Брюс, Джеймс

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Джеймс Брюс»)
Перейти к: навигация, поиск
Джеймс Брюс
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Дата рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Дата смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Страна:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Научная сфера:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место работы:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Учёная степень:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Учёное звание:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Альма-матер:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Научный руководитель:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Известные ученики:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Известен как:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Известна как:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Награды и премии:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Сайт:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Подпись:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

link=Ошибка Lua в Модуль:Wikidata/Interproject на строке 17: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). [[Ошибка Lua в Модуль:Wikidata/Interproject на строке 17: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).|Произведения]] в Викитеке
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Систематик живой природы
Автор наименований ряда ботанических таксонов. В ботанической (бинарной) номенклатуре эти названия дополняются сокращением «Bruce».
[http://www.ipni.org/ipni/advPlantNameSearch.do?find_authorAbbrev=Bruce&find_includePublicationAuthors=on&find_includePublicationAuthors=off&find_includeBasionymAuthors=on&find_includeBasionymAuthors=off&find_isAPNIRecord=on&find_isAPNIRecord=false&find_isGCIRecord=on&find_isGCIRecord=false&find_isIKRecord=on&find_isIKRecord=false&find_rankToReturn=all&output_format=normal&find_sortByFamily=on&find_sortByFamily=off&query_type=by_query&back_page=plantsearch Список таких таксонов] на сайте IPNI
[http://www.ipni.org/ipni/idAuthorSearch.do?id=1204-1 Персональная страница] на сайте IPNI

Джеймс Брюс (англ. James Bruce; 14 декабря 1730, Шотландия — 27 апреля 1794) — шотландский путешественник и писатель, который более 10 лет провёл в Северной Африке и Эфиопии, где он обнаружил истоки Голубого Нила.







Биография

Юные годы

Джеймс Брюс родился в Шотландии в семейном гнезде Фолкирка Киннэрда (Kinnaird) в Стерлингшире (en:Stirlingshire) и получил образование в школе Харроу (Harrow School) и Эдинбургском университете. После окончания университета он начал было учиться на адвоката, но женитьба на дочери торговца вином побудила его заняться виноторговлей. Его супруга скончалась в октябре 1754 года, на девятом месяце их брака, после чего Брюс отправился в путешествие по Португалии и Испании. Изучение восточных рукописей в Эскориале побудило его к изучению арабского языка и языка геэз и определило дальнейший жизненный путь. В 1758 году, после смерти отца, он вступил во владение имением Киннэрд.

В Северную Африку

После начала войны с Испанией в 1762 году Брюс представил британскому правительству план нападения на Ферроль. Предложение не было принято, но благодаря ему Джордж Монтегю-Данк (2-й граф Галифакс) оказал ему предпочтение при назначении на должность британского консула в г. Алжире, дав поручение изучить древние руины в этой стране, интерес к которым пробудили описания, присланные домой Томасом Шоу (Thomas Shaw; 1694—1751), который был священником при консульстве в г. Алжире. После изучения в течение полугода древностей в Италии Брюс прибыл в Алжир в марте 1763 года. Всё его время отнимало исполнение обязанностей консула при пиратском дворе дея, поскольку он так и не получил обещанной помощи. Однако в августе 1765 года, после прибытия в консульство его преемника, Брюс начал исследование древнеримских руин на Варварском берегу. Обследовав множество руин в восточном Алжире, он сухопутным путём проехал из Туниса в Триполи, и в Птолемете (Ptolemeta) отправился морем в Кандию, но потерпел кораблекрушение у Бенгази и был вынужден вплавь добираться до берега. В конце концов добрался до Крита, откуда, отплыв в Сидон, проехал через всю Сирию, побывав в Пальмире и Баальбеке. Во время своих путешествий по Варварскому берегу и Леванту Брюс делал тщательные зарисовки многих осмотренных им руин. Также он изучил медицину в достаточной степени, чтобы выдавать себя на Востоке за врача.

