Варшавский договор (1920)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Файл:Symon Petliura and Antoni Listowski during Polish-Soviet War.PNG
Польский генерал Антоний Листовский (слева) и Симон Петлюра (второй слева) после заключения альянса с петлюровцами

Варшавский договор — соглашение между правительствами Польши и Украинской Народной Республики, заключенное в разгар Советско-польской войны 1919—1921 годов. Подписан Юзефом Пилсудским и Симоном Петлюрой 21 апреля 1920 года (военное соглашение — 24 апреля).

В соответствии с соглашением, правительство Петлюры обязывалось взамен на признание оказывать помощь полякам в борьбе с большевиками.

Поляки стремились к установлению восточной границы Польши по состоянию на момент разделов Польши, произошедших в XVIII веке, поэтому условия договора оказались для правительства Петлюры тяжелыми — в состав польского государства должны были войти населенные преимущественно украинцами Галиция, Западная Волынь, Лемковщина, Надсанье и Холмщина. Фактически граница устанавливалась по линии, занятой на момент заключения договора польскими войсками. Договор негативно оценивался большинством населения подпадавших под его действие территорий.

В соответствии с договором, поляки обязались не признавать международных соглашений, направленных против Украины, гарантировали соблюдение национально-культурных прав украинского населения, которое оказывалось на территории польского государства. Аналогичные права поляков на территории Украины признавало правительство Петлюры.

Союз с Петлюрой позволил полякам значительно улучшить свои стратегические позиции, развернуть наступление на Украине. 7 мая 1920 года пилсудчики заняли Киев, затем — плацдармы на левом берегу Днепра. Однако в результате Киевской операции Красной армии во второй половине мая польские войска были вынуждены начать отступление. 10 июня поляки оставили Киев, который 12 числа был занят красными.

Варшавский договор был de facto денонсирован Рижским миром 1921 года, который установил государственную границу между Польшей с одной и РСФСР и УССР с другой стороны.







В культуре

Наступление поляков на Украине запечатлено в рассказе Булгакова «Киев-город»:

Рекорд побил знаменитый бухгалтер, впоследствии служащий союза городов Семен Васильич Петлюра. Четыре раза он являлся в Киев, и четыре раза его выгоняли. Самыми последними, под занавес, приехали зачем-то польские паны (явление XIV-ое) с французскими дальнобойными пушками.

Полтора месяца они гуляли по Киеву. Искушенные опытом киевляне, посмотрев на толстые пушки и малиновые выпушки, уверенно сказали:

— Большевики опять будут скоро.

И все сбылось как по писаному. На переломе второго месяца среди совершенно безоблачного неба советская конница грубо и будённо заехала куда-то, куда не нужно, и паны в течение нескольких часов оставили заколдованный город. Но тут следует сделать маленькую оговорку. Все, кто раньше делали визит в Киев, уходили из него по-хорошему, ограничиваясь относительно безвредной шестидюймовой стрельбой по Киеву со святошинских позиций. Наши же европеизированные кузены вздумали щегольнуть своими подрывными средствами и разбили три моста через Днепр, причём Цепной — вдребезги.

И по сей час из воды вместо великолепного сооружения — гордости Киева, торчат только серые унылые быки. А, поляки, поляки… Ай, яй, яй!..

Спасибо сердечное скажет вам русский народ.

Не унывайте, милые киевские граждане! Когда-нибудь поляки перестанут на нас сердиться и отстроят нам новый мост, еще лучше прежнего. И при этом на свой счет.

Будьте уверены. Только терпение.

Напишите отзыв о статье "Варшавский договор (1920)"

