Иоанн XII (папа римский)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Иоанн XII
лат. Ioannes PP. XII<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Иоанн XII</td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Папа Иоанн XII и Оттон I Великий</td></tr>

130-й папа римский
16 декабря 955 — 4 декабря 963
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Агапит II
Преемник: Лев VIII
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Октавиан Тусколо (граф Оттавиано Тусколо)
Рождение: 937(0937)
Рим, Италия
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Рим, Италия
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Альберих II Сполетский
Мать: Альда Арльская
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Иоанн XII (в миру Октавиан Тусколо) (лат. Ioannes PP. XII; 937 — 14 мая 964) — папа римский с 16 декабря 955 по 4 декабря 963 года. Сын Альбериха II, патриция Рима, и Альды Арльской, дочери Гуго Арльского, по материнской линии потомок Карла Великого в 7-м поколении, внук Марозии, последний папа периода порнократии.

Второй римский папа после Иоанна II (533535), изменивший своё имя при вступлении на престол.







Рождение и ранние годы

Иоанн XII (настоящее имя Октавиан) был сыном Альбериха II Сполетского, патриция и самозваного князя Рима. Его матерью, как полагают, была Альда Венская, сводная сестра Альбериха и дочь Гуго Итальянского. Однако есть некоторые сомнения по этому поводу. Хронист Бенедикт из Соракте писал, что Октавиан был сыном наложницы Альбериха. Если он был сыном Альды, то ему было 18, когда он стал папой, и он был по материнской линии потомком Карла Великого. Если же он был сыном наложницы, то он был старше примерно на 7 лет[1]. Иоанн родился в районе Виа Лата, аристократическом квартале, который был расположен между Квиринальским холмом и на Марсовым полем. Данное ему имя Октавиан, очевидно, является показателем того, что семья видела его в качестве преемника Альбериха[2].

Незадолго до своей смерти в 954 году Альберих обязал римскую знать в соборе Святого Петра дать клятву, что после освобождения папского престола его займет Октавиан, который к этому моменту уже принял сан[3]. После кончины Альбериха Октавиан стал его преемником как светский правитель Рима, находясь в возрасте 17-24 лет[4].

Со смертью Агапита II в ноябре 955 года Октавиан, который к тому времени был кардиналом церкви Санта-Мария-Домника, был избран его преемником 16 декабря 955 года[5]. Он принял имя Иоанна XII, объединив светсую и духовную власть над Римом. Любопытно, что директивы по вопросам светского управления он подписывал именем Октавиан, а папские буллы — именем Иоанн[6].

Начало понтификата

Иоанн прославил папский престол всевозможными пороками и преступлениями, так что благочестивые современники считали его воплощением дьявола. Иоанн XII считается самым аморальным папой не только того времени, но и во всей истории церкви. Иоанн оказал огромное влияние на церковь: он первый доказал, что в глазах церкви настоящая власть зависит от занимаемой должности, а не от человека.

Около 960 года Иоанн лично возглавил атаку против ломбардных герцогств Беневенто и Капуя, по-видимому, чтобы вернуть части папских земель, занятых ими. Увидев папу во главе отрядов Тусколо и Сполето, герцоги Беневенто и Капуи обратились за помощью к Гизульфу Салернскому, который пришел к ним на помощь [7]. Иоанн отступил на север и вступил в переговоры с Гизульфом в Террачине. В обмен на нейтралитет Гизульфа папа отказался от претензий на занятые салернцами папские земли [8].

Иоанн вскоре обнаружил, что он был не в состоянии контролировать мощную римскую знать, как это делал его отец [9]. В то же самое время Беренгар II, король Италии, заявил претензии на папские владения. Для того, чтобы защитить себя от политических интриг в Риме и претензий Беренгара, в 960 году Иоанн обратился за помощью к Оттону I Великому, который ранее был удостоен звания римского патриция [10]. По приглашению папы немецкий король вступил в Италию в 961 году. Беренгар отступил в свои крепости, и Отто победоносно вошел в Рим 31 января 962 года. Там он встретился с Иоанном и поклялся, что будет делать все, чтобы защитить папу:

