Афинагор (патриарх Константинопольский)

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Афинагор I»)
Перейти к: навигация, поиск
Патриарх Афинагор
Πατριάρχης Ἀθηναγόρας<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Патриарх Афинагор</td></tr>
268-й Архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский Патриарх
27 января 1949 — 7 июля 1972
Избрание: 1 ноября 1948 года
Предшественник: Максим V
Преемник: Димитрий
Архиепископ Американский
30 августа 1930 — 27 января 1949
Предшественник: Александр (Димоглу)
Преемник: Тимофей (Евангелинидис)
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Аристоклис Матфеос Спиру
Оригинал имени
при рождении:
Αριστοκλής Ματθαίος Σπύρου
Рождение: 25 марта (6 апреля) 1886(1886-04-06)
деревня Цараплана, Эпир, Османская империя
Смерть: 7 июля 1972(1972-07-07) (86 лет)
Стамбул, Турция
Похоронен: монастырь в Балыклы
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Матфеос Спиру (1852—1908)
Мать: Элени Спиру (1863—1899)
Принятие священного сана: март 1910 год
Епископская хиротония: 22 декабря 1922 года
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Патриа́рх Афинаго́р (греч. Πατριάρχης Ἀθηναγόρας, в миру Аристокли́с Спи́ру, греч. Αριστοκλής Σπύρου; 25 марта 1886, деревня Цараплана, Эпир, Османская империя — 7 июля 1972, Стамбул, Турция) — епископ Константинопольской православной церкви, Архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский Патриарх. Один из лидеров экуменического движения XX века.







Биография

Родился 25 марта (6 апреля) 1886 года в деревне Цараплана в Эпире, который тогда была частью Османской империи (ныне деревня Василико, округ Янина, Греция) в семье сельского врача Матфеоса Спиру и его жены Элени (до замужества Мокору)[1].

В 18951899 годы учился в школе Коницы. В 1899 году от тифа умирает его мать, после чего он вынужден был до 1901 года прервать учебу. В 1901—1903 годы обучался в Янине[1].

В 1903 года при поддержке протосингела Афинагора (Элефтериу) поступил на гимназическое отделение Богословского училища на острове Халки[1]. Будучи беден, не мог в отличие от более обеспеченных студентов уезжать в «увольнительную» в Константинополь[2].

В 1908 году умирает его отец, и Аристоклис остаётся круглым сиротой[1].

Диаконское служение

В марте 1910 года митрополитом Элассонским Поликарпом (Варвакисом) был рукоположён в сан диакона с наречением имени Афинагор в честь Афинагора Афинского[1].

В июле того же года он оканчивает Халкинскую богословкую школу. Его дипломная работа именовалась «О избрании Патриарха Константинополя от Великого Константина до Падения Константинополя».

По окончании халкинсого училища становится помощником митрополита Пелагонийского Стефана (Даниилидиса) в городе Монастир (ныне Битола), будучи возведён им в сан архидиакона[1].

В 1912 году новый митрполит Хризостом (Кавуридис) назначил архидиакона Афинагора начальником секретариата. После перехода епархии в юрисдикцию Сербской Православной Церкви осенью 1918 года, сопровождая удалившегося на покой митроплита Хризостома, отправился на Афон, в скит Милопотамос[1].

В марте 1919 года назначен первым секретарем Священного Синода Элладской Православной Церкви, которую в то время возглавлял архиепископ Мелетий (Метаксакис), который 27 ноября 1921 года становится Патриархом Константинопольским.

В начале 1920-х годов, будучи сподвижником Патриарха Константинопольского Мелетия (Метаксакиса) участвовал в процессе создания экуменической комиссии «Вера и церковное устройство».

Митрополит Керкирский

Файл:VRANAS-6.jpg
Митрополит Керкирский Афинагор. Художник Андреас Вранас. 1927 год.

16 декабря 1922 года Священным Синодом Элладской Церкви был избран митрополитом Ке́ркирским и Па́кским[1].