Нил и Эфиопия

В июне 1768 года Брюс прибыл в Александрию, решившись попытаться найти истоки Нила, который, по его мнению, брал начало в Эфиопии. В Каире он заручился поддержкой правителя мамлюков Али-бея. Посетив Фивы (где он побывал в гробнице Рамзеса III, KV11), он совершил переход через пустыню в Эль-Кусейр, где переоделся турецким матросом. В мае 1769 года Брюс добрался до Джидды. После остановки в Аравии он снова пересёк Красное море и 19 сентября высадился на берег в Массауа, которой в то время владели турки. 14 февраля 1770 года Джеймс Брюс достиг Гондэра, бывшего в то время столицей Эфиопии, где он был тепло встречен негусом Текле Хайманотом II (Tekle Haymanot II), расом Микаэлом Сехулом (Mikael Sehul), фактическим правителем страны, войзеро Эстер (Wozoro Esther), супругой раса, и эфиопами в целом. Его приятная внешность (его рост был 6 футов 4 дюйма), знание языка геэз, спортивное мастерство, мужество, находчивость и самоуважение расположили к нему людей, в целом недоверчиво относившихся ко всем иностранцам. Брюс оставался в Эфиопии в течение двух лет, получив знания, позволившие ему впоследствии дать совершенную картину жизни эфиопов. Преисполненный решимости достичь истока Голубого Нила, после выздоровления от малярии в октябре 1770 года он снова отправляется в путь. В этот раз он путешествовал в составе собственной небольшой экспедиции, включавшей балугани (доверенное лицо царя) и грека по имени Стратес, который был с греческого острова Кефалиния и жил в Эфиопии, а возможно, и родился там. В состав экспедиции Джеймса Брюса входили носильщики, которые, как и прежде, несли квадрант. Последний бросок был совершён 4 ноября 1770 года по приятной местности, где росли цветущие кусты и порхали тропические птицы, с видом на высокие горы в отдалении. Во второй половине дня, когда экспедиция поднялась на высоту 9,5 тыс. футов, показалась грубо отёсанная церковь, и проводник, показав рукой позади неё, указал на болотце с небольшим бугром посередине: это, по его словам, и был исток Нила. 14 ноября 1770 года Брюс достиг озера Тана, исток Голубого Нила. Когда они вышли на берег озера, Джеймс Брюс, решив отпраздновать, взял половинку кокосового ореха, которую он использовал вместо чашки. Наполнив её водой из источника, он в компании со Стратесом провозгласил тосты за «Его величество короля Георга III и за всех принцев» и за «Екатерину, императрицу всех русских» — этот последний тост был жестом в сторону греческого происхождения Стратеса, поскольку Екатерина II именно в то время воевала с турками в Эгейском море. Последовали ещё тосты.

Признавая, что Белый Нил был более крупной рекой, Брюс утверждал, что Голубой Нил является Нилом древних, поэтому именно он является первооткрывателем его истока. Однако, по мнению Мурхеда, высказанному им в книге «Голубой Нил»[1], более целесообразно считать, что Стратес был европейцем, жившим в Эфиопии до Джеймса Брюса, и именно он привёл того к истокам Нила — поэтому Стратеса-грека можно считать первым европейцем, обнаружившим исток Голубого Нила.

Сегодня большинство историков считает иезуитского миссионера Педро Паэса первым европейцем, обнаружившим исток Голубого Нила 21 апреля 1618 года[2], а небольшая грубо отёсанная церковь на этом месте, посвящённая Св. Михаилу, была возведена в память об этом событии. Тем не менее Брюс оспаривал это открытие и высказал предположение, что соответствующий отрывок в мемуарах Паэса мог быть подделан Афанасием Кирхером. Позднее истоки Голубого Нила посетил Джеронимо Лобо (Jerónimo Lobo), который в 1669 году опубликовал книгу под названием «A Short Relation of the River Nile, of its source and current…». Джеймс Брюс пытался поставить под сомнение труды Лобо, но современные исследования показали, что описание Лобо истоков совершенно точно в деталях[3], кроме того, в распоряжении Брюса был только неправильный перевод остальных трудов Лобо — из-за чего в наши дни забавно читать попытки Брюса поставить труды Лобо под сомнение в сравнении с правильным переводом трудов Лобо[4] — Брюс дошёл до того, что утверждал (ошибочно), что Лобо должен был плыть по суше, а также отрицал существование плюющейся ядом кобры, описанной Лобо[5].

