понадобилась вам, ваше святейшество?! Вы ведь хотели, чтобы она училась там, не так ли? Зачем же было тогда вообще увозить её в Мэтэору?..
– Жизнь уходит, мадонна... Ничто не стоит на месте. Особенно Жизнь... Анна не поможет мне в том, в чём я так сильно нуждаюсь... даже если она проучится там сотню лет. Мне нужны вы, мадонна. Именно ваша помощь... И я знаю, что мне не удастся вас просто так уговорить.
Вот оно и пришло... Самое страшное. Мне не хватило времени, чтобы убить Караффу!.. И следующей в его страшном «списке» стала моя бедная дочь... Моя смелая, милая Анна... Всего на коротенькое мгновение мне вдруг приоткрылась наша страдальческая судьба... и она казалась ужасной...

Посидев молча ещё какое-то время в «моих» покоях, Караффа поднялся, и, уже собравшись уходить, совершенно спокойно произнёс:
– Я сообщу Вам, когда Ваша дочь появится здесь, мадонна. Думаю, это будет очень скоро. – И светски поклонившись, удалился.
А я, из последних сил стараясь не поддаваться нахлынувшей безысходности, дрожащей рукой скинула шаль и опустилась на ближайший диван. Что же оставалось мне – измученной и одинокой?.. Каким таким чудом я могла уберечь свою храбрую девочку, не побоявшуюся войны с Караффой?.. Что за ложь они сказали ей, чтобы заставить покинуть Мэтэору и вернуться в это проклятое Богом и людьми земное Пекло?..
Я не в силах была даже подумать, что приготовил для Анны Караффа... Она являлась его последней надеждой, последним оружием, которое – я знала – он постарается использовать как можно успешнее, чтобы заставить меня сдаться. Что означало – Анне придётся жестоко страдать.
Не в силах более оставаться в одиночестве со своей бедой, я попыталась вызвать отца. Он появился тут же, будто только и ждал, что я его позову.
– Отец, мне так страшно!.. Он забирает Анну! И я не знаю, смогу ли её уберечь... Помоги мне, отец! Помоги хотя бы советом...
Не было на свете ничего, что я бы не согласилась отдать Караффе за Анну. Я была согласна на всё... кроме лишь одного – подарить ему бессмертие. А это, к сожалению, было именно то единственное, чего святейший Папа желал.
– Я так боюсь за неё, отец!.. Я видела здесь девочку – она умирала. Я помогла ей уйти... Неужели подобное испытание достанется и Анне?! Неужели у нас не хватит сил, чтобы её спасти?..
– Не допускай страх в своё сердце, доченька, как бы тебе не было больно. Разве ты не помнишь, чему учил свою дочь Джироламо?.. Страх создаёт возможность воплощения в реальность того, чего ты боишься. Он открывает двери. Не позволяй страху ослабить тебя ещё до того, как начнёшь бороться, родная. Не позволяй Караффе выиграть, даже не начав сопротивляться.
– Что же мне делать, отец? Я не нашла его слабость. Не нашла, чего он боится... И у меня уже не осталось времени. Что же мне делать, скажи?..
Я понимала, что наши с Анной короткие жизни приближались к своему печальному завершению... А Караффа всё так же жил, и я всё так же не знала, с чего начать, чтобы его уничтожить...
– Пойди в Мэтэору, доченька. Только они могут помочь тебе. Пойди туда, сердце моё.
Голос отца звучал очень печально, видимо так же, как и я, он не верил, что Мэтэора поможет нам.