После одобрения этого избрания правительством Греции после чего был в храме святой Екатерины Плакас рукоположен в сан пресвитера епископом Талантийским Иерофеем[1].

22 декабря 1922 года в кафедральном соборе Афин был во епископа Керкирского и Пакского с возведением в сан митрополита. Хиротонию совершили: митрополит Димитриадский Герман (Мавроматис), митрополит Сирский Афанасий (Левендопулос), митрополит Коринфский Дамаскин, митрополит Китирский Дорофей, митрополит Халкидский Григорий и епископ Талантийский Иерофей.

Открыл в митрополичьей резиденции медицинский центр и бюро по трудоустройству для греков, переселенцев из Малой Азии и Восточной Фракии. После обстрела итальянской эскадрой крепости Корфу 31 августа 1923 года погибло множество мирных жителей, и митрополит Афинагор на рыбацкой лодке прибыл на итальянский флагман, чтобы выразить протест адмиралу Солари.

В 1926 году принимает активное участие в Хельсинской Всемирной ассамблее YMCA.

Наблюдатель на Ламбетской конференции англиканской церкви в 1930 года.

Архиепископ Американский

30 августа 1930 года Патриархом Фотием II и Синодом, с согласия Элладской Церкви, был назначен архиепископом и экзархом Северной и Южной Америки.

Реорганизовал управление и строй находившейся в смятении и разладе архиепископии в сторону максимальной централизации, де-факто упразднив должности епархиальных архиереев. В 1931 году вступил в действие новый устав архиепископии, действовавший до 1977 года. За время управления Американской архиепископией, включавшей в себя греческие приходы в Северной и Южной Америке, количество общин возросло со 119 до 350; основал ряд учебных заведений, в частности, Семинарию Святого Креста в Бостоне (1947).

Принял в юрисдикцию Константинопольского Патриархата Украинскую православную церковь в Америке и Американскую карпаторусскую епархию.

Патриарх Константинопольский

18 октября 1948 года под сильнейшим давлением турецких властей и греческого королевского правительства Патриарх Константинопольский Максим V был вынужден уйти на покой. Американское руководство считало архиепископа Афинагора наиболее подходящей кандидатурой для нормализации отношений между Грецией и Турцией и для противостояния находившейся под советским влиянием Московской Патриархии. Правда, сначала выбор греческих властей склонялся в пользу бывшего Афинского архиепископа Хрисанфа (Филиппидиса), но затем им пришлось уступить. Так как архиепископ Афинагор не был гражданином Турции, его кандидатура противоречила постановлениям правительства о выборах Константинопольского Патриарха, однако, учитывая позицию администрации США, власти Турции допустили его выборы[3]. Синодом Патриархата при повторном голосовании 1 ноября 11-ю голосами из 17-и был избран на патриарший престол, стал первым патриархом, после падения Константинополя, не имевшим турецкого (оттоманского) подданства на момент избрания.

В отличие от своего предшественника, Патриарх Афинагор был настроен резко анти­коммунистически. В ноябре 1948 году он заявил по бостонскому радио: «Америка помогает Турции и Греции, так как она знает, что эти два государства должны бороться против дикого зверя, угрожающего человечеству». 7 декабря в издаваемой в Сан-Франциско русской газете «Новая заря» было опубликовано его интервью, в котором говорилось: «Мы, православные, простираем руку дружбы всем религиям, христианским, мусульманским и другим, желающим бороться против коммунизма и других сил, которые борются против свободы совести и основных прав человеческой личности. Если я поеду через Лондон, я переговорю с главой Англиканской церкви. Я был бы весьма счастлив, если бы глава римского католицизма папа тоже протянул руку дружеского сотрудничества нам и принял бы нашу руку»[3].

26 января 1949 году Патриарх Афинагор прибыл в Стамбул на борту самолёта Президента США Гарри Трумэна[4], и префект Стамбула выдал ему турецкий паспорт сразу же после прибытия в аэропорт[3]. На следующий день в Соборе святого Георгия на Фанаре состоялась его интронизация.

