Коллинз, Джоан

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Джоан Коллинз
Joan Collins
250px
Джоан Коллинз в 2012 году
Имя при рождении:

Джоан Генриетта Коллинз

Дата рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место рождения:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Дата смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Место смерти:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Гражданство:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Профессия:

актриса, продюсер

Карьера:

1951 — наст. время

Направление:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Награды:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

IMDb:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Аниматор.ру:

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Дама Джоан Генриетта Коллинз (англ. Dame Joan Henrietta Collins; род. 23 мая 1933) — британская актриса, продюсер, писательница и колумнист.

Выросшая во время Второй мировой войны, Джоан Коллинз дебютировала на театральной сцене в девятилетнем возрасте в пьесе «Кукольный дом», а после закончила Королевскую академию драматического искусства в Лондоне и начала карьеру в британском кино. В возрасте 22 лет, Коллинз переехала в Голливуд и добилась известности благодаря ролям женщин-вамп в таких фильмах как «Девушка в розовом платье» (1955) и т.д[1]. Она успешно снималась в большом американском и британском кино в 1950-х и 1960-х, и менее успешно в 1970-х.

В 1981 году Коллинз начала играть свою самую известную роль — Алексис Колби в длительном телесериале «Династия», которая принесла ей премию «Золотой глобус» в 1983 году[2]. В конце восьмидесятых она пошла по стопам своей младшей сестры Джеки Коллинз и выпустила свою первую книгу Prime Time (1988), которая стала бестселлером, несмотря на негативные отзывы критиков, а потом и ещё несколько книг и автобиографий. Также как и на экране, Коллинз и в жизни имеет образ гламурной женщины-вамп, благодаря своим пяти бракам и безупречному стилю[1]. В 2015 году Коллинз была удостоена Ордена Британской империи[3].







Ранние годы

Файл:Joan Collins 1952.jpg
Джоан Коллинз в фильме «Я верю в тебя» (1952)

Джоан Коллинз родилась в семье Эльзы Бессант (1906—1962), учительницы танцев и владелицы ночного клуба, и театрального агента Джозефа Уильяма Коллинза (1902—1988)[4]. Отец был еврейского происхождения и уроженцем Порт-Элизабет, чьи родители эмигрировали в ЮАР из Лондона; мать была англичанкой англиканского вероисповедания. У Джоан была младшая сестра, Джеки Коллинз, которая стала писательницей, и брат Билл. Среднее образование она получила во Франко-голландской школе, после окончания которой поступила в Королевскую академию драматического искусства. В 17 лет Коллинз подписала контракт с кинокомпанией Дж. Артура Ранка, которая в то время была очень престижна в Великобритании[5].

Карьера

Карьера в кино

В 1951 году Джоан Коллинз дебютировала в британском кино, а первая главная роль у неё появилась уже спустя год в фильмах «Я верю в тебя» и «Ночи Декамерона»[5]. Тогда же она много снималась для британских пинап-журналов и была названа самой красивой девушкой Великобритании[5]. Часто в тот период Коллинз оказывалась в центре внимания прессы, в том числе когда в 1954 году заявила, что лондонские киностудии не стараются поддерживать женщин-актёров[5].

В 1955 году Джоан Коллинз отправилась в Голливуд и подписала контракт с кинокомпанией 20th Century Fox и вскоре актриса стала их ответом Элизабет Тейлор и MGM[5]. Её первая главная роль в голливуде была в эпическом фильме «Земля Фараонов» режиссёра Ховарда Хоукса. После этого она сыграла Эвелин Несбит в картине «Девушка в розовом платье» и снялась в роли молодой конкурентки героини Бетт Дэвис в эпосе «Королева-девственница». Твердо закрепив свой статус в Голливуде, Джоан Коллинз, продолжала играть главные роли в таких фильмах как комедия «Противоположный пол» (1956), экранизация романа Джона Стейнбека «Заблудившийся автобус» (1957) и спорная, но коммерчески успешная драма «Остров Солнца» (1957). Позже она снималась с Грегори Пеком в вестерне «Бравадос», с Полом Ньюманом в «Собирайтесь вокруг флага, ребята!», с Эдвардом Г. Робинсоном в «Семь воров» и заглавную роль в религиозном эпосе «Эсфирь и царь»[5]. В 1962 году она сыграла в комедии «Дорога в Гонконг» с Бингом Кросби и после взяла небольшой перерыв в карьере чтобы родить первого ребёнка.

