Декларация независимости Израиля

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Декларация независимости Израиля
Создан

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ратифицирован

14.05.1948

Язык оригинала

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место хранения

музей Израиля

Автор

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Заверители

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Цель создания

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Декларация независимости Израиля (ивр.מְגִלַּת הָעַצְמָאוּת‏‎, Мегила́т ха-ацмау́т) — правовой документ, в котором провозглашается образование Государства Израиль и излагаются основные принципы его устройства.







Предыстория

Файл:Israel Declaration of Independence.jpg
Оригинал Декларации независимости Израиля

В течение пяти месяцев, последовавших за резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1947 г. о разделе подмандатной Палестины на два независимых государства — еврейское и арабское, осуществлялась интенсивная подготовка к провозглашению государства. Британия отказалась сотрудничать в осуществлении плана раздела, и объявила о намерении вывести с подмандатных территорий свои вооружённые силы и гражданский персонал к середине мая 1948 года.

Американская дипломатия пыталась оказать давление на Еврейское агентство и ишув с целью добиться отсрочки провозглашения еврейского государства. США сомневались в способности ишува выстоять в борьбе с арабами, и также отказались от поддержки плана раздела Палестины, предложив передать её под опеку ООН до достижения соглашения между евреями и арабами[1].

Несмотря на возражения правительств Западной Европы и давление государственного департамента США, и преодолевая разногласия в Народном правлении и внутри партии Мапай, Давид Бен-Гурион настаивал на провозглашении независимого еврейского государства накануне истечения срока Британского мандата. 12 мая Народное правление шестью голосами против четырёх приняло решение провозгласить независимость в течение двух дней[2]. Существенное влияние на это решение оказало мнение руководства Хаганы о возможности нового государства противостоять ожидаемому вооружённому вторжению армий арабских стран[1].

Провозглашение независимости

14 мая 1948 года Давид Бен-Гурион провозгласил создание независимого еврейского государства[3][4].

Провозглашение было сделано в 16:00 14 мая 1948 года, за восемь часов до окончания британского мандата на Палестину, в здании музея, бывшем доме Меира Дизенгофа на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве. Время было выбрано с тем, чтобы церемония могла закончиться до наступления субботы. Выбор места определялся желанием избежать религиозной или партийной подоплёки и предпочтением менее заметного и помпезного здания из опасений перед возможной бомбежкой[5][2]. Приглашения на церемонию провозглашения независимости были разосланы с посыльными утром 14 мая с просьбой хранить событие в секрете. Окончательный текст Декларации Независимости был утвержден за час до начала церемонии, спешно отпечатан и доставлен на попутной машине в 15:59. По дороге машина была остановлена за превышение скорости, и не имеющий прав водитель избежал штрафа, заявив полицейскому, что тот задерживает провозглашение нового государства. После зачтения Декларации Независимости, она была подписана 25 членами Народного совета, при этом было оставлено место для подписи ещё двенадцати членов совета, запертых в осажденном Иерусалиме. Церемония транслировалась радиостанцией Коль Исраэль[6].

Текст декларации

В течение пяти дней, с 9 мая 1948 года, членами Народного правления было рассмотрено несколько редакций Декларации Независимости. Окончательная редакция была принята на заседании Народного Совета в 15:00 14 мая 1948 года, за час до провозглашения независимости. Предметами обсуждения были: включение в декларацию вопроса границ (первоначальное упоминание границ, определенных ООН, было удалено, предлагаемая ревизионистами формулировка «в исторических границах» была отвергнута); название государства (предлагались также Эрец-Исраэль (Земля Израиля), Сион, Иудея и др., название «Государство Израиль» выбрано лично Бен-Гурионом), упоминание Бога в заключительной части (было решено воспользоваться допускающей внерелигиозную трактовку формулировкой «Твердыня Израиля»); добавление к гарантированным свободам свободы выбора языка[2][7].

