Кожинов, Вадим Валерианович

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Вадим Валерианович Кожинов
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Vadim Kozhinov.jpg
Имя при рождении:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Псевдонимы:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Полное имя

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Дата рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Дата смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Гражданство (подданство):

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Род деятельности:

литературный критик, публицист.

Годы творчества:

с Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). по Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Направление:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Жанр:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Язык произведений:

русский

Дебют:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Премии:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Награды:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Подпись:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

link=Ошибка Lua в Модуль:Wikidata/Interproject на строке 17: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). [[Ошибка Lua в Модуль:Wikidata/Interproject на строке 17: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).|Произведения]] в Викитеке
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Вади́м Валериа́нович Ко́жинов (5 июля 1930, Москва — 25 января 2001) — советский и российский критик, литературовед[1], публицист.







Биография

Родился в Москве 5 июля 1930 года в семье служащего. Отец — Кожинов Валериан Фёдорович, инженер, 1903 года рождения; мать — Кожинова Ольга Васильевна, домохозяйка, 1904 года рождения; брат Кожинов Игорь Валерианович, прораб Мосстроя, 1939 года рождения. В 1948 году окончил среднюю школу и поступил в МГУ на филологический факультет, который окончил с отличием в 1954 году. После окончания университета учился в аспирантуре Института мировой литературы. С 1957 года работал сотрудником отдела теории литературы в этом институте. В 1958 году защитил кандидатскую диссертацию[2][3].

По опубликованным[4] воспоминаниям Алексея Пузицкого, двоюродного брата Вадима Кожинова, до Великой Отечественной войны семья Кожиновых жила около Девичьего Поля, на втором этаже старого деревянного дома, построенного дедом, действительным статским советником и директором гимназии В. А. Пузицким; непосредственно перед войной Кожиновы получили новую квартиру в доме у Донского монастыря.

Более сорока лет был женат вторым браком[5] на литературоведе[6] Елене Ермиловой[7], «еврейке по национальности и православной по вероисповеданию»[8][9], дочери литературного критика Владимира Ермилова[10], с которой его познакомил литератор Александр Байгушев[11]. Первый брак, несмотря на несогласие матери Вадима Кожинова, состоялся со студенткой МГУ Людмилой Рускол[12]. По воспоминаниям редактора журнала «Наш современник» Станислава Куняева, в 1960-х годах русские литераторы любили подшучивать над находящимся на национально-патриотических позициях Кожиновым следующим образом: «У Вадима первая жена еврейка, вторая полукровка, любовница у него сейчас русская, но её сына зовут Марик»[13], причём эта острота была широко распространена[14].

В январе 2001 года у Кожинова обострилась язвенная болезнь, повлекшая смерть, согласно медицинскому диагнозу, от «острого желудочного кровотечения»[15]. За несколько лет до смерти Кожинов жаловался Льву Аннинскому на постоянно ухудшающееся здоровье[16], неоднократно указывалась и губительная страсть Вадима Кожинова к спиртным напиткам[17].

Похоронен в Москве на Введенском кладбище[18], помимо друзей и родных на похоронах присутствовала значительная часть абхазской диаспоры Москвы[19], с которой его связывали дружеские отношения[20].

Публикации

Написал более 30 книг, основные работы посвящены вопросам теории литературы, русской литературе XIX века, современному литературному процессу (в первую очередь поэзии), истории России. Многие критики особо выделяли книгу Кожинова «Тютчев»[21]. Кожинов добился публикации трудов М. М. Бахтина «Проблемы поэтики Достоевского» в 1963 году и «Творчество Франсуа Рабле» в 1965-м, принял активное участие в их изучении, немало сделал для популяризации поэзии Рубцова[22].

По утверждению самого Кожинова, с начала 1990-х годов он был одним из самых издаваемых академических учёных[23], в 2013 году личность Вадима Кожинова чаще всего, среди литкритиков, фигурировала на страницах газеты «Литературная Россия»[24].

Кожиновские чтения, память

В начале 2000-х годов ректор университета Владимир Сосновский и заведующий кафедрой литературы АГПУ Юрий Павлов организовали в Армавире ежегодную Международную научно-практическую конференцию «Творчество В. В. Кожинова в контексте научной мысли ХХ-ХХI веков».[25]. В 2013 году в «Кожиновских чтениях» приняли участие писатель Захар Прилепин и критик Владимир Бондаренко[26].

День памяти Вадима Кожинова прошел в рамках 23-й ММКВЯ[27].

Некоторые высказывания критика получили достаточно широкое цитирование, например, про «тюрьму народов»[28][29][30]:

«И если уж называть Россию „тюрьмой народов“, то, в точном соответствии с логикой, следует называть основные страны 3апада, не иначе как „кладбищами народов“, а потом уж решать, что „лучше“ — тюрьма или кладбище».

— Вадим Кожинов

Отзывы

По воспоминаниям литературного критика Владимира Бондаренко в советской литературной политике Вадим Кожинов обладал достаточным влиянием, чтобы организовать практически любое книжное издание[31], он же отмечал, что Кожинов «умело влиял на целое поколение поэтов и критиков»[32]. Литературный критик Кирилл Анкудинов называл Кожинова «профессиональным делателем поэтов»[33], Екатерина Маркова называла Вадима Кожинова, оказавшего огромное влияние на её творческую судьбу, основателем «черносотенного издательства» «Алгоритм» и активистом так называемой литературной «русской партии»[34], при этом отметила, что, по мнению Кожинова, "марксисты-большевики оклеветали «чёрную сотню».

«Евразийская концепция В. Кожинова плотно стыкуется с его общеисторическим взглядом на Россию в ХХ веке», — отмечает Валентин Оскоцкий[35], цитируя Кожинова: «…Евразийский народ — это не Азия плюс Европа, это совершенно особенный народ. И ещё, евразийцы — это, главным образом, русский народ…».

Литературовед Павел Басинский относил Вадима Кожинова к одним из ярких представителей шестидесятников[36].

Исторические публикации

Суждения Кожинова о черносотенстве (монография «„Черносотенцы“ и Революция», 1998), репрессиях 1937 года и роли евреев в истории Советского Союза вызвали ряд критических откликов. Так, историк Юрий Каграманов, рассматривая книгу «„Черносотенцы“ и Революция», находит в ней множество ошибок, некорректных утверждений и антиисторических подходов вроде приписывания большевикам в период Гражданской войны идеи сохранения «государственного пространства России» и «целенаправленное созидание прочной государственной структуры»[37]. Идеализацию Кожиновым черносотенства отмечает и Скиф Рэд (Руслан Баженов) в книге «Ампутация сознания, или Немного воска для ослиных ушей»[38].

Журналист Томаш Соммер (англ.) и заведующий кафедрой в Институте мировой политики Марек Ходакевич (англ.) в статье «Возвращение апологетов Сталина» пишут, что Кожинов отстаивал невиновность Сталина в массовых репрессиях 1930-х годов. Затрагивая вопрос о гибели евреев в ходе репрессий, Кожинов утверждает, что они были более широко представлены в высших эшелонах советской власти, чем другие группы — поэтому их больше и погибло. Тезисы Кожинова, по мнению авторов статьи, дают основания для обвинений в моральном релятивизме и сравнения отрицания массовых репрессий с отрицанием Холокоста[39].