Файл:Joan Collins Drive Hard, Drive Fast.JPG
Джоан Коллинз в 1973 году

Спад

Во второй половине шестидесятых карьера Джоан Коллинз в большом кино зашла в тупик после нескольких провальных в прокате лент[1][5]. В то же время она открыла для себя телевидение и была приглашенной звездой в ряде популярных в тот период сериалах, среди которых были «Бэтмен», «Звёздный путь», «Миссия невыполнима», «Женщина-полицейский» «Старски и Хатч». В семидесятых она вернулась в британское кино и снялась в нескольких фильмах ужасов, в том числе «Байки из склепа», «Страх в ночи», «Рассказы, свидетели безумия» и «Империя муравьёв». Пожалуй, наибольшим успехом Коллинз в семидесятых стала главная роль в экранизации романа её сестры Джеки Коллинз «Жеребец» (1978) и его сиквел «Сука» (1979), собравшие более двадцати миллионов в прокате[6].

«Династия» и возвращение успеха

В 1981 году карьера Джоан Коллинз фактически пережила возрождение, после того как она была приглашена на роль Алексис Колби, красивой, но мстительной бывшей жены биржевого магната Блейка Кэррингтона (Джон Форсайт), в прайм-тайм мыльной опере канала ABC «Династия»[1][5]. До Коллинз сериал транслировался один короткий сезон и был на грани закрытия, но с введением её героини рейтинги резко пошли вверх. Именно ей приписывают рейтинговый рост сериала и последующее становление его полноценным хитом, а не посредственным клоном «Далласа»[7].

Файл:Ladies of Dynasty.jpg
Джоан Коллинз с коллегами по «Династии» Стефани Бичем и Эммой Сэммс в 2009 году

В 1985 году «Династия» наконец возглавила годовую рейтинговую таблицу самых наблюдаемых программ, опередив «Даллас»[5], а Коллинз — самой высокооплачиваемой актрисой на телевидении. С 1982 по 1987 год Джоан шесть раз номинировалась на премию «Золотой глобус» за лучшую женскую роль в телевизионном сериале — драма за свою роль и выиграла награду в 1983 году[2]. В 1984 году она номинировалась на премию «Эмми» за лучшую женскую роль в драматическом телесериале, а в 1985 получила награду «Выбор народа» как любимая телезвезда[2]. В 1983 году Коллинз получила собственную звезду на Голливудской «Аллее славы»[2].

В пятидесятилетнем возрасте Джоан Коллинз снялась для журнала Playboy[1][8]. В 1986 году, на волне успеха сериала, Коллинз выступила в качестве продюсера и исполнительницы главных ролей в мини-сериалах «Грехи» и «Монте-Карло»[1]. «Династия» продлилась вплоть до 1989 года, а в 1991 году был снят мини-сериал «Династия: Примирение», завершающий историю[1].

Последующие годы

После завершения «Династии» Джоан Коллинз снималась менее активно и предпочитала выступать в театре и писать автобиографии. В 1992 году состоялся бродвейский дебют Джоан Коллинз в постановке «Частная жизнь тру́сов». В 1990-е годы она продолжила свою карьеру как в кино, так и на телевидении. Наиболее известными фильмами с её участием стали «Зимняя сказка» (1995), «Флинтстоуны в Вива Рок-Вегасе» (2000) и телевизионные фильмы «Энни: Королевское приключение» (1995) и «Старые клячи по-американски» (2001), наряду с Дебби Рейнольдс, Ширли Маклейн и Элизабет Тейлор.

В 1997 году за свой вклад в искусство и благотворительную работу Джоан Коллинз был присвоен титул Офицера Британской империи. В том же году она была приглашена в новый проект Аарона Спеллинга «Тихие палисады», который хотел чтобы актриса повторила ситуацию со спасением «Династии». В 2002 году она была приглашенной звездой в нескольких эпизодах мыльной оперы «Направляющий свет».

В 2005 году актриса Элис Криге сыграла роль Джоан Коллинз в телефильме «Династия: За кулисами секса, алчности и интриг»[9].

Личная жизнь

Джоан Коллинз пять раз была замужем. Её первым мужем был ирландский актёр Максвелл Рид, с которым она была вместе с 1952 по 1956 год. Позже у неё была связь с Сидни Чаплином, братом Чарли Чаплина, Артуром Лоу и Уорреном Битти, который был младше её на 4 года. В 1963 году она вышла замуж за певца и актёра Энтони Ньюли. Она родила от него сына и дочь, а в 1971 году они развелись. В третий раз она вышла замуж в 1973 году за руководителя студии «Apple Records» Рона Касса, который стал отцом её дочери. Они развелись в 1983 году. Джоан, спустя два года, вышла замуж за шведского певца Питера Холма. После их скандального развода в 1987 году Коллинз на время покинула США и вернулась в Лондон. Её пятым мужем в 2002 году стал театральный менеджер Перси Гибсон, который младше Джоан на 32 года. На вопрос о том, не смущает ли её разница в возрасте, актриса пошутила: «Если он умрёт — значит, умрёт»[10].