« "Тебе, папа Иоанн, я, король Оттон, обещаю и клянусь, именем Отца, Сына и Святого Духа... я прибыл в Рим и буду превозносить в меру моих возможностей Святую Римскую Церковь и его правителя, и никогда по моей воле или по моей инициативе не будут потеряны жизнь или здоровье людей или честь, которой вы обладаете... без вашего согласия никогда в городе Риме не буду держать суд или предпринимать какие-либо меры, которые будут влиять на вас или римлян... я клянусь помонать вам, насколько могу, защищать земли Святого Петра". [11] »

2 февраля 962 года Иоанн возложил на Оттона императорскую корону. Папа и римская знать поклялась над могилой святого Петра быть верным Оттону и не оказывать помощь Беренгару II или его сын Адальберту [12]. Одиннадцать дней спустя папа и император ратифицировали Diploma Ottonianum - акт в соответствии с которым император стал гарантом независимости Папской области, которая была ограничена Неаполем и Капуей на юге и Специей и Венецией на севере. Это был первый случай эффективного гарантирования такой защиты после распада империи Каролингов почти 100 лет назад.

Оттона возмущала та жизнь, которую вел папа Иоанн. Сразу же после коронации император пригласил молодого папу на встречу наедине, во время которой долго укорял его в безнравственности. Иоанн обещал раскаяться, но вместо этого начал проводить в Италии антиимператорскую политику. Оттон утвердил за церковью все её прежние владения и несколько их расширил, а папа и римляне дали ему присягу в верности и обещали при выборах папы строго соблюдать канонические постановления и посвящать вновь выбранного только после утверждения императором.

Церковные дела

В начале 956 года Иоанн написал Вильгельму Майнцскому, папскому легату в Германии, призывая его продолжать активную работу, особенно против тех, кто "опустошает храмы Божии". Он просил Вильгельма сообщить ему о том, что происходит в Западной Франции и Германии. Иоанн также написал Генриху, новому архиепископу Трира, поощряя его вести праведную жизнь [13].

В 960 году Иоанн подтвердил назначение Дунстана архиепископом Кентерберийским. Дунстан лично прибыл в Рим, чтобы получить паллий из рук Иоанна XII [14].

12 февраля 962 года Иоанн созвал синод в Риме по приказу императора Оттона. На нем Иоанн повелел создать для вновь обращённых славян архиепископство в Магдебурге и епископство в Мерзебурге [15]. Он также принял резолюцию отстранить Гуго де Вермандуа, который попытался вернуться на свою бывшую должность архиепископа Реймса [16]. Это отлучение было подтверждено Иоанном на другом Синоде, состоявшемся в Павии в том же году [17].

Тем не менее, по словам Горация К. Манна, "церковные дела не имели особой привлекательности для Иоанна XII" [18].

Конфликт с Оттоном

Оттон покинул Рим 14 февраля 962 года в целях приведения Беренгара II к смирению. Перед отъездом он предложил папе отказаться от его мирской распутной жизни. Иоанн проигнорировал этот совет. Он ощущал угрозу из-за усиления позиций императора и отправил послов к венграм и Византийской империи, чтобы сформировать альянс против Оттона. Он также вступил в переговоры с Адальбертом[18].

Папские послы были захвачены Оттоном I, который послал депутацию в Рим, чтобы выяснить, что происходит за его спиной[19]. Иоанн в то же время послал свои посланников, в том числе будущего папу Льва VIII, к Оттону, чтобы успокоить императора[20]. Однако в 963 году Оттон узнал, что Адальберту был разрешен въезд в Рим для переговоров с папой. Как только Беренгар был разбит и заключен в тюрьму, Оттон вернулся в Рим и осадил его летом 963 года. Он нашел город разделенным: сторонники императора, узнав о приходе Адальберта, укрепились в Иоаннисполисе, укрепленном участке Риме с центром в базилике Сан-Паоло-фуори-ле-Мура. Иоанн и его сторонники, тем временем, контролировали большую часть старого города. Первоначально Иоанн собирался защищать город. Надев доспехи, он помог сдержать войска Оттона, пытавшиеся переправиться через Тибр[21]. Однако он быстро понял, что не сможет защитить город, и вместе с папской казной и Адальбертом бежал в Тиволи[22].