Израильский историк Даниэль Романовский, причисляя Кожинова к отрицателям Холокоста, упрекнул его в своём интервью в отсутствии ссылок на источники и отметил вторичность тезисов[40]. Географ и писатель Павел Полян, анализируя очерк «Война и евреи», приходит к выводу, что «сам Холокост Кожинов не отрицает, но оспаривает его масштаб и ставит его в ряд с потерями русского народа»[41]. Мария Альтман также полагает, что Кожинова нельзя причислять к явным отрицателям Холокоста, отмечая, как и Романовский, что его тезисы не оригинальны и вполне укладываются в систему западного ревизионизма[42].

Литературный критик Наталья Иванова на примере спора Бенедикта Сарнова с Кожиновым утверждала, что «с кожиновской логикой управиться при помощи фактов было, естественно, невозможно: демагогия непобедима»[43].

Павел Басинский, отмечая идеологизированность Кожинова, называл его одним из самых глубоких критиков[44].

По воспоминаниям издателей, сам Вадим Кожинов говорил, что профессиональные историки его «не считают за своего»[45], издатель также отмечал, что «он (Кожинов) не работал с архивными документами, но тщательно следил за последними достижениями узких специалистов, в частности, в археологии, и затем использовал эти труды для выстраивания своей концепции общественных отношений и исторических связей». Писатель Борис Споров называл Кожинова «историческим публицистом-просветителем» и констатировал, что «ни по образованию, ни по характеру В. В. Кожинов не был историком. Он не работал с архивами, не определял приоритеты развития общества, не исследовал заново те или иные исторические периоды. Его источниками были готовые исследования»[46]. Художник Илья Глазунов обращал внимание на то, что Кожинов «был во многом идеологическим цензором-комиссаром органа Союза писателей» и стал заниматься исторической наукой только «в последние годы своей жизни, став яростным норманистом», также Глазунов уточнил, что «не стремился к общению с ним, не считая его для себя авторитетом в литературоведении и тем паче в живописи, а также в истории»[47]. Впоследствии Станислав Куняев высказал недоумение по поводу подобного критического высказывания Глазунова о Кожинове[48] и напомнил о прежней симпатии художника к критику[49]. В конце 2000-х годов газета «Литературная Россия» обращала внимание читателей на то, что «современная историческая наука практически никак не отреагировала» на исторические опыты Кожинова[50]. По мнению журналиста Надежды Ажгихиной и историка Виктора Шнирельмана, историческая публицистика Кожинова относится к жанру фолк-хистори[51][52].

Политическая и общественная деятельность

В 1989 году Кожинов принимает предложение[53] о выдвижении кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР по Щёлковскому избирательному округу и проигрывает выборы Николаю Травкину[54]. Кожинов никогда не состоял ни в одной партии, но в преддверии президентских выборов 2000 стал доверенным лицом Геннадия Зюганова, чем, по утверждению журналиста Виктора Кожемяко, искренне гордился[55]. В 1991 году Кожинов говорил, что он сам «не только не член партии, но ещё и антикоммунист с большим стажем, но в нынешних условиях, — никуда не денешься, — получается, что КПСС — одна из опор страны»[56].

В 1990 году подписал «Письмо 74-х».

Книги

  • Виды искусства (М.,1960)
  • Роман Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание»
  • Происхождение романа (М., 1963)
  • [http://vadiml.livejournal.com/2875.html Как пишут стихи. О законах поэтического творчества] (первое издание М.,1970, второе 1980, третье 2001)
  • Николай Рубцов. М., 1976.
  • Книга о русской лирической поэзии XIX века (М., 1978)
  • Многообразие стилей советской литературы. Вопросы типологии (1978) (соавтор)
  • Стихи и поэзия. — М., Советская Россия, 1980. — 304 с. 25 000 экз.
  • Статьи о современной литературе (М.,1982; М., 1990)
  • [http://vadiml.livejournal.com/2875.html Тютчев] М., Молодая гвардия, 1988 (в серии ЖЗЛ, позже переиздавалась под названием «Пророк в своём отечестве», а в 2009 году вновь выпущена в серии ЖЗЛ)
  • Размышления о русской литературе (М., 1991)
  • Загадочные страницы истории ХХ века. М., 1995
  • Судьба России: вчера, сегодня, завтра. М., Воениздат, 1997.
  • [http://kozhinov.voskres.ru/cher-sot/chersot.htm Черносотенцы и Революция] (1998) (позже большей частью вошла в состав первой книги «Россия век XX. 1901—1939»)
  • [http://www.hrono.ru/libris/kozhin20vek.html Россия век XX. 1901—1939] (М.,1999)
  • [http://www.hrono.ru/libris/lib_k/kozhin20v00.php Россия век XX. 1939—1964] (1999)
  • История Руси и русского слова. М., 2000
  • [http://vadiml.livejournal.com/2875.html О русском национальном сознании. Избранные статьи о наиболее актуальных вопросах Российского государства] (2002)
  • Правда «Чёрной сотни». — М.: Эксмо, 2006. — 384 с. — ISBN 5-699-18355-8.
  • Красная сотня. — М.: Алгоритм, 2009, 272 с.
  • [http://www.x-libri.ru/elib/kozhn001 Правда сталинских репрессий] (2005)

Статьи

  • Трехтомник «Теория литературы» (ИМЛИ), статьи и главы[57].
  • [http://www.kladina.narod.ru/kozhinov/kozhinov.htm Против кого боролся Дмитрий Донской?] // Наука и религия, 2000, № 8.

Напишите отзыв о статье "Кожинов, Вадим Валерианович"