Возвращение

Выехав из Гондара в декабре 1771 года, несмотря на значительные трудности, Брюс добрался через Сеннар в Нубию, став первым европейцем, проследовавшим вдоль Голубого Нила до его слияния с Белым Нилом. 29 ноября 1772 года он достиг Асуана, вскоре вернувшись в пустыню за своими дневниками и багажом, которые были оставлены из-за гибели всех его верблюдов. В Каир путешественник прибыл в январе 1773 года, а в марте Брюс приехал во Францию, где его приветствовал Жорж-Луи Леклерк и другие учёные. Брюс прибыл в Лондон в 1774 году, но, оскорблённый недоверием, с которым было встречено описание его путешествий, поселился в своём доме в Киннэрде. Лишь в 1790 году по настоянию своего друга Дэйнса Бэррингтона он опубликовал свои «Путешествия к истокам Нила в 1768, 1769, 1770, 1771, 1772 и 1773 годах» (Travels to Discover the Source of the Nile, In the Years 1768, 1769, 1770, 1771, 1772 and 1773), но книга подверглась критике со стороны других путешественников как не заслуживающая доверия. С тех пор была показана достаточная точность описания его абиссинских путешествий, и считается, что им сделан реальный вклад в географические познания того времени.

Наследие

  • Ряд рисунков Брюса были подарены королю Георгу III и находятся в королевской коллекции в Виндзорском замке. По мнению Эдварда Уллендорфа (Edward Ullendorff), «Нет никаких сомнений, что эти тома содержат лучшую часть работы Брюса, и когда они были показаны в 1862 году, с разрешения королевы Виктории, Лондонскому обществу собирателей древностей (Society of Antiquaries), все увидевшие их были весьма впечатлены»[6].
  • Также Брюс привёз с собой в Европу отборную коллекцию эфиопских рукописей. «Они открыли совершенно новые подходы к изучению эфиопских языков и поставили эту область востоковедения на гораздо более надёжную основу», пишет Уллендорфф. «Неизвестно, сколько рукописей попало в Европу благодаря его усилиям, но автору этих строк известно, по меньшей мере, о двадцати семи, все из которых являются роскошными примерами эфиопского рукописного искусства. Брюс подарил отличный и специально подготовленный экземпляр Книги Еноха Людовику XV в Париже.» Хотя большинство из этих рукописей написаны на языке геэз, замечательным исключением является текст Песни песней, написанный на гафате (Gafat), языке, который, по словам Уллендорффа, «известен нам только по этой рукописи.»[7]
  • Путешествия и открытия Брюса вдохновляли основателей британской Африканской ассоциации (African Association) (1788) в их усилиях по организации путешествий с целью исследования течения реки Нигер и города Тимбукту.

Биографии

  • Майор (впоследствии сэр) Фрэнсис Хед, редактор сокращённой версии «Путешествий», написал информативную книгу «Жизнь Брюса» (Head, Francis. Life of Bruce. — London, 1830.).
  • Лучшее в XIX веке изложение путешествий Брюса содержится в книге Ламберта Плэйфера «Путешествия по следам Брюса», где впервые была опубликована подборка его рисунков (Playfair, R. Lambert. Travels in the Footsteps of Bruce. — London, 1877.).
  • Reid, J. M. Traveller Extraordinary: The Life of James Bruce of Kinnaird. — New York: Norton, 1968.
  • Bredin, Miles. The Pale Abyssinian: A Life of James Bruce, African Explorer and Adventurer. — Flamingo, 2001.

Почести

В честь Брюса назван род кустарников Brucea, от которого получил название известный алкалоид бруцин. Однако сведения о содержании бруцина в этом растении оказались ошибочными. На самом деле бруцин был выделен из семян рвотного ореха (Strychnos nux-vomica), где он содержится в количестве 1—1,5 %.

Издания его книги

Напишите отзыв о статье "Брюс, Джеймс"

Примечания

  1. Moorehead. Blue Nile, p. 32-34
  2. Budge, Wallis. A history of Ethiopia, p. 397
  3. Cheesman, R. E. Lake Tana and the Blue Nile.
  4. Beckingham, Costa, Lockhart. The itenerario of Jeronimo Lobo. — 1984.
  5. Bruces Travels, volume 4, page 326—331, 1805
  6. «There is little doubt that those volumes contain the pick of Bruce’s work, and when they were shown, in 1862, by permission of Queen Victoria, to the Society of Antiquaries, all who saw them were greatly impressed.» Edward Ullendorff. [http://www.jstor.org/stable/25526204 «James Bruce of Kinnaird» // Scottish Historical Review], 32 (1953), p. 132
  7. Ullendorff, «James Bruce», p. 133

