Лев I (папа римский)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Лев I
лат. Leo PP. I<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Лев I</td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Святитель Лев I Великий.</td></tr>

45-й папа римский
29 сентября 440 — 10 ноября 461
Церковь: Христианская церковь
Предшественник: Сикст III
Преемник: Гиларий
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рождение: 390(0390)
Этрурия, Тоскана, Италия
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Рим, Италия
Похоронен: Собор Святого Петра
Династия: {{#property:p53}}
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Святитель Лев I Великий (лат. Leo PP. I), (390 — 10 ноября 461) — Папа Римский с 29 сентября 440 года по 10 ноября 461 года. Дни памяти — 18 февраля (2 марта) в високосный год, 18 февраля (3 марта) в невисокосные годы, и 12 ноября.







Биография

Происходил родом из Этрурии. В юности получил прекрасное по тем временам образование (был учеником Св. Целестина I Римского) и имел возможности сделать неплохую светскую карьеру, но, стремясь к духовной жизни, он избрал для себя иной жизненный путь и стал архидиаконом при святом папе Сиксте III (432440), а после его смерти был избран, 19 августа 440 года, на папство. Выборы проходили в отсутствие Льва. Он находился по заданию императора Валентиниана III в Галлии. По возвращении в Рим — 29 сентября 440 года — принял посвящение. Стал первым епископом Рима, принявшим титул Великого понтифика (Pontifex Maximus), традиционно принадлежавший сначала царю, позже верховному жрецу, а начиная с принципата - императору (пока в 382 году Грациан не отменил этот порядок)[1]. Став папой, боролся с восточной ересью — манихейством и пережитками язычества. Потоки беженцев из Африки (Карфаген и Нумидия были захвачены вандалами) захлестнули Рим. Папа разрешил беженцам селиться в Риме при условии полного отречения от ереси. Публично сожжены их писания.

Файл:Attila-PopeLeo-ChroniconPictum.jpg
Аттила и папа Лев на средневековой миниатюре.
Лев I выдвинул идею о верховенстве римского епископа над другими христианскими патриархами. Основным аргументом для признания примата Папы служило обещание Христа, данное им апостолу Петру:
и Я говорю тебе: ты — Пётр, и на сём камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах.

(Мф.16:18-19)

Пётр, будучи, таким образом, главою Церкви, поставленным самим Христом, и являясь вместе с тем первым епископом Рима, по мнению Льва I утвердил верховенство римского первосвященника над всеми остальными христианскими патриархами. Западноевропейские христиане признали это право за Львом I, а христиане Восточной римской империи оспаривали данную идею[2].

В 452 году встречался с Аттилой, дал ему прозвище «бич Божий» и уговорил его не разрушать Рим. В честь этой победы Лев отдал распоряжение — перелить статую Юпитера Капитолийского в фигуру апостола Св. Петра, которая была установлена в базилике Св. Петра в Ватикане. Рядом с базиликой Св. Петра Лев открыл два монастыря — Св. Иоанна и Св. Павла[3].

В 455 году встретился с вандалом Гейзерихом, однако не смог переменить его намерение захватить город. Однако, когда Гейзерих вторгся в Рим, папа сумел убедить его не предавать город разрушению, не жечь зданий и не проливать невинной крови.[3]

Файл:Leo the Great the Pope of Rome.jpg
Лев I Великий, папа Римский. Константинополь. 985 г. Миниатюра. Минологий Василия II. Ватиканская библиотека. Рим.

Сохранились письма Льва I. Переписывался с Евтихием и св. Флавианом Константинопольским, в послании Четвёртому Вселенскому собору принял сторону последнего. Подчинил приматству Св. Петра епископов Иллирии и Галлии.

Лев был первым папой, похороненным в базилике Св. Петра в Ватикане.