Декларация о создании государства в 1948 г. призывала к созыву избранного Учредительного Собрания, которое должно было принять конституцию. В январе 1949 года было избрано Учредительное собрание, вскоре получившее название Кнессет 1-го созыва. Кнессет 1-го созыва постановил, что будут приняты основные законы, которые впоследствии составят формальную конституцию.

Последствия

Уже на следующий день войска сразу пяти из членов Лиги арабских государств (Сирия, Египет, Ливан, Ирак и Трансиордания) начали военные действия против самопровозглашенной страны, с целью не допустить раздела Палестины и существования независимого еврейского государства.

Для палестинцев эти события стали Днём «Накба» (Катастрофа), отмечаемым 15 мая.

Первым государством, признавшим Израиль де-факто, были США. Трумэн объявил об этом в 18:11 минут 14 мая — через 11 минут после того, как Бен-Гурион огласил Декларацию о Независимости. Первой страной, признавшей еврейское государство в полном объёме, де-юре, стал Советский Союз — через три дня после провозглашения независимости, 17 мая[5].

День провозглашения Декларации Независимости является в Израиле праздничным днём. День независимости Израиля, как и другие праздники, отмечается не по григорианскому, а по еврейскому календарю, 5-го ияра.

Правовой статус Декларации

Декларация независимости состоит из трёх частей. Юридическая сила второй части, которая начинается со слов «мы провозглашаем создание Еврейского Государства в Эрец-Исраэль - Государства Израиль» и заканчивается словами «Государства, которое будет названо Израиль», является консенсусной. Это оперативная часть Декларации, где провозглашается создание государства, устанавливается его имя и определяется состав его основных органов власти. Вторая часть Декларации является первым источником права государства[8][9].

В одном из первых решений Верховного суда, заседавшего в качестве Высшего суда справедливости в деле «Зив против Губерник»[10], судья Моше Змора постановил: «Декларация выражает видение народа и его кредо, но в ней не содержится какого-либо подобия конституционного закона, т. е. чёткого руководства к действию по реализации различных законов и постановлений или их отмене»[9][11].

Первая часть Декларации, заканчивающаяся словами «на основании решения Генеральной Ассамблеи ООН», представляет собой историко-идеологическое введение, которое отражает историю еврейского народа и его «естественное право ... быть хозяином своей судьбы в своём суверенном государстве». Третья часть Декларации, начинающаяся со слов «Государство Израиль будет открыто для еврейской репатриации», провозглашает основополагающие принципы построения государства и его политики, включая принципы «свободы, справедливости и мира», а также его отношение к правам человека[8][9]. При толковании законов суд опирается не только на вторую, но и на первую и третью часть Декларации[9].

Правовой статус Декларации был уточнен судьёй Цви Берензоном, который в 1971 году вынёс решение по делу «Рогозинский и др. против Государства Израиль»[12]. Согласно этому решению: «Каждый закон, по возможности, должен истолковываться в свете Декларации независимости и в соответствии с её руководящими принципами». Вместе с тем судья Берензон постановил в этом деле, что если закон Кнессета содержит явное распоряжение, не имеющее различных толкований, следует действовать в соответствии с этим распоряжением, даже если оно противоречит Декларации независимости[9][11].

Прецедентные решения Верховного суда, основанные на принципах Декларации независимости Израиля, стали основой защиты прав человека ещё до того, как эти права были закреплены в основных законах. Д-р Зеэв Сегаль, автор книги «Израильская демократия», считает, что Декларация позволяет в определённых случаях толковать законы в соответствии с заложенными в ней принципами, несмотря на то, что Декларация не является ни конституцией, ни законом. В качестве примера Зеэв Сегаль приводит решение суда по делу «Коль ха-Ам»[13], в котором свобода слова была объявлена одной из высших ценностей израильского права. Далее он отмечает, что решение по делу «Коль ха-Ам» не только является важным судебным прецедентом защиты свободы слова, но оно также служит основой для целого ряда судебных решений, опирающихся на первую и третью части Декларации[8].

