Евхаристия

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Евхари́стия (греч. εὐ-χᾰριστία  — благодарение, благодарность, признательность от греч. εὖ — добро, благо и греч. χάρις — почитание, честь, уважение), Свято́е Прича́стие, Ве́черя Госпо́дня, в различных течениях христианства толкуется как таинство[1][2], священнодействие[3], обряд[4]. Заключается в освящении хлеба и вина особым образом и последующем их вкушении. Согласно апостолу Павлу, при этом христиане приобщаются Тела и Крови Иисуса Христа (1Кор. 10:16, 1Кор. 11:23-25). Евхаристия, согласно православному вероучению , даёт возможность верующему соединиться с Богом во Христе[5], а регулярное причащение необходимо человеку для спасения души[6]. В позднепротестантских течениях она, как правило, толкуется как символическое действие[7], выражающее единство верующего со Христом, но не осуществляющее его непосредственно.

У православных, католиков, дохалкидонитов, большинства лютеран, англикан, старокатоликов и в некоторых других конфессиях составляет основу главного христианского богослужения, Божественной Литургии (или Мессы). Термин «Евхаристия» используется в православии[8], католицизме и англиканстве, в протестантизме приняты наименования «Вечеря Господня» или «Хлебопреломление»[3].







Содержание

История установления таинства Евхаристии

Согласно синоптическим Евангелиям (Мф. 26:26-28, Мк. 14:22-24, Лк. 22:19-20) и Первому посланию коринфянам (1Кор. 11:24-25) апостола Павла, Евхаристия была установлена самим Иисусом Христом во время Тайной Вечери незадолго до Своей смерти на кресте. В первый день опресноков (Мф. 26:17, Мк. 14:12, Лк. 22:7) Иисус отправил двух учеников (Мк. 14:13), Петра и Иоанна (Лк. 22:8), в город (Мф. 26:18, Мк. 14:13, Лк. 22:10), то есть в Иерусалим, приготовить пасху (пасхальную трапезу), и они приготовили (Мф. 26:19, Мк. 14:16, Лк. 22:13). Вечером (Мф. 26:20, Мк. 14:17) Иисус возлег с двенадцатью учениками (Мф. 26:20, Мк. 14:17-18, Лк. 22:14) на трапезу.

Пасхальная трапеза

В Библии есть ряд мест, связывающих пасхальную жертву с жертвой Иисуса Христа: Ис. 53:1-8, 1 Петра. 1:19, 1 Коринфянам. 5:7.

Описания ветхозаветной Пасхи и пасхальной трапезы из ряда энциклопедий[9][10][11][12] скудны и содержат лишь указания на обязательное присутствие пасхального агнца, опресноков (пресный хлеб), горьких трав. В сущности, они повторяют известные из книги Исход установления о пасхальном агнце, съедаемом с горькими травами (Исх. 12:3-10) и опресноках (Исх. 12:15-20). О том же самом говорит и митрополит Иларион (Алфеев)[13]: «О том, как происходила пасхальная вечеря во времена Иисуса Христа, мы узнаем из книги Исход», — и далее кратко описывает агнца, съедаемого «всеми членами семьи с пресным хлебом и горькими травами».

Скупы и те сведения, которые можно почерпнуть о Тайной Вечери из Евангелий: «Евангельское повествование о Тайной Вечери … не содержит подробного описания чина пасхальной трапезы — вероятно, потому, что этот чин был всем известен»[13].

Особое мнение

Седер — семейная трапеза во время празднования еврейской Пасхи (Песаха), ритуал которой «окончательно сложился в средние века» и которая включает[14]:

  • три (иногда две) пластины мацы;
  • «крутое яйцо и куриное крылышко или мясо с костью»;
  • марор (ту или иную горькую траву);
  • харосет — сладкую «смесь из натертых фруктов, молотых орехов, специй, вина и маццовой муки для подслащивания марора».

Мясо напоминает о пасхальном агнце, марор — о тех горьких травах, которые съедались вместе с ним, а харосет («глина») — об изготовлении кирпичей в египетском рабстве. «Во время седера каждый участник трапезы должен выпить четыре бокала вина»[14].

На этом фоне ярким контрастом смотрится ви́дение богослова Н. Д. Успенского[15]:

« Чтобы представить себе ритуал Тайной вечери как иудейской пасхальной трапезы, нужно отказаться от наших привычных представлений о пасхальном столе… Не такой была иудейская пасха. Её можно назвать священной трапезой, потому что на ней от начала вечери до её окончания доминировали религиозные переживания и традиционные праздничные блюда были подчинены религиозной идее. »

Далее он пишет о пасхальной трапезе следующее: «Вкушение пищи и вина чередовалось с чтением молитв, с повествованием из священной истории предков и с пением псалмов, причём все это происходило в строго установленном порядке, дающем нам право назвать эту трапезу ритуальной»[15]. Читая приводимое им описание, нельзя не отметить, что приводимые Н. Д. Успенским подробности весьма напоминают современный еврейский седер (см. врезку) с его жёсткой регламентацией и символизмом блюд. В частности, Успенский приводит такие детали[15]:

« Каждому участнику вечери сначала подавался бокал с вином, разбавленным водой, и всякий читал над своим бокалом «барах» (barach)». Так назывались у евреев краткие молитвословия, начинающиеся словом «благословен»… На стол подавались опресноки, латук (горькие травы) и харосет (салат из миндаля, орехов, фиг и всевозможных фруктов). »

Сходное мнение мы находим и в «Толковой Библии» под редакцией А. П. Лопухина: «употребление вина во время пасхальной вечери у евреев не было первоначальным установлением, а вошло в употребление позже, но до времени Христа»[16].

Нельзя, однако, не отметить следующее обстоятельство: существование обряда в той форме, которая включает четыре ритуальные чаши с вином, отвергается большинством современных исследователей[17].

«Приимите, ядите…»

Акцент на символы характерен, например, для евангельских христиан-баптистов, в понимании которых
«Причастие (Евхаристия) - это памятное празднование христианами времени и события страданий, смерти и воскресения Иисуса Христа. Хлеб и вино, которые принимают христиане, символизируют Тело и Кровь Господа»[18].

Во время Тайной Вечери Иисус дал собственное объяснение символам[19] традиционных блюд еврейского пасхального ужина. Так, Евангелие от Марка сообщает (Мк. 14:22-24):

« И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое. И, взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из неё все. И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая. »
В Евангелии от Луки (Лк. 22:19) и Первом послании к Коринфянам (1Кор. 11:24-26) приводится продолжение слов Иисуса: «сие творите в Мое воспоминание».

В «Толковой Библии» под редакцией Лопухина дается следующее объяснение этого продолжения[20]:

« Эти слова, находящиеся только у Павла и Луки, очень важны в том отношении, что показывают желание Господа, чтобы таинство Евхаристии совершалось постоянно, во все времена. »

Хлеб жизни

Также в 6-й главе Евангелия от Иоанна изложено то, что можно назвать предысторией установления таинства Евхаристии или аллюзией на него. Важно отметить, что действие этой главы происходит не во время Тайной Вечери, а задолго до неё. Существенно также то, что Иисус в ней обращается не только к своим ученикам, но к гораздо большему количеству людей. В начале этой главы (Ин. 6:5-13) описано чудо умножения хлебов, на другой день после которого (Ин. 6:22) происходит беседа Иисуса с народом и учениками. Рассказ о ней занимает бо́льшую часть 6-й главы (Ин. 6:26-71). В начале этой беседы Иисус говорит народу «о Пище, пребывающей в Жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий» (Ин. 6:27), а затем свидетельствует о Хлебе Божьем, «который сходит с небес и даёт Жизнь миру» (Ин. 6:33-34), о Себе как о хлебе жизни (Ин. 6:35) и о цели Своего сошествия с небес—творить волю Отца (Ин. 6:38-39).

Такие слова Иисуса вызвали ропот: «Возроптали на Него Иудеи за то, что Он сказал: Я есмь хлеб, сшедший с небес» (Ин. 6:41).

В ответ на этот ропот Иисус повторяет: «Я есмь Хлеб Жизни» (Ин. 6:48). Не ограничиваясь этим, более и более разъясняет Он сказанные Им ранее слова (Ин. 6:49-51):

« Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет. Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. »

В результате вспыхивает спор: «Тогда Иудеи стали спорить между собою, говоря: как Он может дать нам есть Плоть Свою?» (Ин. 6:52)

«Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе Жизни». Эти (Ин. 6:53) и последующие (Ин. 6:54-58) слова Иисуса не разрешили недоумения. Часть учеников Иисуса сочла Его слова странными (Ин. 6:60). Более того, многие из них «отошли от Него и уже не ходили за Ним» (Ин. 6:66).

Евхаристия в раннехристианские времена

Согласно апостольским деяниям и посланиям, первые христиане, будучи евреями, изначально неукоснительно соблюдали обиходный и пасхальный ветхозаветные ритуалы, положившие начало евхаристии. На это указывает удивительная схожесть некоторых даже современных молитв в талмуде и в христианских служебниках[21]. Следует оговориться, что и талмуд и первые христианские служебники появились только несколько столетий спустя после возникновения христианства и так называемого талмудического иудаизма.

Евхаристия древними христианами совершалась во время ага́пы — вечери любви — ритуального ужина, где читались выдержки Священного Писания, которые тут же толковались проповедниками (священно- церковнослужителями), пелись ветхозаветные псалмы и христианские гимны, кормились нуждающиеся и все присутствующие, и затем частью хлеба и вина, положенными на столе перед никем незанятым местом Иисуса Христа, все с благоговением причащались в Его воспоминание с верой, что — это Тело Христово и Его Кровь. Позже евхаристическая трапеза завершаться стала вкушением хлеба, отложенного Деве Марии — Чин о панагии[22]. Апостолы, епископы и священники возглавляли не только застолье, но и все церемонии и молитвы.

Евхаристические молитвы изначально священнослужителями повторялись на память в определённый момент богослужения, иногда импровизированно дополнялись и сочинялись, что почиталось как харизматический дар, и лишь позже стали записываться в сборники молитв (греческий служебник до сих пор называется молитвословом — Εὐχολόγιον). Сначала в эти сборники записывались лишь главные молитвы и схематичные описания Литургии потому, что сакральные слова величайшего таинства дозволялось читать только высшим священнослужителям — «disciplina arcani». Но после дарования христианам в 313 году свободы вероисповедования, участились случаи грубого своевольного искажения некоторыми епископами и священниками литургических текстов и уклонения в различные ереси.

Для исправления ошибок и неудачных выражений в молитвах стали составляться и рекомендоваться к повсеместному использованию более подробные чинопоследования всех служб суточного круга и евхаристии. Древнейшее изложение литургии сохранилось в Апостольских постановлениях. Из всех известных чинов Литургии оно самое объёмное, поэтому появившиеся позже последования Литургии: апостола Иакова брата Господня, святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста и другие, несправедливо иногда называли простым сокращением древнейших богослужебных форм.

Назначение Евхаристии: быть центром и вершиной всей жизни христианина. Поэтому изначально с Евхаристией соединялись все христианские таинства и обряды: крещение, миропомазание, покаяние, венчание, рукоположение, соборование, монашеский постриг, отпевание и другие.

Изменения в литургической практике на Востоке

Довольно скоро в литургической практике византийского обряда произошли изменения: агапы (превратившиеся в благотворительные ужины) были отделены от священной евхаристии, а затем и вовсе запрещены ввиду участившихся злоупотреблений. Сама евхаристия с вечера (даже в наше время она иногда соединена с вечерней) была перенесена на утро, перед ней стал предписываться подготовительный евхаристический пост. Из христианских храмов перестали выводить оглашенных, кающихся и бесноватых, однако в этих же храмах возникли отгороженные от мирян иконостасами алтари.

Если прежде всё богослужение совершалось лицом к народу, и за отсутствием икон, священник символизировал Христа и, в свою очередь, к каждому человеку обращался как к нерукотворному образу Божьему (Быт. 1:27) — как к живой иконе, ко храму Божьему (1Кор. 3:16—17) и к «меньшему брату Спасителя» Мф. 25:40, (а ко крещённым — как к «царственному священству» 1Пет. 2:9), то теперь стал обращаться лицом к востоку и читать большинство молитв «в тайне» от своих прихожан.

Ввиду участившегося неблагоговения некоторых христиан, была прекращена практика раздачи в руки всем верующим Тела Христова с возможностью хранения Его в домашних условиях и испития непосредственно из чаши Крови Христовой с помазанием оставшейся на устах спасительной влагой своих очей, чела и прочих чувств[23]. Для причащения мирян стала применяться лжица.

Часть песнопений и молитв стало использоваться на литургии уже после смерти общепризнанных авторов евхаристических чинопоследований — апостола Иакова, святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста и других:

Карфагенский собор 411 года определил в евхаристических молитвах (в ана́форе) обращаться только к божественному лицу Бога Отца[24].

После разделения церквей в 1054 году, в противовес «латинянам», недостаточно, по мнению восточных христиан почитавших Святого Духа, и не имевших в своей анафоре на эпиклезе призывания о схождении на предложенные евхаристические дары Святого Духа, в греческих, а затем и в славянских, церквах внесли в прежний свой текст евхаристии (разрывая фразу на середине) вставку — тропарь третьего часа с двумя стихами из 50-го псалма:

Иере́й: Го́споди, И́же Пресвята́го Твоего́ Ду́ха в тре́тий час апо́столом Твои́м низпосла́вый, Того́, Благи́й, не отъими́ от нас, но обнови́ нас, моля́щих Ти ся.

Диа́кон: Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и Дух прав обнови́ во утро́бе мое́й.
Иерей: Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа…
Диакон: Не отве́ржи мене́ от Лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отъими́ от мене́.

Иерей: Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа…

В XIX веке греки, наконец, отменили эту вставку, тогда как в Русской церкви она ошибочно стала восприниматься как неотъемлемая часть эпиклезы[25].

Богословие Евхаристии в православии

Слова апостола Павла (1Кор. 10:16):

« Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? »

— позволяют понять, что Причащение есть приобщение к Божеству, которое, как писал Симеон Солунский (XV век), является целью Литургии и «вершиной всех благ и желаний»[26].