Литература

  • [http://www.ceeol.com/aspx/issuedetails.aspx?issueid=40e53184-cef1-4727-8399-631b8bb2cfbd&articleId=218d7e4a-9c96-417f-a7ce-fb3ea7a27928 Korzeniewski, Bogusław; THE RAID ON KIEV IN POLISH PRESS PROPAGANDA. Humanistic Review (01/2006)]
  • [http://links.jstor.org/sici?sici=0002-8762(199704)102%3A2%3C484%3ATUDA1A%3E2.0.CO%3B2-4 Review of The Ukrainian-Polish Defensive Alliance, 1919—1921: An Aspect of the Ukrainian Revolution by Michael Palij; Author(s) of Review: Anna M. Cienciala; The American Historical Review, Vol. 102, No. 2 (Apr., 1997), p. 484]
  • Szajdak, Sebastian, Polsko-ukraiński sojusz polityczno-wojskowy w 1920 roku (The Polish-Ukrainian Political-Military Alliance of 1920), Warsaw, Rytm, 2006, ISBN 83-7399-132-8.
  • Władysław Pobóg-Malinowski Najnowsza historia polityczna Polski t. 2 cz. 1, Londyn 1956.
  • [Robert Potocki, Idea restytucji Ukraińskiej Republiki Ludowej (1920—1939) Wydawnictwo: Instytut Europy Środkowo-Wschodniej, Lublin 1999 ; ISBN 83-85854-46-0, rozdziały książki dotyczące wojny 1920 i planów strategicznych tworzenia armii URL w latach trzydziestych: http://exlibris.org.ua/potocki/index.html].
  • Pawło Szandruk, Geneza umowy kwietniowej z 1920 roku, BPU, 1935, nr 16-17, s. 183—186.
  • Jan Jacek Bruski, Petlurowcy Kraków 2004, Wyd. Arcana, ISBN 83-86225-03-3.
  • Adam Przybylski, Wojna polska 1918—1921, Warszawa 1930.
  • Tadeusz Kutrzeba, Wyprawa kijowska, Warszawa 1937.
  • Adam Janusz Mielcarek, Granica Wołyńska. Terytorialne postanowienia układu Piłsudski-Petlura, Wiadomości Historyczne, nr 4 (290), lipiec-sierpień 2010, s. 39-44.
  • Історія України, словник-довідник, Щедріна І.Е., Харків, 2006 р., Країна мрій, ст. 82.

Ссылки

  • [http://pl.wikisource.org/wiki/Umowa_mi%C4%99dzy_rz%C4%85dem_Rzeczypospolitej_Polskiej_a_rz%C4%85dem_Ukrai%C5%84skiej_Republiki_Ludowej_21_kwietnia_1920 Umowa między rządem Rzeczypospolitej Polskiej a rządem Ukraińskiej Republiki Ludowej 21 kwietnia 1920]
  • [http://pl.wikisource.org/wiki/Konwencja_wojskowa_mi%C4%99dzy_Rzeczpospolit%C4%85_Polsk%C4%85_a_Ukrai%C5%84sk%C4%85_Republik%C4%85_Ludow%C4%85_%281920%29 Konwencja wojskowa między Rzeczpospolitą Polską a Ukraińską Republiką Ludową (1920)]
  • [http://web.archive.org/web/20121011225358/http://www.mfa.gov.ua/mfa/ua/publication/content/362.htm Українська національна революція. Сайт МЗС України.] (укр.)

Отрывок, характеризующий Варшавский договор (1920)

