Битва при Панипате (1761)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Третья битва при Панипате
300px
Дата

14 января 1761

Место

Панипат, Харьяна, Индия

Причина

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Итог

Дуррани победили

Изменения

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Противники
неизвестно неизвестно
Командующие
неизвестно неизвестно
Силы сторон
неизвестно неизвестно
Потери
неизвестно неизвестно

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Битва при Панипате (1761) — третья битва при Панипате, состоялась 14 января 1761 года, в Панипате, примерно в 60 милях (95,5 км) к северу от Дели между северными экспедиционными силами империи маратхов с одной стороны и коалицией правителя Афганистана Ахмад-шаха Дуррани и его индийских мусульманских союзников с другой. Союзниками Ахмад-шаха были рохиллские афганцы из Доаба, белуджи и наместник Ауда Шуджа уд-Доула. В ходе битвы предоставленная французами[1] артиллерия и кавалерия маратхов сражались против тяжелой кавалерии и конной артиллерии (замбарук и джизаил) афганцев и рохилов во главе с Ахмад-Шахом Дуррани и Наджибом уд-Доулой, оба — этнические пуштуны. Битва считается одной из крупнейших битв в XVIII веке[2], и имеет, пожалуй, наибольшее число погибших в один день в классическом бою между двумя армиями.







Введение

Упадок империи Великих Моголов после 27-летней могол-маратхской войны (1680—1707) привел к быстрому росту территориальных приобретений для империи маратхов. Усилиями Пешвы Баджи-рао I Гуджарат и Мальва попали под контроль маратхов. Наконец, в 1737 году, Баджи-рао победил Моголов на окраине Дели, и принес много бывших территорий юга Великих Моголов в Дели под контроль маратхов. Сын Баджи Рао, Балай Баджи Рао (известный в народе как Нана Сахиб), смог далее увеличить территорию, находящуюся под контролем маратхов, вторгшись в Пенджаб в 1758 году. Это привело маратхов к прямой конфронтации с империей Дуррани Ахмад-шаха Абдали. В 1759 году он собрал армию из пуштунских племен и сделал несколько успехов в борьбе с меньшими гарнизонами маратхов в Пенджабе. Затем он соединился со своими союзниками — афганцами Рохила, проживавшими в то время в Индии. Таким образом, сформировалась широкая коалиция против маратхов.

Маратхи, под командованием Салашврао Брау, ответили сбором армии от 45 000—60 000, сопровождаемых примерно 200 000 некомбатантов, многие из которых были паломниками, направляющимися к индуистским святым местам на севере Индии. Маратхи начали поход на север из Патдура 14 марта 1760 года. Обе стороны пытались получить поддержку наваба Ауда Шуджа уд-Доулы. К концу июля Шуджа уд-Доула принял решение присоединиться к афгано-рохильской коалиции, воспринимаемой как «армия ислама». Это было стратегически крупной потерей для маратхов, так как они лишались при этом столь необходимых финансов для долгого пребывания в афганской Северной Индии. Вряд ли афгано-рохильская коалиция имела бы средства для продолжения их конфликта с маратхами без поддержки Шуджи.

Медленно продвигавшаяся армия маратхов, наконец, достигла Дели 1 августа 1760 года и взяла город на следующий день. Там после серии стычек вдоль берега реки Ямуна состоялась битва при Кужпуре, в которой маратхи были побеждены афганским гарнизоном в количестве около 15 000 человек (Абдали и другие афганские силы в это время находились на восточной стороне реки Ямуны). Тем не менее, Абдали смело переправился через реку Ямуна на 25 октября в Baghpat, отрезав лагерь маратхов со своей базы в Дели. В конечном итоге это превратилось в двух месячной осады во главе с Абдали против маратхов в городе Панипат. Во время осады обе стороны пытались отрезать друг друга от поставок продовольствия. В этом афганцы были значительно более эффективными, так что к концу ноября 1760 они отрезали поставку почти всего продовольствия в осажденный лагерь маратхов (в котором скопилось уже около 250 000 до 300 000, большинство из которых были некомбатантами). По всем хроникам того времени, еда в лагере маратхов закончилась в конце декабря или в начале января, и крупный рогатый скот погибал тысячами голов. Доклады о том, что солдаты умирают от голода, стали раздаваться в начале января. На 13 января начальники маратхов просили их командира, Садашив Брао, дать им возможность лучше умереть в бою, чем погибнуть от голода. На следующий день маратхи оставили свой лагерь до рассвета и двинулись на юг, к афганскому лагерю в отчаянной попытке прорвать блокаду. Две армии сошлись лицом к лицу, около 8:00 утра, и битва бушевала до вечера.

Конкретные места битвы оспариваются историками, но большинство считают, что это произошло где-то в районе современного Kaalaa Aamb и Sanauli Road. Бой длился несколько дней, и в нём приняли участие более 125 тысяч военнослужащих. Затяжные стычки произошли с победами и поражениями для обеих сторон. Силы во главе с Ахмад Шахом Дуррани вышли победителем после уничтожения флангов армии маратхов. Степень потерь в битве сильно разнится в оценках историков. Но считается, что около 60—70 тысяч воинов были убиты непосредственно в бою. В то же время число раненых и пленных не поддаётся точной оценке. Согласно хронике лучшего свидетеля — бахара Шуджи ад-Даулы Дивана Каши Раджа, около 40 000 захваченных в плен маратхов были хладнокровно убиты на следующий день после боя[3]. Грант Дафф включает в свою монографию интервью с выжившим в этой крупнейшей резне в своей истории маратхов и в целом подтверждает это. Shejwalkar, чья монография «1761 Панипат» часто рассматривается как самый лучший дополнительный источник о битве, говорит, что «не менее 100 000 маратхи (солдат и некомбатантов) погибли во время и после битвы»[3][4].

См. также

Напишите отзыв о статье "Битва при Панипате (1761)"

Примечания

  1. [http://www.britannica.com/eb/article-9050745/Maratha-confederacy Maratha Confederacy]. Encyclopædia Britannica. Проверено 11 августа 2007. [http://web.archive.org/web/20070823111031/http://www.britannica.com/eb/article-9050745/Maratha-confederacy Архивировано из первоисточника 23 августа 2007].
  2. Black, Jeremy (2002) Warfare In The Eighteenth Century (Cassell’S History Of Warfare) (Paperback — 25 Jul 2002)ISBN 0-304-36212-3
  3. 1 2 T. S. Shejwalkar, «Panipat 1761» (in Marathi and English) Deccan College Monograph Series. I., Pune (1946)
  4. James Grant Duff «History of the Mahrattas, Vol II (Ch. 5), Printed for Longman, Rees, Orme, Brown, and Green, 1826»

Ссылки

  • Black, Джереми (2002) Warfare в восемнадцатом веке (История Cassell о войне) (мягкая обложка — 25 Июл 2002) ISBN 0-304-36212-3
  • Война слонов Автор: Константин Носов, ISBN 978-1-84603-268-4
  • Чандра, Сатиш (2004). «Позже Моголов». Средневековая Индия: от султаната в части Моголов — II . Хар-Ананда. ISBN 81-241-1066-2 .
  • Рао, С. «Гуляя по улицам Panipat».

Отрывок, характеризующий Битва при Панипате (1761)

