Мартин V

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Мартин V
Martinus PP. V<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Мартин V</td></tr>
206-й папа римский
11 ноября 1417 — 20 февраля 1431
Коронация: 21 ноября 1417
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Григорий XII
Преемник: Евгений IV
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Оддоне Колонна
Оригинал имени
при рождении:
Oddone Colonna
Рождение: 1368(1368)
Дженаццано, Папская область
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Рим
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Принятие священного сана: 1417
Епископская хиротония: 1417
Кардинал с: 1405
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
150px

Мартин V (лат. Martinus PP. V), в миру — Оддоне Колонна (итал. Oddone Colonna; 1368 — 20 февраля 1431) — папа римский с 11 ноября 1417 года.







Ранние годы

Оддоне Колонна родился в 1368 году в Дженеццано (около Рима) в семье Агапито Колонна и Катерины Конти. Он принадлежал к одному из самых старых и известных родов Рима. Его брат Джордано стал князем Салерно и герцогом Венозы, а сестра Паола — княжной Пьомбино между 1441 и 1445 годами.

Оддоне, скорее всего, учился в университете Перуджи. В 1405 году он был возведён Иннокентием VII в сан кардинала-диакона Сан-Джорджио-ин-Велабро. В 1409 году он принимал участие в Совете в Пизе и был одним из сторонников антипапы Александра V. Позже он подтвердил свою верность преемнику Александра, Иоанну XXIII, от которого его семья получила ряд привилегий. Папа Григорий XII отлучил Оддоне от церкви за приверженность Иоанну. Оддоне был в свите Иоанна XXIII на Совете в Констанце и последовал за ним в изгнание. Однако позже он вернулся в Констанцу и принял участие в процессе, приведшем к низложению Иоанна XXIII.

Папство

6 ноября 1416 года участники Констанцского собора в лице 23 кардиналов и 30 представителей «христианских наций» — Германии, Англии, Испании, Франции и Италии (Польша была причислена к германской нации) — единогласно избрали папой сорокадевятилетнего кардинала Колонну[1]. Новоизбранный папа, не имевший высших посвящений, в течение трёх дней был посвящён последовательно в дьяконы, священники, епископы, что было необходимо для обладателя верховной власти в церкви. После торжественной коронации, не ожидая закрытия собора, Мартин V поспешил в Италию.

Но дорога в Рим заняла у него три года. Свободное вступление в Рим нужно было выкупить у Иоанны II, королевы Неаполя, которая долго торговалась, и самозваного кондотьера Браччио да Монтоне, который, пользуясь хаосом, захватил власть в папском государстве. Сам въезд Мартина V в Вечный город не носил триумфального характера: разрушенные дома, пустующие дворцы и разграбленные соборы свидетельствовали о глубоком упадке покинутой папами столицы христианства. Мартин V энергично взялся за восстановление города. Он очень сдержанно относился к решениям завершавшегося Констанцского собора[1].

В 14191420 годах Мартин завязал дипломатические контакты с византийским императором Мануилом II, который искал помощи в противостоянии османской угрозе. Папа 12 июля 1420 года пообещал индульгенцию всем, кто будет вносить вклады в будущий крестовый поход против турок.

Сразу же после избрания Мартина V соборные отцы заключили с разными государствами ряд договоров, которые призваны были регулировать внутренние отношения между церковной иерархией и светской властью. Эти договоры никогда не были официально ратифицированы папством. Мартин V высказывал возражения и по поводу тех решений собора, которые ясно провозглашали верховенство собора над властью папы и требовали регулярных созывов последующих соборов. Когда в соответствии с постановлением Констанцского собора епископы в 1423 году вновь съехались в Павию, Мартин V прервал их совещание под предлогом эпидемии, которая вспыхнула в этом районе. На следующий собор, в Сиене, собрались лишь несколько епископов, что дало возможность папе отложить его. Папа назначил новый срок созыва собора на 1431 год. Этот собор должен был проходить в Базеле. До открытия его Мартин V не дожил. Он умер, разбитый параличом. Погребён в Латеранском соборе.