Фильмография

Полнометражные фильмы

Телесериалы

Телевизионные фильмы

Продюсер

Награды и номинации

Победы

Номинации

Напишите отзыв о статье "Коллинз, Джоан"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 [http://movies.yahoo.com/person/joan-collins/biography.html;_ylt=AnrzzSRHiE8doJbhqQrPojv3TssF;_ylu=X3oDMTI2ajBnaDlrBG1pdANQZXJzb24gRW50aXR5IEFib3V0BHBvcwMxBHNlYwNNZWRpYUVudGl0eUFib3V0TGlua3NQYWNrYWdlQXNzZW1ibHk-;_ylg=X3oDMTE2Z2ppM3RwBGludGwDdXMEbGFuZwNlbi11cwRwc3RhaWQDBHBzdGNhdAMEcHQD;_ylv=3 Joan Collins- Biography]. Yahoo!. Проверено 20 августа 2012. [http://www.webcitation.org/6A4YNfWSt Архивировано из первоисточника 21 августа 2012].
  2. 1 2 3 4 [http://www.imdb.com/name/nm0001058/awards Awards for Joan Collins]. Internet Movie Database. Проверено 20 августа 2012. [http://www.webcitation.org/6A4YOKAWp Архивировано из первоисточника 21 августа 2012].
  3. [http://www.latimes.com/entertainment/gossip/la-et-mg-joan-collins-dame-prince-charles-20150326-story.html Joan Collins receives damehood from Prince Charles]. Los Angeles Times (26 марта 2015). Проверено 30 марта 2015.
  4. [http://www.geni.com/people/Joseph-Collins/6000000003209219730 Генеалогия семьи Коллинз]
  5. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [http://www.tcm.com/tcmdb/person/37169%7C83564/Joan-Collins/ Joan Collins- Biography]. Turner Classic Movies. Проверено 19 ноября 2012. [http://www.webcitation.org/6CJxJyurF Архивировано из первоисточника 20 ноября 2012].
  6. David Gritten. [http://www.people.com/people/article/0,,20075142,00.html Imperfect Past Behind Her, Joan Collins Says She Likes Turning Homebody]. People (26 ноября 1979). Проверено 19 ноября 2012. [http://www.webcitation.org/6CJxKVsby Архивировано из первоисточника 20 ноября 2012].
  7. Schemering, Christopher. The Soap Opera Encyclopedia, September 1985, pp 80-81, ISBN 0-345-32459-5 (1st edition)
  8. George Hurrell. [http://www.practicalphotography.net/photographer-of-the-week-george-hurrell-117.html Photographer of the Week - George Hurrell]. Practical Photography (21 июля 2008). Проверено 19 ноября 2012. [http://www.webcitation.org/6CJxLStQg Архивировано из первоисточника 20 ноября 2012].
  9. [http://tv.nytimes.com/2005/01/01/arts/television/01heff.html?_r=0 If You've Got It, Flaunt It: ABC Trumpets an 80's Hit]. The New York Times (1 января 2005). Проверено 29 октября 2012. [http://www.webcitation.org/6CJxM0zuo Архивировано из первоисточника 20 ноября 2012].
  10. [http://news.bbc.co.uk/2/hi/entertainment/1853945.stm Collins laughs off age difference]  (англ.).

Ссылки

  • [http://www.joancollins.net/ Официальный сайт]
  • [http://ibdb.com/person.php?id=35898 Джоан Коллинз] (англ.) на сайте Internet Broadway Database