Сосредоточил свои усилия на международной деятельности в целях преодоления узконационального характера греческого Православия. Стремился распространить своё влияние на все православные диаспоры, что вызвало недовольство, в том числе со стороны Русской православной церкви[5].

В 1952 году объявил о созыве «Всеправославного Великого и Святого собора», подготовка к нему началась Первым предсоборным совещанием, созванным по инициативе Афиногора в 1961 году на Родосе. Патриарх назначил председателем Совещания митрополита Филиппского Неапольского и Фасосского Хризостома (Хадзиставру), главой делегации митрополита Сардского Максима (Цаусиса). Родосские совещания позволили обозначить широкий круг вопросов, важных для современного православия и решить часть из них[6], позже эти конференции результативно продолжались вплоть до 1990-х годов, на них было решено подавляющее большинство вопросов, поставленных на I Родосском Всеправославном совещании[7].

В период патриаршества Афинагора I были канонизированы преподобный Никодим Святогорец, равноапостольный Косма Этолийский и святитель Нектарий Эгинский.

Скончался 7 июля 1972 года в Стамбуле, на полгода пережив своего предшественника Патриарха Максима. Погребен в патриаршем монастыре Живоносного Источника Валукли близ Константинополя.

Экуменические взгляды и деятельность

Памятник Афинагору I в Ханье, Крит

Патриарх Афинагор не признавал существования ересей вообще. В ответ на рассказ Оливье Клемана о некоем богослове, который повсюду видит ереси, Афинагор сказал: [8]

А я не вижу их (ереси) нигде! Я вижу лишь истины, частичные, урезанные, оказавшиеся иной раз не на месте и притязающие на то, чтобы уловить и заключить в себе неисчерпаемую тайну…

В феврале 1962 года в резиденцию Константинопольского патриарха было доставлено приглашение православных наблюдателей на Второй Ватиканский собор, для этого на Фанар прибыл секретарь Секретариата по единению Церквей кардинал Виллебрандс.

Вскоре под руководством митрополита Сардского Максима (Цаусиса) была создана специальная комиссия для консультаций с Православными Церквами по этому вопросу: ряд православных церквей отказались, Александрия сочла нужным последовать решению Константинопольской Патриархии.

В результате Афинагор к лету 1962 года отказался от идеи посылки наблюдателей, официальное объявление об этом было в решении Константинопольского Синода от 8 октября 1962 года.

Вопреки деятельности митрополита Максима 12 октября 1962 года в Рим прибыли наблюдатели от Московского Патриархата, что было обусловлено вмешательством советского государства в дела церкви.

Этот демарш стал полной неожиданностью для Константинопольского Патриарха, но позже Патриарх Афинагор определил эти события как начало нового этапа[9].

Файл:Paulus VI and Patriarch Athenagoras 1964 Paraguay stamp.jpg
Почтовая марка посвященная исторической встрече Патриарха Афиногора и и Папы Павла VI

Патриарх Афинагор содействовал примирению христианских церквей Востока и Запада. По инициативе Афинагора в январе 1964 года состоялась его встреча с папой римским Павлом VI в Иерусалиме (первая встреча предстоятелей Православной и Римско-католической церквей с 1439), после чего были отменены взаимные анафемы, существовавшие с 1054 года.

Патриарх Афинагор — масон, член «Великой ложи Греции»[10]