Архиепископ Фессалоникийский Симеон о Причащении пишет следующее[27]:

« Причащение соединяет нас с Самим Владыкой, и мы на самом деле становимся в этом Таинстве причастниками Самого Тела Его и Крови. Мы через пищу сделались смертны, и ниспали из рая, и отделили себя от Бога, а теперь через причащение снова принимаем жизнь вечную. Таким образом освобождаясь от тления, мы соединяемся с Бессмертным Богом, Который ради нас стал смертным в воплощении. »

Св. Иоанн Дамаскин пишет о том, что люди, в отличие от святых ангелов, благодаря Евхаристии причаствуются не только общей энергии Троицы, но и обо́женному («божественному») человеческому естеству Одного из Троицы (то есть Христа)[28]:

« Ангелы стали участниками и сделались общниками не естества божественного, но — действия (энергии) и благодати; из людей же, те бывают участниками и делаются общниками божественного естества, которые принимают Святое Тело Христово и пьют Его Кровь. Ибо [Тело и Кровь] соединены с Богом по ипостаси; и два естества в принимаемом нами Теле Христовом соединены в ипостаси неразрывно; и мы бываем причастниками двух природ: Тела — телесно, Божества — духовно, скорее же, обеих обоюдно. Не по ипостаси мы — одно и то же [что и Спаситель] (ибо сначала существуем ипостасно и потом [только] вступаем [с Ним] в единение), но по соединению с Телом и Кровью. »

Место Евхаристии в иерархии таинств

По мнению Геннадия Схолария, все таинства Церкви, как и все другие богослужения, так или иначе, являются подготовкой к участию в Евхаристии, которая является вершиной единения человека с Богом Таинством священнейшее из всех Таинств. В своем трактате «О таинственном теле Господа Иисуса Христа» Константинопольский патриарх Геннадий Схоларий ставил таинство Евхаристии выше таинства Крещения[29]:

« Тело Христово питает телесно, чистотой же благодаря единению с Божественной природой очищает и освящает, доставляя нам достаточную духовную пищу; питаемые так, мы прекрасно восходим к духовному совершенству и здравию... О Таинство, священнейшее всех Таинств, превосходящее само Таинство Крещения: тем Крещением Владыка общается с нами только по силе (по энергии), а сим Евхаристией — по сущности. »

Своё мнение Геннадий почерпнул из Псевдо-Дионисия Ареопагита, который называет Евхаристию «Τελετών τελετή» (Посвящение из посвящений), в латинском переводе «Sacramentum sacramentorum» — «Таинство таинств»[30][31]:

« Ибо едва ли может быть совершено какое-либо из иерархических совершительных священнодействий, доколе божественная Евхаристия во главе того, что совершается по чину каждого другого священнодействия, не священносовершит приведения христианина, уже просвещённого, к единому и не утвердит совершенно богопреданным даром совершительных тайн общения его с Богом. »

В католическом богословии мнение о том, что Евхаристия это Таинство Таинств, взятое из сочинения Псевдо-Дионисия Ареопагита, было утверждено соборно как догматическое определение на Тридентском соборе.

Евхаристия как реальное приобщение к единократной Жертве Христа

Константинопольский собор 1157 года анафематствует всех, кто толкует слова «сие творите в Моё воспоминание» как образное, а не реальное принесение Жертвы, а также понимающих Евхаристию как «иную жертву», отличную от единократно принесённой Христом[32]

« 3. Слышащим Спасителя о преданном Им священнодействии Божественных Таин, говорящего: «сие творите в Мое воспоминание», но не понимающим правильно слова «воспоминание» и дерзающим говорить, что оно (т.е. воспоминание) обновляет мечтательно и образно жертву Его Тела и Крови, принесённую на честном Кресте Спасителем нашим в общее избавление и очищение, и что оно обновляет и ежедневную жертву, приносимую священнодействующими Божественные Тайны, как предал Спаситель наш и Владыка всех, и поэтому вводящим, что это иная жертва, чем совершенная изначала Спасителем и возносимая к той мечтательно и образно, как уничижающим неизменность жертвы и таинство страшного и Божественного священнодействия, которым мы принимаем обручение будущей жизни, как это изъясняет Божественный отец наш Иоанн Златоуст во многих толкованиях посланий великого Павла, анафема трижды. »

Порядок совершения таинства

Условие совершения таинства Евхаристии

В Исторических церквях, в Англиканской Церкви, у старокатоликов таинство Евхаристии может совершить только епископ или священник по его поручению.

Таинство совершается в храме. И лишь в случае каких-либо особых обстоятельств допускается его совершение вне храма. Согласно 7-му правилу VII Вселенского Собора в престолы, на которых совершается Евхаристия, должны полагаться частицы мощей святых мучеников. В поместной традиции Русской православной церкви мощи с 1655 года зашиваются также в антиминсы, что даёт возможность служить Литургию вне храма. В Католической церкви после Второго Ватиканского собора положение мощей на алтарный камень является необязательным.

Пресуществление

По древнему учению Исторических церквей в таинстве Евхаристии хлеб и вино прелагаются в истинные Тело и Кровь Христовы.

Католичество

Термин пресуществление (transsubstantiatio) появляется в латинском богословии в IX веке, а затем получает широкое распространение в католичестве. На 4-м Латеранском Соборе в 1215 году было изложено учение о превращении хлеба и вина (Святых Даров) в Тело и Кровь Христову. В Католической церкви учение о «[http://www.inslov.ru/html-komlev/t/transsubstanciaci8.html транссубстанциации]» (transsubstantiatio) или «пресуществлении» хлеба и вина в истинное Тело и Кровь Иисуса Христа окончательно сформировалось в трудах Фомы Аквинского. Это учение называется doctrina de fide. Согласно ему, во время Евхаристической молитвы сущность (субстанция) хлеба и вина пресуществляется в сущность Тела и Крови Христовых, в то время как доступные для органов чувств свойства хлеба и вина (акциденции) остаются неизменными.

« Пресуществление означает преложение (то есть обращение) всей сущности хлеба в существо Тела Христова и всей сущности вина в Его Кровь. Это обращение осуществляется при Евхаристической молитве благодаря действенности слова Христова и действия Святого Духа. Тем не менее, доступные для органов чувств свойства хлеба и вина, так называемые Евхаристические виды, остаются неизменными[33]

»

Православие

Термин «пресуществление» (μετουσίωσις) никогда не употреблялся святыми отцами в Православной церкви до середины XV века по отношению к освящению Святых Даров. Впервые его перенёс из католической литературы Геннадий Схоларий, используя как синоним традиционным святоотеческим терминам «преложение» (μεταβολή) и «претворение» (μεταποίημα). Однако термин не прижился, и лишь в конце XVI века термин вновь начинает употребляться среди отдельных лиц греческого духовенства, получивших образование в римско-католических учебных заведениях. Впоследствии на греческих поместных соборах (всегда без участия Русской поместной церкви): в 1672 году в Константинополе, в 1672 году в Иерусалиме этот термин был утвержден; а в 1691 году на поместном соборе в Константинополе все, отрицающие термин «пресуществление» были преданы строгим анафемам и даже вечным проклятиям[34]. В Русской Православной церкви не было ни одного поместного собора, который бы утвердил термин «пресуществление» и тем более повторил бы анафемы греческого поместного собора 1691 года на тех, кто не принимает этот термин. Но тем не менее, этот термин начинает использоваться среди православных богословов Русской православной церковью, например, он включен в послание патриарха Московского и всея Руси Адриана[35]. С этого времени термин «пресуществление» становится обычным термином в православной евхаристологии: он употребляется в официальных посланиях иерархов, синодально одобренных исповеданиях веры и догматических пособиях и проч.[36][37]. В настоящее время отдельные толкования частных лиц термина «пресуществление» в православии имеют отличия от учения Католической церкви и протестантских деноминаций[38], но существенно отличаются от взглядов протестантских деноминаций[39]. Термин «пресуществление» является нововведением в православное богословие, а прославленные православные святые отцы ни соборно, ни в своих трудах не объясняли детально сам процесс преложения Святых Даров в Тело и Кровь, они ограничились лишь словом «таинство» применительно к этому процессу. Учение Фомы Аквината о сохранении акциденций при изменении физической сущности хлеба и вина в вещественные и человеческие тело и кровь никогда не было утверждено всей полнотой Церкви и по этой причине не является учением Православной церкви.

Иные конфессии

Ассирийская Церковь Востока, лютеране, англикане и кальвинисты не признают пресуществления так, как католики. Эти конфессии обычно по-разному допускают лишь «соприсутствие» Тела и Крови Христовых с сущностью хлеба и сущностью вина, и только Церковь Англии использует термин «пресуществление», не разъясняя его, что, впрочем, позволяло в прошлом надеяться на возможность евхаристического общения англикан и православных. По протестантско-несторианскому учению, вкушающие евхаристический хлеб и вино приобщаются действительных Тела и Крови Христовых, а также сущности хлеба и вина, которые не исчезают, но сохраняются и служат символами Тела и Крови.

Христианские вероисповедания, связанные с более радикальным крылом Реформации (анабаптисты, меннониты), а также возникшие в более поздний реформационный период церкви (баптисты, методисты, адвентисты, пятидесятники, харизматы и др.) не признают пресуществления хлеба и вина в буквальные Плоть и Кровь Христа, а также не признают соприсутствие физического Тела Христова с хлебом и физической Крови Христовой с вином, но учат воспринимать в вине и хлебе во время причастия только символы и образы Тела и Крови Иисуса Христа, и, вкушая их, верою мысленно переживать голгофские страдания Иисуса Христа.

Мнения отдельных конфессиональных групп

По мнению богословской комиссии, собранной из отдельных православных и лютеранских представителей и не выражающей соборного мнения ни Православной, ни Лютеранской церквей, работавшей в рамках экуменизма в 1970 году и руководствующейся идеей теории ветвей: «В то время как исторические церкви — Православная, Римско-Католическая и дохалкидонские — исповедуют реальное пресуществление хлеба и вина в истинное Тело и истинную Кровь Иисуса Христа, протестантские Церкви, при всём разнообразии их евхаристических доктрин, отрицают субстанциальный, вещественный характер присутствия Тела и Крови под видами хлеба и вина»[40][41].

По мнению Синодальной богословской комиссии 2006 года, собранных из отдельных лиц и не выражающей соборного мнения Православной церкви, различия между терминами «преложение» и «пресуществление» зачастую полемически преувеличиваемые: «Попытки найти существенное различие между двумя учениями [католическим и православным] на базе применения терминов „пресуществление“ (transsubstantiatio) на Западе и „претворение“ или „преложение“ на Востоке следует отнести на счет полемического задора, ибо никто ещё никогда не мог указать, в чём именно состоит различие между этими словами. Раскрытие их содержания всегда доказывало их синонимичность»[40].

Тайноустановительные слова и эпиклеза

В православии, в соответствии со структурой византийского евхаристического канона, традиционно принято отмечать тайносовершительную значимость не только «установительных слов», но и следующей за ними эпиклезы (греч. Έπίκλησις), то есть призывания Святого Духа на молящихся и на Святые Дары, заканчивающегося троекратным «Аминь» диакона.[42][43]. В «Пространном катехизисе» митрополита Филарета подчёркивается важность обоих моментов:

« 335. Каково важнейшее действие литургии верных?

Важнейшим действием литургии верных является произнесение слов, сказанных Иисусом Христом при установлении Таинства: Приимите, ядите, сие есть Тело Мое… Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета… (Мф. 26:26-28); и затем — призывание Святого Духа и благословение Даров, т.е. принесённого хлеба и вина.

»

Римско-католическая церковь центральное место отводит не столько эпиклезе (которая в латинском обряде состоит из двух частей, разделённых тайноустановительными словами Иисуса Христа), сколько тайноустановительным словам. Согласно Катехизису Католической церкви, Евхаристия происходит благодаря действенности слова Христова и действию Святого Духа.[33]

При этом ни православие, ни католичество не сводит тайносовершительное действие к тем или иным словам (хотя подобные попытки предпринимались в прошлом) и не пытается определить точный момент преложения Святых Даров, но подчёркивает значение всего евхаристического канона (анафоры) как единого акта.[44][45]

Вещества Таинства

Для Евхаристии у православных, коптов, сиро-яковитов и в Ассирийской церкви Востока используется квасной хлеб — просфоры. В православии византийской традиции вино после пресуществления в Кровь Христову обязательно разбавляется горячей водой («теплотой», «зеоном»).

У католиков латинского обряда используется пресный хлеб (гостия), а у католиков восточных обрядов используется квасной хлеб. Причащение мирян под двумя видами у католиков стало возможным после Второго Ватиканского Собора. В вино добавляется вода, так как на Кресте из прободенного ребра Искупителя истекла не только кровь, но и вода.

В Армянской Апостольской Церкви, Маронитской Католической Церкви и Халдейской Католической Церкви, а также у лютеран, англикан, старокатоликов используется для священнодействия только пресный хлеб. В Армянской Апостольской Церкви воду в вино не добавляют.

Цвет и сорт вина зависят от местных традиций. В Русской православной церкви обычно используется красное десертное крепленое вино Кагор, в Грузинской православной церкви используют красное вино Зедаше. В Румынской православной церкви, греческих церквях и у римо-католиков может использоваться белое вино или смесь из красного и белого вина. В русской традиции используется сладкое вино, во избежение рефлекторного выплевывания причащаемыми младенцами причастия, а в латинской традиции, не имеющей причащения младенцев, обычно используют сухое вино, считая сахар ненужной добавкой к чистому вину.

Омовение ног

Во некоторых протестантских церквях перед Вечерей Господней совершается омовение ног ближним, подобно тому, как Христос омывал ноги ученикам. В адвентизме это считается обязательным. Общины, практикующие эту традицию, существуют также в пятидесятничестве, меннонитстве и методизме.

В католической церкви обряд омовения ног совершается в Великий четверг на вечерней мессе воспоминания Тайной Вечери. Священник, предстоятельствующий на мессе, омывает ноги 12 прихожанам. Обряд проводится после проповеди, перед началом Евхаристической литургии.

В православной церкви Чин омовения ног совершается в Великий четверг архиереем, который омывает ноги 12 священникам (или монахам) в воспоминание омовения, исполненного Спасителем над апостолами пред Тайной вечерей. В практике РПЦ в XX веке обряд вышел из обязательного использования (совершался лишь в отдельных епархиях). В 2009 году первый раз в современной истории РПЦ обряд был совершён патриархом Кириллом по окончании литургии в Богоявленском соборе.[46]

Евхаристия в различных конфессиях

В православии

Ошибка создания миниатюры: Файл не найден
Причастие в Православной церкви

Как было сказано выше, в православии, в соответствии со структурой византийского евхаристического канона, традиционно принято отмечать тайносовершительную значимость не «установительных слов», а следующей за ними эпиклезы.

Православные христиане могут причащаться после совершения над ними таинства крещения, которое совмещается с миропомазанием и, по разным традициям[47], может совершаться либо на 8-й день после рождения, либо на 40-й день после рождения (именно так, согласно житию, крестили Сергия Радонежского). В случае угрозы жизни младенца крещение может и должно быть совершено немедленно.