Канонизация

Издревле почитался в православной церкви 18 февраля. В 1754 году папа Бенедикт XIV присвоил Льву I достоинство Учителя Церкви (doctor ecclesiae). Католическая Римская Церковь, до 1971 года, почитала его 11 апреля. После день памяти отмечается 10 ноября. После Льва осталось большое собрание его трудов (96 проповедей и 120 посланий[2]).

В документальном кино

  • Тайны древности. Варвары. Часть 3. Гунны (США2003).

Напишите отзыв о статье "Лев I (папа римский)"

Примечания

  1. Джон Норвич. История папства / Пер. с англ. А. В. Короленков. — 1-е изд.. — М,: АСТ, 2014. — С. 38. — ISBN 978-5-17-080844-1.
  2. 1 2 Ковальский Я. Период II. Под опекой Римской империи // Папы и папство.
  3. 1 2 Грегоровиус Ф. История города Рима в средние века. — 2008.

Переводы

  • Лев Великий. Слова на Рождество Христово. / Пер. Д. Зотова. М., 2000.

Литература

  • Певницкий В. Ф. Святитель Лев Великий и его проповеди. — Киев, 1871.
  • Ковальский Я. Период II. Под опекой Римской империи // Папы и Папство.
  • Норвич Д. История папства. — М., АСТ, 2014.

Ссылки

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Лев I (папа римский)

– Эти плохие люди обижали короля и королеву, и хотели их захватить. Вот они и пытались бежать. Аксель им всё устроил... Но когда ему было приказано их оставить, карета поехала медленнее, потому что король устал. Он даже вышел из кареты «подышать воздухом»... вот тут его и узнали. Ну и схватили, конечно же...

Погром в Версале Арест королевской семьи

Страх перед происходящим... Проводы Марии-Антуанетты в Темпль

Стелла вздохнула... и опять перебросила нас в очередной «новый эпизод» этой, уже не такой счастливой, но всё ещё красивой истории...
На этот раз всё выглядело зловещим и даже пугающим.
Мы оказались в каком-то тёмном, неприятном помещении, как будто это была самая настоящая злая тюрьма. В малюсенькой, грязной, сырой и зловонной комнатке, на деревянной лежанке с соломенным тюфяком, сидела измученная страданием, одетая в чёрное, худенькая седовласая женщина, в которой было совершенно невозможно узнать ту сказочно красивую, всегда улыбающуюся чудо-королеву, которую молодой Аксель больше всего на свете любил...

Мария-Антуанетта в Темпле

Он находился в той же комнатке, совершенно потрясённый увиденным и, ничего не замечая вокруг, стоял, преклонив колено, прижавшись губами к её, всё ещё прекрасной, белой руке, не в состоянии вымолвить ни слова... Он пришёл к ней совершенно отчаявшись, испробовав всё на свете и потеряв последнюю надежду её спасти... и всё же, опять предлагал свою, почти уже невозможную помощь... Он был одержим единственным стремлением: спасти её, несмотря ни на что... Он просто не мог позволить ей умереть... Потому, что без неё закончилась бы и его, уже ненужная ему, жизнь...
Они смотрели молча друг на друга, пытаясь скрыть непослушные слёзы, которые узкими дорожками текли по щекам... Не в силах оторвать друг от друга глаз, ибо знали, что если ему не удастся ей помочь, этот взгляд может стать для них последним...
Лысый тюремщик разглядывал разбитого горем гостя и, не собираясь отворачиваться, с интересом наблюдал разворачивавшуюся перед ним грустную сцену чужой печали...
Видение пропало и появилось другое, ничем не лучше прежнего – жуткая, орущая, вооружённая пиками, ножами и ружьями, озверевшая толпа безжалостно рушила великолепный дворец...

Версаль...