После принятия «Основного закона о достоинстве и свободе человека» в 1992 году и «Основного закона о свободе деятельности» в 1994 году отдельные принципы, заложенные в Декларации независимости, стали частью законодательства[14], однако не все права человека закреплены в законах и они по-прежнему опираются на прецедентные решения Верховного суда.

Несмотря на то, что юридическая сила принципов и ценностей Декларации независимости нашла широкое отражение в законодательстве и судебных прецедентах, полемика о правовом статусе Декларации продолжается. В 2005-2006 годах Кнессету в очередной раз были представлены проекты конституции Израиля. Эти проекты, среди прочего, отличались тем, какую роль они отводили Декларации независимости: если в проекте Института сионистской стратегии Декларация независимости являлась неотъемлемой частью конституции, то в проекте Израильского института демократии текст Декларации приводился как введение, не имеющее обязательную силу[15].

Напишите отзыв о статье "Декларация независимости Израиля"

Примечания

  1. 1 2 Слуцкий Й. От Хаганы к Армии обороны Израиля // Хагана - еврейская боевая организация в Эрец-Исраэль. — 1979. — Т. 2. — С. 390-392. — 475 с. — (Библиотека Алия).
  2. 1 2 3 [http://www.mfa.gov.il/MFA/MFAArchive/1990_1999/1999/4/Shelley%20Kleiman%20-%20The%20State%20of%20Israel%20Declares%20Ind The State of Israel Declares Independence]  (англ.)
  3. [http://www.npr.org/news/specials/mideast/history/history3.html Part 3: Partition, War and Independence] (англ.). The Mideast: A Century of Conflict. National Public Radio (02-10-2002). Проверено 13 июля 2007. [http://www.webcitation.org/6166CyTlT Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  4. [http://www.eleven.co.il/article/11758#17 ЭЕЭ. Период британского мандата.]
  5. 1 2 [http://newtimes.ru/articles/detail/4249/ Израилю — 60 лет]. // The New Times, 12.05.2008
  6. [http://info.jpost.com/1998/Supplements/Jubilee/2.html One Day That Shook The World]  (англ.)
  7. [http://etext.virginia.edu/journals/tr/archive/volume7/harris.html The Israeli Declaration Of Independence]  (англ.)
  8. 1 2 3 Д-р Зеэв Сегаль. Израильская демократия (ивр.). — Израиль: Издательство министерства обороны, 1988. — С. 15-35. — ISBN 965-05-0379-X.
  9. 1 2 3 4 5 Бениамин Нойбергер. Проблема конституции в Израиле. — Израиль: издательство Открытый университет, 1997. — Т. 3. — С. 88-97. — (Власть и политика в Государстве Израиль). — ISBN 965-06-0342-5.
  10. [http://www.constitution.org.il/ConstiFiles/Judgment_1146672922.pdf Дело Багац 10/48 (ивр.)]. Конституционное право на сайте Междисциплинарного центра. [http://www.webcitation.org/69X3lVmhj Архивировано из первоисточника 30 июля 2012].
  11. 1 2 Цви Берензон. Декларация независимости, видение и действительность (ивр.). — Израиль: Министерство образования и культуры, информационно-разъяснительный центр, 1988. — С. 22-25.
  12. Две еврейские пары, мужчины и женщины члены кибуцев движения Ха-шомер ха-цаир заявили, что на них не распространяется Закон о судопроизводстве раввинатских судов (брак и развод) от 1953 года, так как они не исповедуют никакой религии. Своё право на признание брака, противоречащего требованиям закона, они мотивировали Декларацией независимости, гарантирующей свободу вероисповедания и совести. В 1971 году Верховный суд отклонил апелляцию этих пар (Дело гражданская апелляция 450/70).
  13. Решение Верховного суда [http://web1.nevo.co.il/Psika_word/elyon/5300073.pdf по делу Багац 73/53 (ивр.)]), где сказано, что свобода слова может быть ограничена лишь в случае непосредственной угрозы общественной безопасности.
  14. Prof. E. Gutmann. [http://www.mfa.gov.il/NR/exeres/11364F53-F19B-4760-AA91-E066DDD0B29B.htm The Declaration of the Establishment of the State of Israel. (англ.)]. Министерство иностранных дел Израиля (29.9.2002). [http://www.webcitation.org/69X3m8E0y Архивировано из первоисточника 30 июля 2012].
  15. [http://izs.org.il/userfiles/izs/טבלת%20השוואה-%20המכון%20לאסטרטגיה%20מול%20המכון%20לדמוקרטיה.doc Сравнение проектов конституции Института сионистской стратегии и Израильского института демократии. (ивр.)]. Сайт Института сионистской стратегии. [http://www.webcitation.org/69X3maLkn Архивировано из первоисточника 30 июля 2012].

