Нкомо, Джошуа

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Джошуа Мкабуко Нкомо
Joshua Mqabuko Nyongolo Nkomo<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Джошуа Мкабуко Нкомо</td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).</td></tr>

Министр внутренних дел Зимбабве
11 марта 1980 — 1981
Предшественник: должность учреждена
вице-президент Зимбабве
31 декабря 1987 — 1 июля 1999
Президент: Роберт Мугабе
Предшественник: должность учреждена
Преемник: Джозеф Мсика
 
Вероисповедание: протестант, 1998 года – католик
Рождение: 19 июня 1917(1917-06-19)
Семокве (Матабелеленд, Южная Родезия)
Смерть: 1 июля 1999(1999-07-01) (82 года)
Хараре (Зимбабве)
Место погребения: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Династия: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Отец: Томас Ньонголо Летсвансто (Thomas Nyongolo Letswansto)
Мать: Млинго Хадебе (Mlingo Hadebe)
Супруга: Джоанна МаФуйана
Дети: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Партия: Союз африканского народа Зимбабве (ЗАПУ, с 1980 года — Патриотический фронт)
Образование: Колледж Адамса (Наталь) (1945)

Школа социальных наук и Университет Йоханнесбурга, (ЮАР, 1952)

Учёная степень: Бакалавр социологии, доктор юридических наук.
Профессия: юрист
Деятельность: политик
 
Сайт: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Монограмма: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:CategoryForProfession на строке 52: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Джо́шуа Мкубуке Ньонголо Нко́мо (англ.  Joshua Mqabuko Nyongolo Nkomo, 19 июня 1917, Семокве, Матабелеленд , Южная Родезия, ныне Зимбабве — 1 июля 1999, Хараре, Республика Зимбабве) — зимбабвийский политический и государственный деятель, один из лидеров борьбы за независимость Южной Родезии и основателей Республики Зимбабве. Лидер партии Союз африканского народа Зимбабве (ЗАПУ, с 1980 года — Патриотический фронт). Министр внутренних дел Зимбабве в 1980 — 1981 годах, вице-президент Зимбабве в 1990 — 1999 годах.







Биография

Джошуа Мкубуке Ньонголо Нкомо родился 19 июня 1917 год а, в Семокве (англ.  Semokwe Reserve ) района Матопа(англ.  Matopa), Матабелеленд (англ.  Matabeleland ) , Южная Родезия, ныне Зимбабве в семье сельского учителя и проповедника Лондонского миссионерского общества из племени каланга народности ндебеле[1]. Его семья владела около 1000 голов скота и была достаточно состоятельна, чтобы дать Джошуа, который был одним из 8 детей в семье, приличное образование[2].

Юность и карьера в профсоюзах

Нкомо получил начальное образование в католической миссионерской школе в Семокве, а затем ещё подростком был отправлен получать среднее образование в Булавайо. Несмотря на обеспеченность своих родителей, Джошуа Нкома сам зарабатывал себе на оплату обучения. Он окончил государственную промышленную школу в Тжолоджо, получив специальность плотника и водительские права. Нкомо пытался заниматься животноводством, преподавал в плотницкое дело в школе Маньяма в Кези, однако решил продолжить своё образование. Работая плотником и водителем грузовика, он скопил достаточно денег, чтобы в 1941 году отправиться в Южно-Африканский Союз и поступить в колледж Адамса, методистскую среднюю школу в провинции Наталь. Окончив её Нкомо стал методистским проповедником без духовного сана. В 1945 — 1947 годах он учился в Школе социальных наук Яна Хофмейера в Йоханнесбурге[2].

Там же, в ЮАС Нкомо начал свою общественную и политическую деятельность, примкнув к партии Африканский национальный конгресс и став профсоюзным активистом. В это время Нкомо познакомился там с будущим лидером АНК Нельсоном Манделой[3].

В 1945 году, после первых забастовок, Нкомо был избран секретарем родезийского Союза африканских железнодорожных рабочих. В 1947 году он вернулся на родину в Южную Родезию и поступил на работу в Управление железных дорог в Булавайо (ведал социальными вопросами), продолжая заочное обучение в Университете Йоханнесбурга, который закончил в 1951 году, получив степень бакалавра социологии. Некоторое время находился под влиянием Движения за моральное перевооружение (англ.  Moral Re-Armament (M.R.A.))[4]. В 1951 году Нкомо был избран генеральным секретарем Ассоциации африканских служащих родезийских железных дорог, в кратчайшие сроки превратив её в один из лучших профсоюзов Центральной Африки[5], в котором насчитывалось уже 22 отделения и 2.600 членов[6]. Однако уже в следующем году он оставил профсоюзный пост, чтобы возглавить политическую партию.

Во главе Африканского национального конгресса (1952—1957)

В начале 1952 года Джошуа Нкомо был избран председателем партии Африканский национальный конгресс. В апреле того же года премьер-министр Южной Родезии сэр Годфри Хаггинс пригласил его принять участие в проходившей в Лондоне конференции по вопросу о создании Федерации Родезии и Ньясаленда. Нкомо, бывший ещё под влиянием Движения за моральное перевооружение, принял это приглашение. Однако на конференции предложения Нкомо были отклонены, а сам он выступил против создания Федерации. Вернувшись из Лондона, Нкомо пытался организовать движение протеста против создания Федерации, а затем привел АНК к участию в выборах в федеральный парламент. Но 1953 году избирательная система, отдававшая предпочтение белому населению колоний, не позволила АНК провести представителей в парламент, а сам Нкомо проиграл белому кандидату Майку Хову. После этого Африканский национальный конгресс в Южной Родезии фактически прекратил свою деятельность, а Джошуа Нкомо, формально не покидая своего партийного поста, уволился из Управления железных дорог и стал менеджером по страхованию и акциям в Булавайо. В Булавайо ему удалось сохранить и единственное активно действующее отделение АНК. Нкомо продолжал выступать как умеренный политик и сторонник ненасильственных действий, что вызывало недоверие к нему радикально настроенных местных африканских деятелей[6].

Возрождение АНК и изгнание (1957—1960)

В сентябре 1957 года лидеры Городской молодежной лиги Южной Родезии Джордж Ньяндоро и Джеймс Чикерема возродили АНК как действующую партию, включив в неё сохранившееся отделение в Булавайо во главе с Нкомо[6]. Нкомо стал председателем отделения, затем был введен в Национальный исполком партии, а затем, как обладавший большим авторитетом ветеран борьбы за права африканцев, избран президентом Африканского Национального Конгресса Южной Родезии (АНК ЮР). Возрожденный АНК потребовал отмены расовых законов, ликвидации резерваций, возврата африканцам хотя бы части конфискованных белыми поселенцами земель и введения всеобщего избирательного права по принципу «один человек — один голос». Популярность партии среди африканского населения стала быстро расти. В декабре 1958 года Джошуа Нкомо выехал в Гану, где как президент АНК Южной Родезии принял участие в I Конференции народов Африки в Аккре[7]. На обратном пути Нкомо задержался в Каире, где узнал о том, что 26 февраля 1959 года в Южной Родезии было введено чрезвычайное положение, а лидеры АНК арестованы как организаторы волнений и кампании неповиновения властям. Нкомо не стал возвращаться на родину, так как ему тоже угрожал арест, а 15 мая 1959 года парламент Южной Родезии принял Акт о незаконных организациях и АНК был официально запрещен. Нкомо отправился в Лондон, где в изгнании провел два года[6].