Примечания

  1. Кожинов Вадим Валерианович | [http://slovari.299.ru/enc.php?find_word=%EA%EE%E6%E8%ED%EE%E2&slovar=2 БЭС], (р. 1930) — российский критик, литературовед. Основные работы посвящены вопросам теории литературы, русской литературе 19 в., современному литературному процессу (в первую очередь поэзии). Книги: «Виды искусства» (1960), «Происхождение романа» (1963), «Книга о русской лирической поэзии 19 в.» (1978), «Статьи о современной литературе» (1982), «Тютчев» (1988), «Размышления о русской литературе» (1990) и др.
  2. Автобиография, 1964 г.
  3. [http://www.litrossia.ru/2013/08/07840.html «Прогнившая система»] «Литературная Россия» № 08 от 22.02.2013, Вячеслав Огрызко: «Знаете, Вадим Кожинов так и умер всего лишь кандидатом, но, поверьте, в теории литературы он разбирался лучше иных академиков».
  4. «Сто рассказов о великом русском. Вадим Кожинов», ISBN 978-5-4320-0041-5
  5. [http://www.nash-sovremennik.ru/p.php?y=2002&n=7&id=3 Поэзия. Судьба. Россия.] «Наш современник» № 7, 2002, Станислав Куняев: «Не помню, кто познакомил нас, но было это жарким июньским днём 1960 года. Светловолосый, излучающий молодое дыхание жизни — ему ещё не было и тридцати — Вадим затащил нас с Передреевым в какую-то светёлку, которую он снимал в старинном московском особняке на бывшей улице Воровского. Он недавно ушёл от своей первой жены и, празднуя холостяцкую свободу, буквально купался в череде мимолётных, но искренних романов, наслаждаясь декламацией стихов, брызгами шампанского, стихией цыганской венгерки, звуки которой так естественно вырывались из полукруглых окон бывшего дворянского гнезда».
  6. [http://www.lgz.ru/article/15168/ «Его духовные заветы»] «Литературная газета»: «Воспоминаниями о Вадиме Валериановиче поделилась Елена Ермилова, известный литературовед, жена и друг учёного».
  7. [http://www.newstube.ru/media/pamyati-vadima-kozhinova «Памяти Вадима Кожинова»] интервью Ермиловой телеканалу Культура.
  8. В. В. Кожинов, «Грех и святость русской истории», «Приложение. Памяти Вадима Кожинова», с. 460, ISBN 978-5-699-42342-2. Владимир Винников: «Он (Вадим Кожинов), женатый на Елене Владимировне Ермиловой, дочери известного литературного критика, еврейке по национальности и православной по вероисповеданию, с которой счастливо прожил более сорока лет, был начисто лишён какого то бы то ни было антисемитизма».
  9. [http://kozhinov.voskres.ru/articles/pereplet.htm Беседа с Вадимом Кожиновым 5 августа 1999 г.] Вадим Кожинов отвечает Вячеславу Румянцеву: «Кстати, жена у меня еврейка, но она совершенно православная. Это кстати к вопросу о моём якобы антисемитизме. Сорок лет живём».
  10. [http://www.lgz.ru/article/15163/ «Спасибо, Вадим!»] «Литературная газета», Дмитрий Жуков: «Тестем Вадима был В. В. Ермилов, знаменитый в своё время могучий партийный критик и литературовед, с которым „недоспорил“ Маяковский, пожалевший об этом в своей предсмертной записке»
  11. [http://litrossia.ru/2013/51/08543.html "Русская писательская «малина» и её литературные «воры в законе»] Екатерина Маркова, «Литературная Россия» № 51 от 20.12.2013: «Кожинов как-то пытался спасти ситуацию. Он буквально заставил своего ещё университетского товарища Александра Байгушева (Кожинов был женат на однокурснице Байгушева Лене Ермиловой, с которой его познакомил Байгушев) оставить очень высокий престижный пост, дававший ему возможность буквально не вылезать из-за границы, и пойти на понижение».
  12. «Вадим Кожинов. Сто рассказов о великом русском». М.: Алгоритм, 2012. ISBN 978-5-4320-0041-5. Глава «Брат», Алексей Пузицкий: «Паспорт Вадима она (мать) спрятала, но он ушёл из дома и женился на тогдашней студентке юрфака МГУ Людмиле Рускол».
  13. «Вадим Кожинов в интервью, беседах, диалогах и воспоминаниях современников», воспоминания Станислава Куняева «За горизонтом старые друзья», с. 493, ISBN 5-9265-0151-2
  14. [http://www.nash-sovremennik.ru/p.php?y=2002&n=7&id=3 «Поэзия, Судьба, Россия»] Журнал «Наш современник» N7, 2002, Станислав Куняев: "Злые русские языки за такую «всеядность» в те времена частенько трепали его (В. В. Кожинова) имя. Одна из самых остроумных шуток на его счёт, ходившая по Москве в 1960-е годы, принадлежала, как говорят, его университетскому другу Петру Палиевскому: «У Вадима первая жена еврейка, вторая полукровка, любовница у него сейчас русская, но её сына зовут Марик».
  15. В. В. Кожинов, «Грех и святость русской истории», с. 461—462. ISBN 978-5-699-42342-2
  16. [https://archive.is/20120803201909/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg052001/polit/art9.htm «Памяти Вадима Кожинова»] «Литературная газета», Лев Аннинский: «- Внутри, — ответил он (Кожинов) с неожиданной серьёзностью. — Четыре года назад я чувствовал себя значительно крепче…»
  17. [http://hab.mk.ru/article/2012/11/01/768825-ischite-zhenschinu.html «Ищите женщину!»] «Московский Комсомолец» от 1 ноября 2012
  18. [http://www.vvedenskoe.pogost.info/displayimage.php?pos=-20463 Могила В. В. Кожинова на Введенском кладбище в Москве (фото)]
  19. «Вадим Кожинов в интервью, беседах, диалогах и воспоминаниях современников», 2005, ISBN 5-9265-0151-2, Виталий Шария, статья «Мэтр российской словесности, защитник интересов Абхазии», с. 379: «На похоронах присутствовала большая группа представителей абхазской диаспоры в столице России. Мы потеряли одного из своих верных и преданных друзей».
  20. [http://www.ekhokavkaza.com/content/article/24744160.html «Вадим Кожинов и Абхазия»] Виталий Шария, «Эхо Кавказа» от 19.10.2012
  21. [https://archive.is/20120910022455/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg262003/Polosy/art7_7.htm «Собиратель культурной Руси»] Леонид Бородин, Москва: «И поэтому хочу отметить одну вещь, которую я перечитывал, перечитываю и буду ещё много раз перечитывать. Я считаю её великим подвигом В. Кожинова. Это книга о Тютчеве».
  22. [https://archive.is/20120905064840/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg082007/Polosy/22_2.htm «Врачуя книгой»] «Литературная газета», Леонид Володарский: «Вадим Кожинов не только хорошо знал Рубцова, но и сделал очень много для того, чтобы его имя слилось с Россией, с её бессмертной культурой и литературой».
  23. [http://sp.voskres.ru/literature/kog.htm «Литературоведение: Владимир Кожинов — выдающийся просветитель… И реальный политик»] «Союз писателей России», Александр Дорин: «Это в полной мере подтверждают небывалые (для литературоведа и историка) тиражи и тематическое разнообразие посмертных кожиновских изданий. Ведущий научный сотрудник Института мировой литературы Вадим Кожинов оказался, пожалуй, самым „коммерческим“ из академических учёных. Надо сказать, в начале 90-х, этой несколько удивившей его мыслью со мной поделился и сам автор».
  24. [http://litrossia.ru/2014/04/08597.html «Итоги года: Пушкин одолел Путина»] «Литературная Россия» № 04 от 24.01.2014
  25. [http://www.lgz.ru/article/410/ «Мы вас помним, Вадим Валерианович!»] «Литературная газета»,
  26. [http://9tv.ru/news/item/42529 «Писатели Прилепин и Бондаренко встретились со студентами журфака КубГУ»] «Девятый канал», 8 октября 2013.
  27. [http://tvkultura.ru/article/show/article_id/18369 «Памяти Вадима Кожинова»] Телеканал «Культура» от 06.09.2010.
