Объединение Германии (1990)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Объединение Германии 1990 года, официально немецкое воссоединение (нем. deutsche Wiedervereinigung), также восстановление единства Германии (нем. Herstellung der Einheit Deutschlands) — состоявшееся 3 октября 1990 года вхождение ГДР и Западного Берлина в состав ФРГ и образование на присоединённых территориях шести новых земель в соответствии с конституцией ФРГ. При этом не было создано нового государства, а на «новых землях» была введена в действие конституция ФРГ 1949 года.

После первых многопартийных выборов 1990 года основу для объединения двух германских государств положил Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии (также именуемый Договор «Два плюс четыре» — по странам, подписавшим его: ГДР и ФРГ плюс Великобритания, Франция, СССР, США).







Предыстория

Инициативы в рамках советско-западногерманских отношений

Первый шаг к объединению Германии был сделан в октябре 1988 года, когда в Москву приехал с визитом канцлер ФРГ Гельмут Коль. Ещё до этого визита со стороны властей ФРГ были высказаны предположения по поводу возможного объединения Германии, на что от Горбачёва был получен обнадёживающий ответ: Генеральный секретарь ЦК КПСС написал Колю письмо, в котором впервые появились слова о необходимости открытия «новой главы» в отношениях между двумя странами[1].

Во время ответного визита Гельмута Коля в Москву, где его ждал радушный прием, 28 октября 1988 года в Екатерининском зале Кремля между Горбачёвым и Колем состоялись важные переговоры, которые явились переломным моментом в решении вопроса об объединении ГДР и ФРГ.

В июне 1989 года во время визита Горбачёва в ФРГ было подписано совместное заявление. Сам Гельмут Коль характеризовал этот документ как некую черту, подведённую под прошлым, и одновременно как источник, освещающий путь в будущее. Горбачев, со своей стороны, называл документ «прорывом». После этого руководители СССР и ФРГ ещё не раз встречались для выработки конкретного механизма объединения Германии. В итоге этих переговоров Горбачёв согласился на объединение Германии на условиях, выдвинутых Колем.[1] Позднее многими ведущими политиками и руководителями СССР в адрес Горбачёва были высказаны претензии по поводу, мягко говоря, невыгодных для Советского Союза условий объединения Германии[2]. В частности, бывший Чрезвычайный и полномочный посол СССР в ФРГ В. М. Фалин сказал: «… ещё при канцлере ФРГ Людвиге Эрхарде называлась сумма в 124 млрд марок в порядке „компенсации“ за объединение Германии. В начале 1980-х годов — 100 млрд марок за то, чтобы мы отпустили ГДР из Варшавского договора и она получила бы нейтральный статус по типу Австрии. Я сказал Горбачеву: „У нас все возможности, чтобы добиться для Германии статуса безъядерной территории и не допустить расширения НАТО на восток; по опросам, 74 % населения нас поддержит“. Он: „Боюсь, поезд уже ушел“. На деле он им сказал: „Дайте нам 4,5 млрд марок накормить людей“. И всё. Даже не списал долги Советского Союза обеим Германиям, хотя одно наше имущество в ГДР стоило под триллион!»"[1][3].

Роль США, Великобритании и Франции в объединении Германии

Согласно условиям капитуляции Германии, как страна, проигравшая Вторую мировую войну, германское государство находилось, по сути дела, под международным контролем стран-победительниц. Представителям Советского Союза пришлось немало постараться, чтобы убедить Маргарет Тэтчер дать своё согласие на воссоединение Германии[4]. Президента Франции Франсуа Миттерана вначале тоже пришлось уговаривать[5]. Американский президент Джордж Буш-старший с самого начала оказал безоговорочную поддержку действиям Коля, так как увидел в объединении Германии возможность для изменения баланса сил в мире в пользу США и НАТО[6].

В конце концов консенсус стран-победительниц был достигнут, они согласились предоставить объединённой Германии полный суверенитет и 12 сентября 1990 года в Москве подписали Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии.