Во главе Национально-демократической партии (1960—1961)

Нкомо организовал в Лондоне отделение АНК и совершал поездки по миру, пытаясь привлечь внимание к ситуации в Южной Родезии. В январе 1960 года на его родине активисты распущенного АНК создали и официально зарегистрировали Национально-демократическую партию Южной Родезии (англ.  Southern Rhodesia National Democratic Party (NDP)). Нкомо стал главой представительства НДП в Лондоне и руководителем её международного отдела. В октябре того же года он был избран председателем НДП и вернулся в Южную Родезию. Правительство колонии отдало приказ о его аресте. Нкомо выразил протест против арестов лидеров НДП и публично позвонил бывшему премьер-министру колонии Гарфилду Тодду, сообщив свои требования для передачи их правительству Великобритании. Нкомо потребовал приостановить действие конституции Южной Родезии и установить демократические порядки[6]. В декабре 1960 года Нкомо как лидер НДП был приглашен в Лондон на Федеральную конференцию по пересмотру конституции Федерации Родезии и Ньясаленда. Он выступил за немедленный роспуск Федерации, предоставление африканцам политических прав и создание в законодательных органах африканского большинства. Он заявил, что Южной Родезии нужна такая конституция, «которая дала бы большинству населения страны, то есть чёрным африканцам, возможность избрать истинно представительное правительство». В феврале 1961 года Нкомо принял участие в проходившей в Солсбери Конституционной конференции Южной Родезии и первоначально поддержал проект конституции, который предполагал предоставление африканцам 15 из 65 мест в Законодательном совете колонии. Однако партия не одобрила такого его решения[8]. Нкомо вылетел в Лондон и 17 февраля заявил, что Национально-демократическая партия отказывается от любого конституционного соглашения. Он особо уточнил, что, как лидер, выражает интересы своих последователей, а ни один нормальный лидер не может игнорировать мнение своих сторонников[6].

НДП организовала бойкот конституционного референдума 26 июля 1961 года и приурочила к нему всеобщую забастовку, а до этого, 23 июля организовала неофициальный референдум, в котором участвовали 372 000 африканцев. Но в декабре королева Великобритании Елизавета II все же ввела в действие конституцию Южной Родезии. НДП организовала женскую демонстрацию протеста в Солсбери, однако она была жестоко подавлена властями, а 840 африканок были арестованы. 6 декабря 1961 года Национально-демократическая партия была запрещена[9].

Создание ЗАПУ и его запрет (1961—1963)

Почти сразу же после роспуска НДП, 17 декабря 1961 года, продолжая оставаться на свободе, Джошуа Нкомо основал партию Союз африканского народа Зимбабве — ЗАПУ. В мае 1962 года на митинге в Гвело он изложил основные цели новой партии — отмена конституции Южной Родезии 1961 года, введение всеобщего избирательного права, создание правительства африканского большинства, национализация крупных промышленных предприятий и перераспределение земель. Нкомо уточнил — «Никому не будет позволено владеть огромными площадями и крупными фермами. Будет разрешено иметь лишь столько земли, сколько нужно для удовлетворения свих нужд, а эти нужды будут определяться правительством». Европейские колонисты, которые пожелают остаться в Зимбабве, получат разрешение заниматься своим бизнесом при условии уважения африканцев и их законов. В июне 1962 года Нкомо выехал в Нью-Йорк где выступил на XVI сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Сессия подтвердила право населения Южной Родезии на самоопределение и предложила правительству Великобритании отменить южнородезийскую конституцию 1961 года. Британское правительство отклонило это предложение[10].

В ответ на это в июле Нкомо заявил —

« Я предупреждаю Англию, что, если она не будет действовать, мы откажемся от характера и форм той политики, которую мы проводим в настоящее время в нашей стране. Если Англия не будет действовать, мы сами освободим себя. »
В сентябре ЗАПУ призвал к бойкоту выборов, но власти арестовали 1500 активистов Союза и 20 сентября 1962 года запретили его. Нкомо, вернувшийся из поездки в Танганьику и Кению, был арестован в аэропорту Солсбери и сослан в отдаленный район на границе с Бечуаналендом. Он успел заявить, что ЗАПУ не уничтожена и будет бороться до победы.

В январе 1963 года правительство Уильяма Джозефа Филда, сформированное партией Родезийский фронт, вернуло Нкомо из ссылки. Но уже в феврале он вновь был арестован по обвинению в организации незаконных демонстраций и приговорен к трем месяцам тюремного заключения. Вскоре он был освобожден на поруки и выехал в Нью-Йорк, где выступил в Комитете 24 государств по претворению в жизнь Декларации по предоставлению независимости колониальным странам и народам. Там Нкомо заявил, что Великобритания, в случае, если она не отменит конституцию Южной Родезии, должна быть готова взять на себя ответственность за последствия — «Если произойдет кровопролитие, в этом будет виновна только Англия». В апреле Нкомо выразил протест против планов создания независимой Родезии при правлении белого меньшинства.

Джошуа Нкомо отказался создавать новую партию взамен запрещенного ЗАПУ и выступал с требованиями созыва конституционной конференции. Он завил:

« Если это не будет сделано, если белые будут и впредь занимать нынешнюю нереалистическую позицию, в стране возникнет такое положение, когда у нас будет два правительства, действующих параллельно. Одним из них будет белое правительство меньшинства, а другим – правительство народа[11]. »

Раскол ЗАПУ и годы в тюрьме (1963—1974)

Однако 8 августа 1963 года священник Нбаданинге Ситоле, адвокат Герберт Читепо, Роберт Мугабе и другие радикальные деятели ЗАПУ, недовольные слишком мягкой, по их мнению, политикой Нкомо, вышли из партии и организовали Африканский национальный союз Зимбабве — ЗАНУ. ЗАПУ оказался расколотым не только по политическому, но и по этническому принципу — в ЗАНУ ушли представители народности шона, ЗАПУ теперь поддерживали в основном представители народности ндебеле.

16 апреля 1964 года южнородезийские власти арестовали Джошуа Нкомо, поместили его под домашний арест, а затем отправили в тюрьму. Однако это не привело к ликвидации ЗАПУ, который продолжил борьбу с режимом Яна Смита, провозгласившего в 1965 году независимость Родезии[12]. 12 ноября 1964 года суд высокой инстанции Южной Родезии признал арест Нкомо и других африканских лидеров незаконным. 16 ноября они были освобождены из тюрьмы и вывезены в резервации[13].

В октябре 1965 года с Нкомо встретился прибывший в Южную Родезию для разрешения кризиса премьер-министр Великобритании Гарольд Вильсон, но эта встреча ничего не изменила[14].

Каждая из организаций создала свои вооруженные силы для борьбы с правительством Родезийского фронта. ЗАПУ поддержала Народно-революционная армия Зимбабве (ЗИПРА), созданная ещё в 1960 году Джейсоном Мойо, ЗАНУ при поддержке КНР сформировала Армию африканского национального освобождения Зимбабве (ЗАНЛА). Когда в конце 1960 годов в Родезии началась партизанская война против правительства Родезии, вооруженные силы ЗАПУ (ЗИПРА), базировавшиеся в Замбии, значительно уступали своим конкурентам из ЗАНЛА — Нкомо продолжал надеяться на возможность мирного решения родезийской проблемы[15]. В 1971 году ЗАПУ провозгласила социализм единственным средством развития национальной экономики Зимбабве[16],

Вооруженная борьба и переговоры (1974—1979)

В декабре 1974 года Джошуа Нкомо под давлением президента ЮАР Б. Й. Форстера был освобожден из тюрьмы вместе с другими африканскими лидерами Южной Родезии для участия в Конституционной конференции, которую Ян Смит открыл 12 декабря. Конференция не дала результата, но Нкомо воспользовавшись свободой, уехал в Замбию, откуда при поддержке СССР продолжил борьбу за ликвидацию Южной Родезии и создание Зимбабве. Он объединил ЗАПУ с родезийским Африканским Национальным Конгрессом и занял посты заместителя генерального секретаря и члена исполкома АНК[12].