  28. [https://www.ras.ru/digest/showdnews.aspx?id=a39c2439-3450-44f4-a6d0-383b5bad9544&_Language=ru&print=1 Академик ран Абдусалам Абдулкеримович Гусейнов: «СССР решил национальные проблемы почти оптимально»] А. А. Гусейнов на сайте РАН от 10.01.2006.
  29. «Дом в России. Национальная идея», ISBN 5-224-04749-8; 2004.
  30. «Россия между Западом и Востоком. Курс Норд-Ост», ISBN 5-7654-3381-2; 2004 г.
  31. В. В. Кожинов, «Грех и святость русской истории», стр. 453. ISBN 978-5-699-42342-2
  32. [http://www.lgz.ru/article/2346/ «Победитель огня»], «Литературная газета», Владимир Бондаренко: «Я прекрасно понимаю Вадима Валерьяновича, который осознанно делал ставку на совсем иное направление в поэзии и умело влиял на целое поколение поэтов и критиков».
  33. [http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2007/10/pe22.html «Новый Мир» 2007, № 10"] Кирилл Анкудинов: "Вадим Кожинов сознательно взял на себя роль «профессионального делателя поэтов».
  34. [http://litrossia.ru/2013/51/08543.html "Русская писательская «малина» и её литературные «воры в законе»] Екатерина Маркова, «Литературная Россия» № 51 от 20.12.13
  35. [http://magazines.russ.ru/voplit/2001/6/oso.html Журнальный зал | Вопросы литературы, 2001 N6 | В. ОСКОЦКИЙ — От какого наследства мы не отказываемся]
  36. [http://www.rg.ru/2013/05/06/basinskij.html «Воскресение Дмитрия Голубкова»] «Российская газета», 06.05.2013.
  37. Юрий Каграманов [http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1999/6/kagram.html Черносотенство: прошлое и перспективы] «Новый мир», 1999, № 6.
  38. [http://antisgkm.narod.ru/amput52.htm Приложение номер 5. Как Кара-Мурза и Кожинов «миф о черносотенцах» разоблачали]
  39. [http://www.inosmi.ru/social/20110314/167297327.html Возвращение апологетов Сталина]
  40. [http://www.lechaim.ru/ARHIV/198/4x4.htm Ещё раз о шести миллионах]
  41. Полян П. М. [http://imwerden.de/pdf/koch_polyan_bitva_pod_auschwitzem_2008.pdf Отрицание и геополитика Холокоста] // А. Р. Кох, П. М. Полян. Отрицание отрицания, или Битва под Аушвицем : Сборник. — М.: Три квадрата, 2008. — С. 62-63. — ISBN 5-94607-105-X, ISBN 978-5-94607-105-5, ISBN 978-5-94607-105-X (ошибоч.).
  42. [http://jhist.org/shoa/revisio08_4.htm Раздел 3. Отрицание Холокоста в России]
  43. [http://magazines.russ.ru/znamia/dom/ivanova/ivano018.html «Ностальящее»] Наталья Иванова: «Б. Сарнов более чем откровенен: „Не скрою, что я именно подозреваю вас. Подозреваю в небрежении, не к истине даже, а к самой идее поиска истины“ (ЛГ, № 9). Сарнов сказал истинную правду, но с кожиновской логикой управиться при помощи фактов было, естественно, невозможно: демагогия непобедима».
  44. [http://www.rg.ru/2013/12/23/motor.html «Моторы пламенем пылают…»] РГ от 23.12.2013
  45. [https://archive.is/20120906013950/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg152003/Tetrad/art11_8.htm "Рубрика «Клуб издателей»] «Литературная газета», Павел Ульяшов, главный редактор издательства «Алгоритм-книга»: «Известный литературовед Вадим Валерианович Кожинов, автор вышедших в издательстве „Алгоритм-книга“ исторических трудов „История России. Век ХХ (1901—1939)“, „История России. Век ХХ (1939—1964)“, „Победы и беды России“, „Пророк в своем отечестве (Ф. И. Тютчев)“ и „О русском национальном сознании“, иногда с легкой иронической улыбкой говорил: „Ну, историки меня ведь не считают за своего“…»
  46. [http://www.zavtra.ru/denlit/093/81.html «Кто же такой Кожинов?»]
  47. [https://archive.is/20120804170109/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg302002/Polosy/art7_1.htm «Наш современник ждет другого»] «Литературная газета», Илья Глазунов.
  48. [https://archive.is/20120803142820/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg322002/Polosy/art7_2.htm «Полного счастья не бывает»] «Литературная газета», Станислав Куняев: "Зря Вы (Илья Глазунов) пишете, что «у меня даже не было никогда его (Вадима Кожинова) телефона и я не стремился к общению с ним, не считая его для себя авторитетом в литературоведении и тем паче в живописи, а также в истории». Да были у Вас всегда все наши телефоны: и мои, и Кожинова. Не такой Вы человек, чтобы не иметь их. А если «не считали авторитетом», зачем тогда (позвонив по телефону) приглашали его читать лекции в Суриковском институте? Зачем, когда технари из города Королева уговорили Вадима в 1989 году баллотироваться в народные депутаты СССР (а не «в какие-то городские или районные», как язвительно пишете Вы), подписали предвыборную листовку, гласящую о том, что Кожинов «выдающийся деятель нашей культуры», «честный человек», «борец за „свободу церкви“ и „свободу совести“ и т. д. Вот кем был он для Вас в те времена, а теперь стал „цензором-комиссаром“ и „яростным норманистом“…»
  49. [http://www.nash-sovremennik.ru/p.php?y=2002&n=7&id=3 «Поэзия. Судьба. Россия.»] «Наш современник» № 7, 2002, Станислав Куняев: «Да что говорить, если человек с мировой славой, внешне не зависимый ни от кого, с высочайшими связями во все эпохи — да и талантливый по-настоящему! — Илья Глазунов всегда чувствовал, что для полного счастья ему не хватает признания Вадима Кожинова.»
  50. [http://www.litrossia.ru/2007/21/01514.html «Между смутой и воскрешением. Время Кожинова»] «Литературная Россия», № 21 от 25.05.2007, Илья Колодяжный: «Обо всём этом нужно было сказать ещё и потому, что, судя по нынешним работам профессиональных историков, по школьным и вузовским учебникам истории, современная историческая наука практически никак не отреагировала на достижения кожиновской мысли.»
  51. Ажгихина Н. [http://science.ng.ru/policy/2000-01-19/1_terminator.html Терминатор мировой истории]. // НГ-Наука, 19.01.2000. [http://web.archive.org/20010222184759/science.ng.ru/policy/2000-01-19/1_terminator.html Архивировано из первоисточника 22 февраля 2001]. [http://web.archive.org/web/20040125160924/http://science.ng.ru/policy/2000-01-19/1_terminator.html Архивная копия на web.archive.org]
  52. Шнирельман В. «Свирепые хазары» и российские писатели: история взаимоотношений (заметки о «народном хазароведении») // Хазары. Khazars / сб. статей. — М.-Иерусалим, — 2005. — С. 294—296.
  53. [https://archive.is/20120803142820/www.lgz.ru/archives/html_arch/lg322002/Polosy/art7_2.htm «Полного счастья не бывает»] «Литературная газета», Станислав Куняев: "Зачем, когда технари из города Королева уговорили Вадима в 1989 году баллотироваться в народные депутаты СССР (а не «в какие-то городские или районные», как язвительно пишете Вы), подписали предвыборную листовку, гласящую о том, что Кожинов «выдающийся деятель нашей культуры», «честный человек», «борец за „свободу церкви“ и „свободу совести“ и т. д.»
  54. [https://archive.is/20120909144026/www.lgz.ru/archives/html_arch/022006/Polosy/8_1.htm «Вадим Кожинов — просветитель и политик»], «Литературная газета», Александр Дорин: «Основной же „противник“ — Николай Травкин — сил и средств не жалел, мощно используя административный ресурс, охватил весь район… В общем, наш проигрыш был предопределён…»
  55. Вадим Кожинов, Виктор Кожемяко, «Уроки русского. Роковые силы», стр. 197. ISBN 978-5-699-46920-8
  56. [http://kozhinov.voskres.ru/articles/pereplet.htm «Беседа с Вадимом Кожиновым»] от 5 августа 1999 г. в «Русском переплете».
  57. [http://litrossia.ru/2013/16/07967.html «Историческое: лицо с мрачной репутацией»] «Литературная Россия» № 16. 19.04.2013