Причащение младенцев традиционно происходит только под видом вина («Крови Христовой»), что связывают с опасениями, что ребенок может выплюнуть хлеб. По этой же причине на Литургии преждеосвященных даров причащение младенцев не происходит, поскольку причащение происходит только хлебом («Телом Христовым») пропитаным вином («Кровью Христовой»).

В православной традиции зачастую причащению взрослых предшествует подготовка, включающая особое молитвенное правило, пост, предварительную исповедь.

Частота причащения

Единого мнения о том, как часто должен причащаться православный христианин, в настоящее время нет[48]. В Синодальный период истории Русской церкви типичной была практика редкого причащения[49]. В настоящее время в Русской православной церкви одна из самых типичных рекомендаций о частоте причащения — ежемесячное причащение для взрослых, еженедельное причащение для младенцев.

Одним из сторонников частого причащения был праведный Иоанн Кронштадтский, говоривший: «Блаженны те, кто часто с искренним покаянием и искренним испытанием самих себя приступают ко святому причащению!». Другим — преподобный Никодим Святогорец, который выступал за то, чтобы миряне, также, как и священники, причащались за каждой литургией, на которой они присутствуют. Преподобным Никодимом Святогорцем и святителем Макарием Коринфским была написана «Книга душеполезнейшая о непрестанном причащении святых Христовых таин», в которой собрано множество высказываний древних великих святых о пользе частого причащения и говорится[50]: «Ах, братья мои, если бы мы хотя бы один раз видели мысленными очами нашей души, каких высоких и каких великих благ мы лишаемся, не причащаясь непрестанно, тогда, конечно, мы приложили бы все свои силы, чтобы подготавливаться и причащаться, если бы была возможность, каждый день».

В католицизме

Файл:Ejdzej and Iric wedding communion-01.jpg
Причащение новобрачных в Католической церкви

Католическая церковь учит, что Христос реально присутствует под каждым видом в каждой частице Святых Даров[51], поэтому считает, что причащаясь как под одним видом (только Хлебом) так и под двумя видами (Хлебом и Вином) человек причащается Христу во всей полноте. На этом учении базировалась средневековая церковная практика о причастии мирян под одним видом, а священнослужителей под двумя. Неприятие этой практики частью прихожан, требовавших причащения мирян под двумя видами, породило в Средние века несколько реформистских религиозных движений, самым известным из которых были утраквисты (от лат. utraque specie — «под двумя видами»), более известные как «гуситы». Результатом растущего недовольства стало решение Тридентского собора (15451563), официально запретившее причащения мирян под двумя видами[52]. Только в XX веке Конституция Второго Ватиканского собора (19621965) Sacrosanctum Concilium разрешила причастие под двумя видами для мирян[53]. В современной литургической практике Католической церкви применяются оба способа причащения мирян в зависимости от постановления местной Конференции католических епископов и условий для совершения Евхаристии. Первое причастие в латинском обряде традиционно совершается в возрасте 7-12 лет и проводится с особой торжественностью.

В католичестве существует ряд внелитургических видов почитания Святых Даров, в которые пресуществляются хлеб и вино в евхаристии. Одним из них является адорация — выставление Святых Даров в дароносице специального вида (монстранция) для поклонения и молитвы перед ними. В четверг, следующий за Днём Святой Троицы, то есть на одиннадцатый день после Пятидесятницы отмечается Праздник Тела и Крови Христовых (лат. Corpus Christi - Тело Христово), во время которого совершаются торжественные процессии со Святыми Дарами по улицам городов.

Древневосточные церкви

Файл:Bishop Sebouh Chouldjian giving communion to a child.jpg
Причащение в армянской церкви

В Армянской церкви при совершении евхаристии используется пресный хлеб. Вино, при совершении таинства, используется цельное, не разбавленное водой.

При причащении верующих освящённый евхаристический хлеб (Тело) погружается священником в Чашу с освящённым вином (Кровью) и, преломлённый пальцами на части, подаётся причащающимся. К причастию допускаются прихожане Церквей c апостольским преемством.

В протестантизме

В Англиканской церкви

К причастию допускаются не только члены церкви, но и все христиане, чья конфессиональная принадлежность или личные убеждения допускают возможность такого причащения.

В лютеранстве

Лютеране верят, что Евхаристия «это содержащиеся в хлебе и вине истинные Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, которые мы, христиане, должны есть и пить, по установлению Самого Христа»[54]. Таким образом, причастник принимает элементы как хлеба и вина, так и истинных Тела и Крови Самого Христа. Причастие принимается всеми верующими в двух видах: Тела (хлеб) и Крови (вино). Большинство лютеран отрицают сохранение Тела и Крови в хлебе и вине после окончания Евхаристии. Однако некоторые церкви считают, что освящённые хлеб и вино сохраняют элементы Тела и крови Христа.

В лютеранской литургии во время Таинства Святого Причастия особое внимание уделяется словам установления святого причастия. «Господь наш Иисус Христос в ту ночь, когда Его предали, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и, раздав ученикам, сказал: примите и ядите; сие есть Тело Мое, которое за вас предается, сие совершайте в Мое воспоминание. Также взял Он чашу и возблагодарив, подал им и сказал: примите и пейте из неё все. Сия чаша есть новый завет в Крови Моей, за вас изливаемой во оставление грехов. Когда только будете пить сие, совершайте это в Мое воспоминание»[55]. Поэтому лютеране верят, что именно тот принимает Причастие правильно и достойно, кто верует в эти слова: «за вас предаваемое» и «за вас изливаемое во оставление грехов».

В Евангелическо-лютеранской Церкви вслед за Католической традицией используется для причастия только пресный хлеб (т. н. опреснок). К причастию допускаются только члены церкви, прошедшие конфирмацию.

В Евангельских церквах

В евангельских церквах (баптисты, пятидесятники и др.) не верят в Пресуществление. По мнению евангельских протестантов, хлеб и вино Вечери не являются Телом и Кровью Христа, но указывают[56] на них, подобно тому, как блюда традиционной еврейской пасхальной трапезы являлись символами (Исх. 13:9) древних событий Исхода из Египта, но никак не самими событиями.

В то же время отношение к Евхаристии в церквах евангельских протестантов в высшей степени благоговейное: Евхаристия (наряду с Крещением) входит в число двух основных таинств (обрядов) евангельских христиан.

В ходе совершения Евхаристии пресвитер (пастор) церкви зачитывает отрывок из Библии, повествующий об установлении таинства, затем совершаются молитвы над хлебом и вином. Хлеб разламывается руками на маленькие части, после чего служители поочередно обходят участвующих. Как в разных евангельских конфессиях, так и в разных общинах в рамках одной конфессии существуют различия в традиции совершения Вечери: она может быть открытой (для всех желающих) и закрытой (только для официальных членов церкви); вместо вина может использоваться виноградный сок; вино может подаваться в общей чаше либо в индивидуальных маленьких чашечках; хлеб может разламываться сначала на две-четыре больших части и затем каждая из них крошиться на более мелкие, либо ломаться на мелкие части сразу и т. д.

В Церкви адвентистов седьмого дня

В адвентизме Вечеря Господня также обладает символическим, а не тáинственным значением. Перед принятием символов Тела и Крови Христа совершается обряд омовения ног Ин. 13:14-15. После этого сначала благословляют и раздают хлеб, а затем вино.

Адвентисты используют для причастия только пресный хлеб и виноградный сок (хотя в ходе обряда его зачастую называют вином). Отсутствием брожения в обоих символах подчёркивается непорочность Христа. Такая практика считается самой библейски обоснованной, поскольку Христос совершил Тайную вечерю на Пасху, когда в домах не должно было быть ничего квасного и перебродившего.

К причастию допускается любой человек, исповедующий Христа Спасителем, однако внутри общины Вечерю не принимают ещё не крещённые прихожане, в том числе дети.

Вечеря обычно проводится один раз в три месяца, хотя при необходимости её могут совершить в любое время. Совершать обряд имеет право только рукоположенный пресвитер или проповедник, однако это правило относится к области церковного порядка, а не богословия, поскольку служитель не считается носителем особой благодати для совершения обрядов. Диаконы могут лишь помогать в проведении Вечери, разнося благословлённые хлеб и вино как на самом собрании, так и домой тем, кто не смог прийти в церковь[57].

Религиозные практики групп спорной религиозной принадлежности

Такие религиозные группы, как «Свидетели Иеговы» и мормоны, относят себя к христианам и нередко рассматриваются в качестве таковых. Однако подобная классификация не бесспорна. Значительное число источников отрицает принадлежность этих двух групп к христианству и рассматривает их как псевдохристианские или парахристианские.

Это замечание существенно, поскольку, согласно определению, приведенному в начале статьи, Евхаристия является христианским таинством, священнодействием или обрядом.

Свидетели Иеговы

Свидетели Иеговы считают, что вечером 14 нисана 33 года н. э. Иисус учредил «Вечерю Господню». Он только что закончил праздновать с учениками еврейскую Пасху, поэтому, по их мнению, дата известна точно. Исходя из этой даты свидетели Иеговы могут отмечать это событие каждый год в соответствующий день, подобно тому как отмечается еврейская Пасха.[58][59][60][61]

Мормоны

Для мормонов движения святых последних дней причастие является ключевым таинством. Каждое воскресенье во время первого часа члены церкви мормонов принимают причастие в память о крови и теле Иисуса Христа, которые олицетворяют Его искупление. Таким образом, члены церкви возобновляют завет с Богом, заключённый при крещении (обещание соблюдать Его заповеди и взять на себя имя Иисуса Христа). [[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.ЕвхаристияОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.ЕвхаристияОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Евхаристия[источник не указан 2007 дней]

Для причастия мормоны используют пресный хлеб и воду. Изначально в качестве символа крови Христа использовалось вино, однако в связи со строгими законами здоровья его впоследствии заменили на воду. Как считается, не имеет значения, что есть и пить, если при этом человек вспоминает жертву Христа[62].

Мнения о происхождении евхаристии

Некоторые учёные связывают происхождение христианской евхаристии с древними обрядами ритуально-магического каннибализма (теофагия)[63]. Под влиянием мифологической школы подобная точка зрения присутствует в БСЭ[64]. Согласно БСЭ в той или иной форме эти представления присутствуют в митраизме[65].

Ранние христиане подвергались гонениям со стороны властей Римской империи из-за некоторой схожести обряда евхаристии с ритуальным каннибализмом[66]. Кирилл Александрийский также подчёркивал, что без животворящего Слова Божия, находящегося в мистическом и реальном единстве с плотью, Евхаристия превращается в людоедство. Чтобы в соответствии с этим утверждением Кирилла избежать аналогии с каннибализмом, император Юстиниан I предложил добавлять в вино символ Логоса — тёплую воду, что и сохраняется в православии и католицизме[67].

См. также

Напишите отзыв о статье "Евхаристия"

