Корсунское сражение (1648)

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Битва под Корсунем (1648)»)
Перейти к: навигация, поиск
Корсунское сражение
Основной конфликт: Восстание Хмельницкого
300px
Юлиуш Коссак, Встреча Тугай-бея и Хмельницкого под Корсунем
Дата

26 мая 1648

Место

Корсунь-Шевченковский, Украина

Причина

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Итог

победа казаков

Изменения

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Противники
Гетманщина Запорожские казаки
22px Крымское ханство
11px Речь Посполитая
Командующие
25px Богдан Хмельницкий
Тугай-бей
25px Миколай Потоцкий Сдался
25px Мартын Калиновский
Силы сторон
18000 казацкой пехоты, несколько сотен казацкой конницы, 26 пушек

6000-20000 татарской орды

14000 польских жолнеров, крылатых гусар и драгун [1]
Потери
незначительные полностью разбиты, около 7000 пленных, оба гетмана попали в плен [1]

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Восстание Хмельницкого
Жёлтые ВодыКорсуньСтароконстантиновПилявцыЛьвовЗамостьеМозырьЛоев (1649)ЗбаражЗборовКрасноеКопычинцыБерестечкоЛоев (1651)Белая ЦерковьБатогМонастырищеЖванец
Файл:Корсуньское сражение 1648 г..jpg
Корсуньское сражение 1648 г.

Би́тва под Ко́рсунем (15-16 (25-26) мая 1648) — битва между войсками Речи Посполитой и украинскими казацко-крестьянскими войсками Богдана Хмельницкого и его крымскими союзниками под Корсунем в ходе произошедшего в 1648—1654 годах восстания.









Предпосылки

Весной 1648, перед вспышкой восстания под предводительством Богдана Хмельницкого против местной шляхты и магнатов, казаки вели переговоры с послами коронного гетмана Николая Потоцкого, на которых выдвигали условия: вывести правительственные войска, увеличить количество реестрового казачества, уравнять его в правах до шляхты, позволить Запорожскому войску свободно заключать договора с зарубежными властителями и начать войну против Турции. Официальные представители Речи Посполитой отклонили неприемлемые условия и отправили армию подавить взбунтовавшееся казачество Сечи. Недооценив силы повстанцев, шляхетское войско потерпело первое сокрушительное поражение в битве под Жёлтыми Водами.

Ход битвы

14 мая 1648 Хмельницкий направил вперед полк Кривоноса и часть крымчаков с приказом задержать противника до прихода основных сил казацко-крымского войска. Вечером этот полк начал действовать за Росью, в тылу Потоцкого. Под Стеблёвом, в миле (немецкая миля - 7,5 км.) на запад от Корсуня, казаки Кривоноса загатили реку Рось, чтобы облегчить доступ к польскому лагерю.

На рассвете 15 мая, в район Корсуня подошла основная казацко-крымская армия и переправилась через Рось, сгруппировавшись в Корсуне. Войско Б. Хмельницкого имело свыше 20 тысяч казацкой пехоты (по другим данным — 15 тысяч) и 26 пушек. С ним были также не меньше 20 тысяч крымскотатарской кавалерии (по другим данным — 4000).

Узнав про подход противника, Потоцкий приказал зажечь близлежащие хутора. Огонь быстро перекинулся на Корсунь, спалив целый город, за исключением замка и церкви. Весь день прошёл в разведывательных операциях и перестрелках небольших отрядов.

Файл:Mikołaj Potocki.PNG
Гетман Николай Потоцкий (1595—1651)

Поздно вечером 15 мая в штабе М. Потоцкого состоялся военный совет. Среди командования Речи Посполитой однозначного решения найдено не было. Польный гетман Мартын Калиновский и другие опытные военачальники предлагали укрепить лагерь и отбиваться. Но большинство во главе с Миколаем Потоцким, испуганное преувеличенными слухами о численности татарской кавалерии, настаивало на отступлении. Наконец, приняв во внимание превосходство казаков и крымских татар в живой силе, отсутствие помощи и провизии, было решено на рассвете следующего дня отступать на Богуслав.

О намерениях врага Хмельницкий узнал от казака-разведчика Самойла Зарудного, который по его поручению выполнял роль проводника правительственных войск. Чтобы перерезать им пути к отступлению, был послан Корсунский полк во главе с Кривоносом, который утром 16 мая остановился в березовой роще, в урочище Горохова Диброва (вблизи с. Выграив, в 8-10 верстах от Корсуня) с пехотой и 10 пушками. Казаки перекопали путь глубокими рвами, завалили стволами деревьев, а в чаще поставили пушки.