Напишите отзыв о статье "Афинагор (патриарх Константинопольский)"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [http://www.ec-patr.org/list/index.php?lang=gr&id=326 Ἀθηναγόρας] на официальном сайте Константинопольского Патриархата
  2. Арсений Загуляев [http://www.nsad.ru/articles/halki-shkola-dlya-patriarhov Халки: школа для патриархов] // «Нескучный сад», 12 (83)'2012
  3. 1 2 3 Профессор Михаил Шкаровский. [http://spbda.ru/publications/professor-mihail-shkarovskiy-konstantinopolskiy-patriarhat-i-ego-otnosheniya-s-russkoy-i-bolgarskoy-pravoslavnymi-cerkvami-v-1917-1950-e-gg-3/ Константинопольский Патриархат и его отношения с Русской и Болгарской Православными Церквами в 1917—1950-е гг. Ч. 3]
  4. [http://www.pravoslavie.ru/news/32607.htm Турция предоставит гражданство иерархам Константинопольского Патриархата, проживающие вне страны] // Православие.Ru
  5. http://www.statearchive.ru/assets/files/Pisma_patriarha_2/2_imk.pdf
  6. профессор протоиерей Владимир Сорокин. Всеправославные Совещания 1961—1968 гг. Материалы и документы, публиковавшиеся в «Журнале Московской Патриархии» : I Всеправославное Совещание. Список делегатов совещания // [http://antimodern.files.wordpress.com/2014/03/viii_sobor.pdf Митрополит Никодим и всеправославное единство] / По благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира ; А. А. Бовкало ; Координатор Ю. Тимофеева ; Художник А. Щаблыкин. — СПб. : Издательство Князь-Владимирского собора, 2008. — С. 12. — 272 с. — 1000 экз. — ISBN ISBN 5-94813-013-4.</span>
  7. Митрополит Волоколамский Иларион, председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, председатель Синодальной Библейско-Богословской комиссии, ректор Общецерковной аспирантуры и докторантуры. [https://mospat.ru/ru/2011/11/03/news50923/ Межправославное сотрудничество в рамках подготовки к Святому и Великому Собору Православной Церкви] (Официальный сайт), Докторская речь председателя ОВЦС митрополита Волоколамского Илариона в Санкт-Петербургской духовной академии, Отдел внешних церковных связей (3 ноября 2011 12:12). Проверено 30 апреля 2014. «Начало подготовки Святого и Великого Собора Православной Церкви Процесс подготовки Всеправославного Собора активизировался в сентябре 1961 года, когда было созвано первое Всеправославное совещание на острове Родос в Греции.».
  8. [http://pharisai.at.ua/publ/34-1-0-225 Оливье Клеман. Беседы с Патриархом Афинагором. Пер. с фр. Владимира Зелинского. Брюссель: «Жизнь с Богом», 1993. С. 301—302] — Оливье Клеман — современный православный богослов, известный на Западе как популяризатор православия.
  9. О. Ю. Васильева. [http://www.religare.ru/2_8443.html Русская Православная Церковь и Второй Ватиканский Собор: Факты. События. Документы]. — М.: Лепта, 2004. — 382 с. — 3000 экз. — ISBN 5-98194-009-3.
  10. [http://grandlodge.gr/%CE%B1%CE%B8%CE%B7%CE%BD%CE%B1%CE%B3%CF%8C%CF%81%CE%B1%CF%82/ Αθηναγόρας — Οικουμενικός Πατριάρχης.]
  11. </ol>

Литература

  • Логачев К. Святейший Афинагор I, Патриарх Константинопольский (некролог) // ЖМП. 1972, № 8. стр. 54—55;
  • Клеман Оливье. [http://pharisai.at.ua/publ/34 Беседы с Патриархом Афинагором]. — Пер. с французского В. Зелинского. Брюссель, 1993.]
  • Б. А. Нелюбов, Э. П. Г. [http://www.pravenc.ru/text/77080.html Афинагор I] // Православная энциклопедия. Том VIV. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2002. — С. 85-87. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-009-9

Ссылки

  • [http://www.ec-patr.org/list/index.php?lang=gr&id=326 Ἀθηναγόρας] справка на официальном сайте Константинопольской Патриархии
  • [http://www.stpaulsirvine.org/html/athenagoras.htm Remembering Patriarch Athenagoras]

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Афинагор (патриарх Константинопольский)

