Виктор III

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Виктор III
лат. Victor PP. III<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Виктор III</td></tr>
158-й папа римский
24 мая 1086 — 16 сентября 1087
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Григорий VII
Преемник: Урбан II
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Дауферий Эпифани, князь Беневентский
Оригинал имени
при рождении:
итал. Dauferio (или Desiderio) Epifani
Рождение: 1026/1027
Беневенто (Италия)
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Монтекассино (Италия)
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Ландульф V Беневентский
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ви́ктор III (лат. Victor PP. III; в миру Дауферий Эпифани, князь Беневе́нтский, итал. Dauferio (или Desiderio) Epifani, в монашестве — Дезидерий; ок. 1027, Беневенто, Кампания — 16 сентября 1087, монастырь Монте-Кассино) — папа римский с 24 мая 1086 года.







Ранние годы и аббатство

Дауферий родился в 1026 или 1027 году в Беневенто и был сыном князя Ландульфа V Беневентского. После смерти отца в битве с норманнами в 1047 году его попытались насильно женить, но он бежал и, хотя был возвращен, сбежал повторно. Он отправился в Кава-де-Тиррени, где получил разрешение на присоединение к монахам монастыря Святой Софии в Беневенто. Там он принял постриг под именем Дезидерий. Жизнь в монастыре Святой Софии оказалось недостаточно строгой для молодого монаха, и он отправился на островной монастырь Тремите Сан-Николо [1] в Адриатическом море, а в 1053 году присоединился к отшельникам на горе Маелла в Абруцци. Примерно в это время сведения о нем были доведены до папы Льва IX, и существует вероятность того, что папа поручил ему мирные переговоры с норманнами после битвы при Чивитате.

Несколько позже Дезидерий прибыл ко двору папы Виктора II во Флоренции. Там он встретил двух монахов из знаменитого бенедиктинского монастыря Монте-Кассино, и с разрешения папы в 1055 году прибыл туда и присоединился к монахам. Настоятелем монастыря считался сам папа римский. В 1057 году папа Стефан IX прибыл в Монте-Кассино на Рождество и, полагая, что умирает, приказал монахам избрать нового настоятеля. Их выбор пал на Дезидерия. Папа выздоровел, и, желая сохранить аббатство за собой, назначил своим легатом в Константинополе. В Бари, откуда он собирался отплыть на Восток, его застало известие о смерти папы. Получив охранную грамоту от Роберта Гвискара, норманнского графа Апулии, он вернулся в свой монастырь и был должным образом рукоположён кардиналом Гумбертом на Пасху 1058 года. Год спустя папа Николай II возвел его в в достоинство кардинала-пресвитера церкви Святой Цецилии и ввел в коллегию кардиналов [2]

Дезидерий перестроил церковь и монастырские здания, совершенствовал библиотеку и укрепил монашескую дисциплину. 1 октября 1071 года новая базилика Монте-Кассино была освящена папой Александром II. Репутация Дезидерия увеличивала благосостояние аббатства. Деньги тратились на церковные украшения, в том числе на большой золотой алтарь из Константинополя, украшенный драгоценными камнями и эмалями. Дезидерий также был назначен папским викарием в Кампании, Апулии, Калабрии и княжестве Беневенто с особыми полномочиями в проведении реформы монастырей. Так высока была его репутация, что он получил разрешение римского понтифика назначить епископов и игуменов из числа своих бенедиктинских братьев.

В течение двух лет после освящения новой базилики монастыря Александр II скончался, и ему наследовал Хильдебранд - папа Григорий VII. Дезидерий неоднократно оказывал помощь папе против норманнов Южной Италии. Уже в 1059 году он убедил Роберта Гвискара и Ричарда из Капуи стать вассалами Святого Престола на своих недавно завоеванных территориях. В 1074 и 1075 годах Дезидерий выступал в качестве посредника от имени папы в переговорах норманнскими князьями, и даже когда последние были в состоянии войны с папой, они по-прежнему сохраняли хорошие отношения с Монте-Кассино. В конце 1080 года Дезидерий привлек норманнские войска для помощи Григорию. В 1084 году, когда Рим был в руках Генриха IV, а папа осажден в замке Святого Ангела, Дезидерий предупредил императора и папу о приближении армии Гвискара [2].