Примечания

  1. [http://dlib.rsl.ru/viewer/01004169245#?page=412 Полный православный богословский энциклопедический словарь] — словарь в двух томах, изданный в Санкт-Петербурге в 1913 году, издательством Петра Сойкина, том 1, столбик 831.
  2. Ткаченко А. А. [http://www.pravenc.ru/text/348067.html Евхаристия. Часть I] // Православная энциклопедия. Том XXIXVII. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2008. — С. 533—615. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 978-5-89572-030-1
  3. 1 2 Стенли Дж. Гренц, Дэвид Гурецки, Черит Фи Нордлинг. Теологические термины: Карманный словарь / Пер. с англ. Н. Рыбальченко. — Александрия: Ездра, 2006. — с 27, 46. — (Исследуем Писания). — ISBN 966-8182-03-0 (рос.). — ISBN 0-8308-1449-3 (англ.).
  4. [http://krotov.info/spravki/essays_bible/slovari/1970_dufur_06e.htm Статья «Евхаристия»] — Словарь библейского богословия. Под редакцией Ксавье Леон-Дюфура и Жана Люпласи, Августина Жоржа, Пьера Грело, Жака Гийе, Марка-Франсуа Лакана. Перевод со второго французского издания. Брюссель: Жизнь с Богом, 1990. Французское издание: Vocabulaire de Theologie Biblique, Paris: Editions Du Serf, 1970. 2-me ed.
  5. Пантелеимон, епископ Смоленский и Вяземский. [http://www.nsad.ru/articles/liturgiya-tajna-soedineniya-s-bogom Литургия: Тайна соединения с Богом] // Нескучный сад, журнал.
  6. [http://www.pravmir.ru/ob-uchastii-vernyih-v-evharistii/ Об участии верных в Евхаристии], Документ, одобренный на Архиерейском Совещании Русской Православной Церкви, прошедшем 2-3 февраля 2015 года в Храме Христа Спасителя в Москве // Православие и мир, 03 февраля 2015 г.
  7. Христианство: Словарь. / Под ред. Л. Н. Митрохина. — М.: Республика, 1994. — С. 146
  8. [http://verapravoslavnaya.ru/?Evharistiya], [http://drevo-info.ru/articles/221.html]
  9. [http://www.agape-biblia.org/books/Book03/Text/Br_P.htm#_Toc19936687 Пасха] // Библейская энциклопедия Брокгауза / Фриц Ринекер; Герхард Майер; Александр Шик, Ульрих Вендель. — М.: Christliche Verlagsbuchhandlung Paderborn, 1999. — 1226 с.
  10. Пасха // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  11. Гриц И. Я. [http://www.pravenc.ru/text/63320.html Агнец пасхальный] // Православная энциклопедия. Том I. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2000. — С. 257-258. — 752 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-89572-006-4
  12. [http://www.pravenc.ru/text/158292.html Ветхозаветное богослужение] // Православная энциклопедия. Том XIXVVIVIII. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2004. — С. 59-66. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-014-5
  13. 1 2 Иларион (Алфеев) [http://www.pravoslavie.by/page_book/78251 митрополит, Тайная Вечеря] // Православие, т. 2
  14. 1 2 [http://www.eleven.co.il/article/13743 Седер] // Электронная еврейская энциклопедия
  15. 1 2 3 Успенский Н. Д., [http://www.portal-slovo.ru/theology/40778.php Тайная Вечеря и Трапеза Господня] //Журнал Московской патриархии. 1967. № 3-4.
  16. [http://azbyka.ru/otechnik/?Lopuhin/tolkovaja_biblija_51=26 Евангелие от Матфея, глава 26] // Толковая Библия под редакцией Лопухина.
  17. Неклюдов К. В., Ткаченко А. А. [http://www.pravenc.ru/text/158698.html Вино] // Православная энциклопедия. Том XIXVVIVIII. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2004. — С. 516-521. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-014-5
  18. [http://baptist.spb.ru/?sacrament/eucharist ПРИЧАСТИЕ (ЕВХАРИСТИЯ)] // сайт «Баптисты Петербурга»
  19. Баркли Уильям — [http://www.bible.by/barclay-new-testament/read-com/41/14/ Комментарий Баркли к Новому Завету (Евангелие от Марка, глава 14)]
  20. [http://azbyka.ru/otechnik/?Lopuhin/tolkovaja_biblija_64=11 Первое послание Святого Апостола Павла к Коринфянам, глава 11] // Толковая Библия под редакцией Лопухина.
  21. архимандрит Киприан (Керн)[http://azbyka.ru/otechnik/Kiprian_Kern/evharistija/2_3 Евхаристия]
  22. А. С. Кашкин, Устав православного богослужения, Саратов, 2010 г., стр. 669
  23. Собрание древних литургий. АНАФОРА Евхаристическая молитва «духовная АкадемиЯ», издат. «Даръ», М., 2007 г., стр. 113 — Примечание № 3: цитирование Тайноводственного поучения Свт. Кирилла Иерусалимского
  24. Диакон Владимир Василик.[http://ruskline.ru/analitika/2013/04/05/pnevmatologicheskoe_izmerenie_evharistii Пневматологическое измерение Евхаристии]
  25. Архимандрит Киприан (Керн). [http://azbyka.ru/otechnik/Kiprian_Kern/evharistija/2_4 Евхаристия. Ἐπίκλησις (Молитва призывания Святого Духа)]
  26. PG, 155, 300 В
  27. Объяснение православных богослужений, обрядов и таинств. Блаженный Симеон Солунский. — Изд-во Оранта. 2010. — С. 5.
  28. Три защитительных слова против порицающих святые иконы или изображения. — СПб., 1893, рСТСЛ, 1993. — С. 108
  29. О таинственном Теле Господа нашего Иисуса Христа // Проповеди св. Геннадия II (Георгия) Схолария, патриарха Константинопольского. — СПб., 2007. — С. 279
  30. [http://books.google.ru/books?id=PwQRAAAAYAAJ&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage&q&f=false PG 3 col. 424]
  31. [http://www.biblioteka3.ru/biblioteka/dionis_areopag/cerk_ier/txt03.html Дионисий Ареопагит. О церковной иерархии. Глава 3. О том, что совершается в собрании.]
  32. [http://azbyka.ru/?otechnik/Pravila_Svjatyh/tomos_konstantinopolskogo_sobora_1157=2 Томос и определения Константинопольского Собора 1157 г.] // Успенский Ф. И. «Синодик». — С. 428—431. Цит. по Павел Черемухин «Константинопольский собор 1157 г. и Николай еп. Мефонский». // Богословские труды. Сб. 1. — М., 1960.
  33. 1 2 [http://www.vatican.va/archive/compendium_ccc/documents/archive_compendium-ccc_ru.pdf Катехизис Католической Церкви. Компендиум.] — Культурный центр «Духовная библиотека, 2007 ISBN 5-94270-048-6»
  34. [http://azbyka.ru/knigi/istoria_termina_presuschestvlenie.shtml Владимир Юргенсон История термина «пресуществление» в православном богословии]
  35. Бернацкий М. М. [http://www.btrudy.ru/resources/BT41/133-145_bern.pdf Константинопольский Собор 1691 г. и его рецепция в Русской Православной Церкви] // Богословские труды, сборник 41. — М., 2007. — 591 с.
  36. [http://theolcom.ru/doc/071225/zbr.pdf Заключение] // Синодальной Богословской Комиссии
  37. Протоиерей Валентин Асмус [http://www.patriarchia.ru/db/print/97468.html <Евхаристия>] // Patriarchia.ru, 15.03.2006 г.
  38. [http://azbyka.ru/library/dogmaticheskoe-bogoslovie-davydenkov.shtml#32_prelozhenie_khleba_i_vina_v_tainstve_evkharistii Догматическое богословие Олег Давыденков читать, скачать — протоиерей Олег Давыденков]
  39. Успенский Н. Д. [http://pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=769 Святоотеческое учение о Евхаристии и возникновение конфессиональных расхождений] // Анафора. Опыт историко-литургического анализа. Богословские труды. Сб. 13. — М., 1975. — С. 125—147.
  40. 1 2 [http://theolcom.ru/doc/071225/zbr.pdf Заключение] Синодальной Богословской Комиссии по Совместному заявлению Православно-лютеранской комиссии по богословскому диалогу «Тайна Церкви: Святая Евхаристия в жизни Церкви» (Братислава, 2-9. 11. 2006)
  41. Протоиерей Валентин Асмус: [http://www.patriarchia.ru/db/print/97468.html <Евхаристия>] // Patriarchia.ru, 15 марта 2006 г.
  42. Архимандрит Киприан (Керн). [http://lib.eparhia-saratov.ru/books/10k/kiprian/evharistia/55.html Отдел второй. Объяснение Литургии (Практические указания и богословское истолкование) Составные части Литургии Έπίκλησις (Молитва призывания Святого Духа) Происхождение молитвы эпиклезы] // Евхаристия (из чтений в Православном Богословском институте в Париже). — М.: Храм свв. бесср. Космы и Домиана на Маросейке, 1999.
  43. Хуан Матеос. [http://www.liturgica.ru/bibliot/biz_lit.html Развитие византийской Литургии] // John XXIII Lectures. Vol. I. 1965. Byzantine Christian Heritage. — New York (Bronx), N. Y.:John XXIII Center For Eastern Christian Studies. Fordham University, 1966.
  44. Протоиерей Александр Шмеман. Таинство царства. http://azbyka.ru/tserkov/duhovnaya_zhizn/sem_tserkovnyh_tainstv/prichaschenie2/evharistiya_tainstvo_tsarstva-all.shtml
  45. Taft R.F. The Epiclesis Question in the Light of the Orthodox and Catholic Lex Orandi Traditions // New Perspectives on Historical Theology: Essays in memory of John Meyendorff. Michigan, Cambridge, 1995. P.
  46. [http://patriarchia.ru/db/text/618472.html В Великий четверг Предстоятель Русской Православной Церкви совершил чин омовения ног] Официальный портал МП 16 апреля 2009.
  47. Эти традиции существовали в прошлом. В настоящее время им следуют не слишком строго.
  48. «В современном Православии нет общепринятого мнения относи­тельно того, как часто следует причащаться. Практика одной По­местной Православной Церкви в этом плане может существенно отличаться от практики другой Церкви, и даже внутри одной По­местной Церкви различная практика может существовать в разных регионах, епархиях и приходах. Иной раз даже на одном приходе два священника по-разному учат о том, как часто следует присту­пать к Таинству Евхаристии.» [http://www.pravoslavie.by/page_book/81129 Как часто следует причащаться?] // Иларион (Алфеев), митрополит', Православие. Том 2)
  49. «… до революции только единицы стремились к частому приобщению, и ежемесячное причащение считалось чуть ли не каким-то подвигом, а в основном люди приступали к святой Чаше раз в год» — пишет в своей статье [http://rusk.ru/st.php?idar=104915 «О частом причащении Святых Христовых Таин»] иерей Даниил Сысоев.
  50. Максимов Ю. Г. [http://www.pravoslavie.ru/polemika/5784.htm Правда о практике частого причащения. Часть 2] на сайте Православие.Ru
  51. «Евхаристия» // Католическая энциклопедия. Т.1 . М.:Изд. францисканцев, 2002. — С. 1782
  52. [http://procatholic.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=2747:2011-06-14-21-37-02&catid=111:2008-02-19-09-00-07&Itemid=99 Стефано Каприо. Вопрос — ответ. О причастии под двумя видами// procatholic.ru]
  53. [http://www.krotov.info/acts/20/2vatican/dcmnt01.html#%D0%9E Sacrosanctum Concilium. &55] // Документы II Ватиканского собора. / Пер. Андрея Коваля. — М.: Паолине, 1998 г.589 с.
  54. Краткий катехизис д-ра Мартина Лютера, Книга Согласия: Вероисповедание и учение лютеранской церкви. — СПб: Фонд «Лютеранское Наследие», 1996. VI,2
  55. Краткий катехизис д-ра Мартина Лютера, Книга Согласия: Вероисповедание и учение лютеранской церкви. — СПб: Фонд «Лютеранское Наследие», 1996. VI,4
  56. [http://baptist.org.ru/faith/verouchenie Вероучение евангельских христиан-баптистов 1985 года]
  57. Церковное руководство Церкви адвентистов седьмого дня. — 2010.
  58. [http://slovari.yandex.ru/%D1%81%D0%B2%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D1%82%D0%B5%D0%BB%D0%B8%20%D0%98%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D1%8B/%D0%A0%D0%B5%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F%20%D0%B8%20%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%B7%D0%BC/%D0%A1%D0%B2%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D1%82%D0%B5%D0%BB%D0%B8%20%D0%98%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D1%8B/ Свидетели Иеговы](недоступная ссылка с 14-06-2016 (1071 день))// Смирнов М. Ю. Реформация и протестантизм: Словарь. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. — 197 с.
  59. Дворкин А. Л. Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. — Нижний Новгород.:Христианская библиотека, 2006. — С.165—166, С.174 ISBN 5-88213-050-6
  60. Иваненко С. И. [http://books.google.com/books?id=dR9lAAAACAAJ О людях, никогда не расстающихся с Библией]. — М.: Республика, 1999. — 270 с. — ISBN 5728701760.
  61. Гордиенко Н. С. Российские Свидетели Иеговы: история и современность. Санкт-Петербург: Лимбус Пресс, 2000
  62. [http://xn--l1aadcbk.xn--p1ai/1433/do-mormons-have-mass Проводят ли мормоны литургию? | Мормон.рф]. xn--l1aadcbk.xn--p1ai. Проверено 24 января 2016.
    • Neville Robert C. (англ.) [http://books.google.com/books?id=0gnFbfw4em0C&printsec=frontcover&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Symbols of Jesus: a Christology of symbolic engagement.] — Cambridge: Cambridge University Press. 2001. — P. 64
    • Shirley Lindenbaum. Thinking About Cannibalism. // Annual Review of Anthropology. — Vol. 33. — 475—498 p.
    • Lewis. I. M. [http://books.google.com/books?id=dqVAuHnVbwgC&printsec=frontcover&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Religion in context: cults and charisma.]
    • Marc Shell (англ.) Children of the Earth: Literature, Politics, and Nationhood. — Oxford University Press, 1994
    • Arthur C. Lehmann, James Edward. Magic, Witchcraft, and Religion: An Anthropological Study of the Supernatural. — Mayfield Pub. Co., 1989—482 p.
    • Carlos Jauregui (Vanderbilt University) [http://sitemason.vanderbilt.edu/files/h/h9o95S/Jauregui032607.pdf Cannibalism, the Eucharist, and Criollo Subjects.] // Creole Subjects in the Colonial
    Americas: Empires, Texts, Identities Ralph Bauer and Jose Antonio Mazzotti (eds.), (forthcoming with Omohundro Institute of Early American History and Culture at the College of William and Mary in Colonial Williamsburg, University of North Carolina Press, 2007. — P. 23
    • Francis Barker, Peter Hulme,Margaret Iversen. [http://books.google.com/books?id=7Msus-IZhCsC&lr=&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Cannibalism and the colonial world.] — Cambridge: Cambridge University Press, 1998. — 324 p.
    • Francisco J. Cevallos Candau. [http://books.google.com/books?id=SDwG07PjK9sC&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Coded encounters: writing, gender, and ethnicity in colonial Latin America.]. — University of Massachusetts Press, 1994 — Всего страниц: 298
  63. «Человеческие жертвоприношения у ацтеков сопровождались обрядовой едой тела „божества“, к-рого символизировал приносимый в жертву человек. Пережиток сакрально-магич. Л. можно видеть в христианском обряде причащения.„[http://bse2.ru/book_view.jsp?idn=030290&page=540&format=html Людоедство] // Большая советская энциклопедия, издание 2-е. — С. 540
  64. П. восходит к магич. обрядам „богоедства“ и человеческих жертвоприношений в первобытной религии, в к-рой широко было распространено представление о том, что поедание священных животных и побеждённых врагов передаёт людям их качества: силу, ловкость, ум, хитрость и т. д. В той или иной форме эти древнейшие представления вошли во многие религии (иудаизм, культ бога Митры и др.) и были заимствованы христианством.» — [http://bse2.ru/book_view.jsp?idn=030299&page=551&format=html Причащение] // Большая советская энциклопедия, издание 2-е. — С. 551
  65. [http://books.google.com/books?id=IDsk47MeksAC&hl=ru&source=gbs_navlinks_s Human Sacrifice.] // Britannica Encyclopedia of World Religions
  66. [http://azbyka.ru/tserkov/svyatye/s_o_bogoslovie/meiendorf_vvedenie_v_bogoslovie_24-all.shtml Протоирей Иоанн Мейендорф. Введение в святоотеческое богословие. Кирилл Александрийский.]

Литература

Ссылки

  • [http://www.krotov.info/acts/20/2vatican/1322.html Статья 3 «Таинство Евхаристии» главы первой второго раздела части второй Катехизиса Католической Церкви]
  • [http://www.netzwerk-eucharistie.de.vu Сеть евхаристического поклонения]
  • [http://www.pravmir.ru/article_1668.html Круглый стол о подготовке к Причастию]
  • Кураев А. В. [http://www.pravmir.ru/article_2182.html Причастие — радостная весть для плоти.]
  • Прот.М.Козлов [http://files.predanie.ru/mp3/Sravnitelnoe_bogoslovie/tainstva_1.mp3] [http://files.predanie.ru/mp3/Sravnitelnoe_bogoslovie/tainstva_2.mp3] Понимание Таинства Евхаристии в Католицизме. Мнение православного священника. Аудиолекции в формате mp3.
  • [http://patriarchia.ru/db/text/363879.html В Комиссии по церковной социальной деятельности состоялось собрание больничных священников.]