Как я наконец-то догадалась, этот «туман, который мы здесь видели повсюду, каким-то образом усиливал любые действия живущих здесь существ: открывал для них яркость видения, служил надёжным средством телепортации, вообще – помогал во всём, чем бы в тот момент эти существа не занимались. И думаю, что использовался для чего-то ещё, намного, намного большего, чего мы пока ещё не могли понять...
Река извивалась красивой широкой «змеёй» и, плавно уходя в даль, пропадала где-то между сочно-зелёными холмами. А по обоим её берегам гуляли, лежали и летали удивительные звери... Это было настолько красиво, что мы буквально застыли, поражённые этим потрясающим зрелищем...
Животные были очень похожи на невиданных царственных драконов, очень ярких и гордых, как будто знающих, насколько они были красивыми... Их длиннющие, изогнутые шеи сверкали оранжевым золотом, а на головах красными зубцами алели шипастые короны. Царские звери двигались медленно и величественно, при каждом движении блистая своими чешуйчатыми, перламутрово-голубыми телами, которые буквально вспыхивали пламенем, попадая под золотисто-голубые солнечные лучи.
– Красоти-и-и-ще!!! – в восторге еле выдохнула Стелла. – А они очень опасные?
– Здесь не живут опасные, у нас их уже давно нет. Я уже не помню, как давно... – прозвучал ответ, и тут только мы заметили, что Вэйи с нами нет, а обращается к нам Миард...
Стелла испуганно огляделась, видимо не чувствуя себя слишком комфортно с нашим новым знакомым...
– Значит опасности у вас вообще нет? – удивилась я.
– Только внешняя, – прозвучал ответ. – Если нападут.
– А такое тоже бывает?
– Последний раз это было ещё до меня, – серьёзно ответил Миард.
Его голос звучал у нас в мозгу мягко и глубоко, как бархат, и было очень непривычно думать, что это общается с нами на нашем же «языке» такое странное получеловеческое существо... Но мы наверное уже слишком привыкли к разным-преразным чудесам, потому что уже через минуту свободно с ним общались, полностью забыв, что это не человек.
– И что – у вас никогда не бывает никаких-никаких неприятностей?!. – недоверчиво покачала головкой малышка. – Но тогда вам ведь совсем не интересно здесь жить!..
В ней говорила настоящая, неугасающая Земная «тяга к приключениям». И я её прекрасно понимала. Но вот Миарду, думаю, было бы очень сложно это объяснить...
– Почему – не интересно? – удивился наш «проводник», и вдруг, сам себя прервав, показал в верх. – Смотрите – Савии!!!
Мы взглянули на верх и остолбенели.... В светло-розовом небе плавно парили сказочные существа!.. Они были совершенно прозрачны и, как и всё остальное на этой планете, невероятно красочны. Казалось, что по небу летели дивные, сверкающие цветы, только были они невероятно большими... И у каждого из них было другое, фантастически красивое, неземное лицо.
– О-ой.... Смотри-и-те... Ох, диво како-о-е... – почему-то шёпотом произнесла, совершенно ошалевшая Стелла.
По-моему, я никогда не видела её настолько потрясённой. Но удивиться и правда было чему... Ни в какой, даже самой буйной фантазии, невозможно было представить таких существ!.. Они были настолько воздушными, что казалось, их тела были сотканы из блистающего тумана... Огромные крылья-лепестки плавно колыхались, распыляя за собой сверкающую золотую пыль... Миард что-то странно «свистнул», и сказочные существа вдруг начали плавно спускаться, образуя над нами сплошной, вспыхивающий всеми цветами их сумасшедшей радуги, огромный «зонт»... Это было так красиво, что захватывало дух!..
