Бенедикт IX

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Бенедикт IX
лат. Benedictus PP. IX<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Бенедикт IX</td></tr>
145-й папа римский
ноябрь 1032 — сентябрь 1044
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Иоанн XIX
Преемник: Сильвестр III
147-й папа римский
10 марта 1045 — 1 мая 1045
Предшественник: Сильвестр III
Преемник: Григорий VI
150-й папа римский
8 ноября 1047 — 16 июля 1048
Предшественник: Климент II
Преемник: Дамасий II
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Теофилакт III, граф Тусколо
Рождение: ок. 1012
Рим, Италия
Смерть: между 18 сентября 1055 и 9 января 1056
Гроттаферрата, Италия
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Альберих III, граф Тускулумский
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Бенедикт IX (лат. Benedictus PP. IX; в миру Теофилакт III, граф Тусколо; ок. 1012 — между 18 сентября 1055 и 9 января 1056) — папа римский с 21 октября 1032 по сентябрь 1044, ещё с 10 марта — 1 мая 1045, а также с 8 ноября 1047 по 16 июля 1048. Сын Альбериха III, графа Тускулумского, племянник Бенедикта VIII (10121024) и Иоанна XIX (10241032); избран папою в первый раз в возрасте 18 или 20 лет (по другим источникам — в возрасте 11 или 12 лет[1]), продал место на престоле епископу Джованни Грациано (папе Григорию VI), позднее ещё дважды пытался обосноваться в Риме, но был изгнан. Обвинялся противниками в многочисленных преступлениях. Умер в монастыре.







Происхождение

Бенедикт (от рождения Теофилакт) был сыном Альбериха III, графа Тусколо, и племянником Бенедикта VIII (10121024) и Иоанна XIX (10241032). Альберих III, в свою очередь, был сыном графа Григория I Тусколо и внуком Альбериха II Сполетского.

Избрание

Альберик III добился избрания Теофилакта папой 21 октября 1032 года, а интронизирован 1 января следующего года. Дом Тусколо уже осуществлял светскую власть в Риме и достиг высот своего могущества: старший брат папы Григорий был сенатором города[2].

Невозможно определить точную дату рождения Теофилакта. Средневековая историография высказывает предположение, что на момент выборов он был подростком[3][4]. Современные историки, отмечая многочисленные противоречия в средневековых источниках, указывают, что Теофилакту на момент вступления на папский престол было около двадцати пяти лет[5]. Также есть версии, что ему было двенадцать[6], восемнадцать или двадцать пять лет,[7] — так или иначе, Бенедикт IX был одним из самых молодых пап в истории.

Первый понтификат (1032—1044)

С политической точки зрения Бенедикт следовал линии своих предшественников, сохраняя хорошие отношения с императором Конрадом II, чтобы сохранить власть Тусколо в Риме и окружающей сельской местности, Сабине и Умбрии.

В 1037 году папа отправился в Кремону, чтобы встретиться с императором и добиться его поддержки в противостоянии архиепископу Милана Ариберту, который собирался создать обширный домен, не зависящий от Рима. 26 марта 1035 года Бенедикт отлучил Ариберта от церкви[8]. Немецкий историк Фердинанд Грегоровиус объясняет это путешествие в северную Италию тем, что папа был изгнан из Рима, но это неверно, Грегоровиус путает эти события с событиями 1044 года[9].

В 1038 году папа встретился в Спелло (Умбрия) с Конрадом II для разработки плана действий против Ариберта, а в 1040 году отправился в Марсель, чтобы освятить церковь Сан-Витторе и провозгласить на местном совете перемирие[10].

Хроники того времени приписывают Бенедикту IX решения, в которых он показал твердость и смелость. Он созвал два собора, чтобы навести порядок в церковной иерархии, осуждая епископов-симонистов.

Первый понтификат Бенедикта IX был завершен в сентябре 1044 года или в период с конца 1044 до начала 1045 года[11]. Епископ Сутри Бонисий объяснял конец его понтификата женитьбой. Однако, по Клаудио Рендине, вопрос о браке стал причиной конца его второго понтификата[12].

Известно наверняка, что народное восстание вынудило Бенедикта бежать из Рима, чтобы найти убежище в крепости Монте-Каво. Причины восстания, вероятно, были связаны с борьбой семей Тусколо и Кресченци. В итоге Кресченци возвели на папский престол своего ставленника, епископа Сабины Джованни Оттавиани, под именем Сильвестра III[13].