Ссылки

  • [http://feb-web.ru/feb/kle/kle-abc/ke3/ke3-6361.htm Кожинов, Вадим Валерианович] // Краткая литературная энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия, 1962—1978.
  • [http://www.kozhinov.ru/ «Кожиновская энциклопедия» Научно-информационный сайт. Книги. Статьи. Интервью. Конференции. Библиография.]
  • [http://www.hrono.ru/biograf/bio_k/kozhinov_vv.php Мемориальная страница Вадима Кожинова]
  • [http://kozhinov.voskres.ru/ Сайт, посвящённый В. Кожинову. Книги. Статьи. Интервью.]
  • [http://www.pereplet.ru/avtori/kozhinov.html В. В. Кожинов на Pereplet.ru]
  • [http://www.scepsis.ru/library/id_926.html Критическая рецензия] Авесхана Македонского на «Историю Руси и русского Слова» и [http://www.scepsis.ru/library/id_927.html ответ автора] с редакционным комментарием
  • [http://ruthenia.ru/tiutcheviana/publications/ivl.html Тютчев] (из «Истории всемирной литературы»)
  • Шаламов В. Т. [http://shalamov.ru/library/24/63.html Письма Вадиму Кожинову]
  • Огрызко В. В. [http://www.litrossia.ru/2012/30/07318.html Нас, может, двое]

Отрывок, характеризующий Кожинов, Вадим Валерианович

Впрочем, был с Вестой один человек, который старался изо всех сил заменить её дядю Радана. И звали этого человека Рыжий Симон – весёлый Рыцарь с яркими рыжими волосами. Друзья безобидно так прозвали его из-за необычного цвета его волос, и Симон ничуточки не обижался. Он был смешливым и весёлым, всегда готовым придти на помощь, этим, и правда, напоминая отсутствующего Радана. И друзья за это искренне его любили. Он был «отдушинкой» от бед, которых в жизни Храмовиков в то время было очень и очень немало...
Рыжий Рыцарь терпеливо являлся к Весте, ежедневно уводя её на захватывающие длинные прогулки, постепенно становясь малышке настоящим доверенным другом. И даже в маленьком Монтсегюре очень скоро к нему привыкли. Он стал там привычным желанным гостем, которому каждый был рад, ценя его неназойливый, мягкий характер и всегда прекрасное настроение.
И только одна Магдалина вела себя с Симоном настороженно, хотя сама наверняка не смогла бы объяснить причину... Она больше всех остальных радовалась, видя Весту всё более и более счастливой, но в то же время, никак не могла избавиться от непонятного ощущения опасности, приходящей со стороны Рыцаря Симона. Она знала, что должна была чувствовать ему только лишь благодарность, но ощущение тревоги не проходило. Магдалина искренне пыталась не обращать на свои чувства внимания и лишь радоваться настроению Весты, сильно надеясь, что со временем боль дочурки понемногу утихнет, так же, как стала утихать она в ней самой... И останется тогда в её измученном сердечке лишь глубокая светлая грусть по ушедшему, доброму папе... И ещё останутся воспоминания... Чистые и горькие, как бывает иногда горькой самая чистая и самая светлая ЖИЗНЬ...

Светодар часто писал матери послания, и один из рыцарей Храма, охранявший его вместе с Раданом в далёкой Испании, отвозил эти послания в Долину Магов, откуда тут же присылалась весточка с последними новостями. Так они жили, не видя друг друга, и могли лишь надеяться, что придёт когда-нибудь тот счастливый день, когда они хоть на мгновение встретятся все вместе... Но, к великому сожалению, тогда они ещё не ведали, что этот счастливый день так никогда для них и не наступит...
Все эти годы после потери Радомира, Магдалина вынашивала в своём сердце заветную мечту – отправиться когда-нибудь в далёкую Северную страну, чтобы увидеть землю своих предков и поклониться там дому Радомира... Поклониться земле, вырастившей самого дорогого ей человека. А ещё она хотела отнести туда Ключ Богов. Ибо знала – так будет правильно... Родная земля сбережёт ЕГО для людей куда надёжнее, чем это пытается сделать она сама.
Но жизнь бежала, как всегда, слишком быстро, и у Магдалины всё никак не оставалось времени, дабы осуществить задуманное. А спустя восемь лет после гибели Радомира, пришла беда... Остро чувствуя её приближение, Магдалина страдала, не в состоянии понять причину. Даже являясь сильнейшей Ведуньей, она не могла увидеть свою Судьбу, как бы этого ни хотела. Её Судьба была от неё скрыта, так как она обязана была прожить свою жизнь полностью, какой бы сложной или жестокой она ни являлась...
– Как же так, мама, всем Ведунам и Ведуньям закрыта их Судьба? Но почему?.. – возмутилась Анна.
– Думаю, это так потому, чтобы мы не пытались менять то, что нам предначертано, милая – не слишком уверенно ответила я.
Насколько я могла себя помнить, с ранних лет меня возмущала данная несправедливость! Зачем было нужно нам, Ведающим, такое испытание? Почему мы не могли от него уйти, если умели?.. Но отвечать на это нам, видимо, никто не собирался. Такой была наша Жизнь, и прожить её приходилось такой, какой она была кем-то для нас начертана. А ведь мы могли так просто сделать её счастливой, разреши нам те, что «сверху», видеть свою Судьбу!.. Но такой возможности, к сожалению, у меня (и даже у Магдалины!) не было.
– Ещё, Магдалину всё больше и больше тревожили разносившиеся непривычные слухи... – продолжил Север. – Среди её учеников вдруг начали появляться странные «катары», тихо призывающие остальных к «бескровному» и «доброму» учению. Что означало – призывали жить без борьбы и сопротивления. Это было странным, и уж никак не отражало учения Магдалины и Радомира. Она чувствовала в этом подвох, чувствовала опасность, но встретить хотя бы одного из «новых» Катар ей почему-то никак не удавалось... В душе Магдалины росла тревога… Кто-то очень хотел сделать Катар беспомощными!.. Посеять в их смелых сердцах сомнение. Но кому это было нужно? Церкви?.. Она знала и помнила, как быстро гибли даже самые сильные и самые прекрасные державы, стоило им всего на мгновение отказаться от борьбы, понадеявшись на чужое дружелюбие!.. Мир пока ещё был слишком несовершенным... И в нём надо было уметь бороться за свой дом, за свои убеждения, за своих детей и даже за любовь. Вот почему Катары Магдалины с самого начала были воинами, и это полностью соответствовало её учению. Ведь она никогда не создавала сборище смиренных и беспомощных «агнцев», наоборот – Магдалина создавала могучее общество Боевых Магов, предназначение которых было ЗНАТЬ, а также – охранять свою землю и на ней живущих.
Поэтому-то настоящие, её Катары, Рыцари Храма, были мужественными и сильными людьми, гордо нёсшими Великое Знание Бессмертных.