В 1976 году Нкомо участвовал в конституционных переговорах с Яном Смитом, а затем принял предложение принять участие в Конференции по урегулированию в Родезии, проходившей 28 октября — 12 декабря 1976 года в Женеве и возглавил на ней делегацию АНК. На конференции Нкомо и Мугабе, не придя к соглашению с Яном Смитом, нашли общий язык между собой, и пришли к решению объединить силы. Нкомо отделил ЗАПУ от АНК, и вместе с ЗАНУ Мугабе она образовала Патриотический фронт Зимбабве[13].

Политическое объединение способствовало расширению партизанских действий на территории Южной Родезии. Наиболее известными из акций, проведенных сторонниками Нкомо, стали сбитые 3 сентября 1978 года и 12 февраля 1979 года гражданские самолеты. Это привело гибели большого числа людей, в том числе детей и женщин. Только в 1984 году, в своих мемуарах «История моей жизни» Джошуа Нкомо выразил сожаление по поводу их гибели. Как лидер ЗАПУ и Патриотического фронта Нкомо принял участие в Конференции по урегулированию, проходившей с 10 сентября по 15 декабря 1979 года в Ланкастер-хаусе (Лондон) и стал одним из тех, кто подписал 21 декабря итоговый документ, открывший дорогу к независимости Зимбабве.

Сложный путь в независимом Зимбабве

Министерские посты

Как ветеран борьбы за свободу Джошуа Нкомо мог рассчитывать на ведущую роль в освобожденном Зимбабве, однако, к удивлению наблюдателей, на выборах 27 — 29 февраля 1980 года ЗАПУ получила всего 20 мест против 57 мест (из 80) доставшихся ЗАНУ Мугабе: Нкомо поддерживали ндебеле, составлявшие около трети населения страны, Мугабе — шона, которые составляли более половины населения. Сам Нкомо был избран депутатом Палаты собрания Зимбабве. 11 марта Нкомо занял второстепенный пост министра внутренних дел Республики Зимбабве, независимость которой была официально провозглашена 18 апреля 1980 года[12]. В том же 1980 году Нкомо переименовал ЗАПУ в партию Патриотический фронт.

Однако напряженность в отношениях между лидерами и их партиями нарастала и уже через год, 12 февраля 1981 года, переросла в вооруженные столкновения. Силы Мугабе обладали абсолютным превосходством и 16 февраля Нкомо призвал своих сторонников сложить оружие. Однако вооруженный конфликт закончился лишь тем, что Нкомо был переведен на пост министра без портфеля.

Конфликт ндебеле и шона

6 февраля 1982 года силы безопасности Зимбабве обнаружили тайники оружия на двух фермах близ Булавайо и Гверу, а 14 февраля Роберт Мугабе, выступая в Марондере обвинил Нкомо в организации заговора и сравнил его с коброй, заползшей в дом. 17 февраля на пресс-конференции Мугабе объявил об исключении из состава правительства Джошуа Нкомо, а также министров Д.Чинамано, Дж. Мсика и Дж. Нтута. Нкомо сохранил только партийные посты лидера ЗАПУ, члена Национального исполнительного совета ПФ-ЗАПУ и исполнительного секретаря ПФ-ЗАПУ по вопросам здравоохранения[12]. В течение года, пока президент Зимбабве Канаан Банана и министр Энос Нкала вели переговоры с Нкомо, по стране шла охота за вооруженными сторонниками ЗАПУ — представителями ндебеле. К февралю 1983 года около 300 из них были схвачены бойцами обученной инструкторами из КНДР 5-й бригады и расстреляны. Против оказывавших вооруженное сопротивление ндебеле развернулась операция, получившая на языке шона название Гукурахунди[17].

В январе 1983 года Мугабе встретился с Нкомо в правительственной резиденции в Булавайо, где они договорились сформировать Комитет 6-и: по 3 представителя от ПФ-ЗАПУ и ЗАНУ. Но 25 января Нкомо получил информацию о расстрелах своих сторонников и 27 января, взяв с собой 12 спасшихся, направился в Хараре, надеясь уговорить Мугабе положить конец террору. Но Мугабе в столице не оказалось и поездка не дала результатов. 19 февраля, когда Нкомо намеревался вылететь в Прагу на сессию Всемирного Совета мира, он вместе с сопровождающими был арестован и отпущен только через 7 часов. Он вернулся в Булавайо, где местная полиция предъявила ему ряд обвинений и 27 февраля поставила под усиленный надзор. 2 марта 1983 года 5-я бригада и силы безопасности заняли позиции в западных предместьях Булавайо и 5 марта совершили налет на укрепленную виллу Нкомо. Погибли три человека, но Нкомо не пострадал. Не дожидаясь второго штурма Джошуа Нкомо 8 марта тайно бежал из страны и обосновался в Лондоне. Власти Зимбабве утверждали, что Нкомо перешёл границу в женском платье, однако тот всячески это отрицал[18].

7 июня он направил Мугабе из Лондона письмо, в котором излагал своё видение ситуации в стране и минувших событий, а также выражал протест против террора, развязанного 5-й бригадой против представителей ндебеле[18]. Роберт Мугабе не стал рисковать единством страны и они с Нкомо опять договорились — 15 августа 1983 года тот вернулся в страну. В 1984 году Нкомо оставил пост исполнительного секретаря ПФ -ЗАПУ по вопросам здравоохранения[12].

Вице-президент. Болезнь и смерть

Джошуа Нкомо поддержал идею Мугабе о введении в стране однопартийной системы и 22 декабря 1987 года подписал с ним Соглашение об объединении ЗАПУ и ЗАНУ, где ему гарантировалось участие в руководстве объединённой партии. В январе 1988 года Роберт Мугабе, ставший полновластным президентом Зимбабве, назначил его старшим министром при канцелярии президента от бывшей ЗАПУ-ПФ — одним из двух (вместе с Симоном Музендой) фактических вице-президентов страны[12]. 18 апреля 1988 года Мугабе объявил амнистию бывшим сторонникам ЗАПУ-ПФ, а Нкомо призвал их сложить оружие. Операция «Гукурахунди» была завершена.

В декабре 1989 года Нкомо официально занял посты вице-президента и второго секретаря африканского национального союза Зимбабве — Патриотического фронта (ЗАНУ-ПФ)[19].

В марте 1990 года, после принятия новой Конституции и переизбрания Роберта Мугабе президентом, Джошуа Нкомо занял пост одного из двух вице-президентов Зимбабве.

В апреле 1990 года, после завершения процесса объединения партий, Нкомо сложил полномочия президента Патриотического фронта — ЗАПУ[19].