См. также

Ссылки

  • [http://www.mfa.gov.il/MFA/Peace%20Process/Guide%20to%20the%20Peace%20Process/Declaration%20of%20Establishment%20of%20State%20of%20Israel Официальный текст]  (англ.)
  • [http://www.jewishagency.org/ru/independence-day/content/25848 Текст декларации независимости]  (рус.)
  • [http://www.eleven.co.il/article/11392 Декларация независимости Израиля] — статья из Электронной еврейской энциклопедии
  • [http://www.sem40.ru/famous2/m248.shtml Государство Израиль провозглашает свою независимость, Шелли Клайман, 01.02.2011] sem40.ru
  • [http://cursorinfo.co.il/mobile/article.php?id=157792 Страницы истории: как рождалась Декларация независимости Израиля, Ари Шавит] «Гаарец»-cursorinfo, 12.05.2011

Отрывок, характеризующий Декларация независимости Израиля

Ну и естественно – открывши такой бурный эмоциональный «шквал», и с ним же умерев, он стал в тот момент идеальной «мишенью» для захвата любыми, даже самыми слабыми «чёрными» существами, не говоря уже о тех, которые позже так упорно гнались за ним, чтобы использовать его мощное энергетическое тело, как простой энергетический «костюм»... чтобы вершить после, с его помощью, свои ужасные, «чёрные» дела...
– Не хочу больше это смотреть... – шёпотом произнесла Стелла. – Вообще не хочу больше видеть ужас... Разве это по-людски? Ну, скажи мне!!! Разве правильно такое?! Мы же люди!!!
У Стеллы начиналась настоящая истерика, что было настолько неожиданным, что в первую секунду я совершенно растерялась, не находя, что сказать. Стелла была сильно возмущённой и даже чуточку злой, что, в данной ситуации, наверное, было совершенно приемлемо и объяснимо. Для других. Но это было настолько, опять же, на неё не похоже, что я только сейчас наконец-то поняла, насколько больно и глубоко всё это нескончаемое земное Зло ранило её доброе, ласковое сердечко, и насколько она, наверное, устала постоянно нести всю эту людскую грязь и жестокость на своих хрупких, ещё совсем детских, плечах.... Мне очень захотелось обнять этого милого, стойкого и такого грустного сейчас, человечка! Но я знала, что это ещё больше её расстроит. И поэтому, стараясь держаться спокойно, чтобы не затронуть ещё глубже её и так уже слишком «растрёпанных» чувств, постаралась, как могла, её успокоить.
– Но ведь есть и хорошее, не только плохое!.. Ты только посмотри вокруг – а твоя бабушка?.. А Светило?.. Вон Мария вообще жила лишь для других! И сколько таких!.. Их ведь очень и очень много! Ты просто очень устала и очень печальна, потому что мы потеряли хороших друзей. Вот и кажется всё в «чёрных красках»... А завтра будет новый день, и ты опять станешь собой, обещаю тебе! А ещё, если хочешь, мы не будем больше ходить на этот «этаж»? Хочешь?..
– Разве же причина в «этаже»?.. – горько спросила Стелла. – От этого ведь ничего не изменится, будем мы сюда ходить или нет... Это просто земная жизнь. Она злая... Я не хочу больше здесь быть...
Я очень испугалась, не думает ли Стелла меня покинуть и вообще уйти навсегда?! Но это было так на неё не похоже!.. Во всяком случае, это была совсем не та Стелла, которую я так хорошо знала... И мне очень хотелось верить, что её буйная любовь к жизни и светлый радостный характер «сотрут в порошок» всю сегодняшнюю горечь и озлобление, и очень скоро она опять станет той же самой солнечной Стеллой, которой ещё так недавно была...