Отрывок, характеризующий Евхаристия

– Милые девочки, а вы всё же разрешите мне постеречь вашего дракончика, пока вы будете гулять? – ни за что не желая его забыть, потупив свои круглые глазки, попросила маленькая Лия.
– Ну ладно, стереги. – Милостиво разрешила Стелла. – Только никому не давай, а то он ещё малыш и может испугаться.
– Ой, ну что-о вы, как можно!.. Я его буду очень любить, пока вы вернётесь...
Девчушка готова была просто из кожи лесть вон, только бы получить своего невероятного «чудо-дракона», а это «чудо» дулось и пыхтело, видимо стараясь изо всех сил понравиться, как будто чувствовало, что речь идёт именно о нём...
– А вы когда ещё придёте? Вы очень скоро придёте, милые девочки? – в тайне мечтая, что мы придём очень нескоро, спросила малышка.
Нас со Стеллой отделила от них мерцающая прозрачная стена...
– С чего начнём? – серьёзно спросила озабоченная не на шутку девчушка. – Такого я никогда не встречала, но я ведь здесь ещё не так давно... Теперь мы должны что-то делать, правда же?.. Мы ведь обещали!
– Ну, давай попробуем «надеть» их образы, как ты и предлагала? – долго не думая, сказала я.
Стелла что-то тихонько «поколдовала», и через секунду стала похожа на кругленькую Лию, ну а мне, естественно, досталась Мама, что меня очень рассмешило... А надевали мы на себя, как я понимала, просто энергетические образы, с помощью которых мы надеялись найти нужных нам, пропавших людей.
– Вот это есть положительная сторона использования чужих образов. А существует ещё и отрицательная – когда кто-то использует это в плохих целях, как та сущность, которая надела на себя бабушкин «ключ», чтобы могла меня бить. Это мне всё Бабушка объясняла...
Забавно было слышать, как эта малюсенькая девчушка профессорским голоском излагала такие серьёзные истины... Но она и впрямь относилась ко всему очень серьёзно, несмотря на её солнечный, счастливый характер.
– Ну что – пошли, «девочка Лия»? – уже с большим нетерпением спросила я.
Мне очень хотелось посмотреть эти, другие, «этажи» пока ещё хватало на это сил. Я уже успела заметить, какая большая разница была между этим, в котором мы находились сейчас, и «верхним», Стеллиным «этажом». Поэтому, было очень интересно побыстрее «окунуться» в очередной незнакомый мир и узнать о нём, по-возможности, как можно больше, потому что я совсем не была уверена, вернусь ли сюда когда-то ещё.
– А почему этот «этаж» намного плотнее чем предыдущий, и более заполнен сущностями? – спросила я.
– Не знаю... – пожала своими хрупкими плечиками Стелла. – Может потому, что здесь живут просто лишь хорошие люди, которые никому не делали зла, пока жили в своей последней жизни. Поэтому их здесь и больше. А наверху живут сущности, которые «особенные» и очень сильные... – тут она засмеялась. – Но я не говорю про себя, если ты это подумала! Хотя бабушка говорит, что моя сущность очень старая, больше миллиона лет... Это ужас, как много, правда? Как знать, что было миллион лет тому назад на Земле?.. – задумчиво произнесла девочка.
– А может быть ты была тогда совсем не на Земле?
– А где?!.. – ошарашено спросила Стелла.
– Ну, не знаю. Разве ты не можешь посмотреть?– удивилась я.
Мне тогда казалось, что уж с её-то способностями возможно ВСЁ!.. Но, к моему большому удивлению, Стелла отрицательно покачала головкой.
– Я ещё очень мало умею, только то, что бабушка научила. – Как бы сожалея, ответила она.
– А хочешь, я покажу тебе своих друзей? – вдруг спросила я.
И не дав ей подумать, развернула в памяти наши встречи, когда мои чудесные «звёздные друзья» приходили ко мне так часто, и когда мне казалось, что ничего более интересного уже никак не может быть...
– О-ой, это же красота кака-ая!... – с восторгом выдохнула Стелла. И вдруг, увидев те же самые странные знаки, которые они мне показывали множество раз, воскликнула: – Смотри, это ведь они учили тебя!.. О-о, как это интересно!
Я стояла в совершенно замороженном состоянии и не могла произнести ни слова... Учили???... Неужели все эти года я имела в своём же мозгу какую-то важную информацию, и вместо того, чтобы как-то её понять, я, как слепой котёнок, барахталась в своих мелких попытках и догадках, пытаясь найти в них какую-то истину?!... А это всё уже давным-давно у меня было «готовеньким»?..
Даже не зная, чему это меня там учили, я просто «бурлила» от возмущения на саму себя за такую оплошность. Подумать только, у меня прямо перед носом раскрыли какие-то «тайны», а я ничего и не поняла!.. Наверное, точно не тому открыли!!!
– Ой, не надо так убиваться! – засмеялась Стелла. – Покажешь бабушке и она тебе объяснит.
– А можно тебя спросить – кто же всё-таки твоя бабушка? – стесняясь, что вхожу в «частную территорию», спросила я.
Стелла задумалась, смешно сморщив свои носик (у неё была эта забавная привычка, когда она о чём-то серьёзно думала), и не очень уверенно произнесла:
– Не знаю я... Иногда мне кажется, что она знает всё, и что она очень, очень старая... У нас было много фотографий дома, и она там везде одинаковая – такая же, как сейчас. Я никогда не видела, какой она была молодой. Странно, правда?
– И ты никогда не спрашивала?..
– Нет, я думаю, она мне сказала бы, если бы это было нужно... Ой, посмотри-ка! Ох, как красиво!.. – вдруг неожиданно в восторге запищала малышка, показывая пальчиком на странные, сверкающие золотом морские волны. Это конечно же было не море, но волны и в правду были очень похожи на морские – они тяжело катились, обгоняя друг друга, как бы играясь, только на месте слома, вместо снежно-белой морской пены, здесь всё сплошь сверкало и переливалось червонным золотом, распыляя тысячами прозрачные золотистые брызги... Это было очень красиво. И мы, естественно, захотели увидеть всю эту красоту поближе...
Когда мы подошли достаточно близко, я вдруг услышала тысячи голосов, которые звучали одновременно, как бы исполняя какую-то странную, не похожую ни на что, волшебную мелодию. Это была не песня, и даже не привычная нам музыка... Это было что-то совершенно немыслимое и неописуемое... но звучало оно потрясающе.
– Ой, это же мыслящее море! О, это тебе точно понравится! – весело верещала Стелла.
– Оно мне уже нравится, только не опасно ли это?
– Нет, нет, не беспокойся! Это просто для успокоения «потерянных» душ, которым всё ещё грустно после прихода сюда... Я слушала его здесь часами... Оно живое, и для каждой души «поёт» другое. Хочешь послушать?
И я только сейчас заметила, что в этих золотых, сверкающих волнах плещутся множество сущностей... Некоторые из них просто лежали на поверхности, плавно покачиваясь на волнах, другие ныряли в «золото» с головой, и подолгу не показывались, видимо, полностью погружаясь в мысленный «концерт» и совершенно не спеша оттуда возвращаться...
– Ну, что – послушаем? – нетерпеливо подталкивала меня малышка.
Мы подошли вплотную... И я почувствовала чудесно-мягкое прикосновение сверкающей волны... Это было нечто невероятно нежное, удивительно ласковое и успокаивающее, и в то же время, проникающее в самую «глубинку» моей удивлённой и чуть настороженной души... По моей стопе пробежала, вибрируя миллионами разных оттенков, тихая «музыка» и, поднимаясь вверх, начала окутывать меня с головой чем-то сказочно красивым, чем-то, не поддающимся никаким словам... Я чувствовала, что лечу, хотя никакого полёта наяву не было. Это было прекрасно!.. Каждая клеточка растворялась и таяла в набегающей новой волне, а сверкающее золото вымывало меня насквозь, унося всё плохое и грустное и оставляя в душе только чистый, первозданный свет...
Я даже не почувствовала, как вошла и окунулась в это сверкающее чудо почти с головой. Было просто невероятно хорошо и не хотелось никогда оттуда выходить...
– Ну, всё, хватит уже! Нас задание ждёт! – ворвался в сияющую красоту напористый Стеллин голосок. – Тебе понравилось?
– О, ещё как! – выдохнула я. – Так не хотелось выходить!..
– Вот, вот! Так и «купаются» некоторые до следующего воплощения... А потом уже больше сюда не возвращаются...
– А куда же они идут? – удивилась я.
– Ниже... Бабушка говорит, что здесь место тоже надо себе заслужить... И кто всего лишь ждёт и отдыхает, тот «отрабатывает» в следующем воплощении. Думаю, это правда...
– А что там – ниже? – заинтересованно спросила я.
– Там уже не так приятно, поверь мне. – Лукаво улыбнулась Стелла.
– А это море, оно только одно или таких здесь много?
– Ты увидишь... Оно всё разное – где море, где просто «вид», а где просто энергетическое поле, полное разных цветов, ручейков и растений, и всё это тоже «лечит» души и успокаивает... только не так-то просто этим пользоваться – надо сперва заслужить.
– А кто не заслужит? Разве они живут не здесь?– не поняла я.
– Живут-то живут, но уже не так красиво... – покачала головой малышка. – Здесь так же, как на Земле – ничто не даётся даром, только вот ценности здесь совсем другие. А кто не хочет – тому и достаётся всё намного более простое. Всю эту красоту нельзя купить, её можно только заслужить...
– Ты говоришь сейчас точно как твоя бабушка, будто ты выучила её слова...– улыбнулась я.
– Так оно и есть! – вернула улыбку Стелла. – Я многое стараюсь запомнить, о чём она говорит. Даже то, что пока ещё не совсем понимаю... Но ведь пойму когда-нибудь, правда же? А тогда, возможно, уже некому будет научить... Вот и поможет.
Тут, мы вдруг увидели весьма непонятную, но очень привлекательную картинку – на сияющей, пушисто-прозрачной голубой земле, как на облаке, стояло скопление сущностей, которые постоянно сменяли друг друга и кого-то куда-то уводили, после опять возвращаясь обратно.
– А это, что? Что они там делают? – озадачено спросила я.
– О, это они всего лишь помогают приходить «новичкам», чтобы не страшно было. Это где приходят новые сущности. – Спокойно сказала Стелла.
– Ты уже видела всё это? А можем мы посмотреть?
– Ну, конечно! – и мы подошли поближе...
И я увидела, совершенно захватывающее по своей красоте, действие... В полной пустоте, как бы из ничего, вдруг появлялся прозрачный светящийся шар и, как цветок, тут же раскрывался, выпуская новую сущность, которая совершенно растерянно озиралась вокруг, ещё ничего не понимая... И тут же, ждущие сущности обнимали «новоприбывшего» сгустком тёплой сверкающей энергии, как бы успокаивая, и сразу же куда-то уводили.
– Это они приходят после смерти?.. – почему-то очень тихо спросила я.
Стелла кивнула и грустно ответила:
– Когда пришла я, мы ушли на разные «этажи», моя семья и я. Было очень одиноко и грустно... Но теперь уже всё хорошо. Я к ним сюда много раз ходила – они теперь счастливы.
– Они прямо здесь, на этом «этаже»?.. – не могла поверить я.
Стелла опять грустно кивнула головкой, и я решила, больше не буду спрашивать, чтобы не бередить её светлую, добрую душу.
Мы шли по необычной дороге, которая появлялась и исчезала, по мере того, как мы на неё ступали. Дорога мягко мерцала и как будто вела, указывая путь, будто зная, куда нам надо идти... Было приятное ощущение свободы и лёгкости, как если бы весь мир вокруг вдруг стал совершенно невесомым.
– А почему эта дорога указывает нам, куда идти? – не выдержала я.
– Она не указывает, она помогает. – Ответила малышка. – Здесь всё состоит из мысли, забыла? Даже деревья, море, дороги, цветы – все слышат, о чём мы думаем. Это по-настоящему чистый мир... наверное, то, что люди привыкли называть Раем... Здесь нельзя обмануть.
– А где же тогда Ад?.. Он тоже существует?
– О, я обязательно тебе покажу! Это нижний «этаж» и там ТАКОЕ!!!... – аж передёрнула плечиками Стелла, видимо вспомнив что-то не очень приятное.
Мы всё ещё шли дальше, и тут я заметила, что окружающее стало понемножечку меняться. Прозрачность куда-то начала исчезать, уступая место, намного более «плотному», похожему на земной, пейзажу.
– Что происходит, где мы? – насторожилась я.
– Всё там же. – Совершенно спокойно ответила малышка. – Только мы сейчас уже находимся в той части, что попроще. Помнишь, мы только что говорили об этом? Здесь в большинстве своём те, которые только что пришли. Когда они видят такой, похожий на их привычный, пейзаж – им легче воспринимать свой «переход» в этот, новый для них, мир... Ну и ещё, здесь живут те, которые не хотят быть лучше, чем они есть, и не желают делать ни малейших усилий, чтобы достичь чего-то выше.
– Значит, этот «этаж» состоит как бы из двух частей?– уточнила я.
– Можно сказать и так. – Задумчиво ответила девчушка, и неожиданно перешла на другую тему – Что-то никто здесь не обращает на нас никакого внимания. Думаешь, их здесь нет?
Оглядевшись вокруг, мы остановились, не имея ни малейшего понятия, что предпринять дальше.
– Рискнём «ниже»? – спросила Стелла.
Я чувствовала, что малышка устала. Да и я тоже была очень далеко от своей лучшей формы. Но я была почти уверена, что сдаваться она никак не собирается, поэтому кивнула в ответ.
– Ну, тогда надо немного подготовиться... – закусив губу и серьёзно сосредоточившись, заявила воинственная Стелла. – Знаешь ли ты, как поставить себе сильную защиту?
– Вроде бы – да. Но я не знаю, насколько она будет сильная. – Смущённо ответила я. Мне очень не хотелось именно сейчас её подвести.
– Покажи, – попросила девочка.
Я поняла, что это не каприз, и что она просто старается мне помочь. Тогда я попробовала сосредоточиться и сделала свой зелёный «кокон», который я делала себе всегда, когда мне нужна была серьёзная защита.
– Ого!.. – удивлённо распахнула глазёнки Стелла. – Ну, тогда пошли.
На этот раз наш полёт вниз уже был далеко не таким приятным, как предыдущий... Почему-то очень сдавило грудь и тяжело было дышать. Но понемножку всё это как бы выровнялось, и я с удивлением уставилась на открывшийся нам, жутковатый пейзаж...
Тяжёлое, кроваво-красное солнце скупо освещало тусклые, фиолетово-коричневые силуэты далёких гор... По земле, как гигантские змеи, ползли глубокие трещины, из которых вырывался плотный, тёмно-оранжевый туман и, сливаясь с поверхностью, становился похожим на кровавый саван. Всюду бродили странные, будто неприкаянные, сущности людей, которые выглядели очень плотными, почти что физическими... Они то появлялись, то исчезали, не обращая друг на друга никакого внимания, будто никого кроме себя не видели и жили лишь в своём, закрытом от остальных, мире. Вдалеке, пока что не приближаясь, иногда появлялись тёмные фигуры каких-то чудовищных зверей. Ощущалась опасность, пахло жутью, хотелось бежать отсюда сломя голову, не поворачиваясь назад...
– Это мы прямо в Аду что ли? – в ужасе от увиденного, спросила я.
– Но ты же хотела посмотреть, как это выглядит – вот и посмотрела. – Напряжённо улыбаясь, ответила Стелла.
Чувствовалось, что она ожидает какую-то неприятность. Да и ничего другого, кроме неприятностей, здесь, по-моему, просто никак не могло быть...
– А ты знаешь, иногда здесь попадаются и добрые сущности, которые просто совершили большие ошибки. И если честно, мне их очень жалко... Представляешь – ждать здесь следующего своего воплощения?!. Жуть!
Нет, я никак не могла этого представить, да и не хотела. И уж этим же самым добром здесь ну никак не пахло.
– А ты ведь не права! – опять подслушала мои мысли малышка. – Иногда сюда и, правда, попадают очень хорошие люди, и за свои ошибки они платят очень дорого... Мне их, правда, жаль...
– Неужели ты думаешь, что наш пропавший мальчик тоже попал сюда?!. Уж он-то точно не успел ничего такого дурного совершить. Ты надеешься найти его здесь?.. Думаешь, такое возможно?
