Павел VI

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Его Святейшество Папа Римский
Павел VI
лат. Paulus VI<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Павел VI</td></tr>
262-й Папа Римский
21 июня 1963 года — 6 августа 1978 года
Избрание: 21 июня 1963 года
Интронизация: 30 июня 1963 года
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Иоанн XXIII
Преемник: Иоанн Павел I
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Имя при рождении: Джованни Баттиста Энрико Антонио Мария Монтини
Оригинал имени
при рождении:
Giovanni Battista Enrico Antonio Maria Montini
Рождение: 26 сентября 1897(1897-09-26)
Сареццо, Италия
Смерть: 6 августа 1978(1978-08-06) (80 лет)
Кастель-Гандольфо, Италия
Похоронен: Собор Святого Петра
Династия: {{#property:p53}}
Принятие священного сана: 29 мая 1920
Епископская хиротония: 12 декабря 1954
Кардинал с: 15 декабря 1958
Лик святости: блаженный
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
150px
 
Награды:
Кавалер Большого креста ордена «За заслуги перед Итальянской Республикой» Большой крест ордена Карлоса III Кавалер Большого креста ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия»

Па́вел VI (лат. Paulus VI; до интронизации — Джованни Баттиста Энрико Антонио Мария Монтини, итал. Giovanni Battista Enrico Antonio Maria Montini; 26 сентября 1897 года, Сареццо, провинция Брешиа — 6 августа 1978 года, Кастель-Гандольфо) — папа римский с 21 июня 1963 года, провёл основную часть Второго Ватиканского собора. 19 октября 2014 года провозглашён блаженным[1].







Биография

Джованни Баттиста Энрико Антонио Мария Монтини родился 26 сентября 1897 года в городе Сареццо в провинции Брешиа в семье адвоката и журналиста Джорджо Монтини и Джудетти Альгизи. Был старшим братом итальянского политического деятеля Людовико Монтини. Обучался в Коллегии Чезаре Аричи, которой руководили иезуиты. В 1913 году прервал своё обучение по состоянию здоровья. В 1916 году закончил гимназию Арнольдо ди Брешиа, после чего в октябре 1916 года поступил в семинарию города Брешиа, где обучался в течение последующих четырёх лет.

29 мая 1920 года епископом Джачинто Гаджа был рукоположён в священника в кафедральном соборе Брешиа. В ноябре 1920 года переехал в Рим, где стал изучать гражданское и каноническое право в Папском Григорианском университете и философию в Римском университете. В 1923 году был отправлен на учёбу в Папскую Церковную академию. C июня по октябрь 1923 года работал в Варшаве в апостольской нунциатуре. В 1924 году возвратился в Италию, где закончил своё обучение, получив три докторские степени по философии, каноническому и гражданскому праву. В октябре 1925 года был назначен капелланом организации студенческой организации «Federazione Universitaria Cattolica Italiana».

13 декабря 1937 года был назначен секретарём Государственного секретариата Ватикана, где работал под руководством государственного секретаря Ватикана кардинала Эудженио Пачелли, который после смерти Римского папы Пия XI был выбран Римским понтификом. 1 ноября 1954 года, после смерти Альфредо Ильдефонсо Шустера, Римский папа Пий XII назначил Монтини архиепископом Милана. 12 декабря 1954 года в соборе святого Петра состоялось рукоположение в епископа, которое совершил кардинал Эжен Тиссеран в сослужении с епископом Брешиа Джачинто Тредичи и вспомогательным епископом архиепархии Милана и титулярным епископом Фамагусты Доменико Бернареджи.

Будучи миланским архиепископом, Джованни Батиста Монтини считался папабилем. Несмотря на то, что он не входил в коллегию кардиналов, в 1958 году он получил на конклаве несколько голосов. 17 ноября 1958 года, спустя три недели после избрания Иоанна XXIII, в издании «оL’Osservatore Romano» было объявлено о скором возможном назначении нескольких новых кардиналов, в списке которых Джованни Батиста Монтини занимал первое место. 15 декабря 1958 года Иоанн XXIII объявил Джованни Баттисту Монтини кардиналом с титулом San Martino ai Monti.

После смерти Иоанна XXIII 3 июня 1963 года в Ватикане 19 июня собрался конклав Коллегии кардиналов. Джованни Баттиста Монтини был избран Римским понтификом на пятом раунде конклава (65 голосов из 80). Коронация Павла VI состоялось 30 июня на площади перед Собором Святого Петра. Павел VI был последним папой, который родился в ХІХ столетии, и последним папой, коронованным при избрании тиарой — Иоанн Павел I отменил эту традицию. Свою тиару Павел VI подарил Базилике Непорочного зачатия в Вашингтоне.