Второй понтификат (1045)

Понтификат Сильвестра III длился очень недолго. Учитывая необходимость восстановления порядка в городе, братья Бенедикт IX и Григорий Тусколо были возвращены в Рим с согласия Кресченци и граждан Рима 10 февраля 1045 года[14].

Бенедикт IX вскоре вновь получил бразды правления, но официальный старт его нового понтификата, согласно Liber Pontificalis, пришелся на 10 апреля[14]. Второе правление было кратким: Бенедикт IX, возможно, с подачи своего окружения, которое опасалось восстания из-за слухов о развратном поведении папы, продал папские полномочия пресвитеру Джованни Грациано, который был интронизирован под именем Григория VI 5 мая 1045 года.

Третий понтификат (1047—1048)

Григорий VI был встречен с энтузиазмом Петром Дамиани: архиепископ Равенны надеялся, что новый папа, наконец, проведет реформу Церкви. Несмотря на ореол святости, покупка папского престола подорвали авторитет нового Папы[15]). Новый император Генрих III воспользовался ситуацией, чтобы созвать совет в Сутри осенью 1046 года, пригласив трех пап, чтобы они ответили на обвинения в симонии.

Бенедикт не пришел на совет, как и Сильвестр III, который удалился из мирской жизни, в то время как Григорий VI признал свою вину и был низложен. Вместо того, чтобы вернуть Бенедикта IX, император инициировал выборы нового папы, которым стал епископ Бамберга, принявший имя Климента II.

Климент II внезапно умер 9 октября 1047 года, и Бенедикт IX воспользовался отсутствием императора, чтобы вернуться на папский престол (8 ноября 1047), опираясь на поддержку епископов Джамаро Салернского и Бонифация Каносского[16]. Последний отказался сопровождать в Рим Поппоне ди Брессаноне, кандидата императора на папский трон. Отказ спровоцировал бурную реакцию императора, который угрожал военной интервенцией. Бонифаций смягчился и сопроводил Поппоне в Рим.

Бенедикт IX укрылся в замках Сабины, и Поппоне вошел в Рим без сопротивления. 17 июля 1048 года он был рукоположён под именем Дамасия II. Бенедикт IX отказался отвечать на обвинения в симонии и был отлучен от церкви.

Жизнь после низложения

Жизнь Бенедикта после окончательного отказа от папского трона мало известна. Известно лишь, что бывший понтифик не смирился с отлучением и начал настоящую войну против папы Льва IX, который 2 февраля 1049 года сменил Дамасия II. Бенедикт был повторно отлучен от церкви папой Львом в апреле 1049 года.

Теофилакт умер вскоре после этого, но определить точную дату и обстоятельства его смерти невозможно. Можно с уверенностью сказать, что 18 сентября 1055 года он был ещё жив, поскольку в этот день он встретился с братом Гвидо в монастыре Святых Космы и Дамиана в Риме, а 9 января 1056 года он точно был уже мертв — в этот день его братья заказали 40 месс за упокой его души.

С другой стороны, Тусколо не смирились с потерей контроля над папством, и после смерти преемника Виктора II, Стефана IX (1058), попытались провести своего кандидата, Иоанна, епископа Веллетри, который будет впоследствии причислен к антипапам под именем Бенедикта X.

Оценки

Бенедикт IX традиционно описывался хронистами в густых темных красках. Пётр Дамиани (10071072), например, описал его в Liber Gomorrhianus как «…дьявола из ада, пришедшего под видом священника». Бониций, епископ Сутри, обвинял Бенедикта в «подлых прелюбодеяниях и убийствах». В третьей книге «Диалогов» Виктор III (10861087) писал, что жизнь Бенедикта «была посвящена удовольствиям», изобразив его как одного из худших пап в истории.

Современная критика не сильно отличается от этой традиции. Например, «Католическая энциклопедия» называет его «…позором для Церкви», а Фердинанд Грегоровиус писал, что Бенедикт IX достиг дна морального разложения и «…вёл в Латеранском дворце жизнь султана Востока»[2].