На рассвете 16 мая, под защитой лагеря из возов, войско Речи Посполитой двинулось из-под Корсуня по Богуславской дороге. Казаки и крымцы пропустили его, однако сопровождая, давили с флангов и тыла. Несколько раз поднималась перестрелка. В полдень правительственные войска, понеся ощутимые потери, вошли в балку, густо заросшую лесом и кустарником. Там командиры правительственных войск надеялись уменьшить преимущество крымско-татарской кавалерии и уберечь себя от стрел и пуль.

Преодолевая препятствия и овраги под постоянным обстрелом казаков и крымских татар, силы Речи Посполитой приблизились к холмам, между которыми проходила широкая (около 3,5 км.) и глубокая балка. Зажатое слева болотом, а справа кручами, шляхетское войско наткнулось на перекоп и завалы на пути и вынужденно было остановиться. Склон балки был таким крутым, что во время попыток обойти препятствие телеги переворачивались. Лагерь потерял порядок. Развернуть к бою артиллерию не удавалось, потому что телеги застряли в грязи. Теснота не позволила стать к бою кавалерийским хоругвям тыловой части. В этот момент казаки Кривоноса, которые засели в предварительно выкопанных шанцах, ударили спереди и с флангов. Внезапный огонь пушек и самопалов повлек панику во вражеском войске. С тыла противника атаковали казаки самого Хмельницкого и крымчаки Тугай-бея. За четыре часа армия Речи Посполитой была разгромлена.

Сражение завершилось примерно во втором-третьем часу дня. Большая часть солдат противника погибла. В плен попали 80 знатных вельмож, вместе с обоими коронными гетманами Потоцким и Калиновским, 127 офицеров, 8520 жолнеров. Казаки захватили обоз, 41 пушку, много огнестрельного и холодного оружия, военные припасы. Крымская конница преследовала беглецов свыше 30 км. Из всего войска от плена и гибели спаслось только 1,5 тысяч человек.

Вскоре Богдан Хмельницкий со всем войском, двигаясь вверх по реке Рось, подошёл к Белой Церкви. Отпраздновав победу и укрепив город, он отпустил полки на отдых, а сам переехал в Чигирин.

Последствия

В результате побед под Жёлтыми Водами и Корсунем была уничтожена правительственная армия Речи Посполитой на землях «украинных». За 6 дней до Корсунского сражения умер король Владислав IV, покровитель казаков и вдохновитель сопротивления шляхте, которая мешала осуществлению его планов по войне с Османской империей. Государство вдруг потеряло монарха и контроль над Украиной. Создались условия для роста казацкого восстания. В землях украинских королевят начали загораться крестьянские бунты, участники которых присоединялись к восставшим отрядам Хмельницкого. Из-за страха перед казацко-крымской армией, члены городских администраций Киевского и Брацлавского воеводств эвакуировались в Литву. Безвластие развязало руки недовольным крестьянам, мещанам и городским казакам, которые принялись нападать на имения знати и усадьбы зажиточных горожан, вырезая шляхту, духовенство и еврейское население. До прибытия Хмельницкого в Киев разгневанное простонародье грабило и жгло не только католические, но и православные монастыри. Шляхтичей вырезали, невзирая на веру и происхождение. Спасались лишь те, которые были схвачены непосредственно казаками Хмельницкого и переходили на сторону восставших.

Напишите отзыв о статье "Корсунское сражение (1648)"

Примечания

  1. 1 2 [http://allencyclopedia.ru/37095 Корсунское сражение 1648 - Большая советская энциклопедия]

Литература

  • Е. М. Жуков. Советская Историческая Энциклопедия. — Советская Энциклопедия, 1965. — Т. 8. — 59 500 экз.
  • Строков А. А., История военного искусства, т. 1, М., 1955.
  • Разин Е. А., История военного искусства, т. 3, М., 1961.