Поэтому, чуточку сама себя успокоив, я решила не делать сейчас никаких «далеко идущих» выводов, и подождать до завтра, прежде чем предпринимать какие-то более серьёзные шаги.
– А посмотри, – к моему величайшему облегчению, вдруг очень заинтересованно произнесла Стелла, – тебе не кажется, что это не Земная сущность? Та, которая напала... Она слишком не похожа на обычных «плохих земных», что мы видели на этом «этаже». Может потому она и использовала тех двоих, земных чудищ, что сама не могла попасть на земной «этаж»?
Как мне уже показалось ранее, «главное» чудище и правда не было похожим на остальных, которых нам приходилось здесь видеть во время наших каждодневных «походов» на нижний «этаж». И почему было бы не представить, что оно пришло откуда-то издалека?.. Ведь если приходили хорошие, как Вэя, почему так же не могли придти и плохие?
– Наверное, ты права, – задумчиво произнесла я. – Оно и воевало не по земному. У него была какая-то другая, не земная сила.
– Девочки, милые, а когда мы куда-то пойдём? – вдруг послышался тоненький детский голосок.
Сконфуженная тем, что нас прервала, Майя, тем не менее, очень упорно смотрела прямо на нас своими большими кукольными глазами, и мне вдруг стало очень стыдно, что увлечённые своими проблемами, мы совершенно забыли, что с нами здесь находятся эти, насмерть уставшие, ждущие чей-нибудь помощи, до предела запуганные малыши...
– Ой, простите, мои хорошие, ну, конечно же, пойдём! – как можно радостнее воскликнула я и, уже обращаясь к Стелле, спросила: – Что будем делать? Попробуем пройти повыше?
Сделав защиту малышам, мы с любопытством ждали, что же предпримет наш «новоиспечённый» друг. А он, внимательно за нами наблюдая, очень легко сделал себе точно такую же защиту и теперь спокойно ждал, что же будет дальше. Мы со Стеллой довольно друг другу улыбнулись, понимая, что оказались в отношении него абсолютно правы, и что его место уж точно было не нижний Астрал... И, кто знал, может оно было даже выше, чем думали мы.
Как обычно, всё вокруг заискрилось и засверкало, и через несколько секунд мы оказались «втянутыми» на хорошо знакомый, гостеприимный и спокойный верхний «этаж». Было очень приятно вновь свободно вздохнуть, не боясь, что какая-то мерзость вдруг выскочит из-за угла и, шарахнув по голове, попытается нами «полакомиться». Мир опять был приветливым и светлым, но пока ещё грустным, так как мы понимали, что не так-то просто будет изгнать из сердца ту глубокую боль и печаль, что оставили, уходя, наши друзья... Они жили теперь только лишь в нашей памяти и в наших сердцах... Не имея возможности жить больше нигде. И я наивно дала себе слово, что буду помнить их всегда, тогда ещё не понимая, что память, какой бы прекрасной она не являлась, заполнится позже событиями проходящих лет, и уже не каждое лицо выплывет так же ярко, как мы помнили его сейчас, и понемногу, каждый, даже очень важный нам человек, начнёт исчезать в плотном тумане времени, иногда вообще не возвращаясь назад... Но тогда мне казалось, что это теперь уже навсегда, и что эта дикая боль не покинет меня навечно...
– Я что-то придумала! – уже по-старому радостно прошептала Стелла. – Мы можем сделать его счастливым!.. Надо только кое-кого здесь поискать!..
– Ты имеешь в виду его жену, что ли? У меня, признаться, тоже была такая мысль. А ты думаешь, это не рано?.. Может, дадим ему сперва здесь хотя бы освоиться?
– А ты бы не хотела на его месте увидеть их живыми?! – тут же возмутилась Стелла.