C 1994 года Джошуа Нкомо периодически проходил курсы лечения от рака в ЮАР, а в 1996 году объявил о своем намерении подать в отставку в связи с состоянием здоровья. Весь 1998 год он провел в госпитале. Здоровье Нкомо непрерывно ухудшалось, и в стране росли опасения, что с его уходом разгорится новый конфликт между шона и ндебеле. Незадолго до смерти Нкомо, остававшийся долгие годы формально членом протестантской церкви, принял католичество[20].

Джошуа Нкомо скончался утром 1 июля 1999 года в госпитале Париренъятва (англ.  Parirenyatwa) в Хараре от рака простаты в возрасте 82 лет. Роберт Мугабе лично объявил по национальному радио о его смерти, приказал отдать ему высшие почести и назвал его великим человеком, товарищем и соотечественником[14].

Бывший президент ЮАР Нельсон Мандела, только что оставивший свой пост, также откликнулся на смерть своего старого товарища. Он заявил — «Он был одним из тех борцов за свободу, которые отстаивали справедливость даже в самое трудное для нашей борьбы время»

Тело Джошуа Нкомо было отправлено для прощальной церемонии в Булавайо, затем возвращено в Хараре, где 4 июля в католическом соборе прошла заупокойная месса в присутствии Мугабе[20]. 5 июля тело Джошуа Нкомо было торжественно захоронено в Акре Героев борьбы за независимость. Нкомо был объявлен национальным героем и Отцом независимости[3].

Частная жизнь и общественная деятельность

1 октября 1949 года Джошуа Нкомо женился на Джоанне МаФуйане (Johanna MaFuyana). У них было четверо детей. Нкомо, в юности работавший плотником, в свободное время увлекался работой по дереву. Нкомо долгие годы был активистом движения за мир и избирался членом Президиума Всемирного Совета мира[12].

Память

27 июня 2000 года Почтовая и телекоммуникационная корпорация Зимбабве выпустила почтовые марки с изображением Джошуа Нкомо номиналом в 2, 9,10, 12 и 16 зимбабвийских долларов (автор — Цедрик Д. Герберт (Cedric D. Herbert).

Сочинения

  • Nkomo: The Story of My Life, Joshua Nkomo, Nicholas Harman (Author); 1984; ISBN 978-0-413-54500-8, Autobiography

Видео

  • [http://www.youtube.com/watch?v=5WG8k7jZ2tA Видеозапись интервью Джошуа Нкомо в изгнании ]

Напишите отзыв о статье "Нкомо, Джошуа"

Примечания

  1. Политические партии современной Африки (справочник) / М.. Главная редакция восточной литературы издательства «Наука» , 1984 — С.113. (биографическая справка)
  2. 1 2 [http://www.answers.com/topic/nkomo-joshua Britannica Concise Encyclopedia: Joshua Mqabuko Nyongolo Nkomo] (англ.). Answers.com. Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5BTBuA Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  3. 1 2 [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/382604.stm World: Africa Mandela leads tributes to Joshua Nkomo] (англ.). BBC News (Thursday, July 1, 1999 Published at 19:16 GMT 20:16 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5C8jLR Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  4. Джошуа Нкомо //Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 — С.158. — 159.)
  5. Политические партии современной Африки (справочник) / М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука» , 1984 — С.113. (биографическая справка)
  6. 1 2 3 4 5 6 [http://www.archive.org/stream/politicalafrica006897mbp/politicalafrica006897mbp_djvu.txt «Political Africa» ]
  7. Джошуа Нкомо//Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 — С. 159.
  8. Джошуа Нкомо//Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 — С. 160.
  9. Джошуа Нкомо//Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 — С. 160.-161.
  10. Джошуа Нкомо//Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 — С. 161.
  11. Джошуа Нкомо//Люди и политика / Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина Издательство «Правда» М.1964 – С. 162.
  12. 1 2 3 4 5 6 7 Кто есть кто в мировой политике / Отв. ред. Кравченко Л. П.. — М.: Политиздат, 1990 — С.318.-319.
  13. 1 2 [http://history.xsp.ru/search.php?page=15&&GodLo=-9999&GodHi=2100&Land1=16&Land2=0&Tip=2147483647&rec=50 Хронология. Африка. 1964-1967] (рус.). history.xsp.ru. Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5CvAiu Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  14. 1 2 [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/382848.stm World: Africa Obituary: Joshua Nkomo] (англ.). BBC News (Thursday, July 1, 1999 Published at 19:14 GMT 20:14 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5DeR20 Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  15. Ronald Weitzer. [http://www.escholarship.org/editions/view?docId=ft2199n7jp&chunk.id=d0e6610&toc.depth=1&toc.id=d0e6610&brand=eschol Communal Conflict and Internal Security in Northern Ireland and Zimbabwe] (англ.). UNIVERSITY OF CALIFORNIA PRESS, Berkeley • Los Angeles • Oxford. Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5EL7y0 Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  16. Политические партии современной Африки (справочник) / М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука» , 1984 — С.113.
  17. [http://www.sokwanele.com/pdfs/BTS.pdf «Breaking the Silence, Building True Peace. A report on the disturbances in Matabeleland and the Midlands 1980—1989»] (англ.)
  18. 1 2 DR. JOSHUA M. NKOMO. [http://www.swradioafrica.com/pages/Nkomo_letter.htm INFORMATIVE LETTER TO PRIME MINISTER MUGABE] (англ.). SW Radio Africa (7th June, 1983). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5F2x6M Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  19. 1 2 Кто есть кто в мировой политике / Отв. ред. Кравченко Л. П.. — М.: Политиздат, 1990 — С.558.
  20. 1 2 [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/386154.stm World: Africa Farewell to Nkomo] (англ.). BBC News (Monday, July 5, 1999 Published at 17:47 GMT 18:47 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5FZotT Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].

Литература

  • Кто есть кто в мировой политике / Отв. ред. Кравченко Л. П.. — М.: Политиздат, 1990 — С.318.-319.
  • Люди и политика /Под ред. доктора исторических наук Вал. Зорина М. Издательство «Правда» . 1964 — С. 158.—162.
  • Политические партии современной Африки (справочник) / М.. Главная редакция восточной литературы издательства «Наука» , 1984 — С.113. (биографическая справка)
  • Джошуа Нкомо. Люди и события // Новое время — 1961 — № 12
  • Terence O. Ranger, ‘Nkomo, Joshua Mqabuko Nyongolo (1917—1999), Oxford Dictionary of National Biography, Oxford University Press, 2004
  • Sibanda, Eliakim M. The Zimbabwe African People’s Union 1961—1987: A Political History of Insurgency in Southern Rhodesia
  • Charlton, Michael, The Last Colony in Africa: Diplomacy and the Independence of Rhodesia, Basil Blackwell, 1990.
  • [http://www.archive.org/stream/politicalafrica006897mbp/politicalafrica006897mbp_djvu.txt «Political Africa» ]
  • [http://www.escholarship.org/editions/view?docId=ft2199n7jp&chunk.id=d0e6610&toc.depth=1&toc.id=d0e6610&brand=eschol Ronald Weitzer Communal Conflict and Internal Security in Northern Ireland and Zimbabwe / UNIVERSITY OF CALIFORNIA PRESS, Berkeley • Los Angeles • Oxford © 1990 The Regents of the University of California]
  • Africa Report, March/April 1988; March/April 1990; July/August 1990; January/February 1991; March/April 1992; July/August 1992.
  • Christian Science Monitor, June 28, 1963.
  • New Leader, April 18, 1983; December 12, 1988.
  • Newsweek, March 21, 1983; August 29, 1983.
  • Time, March 18, 1985; January 4, 1988.