Первой к нам «приземлилась» перламутрово-голубая, розовокрылая Савия, которая сложив свои сверкающие крылья-лепестки в «букет», начала с огромным любопытством, но безо всякой боязни, нас разглядывать... Невозможно было спокойно смотреть на её причудливую красоту, которая притягивала, как магнит и хотелось любоваться ею без конца...
– Не смотрите долго – Савии завораживают. Вам не захочется отсюда уходить. Их красота опасна, если не хотите себя потерять, – тихо сказал Миард.
– А как же ты говорил, что здесь ничего опасного нет? Значит это не правда? – тут же возмутилась Стелла.
– Но это же не та опасность, которую нужно бояться или с которой нужно воевать. Я думал вы именно это имели в виду, когда спросили, – огорчился Миард.
– Да ладно! У нас, видимо, о многом понятия будут разными. Это нормально, правда ведь? – «благородно» успокоила его малышка. – А можно с ними поговорить?
– Говорите, если сможете услышать. – Миард повернулся к спустившейся к нам, чудо-Савии, и что-то показал.
Дивное существо заулыбалось и подошло к нам ближе, остальные же его (или её?..) друзья всё также легко парили прямо над нами, сверкая и переливаясь в ярких солнечных лучах.
– Я Лилис...лис...ис...– эхом прошелестел изумительный голос. Он был очень мягким, и в то же время очень звонким (если можно соединить в одно такие противоположные понятия).
– Здравствуй, красивая Лилис. – радостно приветствовала существо Стелла. – Я – Стелла. А вот она – Светлана. Мы – люди. А ты, мы знаем, Савия. Ты откуда прилетела? И что такое Савия? – вопросы опять сыпались градом, но я даже не попыталась её остановить, так как это было совершенно бесполезно... Стелла просто «хотела всё знать!». И всегда такой оставалась.
Лилис подошла к ней совсем близко и начала рассматривать Стеллу своими причудливыми, огромными глазами. Они были ярко малиновые, с золотыми крапинками внутри, и сверкали, как драгоценные камни. Лицо этого чудо-существа выглядело удивительно нежным и хрупким, и имело форму лепестка нашей земной лилии. «Говорила» она, не раскрывая рта, в то же время улыбаясь нам своими маленькими, круглыми губами... Но, наверное, самыми удивительными у них были волосы... Они были очень длинными, почти достигали края прозрачного крыла, абсолютно невесомыми и, не имея постоянного цвета, всё время вспыхивали самыми разными и самыми неожиданными блестящими радугами... Прозрачные тела Савий были бесполы (как тело маленького земного ребёнка), и со спины переходили в «лепестки-крылья», что и вправду делало их похожими на огромные яркие цветы...
– Мы прилетели с гор-ор... – опять прозвучало странное эхо.
– А может ты нам быстрее расскажешь? – попросила Миарда нетерпеливая Стелла. – Кто они?
– Их привезли из другого мира когда-то. Их мир умирал, и мы хотели их спасти. Сперва думали – они смогут жить со всеми, но не смогли. Они живут очень высоко в горах, туда никто не может попасть. Но если долго смотреть им в глаза – они заберут с собой... И будешь жить с ними.
Стелла поёжилась и чуть отодвинулась от стоявшей рядом Лилис... – А что они делают, когда забирают?
– Ничего. Просто живут с теми, кого забирают. Наверно у них в мире было по-другому, а сейчас они делают это просто по-привычке. Но для нас они очень ценны – они «чистят» планету. Никто никогда не болел после того, как они пришли.
– Значит, вы их спасли не потому, что жалели, а потому, что они вам были нужны?!.. А разве это хорошо – использовать? – я испугалась, что Миард обидится (как говорится – в чужую хату с сапогами не лезь...) и сильно толкнула Стеллу в бок, но она не обратила на меня ни какого внимания, и теперь уже повернулась к Савии. – А вам нравится здесь жить? Вы грустите по своей планете?