– Ты, как всегда, права, – улыбнулась подружке я.
Мы медленно «плыли» по серебристой дорожке, стараясь не тревожить чужую печаль и дать каждому насладиться покоем после всего пережитого в этот кошмарный день. Детишки потихонечку оживали, восторженно наблюдая проплывавшие мимо них дивные пейзажи. И только Арно явно был от нас всех очень далеко, блуждая в своей, возможно, очень счастливой памяти, вызвавшей на его утончённом, и таком красивом лице, удивительно тёплую и нежную улыбку...
– Вот видишь, он их наверняка очень сильно любил! А ты говоришь – рано!.. Ну, давай поищем! – никак не желала успокоиться Стелла.
– Ладно, пусть будет по твоему, – легко согласилась я, так как теперь уже и мне это казалось правильным.
– Скажите, Арно, а как выглядела ваша жена? – осторожно начала я. – Если вам не слишком больно об этом говорить, конечно же.
Он очень удивлённо взглянул мне в глаза, как бы спрашивая, откуда вообще мне известно, что у него была жена?..
– Так уж получилось, что мы увидели, но только самый конец... Это было так страшно! – тут же добавила Стелла.
Я испугалась, что переход из его дивных грёз в страшную реальность получился слишком жестоким, но «слово не птичка, вылетело – не поймаешь», менять что-то было поздно, и нам оставалось только ждать, захочет ли он отвечать. К моему большому удивлению, его лицо ещё больше осветилось счастьем, и он очень ласково ответил:
– О, она была настоящим ангелом!.. У неё были такие дивные светлые волосы!.. И глаза... Голубые и чистые, как роса... О, как жаль, что вы её не увидели, мою милую Мишель!..
– А у вас была ещё дочь? – осторожно спросила Стелла.
– Дочь? – удивлённо спросил Арно и, поняв, что мы видели, тут же добавил. – О, нет! Это была её сестра. Ей было всего шестнадцать лет...
В его глазах вдруг промелькнула такая пугающая, такая жуткая боль, что только сейчас я вдруг поняла, как сильно страдал этот несчастный человек!.. Возможно, не в силах перенести такую зверскую боль, он сознательно отгородил себя стеной их былого счастья, стараясь помнить только светлое прошлое и «стереть» из своей памяти весь ужас того последнего страшного дня, насколько позволяла ему это сделать его раненая и ослабевшая душа...
Мы попробовали найти Мишель – почему-то не получалось... Стелла удивлённо на меня уставилась и тихо спросила:
– А почему я не могу её найти, разве она и здесь погибла?..
Мне показалось, что нам что-то просто мешало отыскать её в этом «этаже» и я предложила Стелле посмотреть «повыше». Мы проскользнули мысленно на Ментал... и сразу её увидели... Она и вправду была удивительно красивой – светлой и чистой, как ручеёк. А по её плечам золотым плащом рассыпались длиннющие золотые волосы... Я никогда не видела таких длинных и таких красивых волос! Девушка была глубоко задумчивой и грустной, как и многие на «этажах», потерявшие свою любовь, своих родных, или просто потому, что были одни...
– Здравствуй, Мишель! – не теряя времени, тут же произнесла Стелла. – А мы тебе подарок приготовили!
Женщина удивлённо улыбнулась и ласково спросила:
– Кто вы, девочки?
Но ничего ей не ответив, Стелла мысленно позвала Арно...
Мне не суметь рассказать того, что принесла им эта встреча... Да и не нужно это. Такое счастье нельзя облачить в слова – они померкнут... Просто не было, наверное, в тот момент счастливее людей на всём свете, да и на всех «этажах»!.. И мы искренне радовались вместе с ними, не забывая тех, кому они были обязаны своим счастьем... Думаю, и малышка Мария, и наш добрый Светило, были бы очень счастливы, видя их сейчас, и зная, что не напрасно отдали за них свою жизнь...
