Бонифаций II

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Бонифаций II
лат. Bonifatius PP. II<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Бонифаций II</td></tr>
55-й папа римский
22 сентября 530 — 17 октября 532
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Феликс IV (III)
Преемник: Иоанн II
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рождение: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Сигисбальд
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Бонифаций II (лат. Bonifatius PP. II; ? — 17 октября 532) — папа римский с 22 сентября 530 по 17 октября 532 года.







Биография

Liber Pontificalis упоминает Бонифация как первого германца на Апостольском престоле: он происходил из старинного остготского рода. Отец его — Флавий Сигисбальд, - был в 437 году консулом Рима.

Бонифаций служил Римской Церкви с самого раннего возраста, и во время понтификата Феликса IV получил сан архидиакона. В этой роли он стал очень влиятельным и в церковной иерархии, и в светской среде. Его высокое положение имело особое значение, поскольку Бонифаций стал единственным папой. назначенным своим предшественником, а не избранным по канону. Еще в 499 году, чтобы избежать расколов среди духовенства, папа Симмах установил, что папа может назначить преемника при жизни. Это право, которое, по понятным причинам, не было принято Сенатом и народом, по сути лишало епископов прерогативы выбирать папу. Закон был отменен только через тридцать лет, в 535 году папой Агапитом I и больше не восстанавливался.

Бонифаций должен был противодействовать арианству среди германцев и поэтому был назначен папой согласно воле Феликса IV (III), без проведения выборов, чем вызвал недовольство в Риме. Феликс угрожал отлучением тем, кто отказался бы повиноваться Бонифацию, однако смерть папы все-таки принесла за собой распри.

Два папы

В день смерти папы Феликса, 22 сентября 530 года Бонифаций был интронизирован в базилике Санта-Мария-ин-Трастевере, но 60 из 70 римских пресвитеров отказались признать его и избрали антипапу, Диоскора. Они опасались усиления влияния короля Аталариха на церковные дела. Римская церковь уже практически погрузилась в новый раскол, но он продлился всего двадцать два дня: 14 октября Диоскор неожиданно умер, оставив в качестве единственного законного папы Бонифация.

Единственный наследник Петра

На синоде, созванном сразу после смерти Диоскора, Бонифаций издал указ о наложении анафемы на своего бывшего соперника, заставив священников, которые поддерживали Диоскора, подписать его и признать, что Диоскор не подчинился велению папы Феликса. Каждый из пресвитеров должен был выразить своё сожаление по поводу своего участия в выборах Диоскора и пообещать подчиняться папе.

Во втором синоде, созванного в соборе Святого Петра в 531 году, Бонифаций представил положение, которое подтвердило право папы назначать своего преемника, и назначил таковым диакона Вигилия. Римские духовенство подписало это положение и обещал его исполнять. Негативная реакция Сената и королевского двора, однако, привели к созыву еще одного совета для осуждения действий папы. Не дожидаясь суда Сената и короля, Бонифаций предпочел сжечь положение перед лицом духовенства и Сената. Четыре года спустя папа Агапит I также торжественно отменил анафему Диоскора и право папы выбирать себе преемника. Феликс IV, таким образом, был единственным папой, осуществившим предложенное Симмахом в 499 году право назначения преемника.

Основные события понтификата

Бонифаций проявлял особую активность в укреплении церковной организации. Его понтификат характеризовался вниманием не только к делам Западной, но и Восточной Церкви. В начале своего правления Бонифаций подтвердил акты второго Аравсионского собора, который положило конец полупелагианской полемике. Цезарий Арелатский, близкого друга Бонифация, который председательствовал на совете, послал к папе священника Армения, чтобы получить папское подтверждение решений Собора. В письме Цезарию от 25 января 531 года Бонифаций лично обозначил своё осуждение полупелагианства.

Бонифаций также получил просьбу от африканских епископов, чья церковная организация была разрушены вандалами, подтвердить права архиепископа Карфагенского в изгнании, на которую ответил согласием.

В 531 году Епифания, Патриарх Константинопольский, объявил незаконными выборы Стефана архиепископом Ларисы в Фессалии. Несмотря на сильный нажим, Стефан обратился в Рим, чем подтвердил примат Римского престола по этим вопросам по отношению к полномочиям Епифания.

Бонифаций созвал четвертый синод с 7 по 9 декабря 531 года, на котором было заслушано около двадцати пяти докладов, касающихся споров о папской юрисдикции, но результат этого синода нам не известен.

Бонифаций II умер и был похоронен 17 октября 532 в притворе собора Святого Петра. Из-за его злоупотребления властью он был папой, не причисленным к лику святых.