– Нет-ет... Здесь красиво-сиво-иво...– прошелестел тот же мягкий голос. – И хорошо-ошо...
Лилис неожиданно подняла один из своих сверкающих «лепестков» и нежно погладила Стеллу по щеке.
– Малыш-ка... Хорошая-шая-ая... Стелла-ла-а... – и у Стеллы над головой второй раз засверкал туман, но на этот раз он был разноцветным...
Лилис плавно махнула прозрачными крыльями-лепестками и начала медленно подниматься, пока не присоединилась к своим. Савии заволновались, и вдруг, очень ярко вспыхнув, исчезли...
– А куда они делись? – удивилась малышка.
– Они ушли. Вот, посмотри... – и Миард показал на уже очень далеко, в стороне гор, плавно паривших в розовом небе, освещённых солнцем дивных существ. – Они пошли домой...
Неожиданно появилась Вэя...
– Вам пора, – грустно сказала «звёздная» девочка. – Вам нельзя так долго здесь находиться. Это тяжело.
– Ой, но мы же ещё ничего ничего не успели увидеть! – огорчилась Стелла. – А мы можем ещё сюда вернуться, милая Вэя? Прощай добрый Миард! Ты хороший. Я к тебе обязательно вернусь! – как всегда, обращаясь ко всем сразу, попрощалась Стелла.
Вэя взмахнула ручкой, и мы снова закружились в бешеном водовороте сверкающих материй, через короткое (а может только казалось коротким?) мгновение «вышвырнувших» нас на наш привычный Ментальный «этаж»...
– Ох, как же там интересно!.. – в восторге запищала Стелла.
Казалось, она готова была переносить самые тяжёлые нагрузки, только бы ещё раз вернуться в так полюбившийся ей красочный Вэйин мир. Вдруг я подумала, что он и вправду должен был ей нравиться, так как был очень похож на её же собственный, который она любила себе создавать здесь, на «этажах»...
У меня же энтузиазма чуточку поубавилось, потому что я уже увидела для себя эту красивую планету, и теперь мне зверски хотелось что-нибудь ещё!.. Я почувствовала тот головокружительный «вкус неизвестного», и мне очень захотелось это повторить... Я уже знала, что этот «голод» отравит моё дальнейшее существование, и что мне всё время будет этого не хватать. Таким образом, желая в дальнейшем оставаться хоть чуточку счастливым человеком, я должна была найти какой-то способ, чтобы «открыть» для себя дверь в другие миры... Но тогда я ещё едва ли понимала, что открыть такую дверь не так-то просто... И, что пройдёт ещё много зим, пока я буду свободно «гулять», куда захочу, и что откроет для меня эту дверь кто-то другой... И этим другим будет мой удивительный муж.
– Ну и что будем дальше делать? – вырвала меня из моих мечтаний Стелла.
Она была расстроенной и грустной, что не удалось увидеть больше. Но я была очень рада, что она опять стала сама собой и теперь я была совершенно уверена, что с этого дня она точно перестанет хандрить и будет снова готова к любым новым «приключениям».
– Ты меня прости, пожалуйста, но я наверное уже сегодня ничего больше делать не буду... – извиняясь, сказала я. – Но спасибо тебе большое, что помогла.
Стелла засияла. Она очень любила чувствовать себя нужной, поэтому, я всегда старалась ей показать, как много она для меня значит (что было абсолютной правдой).
– Ну ладно. Пойдём куда-нибудь в другой раз, – благодушно согласилась она.
Думаю, она, как и я, была чуточку измождённой, только, как всегда, старалась этого не показать. Я махнула ей рукой... и оказалась дома, на своей любимой софе, с кучей впечатлений, которые теперь спокойно нужно было осмыслить, и медленно, не спеша «переварить»...