– Обещай мне… Прошу, обещай мне… ты сумеешь его сберечь… Что бы ни случилось… обещай мне…
Мужчина ничего не отвечал, только ласково гладил её худенькие руки, видимо никак не находя нужных в тот момент спасительных слов.
– Он должен появиться на свет сегодня! Он должен!.. – вдруг отчаянно крикнула девушка. – Он не может погибнуть вместе со мной!.. Что же нам делать? Ну, скажи, что же нам делать?!!
Её лицо было невероятно худым, измученным и бледным. Но ни худоба, ни страшная измождённость не могли испортить утончённую красоту этого удивительно нежного и светлого лица! На нём сейчас жили только глаза… Чистые и огромные, как два серо-голубых родника, они светились бесконечной нежностью и любовью, не отрываясь от встревоженного молодого человека… А в самой глубине этих чудесных глаз таилась дикая, чёрная безысходность…
Что это было?!.. Кто были все эти люди, пришедшие ко мне из чьего-то далёкого прошлого? Были ли это Катары?! И не потому ли у меня так скорбно сжималось по ним сердце, что висела над ними неизбежная, страшная беда?..
Мать юной Эсклармонд (а это наверняка была именно она) явно была взволнована до предела, но, как могла, старалась этого не показывать и так уже полностью измученной дочери, которая временами вообще «уходила» от них в небытиё, ничего не чувствуя и не отвечая… И лишь лежала печальным ангелом, покинувшим на время своё уставшее тело... На подушках, рассыпавшись золотисто-русыми волнами, блестели длинные, влажные, шелковистые волосы... Девушка, и правда, была очень необычна. В ней светилась какая-то странная, одухотворённо-обречённая, очень глубокая красота.
К Эсклармонд подошли две худые, суровые, но приятные женщины. Приблизившись к кровати, они попытались ласково убедить молодого человека выйти из комнаты. Но тот, ничего не отвечая, лишь отрицательно мотнул головой и снова повернулся к роженице.
Освещение в зале было скупым и тёмным – несколько дымящихся факелов висели на стенах с двух сторон, бросая длинные, колышущиеся тени. Когда-то эта зала наверняка была очень красивой… В ней всё ещё гордо висели на стенах чудесно вышитые гобелены… А высокие окна защищали весёлые разноцветные витражи, оживлявшие лившийся в помещение последний тусклый вечерний свет. Что-то очень плохое должно было случиться с хозяевами, чтобы столь богатое помещение выглядело сейчас таким заброшенным и неуютным…
Я не могла понять, почему эта странная история целиком и полностью захватила меня?!. И что всё-таки являлось в ней самым важным: само событие? Кто-то из присутствовавших там? Или тот, не рождённый ещё маленький человек?.. Не в состоянии оторваться от видения, я жаждала поскорее узнать, чем же закончится эта странная, наверняка не очень счастливая, чужая история!
Вдруг в папской библиотеке сгустился воздух – неожиданно появился Север.
– О!.. Я почувствовал что-то знакомое и решил вернуться к тебе. Но не думал, что ты будешь смотреть такое… Не нужно тебе читать эту печальную историю, Изидора. Она принесёт тебе всего лишь ещё больше боли.
– Ты её знаешь?.. Тогда скажи мне, кто эти люди, Север? И почему так болит за них моё сердце? – Удивлённая его советом, спросила я.
– Это – Катары, Изидора… Твои любимые Катары… в ночь перед сожжением, – грустно произнёс Север. – А место, которое ты видишь – их последняя и самая дорогая для них крепость, которая держалась дольше всех остальных. Это – Монтсегюр, Изидора… Храм Солнца. Дом Магдалины и её потомков… один из которых как раз должен вот-вот родиться на свет.
– ?!..
– Не удивляйся. Отец того ребёнка – потомок Белояра, ну и, конечно же, Радомира. Его звали Светозаром. Или – Светом Зари, если тебе так больше нравится. Это (как было у них всегда) очень горестная и жестокая история… Не советую тебе её смотреть, мой друг.
Север был сосредоточенным и глубоко печальным. И я понимала, что видение, которое я в тот момент смотрела, не доставляло ему удовольствия. Но, несмотря ни на что, он, как всегда, был терпеливым, тёплым и спокойным.
– Когда же это происходило, Север? Не хочешь ли ты сказать, что мы видим настоящий конец Катар?
Север долго смотрел на меня, словно жалея.... Словно не желая ранить ещё сильнее… Но я упорно продолжала ждать ответа, не давая ему возможности смолчать.
– К сожалению, это так, Изидора. Хотя мне очень хотелось бы ответить тебе что-нибудь более радостное… То, что ты сейчас наблюдаешь, произошло в 1244 году, в месяце марте. В ночь, когда пало последнее пристанище Катар… Монтсегюр. Они держались очень долго, десять долгих месяцев, замерзая и голодая, приводя в бешенство армию святейшего Папы и его величества, короля Франции. Их было всего-навсего сто настоящих рыцарей-воинов и четыреста остальных человек, среди которых находились женщины и дети, и более двухсот Совершенных. А нападавших было несколько тысяч профессиональных рыцарей-воинов, настоящих убийц, получивших добро на уничтожение непослушных «еретиков»... на безжалостное убийство всех невинных и безоружных… во имя Христа. И во имя «святой», «всепрощающей» церкви.
И всё же – катары держались. Крепость была почти недоступной, и чтобы её захватить, необходимо было знать секретные подземные ходы, или же проходимые тропинки, известные только жителям крепости или им помогавшим жителям округи.