Ссылки

  • [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/382848.stm World: Africa Obituary: Joshua Nkomo] (англ.). BBC News (Thursday, July 1, 1999 Published at 19:14 GMT 20:14 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5DeR20 Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  • [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/382604.stm World: Africa Mandela leads tributes to Joshua Nkomo] (англ.). BBC News (Thursday, July 1, 1999 Published at 19:16 GMT 20:16 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5C8jLR Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
  • [http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/386154.stm World: Africa Farewell to Nkomo] (англ.). BBC News (Monday, July 5, 1999 Published at 17:47 GMT 18:47 UK). Проверено 8 января 2012. [http://www.webcitation.org/66T5FZotT Архивировано из первоисточника 27 марта 2012].
Предшественник:
пост учреждён
Вице-президент Зимбабве
100px

1990 - 1999
Преемник:
Джозеф Мсика
Предшественник:
пост учреждён
Министр внутренних дел Зимбабве
100px

1980 - 1981
Преемник:

Отрывок, характеризующий Нкомо, Джошуа

Я никогда не понимала людей, которые вечно были чем-то недовольны и постоянно жаловались на свою, всегда неизменно «горькую и несправедливую», судьбу... И я никогда не понимала причину, которая давала им право считать, что счастье заранее предназначено им уже с самого их появления на свет и, что они имеют, ну, прямо-таки «законное право» на это ничем не нарушаемое (и совершенно незаслуженное!) счастье...
Я же такой уверенностью об «обязательном» счастье никогда не страдала и, наверное, поэтому не считала свою судьбу «горькой или несправедливой», а наоборот – была в душе счастливым ребёнком, что и помогало мне преодолевать многие из тех препятствий, которые очень «щедро и постоянно» дарила мне моя судьба… Просто иногда случались короткие срывы, когда бывало очень грустно и одиноко, и казалось, что стоит только внутри сдаться, не искать больше причин своей «необычности», не бороться за свою «недоказанную» правду, как всё сразу же станет на свои места… И не будет больше ни обид, ни горечи незаслуженных упрёков, ни, ставшего уже почти постоянным, одиночества.
Но на следующее утро я встречала свою милую, светящуюся, как яркое солнышко, соседку Леокадию, которая радостно спрашивала: – Какой чудесный день, не правда ли?.. – И мне, здоровой и сильной, тут же становилось очень стыдно за свою непростительную слабость и, покраснев, как спелый помидор, я сжимала свои, тогда ещё маленькие, но достаточно «целеустремлённые» кулаки и снова готова была кинуться в бой со всем окружающим миром, чтобы ещё более яростно отстаивать свои «ненормальности» и саму себя…
Помню, как однажды, после очередного «душевного смятения», я сидела одна в саду под своей любимой старой яблоней и мысленно пыталась «разложить по полочкам» свои сомнения и ошибки, и была очень недовольна тем, какой получался результат. Моя соседка, Леокадия, под своим окном сажала цветы (чем, с её недугом было очень трудно заниматься) и могла прекрасно меня видеть. Наверное, ей не очень понравилось моё тогдашнее состояние (которое всегда, несмотря на то, хорошее или плохое, было написано на моём лице), потому что она подошла к забору и спросила – не хочу ли я позавтракать с ней её пирожками?
Я с удовольствием согласилась – её присутствие всегда было очень приятным и успокаивающим, так же, как всегда вкусными были и её пирожки. А ещё мне очень хотелось с кем-то поговорить о том, что меня угнетало уже несколько дней, а делиться этим дома почему-то в тот момент не хотелось. Наверное, просто иногда мнение постороннего человека могло дать больше «пищи для размышлений», чем забота и неусыпное внимание вечно волновавшихся за меня бабушки или мамы. Поэтому я с удовольствием приняла предложение соседки и пошла к ней завтракать, уже издали чувствуя чудодейственный запах моих любимых вишнёвых пирожков.
Я не была очень «открытой», когда дело касалось моих «необычных» способностей, но с Леокадией я время от времени делилась какими-то своими неудачами или огорчениями, так как она была по-настоящему отличным слушателем и никогда не старалась просто «уберечь» меня от каких либо неприятностей, что, к сожалению, очень часто делала мама и, что иногда заставляло меня закрыться от неё намного более, чем мне этого хотелось бы. В тот день я рассказала Леокадии о своём маленьком «провале», который произошёл во время моих очередных «экспериментов» и который меня сильно огорчил.
– Не стоит так переживать, милая, – сказала она. – В жизни не страшно упасть, важно всегда уметь подняться.
Прошло много лет с того чудесного тёплого завтрака, но эти её слова навсегда впечатались в мою память и стали одним из «неписанных» законов моей жизни, в которой «падать», к сожалению, мне пришлось очень много раз, но до сих пор всегда удавалось подняться. Проходили дни, я всё больше и больше привыкала к своему удивительному и такому ни на что не похожему миру и, несмотря на некоторые неудачи, чувствовала себя в нём по-настоящему счастливой.
К тому времени я уже чётко поняла, что не смогу найти никого, с кем могла бы открыто делиться тем, что со мной постоянно происходило, и уже спокойно принимала это, как должное, больше не огорчаясь и не пытаясь кому-то что-то доказать. Это был мой мир и, если он кому-то не нравился, я не собиралась никого насильно туда приглашать. Помню, позже, читая одну из папиных книг, я случайно наткнулась на строки какого-то старого философа, которые были написаны много веков назад и которые меня тогда очень обрадовали и несказанно удивили:
«Будь, как все, иначе жизнь станет невыносимой. Если в знании или умении оторвёшься от нормальных людей слишком далеко, тебя перестанут понимать и сочтут безумцем. В тебя полетят камни, от тебя отвернётся твой друг»…
Значит уже тогда (!) на свете были «необычные» люди, которые по своему горькому опыту знали, как это всё непросто и считали нужным предупредить, а если удастся – и уберечь, таких же «необычных», какими были они сами, людей!!!
Эти простые слова, когда-то давно жившего человека, согрели мою душу и поселили в ней крохотную надежду, что когда-нибудь я возможно и встречу кого-то ещё, кто будет для всех остальных таким же «необычным», как я сама, и с кем я смогу свободно говорить о любых «странностях» и «ненормальностях», не боясь, что меня воспримут «в штыки» или, в лучшем случае, – просто безжалостно высмеют. Но эта надежда была ещё настолько хрупкой и для меня невероятной, что я решила поменьше увлекаться, думая о ней, чтобы, в случае неудачи, не было бы слишком больно «приземляться» с моей красивой мечты в жёсткую реальность…
Даже из своего короткого опыта я уже понимала, что во всех моих «странностях» не было ничего плохого или отрицательного. А если иногда какие-то из моих «экспериментов» и не совсем получались, то отрицательное действие теперь проявлялось уже только на меня, но не на окружающих меня людей. Ну, а если какие-то друзья, из-за боязни быть вовлечёнными в мои «ненормальности», от меня отворачивались – то такие друзья мне были просто не нужны…
И ещё я знала, что моя жизнь кому-то и для чего-то видимо была нужна, потому, что в какую бы опасную «передрягу» я не попадала, мне всегда удавалось из неё выйти без каких-либо негативных последствий и всегда как-будто кто-то неизвестный мне в этом помогал. Как, например, и произошло тем же летом, в момент, когда я чуть было не утонула в нашей любимой реке Нямунас...