Оттон I потребовал от Иоанна явиться к нему для дачи объяснений. Иоанн ответил, угрожая отлучением всем, кто попытается свергнуть его[23]. Не испугавшись, император 4 декабря 963 года созвал синод и низверг Иоанна, который к этому времени удалился в горах Кампании. На место Иоанна был избран Лев VIII[24].

Попытка восстания в поддержку Иоанна была подавлена с большими жертвами еще до ухода Оттона из города. При выезде императора Иоанн XII вернулся в город во главе большой свиты сторонников и слуг, в результате чего Лев VIII был вынужден бежать к императору для безопасности[23]. Войдя в Рим в феврале 964 года, Иоанн созвал синод, который признал его низложение неканоническим. Схватив некоторых из своих врагов, он снова стал правителем Рима[25]. Отправка Отгара, епископа Шпейера, к императору для обсуждения компромисса оказалась уже несвоевременной: Иоанн XII умер 14 мая 964 года. Согласно Лиутпранду Кремонскому, он умер во время любовных утех вне Рима, либо в результате апоплексического удара, или от рук оскорбленного мужа[26]. Существует легенда, что Иоанн умер оттого, что Сатана «стукнул его по голове», что также является средневековой метафорой для апоплексии[27].

Иоанн XII был похоронен в Латеранском дворце.

Характер и репутация

В источниках Иоанн традиционно характеризуется в первую очередь как светский правитель Рима, а не как духовный лидер [28]. Он изображался как грубый, безнравственный человек, превративший Латеранский дворец в бордель. При этом его политические враги использовали обвинения в распутстве, чтобы очернить его репутацию и скрыть политические аспекты его низложения.

Лиутпранд Кремонский, сторонник императора Священной Римской империи Оттона I, дает отчет о выдвинутых против Иоанна на Синоде в 963 года обвинениях:

« "Тогда, встав, кардинал Петр показал, что он сам видел, как Иоанн XII вел мессу, не принимая причастие. Иоанн, епископ Нарни, и Иоанн, кардинал-диакон, исповедовались, что они сами видели, как диакон был рукоположён в конюшне. Бенедикт, кардинал- диакон, с другими священниками сказал, что они знали о фактах посвящения папой епископов за взятки... они свидетельствовали о его прелюбодеяниях: он прелюбодействовал с вдовой Ренье, со служанкой отца Стефана, с вдовой Анной и с его собственной племянницей, и он превратил священный дворец в публичный дом. Они сказали, что он ослепил своего духовника Бенедикта, и после этого Бенедикт умер; что он убил Иоанна, кардинал-иподиакона, после его кастрации... Все священнослужители, а также миряне заявили, что он пил вино с дьяволом. Они сказали, что при игре в кости он взывал к Юпитеру, Венере и другие идолам. Они даже сказал, что не празднует утреню и не делает крестного знамения" »

Тем не менее, другие современники и последующие историки также обвиняли Иоанна в аморальном поведении. Так, ярый критик папства Луи-Мари Декорменен писал:

« "Иоанн XII был достоин того, чтобы быть конкурентом Элагабала ... разбойник, убийца и кровосмеситель, недостойный представлять Христа на папском престоле... Этот отвратительный священник осквернял кафедру Святого Петра в течение девяти долгих лет и заслуживает того, чтобы называться самым мерзким из пап" [29] »

Историк Фердинанд Грегоровиус был несколько более благосклонен к Иоанну:

« "Княжеские инстинкты Джона были сильнее, чем его интерес к духовным обязанностям... Когда он был еще незрелым мальчиком, положение, в которое он был возведен, позволило ему погрузиться в самый разнузданный разврат... сын славного Альбериха, таким образом, пал жертвой собственной необузданной похоти... его молодость, величие его отца, трагических противоречия его положения заставляют быть к нему снисходительным" [30] »

Даже папский апологет Гораций Манн был вынужден признать:

« "Не может быть сомнения, что Иоанн XII был совсем не тем, кем Папа Римский, пастор Христиан, должен быть" [31] »