Увидев мой протестующий жест, Север улыбнулся.
– Не удивляйся, мой друг, как ты знаешь, всё на Земле по-старому закономерно – всё так же переписывается со временем истинная История, всё так же перекраиваются светлейшие люди... Так было, и, думаю, так будет всегда... Именно поэтому так же, как и от Радомира, от воинственных и гордых первых (и настоящих!) Катар сегодня осталось, к сожалению, лишь беспомощное Учение Любви, построенное на самоотречении.
– Но они ведь, и правда, не сопротивлялись, Север! Они не имели права на убийство! Я читала об этом в дневнике Эсклармонд!.. Да и ты сам говорил мне об этом.

– Нет, мой друг, Эсклармонд была уже из «новых» катар. Я объясню тебе... Прости, я не открыл тебе истинную причину гибели этого чудесного народа. Но я никогда и никому не открывал её. Опять же – видимо, сказывается «правда» старой Метеоры... Слишком глубоко она поселилась во мне...
Да, Изидора, Магдалина учила Вере в Добро, учила Любви и Свету. Но ещё она учила БОРЬБЕ, за это же самое добро и свет! Как Радомир, она учила стойкости и смелости. Ведь именно к ней после смерти Радомира стремились рыцари со всей тогдашней Европы, так как именно в ней они чувствовали смелое сердце Радомира. Помнишь, Изидора, ведь ещё с самого начала его жизни, будучи совсем молодым, Радомир призывал к борьбе? Призывал бороться за будущее, за детей, за Жизнь?
Именно поэтому, первые Рыцари Храма, подчиняясь воле Магдалины, за эти годы набрали себе верную и надёжную подмогу – окситанских рыцарей-воинов, а те, в свою очередь, помогали им обучать простых поселян военному искусству на случай особой необходимости или неожиданно обрушившейся беды. Ряды Тамплиеров быстро росли, принимая в свою семью желающих и достойных. Вскоре почти все мужчины из аристократических окситанских семей принадлежали Храму Радомира. Уехавшие в дальние страны, по наказу семьи возвращались, чтобы пополнить братство Храмовиков.

Несмотря на их большую занятость, первые шесть Рыцарей Храма, приехавших с Магдалиной, так и остались самыми любимыми и самыми верными её учениками. То ли потому, что они знали Радомира, то ли по той простой причине, что столько лет они все прожили вместе и как бы срослись в дружную могучую силу, но именно эти Храмовики были самыми близкими сердцу Магдалины. Она делилась с ними тем Знанием, которое не доверяла никому другому.
Они были настоящими Воинами Радомира...
И они стали когда-то первыми Совершенными Мага Долины...
Совершенные были прекрасными воинами и сильнейшими магами, Изидора, что делало их намного сильнее всех остальных живущих (кроме некоторых Волхвов, конечно же). Мария доверяла им жизни своих детей, доверяла себя. И вот однажды, чувствуя неладное, во избежание какой-либо беды, она решила доверить им тайну Ключа Богов... Что, как оказалось позднее, было жестокой и непоправимой ошибкой, уничтожившей через столетие Великую Империю Знания и Света... Чистую и чудесную Империю Катар.
Страшное предательство (с помощью церкви) одного из близких друзей, уже после жестокой гибели Магдалины, постепенно преобразило Катар, превратив сильных и гордых воинов в беззащитных и беспомощных... Сделав Империю Солнца и Света легко ранимой и доступной. Ну, а церковь, как это обычно происходило в то время, тихо, спокойно продолжала свою чёрную работу, подсылая в Окситанию десятки «новых» катар, «доверительно» нашёптывавших остальным, как прекрасна будет их жизнь без убийств, как чисты без пролития крови будут их светлые души. И катары слушали красиво звучавшие слова, начисто забывая, чему учила их когда-то Золотая Мария...
Ведь для спокойного, любвеобильного народа, какими были окситанцы, намного приятнее было учение без кровопролития. Поэтому, по прошествии какого-то времени, им уже и казалось, что именно этому учила Магдалина. Что так будет намного правильнее. Только вот почему-то никому из них хотя бы на минуту не приходило в голову задуматься: ПОЧЕМУ этому начали открыто учить именно лишь после жестокой смерти Золотой Марии?..
Так с годами превратилось учение Радомира и Магдалины в беспомощное Великое Знание, сохранить и защитить которое, уже было некому... И «новые» Катары сдавались, отдавая себя, своих детей, своих жён, на милость огня и церкви... И горели Дети Магдалины тысячами, не сопротивляясь, не проклиная своих палачей. Горели, мечтая о высоком и звёздном мире, где они встретят свою Марию...
– Как же такое произошло, Север?!.. Расскажи мне, если я имею на это право...
Печально покачав головой, Север продолжил.
– О, это произошло до невероятности глупо и обидно, Изидора, так глупо, что иногда не хочется этому верить...
Помнишь, я говорил тебе, что однажды Магдалина посвятила самых близких Рыцарей Храма в тайну Ключа Богов? – Я кивнула. – Но тогда ещё, к сожалению, никто из Рыцарей Храма не знал, что один из них с самого начала являлся ставленником «тёмных»... правда сам об этом даже не подозревая.
– Но как же такое возможно, Север?!. – искренне возмутилась я. – Разве может не чувствовать человек, делая плохое?
– Ты ведь не можешь воевать с тем, чего ты не видишь или не понимаешь, не так ли, Изидора? – Не обращая внимания на моё возмущение, спокойно продолжил Север. – Вот так и он – он не видел и не чувствовал того, что внедрили когда-то в его мозг «тёмные», выбрав именно его своей беспомощной «жертвой». И вот, когда нужное для «тёмных» время пришло, «заказ» чётко сработал, несмотря на чувства или убеждения захваченного человека.
– Но ведь они были такими сильными, Рыцари Храма! Как же кто-то смог внедрить в них что-либо?!..
– Видишь ли, Изидора, сильным и умным быть не всегда достаточно. Иногда «тёмные» находят что-то такое, чего у намеченной жертвы просто не существует. И она, эта жертва, честно живёт до поры до времени, пока не срабатывает внедрённая в неё гадость, и пока человек не становится послушной куклой в руках «Думающих Тёмных». И даже тогда, когда внедрение срабатывает, бедная «жертва» не имеет о случившемся ни малейшего понимания... Это ужасный конец, Изидора. И я даже врагам такого не пожелал бы...
– Значит, что же – этот рыцарь не знал, какое страшное зло он сотворил с остальными?
Север отрицательно покачал головой.
– Нет, мой друг, он не знал до самой последней своей минуты. Он так и умер, веря, что прожил хорошую и добрую жизнь. И никогда не сумел понять, за что его друзья отвернулись от него, и за что он был изгнан ими из Окситании. Как бы они ни старались ему это объяснить... Желаешь ли услышать, как произошло это предательство, мой друг?
Я лишь кивнула. И Север терпеливо продолжил свою потрясающую историю...
– Когда церковь через того же рыцаря узнала, что Магдалина так же является ещё и Хранителем Умного Кристалла, у «святых отцов» возникло непреодолимое желание получить в свои руки эту удивительную силу. Ну и, естественно, желание уничтожить Золотую Марию умножилось в тысячи раз.
По великолепно рассчитанному «святыми отцами» плану, в день, кода должна была погибнуть Магдалина, предавшему её рыцарю в руки было вручено от посланника церкви письмо, якобы написанное самой Магдалиной. В этом злосчастном «послании» Магдалина «заклинала» первых Рыцарей Храма (своих самых близких друзей) никогда не пользоваться более оружием (даже при защите!), так же как и никаким другим, известным им способом, который мог бы отнять чью-то чужую жизнь. Иначе, – говорилось в письме, – при непослушании, Рыцари Храма потеряют Ключ Богов... так как окажутся его недостойными.