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Коллинз, Джоан

Так и не встретившись никогда более с заинтересовавшим меня кардиналом Мороне, я очень скоро о нём забыла. И вот теперь он сидел на полу прямо передо мной, весь окровавленный, но всё такой же гордый, и опять заставлял точно также восхищаться его умением сохранять своё достоинство, оставаясь самим собой в любых, даже самых неприятных жизненных обстоятельствах.
– Вы правы, Мороне, у меня нет серьёзного повода вас мучить... – и тут же улыбнулся. – Но разве он Нам нужен?.. Да и притом, не все мучения оставляют видимые следы, не так ли?
Я не желала оставаться!.. Не хотела смотреть, как это чудовищное «святейшество» будет практиковать свои «таланты» на совершенно невиновном человеке. Но я также прекрасно знала, что Караффа меня не отпустит, пока не насладится одновременно и моим мучением. Поэтому, собравшись, насколько позволяли мне мои расшатанные нервы, я приготовилась смотреть...
Могучий палач легко поднял кардинала, привязывая к его ступням тяжёлый камень. Вначале я не могла понять, что означала такая пытка, но продолжение, к сожалению, не заставило себя ждать... Палач потянул рычаг, и тело кардинала начало подниматься... Послышался хруст – это выходили из мест его суставы и позвонки. Мои волосы встали дыбом! Но кардинал молчал.
– Кричите, Мороне! Доставьте мне удовольствие! Возможно, тогда я отпущу вас раньше. Ну, что же вы?.. Я вам приказываю. Кричите!!!
Папа бесился... Он ненавидел, когда люди не ломались. Ненавидел, если его не боялись... И поэтому для «непослушных» пытки продолжались намного упорнее и злей.
Мороне стал белым, как смерть. По его тонкому лицу катились крупные капли пота и, срываясь, капали на землю. Его выдержка поражала, но я понимала, что долго так продолжаться не сможет – каждое живое тело имело предел... Хотелось помочь ему, попробовать как-то обезболить. И тут мне неожиданно пришла в голову забавная мысль, которую я сразу же попыталась осуществить – камень, висевший на ногах кардинала, стал невесомым!.. Караффа, к счастью, этого не заметил. А Мороне удивлённо поднял глаза, и тут же их поспешно закрыл, чтобы не выдать. Но я успела увидеть – он понял. И продолжала «колдовать» дальше, чтобы как можно больше облегчить его боль.
– Уйдите, мадонна! – недовольно воскликнул Папа. – Вы мешаете мне наслаждаться зрелищем. Я давно хотел увидеть, таким ли уж гордым будет наш милый друг, после «работы» моего палача? Вы мешаете мне, Изидора!
Это означало – он, всё же, понял...
Караффа не был видящим, но многое он как-то улавливал своим невероятно острым чутьём. Так и сейчас, почуяв, что что-то происходит, и не желая терять над ситуацией контроль, он приказывал мне удалиться.
Но теперь я уже сама не желала уходить. Несчастному кардиналу требовалась моя помощь, и я искренне хотела ему помочь. Ибо знала, что оставь я его наедине с Караффой – никто не знал, увидит ли Мороне наступающий день. Но Караффу мои желания явно не волновали... Не дав мне даже возмутиться, второй палач буквально вынес меня за дверь и подтолкнув в сторону коридора, вернулся в комнату, где наедине с Караффой остался, пусть очень храбрый, но совершенно беспомощный, хороший человек...
Я стояла в коридоре, растерянно соображая, как могла бы ему помочь. Но выхода из его печального положения, к сожалению, не было. Во всяком случае, я не могла его так быстро найти... Хотя, если честно, у меня самой положение было, наверное, ещё печальней... Да, пока Караффа ещё не мучил меня. Но ведь физическая боль являлась не столь ужасной, как ужасны были мучения и смерть любимых людей... Я не знала, что происходило с Анной, и, боясь как-то вмешиваться, беспомощно выжидала... Из своего грустного опыта, я слишком хорошо понимала – обозли я каким-то необдуманным действием Папу, и результат получится только хуже – Анне наверняка придётся страдать.
Дни шли, а я не знала, была ли моя девочка всё ещё в Мэтэоре? Не появлялся ли за ней Караффа?.. И всё ли было с ней хорошо.
Моя жизнь была пустой и странной, если не сказать – безысходной. Я не могла покинуть Караффу, так как знала – стоит мне только исчезнуть, и он тут же выместит свою злость на моей бедной Анне... Также, я всё ещё не в силах была его уничтожить, ибо не находила пути к защите, которую подарил ему когда-то «чужой» человек. Время безжалостно утекало, и я всё сильнее чувствовала свою беспомощность, которая в паре с бездействием, начинала медленно сводить меня с ума...