Напишите отзыв о статье "Иоанн XII (папа римский)"

Примечания

  1. Mann, pp. 243—244.
  2. Gregorovius, pp. 328—329.
  3. Imma Penn, Dogma Evolution and Papal Fallacies, (AuthorHouse, 2007), 207.
  4. Mann, p. 230.
  5. Mann, pp. 244—245.
  6. Norwich, p. 76; Mann, p. 245.
  7. Gregorovius, p. 330.
  8. Mann, pp. 246-247.
  9. Gregorovius, p. 331.
  10. Mann, p. 247.
  11. Mann, p. 248; Gregorovius, pp. 332-333.
  12. Mann, p. 250.
  13. Mann, p. 245.
  14. Mann, pp. 265-266.
  15. Mann, p. 252; Gregorovius, p. 338.
  16. Mann, pp. 253-254.
  17. Mann, p. 235.
  18. 1 2 Mann, p. 254.
  19. Gregorovius, p. 340.
  20. Mann, pp. 255—256.
  21. Gregorovius, pp. 341—342.
  22. Norwich, p. 79; Mann, p. 256.
  23. 1 2 Gregorovius, pp. 349—350.
  24. Edward Luttwak, The Grand Strategy of the Byzantine Empire, (Harvard University Press, 2009), 150.
  25. Norwich, pp. 80-81; Mann, pp. 262—264.
  26. Mann, p. 264.
  27. [http://books.google.com/books?id=dQVYiBzlzk4C&pg=PA103&dq=Rule+of+the+Harlots&lr=&ei=kIMZSKmVDYT6yASYj5z9DA&hl=ru&sig=LXZG4buOmoU2x-91WqOeLXcSLYk Brandon Toropov. The Complete Idiot’s Guide to the Popes and Papacy]
  28. Gregorovius, p. 329.
  29. DeCormenin, Louis Marie; Gihon, James L., A Complete History of the Popes of Rome, from Saint Peter, the First Bishop to Pius the Ninth (1857), pp. 296-298.
  30. Gregorovius, pp. 329-330; pp. 351-352.
  31. Mann, pp. 241-242.

Литература

Отрывок, характеризующий Иоанн XII (папа римский)