Это был абсурд!!! Это было самое лживое послание, которое им когда-либо приходилось слышать! Но Магдалины с ними уже не было... И никто не мог её более ни о чём спросить.
– Но разве они не могли после смерти с нею общаться, Север? – удивилась я. – Ведь насколько я знаю, многие Маги могут общаться с умершими?
– Не многие, Изидора... Многие могут видеть сущности после смерти, но не многие могут их точно слышать. Только один из друзей Магдалины мог с ней свободно общаться. Но именно он погиб всего через несколько дней после её смерти. Она приходила к ним сущностью, надеясь, что они увидят её и поймут... Она приносила им меч, стараясь показать, что должны бороться.
Какое-то время мнения Совершенных перевешивали то в одну, то в другую сторону. Их было теперь намного больше, и хотя остальные (ново пришедшие) никогда не слышали о Ключе Богов, «письмо Магдалины», по справедливости, было оглашено и им, пропуская не предназначавшиеся их уху строки.
Некоторые новые Совершенные, хотевшие жить поспокойнее, предпочитали верить «письму» Марии. Те же, которые сердцем и душой были преданы ей и Радомиру, не могли поверить в такую дикую ложь... Но и они так же боялись, что, ошибись в своём решении, и Ключ Богов, о котором они знали очень мало, мог просто исчезнуть. Тяжесть доверенного им Долга давила на их умы и сердца, рождая в них на какое-то время шаткую неуверенность и сомнения… Рыцари Храма, скрепя сердца, искренне пытались как-то принять это странное «послание». Тем более, что оно якобы являлось последним посланием, последней просьбой их Золотой Марии. И какой бы странной эта просьба ни казалась, они обязаны были ей подчиняться. Хотя бы самые ей близкие Храмовники... Как подчинились они когда-то последней просьбе Радомира. Ключ Богов теперь оставался с ними. И они отвечали за его сохранность своими жизнями... Но именно им, первым Рыцарям Храма, и было всего трудней – они слишком хорошо знали и помнили – Радомир был Воином, так же, как была воином и Мария. И ничто на свете не могло заставить их отвернуться от их изначальной Веры. Ничто не могло заставить забыть заповеди настоящих Катар.
И первые Рыцари Храма, со многими ново пришедшими Храмовиками, решили не сдаваться...
Даже понимая, что, возможно, они идут против последней воли Золотой Марии, они всё же не могли так просто сдать оружие, когда каких-то пятнадцать лет спустя после смерти Магдалины, армия церкви послала своих верных слуг навсегда «усмирить» Катар... Стереть их с лица Окситании, чтобы никогда не прорастали более новые побеги их светлой Веры, чтобы не помнили более на Земле их Древнего и Чистого Знания...
Но число Рыцарей Храма было слишком малым по сравнению с заказной «армией дьявола», и Тамплиеры гибли сотнями, идя против десятков тысяч...
Они искренне верили в своих преданных сердцах, что не предают Марию. Они верили, что правы, несмотря на наказы друзей, несмотря на давление со стороны «новых» катар. Но вскоре Рыцарей Храма почти не осталось. Как не осталось более в Окситании и настоящих Катар...
Ну, а позже, почти никто уже и не помнил, что когда-то, пока жила Золотая Мария, это Учение было совершенно другим... Было сильным, воинственным и гордым.
У меня на душе было муторно и зябко. Неужели кто-то, бывший с Марией столько лет, смог под конец так страшно предать её?..
– Скажи, Север, можешь ли ты мне подробнее рассказать момент предательства? Я не могу ни сердцем, ни душой понять этого. И даже мой мозг этого не принимает...

– Думаю, будет лучше, если я опять же покажу тебе, Изидора, – задумчиво ответил Север.
Посредине небольшого каменного зала одиноко стоял огромный, круглый, очень старый каменный стол. Он занимал почти всё помещение. По внешнему кругу стол был сильно стёрт частым прикосновениям рук человека. Видимо, много судеб решалось за этим столом, много человеческих дум он «слышал» за свою долгую жизнь...
Вокруг стола сидели семеро человек. Это были старые друзья Магдалины и Радомира, первые Рыцари Храма. Седьмым среди них был Радан... Услышав через гонца, как жестоко и бесчеловечно умерла Магдалина и его юная племянница – Веста, Радан не выдержал. Оставив Светодара (рвавшегося поехать вместе) на полное попечение своих испанских друзей, он примчался в Монтсегюр, загнав по дороге нескольких лошадей, но хоронить Марию уже было поздно. Друзья сложили ей и Весте погребальный костёр, и свободные души Золотой Марии и её любимой дочери улетели туда, где находился теперь их новый Дом...
Только лишь в 2009 году, находясь в Окситании, я узнала, что Сущность Магдалины всё ещё не ушла с нашей Мидгард-Земли. Что все эти долгие сотни лет она охраняла здесь кое-что, очень для нас ценное и дорогое – охраняла для людей Ключ Богов... И сколько бы ни старались всевозможные «искатели» до него добраться, Магдалина помнила наказ Радомира – она хранила его своей жизнью, даже после того, как из неё ушла.
Рыцари угрюмо молчали. Да и что можно было сказать, дабы унять их печаль? Их Золотой Марии не стало... Они готовы были за неё умереть, отдать за неё свои жизни. Но умерла ОНА... И уже ничего нельзя было изменить, ничего более поделать. Это был 1094 год по летоисчислению от жизни никому не известного еврейского пророка... Которого, по воле святейшей церкви, сделали велико-страдавшим «сыном Бога»... Магдалине во время смерти было всего-навсего лишь двадцать девять лет...
Наконец, как-то собравшись, Радан произнёс:
– Скажи нам, Симон, как же так получилось, что именно ты оказался дважды за один и тот же день рядом с Магдалиной? И именно тебе она передала своё послание? А ведь она никогда не писала посланий. Кроме как мне и Светодару. Ты ведь прекрасно знаешь это – Магдалина всегда предпочитала с нами говорить. И она никогда не решала важное в одиночку! Она уважала и любила нас и никогда не согласилась бы на такое.
Один из рыцарей был очень нервным и недовольным. К моему величайшему ужасу, это оказался тот самый, всегда весёлый и приятный «друг» Весты – Рыжий Симон... Магдалина была права – он принёс беду... сам этого не осознавая. Симон ершисто поглядывал на остальных, видимо, не зная, как выдержать эту словесную атаку. Что сказать, дабы они его поняли?
– Так как же ты можешь объяснить это «письмо», Симон? – настойчиво повторил Радан.
– Я говорил уже вам, не знаю! – обиженно воскликнул Рыцарь. – Я, глупец, старался найти вас как можно скорее. А в благодарность получил недоверие! Ревность застилает вам глаза, думаю. Иначе вы не оскорбляли бы меня столь незаслуженно!
Возмущённый Симон теребил в руках крошечный белый листок, весь сплошь исписанный аккуратными крупными рунами – предполагаемое «письмо» Магдалины... Все остальные были явно растеряны – они знали друг друга столь давно, что поверить в предательство одного из своих было воистину невозможно... Но тогда, почему случилось такое?!. Ведь Мария ещё ни разу не выделяла кого-то из них, обсуждая что-то по-настоящему важное! Они всегда и во всём действовали вместе. А данное «сообщение» ставило с ног на голову всё учение Катар, и резко меняло смысл того, чему так долго учила Магдалина. Разве не являлось это поистине непонятным и уж, по меньшей мере, странным?..
– Прости нас, Симон, мы не хотим обвинять тебя. Но обстоятельства очень уж непонятны. – сдержано произнёс один из рыцарей Храма. – Каким образом ты очутился рядом с Марией именно в тот момент, когда она писала это злосчастное послание? И каким образом ты оказался в святой пещере именно тогда, когда их убили?!. – и чуть успокоившись, добавил: – Говорила ли она что-либо?
– Нет, не говорила... Лишь попросила прочитать это вам всем. – возмущённо произнёс Симон. – Если бы она не погибла, разве, казалось бы это странным!? И разве это моя вина, что я оказался рядом? Если бы я ИХ не нашёл, возможно, ещё сейчас вы бы не знали, что с ними такое случилось!..
Очень тяжело было осуждать его, не зная правды. Все они были Рыцарями Радомира. Самыми близкими боевыми друзьями, прошедшими вместе опасный и долгий путь... Но как бы ни старались Храмовики думать положительно, произошедшее настораживало – очень уж необычно всё совпадало...

