Иоанн XXI

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Иоанн XXI
лат. Johannes PP. XXI<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Иоанн XXI</td></tr>
187-й папа римский
8 сентября 1276 — 20 мая 1277
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Адриан V
Преемник: Николай III
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Педру Жулиан
Оригинал имени
при рождении:
порт. Pedro Julião
Рождение: между 1210 и 1220
Лиссабон, Португалия
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Витербо, Италия
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
150px

Иоанн XXI (лат. Johannes PP. XXI, в миру — Петрус Ребули Юлиани или Педру Жулиан, порт. Pedro Julião или Пётр Испа́нский лат. Petrus Hispanus; между 1210 и 1220 — 20 мая 1277) — папа римский с 8 сентября 1276 по 20 мая 1277. Единственный папа португальского происхождения.







Ранние годы

Собственно, должен быть Иоанном XX, а неправильный счёт частично обусловливался легендой о папессе Иоанне, которая считалась Иоанном VIII, частично путаницей вследствие многочисленных и эфемерных антипап).

Педру, вероятно, родился в Лиссабоне между 1210 и 1220 годами. Он начал учебу в епископской школе Лиссабонского кафедрального собора, а затем поступил в Парижский университет, хотя некоторые историки утверждают, что он получил образование в Монпелье. Везде, где он учился, он концентрировался на медицине, теологии, логике, физике, метафизике и диалектике Аристотеля.

Педру славился своей учёностью. Некоторые историки идентифицируют его с человеком, известным как Пётр Испанский. Этот человек изучал медицину в университете Сиены, где написал «Summulae Logicales», справочное пособие по аристотелевской логике, используемая в европейских университетах в течение более чем 300 лет. Он стал известным университетским преподавателем, а затем вернулся в Лиссабон. В Гимарайнше он стал советником короля Афонсу III в церковных делах. Пётр пытался стать епископом Лиссабона, но не был избран.

Точно известно, что Педро стал врачом папы Григория X (1271—1276) в начале его правления. В марте 1273 года он был избран архиепископом Браги, а 3 июня 1273 года Григорий X произвел его в кардинал-епископы Фраскати.

Папство

После смерти папы Адриана V 18 августа 1276 года Педро был избран папой Римским 13 сентября, приняв имя Иоанна XXI. Он был коронован неделю спустя. Одним из немногих актов Иоанна XXI за время его короткого правления было восстановление указа 1274 года о конклаве: кардиналы должны были находиться в изоляции, пока не изберут преемника папы, постепенно их запасы продовольствия и питья полагалось ограничивать, если им требовалось слишком много времени для обсуждения.

Большая часть краткого понтификата Иоанна XXI прошла при доминировании могущественного кардинала Джованни Гаэтано Орсини (будущего папы Николая III). Избранный папой, Иоанн поставил своей задачей снарядить крестовый поход. Считая главным препятствием для этого спор между Альфонсом Кастильским и Филиппом III Французским о наследстве в Кастилии, Иоанн, делая всё для его прекращения, отправил в Париж легатов с самыми обширными полномочиями. Однако спор затянулся, а папа неожиданно скончался.

Смерть и наследие

Файл:Jean XXI (Viterbo Cath.).JPG
Гробница Иоанна XXI

Для проведения интересовавших его медицинских исследований папа пристроил новое помещение к папскому дворцу в Витербо — здесь он собирался уединяться, чтобы спокойно работать. 14 мая 1277 года, когда папа был один в этом помещении, рухнула крыша. Иоанн был извлечен из-под обломков и умер 20 мая от полученных травм. Он был похоронен в Дуомо-ди-Витербо, его могила сохранилась.

После его смерти ходили слухи, что Иоанн XXI на самом деле был волшебником (подобные подозрения были обычными для средневековых ученых) и что он писал еретическое сочинение в комнате, из-за чего Господь обрушил на него потолок.

В «Божественной комедии» Данте видит Иоанна XXI («Петра Испанского») на небесах с другими духами великих церковных ученых.

Медицинские труды

Из медицинских сочинений Иоанна большой известностью пользовалась в средние века его «Practica medicinae, quae thesaurus pauperum nuncupatur» (Антверп., 1494); его «Summula logicae» (Кёльн, 1487; иначе «Summulae logicales» или просто «Tractatus») была в своё время весьма распространенным учебником. Кроме того, Иоанн написал комментарий на Аристотеля и Фому Аквинского и много других трактатов.

Одна из наиболее полных книг о контрацепции была написана «Петром Испанским», она содержала рекомендации по контролю рождаемости и менструального цикла. Книга была чрезвычайно популярной и получила название Thesaurus pauperum — «Сокровище бедных». Многие из рекомендаций Петра были признаны эффективным даже современными исследователями. Однако уверенности, что автор Thesaurus pauperum и Иоанн XXI — одно и то же лицо, нет. Французский писатель Морис Дрюон в романе "Узница Шато-Гайяра" (из цикла "Проклятые короли") безосновательно приписывает авторство данного трактата другому папе -- Иоанну XXII.

Напишите отзыв о статье "Иоанн XXI"

Литература

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Иоанн XXI

Вечерами поздними с тобой,
Ничего не зная друг о друге,
Любовались мы своей звездой.
Лучше всех была она на небе,
Ярче всех, светлее и ясней...
Что бы я не делал, где бы не был,
Никогда не забывал о ней.
Всюду огонёк её лучистый
Согревал надеждой мою кровь.
Молодой, нетронутой и чистой
Нёс тебе я всю свою любовь...
О тебе звезда мне песни пела,
Днём и ночью в даль меня звала...
А весенним вечером, в апреле,
К твоему окошку привела.
Я тебя тихонько взял за плечи,
И сказал, улыбку не тая:
«Значит я не зря ждал этой встречи,
Звёздочка любимая моя»...