Напишите отзыв о статье "Бонифаций II"

Литература

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Бонифаций II

– Мы просто гуляем... Это Стелла, она мой друг. А вы, какая Изольда – та, у которой был Тристан? – уже расхрабрившись, спросила я.
У девушки глаза стали круглыми от удивления. Она, видимо никак не ожидала, что в этом мире её кто-то знал...
– Откуда ты это знаешь, девочка?.. – тихо прошептала она.
– Я книжку про вас читала, мне она так понравилась!.. – восторженно воскликнула я. – Вы так любили друг друга, а потом вы погибли... Мне было так жаль!.. А где же Тристан? Разве он больше не с вами?
– Нет, милая, он далеко... Я его так долго искала!.. А когда, наконец, нашла, то оказалось, что мы и здесь не можем быть вместе. Я не могу к нему пойти... – печально ответила Изольда.
И мне вдруг пришло простое видение – он был на нижнем астрале, видимо за какие-то свои «грехи». И она, конечно же, могла к нему пойти, просто, вероятнее всего, не знала, как, или не верила что сможет.
– Я могу показать вам, как туда пойти, если вы хотите, конечно же. Вы сможете видеть его, когда только захотите, только должны быть очень осторожны.
– Ты можешь пойти туда? – очень удивилась девушка.
Я кивнула:
– И вы тоже.
– Простите, пожалуйста, Изольда, а почему ваш мир такой яркий? – не смогла удержать своего любопытства Стелла.
– О, просто там, где я жила, почти всегда было холодно и туманно... А там, где я родилась всегда светило солнышко, пахло цветами, и только зимой был снег. Но даже тогда было солнечно... Я так соскучилась по своей стране, что даже сейчас никак не могу насладиться вволю... Правда, имя моё холодное, но это потому, что маленькой я потерялась, и нашли меня на льду. Вот и назвали Изольдой...
– Ой, а ведь и правда – изо льда!.. Я никогда бы не додумалась!.. – ошарашено уставилась на неё я.
– Это ещё, что!.. А ведь у Тристана и вообще имени не было... Он так всю жизнь и прожил безымянным, – улыбнулась Изольда.
– А как же – «Тристан»?
– Ну, что ты, милая, это же просто «владеющий тремя станами», – засмеялась Изольда. – Вся его семья ведь погибла, когда он был ещё совсем маленький, вот и не нарекли имени, когда время пришло – некому было.
– А почему вы объясняете всё это как бы на моём языке? Это ведь по-русски!
– А мы и есть русские, вернее – были тогда... – поправилась девушка. – А теперь ведь, кто знает, кем будем...
– Как – русские?.. – растерялась я.
– Ну, может не совсем... Но в твоём понятии – это русские. Просто тогда нас было больше и всё было разнообразнее – и наша земля, и язык, и жизнь... Давно это было...
– А как же в книжке говорится, что вы были ирландцы и шотландцы?!.. Или это опять всё неправда?
– Ну, почему – неправда? Это ведь то же самое, просто мой отец прибыл из «тёплой» Руси, чтобы стать владетелем того «островного» стана, потому, что там войны никак не кончались, а он был прекрасным воином, вот они и попросили его. Но я всегда тосковала по «своей» Руси... Мне всегда на тех островах было холодно...
– А могу ли я вас спросить, как вы по-настоящему погибли? Если это вас не ранит, конечно. Во всех книжках про это по-разному написано, а мне бы очень хотелось знать, как по-настоящему было...
– Я его тело морю отдала, у них так принято было... А сама домой пошла... Только не дошла никогда... Сил не хватило. Так хотелось солнце наше увидеть, но не смогла... А может Тристан «не отпустил»...
– А как же в книгах говорят, что вы вместе умерли, или что вы убили себя?
– Не знаю, Светлая, не я эти книги писала... А люди всегда любили сказы друг другу сказывать, особенно красивые. Вот и приукрашивали, чтобы больше душу бередили... А я сама умерла через много лет, не прерывая жизни. Запрещено это было.
– Вам, наверное, очень грустно было так далеко от дома находиться?
– Да, как тебе сказать... Сперва, даже интересно было, пока мама была жива. А когда умерла она – весь мир для меня померк... Слишком мала я была тогда. А отца своего никогда не любила. Он войной лишь жил, даже я для него цену имела только ту, что на меня выменять можно было, замуж выдав... Он был воином до мозга костей. И умер таким. А я всегда домой вернуться мечтала. Даже сны видела... Но не удалось.
– А хотите, мы вас к Тристану отведём? Сперва покажем, как, а потом вы уже сама ходить будете. Это просто... – надеясь в душе, что она согласится, предложила я.
Мне очень хотелось увидеть «полностью» всю эту легенду, раз уж появилась такая возможность, и хоть было чуточку совестно, но я решила на этот раз не слушать свой сильно возмущавшийся «внутренний голос», а попробовать как-то убедить Изольду «прогуляться» на нижний «этаж» и отыскать там для неё её Тристана.
Я и правда очень любила эту «холодную» северную легенду. Она покорила моё сердце с той же самой минуты, как только попалась мне в руки. Счастье в ней было такое мимолётное, а грусти так много!.. Вообще-то, как и сказала Изольда – добавили туда, видимо, немало, потому что душу это и вправду зацепляло очень сильно. А может, так оно и было?.. Кто же мог это по-настоящему знать?.. Ведь те, которые всё это видели, уже давным-давно не жили. Вот потому-то мне так сильно и захотелось воспользоваться этим, наверняка единственным случаем и узнать, как же всё было на самом деле...
Изольда сидела тихо, о чём-то задумавшись, как бы не решаясь воспользоваться этим единственным, так неожиданно представившимся ей случаем, и увидеться с тем, кого так надолго разъединила с ней судьба...