Я стояла потрясённая, не желая верить, что самая чудесная на Земле Империя была разрушена так предельно просто!.. Опять же, это было другое время. И мне трудно было судить, насколько сильны тогда были люди. Но ведь Катары обладали чистейшими, никогда не сдававшимися, гордыми сердцами, позволявшими им идти, не ломаясь, на страшные человеческие костры. Как же могли они поверить, что такое позволила бы Золотая Мария?..
Задумка церкви была, и правда, дьявольски гениальной... На первый взгляд даже казалось, что она несла «новым» Катарам лишь добро и любовь, не позволяя отнимать чью-то жизнь. Но это только на первый взгляд... По-настоящему же, сие «бескровное» учение полностью обезоруживало Катар, делая их беспомощными против жестокой и кровожадной армии Папы. Ведь, насколько я понимала, церковь не нападала, пока Катары оставались воинами. Но после смерти Золотой Марии и гениального плана «святейших» отцов, церковникам требовалось лишь чуточку подождать, пока Катары по своему желанию станут беспомощными. И вот тогда – напасть... Когда уже некому будет сопротивляться. Когда Рыцарей Храма останется малая горсточка. И когда победить Катар будет очень просто. Даже не замарав в их крови своих нежных, холёных рук.
От этих мыслей меня замутило... Всё было слишком легко и просто. И очень страшно. Поэтому, чтобы хоть на минуту отвлечься от грустных мыслей, я спросила:
– Видел ли ты когда-то Ключ Богов, Север?
– Нет, мой друг, я видел его лишь через Магдалину, как сейчас видела ты. Но могу сказать тебе, Изидора, он не может попасть в «тёмные» руки, скольких бы человеческих жертв это бы ни стоило. Иначе не будет более нигде такого названия – Мидгард... Это слишком большая сила. И попади она в руки к Думающим Тёмным, ничто уже не остановит их победного шествия по оставшимся Землям... Знаю, как тяжело понять это сердцем, Изидора. Но иногда мы обязаны мыслить объятно. Обязаны думать за всех приходящих... и проследить за тем, чтобы им наверняка было бы куда приходить...
– Где сейчас Ключ Богов? Знает ли это кто-нибудь, Север? – неожиданно серьёзно спросила до сих пор молчавшая, Анна.
– Да, Аннушка, частично – знаю я. Но не могу об этом тебе сказать, к сожалению... В одном я уверен, что придёт тот день, когда люди, наконец, окажутся достойными, и Ключ Богов засверкает вновь на вершине Северной Страны. Только пройдёт до этого ещё не одна долгая сотня лет...
– Но мы ведь скоро погибнем, чего же тебе бояться, Север? – сурово спросила Анна. – Расскажи нам, пожалуйста!
Он посмотрел на неё с удивлением и, чуть подождав, медленно ответил.
– Ты права, милая. Думаю, вы достойны это узнать... После жестокой смерти Золотой Марии, Радан увёз Ключ Богов в Испанию, чтобы передать его в руки Светодару. Он считал, что, даже будучи столь молодым, Светодар сохранит доверенное ему сокровище. Если понадобится, даже ценой своей драгоценной жизни. Намного позже, будучи уже взрослым человеком, уходя на поиски Странника, Светодар забрал с собою дивное сокровище. А после, через шесть десятков долгих и сложных прожитых лет, уже уходя домой, он решил, что надёжнее и правильнее всего будет оставить Ключ Богов там, в Северной Стране, во избежание возможной беды в его родной Окситании. Он не ведал, какие новости ждут его дома. И рисковать Ключом Богов не желал.
– Значит, Ключ Богов всё это время находился в Северной стране? – как бы утверждая услышанное, серьёзно спросила Анна.
– Этого я, к сожалению, не знаю, милая. С тех пор у меня не было более новостей.
– Скажи, разве ты не хотел бы увидеть новое будущее, Север?.. Не хотел бы своими глазами увидеть новую Землю?.. – не утерпела я.
– Не в моём это праве, Изидора. Я уже своё здесь отжил и должен идти Домой. Да и пора уже. Слишком много я видел здесь горя, слишком много было потерь. Но я подожду тебя, мой друг. Как я уже говорил тебе, мой далёкий мир так же является и твоим. Я помогу тебе вернуться домой...
Я стояла потерянной, не понимая происходящего... Не в состоянии понять мою любимую Землю, ни живущих на ней людей. Им дарилось чудесное ЗНАНИЕ, а они вместо того, чтобы его познать, боролись за власть, уничтожали друг друга, и гибли... Гибли тысячами, не успевая прожить свои драгоценные жизни... И отнимая жизни других хороших людей.
– Скажи, Север, ведь Рыцари Храма все не погибли, не правда ли? Иначе, как бы разросся так широко позже их Орден?
– Нет, мой друг, некоторые из них обязаны были остаться живыми, дабы сохранить Орден Храмовиков Радомира. Когда на Окситанию напала церковь, они ушли к друзьям в соседние замки, забрав с собою голову Иоанна и сокровище Тамплиеров, на которое собирались создать настоящую армию, думающую и действующую самостоятельно, независимо от желаний королей и Пап. Они снова надеялись воссоздать мир, о котором мечтал Радомир. Но создать его на этот раз свободным, могущественным и сильным.
(Об оставшихся окситанских Воинах-Катарах (Тамплиерах) можно прочитать в книге «Дети Солнца», где будут прилагаться отрывки из оригиналов писем Графа Миропуа (Miropoix), Воина-Совершенного, защищавшего крепость Монтсегур в 1244 году, оставшегося в живых свидетеля гибели монтсегурских Катар. А также отрывки из настоящих записей Каркасонской Инквизиции и секретных архивов Ватикана).