Григорий XII

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Григорий XII
Gregorius PP. XII<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Григорий XII</td></tr>
205-й папа римский
30 ноября 1406 — 4 июля 1415
Коронация: 19 декабря 1406
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Иннокентий VII
Преемник: Мартин V
Отречение: 4 июля 1415
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Анджело Коррер
Оригинал имени
при рождении:
Angelo Corraro (Correr, Corer)
Рождение: 1325 или 1335
Венеция, Венецианская республика
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Реканати
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Принятие священного сана: неизвестно
Епископская хиротония: 1380
Кардинал с: 1405
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
150px

Григорий XII (лат. Gregorius PP. XII, в миру — Анджело Коррер, итал. Angelo Corraro (Correr, Corer); 1325/1336 — 18 октября 1417 года) — папа римский с 30 ноября 1406 года по 4 июля 1415 года. До 2013 года был последним понтификом (не считая антипап), который отрёкся от сана.

Анджело Коррер происходил из Венеции. С 1390 по 1405 — Латинский патриарх Константинопольский.

Он был избран папой на римском конклаве 30 ноября 1406 года и принял имя Григорий XII. Продолжавшийся уже несколько десятилетий Великий западный раскол в церкви вызывал всеобщее недовольство; новоизбранный папа, взойдя на престол заявил, что готов отречься от папства, если то же самое сделает его соперник — авиньонский папа Бенедикт XIII.

Активные призывы кардиналов, французского короля Карла VI и авторитетного в то время Парижского университета привели к договорённости о личной встрече обоих пап в Савоне. Папы прибыли в город каждый со своими вооружёнными сторонниками; переговоры, едва начавшись, провалились.

Упорство пап вызвало всеобщее недовольство. Всё больше королевских дворов отказывали в поддержке как Авиньону, так и Риму. Инициативу взяла в свои руки кардинальская коллегия, которая в 1409 году созвала в Пизе собор. На него съехались 24 кардинала, много епископов, а также представители королевских дворов и университетов. Ни Григорий XII, ни Бенедикт XIII на соборе не присутствовали, хотя Григорий прислал своего представителя, который должен был изложить его точку зрения. После дебатов оба отсутствующих папы были объявлены схизматиками, и был избран новый папа — кардинал Пётр Филарг, францисканец, родившийся на Крите. Он принял имя Александр V.

Пизанский собор не устранил раскол, а только лишь его усугубил. И Бенедикт XIII и Григорий XII не признали результатов собора, вследствие чего за власть в церкви боролись уже не два, а три папы. В это же время в империи за императорское кресло боролись три претендента. Хаос в западном христианстве достиг высшей точки. Выход из него мог указать только Вселенский собор. Он был созван горсткой кардиналов, но по инициативе людей, обладающих властью и несущих ответственность за институт церкви: ими были король германский и венгерский Сигизмунд Люксембургский, епископы важнейших епархий, представители университетов.

Созванный в 1414 году с согласия Иоанна XXIII — преемника пизанского папы Александра V, собор в Констанце восстановил единство католической церкви. Пизанский папа Иоанн XXIII тайно сбежал из Констанца, а потом объявил о своей отставке. 4 июля 1415 года доверенное лицо Григория XII Карло Малатеста зачитал от имени папы текст об отречении, которое было принято собором. Лишь Бенедикт XIII отказался отречься, а потому был низложен собором и предан анафеме. Констанцский собор избрал в качестве всеми признанного папы Оддоне Колонна, принявшего имя Мартин V.

Григорий XII сохранил за собой звание кардинала. После отречения он удалился в Анкону, где через два года после отречения скончался.







Напишите отзыв о статье "Григорий XII"

Литература

Ссылки

  • [http://www.newadvent.org/cathen/07001a.htm Католическая энциклопедия  (англ.)]
  • Гергей,Е. [http://www.krotov.info/libr_min/g/gorgey/00.html История папства]. — 2-е изд. — М.: Республика, 1996. — ISBN 5-250-01848-3.
Папы и антипапы периода Великого западного раскола
<timeline>

ImageSize = width:600 height:200 PlotArea = width:460 height:109 left:80 bottom:71 AlignBars = justify

Colors =

 id:rome value:rgb(0.6,0.85,1)  legend:Рим_(папы)
 id:avignon value:rgb(1,0.75,0.75)  legend:Авиньон_(антипапы)
 id:pisan value:rgb(0.4,0.9,0.4)  legend:Пиза_(антипапы)
 id:black value:black
 id:canvas value:gray(0.98)

BackgroundColors = canvas:canvas

Period = from:1378 till:1418 TimeAxis = orientation:horizontal ScaleMajor = unit:year increment:10 start:1378 ScaleMinor = unit:year increment:1 start:1378

BarData =

 bar:Rome text:
 bar:Avignon text:
 bar:Pisan text:

PlotData =

 align:center textcolor:black fontsize:M mark:(line,black) width:25 shift:(0,-5)
 bar:Rome color:rome
 from:1378.3 till:1389.8 text:Урбан VI
 from:1389.8 till:1404.8 text:Бонифаций IX
 from:1404.8 till:1406.9 text:"Иннокентий~VII" shift:(-2,2)
 from:1406.9 till:1415.5 text:"Григорий XII" shift:(4,-8)
 bar:Avignon color:avignon
 from:1378.7 till:1394.7 text:Климент VII
 from:1394.7 till:1417.6 text:Бенедикт XIII


 bar:Pisan color:pisan
 from:1409.5 till:1410.3 text:"Александр V" shift:(-33,-5)
 from:1410.3 till:1415.5 text:"Иоанн~XXIII" shift:(0,2)