Потом опять появился Аксель. Только на этот раз он стоял у окна в какой-то очень красивой, богато обставленной комнате. А рядом с ним стояла та же самая «подруга его детства» Маргарита, которую мы видели с ним в самом начале. Только на этот раз вся её заносчивая холодность куда-то испарилась, а красивое лицо буквально дышало участием и болью. Аксель был смертельно бледным и, прижавшись лбом к оконному стеклу, с ужасом наблюдал за чем-то происходящим на улице... Он слышал шумевшую за окном толпу, и в ужасающем трансе громко повторял одни и те же слова:
– Душа моя, я так и не спас тебя... Прости меня, бедная моя... Помоги ей, дай ей сил вынести это, Господи!..
– Аксель, пожалуйста!.. Вы должны взять себя в руки ради неё. Ну, пожалуйста, будьте благоразумны! – с участием уговаривала его старая подруга.
– Благоразумие? О каком благоразумии вы говорите, Маргарита, когда весь мир сошёл с ума?!.. – закричал Аксель. – За что же её? За что?.. Что же такого она им сделала?!.
Маргарита развернула какой-то маленький листик бумаги и, видимо, не зная, как его успокоить, произнесла:
– Успокойтесь, милый Аксель, вот послушайте лучше:
– «Я люблю вас, мой друг... Не беспокойтесь за меня. Мне не достаёт лишь ваших писем. Возможно, нам не суждено свидеться вновь... Прощайте, самый любимый и самый любящий из людей...».
Это было последнее письмо королевы, которое Аксель прочитывал тысячи раз, но из чужих уст оно звучало почему-то ещё больнее...
– Что это? Что же там такое происходит? – не выдержала я.
– Это красивая королева умирает... Её сейчас казнят. – Грустно ответила Стелла.
– А почему мы не видим? – опять спросила я.
– О, ты не хочешь на это смотреть, верь мне. – Покачала головкой малышка. – Так жаль, она такая несчастная... Как же это несправедливо.
– Я бы всё-таки хотела увидеть... – попросила я.
– Ну, смотри... – грустно кивнула Стелла.
На огромной площади, битком набитой «взвинченным» народом, посередине зловеще возвышался эшафот... По маленьким, кривым ступенькам на него гордо поднималась смертельно бледная, очень худая и измученная, одетая в белое, женщина. Её коротко остриженные светлые волосы почти полностью скрывал скромный белый чепчик, а в усталых, покрасневших от слёз или бессонницы глазах отражалась глубокая беспросветная печаль...

Чуть покачиваясь, так как, из-за туго завязанных за спиной рук, ей было сложно держать равновесие, женщина кое-как поднялась на помост, всё ещё, из последних сил пытаясь держаться прямо и гордо. Она стояла и смотрела в толпу, не опуская глаз и не показывая, как же по-настоящему ей было до ужаса страшно... И не было никого вокруг, чей дружеский взгляд мог бы согреть последние минуты её жизни... Никого, кто своим теплом мог бы помочь ей выстоять этот ужасающий миг, когда её жизнь должна была таким жестоким путём покинуть её...
До этого бушевавшая, возбуждённая толпа вдруг неожиданно смолкла, как будто налетела на непреодолимое препятствие... Стоявшие в передних рядах женщины молча плакали. Худенькая фигурка на эшафоте подошла к плахе и чуть споткнувшись, больно упала на колени. На несколько коротких секунд она подняла к небу своё измученное, но уже умиротворённое близостью смерти лицо... глубоко вздохнула... и гордо посмотрев на палача, положила свою уставшую голову на плаху. Плачь становился громче, женщины закрывали детям глаза. Палач подошёл к гильотине....
– Господи! Нет!!! – душераздирающе закричал Аксель.
В тот же самый миг, в сером небе из-за туч вдруг выглянуло солнышко, будто освещая последний путь несчастной жертвы... Оно нежно коснулось её бледной, страшно исхудавшей щеки, как бы ласково говоря последнее земное «прости». На эшафоте ярко блеснуло – тяжёлый нож упал, разбрасывая яркие алые брызги... Толпа ахнула. Белокурая головка упала в корзину, всё было кончено... Красавица королева ушла туда, где не было больше боли, не было издевательств... Был только покой...