Прошёл почти уже месяц после моего первого визита в подвалы. Рядом не было никого, с кем я могла бы обмолвиться хотя бы словом. Одиночество угнетало всё глубже, поселяя в сердце пустоту, остро приправленную отчаяньем...
Я очень надеялась, что Мороне всё-таки выжил, несмотря на «таланты» Папы. Но возвращаться в подвалы побаивалась, так как не была уверена, находился ли там всё ещё несчастный кардинал. Мой повторный визит мог навлечь на него настоящую злобу Караффы, и платить за это Мороне пришлось бы по-настоящему дорого.
Оставаясь отгороженной от любого общения, я проводила дни в полнейшей «тишине одиночества». Пока, наконец, не выдержав более, снова спустилась в подвал...
Комната, в которой я месяц назад нашла Мороне, на этот раз пустовала. Оставалось только надеяться, что отважный кардинал всё ещё жил. И я искренне желала ему удачи, которой узникам Караффы, к сожалению, явно не доставало.
И так как я всё равно уже находилась в подвале, то, чуть подумав, решила посмотреть его дальше, и осторожно открыла следующую дверь....
А там, на каком-то жутком пыточном «инструменте» лежала совершенно голая, окровавленная молодая девушка, тело которой представляло собою настоящую смесь живого палёного мяса, порезов и крови, покрывавших её всю с головы до ног... Ни палача, ни, тем более – Караффы, на моё счастье, в комнате пыток не было.
Я тихонько подошла к несчастной и осторожно погладила её по опухшей, нежной щеке. Девушка застонала. Тогда, бережно взяв её хрупкие пальцы в свою ладонь, я медленно начала её «лечить»... Вскоре на меня удивлённо глядели чистые, серые глаза...
– Тихо, милая... Лежи тихо. Я попробую тебе помочь, насколько это возможно. Но я не знаю, достаточно ли у меня будет времени... Тебя очень сильно мучили, и я не уверена, смогу ли всё это быстро «залатать». Расслабься, моя хорошая, и попробуй вспомнить что-то доброе... если сможешь.
Девушка (она оказалась совсем ещё ребёнком) застонала, пытаясь что-то сказать, но слова почему-то не получались. Она мычала, не в состоянии произнести чётко даже самого краткого слова. И тут меня полоснуло жуткое понимание – у этой несчастной не было языка!!! Они его вырвали... чтобы не говорила лишнего! Чтобы не крикнула правду, когда будут сжигать на костре... Чтобы не могла сказать, что они с ней творили...
О боже!.. Неужели всё это вершили ЛЮДИ???
Чуть успокоив своё омертвевшее сердце, я попыталась обратиться к ней мысленно – девочка услышала. Что означало – она была одарённой!.. Одной из тех, кого Папа так яростно ненавидел. И кого так зверски сжигал живьём на своих ужасающих человеческих кострах....
– Что же они с тобой сделали, милая?!.. За что тебе отняли речь?!
Стараясь затянуть повыше упавшее с её тела грубое рубище непослушными, дрожащими руками, потрясённо шептала я.
– Не бойся ничего, моя хорошая, просто подумай, что ты хотела бы сказать, и я постараюсь услышать тебя. Как тебя зовут, девочка?
– Дамиана... – тихо прошелестел ответ.
– Держись, Дамиана, – как можно ласковее улыбнулась я. – Держись, не ускользай, я постараюсь помочь тебе!
Но девушка лишь медленно качнула головой, а по её избитой щеке скатилась чистая одинокая слезинка...
– Благодарю вас... за добро. Но я не жилец уже... – прошелестел в ответ её тихий «мысленный» голос. – Помогите мне... Помогите мне «уйти». Пожалуйста... Я не могу больше терпеть... Они скоро вернутся... Прошу вас! Они осквернили меня... Пожалуйста, помогите мне «уйти»... Вы ведь знаете – как. Помогите... Я буду и «там» благодарить, и помнить вас...
Она схватила своими тонкими, изуродованными пыткой пальцами моё запястье, вцепившись в него мёртвой хваткой, будто точно знала – я и вправду могла ей помочь... могла подарить желанный покой...
Острая боль скрутила моё уставшее сердце... Эта милая, зверски замученная девочка, почти ребёнок, как милости, просила у меня смерти!!! Палачи не только изранили её хрупкое тело – они осквернили её чистую душу, вместе изнасиловав её!.. И теперь, Дамиана готова была «уйти». Она просила смерти, как избавления, даже на мгновение, не думая о спасении. Она была замученной и осквернённой, и не желала жить... У меня перед глазами возникла Анна... Боже, неужели и её ждал такой же страшный конец?!! Смогу ли я её спасти от этого кошмара?!
Дамиана умоляюще смотрела на меня своими чистыми серыми глазами, в которых отражалась нечеловечески глубокая, дикая по своей силе, боль... Она не могла более бороться. У неё не хватало на это сил. И чтобы не предавать себя, она предпочитала уйти...