Литература

Ссылки

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Брюс, Джеймс

Горькая обида клокотала во мне, пытаясь выплеснуться наружу. Я почти кричала, пытаясь достучаться до его души, но чувствовала, что теряю. Обратного пути не было. Я не знала, получится ли ещё когда-нибудь попасть туда, и должна была использовать любую возможность, прежде чем уйти.
– Оглянись, Север! По всей Европе пылают живыми факелами твои братья и сёстры! Неужели ты можешь спокойно спать, слыша их крики??? И как же тебе не сняться кровавые кошмары?!
Его спокойное лицо исказила гримаса боли:
– Не говори такого, Изидора! Я уже объяснял тебе – мы не должны вмешиваться, нам не дано такое право... Мы – хранители. Мы лишь оберегаем ЗНАНИЯ.
– А тебе не кажется, что подожди Вы ещё, и Ваши знания уже не для кого будет сохранять?!. – горестно воскликнула я.
– Земля не готова, Изидора. Я уже говорил тебе это...
– Что ж, возможно она никогда готовой не будет... И когда-нибудь, через каких-нибудь тысячу лет, когда ты будешь смотреть на неё со своих «вершин», ты узришь лишь пустое поле, возможно даже поросшее красивыми цветами, потому что на Земле в это время уже не будет людей, и некому будет срывать эти цветы... Подумай, Север, такое ли будущее ты желал Земле?!..
Но Север был защищён глухой стеной веры в то, что говорил... Видимо, они все железно верили, что были правы. Или кто-то когда-то вселил эту веру в их души так крепко, что они проносили её чрез столетия, не открываясь и не допуская никого в свои сердца... И я не могла через неё пробиться, как бы ни старалась.
– Нас мало, Изидора. И если мы вмешаемся, не исключено, что мы тоже погибнем... А тогда проще простого будет даже для слабого человека, уже не говоря о таком, как Караффа, воспользоваться всем, что мы храним. И у кого-то в руках окажется власть над всеми живущими. Такое уже было когда-то... Очень давно. Мир чуть не погиб тогда. Поэтому – прости, но мы не будем вмешиваться, Изидора, у нас нет на это права... Наши Великие Предки завещали нам охранять древние ЗНАНИЯ. И это то, для чего мы здесь. Для чего живём. Мы не спасли даже Христа когда-то... Хотя могли бы. А ведь мы все очень любили его.
– Ты хочешь сказать, что кто-то из Вас знал Христа?!.. Но это ведь было так давно!.. Даже Вы не можете жить так долго!
– Почему – давно, Изидора?– искренне удивился Север. – Это было лишь несколько сотен назад! А мы ведь живём намного дольше, ты знаешь. Как могла бы жить и ты, если бы захотела...
– Несколько сотен?!!! – Север кивнул. – Но как же легенда?!.. Ведь по ней с его смерти прошло уже полторы тысячи лет?!..
– На то она «легенда» и есть... – пожал плечами Север, – Ведь если бы она была Истиной, она не нуждалась бы в заказных «фантазиях» Павла, Матфея, Петра и им подобных?.. При всём при том, что эти «святые» люди ведь даже и не видели никогда живого Христа! И он никогда не учил их. История повторяется, Изидора... Так было, и так будет всегда, пока люди не начнут, наконец, самостоятельно думать. А пока за них думают Тёмные умы – на Земле всегда будет властвовать лишь борьба...
Север умолк, как бы решая, стоит ли продолжать. Но, немного подумав, всё же, заговорил снова...
– «Думающие Тёмные», время от времени дают человечеству нового Бога, выбирая его всегда из самых лучших, самых светлых и чистых,… но именно тех, которых обязательно уже нет в Круге Живых. Так как на мёртвого, видишь ли, намного легче «одеть» лживую «историю его Жизни», и пустить её в мир, чтобы несла она человечеству лишь то, что «одобрялось» «Думающими Тёмными», заставляя людей окунаться ещё глубже в невежество Ума, пеленая Души их всё сильнее в страх неизбежной смерти, и надевая этим же оковы на их свободную и гордую Жизнь...
– Кто такие – Думающие Тёмные, Север? – не выдержала я.
– Это Тёмный Круг, в который входят «серые» Волхвы, «чёрные» маги, денежные гении (свои для каждого нового промежутка времени), и многое тому подобное. Проще – это Земное (да и не только) объединение «тёмных» сил.
– И Вы не боретесь с ними?!!! Ты говоришь об этом так спокойно, как будто это тебя не касается!.. Но ты ведь тоже живёшь на Земле, Север!
В его глазах появилась смертельная тоска, будто я нечаянно затронула нечто глубоко печальное и невыносимо больное.
– О, мы боролись, Изидора!.. Ещё как боролись! Давно это было... Я, как и ты сейчас, был слишком наивным и думал, что стоит людям лишь показать, где правда, а где ложь, и они тут же кинутся в атаку за «правое дело». Это всего лишь «мечты о будущем», Изидора... Человек, видишь ли, существо легко уязвимое... Слишком легко поддающееся на лесть и жадность. Да и другие разные «человеческие пороки»... Люди в первую очередь думают о своих потребностях и выгодах, и только потом – об «остальных» живущих. Те, кто посильнее – жаждут Власти. Ну, а слабые ищут сильных защитников, совершенно не интересуясь их «чистоплотностью». И это продолжается столетиями. Вот почему в любой войне первыми гибнут самые светлые и самые лучшие. А остальные «оставшиеся» присоединяются к «победителю»... Так и идёт по кругу. Земля не готова мыслить, Изидора. Знаю, ты не согласна, ибо ты сама слишком чиста и светла. Но одному человеку не по силам свергнуть общее ЗЛО, даже такому сильному, как ты. Земное Зло слишком большое и вольное. Мы пытались когда-то... и потеряли лучших. Именно поэтому, мы будем ждать, когда придёт правильное время. Нас слишком мало, Изидора.