TextData =

 fontsize:M
 pos:(1,160) text:"Григорий XI"
 pos:(530,160) text:"Мартин V"


Legend = orientation:horizontal position:bottom


</timeline>

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Григорий XII

– Ты меня слышишь, ты можешь с ней говорить… – ответила незнакомка.
– С кем я должна говорить? – поинтересовалась я.
– С моей малышкой, – был ответ.
Её звали Вероника. И, как оказалось, эта печальная и такая красивая женщина умерла от рака почти год назад, когда ей было всего лишь тридцать лет, и её маленькая шестилетняя дочурка, которая думала, что мама её бросила, не хотела ей этого прощать и всё ещё очень глубоко от этого страдала. Сын Вероники был слишком маленьким, когда она умерла и не понимал, что его мама уже никогда больше не вернётся… и что на ночь теперь его всегда будут укладывать уже чужие руки, и его любимую колыбельную будет петь ему какой-то чужой человек… Но он был ещё слишком мал и не имел ни малейшего понятия о том, сколько боли может принести такая жестокая потеря. А вот с его шестилетней сестрой дела обстояли совершенно иначе... Вот почему эта милая женщина не могла успокоиться и просто уйти, пока её маленькая дочь так не по-детски и глубоко страдала…
– Как же я её найду? – спросила я.
– Я тебя отведу, – прошелестел ответ.
Только тут я вдруг заметила, что, когда она двигалась, её тело легко просачивалось через мебель и другие твёрдые предметы, как будто оно было соткано из плотного тумана... Я спросила, трудно ли ей здесь находиться? Она сказала – да, потому что ей давно пора уходить… Ещё я спросила, страшно ли было умирать? Она сказала, что умирать не страшно, страшнее наблюдать тех, кого оставляешь после себя, потому, что столько ещё хочется им сказать, а изменить, к сожалению, уже ничего нельзя... Мне было очень её жаль, такую милую, но беспомощную, и такую несчастную... И очень хотелось ей помочь, только я, к сожалению, не знала – как?
На следующий день я спокойно возвращалась домой от своей подруги, с которой мы обычно вместе занимались игрой на фортепиано (так как своего у меня в то время ещё не было). Как вдруг, почувствовав какой-то странный внутренний толчок, я, ни с того ни с сего, свернула в противоположную сторону и пошла по мне совершенно незнакомой улице... Шла я недолго, пока не остановилась у очень приятного домика, сплошь окружённого цветником. Там, внутри двора, на маленькой игровой площадке сидела грустная, совершенно крошечная девочка. Она была скорее похожа на миниатюрную куклу, чем на живого ребёнка. Только эта «кукла» почему-то была бесконечно печальной... Сидела она совершенно неподвижно и выглядела ко всему безразличной, как будто в тот момент окружающий мир для неё просто не существовал.
– Её зовут Алина, – прошелестел внутри меня знакомый голос, – пожалуйста, поговори с ней...
Я подошла к калитке и попробовала открыть. Ощущение было не из приятных – как будто я насильно врывалась в чью-то жизнь, не спрашивая на это разрешения. Но тут я подумала о том, какой же несчастной должна была быть бедная Вероника и решила рискнуть. Девчушка подняла на меня свои огромные, небесно-голубые глаза и я увидела, что они наполнены такой глубокой тоской, какой у этого крошечного ребёнка просто ещё никак не должно было быть. Я подошла к ней очень осторожно, боясь спугнуть, но девочка совершенно не собиралась пугаться, только с удивлением на меня смотрела, как будто спрашивая, что мне от неё нужно.
Я подсела к ней на край деревянной перегородки и спросила, почему она такая грустная. Она долго не отвечала, а потом, наконец, прошептала сквозь слёзы:
– Меня мама бросила, а я её так люблю... Наверное, я была очень плохой и теперь она больше не вернётся.
Я растерялась. Да и что я могла ей сказать? Как объяснить? Я чувствовала, что Вероника находится со мной. Её боль буквально скрутила меня в твёрдый жгучий болевой ком и жгла так сильно, что стало тяжело дышать. Мне так хотелось им обеим помочь, что я решила – будь что будет, а, не попробовав, не уйду. Я обняла девчушку за её хрупкие плечики, и как можно мягче сказала:
– Твоя мама любит тебя больше всего на свете, Алина и она просила меня тебе передать, что она тебя никогда не бросала.
– Значит, она теперь живёт с тобой? – ощетинилась девчушка.
– Нет. Она живёт там, куда ни я, ни ты не можем пойти. Её земная жизнь здесь с нами, кончилась, и она теперь живёт в другом, очень красивом мире, из которого может тебя наблюдать. Но она видит, как ты страдаешь, и не может отсюда уйти. А здесь она уже находиться дольше тоже не может. Поэтому ей нужна твоя помощь. Ты хотела бы ей помочь?
– А откуда ты всё это знаешь? Почему она разговаривает с тобой?!.
Я чувствовала, что пока ещё она мне не верит и не хочет признавать во мне друга. И я никак не могла придумать, как же объяснить этой маленькой, нахохлившейся, несчастной девчушке, что существует «другой», далёкий мир, из которого, к сожалению, нет возврата сюда. И что её любимая мама говорит со мной не потому, что у неё есть выбор, а потому, что мне просто «посчастливилось» быть немножечко «другой», чем все остальные…