– Они прямо здесь, на этом «этаже»?.. – не могла поверить я.
Стелла опять грустно кивнула головкой, и я решила, больше не буду спрашивать, чтобы не бередить её светлую, добрую душу.
Мы шли по необычной дороге, которая появлялась и исчезала, по мере того, как мы на неё ступали. Дорога мягко мерцала и как будто вела, указывая путь, будто зная, куда нам надо идти... Было приятное ощущение свободы и лёгкости, как если бы весь мир вокруг вдруг стал совершенно невесомым.
– А почему эта дорога указывает нам, куда идти? – не выдержала я.
– Она не указывает, она помогает. – Ответила малышка. – Здесь всё состоит из мысли, забыла? Даже деревья, море, дороги, цветы – все слышат, о чём мы думаем. Это по-настоящему чистый мир... наверное, то, что люди привыкли называть Раем... Здесь нельзя обмануть.
– А где же тогда Ад?.. Он тоже существует?
– О, я обязательно тебе покажу! Это нижний «этаж» и там ТАКОЕ!!!... – аж передёрнула плечиками Стелла, видимо вспомнив что-то не очень приятное.
Мы всё ещё шли дальше, и тут я заметила, что окружающее стало понемножечку меняться. Прозрачность куда-то начала исчезать, уступая место, намного более «плотному», похожему на земной, пейзажу.
– Что происходит, где мы? – насторожилась я.
– Всё там же. – Совершенно спокойно ответила малышка. – Только мы сейчас уже находимся в той части, что попроще. Помнишь, мы только что говорили об этом? Здесь в большинстве своём те, которые только что пришли. Когда они видят такой, похожий на их привычный, пейзаж – им легче воспринимать свой «переход» в этот, новый для них, мир... Ну и ещё, здесь живут те, которые не хотят быть лучше, чем они есть, и не желают делать ни малейших усилий, чтобы достичь чего-то выше.
– Значит, этот «этаж» состоит как бы из двух частей?– уточнила я.
– Можно сказать и так. – Задумчиво ответила девчушка, и неожиданно перешла на другую тему – Что-то никто здесь не обращает на нас никакого внимания. Думаешь, их здесь нет?
Оглядевшись вокруг, мы остановились, не имея ни малейшего понятия, что предпринять дальше.
– Рискнём «ниже»? – спросила Стелла.
Я чувствовала, что малышка устала. Да и я тоже была очень далеко от своей лучшей формы. Но я была почти уверена, что сдаваться она никак не собирается, поэтому кивнула в ответ.
– Ну, тогда надо немного подготовиться... – закусив губу и серьёзно сосредоточившись, заявила воинственная Стелла. – Знаешь ли ты, как поставить себе сильную защиту?
– Вроде бы – да. Но я не знаю, насколько она будет сильная. – Смущённо ответила я. Мне очень не хотелось именно сейчас её подвести.
– Покажи, – попросила девочка.
Я поняла, что это не каприз, и что она просто старается мне помочь. Тогда я попробовала сосредоточиться и сделала свой зелёный «кокон», который я делала себе всегда, когда мне нужна была серьёзная защита.
– Ого!.. – удивлённо распахнула глазёнки Стелла. – Ну, тогда пошли.
На этот раз наш полёт вниз уже был далеко не таким приятным, как предыдущий... Почему-то очень сдавило грудь и тяжело было дышать. Но понемножку всё это как бы выровнялось, и я с удивлением уставилась на открывшийся нам, жутковатый пейзаж...
Тяжёлое, кроваво-красное солнце скупо освещало тусклые, фиолетово-коричневые силуэты далёких гор... По земле, как гигантские змеи, ползли глубокие трещины, из которых вырывался плотный, тёмно-оранжевый туман и, сливаясь с поверхностью, становился похожим на кровавый саван. Всюду бродили странные, будто неприкаянные, сущности людей, которые выглядели очень плотными, почти что физическими... Они то появлялись, то исчезали, не обращая друг на друга никакого внимания, будто никого кроме себя не видели и жили лишь в своём, закрытом от остальных, мире. Вдалеке, пока что не приближаясь, иногда появлялись тёмные фигуры каких-то чудовищных зверей. Ощущалась опасность, пахло жутью, хотелось бежать отсюда сломя голову, не поворачиваясь назад...
– Это мы прямо в Аду что ли? – в ужасе от увиденного, спросила я.
– Но ты же хотела посмотреть, как это выглядит – вот и посмотрела. – Напряжённо улыбаясь, ответила Стелла.
Чувствовалось, что она ожидает какую-то неприятность. Да и ничего другого, кроме неприятностей, здесь, по-моему, просто никак не могло быть...