Общая обстановка в Европе накануне объединения

Устранение «железного занавеса» между Венгрией и Австрией в мае 1989 года в результате усиления оппозиции и либерализации Венгерской социалистической рабочей партии способствовало массовому исходу жителей ГДР через Венгрию и Австрию в ФРГ.

В ГДР осенью 1989 года в результате сложилась особая ситуация. Под давлением народных масс в октябре 1989 года многолетний лидер страны, глава коммунистов Э. Хонеккер добровольно отказался от власти, передав её своему соратнику Эгону Кренцу. Новая власть ГДР была вынуждена смягчить пограничный режим на границе между Восточным и Западным Берлином, упростив переход границы. Это привело к массовому переходу границы между Восточным и Западным Берлином в ноябре 1989 года. Отдельно нужно сказать и про падение Берлинской стены 9 ноября.

Предпосылкой к созданию общегерманского государства стали парламентские выборы в ГДР в марте 1990 года. На этих выборах с большим отрывом побеждают восточногерманские христианские демократы. Их лидер Лотар де Мезьер становится главой правительства ГДР.

Основные этапы процесса объединения

18 мая 1990 года Коль и де Мезьер в Бонне подписывают договор о создании единого экономического пространства.[7] С 1 июля на территории ГДР вошла в обращение немецкая марка ФРГ, тогда как Марка Германской Демократической Республики упразднялась.

31 августа был заключён Договор об объединении ФРГ и ГДР, который подписали глава МВД ФРГ Вольфганг Шойбле и парламентский статс-секретарь ГДР Гюнтер Краузе. Для объединения двух стран была использована возможность, предусмотренная Конституцией ФРГ (статья 23): территория ГДР была включена в состав ФРГ, и действие конституции ФРГ было распространено на новую территорию.

12 сентября в Москве заключён «Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии», подписанный главами внешнеполитических ведомств ФРГ, ГДР, СССР, США, Франции и Великобритании. Одним из условий объединения было включение в конституцию ФРГ положения о том, что после 1990 года все части Германии объединены и подписание договора с Польшей об окончательном признании границы между двумя государствами.

Объединение Германии состоялось 3 октября 1990 года. Этот день с тех пор является Днём немецкого единства и отмечается ежегодно как национальный праздник. В этот день с 00:00 ГДР перестала существовать, её государственные институты были упразднены, армия была распущена, флот ликвидирован. Фактически ФРГ, присоединившая к себе ГДР, осталась членом ЕЭС и НАТО.

14 октября 1990 года в состав ФРГ вошли пять вновь воссозданных земель бывшей ГДР: Бранденбург, Мекленбург-Передняя Померания, Саксония, Саксония-Анхальт, Тюрингия и территория Берлина.

Файл:Väter der Einheit.jpg
Памятник «Отцы объединения» возле здания издательства Аксель-Шпрингер в Берлине

Премьер-министр бывшей ГДР Лотар де Мезьер вначале вошёл в правительство ФРГ, однако вскоре был уличён в связях с Штази и ушёл в отставку.

Экономический аспект

Работы по объединению Германии, а также перестройка экономики восточной Германии на новый лад, потребовали значительных дополнительных финансов. Для покрытия дополнительных затрат в 1991 году в Германии был введён налог солидарности, который составлял 7,5 % от общей суммы налогов. Налогом облагаются как предприятия, зарегистрированные в западной части Германии, так и физические лица. Сейчас ставка этого налога составляет 5,5 % и взимается при превышении определённого уровня доходов. В 2012 сумма доходов от Налога на солидарность составила 13,624 миллиардов евро[8].

Экономический и валютный союз вступил в силу 1 июля 1990 года, при это был осуществлён обмен марок ГДР на немецкие марки в соотношении 1:1 для заработной платы, пенсий и части наличности и в соотношении 2:1 — для долгосрочных сбережений и кредитных обязательств[9].

В искусстве

Объединение Германии и сопровождавшие объединение процессы в ГДР — основная тема фильма Вольфганга Бекера «Гуд бай, Ленин!»