Был очень жаркий июльский день, температура держалась не ниже +40 градусов. Накалившийся «до бела» воздух был сухим, как в пустыне и буквально «трещал» в наших лёгких при каждом вздохе. Мы сидели на берегу реки, бессовестно потея и ловили ртами воздух, как выброшенные на сушу перегревшиеся караси… И уже почти что полностью «поджарившись» на солнышке, тоскующими глазами смотрели на воду. Привычной влаги абсолютно не чувствовалось и поэтому всей ребятне дико хотелось как можно быстрее окунуться. Но купаться было немножко боязно, так как это был другой, не привычный нам берег реки, а Нямунас, как известно, издавна была той глубокой и непредсказуемой рекой, с которой шутки шутить не советовалось.
Наш старый любимый пляж был на время закрыт для чистки, поэтому мы все временно собрались на месте более или менее кому-то знакомом, и все пока что дружно «сушились» на берегу, никак не решаясь купаться. У самой реки росло огромное старое дерево. Его длинные шелковистые ветви, при малейшем дуновении ветра, касались воды, тихо лаская её нежными лепестками, а мощные старые корни, упираясь в речные камни, сплетались под ним в сплошной «бородавчатый» ковёр, создавая своеобразную, нависающую над водой, бугристую крышу.
Вот это-то старое мудрое дерево, как ни странно, и являло собой реальную опасность для купающихся… Вокруг него, по какой-то причине, в воде создавалось множество своеобразных «воронок», которые как бы «всасывали» попавшегося человека в глубину и надо было быть очень хорошим пловцом, чтобы суметь удержаться на поверхности, тем более, что место под деревом как раз было очень глубоким.
Но детям говорить об опасности, как известно, почти что всегда бесполезно. Чем больше их убеждают заботливые взрослые, что с ними может произойти какая-то непоправимая беда, тем больше они уверенны, что «может быть с кем-то это и может случиться, но, конечно же, только не с ними, не здесь и не сейчас»… А само ощущение опасности, наоборот – их только ещё больше притягивает, тем самым, провоцируя иногда на глупейшие поступки.
Вот примерно так же думали и мы – четверо «бравых» соседских ребят и я, и, не вытерпев жары, всё же решили искупаться. Река выглядела тихой и спокойной, и никакой опасности вроде бы собой не представляла. Мы договорились наблюдать друг за другом и дружно поплыли. В начале вроде бы всё было, как обычно – течение было не сильнее, чем на нашем старом пляже, а глубина не превышала уже знакомой привычной глубины. Я расхрабрилась и поплыла уже более уверенно. И тут же, за эту же слишком большую уверенность, «боженька стукнул меня по головушке, да не пожалел»… Я плыла недалеко от берега, как вдруг почувствовала, что меня резко потащило вниз… И это было столь внезапно, что я не успела никак среагировать, чтобы удержаться на поверхности. Меня странно крутило и очень быстро тянуло в глубину. Казалось, время остановилось, я чувствовала, что не хватает воздуха.
Тогда я ещё ничего не знала ни о клинической смерти, ни о светящихся туннелях, появлявшихся во время неё. Но то, что случилось далее, было очень похожим на все те истории о клинических смертях, которые намного позже мне удалось прочитать в разных книжках, уже живя в далёкой Америке…
Я чувствовала, что если сейчас же не вдохну воздуха, мои лёгкие просто-напросто разорвутся, и я, наверняка, умру. Стало очень страшно, в глазах темнело. Неожиданно в голове вспыхнула яркая вспышка, и все чувства куда-то исчезли... Появился слепяще-яркий, прозрачный голубой туннель, как будто весь сотканный из мельчайших движущихся серебристых звёздочек. Я тихо парила внутри него, не чувствуя ни удушья, ни боли, только мысленно удивляясь необыкновенному чувству абсолютного счастья, как будто наконец-то обрела место своей долгожданной мечты. Было очень спокойно и хорошо. Все звуки исчезли, не хотелось двигаться. Тело стало очень лёгким, почти что невесомым. Вероятнее всего, в тот момент я просто умирала...
Я видела какие-то очень красивые, светящиеся, прозрачные человеческие фигуры, медленно и плавно приближающиеся по туннелю ко мне. Все они тепло улыбались, как будто звали к ним присоединиться… Я уже было потянулась к ним… как вдруг откуда-то появилась огромная светящаяся ладонь, которая подхватила меня снизу и, как песчинку, начала быстро подымать на поверхность. Мозг взорвался от нахлынувших резких звуков, как будто в голове внезапно лопнула защищающая перегородка... Меня, как мячик, вышвырнуло на поверхность… и оглушило настоящим водопадом цветов, звуков и ощущений, которые почему-то воспринимались мной теперь намного ярче, чем это было привычно.
На берегу была настоящая паника… Соседские мальчишки, что-то крича, выразительно размахивали руками, показывая в мою сторону. Кто-то пытался вытащить меня на сушу. А потом всё поплыло, закружилось в каком-то сумасшедшем водовороте, и моё бедное, перенапряжённое сознание уплыло в полную тишину... Когда я понемножку «очухалась», ребята стояли вокруг меня с расширившимися от ужаса глазами, и все вместе чем-то напоминали одинаковых перепуганных совят… Было видно, что всё это время они находились чуть ли не в настоящем паническом шоке, и видимо мысленно уже успели меня «похоронить». Я постаралась изобразить улыбку и, всё ещё давясь тёплой речной водой, с трудом выдавила, что у меня всё в порядке, хотя ни в каком порядке я в тот момент естественно не была.
Как мне потом сказали, весь этот переполох занял в реальности всего лишь минут пять, хотя для меня, в тот страшный момент, когда я находилась под водой, время почти, что остановилось... Я искренне радовалась, что мамы в тот день с нами не было. Позже мне кое-как удалось упросить «соседскую маму», с которой нас тогда отпустили купаться, чтобы то, что случилось у реки, осталось нашим секретом, так как мне совершенно не хотелось, чтобы моих бабушку или маму хватил сердечный удар, тем более, что всё уже было позади и не имело никакого смысла кого-либо так бессмысленно пугать. Соседка сразу же согласилась. Видимо, для неё это был такой же желанный вариант, так как ей не очень-то хотелось, чтобы кто-то узнал, что общего доверия ей, к сожалению, не удалось оправдать…
Но на этот раз всё кончилось хорошо, все были живы и счастливы, и не было никакой причины об этом более говорить. Только ещё много, много раз после моего неудачливого «купания» я возвращалась во сне в тот же сверкающий голубой туннель, который, по какой-то мне неизвестной причине, притягивал меня, как магнит. И я опять испытывала то необыкновенное чувство покоя и счастья, тогда ещё не зная, что делать это, как оказалось, было очень и очень опасно….