Мартин V и рабство

Рабство было обычным явлением в Европе, Африке и Азии во время правления Мартина[2]. В XV веке настроения в Европе все чаще обращались против порабощения христиан, и Церковь осудила такую практику, но это не распространялось на иноверцев.

По мнению историка Кита Бертона, Мартин санкционировал крестовый поход против Африки в 1418 году, и это, в сочетании с более поздней буллой (1441), санкционировало португальскую торговлю африканскими рабами[3]. В марте 1425 была издана булла, которая угрожала отлучением каждому христианскому работорговцу[4]. В июне 1425 году Мартин предал анафеме тех, кто продавал рабов-христиан мусульманам[2]. Это только усилило торговлю африканскими рабами. Так, Генрих Мореплаватель подарил папе десять чернокожих рабов[5]. Мартин поддержал колониальную экспансию.

Напишите отзыв о статье "Мартин V"

Примечания

  1. 1 2 [http://www.newadvent.org/cathen/09725a.htm Ott, Michael. «Pope Martin V.» The Catholic Encyclopedia. Vol. 9. New York: Robert Appleton Company, 1910. 25 Jul. 2014]
  2. 1 2 Setton 1978, С. 46.
  3. Burton 2007, С. 197.
  4. Davis 1988, С. 100.
  5. A history of Christianity in Asia, Africa, and Latin America, 1450–1990. — Grand Rapids, MI: W.B. Eerdmans, 2007. — P. 144. — ISBN 0802828892.

Литература

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Мартин V

– Я – Элей. Ты не готова приходить – вернись…
Естественно, меня сразу же дико заинтересовало – кто это, и очень захотелось каким-то образом хоть на короткое время его удержать.
– Не готова к чему? – как могла более спокойно спросила я.
– Вернуться домой. – Ответил он.
От него исходила (как мне тогда казалось) невероятная мощь и в то же время какое-то странное глубокое тепло одиночества. Хотелось, чтобы он никогда не ушёл, и вдруг стало так грустно, что на глаза навернулись слёзы…
– Ты вернёшься, – как будто отвечая на мои грустные мысли произнёс он. – Только это будет ещё не скоро… А теперь уходи.
Сияние вокруг него стало ярче... и, к моему большому огорчению, он исчез…
Сверкающая громадная «спираль» ещё какое-то время продолжала сиять, а потом начала рассыпаться и полностью растаяла, оставляя за собой только глубокую ночь.
Стелла наконец-то «очнулась» от шока, и всё вокруг тут же засияло весёлым светом, окружая нас причудливыми цветами и разноцветными птицами, которых её потрясающее воображение поспешило скорее создать, видимо желая как можно быстрее освободиться от гнетущего впечатления навалившейся на нас вечности.
– Ты думаешь это я?.. – всё ещё не в состоянии поверить в случившееся, ошарашено прошептала я.
– Конечно! – уже опять весёлым голоском прощебетала малышка. – Это ведь то, что ты хотела, да? Оно такое огромное и страшное, хоть и очень красивое. Я бы ни за что не осталась там жить! – с полной уверенностью заявила она.
А я не могла забыть той невероятно-огромной и такой притягательно-величавой красоты, которая, теперь я знала точно, навечно станет моей мечтой, и желание когда-то туда вернуться станет преследовать меня долгие, долгие годы, пока, в один прекрасный день, я не обрету наконец-то мой настоящий, потерянный ДОМ…
– Почему ты грустишь? У тебя ведь так здорово получилось! – удивлённо воскликнула Стелла. – Хочешь, я покажу тебе что-то ещё?
Она заговорщически сморщила носик, от чего стала похожа на милую, смешную маленькую обезьянку.
И опять всё вверх ногами перевернулось, «приземлив» нас в каком-то сумасшедше-ярком «попугайном» мире… в котором дико кричали тысячи птиц и от этой ненормальной какофонии закружилась голова.
– Ой! – звонко засмеялась Стелла, – не так!
И сразу наступила приятная тишина... Мы ещё долго «шалили» вместе, теперь уже попеременно создавая смешные, весёлые, сказочные миры, что и вправду оказалось совершенно несложно. Я никак не могла оторваться от всей этой неземной красоты и от хрустально-чистой, удивительной девочки Стеллы, которая несла в себе тёплый и радостный свет, и с которой искренне хотелось остаться рядом навсегда…
Но реальная жизнь, к сожалению, звала обратно «опуститься на Землю» и мне приходилось прощаться, не зная, удастся ли когда-то хоть на какое-то мгновение её опять увидеть.
Стелла смотрела своими большими, круглыми глазами, как будто желая и не смея что-то спросить... Тут я решила ей помочь:
– Ты хочешь, чтобы я пришла ещё? – с затаённой надеждой спросила я.
Её смешное личико опять засияло всеми оттенками радости:
– А ты правда-правда придёшь?! – счастливо запищала она.
– Правда-правда приду… – твёрдо пообещала я...