Павел VI завершил начатый его предшественником Второй Ватиканский собор и до своей смерти следил за подготовкой соборных документов. Павел VI завершил III и IV сессии Второго Ватиканского собора. Во время III сессии участники собора рассматривали роль епископов в Католической церкви. Павел VI издал специально для этой сессии пояснительную записку о папском примате, которая была расценена некоторыми участниками собора как вмешательство в ход собора[2]. Американские епископы во время III сессии настаивали на скорейшем принятии документов о свободе вероисповедания. В ответ на их настойчивость Павел VI предлагал принять документы о свободе вероисповедания в рамках документов об экуменизме. Решением Павла VI третья сессия собора завершилась 21 ноября 1964 года с решением присвоить Деве Марии титула Матери Церкви. Между III и IV сессиями Павел VI занимался реформами Римской курии, пересмотром Канонического права, правилом венчания смешанных пар и контролем над рождаемостью. Все эти проблемы были предложены участникам IV сессии, которая была закрыта 8 декабря 1965 года.

Во время своего понтификата Павел VI часто подвергался различным нападкам, в том числе за ревизию Тридентской мессы со стороны консерваторов, и был предметом множества слухов и сплетен. За несколько месяцев до своей смерти Павел VI отправил торжественную мессу по смерти Альдо Моро, убитого «Красными бригадами» (пока Моро был в заложниках, понтифик предлагал себя в обмен на него), и после длительной болезни умер в своей летней резиденции от сердечного приступа.

В 1970 году в международном аэропорту Манилы на него было совершено покушение: художник-сюрреалист Бенхамин Мендоса-и-Амор Флорес бросился на папу с кинжалом.

Церковные реформы

Файл:Second Vatican Council by Lothar Wolleh 001.jpg
Фотография Павла VI, фотограф Лотар Воллех

18 сентября 1965 года он учредил Синод епископов как постоянное церковное учреждения, исполняющего консультативные функции. Во время его понтификата было проведено несколько Синодов епископов. Одним из самых известных Синодов, посвящённых евангелизации современного мира, состоялся 9 сентября 1974 года. Проработав в Римской курии с 1922 по 1954 год и непосредственно знакомый с её деятельностью, Павел VI провёл её реорганизацию в несколько этапов. 1 марта 1968 года он утвердил регламент деятельности Римской курии, начатый ещё при Пие XII. 28 марта 1968 года он издал бреве «Pontificalis Domus», которым сократил штат Римской курии. Своими последующими апостольскими конституциями, которые выходили позднее он сократил в Римской курии представительство итальянских кадров.

Павел VI изменил правило избрания нового папы, ограничив возрастной предел кардиналов, участвующих в конклаве, 80-летним возрастом. 11 февраля 1965 года издал motu proprio «Ad purpuratorum patrum», которым ввёл патриархов Восточных католических церквей в состав Коллегии кардиналов. В motu proprio «Ecclesiae Sanctae» от 6 августа 1966 года он указал, что кардиналы, достигшие 75-летнего возраста должны были уходить на покой. Это требование стало применяться с 21 ноября 1970 года. Этим установлением он достиг уменьшения возраста выбираемых кардиналов и интернационализации Римской курии.

Среди реформ Римской курии самыми значимыми являются следующие нововведения Павла VI:

  • 1964 год — основание Папской комиссии по средствам массовой коммуникации и Секретариата диалога с нехристианами;
  • 1965 год — Секретариат по диалогу с неверующими. Реформация инквизиции, во время которой она была переименована в Конгрегацию доктрины веры. Были изменены каноны 1399 и 2318 Кодекса канонического права, касающиеся инквизиции, и отменён Индекс запрещённых книг;
  • 1967 год — Папский совет по делам мирян, Папский совет «Iustitia et Pax» и префектуры папского двора;
  • 1969 год — Международная богословская комиссия;
  • 1971 год — Папский совет «Cor unum».

26 июня 1967 года назначил архиепископа Кароля Войтылу кардиналом и издал две свои самые известные энциклики — о целибате («Sacerdotalis caelibatus» 24 июня 1967 года) и o контроле над рождаемостью («Humanae vitae» 24 июля 1968 года). В «Humanae vitae» Павел VI, не отвергая человеческую сексуальность, осудил искусственный контроль над рождаемостью и контрацепцию, что вызвало резонанс в некоторых слоях общества. Павел VI был обвинён в ретроградстве и консерватизме сторонниками технологического прогресса и неомальтузианцами, утверждавшими, что контрацепция в частности может избавить страны третьего мира от голода и продовольственных проблем. Но энциклика, правда с некоторыми оговорками, была позднее поддержана Иоанном Павлом II.

В понтификат Павла VI были внесены существенные изменения в римский миссал. 3 апреля 1960 года он выпустил апостольскую конституцию «Missale Romanum»[3], которой утвердил новый порядок мессы, который включал в себя разрешение использования национальных языков, разрешение священнику совершать мессу лицом к народу, некоторые текстовые изменения и др. Были также внесены изменения в общий римский календарь святых — вместо прежней сложной системы введена трёхступенчатая ранжировка: память, праздник, торжество (память при этом может быть обязательной и факультативной), память некоторых святых добавлена, память некоторых исключена (что автоматически перевело этих святых в ранг местночтимых). В последующие 1967, 1968, 1969 и 1970 годы он издал несколько других постановлений, который вносили изменения в чин мессы.