– Берегись!!! – вдруг дико завизжала Стелла.
Меня расплющило по земле, как большую лягушку, и я всего лишь успела почувствовать, как будто на меня навалилась огромная, жутко воняющая. гора... Что-то пыхтело, чавкало и фыркало, расточая омерзительный запах гнили и протухшего мяса. У меня чуть желудок не вывернуло – хорошо, что мы здесь «гуляли» только сущностями, без физических тел. Иначе у меня, наверняка, случились бы самые неприятные неприятности.....
– Вылезай! Ну, вылезай же!!! – пищала перепуганная девчушка.
Но, к сожалению, это было легче сказать, чем сделать... Зловонная туша навалилась на меня всей жуткой тяжестью своего огромного тела и уже, видимо, была готова полакомиться моей свеженькой жизненной силой... А у меня, как на зло, никак не получалось от него освободиться, и в моей сжатой страхом душе уже предательски начинала попискивать паника...
– Ну, давай же! – опять крикнула Стелла. Потом она вдруг ударила чудище каким-то ярким лучом и опять закричала: – Беги!!!
Я почувствовала, что стало немного легче, и изо всех сил энергетически толкнула нависшую надо мной тушу. Стелла бегала вокруг и бесстрашно била со всех сторон уже слабеющего ужастика. Я кое-как выбралась, по привычке тяжело хватая ртом воздух, и пришла в настоящий ужас от увиденного!.. Прямо передо мной лежала огромная шипастая туша, вся покрыта какой-то резко воняющей слизью, с огромным, изогнутым рогом на широкой, бородавчатой голове.
– Бежим! – опять закричала Стелла. – Он ведь ещё живой!..
Меня будто ветром сдуло... Я совершенно не помнила, куда меня понесло... Но, надо сказать, понесло очень быстро.
– Ну и бегаешь ты... – запыхавшись, чуть выговаривая слова, выдавила малышка.
– Ой, пожалуйста, прости меня! – устыдившись, воскликнула я. – Ты так закричала, что я с перепугу помчалась, куда глаза глядят...
– Ну, ничего, в следующий раз будем поосторожнее. – Успокоила Стелла.
У меня от такого заявления глаза полезли на лоб!..
– А что, будет ещё «следующий» раз??? – надеясь на «нет», осторожно спросила я.
– Ну конечно! Они ведь живут здесь! – дружески «успокоила» меня храбрая девчушка.
– А что же мы тогда здесь делаем?..
– Мы же спасаем кого-то, разве ты забыла? – искренне удивилась Стелла.
А у меня, видно, от всего этого ужаса, наша «спасательная экспедиция» полностью вылетела из головы. Но я тут же постаралась как можно быстрее собраться, чтобы не показать Стелле, что я по-настоящему очень сильно испугалась.
– Ты не думай, у меня после первого раза целый день косы дыбом стояли! – уже веселее сказала малышка.
Мне просто захотелось её расцеловать! Каким-то образом, видя что мне стыдно за свою слабость, она умудрилась сделать так, что я сразу же снова почувствовала себя хорошо.
– Неужели ты правда думаешь, что здесь могут находиться папа и братик маленькой Лии?.. – от души удивляясь, спросила её ещё раз я.
– Конечно! Их просто могли украсть. – Уже совсем спокойно ответила Стелла.
– Как – украсть? И кто?..
Но малышка не успела ответить... Из-за дремучих деревьев выскочило что-то похлеще, чем наш первый «знакомый». Это было что-то невероятно юркое и сильное, с маленьким, но очень мощным телом, посекундно выбрасывающее из своего волосатого пуза странную липкую «сеть». Мы даже не успели пикнуть, как обе в неё дружно попались... Стелла с перепугу стала похожа на маленького взъерошенного совёнка – её большие голубые глаза были похожи на два огромных блюдца, с выплесками ужаса посерединке.
Надо было срочно что-то придумать, но моя голова почему-то была совершенно пустая, как бы я не старалась что-то толковое там найти... А «паук» (будем дальше так его называть, за неимением лучшего) тем временем довольно тащил нас, видимо, в своё гнездо, готовясь «ужинать»...
– А где же люди? – чуть ли не задыхаясь, спросила я.
– О, ты же видела – людей здесь полно. Больше чем где-либо... Но они, в большинстве, хуже, чем эти звери... И они нам не помогут.
– И что же нам теперь делать? – мысленно «стуча зубами», спросила я.
– Помнишь, когда ты показала мне твоих первых чудищ, ты ударила их зелёным лучом? – уже опять вовсю озорно сверкая глазами, (опять же, быстрее меня очухавшись!), задорно спросила Стелла. – Давай – вместе?..
Я поняла, что, к счастью, сдаваться она всё ещё собирается. И решила попробовать, потому что терять нам всё равно было нечего...
Но ударить мы так и не успели, потому что паук в тот момент резко остановился и мы, почувствовав сильный толчок, со всего маху шлёпнулись на землю... Видимо, он притащил нас к себе домой намного раньше, чем мы предполагали...
Мы очутились в очень странном помещении (если конечно это можно было так назвать). Внутри было темно, и царила полная тишина... Сильно пахло плесенью, дымом и корой какого-то необычного дерева. И только время от времени слышались какие-то слабые звуки, похожие на стоны. Как будто бы у «страдавших» уже совсем не оставалось сил…
– Ты не можешь это как-то осветить? – я тихо спросила Стеллу.
– Я уже попробовала, но почему-то не получается... – так же шёпотом ответила малышка.
И сразу же прямо перед нами загорелся малюсенький огонёк.
– Это всё, что я здесь могу. – Огорчённо вздохнула девчушка
При таком тусклом, скупом освещении она выглядела очень усталой и как бы повзрослевшей. Я всё время забывала, что этому изумительному чудо-ребёнку было всего-то ничего – пять лет!.. Наверное, её такой временами серьёзный, недетский разговор или её взрослое отношение к жизни, или всё это вместе взятое, заставляло забывать, что в реальности она ещё совсем малюсенькая девочка, которой в данный момент должно было быть до ужаса страшно. Но она мужественно всё переносила, и даже ещё собиралась воевать...
– Смотри, кто это здесь? – прошептала малышка.
И вглядевшись в темноту, я увидела странные «полочки», на которых, как в сушилке, лежали люди.
– Мама?.. Это ты, мама??? – тихонько прошептал удивлённый тоненький голосок. – Как же ты нас нашла?
Я сначала не поняла, что ребёнок обращался ко мне. Начисто позабыв, для чего мы сюда пришли, я только тогда поняла, что спрашивают именно меня, когда Стелла сильно толкнула меня кулачком в бок.
– А мы же не знаем, как их зовут!.. – прошептала я.
– Лия, а ты что здесь делаешь? – прозвучал уже мужской голос.
– Тебя ищу, папочка. – Голоском Лии мысленно ответила Стелла.
– А как вы сюда попали? – спросила я.
– Наверняка, так же, как и вы... – был тихий ответ. – Мы гуляли по берегу озера, и не видели, что там был какой-то «провал»... Вот мы туда и провалились. А там ждал вот этот зверь... Что же будем делать?
– Уходить. – Постаралась ответить как можно спокойнее я.
– А остальных? Ты хочешь их всех оставить?!. – прошептала Стелла.
– Нет, конечно же, не хочу! Но как ты собираешься их отсюда забирать?..
Тут открылся какой-то странный, круглый лаз и вязкий, красный свет ослепил глаза. Голову сдавило клещами и смертельно захотелось спать...
– Держись! Только не спи! – крикнула Стелла. И я поняла, что это пошло на нас какое-то сильное действие, Видимо, этому жуткому существу мы нужны были совершенно безвольными, чтобы он свободно мог совершать какой то свой «ритуал».
– Ничего мы не сможем... – сама себе бурчала Стелла. – Ну, почему же не получается?..
И я подумала, что она абсолютно права. Мы обе были всего лишь детьми, которые, не подумав, пустились в очень опасные для жизни путешествия, и теперь не знали, как из этого всего выбраться.
Вдруг Стелла сняла наши наложенные «образы» и мы опять стали сами собой.
– Ой, а где же мама? Ты кто?... Что ты сделала с мамой?! – возмущённо прошипел мальчик. – А ну немедленно верни её обратно!
Мне очень понравился его бойцовский дух, имея в виду всю безнадёжность нашей ситуации.
– Дело в том, что здесь не было твоей мамы, – тихо прошептала Стелла. – Мы встретили твою маму там, откуда вы «провалились» сюда. Они за вас очень переживают, потому что не могут вас найти, вот мы и предложили помочь. Но, как видишь, мы оказались недостаточно осторожными, и вляпались в ту же самую жуткую ситуацию...
– А как давно вы здесь? Вы знаете, что с нами будут делать? – стараясь говорить уверенно, тихо спросила я.
– Мы недавно... Он всё время приносит новых людей, а иногда и маленьких зверей, и потом они пропадают, а он приносит новых.
Я с ужасом посмотрела на Стеллу:
– Это самый настоящий, реальный мир, и совершенно реальная опасность!.. Это уже не та невинная красота, которую мы создавали!.. Что будем делать?
– Уходить. – Опять упорно повторила малышка.
– Мы ведь можем попробовать, правда? Да и бабушка нас не оставит, если уж будет по-настоящему опасно. Видимо пока мы ещё можем выбраться сами, если она не приходит. Ты не беспокойся, она нас не бросит.
Мне бы её уверенность!.. Хотя обычно я была далеко не из пугливых, но эта ситуация заставляла меня очень сильно нервничать, так как здесь находились не только мы, но и те, за кем мы пришли в эту жуть. А как из данного кошмара выкарабкиваться – я, к сожалению, не знала.
– Здесь нету времени, но он приходит обычно через одинаковый промежуток, примерно как были сутки на земле. – Вдруг ответил на мои мысли мальчик.
– А сегодня уже был? – явно обрадованная, спросила Стелла.
Мальчонка кивнул.
– Ну что – пошли? – она внимательно смотрела на меня и я поняла, что она просит «надеть» на них мою «защиту».
Стелла первая высунула свою рыжую головку наружу...
– Никого! – обрадовалась она. – Ух ты, какой же это ужас!..
Я, конечно, не вытерпела и полезла за ней. Там и правда был настоящий «ночной кошмар»!.. Рядом с нашим странным «местом заточения», совершенно непонятным способом, повешенные «пучками» вниз головой, висели человеческие сущности... Они были подвешены за ноги, и создавали как бы перевёрнутый букет.
Мы подошли ближе – ни один из людей не показывал признаков жизни...
– Они же полностью «откачаны»! – ужаснулась Стелла. – У них не осталось даже капельки жизненной силы!.. Всё, давайте удирать!!!
Мы понеслись, что было сил, куда-то в сторону, абсолютно не зная – куда бежим, просто подальше бы от всей этой, замораживающей кровь, жути... Даже не думая о том, что можем снова вляпаться в такую же, или же ещё худшую, жуть...
Вдруг резко потемнело. Иссиня-чёрные тучи неслись по небу, будто гонимые сильным ветром, хотя никакого ветра пока что не было. В недрах чёрных облаков полыхали ослепительные молнии, красным заревом полыхали вершины гор... Иногда набухшие тучи распарывало о злые вершины и из них водопадом лилась тёмно-бурая вода. Вся эта страшная картинка напоминала, самый жуткий из жутких, ночной кошмар....
– Папочка, родимый, мне так страшно! – тоненько взвизгивал, позабыв свою былую воинственность, мальчонка.
Вдруг одна из туч «порвалась», и из неё полыхнул ослепительно яркий свет. А в этом свете, в сверкающем коконе, приближалась фигурка очень худого юноши, с острым, как лезвие ножа, лицом. Вокруг него всё сияло и светилось, от этого света чёрные тучи «плавились», превращаясь в грязные, чёрные лоскутки.
– Вот это да! – радостно закричала Стелла. – Как же у него это получается?!.
– Ты его знаешь? – несказанно удивилась я, но Стелла отрицательно покачала головкой.
Юноша опустился рядом с нами на землю и ласково улыбнувшись спросил:
– Почему вы здесь? Это не ваше место.
– Мы знаем, мы как раз пытались выбраться на верх! – уже во всю щебетала радостная Стелла. – А ты поможешь нам вернуться наверх?.. Нам обязательно надо быстрее вернуться домой! А то нас там бабушки ждут, и вот их тоже ждут, но другие.
Юноша тем временем почему-то очень внимательно и серьёзно рассматривал меня. У него был странный, насквозь пронизывающий взгляд, от которого мне стало почему-то неловко.
– Что ты здесь делаешь, девочка? – мягко спросил он. – Как ты сумела сюда попасть?
– Мы просто гуляли. – Честно ответила я. – И вот их искали. – Улыбнувшись «найдёнышам», показала на них рукой.
– Но ты ведь живая? – не мог успокоиться спаситель.
– Да, но я уже не раз здесь была. – Спокойно ответила я.
– Ой, только не здесь, а «наверху»! – смеясь, поправила меня моя подружка. – Сюда мы бы точно не возвращались, правда же?
– Да уж, я думаю, этого хватит надолго... Во всяком случае – мне... – меня аж передёрнуло от недавних воспоминаний.
– Вы должны отсюда уйти. – Опять мягко, но уже более настойчиво сказал юноша. – Сейчас.
От него протянулась сверкающая «дорожка» и убежала прямо в светящийся туннель. Нас буквально втянуло, даже не успев сделать ни шагу, и через какое-то мгновение мы оказались в том же прозрачном мире, в котором мы нашли нашу кругленькую Лию и её маму.
– Мама, мамочка, папа вернулся! И Велик тоже!.. – маленькая Лия кубарем выкатилась к нам навстречу, крепко прижимая к груди красного дракончика.. Её кругленькая мордашка сияла солнышком, а сама она, не в силах удержать своего бурного счастья, кинулась к папе и, повиснув у него на шее, пищала от восторга.
Мне было радостно за эту, нашедшую друг друга, семью, и чуточку грустно за всех моих, приходящих на земле за помощью, умерших «гостей», которые уже не могли друг друга так же радостно обнять, так как не принадлежали тем же мирам...
– Ой, папулечка, вот ты и нашёлся! А я думала, ты пропал! А ты взял и нашёлся! Вот хорошо-то как! – аж попискивала от счастья сияющая девчушка.
Вдруг на её счастливое личико налетела тучка, и оно сильно погрустнело... И уже совсем другим голосом малышка обратилась к Стелле:
– Милые девочки, спасибо вам за папу! И за братика, конечно же! А вы теперь уже уходить будете? А ещё когда-то вернётесь? Вот ваш дракончик, пожалуйста! Он был очень хороший, и он меня очень, очень полюбил... – казалось, что прямо сейчас бедная Лия разревётся навзрыд, так сильно ей хотелось подержать ещё хоть чуть-чуть этого милого диво-дракончика!.. А его вот-вот увезут и уже больше не будет...
– Хочешь, он ещё побудет у тебя? А когда мы вернёмся, ты его нам отдашь обратно? – сжалилась над малышкой Стелла.
Лия сначала ошалела от неожиданно свалившегося на неё счастья, а потом, не в состоянии ничего сказать, так сильно закивала головкой, что та чуть ли не грозилась отвалиться...
Простившись с радостным семейством, мы двинулись дальше.
Было несказанно приятно опять ощущать себя в безопасности, видеть тот же, заливающий всё вокруг радостный свет, и не бояться быть неожиданно схваченной каким-то страшно-кошмарным ужастиком...
– Хочешь ещё погулять? – совершенно свежим голоском спросила Стелла.
Соблазн, конечно же, был велик, но я уже настолько устала, что даже покажись мне сейчас самое что ни есть большое на земле чудо, я наверное не смогла бы этим по-настоящему насладиться...
– Ну ладно, в другой раз! – засмеялась Стелла. – Я тоже устала.
И тут же, каким-то образом, опять появилось наше кладбище, где, на той же скамеечке, дружно рядышком сидели наши бабушки...
– Хочешь покажу что-то?... – тихо спросила Стелла.
И вдруг, вместо бабушек появились невероятно красивые, ярко сияющие сущности... У обоих на груди сверкали потрясающие звёзды, а у Стеллиной бабушки на голове блистала и переливалась изумительная чудо-корона...
– Это они... Ты же хотела их увидеть, правда? – я ошалело кивнула. – Только не говори, что я тебе показывала, пусть сами это сделают.
– Ну, а теперь мне пора... – грустно прошептала малышка. – Я не могу идти с тобой... Мне уже туда нельзя...
– Я обязательно приду к тебе! Ещё много, много раз! – пообещала от всего сердца я.
А малышка смотрела мне вслед своими тёплыми грустными глазами, и казалось, всё понимала... Всё, что я не сумела нашими простыми словами ей сказать.