См. также

Напишите отзыв о статье "Объединение Германии (1990)"

Примечания

  1. 1 2 3 [http://www.km.ru/world/2012/10/03/istoriya-sssr/693871-istoriya-odnogo-predatelstva-kak-gorbachev-germaniyu-obedinyal Как Горбачёв объединял Германию] (рус.). Проверено 1 января 2013. [http://www.webcitation.org/6E7RTcFsG Архивировано из первоисточника 2 февраля 2013].
  2. [http://www.kurginyan.ru/publ.shtml?cmd=add&cat=3&id=132 Объединение Германии: необходимость или политическое предательство?] (рус.). Проверено 20 января 2013. [http://www.webcitation.org/6E7RV5xY9 Архивировано из первоисточника 2 февраля 2013].
  3. [http://www.observer.materik.ru/observer/N02_92/2_32.HTM Валентин ФАЛИН вспоминает и размышляет] (рус.) (Беседа В.М.Фалина с издательницей еженедельника "Цайт" графиней М.Денхофф и главным редактором "Цайт" Т.Зоммером). Обсервер. Проверено 20 января 2013. [http://www.webcitation.org/6E7RWHl4r Архивировано из первоисточника 2 февраля 2013].
  4. Полынов М.Ф., профессор, доктор исторических наук [http://history.spbu.ru/userfiles/Polynov_01.pdf М.С. Горбачев и объединение Германии] (рус.) // Новейшая история России. — 2011. — № 1.
  5. [http://izvestia.ru/news/539266 Бремя единой Германии] (рус.). Известия. Проверено 23 января 2013. [http://www.webcitation.org/6E7RWoeAA Архивировано из первоисточника 2 февраля 2013].
  6. Бернд Бонвеч; Ю. В. Галактионов. [http://www.libma.ru/istorija/istorija_germanii_tom_2_ot_sozdanija_germanskoi_imperii_do_nachala_xxi_veka/p9.php Германский вопрос и объединение Германии] (рус.). История Германии. Том 2. От создания Германской империи до начала XXI века. Проверено 23 января 2013. [http://www.webcitation.org/6E7RZRePk Архивировано из первоисточника 2 февраля 2013].
  7. [http://www.coldwar.ru/conflicts/berlin/berlin2.php Падение Берлинской стены]
  8. [http://www.lokalkompass.de/bochum/politik/versprochen-gebrochen-d314247.html Versprochen — gebrochen — Bochum — lokalkompass.de]
  9. [http://www.ieras.ru/pub/monografii/ger.pdf Германия: Вызовы XXI века]. — М., 2009. — с. 80

Ссылки

  • Д. Розенберг. [http://scepsis.ru/library/id_2591.html Колонизация восточной Германии.] // «Альтернативы», 1992. № 2 — С.33-50.
  • [http://lenta.ru/articles/2010/10/04/einhaeit/ Двадцать лет вместе.] Lenta.ru

Отрывок, характеризующий Объединение Германии (1990)