Папство

Дезидерий, хоть и был сторонником реформ Григория VII, он принадлежал скорее к умеренной партии и не поддерживал папу. Тем не менее, когда Григорий лежал при смерти в Салерно 25 мая 1085 года, аббат Монте-Кассино был одним из тех, кого он рекомендовал кардиналам южной Италии как наиболее подходящего преемника. Римский народ изгнал антипапу Климента III, и Дезидерий прибыл в город для участия в выборах. Кардиналы выдвинули его главным кандидатом, но Дезидерий отказался и отбыл в Монте-Кассино. Когда пришла осень, он сопровождал армию норманнов в Рим. Однако, когда ему стало известно о заговоре между кардиналами и норманнскими князьями по поводу возложения на него папской тиары, он отказался войти в город. В итоге выборы были отложены. В районе Пасхи епископы и кардиналы собрались в Риме и вызвали Дезидерия и кардиналов, чтобы, наконец, решить вопрос о новом понтифике.

23 мая состоялся большой совет духовенства, и Дезидерий был снова отказался принять папство, угрожая вернуться в свой монастырь в случае давления. На следующий день, в праздник Пятидесятницы, та же сцена повторилась. Тогда римский консул Сенсий предложил избрать папой Одо, кардинала-епископа Остии (впоследствии - папа Урбан II), но предложение было отклонено, поскольку Одо был всего лишь епископом.

В итоге Дезидерий уступил воздействию кардиналов, и 24 мая 1086 года был провозглашён новым папой под именем Виктора III [3]. Однако его избрание не было признано императором Священной Римской империи Генрихом IV и Дезидерий был вынужден бежать из Рима, оккупированного ставленником императора антипапой Климентом III. Еще почти год Виктор оставался в Монте-Кассино. В середине Великого поста 1087 года конфликт был улажен, Дезидерий на соборе в Капуе торжественно согласился занять папский престол и подтвердил своё тронное имя в присутствии норманнских князей, консула Сенсия и римской знати.

Епископская хиротония и интронизация Виктора III состоялись 9 мая 1087 года в соборе Святого Петра, как только из Рима был изгнан Климент III норманнами.

В июне 1087 года папа Виктор вернулся в город, но был вынужден вновь покинуть Рим, который был осаждён войсками антипапы Климента. Он вернулся в Монте-Кассино, и в августа того же года в Беневенто им был созван церковный собор, который отлучил Климента III, провозгласил своего рода крестовый поход против сарацин в Северной Африке и подверг анафеме Гуго Лионского и аббата Ричарда Марсельского [2].

Совет длился три дня, и за это время Виктор серьезно заболел и удалился в Монте-Кассино, чтобы умереть 16 сентября 1087 года. Его погребли в усыпальнице, возведённой им монастырской базилики.

Почитание

Вскоре после смерти началось местное почитание папы Виктора III. Официально он был провозглашён блаженным 23 июля 1887 года папой Львом XIII. Память блаженного папы Виктора совершается 16 сентября и 16 октября.

Сочинения

Виктор написал трактат "Диалоги" о чудесах, совершенных святым Бенедиктом и другими святыми в Монте-Кассино. Сохранилось также письмо к епископам Сардинии, куда он послал понахов, еще будучи аббатом Монте-Кассино. В своем "De Viris Illustribus Casinensibus" Пётр Диакон приписывает ему трактат "Cantus ad B. Maurum" и письма к королю Филиппу I Французскому и Гуго Клюнийскому, которые не сохранились.

Напишите отзыв о статье "Виктор III"

Примечания

  1. The New Schaff-Herzog Encyclopedia of Religious Knowledge, 12 p.178.
  2. 1 2 3 [http://www.newadvent.org/cathen/15410a.htm Webster, Douglas Raymund. "Pope Blessed Victor III." The Catholic Encyclopedia. Vol. 15. New York: Robert Appleton Company, 1912. 13 Feb. 2013]
  3. [http://www2.fiu.edu/~mirandas/conclave-xi.htm Miranda, Salvatore. "The Cardinals of the Holy Roman Church", Florida International University]

Литература

Ссылки

  • [http://www.pravenc.ru/text/158558.html Виктор III] (рус.). Православная энциклопедия. Проверено 23 февраля 2012. [http://www.webcitation.org/67vIoCejE Архивировано из первоисточника 25 мая 2012].
  • [http://www.britannica.com/EBchecked/topic/627540/Blessed-Victor-III Виктор III] (англ.). Encyclopædia Britannica. Проверено 23 февраля 2012. [http://www.webcitation.org/67vIoghY3 Архивировано из первоисточника 25 мая 2012].
  • [http://www.newadvent.org/cathen/15410a.htm Виктор III] (англ.). Catholic Encyclopedia. Проверено 23 февраля 2012. [http://www.webcitation.org/67vIpJ2rt Архивировано из первоисточника 25 мая 2012].