Ссылки

  • [http://allencyclopedia.ru/37095 Корсуньское сражение 1648]
  • [http://www.shukach.com/ru/node/1044 Щукач. Корсунское сражение 1648 года]
  • [http://megabook.ru/article/Корсуньское%20сражение Корсуньское сражение]

Отрывок, характеризующий Корсунское сражение (1648)

– Тётя Миля, всё уже кончилось, – тихо, пытаясь не испугать, прошептала я. – Он уже больше никогда не придёт.
Она открыла глаза и неверяще обвела усталым взглядом свою изуродованную комнату.
– Что это было, милая? – прошептала она.
– Это был ваш муж, Влад, но он уже никогда не придёт.
Тут её как будто прорвало... Я никогда до того не слышала такого душераздирающего плача!.. Казалось, что эта бедная женщина хочет выплакать всё, что в её жизни скопилось за эти долгие и, как я позже узнала, весьма ужасные, годы. Но, как говорится, каково бы не было отчаяние или обида, нельзя плакать без конца. Что-то переполняется в душе, будто слёзы смывают всю горечь и боль, и душа, как цветок, потихонечку начинает возвращаться к жизни. Так и Миля, понемножку начала оживать. В глазах появилось удивление, постепенно сменившееся робкой радостью.
– Откуда ты знаешь, что он не придёт, малышка? – как бы желая получить подтверждение, спросила она.
Малышкой меня уже давно никто не называл и особенно в тот момент это прозвучало немножечко странно, потому, что я была именно той «малышкой», которая только что, можно сказать, нечаянно спасла её жизнь… Но обижаться я естественно, не собиралась. Да и не было никаких сил не то, что на обиду, а даже просто… чтобы пересесть на диван. Видимо всё до последнего «истратилось» на тот единственный удар, который повторить теперь я не смогла бы ни за что.
Мы просидели с моей соседкой вместе ещё довольно долго, и она мне наконец-то рассказала, как всё это время (целых десять лет!!!) мучил её муж. Правда она тогда не была совершенно уверена, что это был именно он, но теперь её сомнения рассеялись, и она знала наверняка, что была права. Умирая, Влад ей сказал, что не успокоится, пока не заберёт её с собой. Вот и старался так много лет...
Я никак не могла понять, как человек может быть настолько жестоким и ещё осмелиться называть такой ужас любовью?!. Но я была, как моя соседка сказала, всего лишь маленькой девочкой, которая ещё не могла до конца поверить, что иногда человек может быть ужасным, даже в таком возвышенном чувстве, как любовь…