– Но почему тогда Вы не пытаетесь воевать по-другому? В войну, которая не требует Ваших жизней? У Вас ведь есть такое оружие! И почему разрешаете осквернять таких, как Иисус? Почему не расскажете людям правду?..
– Потому, что никто не будет этого слушать, Изидора... Люди предпочитают красивую и спокойную ложь, будоражащей душу правде... И пока ещё не желают думать. Смотри, ведь даже истории о «жизни богов» и мессий, сотворённые «тёмными», слишком одна на другую похожи, вплоть до подробностей, начиная с их рождения и до самой смерти. Это чтобы человека не беспокоило «новое», чтобы его всегда окружало «привычное и знакомое». Когда-то, когда я был таким, как ты – убеждённым, истинным Воином – эти «истории» поражали меня открытой ложью и скупостью разнообразия мысли их «создающих». Я считал это великой ошибкой «тёмных»... Но теперь, давно уже понял, что именно такими они создавались умышленно. И это по-настоящему было гениальным... Думающие Тёмные слишком хорошо знают природу «ведомого» человека, и поэтому совершенно уверены в том, что Человек всегда с готовностью пойдёт за тем, кто похож на уже и з в е с т н о е ему, но будет сильно сопротивляться и тяжело примет того, кто окажется для него н о в ы м, и заставит мыслить. Поэтому-то наверное люди всё ещё слепо идут за «похожими» Богами, Изидора, не сомневаясь и не думая, не утруждая задать себе хотя бы один вопрос...
Я опустила голову – он был совершенно прав. У людей был всё ещё слишком сильным «инстинкт толпы», который легко управлял их податливыми душами...
– А ведь у каждого из тех, которых люди называли Богами, были очень яркие и очень разные, их собственные уникальные Жизни, которые чудесно украсили бы Истинную Летопись Человечества, если бы люди знали о них, – печально продолжал Север. – Скажи мне, Изидора, читал ли кто-нибудь на Земле записи самого Христа?.. А ведь он был прекрасным Учителем, который к тому же ещё и чудесно писал! И оставил намного больше, чем могли бы даже представить «Думающие Тёмные», создавшие его липовую историю...
Глаза Севера стали очень тёмными и глубокими, будто на мгновение вобрали в себя всю земную горечь и боль... И было видно, что говорить об этом ему совершенно не хочется, но с минуту помолчав, он всё же продолжил.
– Он жил здесь с тринадцати лет... И уже тогда писал весть своей жизни, зная, как сильно её изолгут. Он уже тогда знал своё будущее. И уже тогда страдал. Мы многому научили его... – вдруг вспомнив что-то приятное, Север совершенно по-детски улыбнулся... – В нём всегда горела слепяще-яркая Сила Жизни, как солнце... И чудесный внутренний Свет. Он поражал нас своим безграничным желанием ВЕДАТЬ! Знать ВСЁ, что знали мы... Я никогда не зрел такой сумасшедшей жажды!.. Кроме, может быть, ещё у одной, такой же одержимой...
Его улыбка стала удивительно тёплой и светлой.
– В то время у нас жила здесь девочка – Магдалина... Чистая и нежная, как утренний свет. И сказочно одарённая! Она была самой сильной из всех, кого я знал на Земле в то время, кроме наших лучших Волхвов и Христа. Ещё находясь у нас, она стала Ведуньей Иисуса... и его единственной Великой Любовью, а после – его женой и другом, делившим с ним каждое мгновение его жизни, пока он жил на этой Земле... Ну, а он, учась и взрослея с нами, стал очень сильным Ведуном и настоящим Воином! Вот тогда и пришло его время с нами прощаться... Пришло время исполнить Долг, ради которого Отцы призвали его на Землю. И он покинул нас. А с ним вместе ушла Магдалина... Наш монастырь стал пустым и холодным без этих удивительных, теперь уже ставших совершенно взрослыми, детей. Нам очень не хватало их счастливых улыбок, их тёплого смеха... Их радости при виде друг друга, их неуёмной жажды знания, железной Силы их Духа, и Света их чистых Душ... Эти дети были, как солнца, без которых меркла наша холодная размеренная жизнь. Мэтэора грустила и пустовала без них... Мы знали, что они уже никогда не вернутся, и что теперь уже никто из нас более никогда не увидит их... Иисус стал непоколебимым воином. Он боролся со злом яростнее, чем ты, Изидора. Но у него не хватило сил. – Север поник... – Он звал на помощь своего Отца, он часами мысленно беседовал с ним. Но Отец был глух к его просьбам. Он не мог, не имел права предать то, чему служил. И ему пришлось за это предать своего сына, которого он искренне и беззаветно любил – в глазах Севера, к моему великому удивлению, блестели слёзы... – Получив отказ своего Отца, Иисус, также как и ты, Изидора, попросил помощи у всех нас... Но мы тоже отказали ему... Мы не имели права. Мы предлагали ему уйти. Но он остался, хотя прекрасно знал, что его ждёт. Он боролся до последнего мгновения... Боролся за Добро, за Землю, и даже за казнивших его людей. Он боролся за Свет. За что люди, «в благодарность», после смерти оклеветали его, сделав ложным и беспомощным Богом... Хотя именно беспомощным Иисус никогда и не был... Он был воином до мозга костей, ещё тогда, когда совсем ребёнком пришёл к нам. Он призывал к борьбе, он крушил «чёрное», где бы оно ни попадалось, на его тернистом пути.