Отрывок, характеризующий Виктор III

Пока почему-то никто нигде не показывался, и никто не высказывал большого желания нас встречать... Это было чуточку странно, так как обычно хозяева всех этих дивных миров были очень гостеприимны и доброжелательны, за исключением лишь тех, которые только что появились на «этаже» (то есть – только что умерли) и ещё не были готовы к общению с остальными, или просто предпочитали переживать что-то сугубо личное и тяжёлое в одиночку.
– Как ты думаешь, кто живёт в этом странном мире?.. – почему-то шёпотом спросила Стелла.
– Хочешь – посмотрим? – неожиданно для себя, предложила я.
Я не поняла, куда девалась вся моя усталость, и почему это я вдруг совершенно забыла данное себе минуту назад обещание не вмешиваться ни в какие, даже самые невероятные происшествия до завтрашнего дня, или хотя бы уж, пока хоть чуточку не отдохну. Но, конечно же, это снова срабатывало моё ненасытное любопытство, которое я так и не научилась пока ещё усмирять, даже и тогда, когда в этом появлялась настоящая необходимость...
Поэтому, стараясь, насколько позволяло моё измученное сердце, «отключиться» и не думать о нашем неудавшемся, грустном и тяжёлом дне, я тут же с готовностью окунулась в «новое и неизведанное», предвкушая какое-нибудь необычное и захватывающее приключение...
Мы плавно «притормозили» прямо у самого входа в потрясающий «ледяной» мир, как вдруг из-за сверкавшего искрами голубого дерева появился человек... Это была очень необычная девушка – высокая и стройная, и очень красивая, она казалась бы совсем ещё молоденькой, почти что если бы не глаза... Они сияли спокойной, светлой печалью, и были глубокими, как колодец с чистейшей родниковой водой... И в этих дивных глазах таилась такая мудрость, коей нам со Стеллой пока ещё долго не дано было постичь... Ничуть не удивившись нашему появлению, незнакомка тепло улыбнулась и тихо спросила:
– Что вам, малые?
– Мы просто рядом проходили и захотели на вашу красоту посмотреть. Простите, если потревожили... – чуть сконфузившись, пробормотала я.
– Ну, что вы! Заходите внутрь, там наверняка будет интереснее... – махнув рукой в глубь, опять улыбнулась незнакомка.
Мы мигом проскользнули мимо неё внутрь «дворца», не в состоянии удержать рвущееся наружу любопытство, и уже заранее предвкушая наверняка что-то очень и очень «интересненькое».
Внутри оказалось настолько ошеломляюще, что мы со Стеллой буквально застыли в ступоре, открыв рты, как изголодавшиеся однодневные птенцы, не в состоянии произнести ни слова...
Никакого, что называется, «пола» во дворце не было... Всё, находящееся там, парило в искрящемся серебристом воздухе, создавая впечатление сверкающей бесконечности. Какие-то фантастические «сидения», похожие на скопившиеся кучками группы сверкающих плотных облачков, плавно покачиваясь, висели в воздухе, то, уплотняясь, то почти исчезая, как бы привлекая внимание и приглашая на них присесть... Серебристые «ледяные» цветы, блестя и переливаясь, украшали всё вокруг, поражая разнообразием форм и узорами тончайших, почти что ювелирных лепестков. А где-то очень высоко в «потолке», слепя небесно-голубым светом, висели невероятной красоты огромнейшие ледяные «сосульки», превращавшие эту сказочную «пещеру» в фантастический «ледяной мир», которому, казалось, не было конца...
– Пойдёмте, гостьи мои, дедушка будет несказанно рад вам! – плавно скользя мимо нас, тепло произнесла девушка.
И тут я, наконец, поняла, почему она казалась нам необычной – по мере того, как незнакомка передвигалась, за ней всё время тянулся сверкающий «хвост» какой-то особенной голубой материи, который блистал и вился смерчами вокруг её хрупкой фигурки, рассыпаясь за ней серебристой пыльцой...
Не успели мы этому удивиться, как тут же увидели очень высокого, седого старца, гордо восседавшего на странном, очень красивом кресле, как бы подчёркивая этим свою значимость для непонимающих. Он совершенно спокойно наблюдал за нашим приближением, ничуть не удивляясь и не выражая пока что никаких эмоций, кроме тёплой, дружеской улыбки.
Белые, переливающиеся серебром, развевающиеся одежды старца сливались с такими же, совершенно белыми, длиннющими волосами, делая его похожим на доброго духа. И только глаза, такие же таинственные, как и у нашей красивой незнакомки, потрясали беспредельным терпением, мудростью и глубиной, заставляя нас ёжиться от сквозящей в них бесконечности...