Что же это были за «люди», творившие такую жестокость?!. Что за изверги топтали нашу чистую Землю, оскверняя её своей подлостью и «чёрной» душой?.. Я тихо плакала, гладя милое лицо этой мужественной, несчастной девчушки, так и не дожившей даже малой частью свою грустную, неудавшуюся жизнь... И мою душу сжигала ненависть! Ненависть к извергу, звавшему себя римским Папой... наместником Бога... и святейшим Отцом... наслаждавшимся своей прогнившей властью и богатством, в то время, как в его же жутком подвале из жизни уходила чудесная чистая душа. Уходила по собственному желанию... Так как не могла больше вынести запредельную боль, причиняемую ей по приказу того же «святого» Папы...
О, как же я ненавидела его!!!.. Всем сердцем, всей душой ненавидела! И знала, что отомщу ему, чего бы мне это ни стоило. За всех, кто так зверски погиб по его приказу... За отца... за Джироламо... за эту добрую, чистую девочку... и за всех остальных, у кого он играючи отнимал возможность прожить их дорогую и единственную в этом теле, земную жизнь.
– Я помогу тебе, девочка... Помогу тебе милая... – ласково баюкая её, тихо шептала я. – Успокойся, солнышко, там не будет больше боли. Мой отец ушёл туда... Я говорила с ним. Там только свет и покой... Расслабься, моя хорошая... Я исполню твоё желание. Сейчас ты будешь уходить – не бойся. Ты ничего не почувствуешь... Я помогу тебе, Дамиана. Я буду с тобой...
Из её изуродованного физического тела вышла удивительно красивая сущность. Она выглядела такой, какой Дамиана была, до того, как появилась в этом проклятом месте.
– Спасибо вам... – прошелестел её тихий голос. – Спасибо за добро... и за свободу. Я буду помнить вас.
Она начала плавно подниматься по светящемуся каналу.
– Прощай Дамиана... Пусть твоя новая жизнь будет счастливой и светлой! Ты ещё найдёшь своё счастье, девочка... И найдёшь хороших людей. Прощай...
Её сердце тихо остановилось... А исстрадавшаяся душа свободно улетала туда, где никто уже не мог причинять ей боли. Милая, добрая девочка ушла, так и не узнав, какой чудесной и радостной могла быть её оборванная, непрожитая жизнь... скольких хороших людей мог осчастливить её Дар... какой высокой и светлой могла быть её непознанная любовь... и как звонко и счастливо могли звучать голоса её не родившихся в этой жизни детей...
Успокоившееся в смерти лицо Дамианы разгладилось, и она казалась просто спящей, такой чистой и красивой была теперь... Горько рыдая, я опустилась на грубое сидение рядом с её опустевшим телом... Сердце стыло от горечи и обиды за её невинную, оборванную жизнь... А где-то очень глубоко в душе поднималась лютая ненависть, грозясь вырваться наружу, и смести с лица Земли весь этот преступный, ужасающий мир...
Наконец, как-то собравшись, я ещё раз взглянула на храбрую девочку-ребёнка, мысленно желая ей покоя и счастья в её новом мире, и тихо вышла за дверь...
Увиденный ужас парализовал сознание, лишая желания исследовать папский подвал дальше... грозясь обрушить на меня чьё-то очередное страдание, которое могло оказаться ещё страшней. Собираясь уже уйти наверх, я вдруг неожиданно почувствовала слабый, но очень упорный зов. Удивлённо прислушиваясь, я, наконец, поняла, что меня зовут отсюда же, из этого же подвала. И тут же, забыв все прежние страхи, решила проверить.
Зов повторялся, пока я не подошла прямо к двери, из которой он шёл...
Келья была пустой и влажной, без какого-либо освещения. А в самом её углу, на соломе сидел человек. Подойдя к нему ближе, я неожиданно вскрикнула – это был мой старый знакомый, кардинал Мороне... Его гордое лицо, на сей раз, краснело ссадинами, и, было видно, что кардинал страдал.
– О, я очень рада, что вы живы!.. Здравствуйте монсеньёр! Вы ли пытались звать меня?
Он чуть приподнялся, поморщившись от боли, и очень серьёзно произнёс:
– Да мадонна. Я давно зову вас, но вы почему-то не слышали. Хотя находились совсем рядом.
– Я помогала хорошей девочке проститься с нашим жестоким миром... – печально ответила я. – Зачем я нужна вам, ваше преосвященство? Могу ли я помочь вам?..
– Речь не обо мне, мадонна. Скажите, вашу дочь зовут Анна, не так ли?
Стены комнаты закачались... Анна!!! Господи, только не Анна!.. Я схватилась за какой-то выступающий угол, чтобы не упасть.
– Говорите, монсеньёр... Вы правы, мою дочь зовут Анна.