Загруженные «по-горлышко» каждодневными заботами дни сменялись неделями, а я всё ещё никак не могла найти свободного времени, чтобы посетить свою милую маленькую подружку. Думала я о ней почти каждый день и сама себе клялась, что завтра уж точно найду время, чтобы хоть пару часов «отвести душу» с этим чудесным светлым человечком... А также ещё одна, весьма странная мысль никак не давала мне покоя – очень хотелось познакомить бабушку Стеллы со своей, не менее интересной и необычной бабушкой... По какой-то необъяснимой причине я была уверена, что обе эти чудесные женщины уж точно нашли бы о чём поговорить...
Так, наконец-то, в один прекрасный день я вдруг решила, что хватит откладывать всё «на завтра» и, хотя совершенно не была уверена, что Стеллина бабушка именно сегодня будет там, решила, что будет чудесно если сегодня я наконец-то навещу свою новую подружку, ну, а если повезёт, то и наших милых бабушек друг с другом познакомлю.
Какая-то странная сила буквально толкала меня из дома, будто кто-то издалека очень мягко и, в то же время, очень настойчиво меня мысленно звал.
Я тихо подошла к бабушке и, как обычно, начала около неё крутиться, стараясь придумать, как бы ей всё это получше преподнести.
– Ну, что, пойдём что-ли?.. – спокойно спросила бабушка.
Я ошарашено на неё уставилась, не понимая каким образом она могла узнать, что я вообще куда-то собралась?!.
Бабушка хитро улыбнулась и, как ни в чём не бывало, спросила:
– Что, разве ты не хочешь со мной пройтись?
В душе возмутившись такому бесцеремонному вторжению в мой «частный мысленный мир», я решила бабушку «испытать».
– Ну, конечно же хочу! – радостно воскликнула я, и не говоря куда мы пойдём, направилась к двери.
– Свитер возьми, вернёмся поздно – прохладно будет! – вдогонку крикнула бабушка.
Тут уж я дольше выдержать не могла...
– И откуда ты знаешь, куда мы идём?! – нахохлившись, как замёрзший воробей, обижено буркнула я.
Так у тебя ж всё на лице написано, – улыбнулась бабушка.
На лице у меня, конечно же, написано этого не было, но я бы многое отдала, чтобы узнать, откуда она так уверенно всегда всё знала, когда дело касалось меня?
Через несколько минут мы уже дружно топали по направлению к лесу, увлечённо болтая о самых разнообразных и невероятных историях, которых она, естественно, знала намного больше, чем я, и это была одна из причин, почему я так любила с ней гулять.
Мы были только вдвоём, и не надо было опасаться, что кто-то подслушает и кому-то может быть не понравится то, о чём мы говорим.
Бабушка очень легко принимала все мои странности, и никогда ничего не боялась; а иногда, если видела, что я полностью в чём-то «потерялась», она давала мне советы, помогавшие выбраться из той или иной нежелательной ситуации, но чаще всего просто наблюдала, как я реагирую на, уже ставшие постоянными, жизненные сложности, без конца попадавшиеся на моём «шипастом» пути. В последнее время мне стало казаться, что бабушка только и ждёт когда попадётся что-нибудь новенькое, чтобы посмотреть, повзрослела ли я хотя бы на пяту, или всё ещё «варюсь» в своём «счастливом детстве», никак не желая вылезти из коротенькой детской рубашонки. Но даже за такое её «жестокое» поведение я очень её любила и старалась пользоваться каждым удобным моментом, чтобы как можно чаще проводить с ней время вдвоём.