Стелла вдруг всполошилась и куда-то исчезла. Пошла за ней и я, так как здесь нам делать больше было нечего...
– И куда же вы все исчезли? – удивлённо, но очень спокойно, встретила нас вопросом Майя. – Мы уже думали, вы нас оставили насовсем. А где же наш новый друг?.. Неужели и он исчез?.. Мы думали, он возьмёт нас с собой...
Появилась проблема... Куда было теперь девать этих несчастных малышей – я не имела ни малейшего понятия. Стелла взглянула на меня, думая о том же самом, и отчаянно пытаясь найти какой-то выход.
– Придумала! – уже совсем как «прежняя» Стелла, она радостно хлопнула в ладошки. – Мы им сделаем радостный мир, в котором они будут существовать. А там, гляди, и встретят кого-то... Или кто-то хороший их заберёт.
– А тебе не кажется, что мы должны их с кем-то здесь познакомить? – пытаясь «понадёжнее» пристроить одиноких малышей, спросила я.
– Нет, не кажется, – очень серьёзно ответила подружка. – Подумай сама, ведь не все умершие малыши получают такое... И не обо всех здесь, наверное, успевают позаботиться. Поэтому будет честно по отношению к остальным, если мы просто создадим им здесь очень красивый дом, пока они кого-то найдут. Ведь они втроём, им легче. А другие – одни... Я тоже была одна, я помню...
И вдруг, видимо вспомнив то страшное время, она стала растерянной и печальной... и какой-то незащищённой. Желая тут же вернуть её обратно, я мысленно обрушила на неё водопад невероятных фантастических цветов...
– Ой! – засмеялась колокольчиком Стелла. – Ну, что ты!.. Перестань!
– А ты перестань грустить! – не сдавалась я. – Нам вон, сколько ещё всего надо сделать, а ты раскисла. А ну пошли детей устраивать!..
И тут, совершенно неожиданно, снова появился Арно. Мы удивлённо на него уставились... боясь спросить. Я даже успела подумать – уж не случилось ли опять чего-то страшного?.. Но выглядел он «запредельно» счастливым, поэтому я тут же отбросила глупую мысль.
– А что ты здесь делаешь?!.. – искренне удивилась Стелла.
– Разве вы забыли – я ведь детишек должен забрать, я обещал им.
– А где же Мишель? Вы что же – не вместе?
– Ну почему не вместе? Вместе, конечно же! Просто я обещал... Да и детей она всегда любила. Вот мы и решили побыть все вместе, пока их не заберёт новая жизнь.
– Так это же чудесно! – обрадовалась Стелла. И тут же перескочила на другое. – Ты очень счастлив, правда же? Ну, скажи, ты счастлив? Она у тебя такая красивая!!!..
Арно долго и внимательно смотрел нам в глаза, как бы желая, но никак не решаясь что-то сказать. Потом, наконец, решился...
– Я не могу принять у вас это счастье... Оно не моё... Это неправильно... Я пока его не достоин.
– Как это не можешь?!.. – буквально взвилась Стелла. – Как это не можешь – ещё как можешь!.. Только попробуй отказаться!!! Ты только посмотри, какая она красавица! А говоришь – не можешь...
Арно грустно улыбался, глядя на бушующую Стеллу. Потом ласково обнял её и тихо, тихо произнёс:
– Вы ведь несказанное счастье мне принесли, а я вам такую страшную боль... Простите меня милые, если когда-нибудь сможете. Простите...
Стелла ему светло и ласково улыбнулась, будто желая показать, что она прекрасно всё понимает, и, что прощает ему всё, и, что это была совсем не его вина. Арно только грустно кивнул и, показав на тихо ждущих детишек, спросил: