Монтегю, Чарльз, 1-й граф Галифакс

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Чарльз Монтегю, граф Галифакс
англ. Charles Montagu, 1st Earl of Halifax<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Чарльз Монтегю, граф Галифакс</td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).</td></tr>

Канцлер казначейства
10 мая 1694 — 2 июня 1699
Монарх: Вильгельм III
лорд-казначей
1 мая 1697 – 15 ноября 1699;
13 октября 1714 – 19 мая 1715
Монарх: Вильгельм III; Георг I
 
Вероисповедание: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рождение: 16 апреля 1661(1661-04-16)
Horton, Northamptonshire
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Место погребения: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Династия: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Отец: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Мать: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Супруг: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Дети: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Партия: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Образование: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Сайт: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Монограмма: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Награды:

60px

Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Чарльз Монтегю, граф Галифакс (1661—1715) — английский государственный деятель и поэт.

Учась в Кембриджском университете, примкнул к Ньютону и помогал ему в образовании кембриджского философского общества. В 1687 г. написал, совместно с Прайором, «Town and Country Mouse», удачную пародию на «Hind and Panther» Драйдена.

В 1688 г. благодаря покровительству графа Дорсетского вступил в парламент и участвовал в собрании, которое решило провозгласить Вильгельма и Марию королём и королевой Англии. За «Epistle occasioned by his Majesty’s victory in Ireland» был представлен королю и получил пенсию, пока не представится случай «сделать из него человека».

Дальнейшими успехами он был обязан своим талантам финансиста. По его предложению заключен был первый в Англии государственный заем (1692). Когда в 1694 г. продолжавшаяся борьба с Францией сделала абсолютно необходимым вторичный большой заем, Монтегю внес билль об учреждении Английского банка и был назначен канцлером казначейства. В следующем году ему удалось провести знаменитую меру против понижения ценности монеты, происшедшего вследствие бесчестных манипуляций. Для покрытия расходов на перечеканку, Монтегю, вместо того, чтобы возобновить подымный налог (hearth money), ввел налог с окон, а затруднения, которые могло причинить временное исчезновение из обращения металлической монеты, были предупреждены выпуском в первый раз кредитных билетов (exchequer bills).

В 1697 г. Монтегю был назначен первым лордом казначейства. В феврале 1698 г. на него было взведено обвинение в бесчестных проделках, произведенных, будто бы, во время выпуска кредитных билетов, но он блистательно оправдался; его репутация ещё более возросла в том же году благодаря чрезвычайной популярности его проекта новой Ост-Индской компании. Тем не менее, Монтегю чувствовал, что под ним колеблется почва. Чтобы обеспечить себе прочное положение в будущем, он добыл своему брату выгодную синекуру, имея в виду потом взять её ceбе. В 1699 г., после целого ряда нападок, он отказался от своих должностей и занял место своего брата.

Когда тори пришли к власти, Монтегю был возведен в звание пэра, с титулом лорда Галифакса. В том же году, вместе с лордом Сомерсом и графами Портлэндом и Оксфордом, он подвергся обвинению со стороны палаты общин, но обвинения были отвергнуты лордами; вторичное преследование, в 1703 г., также было неудачно. В царствование Анны Галифакс сначала оставался не у дел, но в 1706 г., был назначен членом комиссии, ведшей переговоры об унии с Шотландией, а потом был послан ко двору курфюрста ганноверского (будущего короля Георга I).

После смерти Анны (1714) был одним из членов совета регентства, учрежденного до прибытия короля из Ганновера; затем был сделан первым лордом казначейства в новом министерстве, получив в то же время графский титул. Поэтический талант Галифакса очень невелик; литературной репутацией он обязан главным образом своему общественному положению и лести писателей, которые, в вознаграждение за его щедрые подарки и блестящие банкеты, «весь день», как говорит Поуп, «кормили его посвящениями». Но он искренне ценил ученые и литературные заслуги, что доказал покровительством, оказанным Аддисону и своею близостью к Ньютону, которому доставил место начальника монетного двора.