Север был очень тихим и печальным. Видимо, наблюдая людскую слабость и жестокость столько столетий, и видя, как гибнут сильнейшие, его сердце было отравлено горечью и неверием в скорую победу Знания и Света... А мне так хотелось крикнуть ему, что я всё же верю, что люди скоро проснутся!.. Несмотря на злобу и боль, несмотря на предательства и слабость, я верю, что Земля, наконец, не выдержит того, что творят с её детьми. И очнётся... Но я понимала, что не смогу убедить его, так как сама должна буду скоро погибнуть, борясь за это же самое пробуждение.
Но я не жалела... Моя жизнь была всего лишь песчинкой в бескрайнем море страданий. И я должна была лишь бороться до конца, каким бы страшным он ни был. Так как даже капли воды, падая постоянно, в силах продолбить когда-нибудь самый крепкий камень. Так и ЗЛО: если бы люди дробили его даже по крупинке, оно когда-нибудь рухнуло бы, пусть даже не при этой их жизни. Но они вернулись бы снова на свою Землю и увидели бы – это ведь ОНИ помогли ей выстоять!.. Это ОНИ помогли ей стать Светлой и Верной. Знаю, Север сказал бы, что человек ещё не умеет жить для будущего... И знаю – пока это было правдой. Но именно это по моему пониманию и останавливало многих от собственных решений. Так как люди слишком привыкли думать и действовать, «как все», не выделяясь и не встревая, только бы жить спокойно.
– Прости, что заставил тебя пережить столько боли, мой друг. – Прервал мои мысли голос Севера. – Но думаю, это поможет тебе легче встретить свою судьбу. Поможет выстоять...
Мне не хотелось об этом думать... Ещё хотя бы чуточку!.. Ведь на мою печальную судьбу у меня оставалось ещё достаточно предостаточно времени. Поэтому, чтобы поменять наболевшую тему, я опять начала задавать вопросы.
– Скажи мне, Север, почему у Магдалины и Радомира, да и у многих Волхвов я видела знак королевской «лилии»? Означает ли это, что все они были Франками? Можешь ли объяснить мне?
– Начнём с того, Изидора, что это неправильное понимание уже самого знака, – улыбнувшись, ответил Север. – Это была не лилия, когда его принесли во Франкию Меравингли.

Трёхлистник – боевой знак Славяно-Ариев

– ?!.
– Разве ты не знала, что это они принесли знак «Трёхлистника» в тогдашнюю Европу?.. – искренне удивился Север.
– Нет, я никогда об этом не слышала. И ты снова меня удивил!
– Трёхлистник когда-то, давным-давно, был боевым знаком Славяно-Ариев, Изидора. Это была магическая трава, которая чудесно помогала в бою – она давала воинам невероятную силу, она лечила раны и облегчала путь уходящим в другую жизнь. Эта чудесная трава росла далеко на Севере, и добывать её могли только волхвы и ведуны. Она всегда давалась воинам, уходившим защищать свою Родину. Идя на бой, каждый воин произносил привычное заклинание: «За Честь! За Совесть! За Веру!» Делая также при этом магическое движение – касался двумя пальцами левого и правого плеча и последним – середины лба. Вот что поистине означал Трёхлистник.
И таким принесли его с собою Меравингли. Ну, а потом, после гибели династии Меравинглей, новые короли присвоили его, как и всё остальное, объявив символом королевского дома Франции. А ритуал движения (или кресчения) «позаимствовала» себе та же христианская церковь, добавив к нему четвёртую, нижнюю часть... часть дьявола. К сожалению, история повторяется, Изидора...
Да, история и правда повторялась... И становилось от этого горько и грустно. Было ли хоть что-нибудь настоящим из всего того, что мы знали?.. Вдруг я почувствовала, будто на меня требовательно смотрят сотни незнакомых мне людей. Я поняла – это были те, кто ЗНАЛИ... Те, которые погибали, защищая правду... Они будто завещали мне донести ИСТИНУ до незнающих. Но я не могла. Я уходила... Так же, как ушли когда-то они сами.
Вдруг дверь с шумом распахнулась – в комнату ураганом ворвалась улыбающаяся, радостная Анна. Моё сердце высоко подскочило, а затем ухнуло в пропасть... Я не могла поверить, что вижу свою милую девочку!.. А она как ни в чём не бывало широко улыбалась, будто всё у неё было великолепно, и будто не висела над нашими жизнями страшная беда. – Мамочка, милая, а я чуть ли тебя нашла! О, Север!.. Ты пришёл нам помочь?.. Скажи, ты ведь поможешь нам, правда? – Заглядывая ему в глаза, уверенно спросила Анна.
Север лишь ласково и очень грустно ей улыбался...
* * *
Пояснение
После кропотливых и тщательных тринадцатилетних (1964-1976) раскопок Монтсегюра и его окрестностей, Французская Группа Археологических Исследований Монтсегюра и окрестностей (GRAME), обьявила в 1981 году своё окончательное заключение: Никакого следа руин от Первого Монтсегюра, заброшенного хозяевами в XII веке, не найдено. Так же, как не найдено и руин Второй крепости Монтсегюр, построенной её тогдашним хозяином, Раймондом де Перейль, в 1210 году.
(See: Groupe de Recherches Archeologiques de Montsegur et Environs (GRAME), Montsegur: 13 ans de rechreche archeologique, Lavelanet: 1981. pg. 76.: "Il ne reste aucune trace dan les ruines actuelles ni du premier chateau que etait a l'abandon au debut du XII siecle (Montsegur I), ni de celui que construisit Raimon de Pereilles vers 1210 (Montsegur II)...")
Соответственно показаниям, данным Священной Инквизиции на 30 марта 1244 года совладельцем Монтсегюра, арестованным сеньором Раймондом де Перейль, фортифицированный замок Монтсегюр был «восстановлен» в 1204 году по требованию Совершенных – Раймонда де Миропуа и Раймонда Бласко.
(According to a deposition given to the Inquisition on March 30, 1244 by the captured co-seigneur of Montsegur, Raymond de Pereille (b.1190-1244?), the fortress was "restored" in 1204 at the request of Cather perfecti Raymond de Mirepoix and Raymond Blasco.)
[Source: Doat V 22 fo 207]
Однако, кое-что всё же осталось, чтобы напоминать нам о трагедии, развернувшейся на этом малом, насквозь пропитанном человеческой кровью клочке горы... Всё ещё крепко цепляясь за основание Монтсегюра, буквально «висят» над обрывами фундаменты исчезнувшей деревни...