Иисус Радомир прогоняет
торговцев из храма

Север замолк, и я подумала, что рассказ закончен. В его печальных серых глазах плескалась такая глубокая, обнажённая тоска, что я наконец-то поняла, как непросто должно было жить, отказывая в помощи любимым, светлым и прекрасным людям, провожая их, идущих на верную гибель, и зная, как легко было их спасти, всего лишь протянув руку... И как же неправильна по-моему была их неписанная «правда» о не вмешательстве в Земные дела, пока (наконец-то, когда-то!..) не придёт «правильное» время... которое могло так никогда и не придти...
– Человек – всё ещё существо слабовольное, Изидора... – вдруг снова тихо заговорил Север. – И корысти, и зависти в нём, к сожалению, больше, чем он может осилить. Люди пока ещё не желают следовать за Чистым и Светлым – это ранит их «гордость» и сильно злит, так как слишком уж отличается, от «привычного» им человека. И Думающие Тёмные, прекрасно зная и пользуясь этим, всегда легко направляли людей сперва свергать и уничтожать «новых» Богов, утоляя «жажду» крушения прекрасного и светлого. А потом уже, достаточно посрамлённых, возвращали тех же новых «богов» толпе, как Великих Мучеников, уничтоженных «по ошибке»... Христос же, даже распятым, оставался для людей слишком далёким... И слишком чистым… Поэтому уже после смерти люди с такой жестокостью пятнали его, не жалея и не смущаясь, делая подобным себе. Так из ярого Воина остался в людской памяти лишь трусливый Бог, призывавший подставлять левую щёку, если ударят по правой.... А из его великой Любви – осталось лишь жалкое посмешище, закиданное камнями... чудесная чистая девочка, превратившаяся в «прощённую» Христом, поднявшуюся из грязи, «падшую» женщину... Люди всё ещё глупы и злы Изидора... Не отдавай себя за них! Ведь даже распяв Христа, все эти годы они не могут успокоиться, уничтожая Имя Его. Не отдавай себя за них Изидора!