Нам всем навевают глухую тоску вечера.
Нам кажется вечер предвестником горькой утраты.
Ещё один день, точно плот по реке, во «вчера»
Уходит, уходит… ушёл… И не будет возврата.
(Мария Семёнова)

Через пару недель после того злополучного дня на берегу реки, меня начали посещать души (или точнее – сущности) умерших, мне незнакомых людей. Видимо мои частые возвращения к голубому каналу чем-то «разбередили» покой, до того спокойно существовавших в мирной тишине, душ... Только, как оказалось позже, далеко не все из них были по-настоящему так уж спокойны… И только после того, как у меня побывало огромное множество самых разных, от очень печальных до глубоко несчастных и неуспокоенных душ, я поняла насколько по-настоящему важно то, как мы проживаем нашу жизнь и как жаль, что задумываемся мы об этом только тогда, когда уже слишком поздно что-то менять, и когда остаёмся совершенно беспомощными перед жестоким и неумолимым фактом, что уже ничего и никогда не сможем исправить...
Мне хотелось бежать на улицу, хватать людей за руки и кричать всем и каждому, как это дико и страшно, когда всё становится слишком поздно!.. И ещё мне до боли хотелось, чтобы каждый человек знал, что «после» уже не поможет никто и никогда!.. Но, к сожалению, я тогда уже прекрасно понимала, что всё, что я получу за такое «искреннее предупреждение», будет всего лишь лёгкий путь в сумасшедший дом или (в лучшем случае) просто смех… Да и что я могла кому-либо доказать, маленькая девятилетняя девочка, которую никто, не хотел понять, и которую легче всего было считать просто «чуточку странной»…
Я не знала, что я должна делать, чтобы помочь всем этим несчастным, страдающим от своих ошибок или от жестокой судьбы, людям. Я готова была часами выслушивать их просьбы, забывая о себе и желая, как можно больше открыться, чтобы ко мне могли «постучаться» все, кто в этом нуждался. И вот начались настоящие «наплывы» моих новых гостей, которые, честно говоря, поначалу меня чуточку пугали.
Самой первой у меня появилась молодая женщина, которая сразу же мне чем-то понравилась. Она была очень грустной, и я почувствовала, что где-то глубоко в её душе «кровоточит» незаживающая рана, которая не даёт ей спокойно уйти. Незнакомка впервые появилась, когда я сидела, уютно свернувшись «калачиком» в папином кресле и с упоением «поглощала» книжку, которую выносить из дома не разрешалось. Как обычно, с большим удовольствием наслаждаясь чтением, я так глубоко погрузилась в незнакомый и такой захватывающий мир, что не сразу заметила свою необычную гостью.
Сначала появилось беспокоящее чувство чужого присутствия. Ощущение было очень странным – как будто в комнате вдруг подул лёгкий прохладный ветерок, и воздух вокруг наполнился прозрачным вибрирующим туманом. Я подняла голову и прямо перед собой увидела очень красивую, молодую светловолосую женщину. Её тело чуть-чуть светилось голубоватым светом, но в остальном она выглядела вполне нормально. Незнакомка смотрела на меня, не отрываясь, и как бы о чём-то умоляла. Вдруг я услышала:
– Пожалуйста, помоги мне…
И, хотя она не открывала рта, я очень чётко слышала слова, просто они звучали чуть-чуть по-другому, звук был мягким и шелестящим. И тут я поняла, что она говорит со мной точно так же, как я уже слышала раньше – голос звучал только в моей голове (что, как я позже узнала, было телепатией).
– Помоги мне… – опять тихо прошелестело.
– Чем я могу вам помочь? – спросила я.
– Ты меня слышишь, ты можешь с ней говорить… – ответила незнакомка.
– С кем я должна говорить? – поинтересовалась я.
– С моей малышкой, – был ответ.
Её звали Вероника. И, как оказалось, эта печальная и такая красивая женщина умерла от рака почти год назад, когда ей было всего лишь тридцать лет, и её маленькая шестилетняя дочурка, которая думала, что мама её бросила, не хотела ей этого прощать и всё ещё очень глубоко от этого страдала. Сын Вероники был слишком маленьким, когда она умерла и не понимал, что его мама уже никогда больше не вернётся… и что на ночь теперь его всегда будут укладывать уже чужие руки, и его любимую колыбельную будет петь ему какой-то чужой человек… Но он был ещё слишком мал и не имел ни малейшего понятия о том, сколько боли может принести такая жестокая потеря. А вот с его шестилетней сестрой дела обстояли совершенно иначе... Вот почему эта милая женщина не могла успокоиться и просто уйти, пока её маленькая дочь так не по-детски и глубоко страдала…
– Как же я её найду? – спросила я.
– Я тебя отведу, – прошелестел ответ.
Только тут я вдруг заметила, что, когда она двигалась, её тело легко просачивалось через мебель и другие твёрдые предметы, как будто оно было соткано из плотного тумана... Я спросила, трудно ли ей здесь находиться? Она сказала – да, потому что ей давно пора уходить… Ещё я спросила, страшно ли было умирать? Она сказала, что умирать не страшно, страшнее наблюдать тех, кого оставляешь после себя, потому, что столько ещё хочется им сказать, а изменить, к сожалению, уже ничего нельзя... Мне было очень её жаль, такую милую, но беспомощную, и такую несчастную... И очень хотелось ей помочь, только я, к сожалению, не знала – как?
На следующий день я спокойно возвращалась домой от своей подруги, с которой мы обычно вместе занимались игрой на фортепиано (так как своего у меня в то время ещё не было). Как вдруг, почувствовав какой-то странный внутренний толчок, я, ни с того ни с сего, свернула в противоположную сторону и пошла по мне совершенно незнакомой улице... Шла я недолго, пока не остановилась у очень приятного домика, сплошь окружённого цветником. Там, внутри двора, на маленькой игровой площадке сидела грустная, совершенно крошечная девочка. Она была скорее похожа на миниатюрную куклу, чем на живого ребёнка. Только эта «кукла» почему-то была бесконечно печальной... Сидела она совершенно неподвижно и выглядела ко всему безразличной, как будто в тот момент окружающий мир для неё просто не существовал.
– Её зовут Алина, – прошелестел внутри меня знакомый голос, – пожалуйста, поговори с ней...
Я подошла к калитке и попробовала открыть. Ощущение было не из приятных – как будто я насильно врывалась в чью-то жизнь, не спрашивая на это разрешения. Но тут я подумала о том, какой же несчастной должна была быть бедная Вероника и решила рискнуть. Девчушка подняла на меня свои огромные, небесно-голубые глаза и я увидела, что они наполнены такой глубокой тоской, какой у этого крошечного ребёнка просто ещё никак не должно было быть. Я подошла к ней очень осторожно, боясь спугнуть, но девочка совершенно не собиралась пугаться, только с удивлением на меня смотрела, как будто спрашивая, что мне от неё нужно.
Я подсела к ней на край деревянной перегородки и спросила, почему она такая грустная. Она долго не отвечала, а потом, наконец, прошептала сквозь слёзы:
– Меня мама бросила, а я её так люблю... Наверное, я была очень плохой и теперь она больше не вернётся.
Я растерялась. Да и что я могла ей сказать? Как объяснить? Я чувствовала, что Вероника находится со мной. Её боль буквально скрутила меня в твёрдый жгучий болевой ком и жгла так сильно, что стало тяжело дышать. Мне так хотелось им обеим помочь, что я решила – будь что будет, а, не попробовав, не уйду. Я обняла девчушку за её хрупкие плечики, и как можно мягче сказала:
– Твоя мама любит тебя больше всего на свете, Алина и она просила меня тебе передать, что она тебя никогда не бросала.