Маму полностью покорили папины стихи... А он писал их ей очень много и приносил каждый день к ней на работу вместе с огромными, его же рукой рисованными плакатами (папа великолепно рисовал), которые он разворачивал прямо на её рабочем столе, и на которых, среди всевозможных нарисованных цветов, было большими буквами написано: «Аннушка, моя звёздочка, я тебя люблю!». Естественно, какая женщина могла долго такое выдержать и не сдаться?.. Они больше не расставались... Используя каждую свободную минуту, чтобы провести её вместе, как будто кто-то мог это у них отнять. Вместе ходили в кино, на танцы (что оба очень любили), гуляли в очаровательном Алитусском городском парке, пока в один прекрасный день решили, что хватит свиданий и что пора уже взглянуть на жизнь чуточку серьёзнее. Вскоре они поженились. Но об этом знал только папин друг (мамин младший брат) Ионас, так как ни со стороны маминой, ни со стороны папиной родни этот союз большого восторга не вызывал... Мамины родители прочили ей в женихи богатого соседа-учителя, который им очень нравился и, по их понятию, маме прекрасно «подходил», а в папиной семье в то время было не до женитьбы, так как дедушку в то время упрятали в тюрьму, как «пособника благородных» (чем, наверняка, пытались «сломать» упрямо сопротивлявшегося папу), а бабушка от нервного потрясения попала в больницу и была очень больна. Папа остался с маленьким братишкой на руках и должен был теперь вести всё хозяйство в одиночку, что было весьма непросто, так как Серёгины в то время жили в большом двухэтажном доме (в котором позже жила и я), с огромнейшим старым садом вокруг. И, естественно, такое хозяйство требовало хорошего ухода...
Так прошли три долгих месяца, а мои папа и мама, уже женатые, всё ещё ходили на свидания, пока мама случайно не зашла однажды к папе домой и не нашла там весьма трогательную картинку... Папа стоял на кухне перед плитой и с несчастным видом «пополнял» безнадёжно растущее количество кастрюль с манной кашей, которую в тот момент варил своему маленькому братишке. Но «зловредной» каши почему-то становилось всё больше и больше, и бедный папа никак не мог понять, что же такое происходит... Мама, изо всех сил пытаясь скрыть улыбку, чтобы не обидеть незадачливого «повара», засучив рукава тут же стала приводить в порядок весь этот «застоявшийся домашний кавардак», начиная с полностью оккупированными, «кашей набитыми» кастрюлями, возмущённо шипящей плиты... Конечно же, после такого «аварийного происшествия», мама не могла далее спокойно наблюдать такую «сердцещипательную» мужскую беспомощность, и решила немедленно перебраться в эту, пока ещё ей совершенно чужую и незнакомую, территорию... И хотя ей в то время тоже было не очень легко – она работала на почтамте (чтобы самой себя содержать), а по вечерам ходила на подготовительные занятия для сдачи экзаменов в медицинскую школу.

Она, не задумываясь, отдала все свои оставшиеся силы своему, измотанному до предела, молодому мужу и его семье. Дом сразу ожил. В кухне одуряюще запахло вкусными литовскими «цепеллинами», которых маленький папин братишка обожал и, точно так же, как и долго сидевший на сухомятке, папа, объедался ими буквально до «неразумного» предела. Всё стало более или менее нормально, за исключением отсутствия бабушки с дедушкой, о которых мой бедный папа очень сильно волновался, и всё это время искренне по ним скучал. Но у него теперь уже была молодая красивая жена, которая, как могла, пыталась всячески скрасить его временную потерю, и глядя на улыбающееся папино лицо, было понятно, что удавалось ей это совсем неплохо. Папин братишка очень скоро привык к своей новой тёте и ходил за ней хвостом, надеясь получить что-то вкусненькое или хотя бы красивую «вечернюю сказку», которые мама читала ему перед сном в великом множестве.
Так спокойно в каждодневных заботах проходили дни, а за ними недели. Бабушка, к тому времени, уже вернулась из госпиталя и, к своему великому удивлению, нашла дома новоиспечённую невестку... И так как что-то менять было уже поздно, то они просто старались узнать друг друга получше, избегая нежелательных конфликтов (которые неизбежно появляются при любом новом, слишком близком знакомстве). Точнее, они просто друг к другу «притирались», стараясь честно обходить любые возможные «подводные рифы»... Мне всегда было искренне жаль, что мама с бабушкой никогда друг друга так и не полюбили... Они обе были (вернее, мама всё ещё есть) прекрасными людьми, и я очень их обоих любила. Но если бабушка, всю проведённую вместе жизнь как-то старалась к маме приспособиться, то мама – наоборот, под конец бабушкиной жизни, иногда слишком открыто показывала ей своё раздражение, что меня глубоко ранило, так как я была сильно к ним обоим привязана и очень не любила попадать, как говорится, «между двух огней» или насильно принимать чью-нибудь сторону. Я никогда так и не смогла понять, что вызывало между этими двумя чудесными женщинами эту постоянную «тихую» войну, но видимо для того были какие-то очень веские причины или, возможно, мои бедные мама и бабушка просто были по-настоящему «несовместимы», как это бывает довольно часто с живущими вместе чужими людьми. Так или иначе, было очень жаль, потому что, в общем, это была очень дружная и верная семья, в которой все стояли друг за друга горой, и каждую неприятность или беду переживали вместе.