Что касается физического облика, Рафаэлло Джованьоли вывел в его в своем романе «Бенедикт IX» (1899), использовав одну из гравюр Бартоломео Платины: «…продолговатое лицо, очень белая кожа, бирюзовые глаза, светлые волосы, вьющиеся, и небольшие залысины, страдает от небольшого косоглазия, крючковатый нос, бритый. Предпочитал носить тунику из белого шелка в золотых украшениях и широкий кожаный ремень на талии, усыпанный драгоценными камнями […], узкие шелковые голубые брюки […], маленький и изящный шелковый колпак синего цвета с белым пером».

Напишите отзыв о статье "Бенедикт IX"

Примечания

  1. Russel, Bertrand (1945). History of Western Philosophy, p. 412. Simon and Schuster, New York.
  2. 1 2 Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 365
  3. G. B. Borino, L’elezione e la deposizione di Gregorio VI, Archivio della R. Società Romana di Storia Patria, 39, 1916, V,5
  4. Desiderio di Montecassino (Papa Vittore III), Dialogi in J. P. Migne, Patrologia Latina, CXLIV, col. 1004.
  5. G. B. Borino, Invitus ultra montes cum domino papa Gregorio abii, Roma, «Studi Gregoriani», I, 1947.
  6. Rodolfo Glabro, Historiae libri
  7. Agostino Mathis, Appunti critici di Storia Medievale, La Civiltà Cattolica, 66, 1915, nr. 4
  8. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, pp. 365—366
  9. Ferdinando Gregorovius, Storia di Roma nel Medioevo, Roma, 1870, p. 139
  10. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 366.
  11. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 367
  12. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, pp. 368—369
  13. Liber Pontificalis, p. 331
  14. 1 2 Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 368
  15. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 369
  16. Claudio Rendina, I papi. Storia e segreti, p. 371.

Литература

  • Pier Damiani, Liber Ghomorreanus
  • Desiderio di Montecassino (Papa Vittore III), Dialogi in J. P. Migne, Patrologia Latina, CXLIV, col. 1004.
  • Ferdinando Gregorovius, Storia di Roma nel Medioevo, Roma, 1870
  • G. B. Borino, L’elezione e la deposizione di Gregorio VI, Archivio della R. Società Romana di Storia Patria, 39, 1916
  • John N.D. Kelly, Gran Dizionario Illustrato dei Papi, Casale Monferrato (AL), Edizioni Piemme S.p.A., 1989. ISBN 88-384-1326-6
  • Claudio Rendina, I Papi — storia e segreti, Ariccia, Newton&Compton editori, 2005