Всю дорогу с кладбища домой я безо всякой причины дулась на бабушку, притом злясь за это на саму себя... Я была сильно похожа на нахохлившегося воробья, и бабушка прекрасно это видела, что, естественно, меня ещё больше раздражало и заставляло глубже залезть в свою «безопасную скорлупу».... Скорее всего, это просто бушевала моя детская обида за то, что она, как оказалось, многое от меня скрывала, и ни чему пока не учила, видимо считая меня недостойной или не способной на большее. И хотя мой внутренний голос мне говорил, что я тут кругом и полностью не права, но я никак не могла успокоиться и взглянуть на всё со стороны, как делала это раньше, когда считала, что могу ошибаться...
Наконец, моя нетерпеливая душа дольше выдержать молчание была не в состоянии...
– Ну и о чём вы так долго беседовали? Если, конечно, мне можно это знать... – обиженно буркнула я.
– А мы не беседовали – мы думали, – спокойно улыбаясь ответила бабушка.
Казалось, она меня просто дразнит, чтобы спровоцировать на какие-то, ей одной понятные, действия...
– Ну, тогда, о чём же вы там вместе «думали»? – и тут же, не выдержав, выпалила: – А почему бабушка Стеллу учит, а ты меня – нет?!.. Или ты считаешь, что я ни на что больше не способна?
– Ну, во-первых, брось кипятиться, а то вон уже скоро пар пойдёт... – опять спокойно сказала бабушка. – А, во-вторых, – Стелле ещё долго идти, чтобы до тебя дотянуться. И чему же ты хочешь, чтобы я учила тебя, если даже в том, что у тебя есть, ты пока ещё совсем не разобралась?.. Вот разберись – тогда и потолкуем.
Я ошалело уставилась на бабушку, как будто видела её впервые... Как это Стелле далеко до меня идти?!. Она ведь такое делает!.. Столько знает!.. А что – я? Если что-то и делала, то всего лишь кому-то помогала. А больше и не знаю ничего.
Бабушка видела моё полное смятение, но ни чуточки не помогала, видимо считая, что я должна сама через это пройти, а у меня от неожиданного «положительного» шока все мысли, кувыркаясь, пошли наперекосяк, и, не в состоянии думать трезво, я лишь смотрела на неё большими глазами и не могла оправиться от свалившихся на меня «убийственных» новостей...
– А как же «этажи»?.. Я ведь никак не могла сама туда попасть?.. Это ведь Стеллина бабушка мне их показала! – всё ещё упорно не сдавалась я.
– Ну, так ведь для того и показала, чтобы сама попробовала, – констатировала «неоспоримый» факт бабушка.
– А разве я могу сама туда пойти?!.. – ошарашено спросила я.
– Ну, конечно же! Это самое простое из того, что ты можешь делать. Ты просто не веришь в себя, потому и не пробуешь...
– Это я не пробую?!.. – аж задохнулась от такой жуткой несправедливости я... – Я только и делаю, что пробую! Только может не то...
Вдруг я вспомнила, как Стелла много, много раз повторяла, что я могу намного больше... Но могу – что?!.. Я понятия не имела, о чём они все говорили, но теперь уже чувствовала, что начинаю понемножку успокаиваться и думать, что в любых трудных обстоятельствах мне всегда помогало. Жизнь вдруг показалась совсем не такой уж несправедливой, и я понемногу стала оживать...
Окрылённая положительными новостями, все последующие дни я, конечно же, «пробовала»... Совершенно себя не жалея, и вдребезги истязая своё, и так уже измождённое, физическое тело, я десятки раз шла на «этажи», пока ещё не показываясь Стелле, так как желала сделать ей приятный сюрприз, но при этом не ударить лицом в грязь, сделав какую-нибудь глупую ошибку.
Но вот, наконец-то, решила – хватит прятаться и решила навестить свою маленькую подружку.
– Ой, это ты?!.. – сразу же зазвучал счастливыми колокольчиками знакомый голосок. – Неужели это правда ты?! А как же ты сюда пришла?.. Ты что – сама пришла?
Вопросы, как всегда, сыпались из неё градом, весёлая мордашка сияла, и для меня было искренним удовольствием видеть эту её светлую, бьющую фонтаном, радость.
– Ну что, пойдём гулять? – улыбаясь, спросила я.
А Стелла всё никак не могла успокоиться от счастья, что я сумела придти сама, и что теперь мы уже сможем встречаться, когда пожелаем и даже без посторонней помощи!
– Вот видишь, я же тебе говорила, что ты можешь больше!.. – счастливо щебетала малышка. – Ну, теперь всё хорошо, теперь уже нам никто не нужен! Ой, а это как раз-то очень хорошо, что ты пришла, я тебе хотела что-то показать и очень тебя ждала. Но для этого нам придётся прогуляться туда, где не очень приятно...
– Ты имеешь в виду «нижний этаж»? – поняв, о чём она говорит, тут же спросила я.
Стелла кивнула.
– А что ты там потеряла?
– О, я не потеряла, я нашла!.. – победоносно воскликнула малышка. – Помнишь, я говорила тебе, что там бывают и хорошие сущности, а ты мне тогда не поверила?
Откровенно говоря, я не очень-то верила и сейчас, но, не желая обижать свою счастливую подружку, согласно кивнула.
– Ну вот, теперь ты поверишь!.. – довольно сказала Стелла. – Пошли?
На этот раз, видимо уже приобретя кое-какой опыт, мы легко «проскользнули» вниз по «этажам», и я снова увидела, очень похожую на виденные раньше, гнетущую картину...
Под ногами чавкала какая-то чёрная, вонючая жижа, а из неё струились ручейки мутной, красноватой воды... Алое небо темнело, полыхая кровавыми бликами зарева, и, нависая по-прежнему очень низко, гнало куда-то багровую громаду неподъёмных туч... А те, не поддаваясь, висели тяжёлые, набухшие, беременные, грозясь разродиться жутким, всё сметающим водопадом... Время от времени из них с гулким рёвом прорывалась стена буро-красной, непрозрачной воды, ударяя о землю так сильно, что казалось – рушится небо...
Деревья стояли голые и безликие, лениво шевеля обвисшими, шипастыми ветвями. Дальше за ними простиралась безрадостная, выгоревшая степь, теряясь вдали за стеной грязного, серого тумана... Множество хмурых, поникших людских сущностей неприкаянно бродили туда-сюда, бессмысленно ища чего-то, не обращая никакого внимания на окружающий их мир, который, и правда, не вызывал ни малейшего удовольствия, чтобы на него хотелось смотреть... Весь пейзаж навевал жуть и тоску, приправленную безысходностью...
– Ой, как же здесь страшно... – ёжась, прошептала Стелла. – Сколько бы раз сюда не приходила – никак не могу привыкнуть... Как же эти бедняжки здесь живут?!.
– Ну, наверное, эти «бедняжки» слишком сильно провинились когда-то, если оказались здесь. Их ведь никто сюда не посылал – они всего лишь получили то, чего заслуживали, правда же? – всё ещё не сдаваясь, сказала я.
– А вот сейчас посмотришь... – загадочно прошептала Стелла.
Перед нами неожиданно появилась заросшая сероватой зеленью пещера. А из неё, щурясь, вышел высокий, статный человек, который никоим образом не вписывался в этот убогий, леденящий душу пейзаж...
– Здравствуй, Печальный! – ласково приветствовала незнакомца Стелла. – Вот я подругу привела! Она не верит, что здесь можно найти хороших людей. А я хотела ей тебя показать... Ты ведь не против?
– Здравствуй милая... – грустно ответил человек, – Да не такой я хороший, чтобы меня кому-то показывать. Напрасно ты это...
Как ни странно, но этот печальный человек мне и в правду сразу чем-то понравился. От него веяло силой и теплом, и было очень приятно рядом с ним находиться. Уж, во всяком случае, он никак не был похож на тех безвольных, убитых горем, сдавшихся на милость судьбы людей, которыми был битком набит этот «этаж».
– Расскажи нам свою историю, печальный человек... – светло улыбнувшись, попросила Стелла.
– Да нечего там рассказывать, и гордиться особо нечем... – покачал головой незнакомец. – И на что вам это?
Мне почему-то стало его очень жаль... Ещё ничего о нём не зная, я уже была почти что уверенна, что этот человек никак не мог сделать что-то по-настоящему плохое. Ну, просто не мог!.. Стела, улыбаясь, следила за моими мыслями, которые ей видимо очень нравились...
– Ну, хорошо, согласна – ты права!.. – видя её довольную мордашку, наконец-то честно признала я.
– Но ты ведь ещё ничего о нём не знаешь, а ведь с ним всё не так просто, – лукаво улыбаясь, довольно произнесла Стелла. – Ну, пожалуйста, расскажи ей, Печальный...
Человек грустно нам улыбнулся, и тихо произнёс:
– Я здесь потому, что убивал... Многих убивал. Но не по желанию, а по нужде это было...
Я тут же жутко расстроилась – убивал!.. А я, глупая, поверила!.. Но почему-то у меня упорно не появлялось ни малейшего чувства отторжения или неприязни. Человек явно мне нравился, и, как бы я не старалась, я ничего с этим поделать не могла...
– А разве это одинаковая вина – убивать по желанию или по необходимости? – спросила я. – Иногда люди не имеют выбора, не так ли? Например: когда им приходится защищаться или защищать других. Я всегда восхищалась героями – воинами, рыцарями. Последних я вообще всегда обожала... Разве можно сравнивать с ними простых убийц?
Он долго и грустно на меня смотрел, а потом также тихо ответил:
– Не знаю, милая... То, что я нахожусь здесь, говорит, что вина одинаковая... Но по тому, как я эту вину чувствую в моём сердце, то – нет... Я никогда не желал убивать, я просто защищал свою землю, я был там героем... А здесь оказалось, что я просто убивал... Разве это правильно? Думаю – нет...
– Значит, вы были воином? – с надеждой спросила я. – Но тогда, это ведь большая разница – вы защищали свой дом, свою семью, своих детей! Да и не похожи вы на убийцу!..
– Ну, мы все не похожи на тех, какими нас видят другие... Потому, что они видят лишь то, что хотят видеть... или лишь то, что мы хотим им показать... А насчёт войны – я тоже сперва так же, как ты думал, гордился даже... А здесь оказалось, что гордиться-то нечем было. Убийство – оно убийство и есть, и совсем не важно, как оно совершилось.
– Но это не правильно!.. – возмутилась я. – Что же тогда получается – маньяк-убийца получается таким же, как герой?!.. Этого просто не может быть, такого быть не должно!
Во мне всё бушевало от возмущения! А человек грустно смотрел на меня своими печальными, серыми глазами, в которых читалось понимание...
– Герой и убийца точно так же отнимают жизнь. Только, наверное, существуют «смягчающие вину обстоятельства», так как защищающий кого-то человек, даже если и отнимает жизнь, то по светлой и праведной причине. Но, так или иначе, им обоим приходится за это платить... И платить очень горько, ты уж поверь мне...
– А можно вас спросить – как давно вы жили? – немного смутившись, спросила я.
– О, достаточно давно... Это уже второй раз я здесь... Почему-то две мои жизни были похожими – в обоих я за кого-то воевал... Ну, а потом платил... И всегда так же горько... – незнакомец надолго умолк, как будто не желая больше об этом говорить, но потом всё же тихо продолжил. – Есть люди, которые любят воевать. Я же всегда это ненавидел. Но почему-то жизнь второй уже раз возвращает меня на тот же самый круг, как будто меня замкнули на этом, не позволяя освободиться... Когда я жил, все народы у нас воевали между собой... Одни захватывали чужие земли – другие те же земли защищали. Сыновья свергали отцов, братья убивали братьев... Всякое было. Кто-то свершал немыслимые подвиги, кто-то кого-то предавал, а кто-то оказывался просто трусом. Но никто из них даже не подозревал, какой горькой окажется плата за всё содеянное ими в той жизни...
– А у вас там была семья? – чтобы изменить тему, спросила я. – Были дети?
– Конечно! Но это уже было так давно!.. Они когда-то стали прадедами, потом умерли... А некоторые уже опять живут. Давно это было...
– И вы всё ещё здесь?!.. – в ужасе оглядываясь вокруг, прошептала я.
Я даже представить себе не могла, что вот так он существует здесь уже много, много лет, страдая и «выплачивая» свою вину, без какой-либо надежды уйти с этого ужасающего «этажа» ещё до того, как придёт его час возвращения на физическую Землю!.. И там он опять должен будет начать всё сначала, чтобы после, когда закончится его очередная «физическая» жизнь, вернуться (возможно сюда же!) с целым новым «багажом», плохим или хорошим, в зависимости от того, как он проживёт свою «очередную» земную жизнь... И освободиться из этого замкнутого круга (будь он хорошим или плохим) никакой надежды у него быть не могло, так как, начав свою земную жизнь, каждый человек «обрекает» себя на это нескончаемое, вечное круговое «путешествие»... И, в зависимости от его действий, возвращение на «этажи» может быть очень приятным, или же – очень страшным...
– А если вы не будете убивать в своей новой жизни, вы ведь не вернётесь больше на этот «этаж», правда же?– с надеждой спросила я.
– Так я ведь не помню ничего, милая, когда возвращаюсь туда... Это после смерти мы помним свои жизни и свои ошибки. А, как только возвращаемся жить обратно – то память сразу же закрывается. Потому, видно, и повторяются все старые «деяния», что мы не помним своих старых ошибок... Но, говоря по-честному, даже если бы я знал, что буду снова за это «наказан», я всё равно никогда бы не оставался в стороне, если б страдала моя семья... или моя страна. Странно всё это... Если вдуматься, то тот, кто «распределяет» нашу вину и плату, как будто желает, чтобы на земле росли одни трусы и предатели... Иначе, не наказывал бы одинаково мерзавцев и героев. Или всё-таки есть какая-то разница в наказании?.. По справедливости – должна была бы быть. Ведь есть герои, совершившие нечеловеческие подвиги... О них потом столетиями слагают песни, о них живут легенды... Уж их-то точно нельзя «поселять» среди простых убийц!.. Жаль, не у кого спросить...
– Я тоже думаю, не может такого быть! Ведь есть люди, которые совершали чудеса человеческой смелости, и они, даже после смерти, как солнца, столетиями освещают путь всем оставшимся в живых. Я очень люблю про них читать, и стараюсь найти как можно больше книг, в которых рассказывается о человеческих подвигах. Они помогают мне жить, помогают справляться с одиночеством, когда уже становится слишком тяжело... Единственное, что я не могу понять, это: почему на Земле герои всегда должны погибнуть, чтобы люди могли увидеть их правоту?.. И когда того же самого героя уже нельзя воскресить, тут уж все, наконец, возмущаются, поднимается долго спавшая человеческая гордость, и, горящая праведным гневом толпа, сносит «врагов», как пылинки, попавшиеся на их «верном» пути... – во мне бушевало искреннее возмущение, и я говорила наверняка слишком быстро и слишком много, но у меня редко появлялась возможность выговориться о том, что «болит»... и я продолжала.
– Ведь даже своего бедного Бога люди сперва убили, а только потом уже стали ему молиться. Неужели нельзя настоящую правду увидеть ещё до того, когда уже бывает поздно?.. Неужели не лучше сберечь тех же самых героев, равняться на них и учиться у них?.. Неужели людям всегда нужен шоковый пример чужого мужества, чтобы они могли поверить в своё?.. Почему надо обязательно убить, чтобы потом можно было поставить памятник и славить? Честное слово, я бы предпочитала ставить памятники живым, если они этого стоят...
А что вы имеете в виду, говоря, что кто-то «распределяет вину»? Это – Бог что ли?.. Но ведь, не Бог наказывает... Мы сами наказываем себя. И сами за всё отвечаем.
– Ты не веришь в Бога, милая?.. – удивился, внимательно слушавший мою «эмоционально-возмущённую» речь, печальный человек.
– Я его не нашла пока... Но если он и вправду существует, то он должен быть добрым. А многие почему-то им пугают, его боятся... У нас в школе говорят: «Человек – звучит гордо!». Как же человек может быть гордым, если над ним будет всё время висеть страх?!.. Да и богов что-то слишком много разных – в каждой стране свой. И все стараются доказать, что их и есть самый лучший... Нет, мне ещё очень многое непонятно... А как же можно во что-то верить, не поняв?.. У нас в школе учат, что после смерти ничего нет... А как же я могу верить этому, если вижу совсем другое?.. Думаю, слепая вера просто убивает в людях надежду и увеличивает страх. Если бы они знали, что происходит по-настоящему, они вели бы себя намного осмотрительнее... Им не было бы всё равно, что будет дальше, после их смерти. Они бы знали, что опять будут жить, и за то, как они жили – им придётся ответить. Только не перед «грозным Богом», конечно же... А перед собой. И не придёт никто искупать их грехи, а придётся им искупать свои грехи самим... Я хотела об этом кому-то рассказать, но никто не хотел меня слушать. Наверное, так жить всем намного удобнее... Да и проще, наверное, тоже, – наконец-то закончила свою «убийственно-длинную» речь я.
Мне вдруг стало очень грустно. Каким-то образом этот человек сумел заставить меня говорить о том, что меня «грызло» внутри с того дня, когда я первый раз «прикоснулась» к миру мёртвых, и по своей наивности думала, что людям нужно «только лишь рассказать, и они сразу же поверят и даже обрадуются!... И, конечно, сразу же захотят творить только хорошее...». Каким же наивным надо быть ребёнком, чтобы в сердце родилась такая глупая и неосуществимая мечта?!! Людям не нравится знать, что «там» – после смерти – есть что-то ещё. Потому, что если это признать, то значит, что им за всё содеянное придётся отвечать. А вот именно этого-то никому и не хочется... Люди, как дети, они почему-то уверены, что если закрыть глаза и ничего не видеть, то ничего плохого с ними и не произойдёт... Или же свалить всё на сильные плечи этому же своему Богу, который все их грехи за них «искупит», и тут же всё будет хорошо... Но разве же это правильно?.. Я была всего лишь десятилетней девочкой, но многое уже тогда никак не помещалось у меня в мои простые, «детские» логические рамки. В книге про Бога (Библии), например, говорилось, что гордыня это большущий грех, а тот же Христос (сын человеческий!!!) говорит, что своей смертью он искупит «все грехи человеческие»... Какой же Гордыней нужно было обладать, чтобы приравнять себя ко всему роду людскому, вместе взятому?!. И какой человек посмел бы о себе такое подумать?.. Сын божий? Или сын Человеческий?.. А церкви?!.. Все красивее одна другой. Как будто древние зодчие сильно постарались друг друга «переплюнуть», строя Божий дом... Да, церкви и правда необыкновенно красивые, как музеи. Каждая из них являет собой настоящее произведение искусства... Но, если я правильно понимала, в церковь человек шёл разговаривать с богом, так ведь? В таком случае, как же он мог его найти во всей той потрясающей, бьющей в глаза золотом, роскоши, которая, меня например, не только не располагала открыть моё сердце, а наоборот – закрыть его, как можно скорее, чтобы не видеть того же самого, истекающего кровью, почти что обнажённого, зверски замученного Бога, распятого по середине всего того блестящего, сверкающего, давящего золота, как будто люди праздновали его смерть, а не верили и не радовались его жизни... Даже на кладбищах все мы сажаем живые цветы, чтобы они напоминали нам жизнь тех же умерших. Так почему же ни в одной церкви я не видела статую живого Христа, которому можно было бы молиться, говорить с ним, открыть свою душу?.. И разве Дом Бога – обозначает только лишь его смерть?.. Один раз я спросила у священника, почему мы не молимся живому Богу? Он посмотрел на меня, как на назойливую муху, и сказал, что «это для того, чтобы мы не забывали, что он (Бог) отдал свою жизнь за нас, искупая наши грехи, и теперь мы всегда должны помнить, что мы его не достойны (?!), и каяться в своих грехах, как можно больше»... Но если он их уже искупил, то в чём же нам тогда каяться?.. А если мы должны каяться – значит, всё это искупление – ложь? Священник очень рассердился, и сказал, что у меня еретические мысли и что я должна их искупить, читая двадцать раз вечером «отче наш» (!)... Комментарии, думаю, излишни...
Я могла бы продолжать ещё очень и очень долго, так как меня всё это в то время сильно раздражало, и я имела тысячи вопросов, на которые мне никто не давал ответов, а только советовали просто «верить», чего я никогда в своей жизни сделать не могла, так как перед тем, как верить, я должна была понять – почему, а если в той же самой «вере» не было логики, то это было для меня «исканием чёрной кошки в чёрной комнате», и такая вера не была нужна ни моему сердцу, ни моей душе. И не потому, что (как мне некоторые говорили) у меня была «тёмная» душа, которая не нуждалась в Боге... Наоборот – думаю, что душа у меня была достаточно светлая, чтобы понять и принять, только принимать-то было нечего... Да и что можно было объяснить, если люди сами же убили своего Бога, а потом вдруг решили, что будет «правильнее» поклоняться ему?.. Так, по-моему, лучше бы не убивали, а старались бы научиться у него как можно большему, если он, и правда, был настоящим Богом... Почему-то, намного ближе я чувствовала в то время наших «старых богов», резных статуй которых у нас в городе, да и во всей Литве, было поставлено великое множество. Это были забавные и тёплые, весёлые и сердитые, грустные и суровые боги, которые не были такими непонятно «трагичными», как тот же самый Христос, которому ставили потрясающе дорогие церкви, этим как бы и вправду стараясь искупить какие-то грехи...