Ей, наверняка, не казалось, что говорить о нём в его же присутствии может быть не очень-то правильно... Она просто-напросто была очень счастлива, что наконец-то у неё появился друг, и этим счастьем со мной открыто и с удовольствием делилась.
Она вообще была неправдоподобно счастливым ребёнком! Как у нас говорилось – «счастливой по натуре». Ни до Стеллы, ни после неё, мне никогда не приходилось встречать никого, хотя бы чуточку похожего на эту «солнечную», милую девчушку. Казалось, никакая беда, никакое несчастье не могло выбить её из этой её необычайной «счастливой колеи»... И не потому, что она не понимала или не чувствовала человеческую боль или несчастье – напротив, я даже была уверена, что она чувствует это намного глубже всех остальных. Просто она была как бы создана из клеток радости и света, и защищена какой-то странной, очень «положительной» защитой, которая не позволяла ни горю, ни печали проникнуть в глубину её маленького и очень доброго сердечка, чтобы разрушить его так привычной всем нам каждодневной лавиной негативных эмоций и раненных болью чувств.... Стелла сама БЫЛА СЧАСТЬЕМ и щедро, как солнышко, дарила его всем вокруг.
– Я нашла его таким грустным!.. А теперь он уже намного лучше, правда, Гарольд? – обращаясь к нам обоим одновременно, счастливо продолжала Стелла.
– Мне очень приятно познакомиться с вами, – всё ещё чувствуя себя чуточку скованно, сказала я. – Это наверное очень сложно находиться так долго между мирами?..
– Это такой же мир как все, – пожав плечами, спокойно ответил рыцарь. – Только почти пустой...
– Как – пустой? – удивилась я.
Тут же вмешалась Стелла... Было видно, что ей не терпится поскорее мне «всё-всё» рассказать, и она уже просто подпрыгивала на месте от сжигавшего её нетерпения.
– Он просто никак не мог найти здесь своих близких, но я ему помогла! – радостно выпалила малышка.
Гарольд ласково улыбнулся этому дивному, «искрящемуся» счастьем человечку и кивнул головой, как бы подтверждая её слова:
– Это правда. Я искал их целую вечность, а оказалось, надо было всего-навсего открыть правильную «дверь». Вот она мне и помогла.
Я уставилась на Стеллу, ожидая объяснений. Эта девочка, сама того не понимая, всё больше и больше продолжала меня удивлять.
– Ну, да, – чуть сконфужено произнесла Стелла. – Он рассказал мне свою историю, и я увидела, что их здесь просто нет. Вот я их и поискала...
Естественно, из такого объяснения я ничего толком не поняла, но переспрашивать было стыдно, и я решила подождать, что же она скажет дальше. Но, к сожалению или к счастью, от этой смышлёной малышки не так-то просто было что-то утаить... Хитро глянув на меня своими огромными глазами, она тут же предложила:
– А хочешь – покажу?
Я только утвердительно кивнула, боясь спугнуть, так как опять ожидала от неё чего-то очередного «потрясающе-невероятного»... Её «цветастая реальность» куда-то в очередной раз исчезла, и появился необычный пейзаж...
Судя по всему, это была какая-то очень жаркая, возможно восточная, страна, так как всё кругом буквально слепило ярким, бело-оранжевым светом, который обычно появлялся только лишь при очень сильно раскалённом, сухом воздухе. Земля, сколько захватывал глаз, была выжженной и бесцветной, и, кроме в голубой дымке видневшихся далёких гор, ничто не разнообразило этот скупо-однообразный, плоский и «голый» пейзаж... Чуть дальше виднелся небольшой, древний белокаменный город, который по всей окружности был обнесён полуразрушенной каменной стеной. Наверняка, уже давным-давно никто на этот город не нападал, и местные жители не очень-то беспокоились о «подновлении» обороны, или хотя бы «постаревшей» окружающей городской стены.