Напишите отзыв о статье "Монтегю, Чарльз, 1-й граф Галифакс"

Ссылки

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Монтегю, Чарльз, 1-й граф Галифакс

Это было сумасшествие. И моя хрупкая надежда, корчась, начала умирать...
– Подумали ли Вы над моим предложением, мадонна? Надеюсь, у Вас было достаточно времени, чтобы уяснить своё положение? И мне не понадобится следующий удар?..
У меня похолодело сердце – каким он будет, этот «следующий удар»?.. Но приходилось отвечать, и я не собиралась показывать ему, насколько сильно боялась.
– Если я не ошиблась, Вы предлагали мне Вашу дружбу, Ваше святейшество? Но дружба не много стоит, если её получают, вселяя страх. Я не желаю такой дружбы, даже если от этого придётся страдать. Я не боюсь боли. Намного страшнее, когда болит душа.
– Какое же Вы дитя, дорогая Изидора!.. – засмеялся Караффа, – Это, как книги – существует «страдание» и СТРАДАНИЕ. И я искренне советую Вам не пробовать второй вариант!
– Как бы там ни было – Вы не друг, Джованни. Вы даже не знаете, что несёт собой это слово... Я прекрасно понимаю, что нахожусь полностью в Ваших жестоких руках, и мне всё ровно, что будет происходить сейчас...
Я впервые нарочно назвала его по имени, желая обозлить. Я и правда была почти что ребёнком во всём, что касалось зла, и всё ещё не представляла, на что был по-настоящему способен этот хищный, но, к сожалению, очень умный человек.
– Ну что ж, Вы решили, мадонна. Пеняйте на себя.
Его слуга резко взял меня под руку и подтолкнул к узкому коридору. Я решила, что это конец, что именно сейчас Караффа отдаст меня палачам...
Мы спустились глубоко в низ, проходя множество маленьких, тяжёлых дверей, за которыми звучали крики и стоны, и я ещё сильнее уверилась в том, что, видимо, пришёл-таки наконец-то и мой час. Я не знала, насколько смогу выдержать пытку, и какой сильной она может быть. Мне никогда никто не доставлял физической боли, и было очень сложно судить, насколько я могу быть в этом сильна. Всю свою короткую жизнь я жила окружённой любовью родных и друзей, и даже не представляла, насколько злой и жестокой будет моя судьба... Я, как и множество моих друзей – ведуний и ведунов – не могла увидеть свою судьбу. Наверное, это было от нас закрыто, чтобы мы не пытались изменить свою жизнь. А возможно, ещё и потому, что мы так же, как все остальные, имели своим долгом прожить то, что нам было суждено, не пытаясь уйти раньше, видя какой-нибудь ужас, предназначенный почему-то нашей суровой судьбой...
И вот пришёл день, когда у меня не оставалось выбора. Вернее, выбор был. И я выбрала это сама. Теперь оставалось лишь выдержать то, что предстоит, и каким-то образом выстоять, сумев не сломаться...
Караффа наконец-то остановился перед одной из дверей, и мы вошли. Холодный, леденящий душу ужас сковал меня с головы до ног!.. Это был настоящий Ад, если такой мог существовать на Земле! Это торжествовало зверство, не поддающееся пониманию нормального человека... У меня почти что остановилось сердце.
Вся комната была залита человеческой кровью... Люди висели, сидели, лежали на ужасающих пыточных «инструментах», значения которых я даже не в состоянии была себе представить. Несколько, совершенно спокойных, измазанных кровью человек, не спеша занимались своей «работой», не испытывая при этом, видимо, никакой жалости, никаких угрызений совести, ни каких-либо малейших человеческих чувств... В комнате пахло палёным мясом, кровью и смертью. Полуживые люди стонали, плакали, кричали... а у некоторых уже не оставалось сил даже кричать. Они просто хрипели, не отзываясь на пытки, будто тряпичные куклы, которых судьба милостиво лишила каких-либо чувств...
Меня изнутри взорвало! Я даже на мгновение забыла, что очень скоро стану одной из них... Вся моя бушующая сила вдруг выплеснулась наружу, и... пыточная комната перестала существовать... Остались только голые, залитые кровью стены и страшные, леденящие душу «инструменты» пыток... Все находившиеся там люди – и палачи и их жертвы – бесследно исчезли.
Караффа стоял бледный, как сама смерть, и смотрел на меня, не отрываясь, пронизывая своими жуткими чёрными глазами, в которых плескалась злоба, осуждение, удивление, и даже какой-то странный, необъяснимый восторг... Он хранил гробовое молчание. И всю его внутреннюю борьбу отражало только лицо. Сам он был неподвижным, точно статуя... Он что-то решал.
Мне было искренне жаль, ушедших в «другую жизнь», так зверски замученных, и наверняка невиновных, людей. Но я была абсолютно уверена в том, что для них моё неожиданное вмешательство явилось избавлением от всех ужасающих, бесчеловечных мук. Я видела, как уходили в другую жизнь их чистые, светлые души, и в моём застывшем сердце плакала печаль... Это был первый раз за долгие годы моей сложной «ведьминой практики», когда я отняла драгоценную человеческую жизнь... И оставалось только надеяться, что там, в том другом, чистом и ласковом мире, они обретут покой.