«Старые» литовские Боги в моём родном городе Алитус, домашние и тёплые, как простая дружная семья...

Эти боги напоминали мне добрых персонажей из сказок, которые чем-то были похожи на наших родителей – были добрыми и ласковыми, но если это было нужно – могли и сурово наказать, когда мы слишком сильно проказничали. Они были намного ближе нашей душе, чем тот непонятный, далёкий, и так ужасно от людских рук погибший, Бог...
Я прошу верующих не возмущаться, читая строки с моими тогдашними мыслями. Это было тогда, и я, как и во всём остальном, в той же самой Вере искала свою детскую истину. Поэтому, спорить по этому поводу я могу только о тех моих взглядах и понятиях, которые у меня есть сейчас, и которые будут изложены в этой книге намного позже. А пока, это было время «упорного поиска», и давалось оно мне не так уж просто...
– Странная ты девочка... – задумчиво прошептал печальный незнакомец.
– Я не странная – я просто живая. Но живу я среди двух миров – живого и мёртвого... И могу видеть то, что многие, к сожалению, не видят. Потому, наверное, мне никто и не верит... А ведь всё было бы настолько проще, если бы люди послушали, и хотя бы на минуту задумались, пусть даже и не веря... Но, думаю, что если это и случится когда-нибудь, то уж точно не будет сегодня... А мне именно сегодня приходится с этим жить...
– Мне очень жаль, милая... – прошептал человек. – А ты знаешь, здесь очень много таких, как я. Их здесь целые тысячи... Тебе, наверное, было бы интересно с ними поговорить. Есть даже и настоящие герои, не то, что я. Их много здесь...
Мне вдруг дико захотелось помочь этому печальному, одинокому человеку. Правда, я совершенно не представляла, что я могла бы для него сделать.
– А хочешь, мы создадим тебе другой мир, пока ты здесь?.. – вдруг неожиданно спросила Стелла.
Это была великолепная мысль, и мне стало чуточку стыдно, что она мне первой не пришла в голову. Стелла была чудным человечком, и каким-то образом, всегда находила что-то приятное, что могло принести радость другим.
– Какой-такой «другой мир»?.. – удивился человек.
– А вот, смотри... – и в его тёмной, хмурой пещере вдруг засиял яркий, радостный свет!.. – Как тебе нравится такой дом?
У нашего «печального» знакомого счастливо засветились глаза. Он растерянно озирался вокруг, не понимая, что же такое тут произошло... А в его жуткой, тёмной пещере сейчас весело и ярко сияло солнце, благоухала буйная зелень, звенело пенье птиц, и пахло изумительными запахами распускающихся цветов... А в самом дальнем её углу весело журчал ручеек, расплёскивая капельки чистейшей, свежей, хрустальной воды...
– Ну, вот! Как тебе нравится? – весело спросила Стелла.
Человек, совершенно ошалевши от увиденного, не произносил ни слова, только смотрел на всю эту красоту расширившимися от удивления глазами, в которых чистыми бриллиантами блестели дрожащие капли «счастливых» слёз...
– Господи, как же давно я не видел солнца!.. – тихо прошептал он. – Кто ты, девочка?
– О, я просто человек. Такой же, как и ты – мёртвый. А вот она, ты уже знаешь – живая. Мы гуляем здесь вместе иногда. И помогаем, если можем, конечно.
Было видно, что малышка рада произведённым эффектом и буквально ёрзает от желания его продлить...
– Тебе правда нравится? А хочешь, чтобы так и осталось?
Человек только кивнул, не в состоянии произнести ни слова.
Я даже не пыталась представить, какое счастье он должен был испытать, после того чёрного ужаса, в котором он ежедневно, и уже так долго, находился!..
– Спасибо тебе, милая... – тихо прошептал мужчина. – Только скажи, как же это может остаться?..
– О, это просто! Твой мир будет только здесь, в этой пещере, и, кроме тебя, его никто не увидит. И если ты не будешь отсюда уходить – он навсегда останется с тобой. Ну, а я буду к тебе приходить, чтобы проверить... Меня зовут Стелла.
– Я не знаю, что и сказать за такое... Не заслужил я. Наверно неправильно это... Меня Светилом зовут. Да не очень-то много «света» пока принёс, как видите...
– Ой, ничего, принесёшь ещё! – было видно, что малышка очень горда содеянным и прямо лопается от удовольствия.
– Спасибо вам, милые... – Светило сидел, опустив свою гордую голову, и вдруг совершенно по-детски заплакал...