Внутри по городу бежали узенькие змееподобные улочки, соединяясь в одну-единственную пошире, с выделявшимися на ней необычными маленькими «замками», которые скорее походили на миниатюрные белые крепости, окружённые такими же миниатюрными садами, каждый из которых стыдливо скрывался от чужих глаз за высокой каменной стеной. Зелени в городе практически не было, от чего залитые солнцем белые камни буквально «плавились» от испепеляющей жары. Злое, полуденное солнце яростно обрушивало всю мощь своих обжигающих лучей на незащищённые, пыльные улицы, которые, уже задыхаясь, жалобно прислушивались к малейшему дуновению, так и не появлявшегося, свежего ветерка. Раскалённый зноем воздух «колыхался» горячими волнами, превращая этот необычный городок в настоящую душную печь. Казалось, это был самый жаркий день самого жаркого на земле лета.....
Вся эта картинка была очень реальной, такой же реальной, какими когда-то были мои любимые сказки, в которые я, так же, как здесь, «проваливалась с головой», не слыша и не видя ничего вокруг...
Вдруг из «общей картинки» выделилась маленькая, но очень «домашняя» крепость, которая, если бы не две смешные квадратные башенки, походила бы более на большой и довольно уютный дом.
На ступеньках, под большим оливковым деревом, играл маленький белокурый мальчонка лет четырёх-пяти. А за ним, под старой яблоней собирала упавшие яблоки полная, приятная женщина, похожая на милую, заботливую, добродушную няню.
На дворе появилась очень красивая, светловолосая молодая дама и... мой новый знакомый – рыцарь Гарольд.
Женщина была одета в необычное, но видимо, очень дорогое, длинное шёлковое платье, складки которого мягко колыхались, повторяя каждое движение её лёгкого, изящного тела. Смешная, шитая бисером, голубая шёлковая шапочка мирно покоилась на светлых волосах красивой дамы, великолепно подчёркивая цвет её больших светло-голубых глаз.
Гарольд же, несмотря на такую испепеляющую, адскую жару, почти что задыхаясь, «честно мучился» в своих раскалённых рыцарских доспехах, мысленно проклиная сумасшедшую жару (и тут же прося прощения у «милостивого» Господа, которому он так верно и искренне уже столько лет служил)... Горячий пот, сильно раздражая, лился с него градом, и, застилая ему глаза, бессердечно портил быстро убегавшие минуты их очередного «последнего» прощания... По-видимому, рыцарь собрался куда-то очень далеко, потому что лицо его милой дамы было очень печальными, несмотря на то, что она честно, изо всех сил пыталась это скрыть...
– Это в последний раз, ласка моя... Я обещаю тебе, это правда в последний раз, – с трудом выговорил рыцарь, ласково касаясь её нежной щеки.
Разговор я слышала мысленно, но оставалось странное ощущение чужой речи. Я прекрасно понимала слова, и всё же знала, что они говорят на каком-то другом языке.
– Я тебя больше никогда не увижу... – сквозь слёзы прошептала женщина. – Уже никогда...
Мальчонка почему-то никак не реагировал ни на близкий отъезд своего отца, ни на его прощание с мамой. Он спокойно продолжал играть, не обращая никакого внимания на взрослых, как будто это его никак не касалось. Меня это чуточку удивило, но я не решалась ничего спрашивать, а просто наблюдала, что же будет дальше.
– Разве ты не скажешь мне «до свидания»? – обращаясь к нему, спросил рыцарь.
Мальчик, не поднимая глаз, отрицательно покачал головкой.
– Оставь его, он просто на тебя злится... – грустно попросила женщина. – Он тоже тебе верил, что больше не оставишь его одного.
Рыцарь кивнул и, взобравшись на свою огромную лошадь, не оборачиваясь поскакал по узенькой улице, очень скоро скрывшись за первым же поворотом. А красивая дама печально смотрела ему в след, и душа её готова была бежать... ползти... лететь за ним не важно куда, только бы ещё раз хотя бы на миг увидеть, хоть на короткое мгновение услышать!.. Но она знала, что этого не будет, что она останется там, где стоит, и что, по капризной прихоти судьбы, уже не увидит и не обнимет своего Гарольда никогда... По её бледным, в миг осунувшимся, щекам, катились крупные, тяжёлые слёзы и сверкающими каплями исчезали в пыльной земле...
– Господи сохрани его... – горько шептала женщина. – Я никогда его не увижу... уже никогда... помоги ему, Господи...
Она стояла неподвижно, как скорбная мадонна, ничего вокруг не видя и не слыша, а к её ногам жался белокурый малыш, теперь уже обнаживший всю свою печаль и глядевший с тоской туда, где вместо его любимого папы только лишь одиноко белела пустая пыльная дорога.....