– Здравы будете, гостюшки! – ласково поздоровался старец. – Что привело вас к нам?
– И вы здравствуйте, дедушка! – радостно поздоровалась Стелла.
И тут впервые за всё время нашего уже довольно-таки длинного знакомства я с удивлением услышала, что она к кому-то, наконец, обратилась на «вы»...
У Стеллы была очень забавная манера обращаться ко всем на «ты», как бы этим подчёркивая, что все ею встреченные люди, будь то взрослый или совершенно ещё малыш, являются её добрыми старыми друзьями, и что для каждого из них у неё «нараспашку» открыта душа... Что конечно же, мгновенно и полностью располагало к ней даже самых замкнутых и самых одиноких людей, и только очень чёрствые души не находили к ней пути.
– А почему у вас здесь так «холодно»? – тут же, по привычке, посыпались вопросы. – Я имею в виду, почему у вас везде такой «ледяной» цвет?
Девушка удивлённо посмотрела на Стеллу.
– Я никогда об этом не думала... – задумчиво произнесла она. – Наверное, потому, что тепла нам хватило на всю нашу оставшуюся жизнь? Нас на Земле сожгли, видишь ли...
– Как – сожгли?!. – ошарашено уставилась на неё Стелла. – По-настоящему сожгли?.. – Ну, да. Просто там я была Ведьмой – ведала многое... Как и вся моя семья. Вот дедушка – он Ведун, а мама, она самой сильной Видуньей была в то время. Это значит – видела то, что другие видеть не могли. Она будущее видела так же, как мы видим настоящее. И прошлое тоже... Да и вообще, она многое могла и знала – никто столько не знал. А обычным людям это видимо претило – они не любили слишком много «знающих»... Хотя, когда им нужна была помощь, то именно к нам они и обращались. И мы помогали... А потом те же, кому мы помогли, предавали нас...
Девушка-ведьма потемневшими глазами смотрела куда-то вдаль, на мгновение не видя и не слыша ничего вокруг, уйдя в какой-то ей одной известный далёкий мир. Потом, ёжась, передёрнула хрупкими плечами, будто вспомнив что-то очень страшное, и тихо продолжила:
– Столько веков прошло, а я до сих пор всё чувствую, как пламя пожирает меня... Потому наверное и «холодно» здесь, как ты говоришь, милая, – уже обращаясь к Стелле, закончила девушка.
– Но ты никак не можешь быть Ведьмой!.. – уверенно заявила Стелла. – Ведьмы бывают старые и страшные, и очень плохие. Так у нас в сказках написано, что бабушка мне читала. А ты хорошая! И такая красивая!..
– Ну, сказки сказкам рознь... – грустно улыбнулась девушка-ведьма. – Их ведь именно люди и сочиняют... А что нас показывают старыми и страшными – то кому-то так удобнее, наверное... Легче объяснить необъяснимое, и легче вызвать неприязнь... У тебя ведь тоже вызовет большее сочувствие, если будут сжигать молодую и красивую, нежели старую и страшную, правда ведь?
– Ну, старушек мне тоже очень жаль... только не злых, конечно – потупив глаза, произнесла Стелла. – Любого человека жаль, когда такой страшный конец – и, передёрнув плечиками, как бы подражая девушке-ведьме, продолжала: – А тебя правда-правда сожгли?!. Совсем-совсем живую?.. Как же наверное тебе больно было?!. А как тебя зовут?
Слова привычно сыпались из малышки пулемётной очередью и, не успевая её остановить, я боялась, что хозяева под конец обидятся, и из желанных гостей мы превратимся в обузу, от которой они постараются как можно быстрее избавиться.
Но никто почему-то не обижался. Они оба, и старец, и его красавица внучка, дружески улыбаясь, отвечали на любые вопросы, и казалось, что наше присутствие почему-то и вправду доставляло им искреннее удовольствие...
– Меня зовут Анна, милая. И меня «правда-правда» совсем сожгли когда-то... Но это было очень-очень давно. Уже прошло почти пять сотен земных лет...
Я смотрела в совершенном шоке на эту удивительную девушку, не в состоянии отвести от неё глаза, и пыталась представить, какой же кошмар пришлось перенести этой удивительно красивой и нежной душе!..
Их сжигали за их Дар!!! Только лишь за то, что они могли видеть и делать больше, чем другие! Но, как же люди могли творить такое?! И, хотя я уже давно поняла, что никакой зверь не в состоянии был сделать то, что иногда делал человек, всё равно это было настолько дико, что на какое-то мгновение у меня полностью пропало желание называться этим же самым «человеком»....