Один из наиболее шокирующих случаев в моей, весьма продолжительной «практике» контактов с сущностями умерших произошёл, когда я однажды преспокойно шла тёплым осенним вечером из школы домой... Обычно я возвращалась всегда намного позже, так как ходила во вторую смену, и уроки у нас кончались где-то около семи часов вечера, но в тот день двух последних уроков не было и нас раньше обычного отпустили домой.
Погода была на редкость приятной, не хотелось никуда спешить, и перед тем, как пойти домой, я решила немного прогуляться.
В воздухе пахло cладко-горьковатым ароматом последних осенних цветов. Игривый лёгкий ветерок шебуршился в опавших листьях, что-то тихо нашёптывая стыдливо краснеющим в отблесках заката обнажённым деревьям. Покоем и тишиной дышали мягкие сумерки...
Я очень любила это время суток, оно притягивало меня своей загадочностью и хрупкостью чего-то не свершившегося и в то же время даже ещё не начавшегося... Когда ещё не ушёл в прошлое сегодняшний день, а ночь тоже пока ещё не вступила в свои права... Что-то «ничейное» и волшебное, что-то как бы зависшее в «междувременье», что-то неуловимое... Я обожала этот коротенький промежуток времени и всегда чувствовала себя в нём очень особенно.
Но в тот день именно и случилось что-то «особенное», но уж точно не то особенное, что я бы хотела увидеть или пережить ещё раз...
Я спокойно шла к перекрёстку, о чём-то глубоко задумавшись, как вдруг оказалась резко вырванной из своих «грёз» диким визгом тормозов и криками испуганных людей.
Прямо передо мной, маленькая белая легковая машина каким-то об-разом умудрилась стукнуться о цементный столб и со всего маху ударила огромную встречную машину прямо в лоб...
Через какие-то считанные мгновения из смятой почти что в лепёшку белой машины «выскочили» сущности маленьких мальчика и девочки, которые растерянно озирались вокруг, пока наконец обалдело уставились на свои же изуродованные сильнейшим ударом физические тела...
– Это что-о?!. – испуганно спросила девчушка. – Это разве там мы?... – показывая пальчиком на своё окровавленное физическое личико совсем тихо прошептала она. – Как же так... но ведь здесь, это же тоже мы?..
Было ясно, что всё происходящее её шокировало, и самое большое её желание в тот момент было куда-то от всего этого спрятаться...
– Мама ты где?! – вдруг закричала малышка. – Мама-а!
На вид ей было годика четыре, не более. Тоненькие светлые косички, с вплетёнными в них огромными розовыми бантами, смешными «крендельками» топорщились с обеих сторон, делая её похожей на доброго фавна. Широко распахнутые большие серые глаза растерянно смотрели на так хорошо ей знакомый и такой привычный мир, который вдруг почему-то стал непонятным, чужим и холодным... Ей было очень страшно, и она совершенно этого не скрывала.
Мальчонке было лет восемь-девять. Он был худеньким и хрупким, но его круглые «профессорские» очки делали его чуточку старше, и он казался в них очень деловым и серьёзным. Но в данный момент вся его серьёзность куда-то вдруг испарилась, уступая место абсолютной растерянности.
Вокруг машин уже собралась ойкающая сочувствующая толпа, а через несколько минут появилась и милиция, сопровождающая скорую помощь. Наш городок тогда всё ещё не был большим, поэтому на любое «экстренное» происшествие городские службы могли реагировать достаточно организованно и быстро.
Врачи скорой помощи, о чём-то быстро посоветовавшись, начали осторожно вынимать по одному изувеченные тела. Первым оказалось тело мальчика, сущность которого стояла в ступоре рядом со мной, не в состоянии что-либо сказать или подумать.
Бедняжку дико трясло, видимо для его детского перевозбуждённого мозга это было слишком тяжело. Он только смотрел вытаращенными глазами на то, что только что было «им» и никак не мог выйти из затянувшегося «столбняка».
– Мамочка, Мама!!! – опять закричала девочка. – Видас, Видас, ну почему она меня не слышит?!.
Вернее, кричала-то она лишь мысленно, потому что в тот момент, к сожалению, физически уже была мертва... так же, как и её маленький братишка.
А её бедная мама, физическое тело которой всё ещё цепко держалось за свою хрупкую, чуть теплившуюся в нём жизнь, никаким образом не могла её услышать, так как находились они в тот момент уже в разных, недоступных друг другу мирах....
Малыши всё больше и больше терялись и я чувствовала, что ещё чуть-чуть, и у девочки начнётся настоящий нервный шок (если это можно так назвать, говоря о бестелесной сущности?).
– Почему мы там лежим?!.. Почему мама не отвечает нам?! – всё ещё кричала девчушка, дёргая брата за рукав.
– Наверное потому что мы мертвы... – мелко стуча зубами проговорил мальчонка.
– А мама? – в ужасе прошептала малышка.
– Мама жива – не очень уверенно ответил брат.
– А как же мы? Ну, скажи им, что мы здесь, что они не могут без нас уйти! Скажи им!!! – всё ещё не могла успокоиться девчушка.
– Я не могу, они нас не слышат... Ты же видишь, они нас не слышат, – пробовал как-то объяснить девочке брат.
Но она была ещё слишком маленькой, чтобы понять, что мама уже не может её ни услышать, ни с ней говорить. Она не могла всего этого ужаса понять и не хотела его принимать... Маленькими кулачками размазывая льющиеся по бледным щёчкам крупные слёзы, она видела только свою маму, которая почему-то не хотела ей отвечать и не хотела подниматься.
– Мамочка, ну вставай же! – опять закричала она. – Ну, вставай, мама!!!
Врачи начали переносить тела в скорую помощь и тут уже девочка совершенно растерялась...
– Видас, Видас, они нас всех забирают!!! А как же мы? Почему мы здесь?.. – не унималась она.
Мальчик стоял в тихом столбняке, не произнося ни слова, на короткий миг забыв даже про свою маленькую сестру.
– Что же нам теперь делать?.. – уже совсем запаниковала малышка. – Пойдём же, ну, пойдём!!!
– Куда?– тихо спросил мальчик. – Нам теперь некуда идти...
Я не могла этого дольше выносить и решила поговорить с этой несчастной, цеплявшейся друг за друга, перепуганной парой детей, которых судьба вдруг, ни за что, ни про что, вышвырнула в какой-то чужой и совершенно им непонятный мир. И я могла только лишь попробовать представить, как страшно и дико всё это должно было быть, особенно этой маленькой крошке, которая ещё вообще понятия не имела о том, что такое смерть...