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Бенедикт IX

Ой, смотри! – неожиданно прервала чудесный миг моя нетерпеливая подружка Стелла. – Они ведь очень похожие на твоих «звёздных друзей», как ты мне их показывала!.. Смотри, неужели это они, как ты думаешь?! Ну, скажи же!!!
Честно говоря, ещё тогда, когда мы увидели Священный Город, он показался мне очень знакомым. И меня также посетили схожие мысли, как только я увидела Волхвов. Но я их тут же отогнала, не желая питать напрасных «радужных надежд»... Это было слишком важно и слишком серьёзно, и я лишь махнула Стелле рукой, как бы говоря, что поговорим попозже, когда останемся вдвоём. Я понимала, что Стелла расстроится, так как ей, как всегда, хотелось немедленно получить ответ на свой вопрос. Но в данный момент, по-моему, это было далеко не столь важно, как рассказываемая Изидорой чудесная история, и я мысленно попросила Стеллу подождать. Я виновато улыбнулась Изидоре, и она, ответив своей чудесной улыбкой, продолжала...
Мой взгляд приковал мощный высокий старец, имевший что-то неуловимо схожее с моим любимым, страдавшим в подвалах Караффы, отцом. Я почему-то сразу поняла – это и был Владыко... Великий Белый Волхв. Его удивительные, пронизывающие, властные серые глаза смотрели на меня с глубокой печалью и теплом, будто он говорил мне последнее «Прощай!»...
– Подойди, Чадо Света, мы прастим тебя...
От него пошёл вдруг дивный, радостный белый Свет, который, окутывая всё вокруг мягким сиянием, заключил меня в ласковые объятия, проникая в самые потаённые уголки моей истерзанной болью Души... Свет пронизывал каждую клеточку, оставляя в ней лишь добро и покой, «вымывая» собою боль и печаль, и всю накопившуюся годами горечь. Я парила в волшебном сиянии, забыв всё «земное жестокое», все «злое и ложное», ощущая лишь дивное касание Вечного Бытия... Чувство потрясало!!! И я мысленно умоляла – только бы оно не кончалось... Но, по капризному желанию судьбы, всё прекрасное всегда заканчивается быстрее, чем нам этого хотелось бы...
– Мы одарили тебя ВЕРОЙ, она поможет тебе, Дитя... Внемли ей... И пращай, Изидора...
Я не успела даже ответить, а Волхвы «вспыхнули» дивным Светом и... оставив запах цветущих лугов, исчезли. Мы с Севером остались одни... Я печально огляделась вокруг – пещера осталась такой же загадочной и искристой, только не было в ней уже того чистого, тёплого света, проникавшего в самую душу...
– Это и был Отец Иисуса, не так ли? – осторожно спросила я.
– Так же, как дед и прадед его сына и внуков, смерть которых тоже лежит виной на его душе...
– ?!..
– Да, Изидора, Он тот, кто несёт горькую ношу боли... И ты никогда не сможешь себе представить, насколько она велика... – грустно ответил Север.
– Быть может, она не была бы сегодня столь горькой, если бы Он пожалел в своё время гибнувших от чужого невежества и жестокости хороших людей?.. Если бы Он отозвался на зов своего чудесного и светлого Сына, вместо того, чтобы отдать его на истязание злых палачей? Если бы он и сейчас не продолжал бы лишь «наблюдать» со своей высоты, как «святые» пособники Караффы сжигают на площадях Ведунов и Ведьм?.. Чем же он лучше Караффы, если он не препятствует такому Злу, Север?! Ведь если он в силах помочь, но не хочет, весь этот земной ужас будет вечно лежать именно на нём! И не важна ни причина, ни объяснение, когда на карту поставлена прекрасная человеческая жизнь!.. Я никогда не смогу понять этого, Север. И я не «уйду», пока здесь будут уничтожаться хорошие люди, пока будет разрушаться мой земной Дом. Даже если я никогда не увижу свой настоящий... Это моя судьба. И потому – прощай...
– Прощай, Изидора. Мир Душе твоей... Прости.
Я опять была в «своей» комнате, в своём опасном и безжалостном бытии... А всё только что происшедшее казалось просто чудесным сном, который уже никогда больше в этой жизни не будет мне сниться... Или красивой сказкой, в которой наверняка ждал кого-то «счастливый конец». Но не меня... Мне было жаль свою неудавшуюся жизнь, но я была очень горда за мою храбрую девочку, которой удастся постичь всё это великое Чудо... если Караффа не уничтожит её ещё до того, как она сможет сама защищаться.
Дверь с шумом открылась – на пороге стоял взбешённый Караффа.
– Ну и где же Вы «гуляли», мадонна Изидора? – наигранно милым голосом спросил мой мучитель.
– Хотела навестить свою дочь, ваше святейшество. Но не смогла...
Мне было совершенно безразлично, что он думал, и сделала ли его моя «вылазка» злым. Душа моя витала далеко, в удивительном Белом Городе, который показывал мне Истень, а всё окружающее казалось далёким и убогим. Но Караффа надолго уходить в мечты, к сожалению, не давал... Тут же почувствовав моё изменившееся настроение, «святейшество» запаниковал.
– Впустили ли Вас в Мэтэору, мадонна Изидора? – как можно спокойнее спросил Караффа.
Я знала, что в душе он просто «горел», желая быстрее получить ответ, и решила его помучить, пока он мне не сообщит, где сейчас находится мой отец.