Мой мир рушился, даже ещё не узнав причины случившегося... Достаточно было уже того, что Караффа упоминал о моей бедной девочке. Ожидать от этого чего-то доброго не было ни какой надежды.
– Когда прошлой ночью Папа «занимался» мною в этом же подвале, человек сообщил ему, что ваша дочь покинула монастырь... И Караффа почему-то был этим очень доволен. Вот поэтому-то я и решил как-то вам сообщить эту новость. Ведь его радость, как я понял, приносит всем только несчастья? Я не ошибся, мадонна?..
– Нет... Вы правы, ваше преосвященство. Сказал ли он что-либо ещё? Даже какую-то мелочь, которая могла бы помочь мне?
В надежде получить хотя бы малейшее «дополнение», спросила я. Но Мороне лишь отрицательно покачал головой...
– Сожалею, мадонна. Он лишь сказал, что вы сильно ошибались, и что любовь никому ещё не приносила добра. Если это о чём-то вам говорит, Изидора.
Я лишь кивнула, стараясь собрать свои разлетающиеся в панике мысли. И пытаясь не показать Мороне, насколько потрясла меня сказанная им новость, как можно спокойнее произнесла:
– Разрешите ли подлечить вас, монсеньёр? Мне кажется, вам опять не помешает моя «ведьмина» помощь. И благодарю вас за весть... Даже за плохую. Всегда ведь лучше заранее знать планы врага, даже самые худшие, не так ли?..
Мороне внимательно всматривался мне в глаза, мучительно стараясь найти в них ответ на какой-то важный для него вопрос. Но моя душа закрылась от мира, чтобы не заболеть... чтобы выстоять предстоящее испытание... И кардинала встречал теперь лишь заученный «светский» взгляд, не позволявший проникнуть в мою застывшую в ужасе душу...
– Неужели вы боитесь, мадонна? – тихо спросил Мороне. – Вы ведь тысячу раз сильнее его! Почему вы его боитесь?!..
– Он имеет что-то, с чем я пока не в силах бороться... И пока не в силах его убить. О, поверьте мне, ваше преосвященство, если б я только нашла ключ к этой ядовитой гадюке!.. – и, опомнившись, тут же опять предложила: – Позвольте мне всё же заняться вами? Я облегчу вашу боль.
Но кардинал, с улыбкой, отказался.
– Завтра я уже буду в другом, более спокойном месте. И надеюсь, Караффа обо мне на время забудет. Ну, а как же вы, мадонна? Что же станет с вами? Я не могу помочь вам из заключения, но мои друзья достаточно влиятельны. Могу ли я быть полезным вам?
– Благодарю вас, монсеньёр, за вашу заботу. Но я не питаю напрасных надежд, надеясь отсюда выйти... Он никогда не отпустит меня... Ни мою бедную дочь. Я живу, чтобы его уничтожить. Ему не должно быть места среди людей.
– Жаль, что я не узнал вас раньше, Изидора. Возможно, мы бы стали добрыми друзьями. А теперь прощайте. Вам нельзя здесь оставаться. Папа обязательно явится пожелать мне «удачи». Вам ни к чему с ним здесь встречаться. Сберегите вашу дочь, мадонна... И не сдавайтесь Караффе. Бог да пребудет с вами!
– О каком Боге вы говорите, монсеньёр? – грустно спросила я.
– Наверняка, уж не о том, которому молится Караффа!.. – улыбнулся на прощание Мороне.
Я ещё мгновение постояла, стараясь запомнить в своей душе образ этого чудесного человека, и махнув на прощание рукой, вышла в коридор.
Небо развёрзлось шквалом тревоги, паники и страха!.. Где находилась сейчас моя храбрая, одинокая девочка?! Что побудило её покинуть Мэтэору?.. На мои настойчивые призывы Анна почему-то не отвечала, хотя я знала, что она меня слышит. Это вселяло ещё большую тревогу, и я лишь из последних сил держалась, чтобы не поддаваться сжигавшей душу панике, так как знала – Караффа непременно воспользуется любой моей слабостью. И тогда мне придётся проиграть, ещё даже не начав сопротивляться...
Уединившись в «своих» покоях, я «зализывала» старые раны, даже не надеясь, что они когда-либо заживут, а просто стараясь быть как можно сильней и спокойнее на случай любой возможности начать войну с Караффой... На чудо надеяться смысла не было, так как я прекрасно знала – в нашем случае чудес не предвиделось... Всё, что произойдёт, я должна буду сделать только сама.
Бездействие убивало, заставляя чувствовать себя всеми забытой, беспомощной и ненужной... И хотя я прекрасно знала, что не права, червь «чёрного сомнения» удачно грыз воспалённый мозг, оставляя там яркий след неуверенности и сожалений...
Я не жалела, что нахожусь у Караффы сама... Но панически боялась за Анну. А также, всё ещё не могла простить себе гибель отца и Джироламо, моих любимых и самых лучших для меня на свете людей... Смогу ли я отомстить за них когда-либо?.. Не правы ли все, говоря, что Караффу не победить? Что я не уничтожу его, а всего лишь глупо погибну сама?.. Неужели прав был Север, приглашая уйти в Мэтэору? И неужели надежда уничтожить Папу всё это время жила только во мне одной?!..