К моим десяти годам я очень сильно привязалась к своему отцу.
Я его обожала всегда. Но, к сожалению, в мои первые детские годы он очень много разъезжал и дома бывал слишком редко. Каждый проведённый с ним в то время день для меня был праздником, который я потом долго вспоминала, и по крупиночкам собирала все сказанные папой слова, стараясь их сохранить в своей душе, как драгоценный подарок.
С малых лет у меня всегда складывалось впечатление, что папино внимание я должна заслужить. Не знаю, откуда это взялось и почему. Никто и никогда мне не мешал его видеть или с ним общаться. Наоборот, мама всегда старалась нам не мешать, если видела нас вдвоём. А папа всегда с удовольствием проводил со мной всё своё, оставшееся от работы, свободное время. Мы ходили с ним в лес, сажали клубнику в нашем саду, ходили на реку купаться или просто разговаривали, сидя под нашей любимой старой яблоней, что я любила делать почти больше всего.

В лесу за первыми грибами...

На берегу реки Нямунас (Неман)

Папа был великолепным собеседником, и я готова была слушать его часами, если попадалась такая возможность... Наверное просто его строгое отношение к жизни, расстановка жизненных ценностей, никогда не меняющаяся привычка ничего не получать просто так, всё это создавало для меня впечатление, что его я тоже должна заслужить...
Я очень хорошо помню, как ещё совсем маленьким ребёнком висла у него на шее, когда он возвращался из командировок домой, без конца повторяя, как я его люблю. А папа серьёзно смотрел на меня и отвечал: «Если ты меня любишь, ты не должна мне это говорить, но всегда должна показать…»
И именно эти его слова остались для меня неписанным законом на всю мою оставшуюся жизнь... Правда, наверное, не всегда у меня очень хорошо получалось – «показать», но старалась я честно всегда.
Да и вообще, за всё то, кем я являюсь сейчас, я обязана своему отцу, который, ступенька за ступенькой, лепил моё будущее «Я», никогда не давая никаких поблажек, несмотря на то, сколь беззаветно и искренне он меня любил. В самые трудные годы моей жизни отец был моим «островом спокойствия», куда я могла в любое время вернуться, зная, что меня там всегда ждут.
Сам проживший весьма сложную и бурную жизнь, он хотел быть уверенным наверняка, что я смогу за себя постоять в любых неблагоприятных для меня, обстоятельствах и не сломаюсь от каких бы то ни было жизненных передряг.
Вообще-то, могу от всего сердца сказать, что с родителями мне очень и очень повезло. Если бы они были бы чуточку другими, кто знает, где бы сейчас была я, и была ли бы вообще...
Думаю также, что судьба свела моих родителей не просто так. Потому, что встретиться им было вроде бы абсолютно невозможно...
Мой папа родился в Сибири, в далёком городе Кургане. Сибирь не была изначальным местом жительства папиной семьи. Это явилось решением тогдашнего «справедливого» советского правительства и, как это было принято всегда, обсуждению не подлежало...
Так, мои настоящие дедушка и бабушка, в одно прекрасное утро были грубо выпровожены из своего любимого и очень красивого, огромного родового поместья, оторваны от своей привычной жизни, и посажены в совершенно жуткий, грязный и холодный вагон, следующий по пугающему направлению – Сибирь…
Всё то, о чём я буду рассказывать далее, собрано мною по крупицам из воспоминаний и писем нашей родни во Франции, Англии, а также, из рассказов и воспоминаний моих родных и близких в России, и в Литве.
К моему большому сожалению, я смогла это сделать уже только после папиной смерти, спустя много, много лет...
С ними была сослана также дедушкина сестра Александра Оболенская (позже – Alexis Obolensky) и, добровольно поехавшие, Василий и Анна Серёгины, которые последовали за дедушкой по собственному выбору, так как Василий Никандрович долгие годы был дедушкиным поверенным во всех его делах и одним из самых его близких друзей.

Aлександра (Alexis) Оболенская Василий и Анна Серёгины

Наверное, надо было быть по-настоящему ДРУГОМ, чтобы найти в себе силы сделать подобный выбор и поехать по собственному желанию туда, куда ехали, как едут только на собственную смерть. И этой «смертью», к сожалению, тогда называлась Сибирь...
Мне всегда было очень грустно и больно за нашу, такую гордую, но так безжалостно большевистскими сапогами растоптанную, красавицу Сибирь!.. Её, точно так же, как и многое другое, «чёрные» силы превратили в проклятое людьми, пугающее «земное пекло»… И никакими словами не рассказать, сколько страданий, боли, жизней и слёз впитала в себя эта гордая, но до предела измученная, земля... Не потому ли, что когда-то она была сердцем нашей прародины, «дальновидные революционеры» решили очернить и погубить эту землю, выбрав именно её для своих дьявольских целей?... Ведь для очень многих людей, даже спустя много лет, Сибирь всё ещё оставалась «проклятой» землёй, где погиб чей-то отец, чей-то брат, чей-то сын… или может быть даже вся чья-то семья.