– Разве это имеет значение, Ваше святейшество? Ведь у Вас находится мой отец, у которого Вы можете спросить всё, на что естественно, не отвечу я. Или Вы ещё не успели его достаточно допросить?
– Я не советую Вам разговаривать со мной подобным тоном, Изидора. От того, как Вы намерены себя вести, будет во многом зависеть его судьба. Поэтому, постарайтесь быть повежливее.
– А как бы Вы себя вели, если бы вместо моего, здесь оказался Ваш отец, святейшество?..– стараясь поменять, ставшую опасной тему, спросила я.
– Если бы мой отец был ЕРЕТИКОМ, я сжёг бы его на костре! – совершенно спокойно ответил Караффа.
Что за душа была у этого «святого» человека?!.. И была ли она у него вообще?.. Что же тогда было говорить про чужих, если о своём родном отце он мог ответить такое?..
– Да, я была в Мэтэоре, Ваше святейшество, и очень жалею, что никогда уже более туда не попаду... – искренне ответила я.
– Неужто Вас тоже оттуда выгнали, Изидора? – удивлённо засмеялся Караффа.
– Нет, Святейшество, меня пригласили остаться. Я ушла сама...
– Такого не может быть! Не существует такого человека, который не захотел бы остаться там, Изидора!
– Ну почему же? А мой отец, святейшество?
– Я не верю, что ему было дозволено. Я думаю, он должен был уйти. Просто его время, вероятно, закончилось. Или недостаточно сильным оказался Дар.
Мне казалось, что он пытается, во что бы то ни стало, убедить себя в том, во что ему очень хотелось верить.
– Не все люди любят только себя, знаете ли... – грустно сказала я. – Есть что-то более важное, чем власть или сила. Есть ещё на свете Любовь...
Караффа отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, будто я только что произнесла какую-то полную чушь...
– Любовь не управляет, миром, Изидора, ну, а я желаю им управлять!
– Человек может всё... пока не начинает пробовать, ваше святейшество – не удержавшись, «укусила» я.
И вспомнив что-то, о чём обязательно хотела узнать, спросила:
– Скажите, Ваше святейшество, известна ли Вам правда о Иисусе и Магдалине?
– Вы имеете в виду то, что они жили в Мэтэоре? – я кивнула. – Ну, конечно же! Это было первое, о чём я у них спросил!
– Как же такое возможно?!.. – ошеломлённо спросила я. – А о том, что они не иудеи, Вы тоже знали? – Караффа опять кивнул. – Но Вы ведь не говорите нигде об этом?.. Никто ведь об этом не знает! А как же ИСТИНА, Ваше святейшество?!..
– Не смешите меня, Изидора!.. – искренне рассмеялся Караффа. – Вы настоящий ребёнок! Кому нужна Ваша «истина»?.. Толпе, которая её никогда не искала?!.. Нет, моя дорогая, Истина нужна лишь горстке мыслящих, а толпа должна просто «верить», ну, а во что – это уже не имеет большого значения. Главное, чтобы люди подчинялись. А что им при этом преподносится – это уже является второстепенным. ИСТИНА опасна, Изидора. Там, где открывается Истина – появляются сомнения, ну, а там где возникают сомнения – начинается война... Я веду СВОЮ войну, Изидора, и пока она доставляет мне истинное удовольствие! Мир всегда держался на лжи, видите ли... Главное, чтобы эта ложь была достаточно интересной, чтобы смогла за собой вести «недалёкие» умы... И поверьте мне, Изидора, если при этом Вы начнёте доказывать толпе настоящую Истину, опровергающую их «веру» неизвестно во что, Вас же и разорвёт на части, эта же самая толпа...
– Неужели же столь умного человека, как Ваше святейшество, может устраивать такое самопредательство?.. Вы ведь сжигаете невинных, прикрываясь именем этого же оболганного, и такого же невинного Бога? Как же Вы можете так бессовестно лгать, Ваше святейшество?!..
– О, не волнуйтесь, милая Изидора!.. – улыбнулся Караффа. – Моя совесть совершенно спокойна! Не я возвёл этого Бога, не я и буду его свергать. Но зато я буду тем, кто очистит Землю от ереси и блудодейства! И поверьте мне, Изидора, в день, когда я «уйду» – на этой греховной Земле некого будет больше сжигать!
Мне стало плохо... Сердце выскакивало наружу, не в состоянии слушать подобный бред! Поэтому, поскорее собравшись, я попыталась уйти от понравившейся ему темы.
– Ну, а как же то, что Вы являетесь главою святейшей христианской церкви? Разве не кажется Вам, что ваша обязанность была бы открыть людям правду об Иисусе Христе?..
– Именно потому, что я являюсь его «наместником на Земле», я и буду дальше молчать, Изидора! Именно потому...
Я смотрела на него, широко распахнув глаза, и не могла поверить, что по-настоящему всё это слышу... Опять же – Караффа был чрезвычайно опасен в своём безумии, и вряд ли где-то существовало лекарство, которое было в силах ему помочь.
– Хватит пустых разговоров! – вдруг, довольно потирая руки, воскликнул «святой отец». – Пройдёмте со мной, моя дорогая, я думаю, на этот раз мне всё же удастся Вас ошеломить!..
Если бы он только знал, как хорошо это ему постоянно удавалось!.. Моё сердце заныло, предчувствуя недоброе. Но выбора не было – приходилось идти...