– Как же я мог с тобой не попрощаться, ласка моя?.. – вдруг прозвучал рядом тихий, грустный голос.
Гарольд не отрываясь смотрел на свою милую, и такую печальную жену, и смертельная тоска, которую, казалось, было невозможно смыть даже водопадом слёз, плескалась в его синих глазах... А ведь выглядел он очень сильным и мужественным человеком, которого, вероятнее всего, не так-то просто было прослезить...
– Не надо! Ну не надо печалиться! – гладила его огромную руку своими хрупкими пальчиками малышка Стелла. – Ты же видишь, как сильно они тебя любили?.. Ну, хочешь, мы не будем больше смотреть? Ты это видел и так уже много раз!..
Картинка исчезла... Я удивлённо посмотрела на Стеллу, но не успела ничего сказать, как оказалась уже в другом «эпизоде» этой чужой, но так глубоко затронувшей мою душу, жизни.
Просыпалась непривычно яркая, усыпанная алмазными каплями росы, весёлая, розовая заря. Небо на мгновение вспыхнуло, окрасив алым заревом каёмочки кудрявых, белобрысых облаков, и сразу же стало очень светло – наступило раннее, необычайно свежее утро. На террасе уже знакомого дома, в прохладной тени большого дерева, сидели втроём – уже знакомый нам, рыцарь Гарольд и его дружная маленькая семья. Женщина выглядела изумительно красивой и совершенно счастливой, похожей на ту же самую утреннюю зарю... Ласково улыбаясь, она что-то говорила своему мужу, иногда нежно дотрагиваясь до его руки. А он, совершенно расслабившись, тихо качал на коленях своего заспанного, взъерошенного сынишку, и, с удовольствием попивая нежно розовый, «вспотевший» напиток, время от времени лениво отвечал на какие-то, видимо, ему уже знакомые, вопросы своей прелестной жены ...
Воздух был по-утреннему «звенящим» и удивительно чистым. Маленький опрятный садик дышал свежестью, влагой и запахами лимонов; грудь распирало от полноты струящегося прямо в лёгкие, дурманяще-чистого воздуха. Гарольду хотелось мысленно «взлететь» от наполнявшего его уставшую, исстрадавшуюся душу, тихого счастья!... Он слушал, как тоненькими голосами пели только что проснувшиеся птицы, видел прекрасное лицо своей улыбающейся жены, и казалось, ничто на свете не могло нарушить или отнять у него этот чудесный миг светлой радости и покоя его маленькой счастливой семьи...
К моему удивлению, эта идиллическая картинка вдруг неожиданно отделилась от нас со Стеллой светящейся голубой «стеной», оставляя рыцаря Гарольда со своим счастьем наедине. А он, забыв обо всём на свете, всей душой «впитывал» эти чудесные, и такие дорогие ему мгновения, даже не замечая, что остался один...
– Ну вот, пусть он это смотрит, – тихо прошептала Стелла. – А я покажу тебе, что было дальше...
Чудесное видение тихого семейного счастья исчезло... а вместо него появилось другое, жестокое и пугающее, не обещающее ничего хорошего, а уж, тем более – счастливого конца.....
Это был всё ещё тот же бело-каменный город, и тот же, уже знакомый нам, дом... Только на этот раз всё вокруг полыхало в огне... Огонь был везде. Ревущее, всё пожирающее пламя вырывалось из разбитых окон и дверей, и охватывало мечущихся в ужасе людей, превращая их в кричащие человеческие факелы, чем создавало преследовавшим их чудовищам удачную живую мишень. Женщины с визгом хватали детей, пытаясь укрыться с ними в подвалах, но спасались они не надолго – спустя короткое время хохочущие изверги тащили их, полуголых и отчаянно вопящих, наружу, чтобы насиловать прямо на улице, рядом с ещё не остывшими трупиками их маленьких детей... От разносящейся по всюду копоти почти ничего не было видно... Воздух был «забит» запахами крови и гари, нечем было дышать. Обезумевшие от страха и жары, прятавшиеся в подвалах старики вылазили во двор и тут же падали мёртвыми под мечами жутко гикающих, носящихся по всему городу на конях, звероподобных диких людей. Вокруг слышался грохот копыт, звон железа, и дикие крики, от которых стыла в жилах кровь...