– Значит, она теперь живёт с тобой? – ощетинилась девчушка.
– Нет. Она живёт там, куда ни я, ни ты не можем пойти. Её земная жизнь здесь с нами, кончилась, и она теперь живёт в другом, очень красивом мире, из которого может тебя наблюдать. Но она видит, как ты страдаешь, и не может отсюда уйти. А здесь она уже находиться дольше тоже не может. Поэтому ей нужна твоя помощь. Ты хотела бы ей помочь?
– А откуда ты всё это знаешь? Почему она разговаривает с тобой?!.
Я чувствовала, что пока ещё она мне не верит и не хочет признавать во мне друга. И я никак не могла придумать, как же объяснить этой маленькой, нахохлившейся, несчастной девчушке, что существует «другой», далёкий мир, из которого, к сожалению, нет возврата сюда. И что её любимая мама говорит со мной не потому, что у неё есть выбор, а потому, что мне просто «посчастливилось» быть немножечко «другой», чем все остальные…
– Все люди разные, Алинушка, – начала я. – Одни имеют талант к рисованию, другие к пению, а вот у меня такой особый талант к разговору с теми, которые ушли из нашего с тобой мира уже навсегда. И твоя мама говорит со мной совсем не потому, что я ей нравлюсь, а потому, что я её услышала, когда больше никто её услышать не мог. И я очень рада, что хоть в чём-то могу ей помочь. Она тебя очень любит и очень страдает оттого, что ей пришлось уйти… Ей очень больно тебя оставлять, но это не её выбор. Ты помнишь, она тяжело и долго болела? – девочка кивнула. – Вот эта болезнь и заставила её покинуть вас. А теперь она должна уйти в свой новый мир, в котором она будет жить. И для этого она должна быть уверена, что ты знаешь, как она тебя любит.
Девочка грустно на меня посмотрела и тихо спросила:
– Она живёт теперь с ангелами?.. Папа мне говорил, что она теперь живёт в таком месте, где всё, как на открытках, что мне дарят на рождество. И там такие красивые крылатые ангелы... Почему она не взяла меня с собой?..
– Потому, что ты должна прожить свою жизнь здесь, милая, а потом ты тоже пойдёшь в тот же мир, где сейчас твоя мама.
Девочка засияла.
– Значит, там я её увижу? – радостно пролепетала она.
– Конечно, Алинушка. Поэтому ты должна быть всего лишь терпеливой девочкой и помочь твоей маме сейчас, если ты её так сильно любишь.
– Что я должна делать? – очень серьёзно спросила малышка.
– Всего лишь думать о ней и помнить её, потому, что она видит тебя. И если ты не будешь грустить, твоя мама наконец-то обретёт покой.
– Она и теперь видит меня?– спросила девочка и её губки начали предательски дёргаться.
– Да милая.
Она на какой-то миг замолчала, как бы собираясь внутри, а потом крепко сжала кулачки и тихо прошептала:
– Я буду очень хорошей, милая мамочка… ты иди… иди пожалуйста… Я тебя так люблю!..
Слёзы большими горошинами катились по её бледным щёчкам, но лицо было очень серьёзным и сосредоточенным… Жизнь впервые наносила ей свой жестокий удар и, казалось, будто эта маленькая, так глубоко раненная, девчушка вдруг совершенно по-взрослому что-то для себя осознала и теперь пыталась серьёзно и открыто это принять. Моё сердце разрывалось от жалости к этим двум несчастным и таким милым существам, но я, к сожалению, ничем больше не могла им помочь… Окружающий их мир был таким невероятно светлым и красивым, но для обоих это уже не мог больше быть их общий мир...
Жизнь порой бывает очень жестокой, и мы никогда не знаем, в чём заключается смысл приготовленной нам боли или потери. Видимо, это правда, что без потерь невозможно осмыслить того, что по праву или по счастливой случайности, дарит нам судьба. Только вот, что же могла осмыслить эта несчастная, съёжившаяся, как раненный зверёк, девчушка, когда мир вдруг обрушился на неё всей своей жестокостью и болью самой страшной в жизни потери?..
Я ещё долго сидела с ними и старалась, как могла, помочь им обеим обрести хоть какой-то душевный покой. Я вспомнила своего дедушку и ту жуткую боль, которую принесла мне его смерть… Как же должно было быть страшно этой хрупкой, ничем не защищённой малышке потерять самое дорогое на свете – свою мать?..
Мы никогда не задумываемся о том, что те, которых по той или иной причине отнимает у нас судьба, переживают намного глубже нас последствия своей смерти. Мы чувствуем боль потери и страдаем (иногда даже злясь), что они так безжалостно нас покинули. Но, каково же им, когда их страдание умножается в тысячи раз, видя то, как страдаем от этого мы?!. И каким беспомощным должен себя чувствовать человек, не имея возможности ничего больше сказать и ничего изменить?..
Я бы многое тогда отдала, чтобы найти хоть какую-то возможность предупредить об этом людей. Но, к сожалению, у меня таковой возможности не было… Поэтому, после печального визита Вероники, я стала с нетерпением ждать, когда же ещё кому-то смогу помочь. И жизнь, как это всегда обычно бывало, не заставила себя долго ждать.
Сущности приходили ко мне днём и ночью, молодые и старые, мужские и женские, и все просили помочь им говорить с их дочерью, сыном, мужем, женой, отцом, матерью, сестрой… Это продолжалось нескончаемым потоком, пока, под конец, я не почувствовала, что у меня нет больше сил. Я не знала, что, входя с ними в контакт, я должна была обязательно закрываться своей (к тому же, очень сильной!) защитой, а не открываться эмоционально, как водопад, постепенно отдавая им всю свою жизненную силу, которую тогда ещё, к сожалению, я не знала, как восполнять.
Очень скоро я буквально не имела сил двигаться и слегла в постель... Когда мама пригласила нашего врача, Дану, проверить, что же такое снова со мной стряслось, та сказала, что это у меня «временная потеря сил от физического переутомления»… Я не сказала никому ничего, хотя прекрасно знала настоящую причину этого «переутомления». И как делала уже давно, просто честно глотала любое лекарство, которое прописала мне моя двоюродная сестра, и, отлежавшись в постели около недели, опять была готова на свои очередные «подвиги»…
Я давно поняла, что искренние попытки объяснений того, что по-настоящему со мной происходило, не давали мне ничего, кроме головной боли и усиления постоянного наблюдения за мной моих бабушки и мамы. А в этом, честно говоря, я не находила никакого удовольствия...
Моё долгое «общение» с сущностями умерших в очередной раз «перевернуло» мой и так уже достаточно необычный, мир. Я не могла забыть того нескончаемого потока глубокого людского отчаяния и горечи, и всячески пыталась найти хоть какой-нибудь способ им помочь. Но дни шли, а я так ничего и не смогла придумать в одиночку, кроме, как опять же – действовать тем же способом, только уже намного осторожнее тратя на это свою жизненную силу. Но так как относиться спокойно к происходящему я никак не могла, то всё же продолжала выходить на контакты и пыталась помочь, как могла, всем отчаявшимся в их беспомощности душам.
Правда, иногда бывали и забавные, почти что смешные случаи, об одном из которых мне хотелось здесь рассказать...

На дворе был серый пасмурный день. Низкие набрякшие водой свинцовые тучи еле-еле тащились по небу, грозясь в любой момент разразиться «водопадным» ливнем. В комнате было душно, не хотелось ничем заниматься, только лежать, уставившись в «никуда» и ни о чём не думать… Но дело в том, что именно не думать-то я никогда и не умела, даже тогда, когда честно пыталась расслабиться или отдыхать. Поэтому я сидела в своём излюбленном папином кресле и пыталась прогнать своё «муторное» настроение чтением одной из своих любимых «положительных» книг.