И ещё... Я чувствовала, что очень устала... Нечеловечески, страшно устала... Иногда даже казалось – а не лучше ли было и правда уйти в Мэтэору?.. Ведь кто-то же туда уходил?.. И почему-то их не тревожило, что вокруг умирали люди. Для них было важно УЗНАТЬ, получить сокровенное ЗНАНИЕ, так как они считали себя исключительно одарёнными... Но, с другой стороны, если они по-настоящему были такими уж «исключительными», то как же в таком случае они забыли самую простую, но по-моему очень важную нашу заповедь – не уходи на покой, пока в твоей помощи нуждаются остальные... Как же они могли так просто закрыться, даже не оглядевшись вокруг, не попытавшись помочь другим?.. Как успокоили свои души?..
Конечно же, мои «возмущённые» мысли никак не касались детей, находящихся в Мэтэоре... Эта война была не их войной, она касалась только лишь взрослых... А малышам ещё предстояло долго и упорно идти по пути познания, чтобы после уметь защищать свой дом, своих родных и всех хороших людей, живущих на нашей странной, непостижимой Земле.
Нет, я думала именно о взрослых... О тех, кто считал себя слишком «особенным», чтобы рисковать своей «драгоценной» жизнью. О тех, кто предпочитал отсиживаться в Мэтэоре, внутри её толстых стен, пока Земля истекала кровью и такие же одарённые, как они, толпами шли на смерть...
Я всегда любила свободу и ценила право свободного выбора каждого отдельного человека. Но бывали в жизни моменты, когда наша личная свобода не стоила миллионов жизней других хороших людей... Во всяком случае, именно так я для себя решила... И не собиралась ничего менять. Да, были минуты слабости, когда казалось, что жертва, на которую шла, будет совершенно бессмысленна и напрасна. Что она ничего не изменит в этом жестоком мире... Но потом снова возвращалось желание бороться... Тогда всё становилось на свои места, и я всем своим существом готова была возвращаться на «поле боя», несмотря даже на то, насколько неравной была война...
Долгие, тяжёлые дни ползли вереницей «неизвестного», а меня всё также никто не беспокоил. Ничего не менялось, ничего не происходило. Анна молчала, не отвечая на мои позывы. И я понятия не имела, где она находилась, или где я могла её искать...
И вот однажды, смертельно устав от пустого, нескончаемого ожидания, я решила наконец-то осуществить свою давнюю, печальную мечту – зная, что наверняка никогда уже не удастся по-другому увидеть мою любимую Венецию, я решилась пойти туда «дуновением», чтобы проститься...
На дворе был май, и Венеция наряжалась, как юная невеста, встречая свой самый красивый праздник – праздник Любви...
Любовь витала повсюду – ею был пропитан сам воздух!.. Ею дышали мосты и каналы, она проникала в каждый уголок нарядного города... в каждую фибру каждой одинокой, в нём живущей души... На один этот день Венеция превращалась в волшебный цветок любви – жгучий, пьянящий и прекрасный! Улицы города буквально «тонули» в несметном количестве алых роз, пышными «хвостами» свисавших до самой воды, нежно лаская её хрупкими алыми лепестками... Вся Венеция благоухала, источая запахи счастья и лета. И на один этот день даже самые хмурые обитатели города покидали свои дома, и во всю улыбаясь, ожидали, что может быть в этот прекрасный день даже им, грустным и одиноким, улыбнётся капризница Любовь...
Праздник начинался с самого раннего утра, когда первые солнечные лучи ещё только-только начинали золотить городские каналы, осыпая их горячими поцелуями, от которых те, стеснительно вспыхивая, заливались красными стыдливыми бликами... Тут же, не давая даже хорошенько проснуться, под окнами городских красавиц уже нежно звучали первые любовные романсы... А пышно разодетые гондольеры, украсив свои начищенные гондолы в праздничный алый цвет, терпеливо ждали у пристани, каждый, надеясь усадить к себе самую яркую красавицу этого чудесного, волшебного дня.
Во время этого праздника ни для кого не было запретов – молодые и старые высыпали на улицы, вкушая предстоящее веселье, и старались заранее занять лучшие места на мостах, чтобы поближе увидеть проплывающие гондолы, везущие прекрасных, как сама весна, знаменитых Венецианских куртизанок. Этих единственных в своём роде женщин, умом и красотой которых, восхищались поэты, и которых художники воплощали на веки в свои великолепных холстах.