Золотой век русской литературы

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Золотой век русской литературы — крылатое выражение, которым называют русскую литературу XIX века[1]. Золотым веком русской поэзии называют первую треть XIX века[2].

Впервые выражение Золотой век русской литературы употребил М. А. Антонович в статье «Литературный кризис», напечатанной в 1863 году в журнале «Современник»[1]:

Недавно еще казалось, будто все органы литературы проникнуты одним духом и одушевлены одинаковыми стремлениями; все они, по-видимому, согласно шли к одной цели и преследовали одинаковые интересы... Поистине, то был Золотой век нашей литературы, период её невинности и блаженства!.. Теперь же в нашей литературе наступил век железный и даже глиняный... Вражда вышла за пределы домашнего литературного круга; один литературный орган старается подставить ногу другому и вырыть яму на том пути, который лежит вне области литературы...

Антонович подразумевал литературу, относящуюся к периоду А. С. Пушкина и Н. В. Гоголя, но в дальнейшем этот термин стал применяться к литературе всего XIX века, включив в себя также И. С. Тургенева, Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого и других классиков[1]. По выражению В. Б. Катаева, «между рождением Пушкина и смертью Чехова уместился целый век, золотой век русской классической литературы. Они стоят словно у двух концов единой неразрывной цепи — в её начале и в конце»[3].

Центром Золотого века русской поэзии был А. С. Пушкин. Помимо него к этому периоду относятся М. Ю. Лермонтов, И. А. Крылов, Е. А. Баратынский и другие поэты пушкинской поры. Завершился Золотой век поэзии произведениями Ф. И. Тютчева[2].





См. также

Напишите отзыв о статье "Золотой век русской литературы"

Примечания

  1. 1 2 3 Серов, 2003.
  2. 1 2 [http://krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/literatura/RUSSKAYA_LITERATURA.html?page=0,1#part-3 Русская литература] // Энциклопедия «Кругосвет».
  3. Катаев В.Б. Златая цепь: Чехов и Пушкин // [https://books.google.ru/books?id=JRCjAAAAQBAJ&lpg=PT27&hl=ru&pg=PT27#v=onepage&f=false Чехов плюс...]. — Litres, 2013. — 528 с. — ISBN 9785457067837.

Литература

  • Баевский В.С. Тридцать лекций о золотом веке русской литературы. 1800 - 1855. — Смоленск: Изд-во Смол. ун-та, 2009. — 632 с.
  • Серов В. Золотой век русской литературы // Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М: «Локид-Пресс», 2003. — С. 115-116.
  • Андреев А. «Золотой век» русской литературы в его отношении к «веку серебряному» // [https://books.google.ru/books?id=qV24AAAAQBAJ&lpg=PT22&hl=ru&pg=PT22#v=onepage&f=false Основы теории литературно-художественного творчества]. — М: Litres, 2015. — С. 22-31. — 370 с. — ISBN 9785457093485.

Отрывок, характеризующий Золотой век русской литературы

Более двухсот Совершенных начали торжественно и медленно спускаться по скользкой, и очень крутой каменной тропинке. Утро стояло ветреное и холодное. Солнце глянуло из-за туч лишь на коротенькое мгновение... чтобы обласкать напоследок своих любимых детей, своих Катар, идущих на смерть... И снова ползли по небу свинцовые тучи. Оно было серым и неприветливым. И чужим. Всё вокруг было промёрзлым. Моросящий воздух напитывал влагой тонкие одежды. Пятки идущих застывали, скользя по мокрым камням... На горе Монтсегюр всё ещё красовался последний снег.

Внизу озверевший от холода маленький человек хрипло орал на крестоносцев, приказывая срубить побольше деревьев и тащить в костёр. Пламя почему-то не разгоралось, а человечку хотелось, чтобы оно полыхало до самих небес!.. Он заслужил его, он ждал этого десять долгих месяцев, и вот теперь оно свершилось! Ещё вчера он мечтал побыстрее возвратиться домой. Но злость и ненависть к проклятым катарам брала верх, и теперь ему уже хотелось только одного – видеть, как наконец-то будут полыхать последние Совершенные. Эти последние Дети Дьявола!.. И только тогда, когда от них останется лишь куча горячего пепла, он спокойно пойдёт домой. Этим маленьким человечком был сенешаль города Каркасона. Его звали Хюг де Арси (Hugues des Arcis). Он действовал от имени его величества, короля Франции, Филиппа Августа.
Катары спускались уже намного ниже. Теперь они двигались между двух угрюмых, вооружённых колон. Крестоносцы молчали, хмуро наблюдая за процессией худых, измождённых людей, лица которых почему-то сияли неземным, непонятным восторгом. Это охрану пугало. И это было, по их понятию, ненормально. Эти люди шли на смерть. И не могли улыбаться. Было что-то тревожное и непонятное в их поведении, от чего охранникам хотелось уйти отсюда побыстрей и подальше, но обязанности не разрешали – приходилось смиряться.
Пронизывающий ветер развевал тонкие, влажные одежды Совершенных, заставляя их ёжиться и, естественно, жаться ближе друг к другу, что сразу же пресекалось охраной, толкавшей их двигаться в одиночку.
Первой в этой жуткой похоронной процессии шла Эсклармонд. Её длинные волосы, на ветру развеваясь, закрывали худую фигурку шёлковым плащом... Платье на бедняжке висело, будучи невероятно широким. Но Эсклармонд шла, высоко подняв свою красивую головку и... улыбалась. Будто шла она к своему великому счастью, а не на страшную, бесчеловечную смерть. Мысли её блуждали далеко-далеко, за высокими снежными горами, где находились самые дорогие ей люди – её муж, и её маленький новорождённый сынишка... Она знала – Светозар будет наблюдать за Монтсегюром, знала – он увидит пламя, когда оно будет безжалостно пожирать её тело, и ей очень хотелось выглядеть бесстрашной и сильной... Хотелось быть его достойной... Мать шла за нею, она тоже была спокойна. Лишь от боли за любимую девочку на её глаза время от времени наворачивались горькие слёзы. Но ветер подхватывал их и тут же сушил, не давая скатиться по худым щекам.
В полном молчании двигалась скорбная колонна. Вот они уже достигли площадки, на которой бушевал огромный костёр. Он горел пока лишь в середине, видимо, ожидая, пока к столбам привяжут живую плоть, которая будет гореть весело и быстро, несмотря на пасмурную, ветреную погоду. Несмотря на людскую боль...
Эсклармонд поскользнулась на кочке, но мать подхватила её, не давая упасть. Они представляли очень скорбную пару, мать и дочь... Худые и замёрзшие, они шли прямые, гордо неся свои обнажённые головы, несмотря на холод, несмотря на усталость, несмотря на страх.. Они хотели выглядеть уверенными и сильными перед палачами. Хотели быть мужественными и не сдающимися, так как на них смотрел муж и отец...