Версальский договор (1768)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Версальский договор (1768)
220px
Итальянский перевод Версальского договора 1768 года
Дата подписания 15 мая 1768
— место Версаль, Франция
Вступление в силу
— условия
1768
Генуэзская республика предоставляет Французскому королевству острова Корсика и Капрая в качестве залога уплаты своего долга
Подписали Этьен-Франсуа де Шуазёль

Агостино Паоло Доменико Сорба

Стороны Франция22x20px Франция

Генуэзская республика22x20px Генуэзская республика

Языки французский
итальянский (перевод)
40px Викитека содержит текст:
Trattato di Versailles (1768)

Верса́льский догово́р — договор между Генуэзской республикой и Францией, заключённый 15 мая 1768 года

По данному договору, подписанному с генуэзской стороны полномочным представителем Агостино Паоло Доменико Сорбой, а с французской — министром, герцогом Этьеном-Франсуа де Шуазёлем, Генуя предоставляла Корсику в качестве залога уплаты своего долга в размере около двух миллионов генуэзских лир королю Франции Людовику XV, направившего свои войска на Корсику для подавления вспыхнувшего там восстания.

Генуя в то время уже находилась в состоянии банкротства и не могла отвечать по своим долгам, а потому Франция почти сразу оккупировала остров. Вплоть до Великой французской революции Корсика входила в состав «личного владения» королей Франции.





История

Корсика находилась под контролем Генуи с 1284 года. В XVIII веке корсиканцы начали искать независимость. Немецкий путешественник Теодор фон Нойхоф на короткий период стал королём Корсики в 1736 году, поддерживаемый Республикой Нидерландов и Великобританией, которая уже владела Меноркой и Гибралтаром в Средиземном море. В 1755 году была создана Корсиканская республика под руководством Паскаля Паули, и в 1764 году Генуя попросила Францию выслать войска. Франция заняла корсиканские гавани и укрепления, чтобы как контролировать беспокойное население, так и не допустить попадания Корсики во владение Великобритании.

Согласно Версальскому договору у Генуи не оставалось выбора, кроме как отдать Франции Корсику, чтобы расплатиться с долгами. Генуя, находившаяся в упадке, не смогла бы выплатить долг другими путями, как и не смогла бы подавить корсиканское восстание.


Напишите отзыв о статье "Версальский договор (1768)"

Отрывок, характеризующий Версальский договор (1768)

– А как же на счёт твоей мамы? – удивлённо спросил врач.
– Это будет мой сюрприз, – ответила я.
– Ну, тогда пошли, герой! – улыбнулся врач.
Он повёл меня в небольшую, очень белую комнату, усадил в огромное (для моих габаритов) кресло и начал приготавливать инструменты. Приятного в этом, разумеется, было мало, но я упорно продолжала наблюдать за всем, что он делал и мысленно себе повторяла, что всё будет очень хорошо, и, что я ни за что не собираюсь сдаваться.
– Не бойся, сейчас я тебе сделаю укол, и ты ничего не будешь больше ни видеть, ни чувствовать, – сказал врач.
– Я не хочу укол, – возразила я, – я хочу видеть, как это выглядит.
– Ты хочешь видеть свои гланды?!. – удивился он.
Я гордо кивнула.
– Поверь мне, это не столь приятно, чтобы на них смотреть, – сказал врач, – и тебе будет больно, я не могу тебе этого разрешить.
– Вы не будете меня обезболивать или я не буду делать этого вообще, – упорно настаивала я, – Почему вы не оставляете мне права выбора? Если я маленькая, то ещё не значит, что я не имею права выбирать, как мне принимать мою боль!
Врач смотрел на меня, широко открыв глаза и казалось, не мог поверить в то, что слышал. Почему-то мне стало вдруг очень важно, чтобы он мне поверил. Мои бедные нервы уже видимо были на пределе, и я чувствовала, что ещё чуть-чуть, и по моей напряжённой физиономии польются предательские потоки слёз, а этого допустить было никак нельзя.
– Ну, пожалуйста, я клянусь, что никогда никому этого не скажу, – всё ещё упрашивала я.
Он долго на меня смотрел, а потом вздохнул и сказал:
– Я тебе разрешу, если ты скажешь мне, почему тебе это нужно.
Я растерялась. По-моему я тогда и сама не очень-то хорошо понимала, что заставило меня так настойчиво отвергать обычную, «спасительную» анестезию. Но я не разрешила себе расслабиться, понимая, что срочно нужно найти какой-то ответ, если я не хочу, чтобы этот чудесный врач передумал и всё пошло бы обычным путём.
– Я очень боюсь боли и вот теперь решила это перебороть. Если вы мне по-можете я буду очень вам благодарна, – краснея, сказала я.
Моя проблема была в том, что я совершенно не умела лгать. И я видела, что врач сразу же это понял. Тогда, не давая ему возможности что-либо сказать, я выпалила:
– Несколько дней назад я перестала чувствовать боль и хочу это проверить!..
Врач долго изучающе на меня смотрел.
– Ты кому-то об этом сказала? – спросил он.
– Нет, пока никому, – ответила я. И рассказала ему во всех подробностях случай на катке.
– Ну, ладно, давай попробуем, – сказал врач. – Но, если будет больно, ты уже не сможешь мне об этом сказать, поняла? Поэтому, сразу же подними руку, если только почувствуешь боль, договорились? Я кивнула.
Если честно, я абсолютно не была уверена, зачем я всё это затеваю. А также, не была полностью уверена и в том, смогу ли по-настоящему с этим справиться, и не придётся ли обо всей этой сумасшедшей истории горько пожалеть. Я видела, как врач подготавливает обезболивающий укол и ставит шприц на столик рядом с собой.