– А ты знаешь, иногда здесь попадаются и добрые сущности, которые просто совершили большие ошибки. И если честно, мне их очень жалко... Представляешь – ждать здесь следующего своего воплощения?!. Жуть!
Нет, я никак не могла этого представить, да и не хотела. И уж этим же самым добром здесь ну никак не пахло.
– А ты ведь не права! – опять подслушала мои мысли малышка. – Иногда сюда и, правда, попадают очень хорошие люди, и за свои ошибки они платят очень дорого... Мне их, правда, жаль...
– Неужели ты думаешь, что наш пропавший мальчик тоже попал сюда?!. Уж он-то точно не успел ничего такого дурного совершить. Ты надеешься найти его здесь?.. Думаешь, такое возможно?
– Берегись!!! – вдруг дико завизжала Стелла.
Меня расплющило по земле, как большую лягушку, и я всего лишь успела почувствовать, как будто на меня навалилась огромная, жутко воняющая. гора... Что-то пыхтело, чавкало и фыркало, расточая омерзительный запах гнили и протухшего мяса. У меня чуть желудок не вывернуло – хорошо, что мы здесь «гуляли» только сущностями, без физических тел. Иначе у меня, наверняка, случились бы самые неприятные неприятности.....
– Вылезай! Ну, вылезай же!!! – пищала перепуганная девчушка.
Но, к сожалению, это было легче сказать, чем сделать... Зловонная туша навалилась на меня всей жуткой тяжестью своего огромного тела и уже, видимо, была готова полакомиться моей свеженькой жизненной силой... А у меня, как на зло, никак не получалось от него освободиться, и в моей сжатой страхом душе уже предательски начинала попискивать паника...
– Ну, давай же! – опять крикнула Стелла. Потом она вдруг ударила чудище каким-то ярким лучом и опять закричала: – Беги!!!
Я почувствовала, что стало немного легче, и изо всех сил энергетически толкнула нависшую надо мной тушу. Стелла бегала вокруг и бесстрашно била со всех сторон уже слабеющего ужастика. Я кое-как выбралась, по привычке тяжело хватая ртом воздух, и пришла в настоящий ужас от увиденного!.. Прямо передо мной лежала огромная шипастая туша, вся покрыта какой-то резко воняющей слизью, с огромным, изогнутым рогом на широкой, бородавчатой голове.
– Бежим! – опять закричала Стелла. – Он ведь ещё живой!..
Меня будто ветром сдуло... Я совершенно не помнила, куда меня понесло... Но, надо сказать, понесло очень быстро.
– Ну и бегаешь ты... – запыхавшись, чуть выговаривая слова, выдавила малышка.
– Ой, пожалуйста, прости меня! – устыдившись, воскликнула я. – Ты так закричала, что я с перепугу помчалась, куда глаза глядят...
– Ну, ничего, в следующий раз будем поосторожнее. – Успокоила Стелла.
У меня от такого заявления глаза полезли на лоб!..
– А что, будет ещё «следующий» раз??? – надеясь на «нет», осторожно спросила я.
– Ну конечно! Они ведь живут здесь! – дружески «успокоила» меня храбрая девчушка.
– А что же мы тогда здесь делаем?..
– Мы же спасаем кого-то, разве ты забыла? – искренне удивилась Стелла.
А у меня, видно, от всего этого ужаса, наша «спасательная экспедиция» полностью вылетела из головы. Но я тут же постаралась как можно быстрее собраться, чтобы не показать Стелле, что я по-настоящему очень сильно испугалась.
– Ты не думай, у меня после первого раза целый день косы дыбом стояли! – уже веселее сказала малышка.
Мне просто захотелось её расцеловать! Каким-то образом, видя что мне стыдно за свою слабость, она умудрилась сделать так, что я сразу же снова почувствовала себя хорошо.
– Неужели ты правда думаешь, что здесь могут находиться папа и братик маленькой Лии?.. – от души удивляясь, спросила её ещё раз я.
– Конечно! Их просто могли украсть. – Уже совсем спокойно ответила Стелла.
– Как – украсть? И кто?..
Но малышка не успела ответить... Из-за дремучих деревьев выскочило что-то похлеще, чем наш первый «знакомый». Это было что-то невероятно юркое и сильное, с маленьким, но очень мощным телом, посекундно выбрасывающее из своего волосатого пуза странную липкую «сеть». Мы даже не успели пикнуть, как обе в неё дружно попались... Стелла с перепугу стала похожа на маленького взъерошенного совёнка – её большие голубые глаза были похожи на два огромных блюдца, с выплесками ужаса посерединке.
Надо было срочно что-то придумать, но моя голова почему-то была совершенно пустая, как бы я не старалась что-то толковое там найти... А «паук» (будем дальше так его называть, за неимением лучшего) тем временем довольно тащил нас, видимо, в своё гнездо, готовясь «ужинать»...