Анна восторженно взирала на Севера, будто он в состоянии был подарить нам спасение... Но понемногу её взгляд стал угасать, так как по грустному выражению его лица она поняла: как бы он этого не желал, помощи почему-то не будет.
– Ты ведь хочешь нам помочь, правда, ведь? Ну, скажи, ты ведь желаешь помочь, Север?..
Анна поочерёдно внимательно всматривалась в наши глаза, будто желая удостовериться, что мы её правильно понимаем. В её чистой и честной душе не укладывалось понимание, что кто-то мог, но не хотел спасти нас от ужасающей смерти...
– Прости меня, Анна... Я не могу помочь вам, – печально произнёс Север.
– Но, почему?!! Неужели ты не жалеешь, что мы погибнем?.. Почему, Север?!..
– Потому, что я НЕ ЗНАЮ, как помочь вам... Я не знаю, как погубить Караффу. У меня нет нужного «оружия», чтобы избавиться от него.
Всё ещё не желая верить, Анна очень настойчиво продолжала спрашивать.
– А кто же знает, как побороть его? Кто-то ведь должен это знать! Он ведь не самый сильный! Вон даже дедушка Истень намного сильнее его! Ведь, правда, Север?
Было забавно слышать, как она запросто называла такого человека дедушкой... Анна воспринимала их, как свою верную и добрую семью. Семью, в которой все друг о друге радеют... И где для каждого ценна в ней другая жизнь. Но, к сожалению, именно такой семьёй они и не являлись... У волхвов была другая, своя и обособленная жизнь. И Анна пока ещё этого никак не понимала.
– Это знает Владыко, милая. Только он может помочь вам.
– Но если это так, то как же он не помог до сих пор?! Мама ведь уже была там, правда? Почему же он не помог?
– Прости меня, Анна, я не могу тебе ответить. Я не ведаю...
Тут уже и я не смогла далее смолчать!
– Но ты ведь объяснял мне, Север! Что же с тех пор изменилось?..