– А где же люди? – чуть ли не задыхаясь, спросила я.
– О, ты же видела – людей здесь полно. Больше чем где-либо... Но они, в большинстве, хуже, чем эти звери... И они нам не помогут.
– И что же нам теперь делать? – мысленно «стуча зубами», спросила я.
– Помнишь, когда ты показала мне твоих первых чудищ, ты ударила их зелёным лучом? – уже опять вовсю озорно сверкая глазами, (опять же, быстрее меня очухавшись!), задорно спросила Стелла. – Давай – вместе?..
Я поняла, что, к счастью, сдаваться она всё ещё собирается. И решила попробовать, потому что терять нам всё равно было нечего...
Но ударить мы так и не успели, потому что паук в тот момент резко остановился и мы, почувствовав сильный толчок, со всего маху шлёпнулись на землю... Видимо, он притащил нас к себе домой намного раньше, чем мы предполагали...
Мы очутились в очень странном помещении (если конечно это можно было так назвать). Внутри было темно, и царила полная тишина... Сильно пахло плесенью, дымом и корой какого-то необычного дерева. И только время от времени слышались какие-то слабые звуки, похожие на стоны. Как будто бы у «страдавших» уже совсем не оставалось сил…
– Ты не можешь это как-то осветить? – я тихо спросила Стеллу.
– Я уже попробовала, но почему-то не получается... – так же шёпотом ответила малышка.
И сразу же прямо перед нами загорелся малюсенький огонёк.
– Это всё, что я здесь могу. – Огорчённо вздохнула девчушка
При таком тусклом, скупом освещении она выглядела очень усталой и как бы повзрослевшей. Я всё время забывала, что этому изумительному чудо-ребёнку было всего-то ничего – пять лет!.. Наверное, её такой временами серьёзный, недетский разговор или её взрослое отношение к жизни, или всё это вместе взятое, заставляло забывать, что в реальности она ещё совсем малюсенькая девочка, которой в данный момент должно было быть до ужаса страшно. Но она мужественно всё переносила, и даже ещё собиралась воевать...
– Смотри, кто это здесь? – прошептала малышка.
И вглядевшись в темноту, я увидела странные «полочки», на которых, как в сушилке, лежали люди.
– Мама?.. Это ты, мама??? – тихонько прошептал удивлённый тоненький голосок. – Как же ты нас нашла?
Я сначала не поняла, что ребёнок обращался ко мне. Начисто позабыв, для чего мы сюда пришли, я только тогда поняла, что спрашивают именно меня, когда Стелла сильно толкнула меня кулачком в бок.
– А мы же не знаем, как их зовут!.. – прошептала я.
– Лия, а ты что здесь делаешь? – прозвучал уже мужской голос.
– Тебя ищу, папочка. – Голоском Лии мысленно ответила Стелла.
– А как вы сюда попали? – спросила я.
– Наверняка, так же, как и вы... – был тихий ответ. – Мы гуляли по берегу озера, и не видели, что там был какой-то «провал»... Вот мы туда и провалились. А там ждал вот этот зверь... Что же будем делать?
– Уходить. – Постаралась ответить как можно спокойнее я.
– А остальных? Ты хочешь их всех оставить?!. – прошептала Стелла.
– Нет, конечно же, не хочу! Но как ты собираешься их отсюда забирать?..
Тут открылся какой-то странный, круглый лаз и вязкий, красный свет ослепил глаза. Голову сдавило клещами и смертельно захотелось спать...
– Держись! Только не спи! – крикнула Стелла. И я поняла, что это пошло на нас какое-то сильное действие, Видимо, этому жуткому существу мы нужны были совершенно безвольными, чтобы он свободно мог совершать какой то свой «ритуал».
– Ничего мы не сможем... – сама себе бурчала Стелла. – Ну, почему же не получается?..
И я подумала, что она абсолютно права. Мы обе были всего лишь детьми, которые, не подумав, пустились в очень опасные для жизни путешествия, и теперь не знали, как из этого всего выбраться.
Вдруг Стелла сняла наши наложенные «образы» и мы опять стали сами собой.
– Ой, а где же мама? Ты кто?... Что ты сделала с мамой?! – возмущённо прошипел мальчик. – А ну немедленно верни её обратно!
Мне очень понравился его бойцовский дух, имея в виду всю безнадёжность нашей ситуации.
– Дело в том, что здесь не было твоей мамы, – тихо прошептала Стелла. – Мы встретили твою маму там, откуда вы «провалились» сюда. Они за вас очень переживают, потому что не могут вас найти, вот мы и предложили помочь. Но, как видишь, мы оказались недостаточно осторожными, и вляпались в ту же самую жуткую ситуацию...