Павел VI в 1968 году сформулировал Символ веры Народа Божия.

Экуменическая деятельность

Исполняя решения Второго Ватиканского собора, Павел VI призывал к экуменической деятельности среди других христианских конфессий и нехристианских религий. Он стал первым Римским понтификом с IX века, посетившим александрийского (в 1973 году) и константинопольского (в 1964 году) патриархов. Он ввёл в богословский католический оборот фразеологизм «Церкви-сёстры». Встреча с константинопольском патриархом Афинагором, которая состоялась в Константинополе в 1964 году, привела к взаимному снятию анафемы, что стало стимулом к возникновению обширного экуменического диалога между Католической и православными церквями. 7 декабря 1965 года была обнародована совместная Католическо-православная декларация, которая подтвердив, что раскол между двумя церквами не преодолён, тем не менее, обе стороны выражали стремление к примирению.

В мае 1973 года в Ватикане состоялась встреча между Павлом VI и коптским Александрийским патриархом Шенудой III. Позднее между ними состоялись ещё несколько встреч, результатом которых стало совместное заявление под названием «Credo», что между Католической и Коптской церковью нет догматических расхождений в вероучении.

В 1964 году Павел VI, будучи в Бомбее, посетил католикоса Маланкарской православной церкви Базелиуса Аугена I.

2 декабря 1960 года состоялась первая официальная встреча со времён английской Реформации между Павлом VI и Кентерберийским архиепископом Англиканской церкви Артуром Майклом Рамсеем. В последующие годы состоялись ещё три встречи между ними. По инициативе Павла VI в Риме был открыт англиканский центр, целью которого стало инициации диалога между Католической и Англиканской церквами. Результатом диалогов между Павлом VI и Артуром Майклом Рамсеем стала организация католическо-англиканской комиссии, которая впоследствии выпустила совместную «Мальтийскую декларацию», ставшая первой после Реформации совместными исповеданием веры католиков и англикан.

В 1965 году Павел VI создал совместную рабочую группу для работы со Всемирным советом церквей. В течение последующих трёх лет были проведены восемь сессий этой группы, во время которых были выработаны заявления о совместной деятельности в области социальной справедливости и развития третьего мира. Эта группа приняла решение об ежегодном проведении Недели молитвы, в котором участвовали бы представители Католической церкви и протестантских общин. 19 июля 1968 года в Упсале состоялось заседание Всемирного совета церквей и Павел VI приветствовал это собрание, назвав его «знамением времени».

В сентябре 1964 года Лютеранская церковь первая из протестантских общин ответила на призыв Павла VI начать совместный диалог. В 1965 году начался диалог с методистами. Римско-католической церкви

Файл:Foreign trips of Paul VI.png
Страны, которые посетил папа Павел VI

Пастырские визиты

Павел VI стал первым Римским папой, который для посещения различных стран начал использовать авиационные перелёты. Павел VI впервые посетил все пять континентов и до Иоанна Павла II вёл наиболее широкую внешнюю политику Ватикана, получив прозвище «папа-пилигрим».

Среди наиболее важных визитов Павла VI были встречи с константинопольским патриархом Афинагором в 1964 году (первой с 1054 года, в ходе которой была подписана совместная декларация о снятии взаимных анафем) и с архиепископом Кентерберийским Майклом Рамсеем.

Во время своего Понтификата он посетил следующие страны:

  • Паломничество в Святую Землю (4-6 января 1964 года);
  • Посещение Индии, где он участвовал в Международном евхаристическом конгрессе (2 — 5 декабря 1964 года);
  • Визит в ООН (4 — 5 октября 1965 года);
  • Паломничество санктуария Пресвятой Девы Марии Фатимской в Португалии (13 мая 1967 года);
  • Посещение Турции, во время которого он посетил Стамбул, Эфес и Смирну. Во время этого посещения была встреча с константинопольским патриархом Афинагором I (25 — 26 июля 1967 года);
  • Посещение Колумбии (21 — 25 августа 1968 года);
  • Посещение Женевы в связи с 50-летней годовщины основания Международной организацией труда (10 июня 1969 года);
  • Посещение Уганды (31 июля — 2 августа 1969 года);

Энциклики

Павел VI за время своего понтификата с 21 июня 1963 по 6 августа 1978 года опубликовал 7 энциклик:

Латинское название Русское название Краткое содержание Дата написания Текст энциклики
1.Ecclesiam Suam «Свою Церковь» 6 августа 1964 года [http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_06081964_ecclesiam_en.html «Ecclesiam Suam»]  (англ.)
2.Mense Maio 29 апреля 1965 года

[http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_29041965_mense-maio_en.html «Mense Maio»]  (англ.)

3.Mysterium Fidei «Тайна веры» 3 сентября 1965 года [http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_03091965_mysterium_en.html «Mysterium Fidei»]  (англ.)
4.Christi Matri 17 сентября 1966 года

[http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_15091966_christi-matri_en.html «Christi Matri»]  (англ.)

5.Populorum Progressio «О прогрессе народов» 26 марта 1967 года

[http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_26031967_populorum_en.html «Populorum Progressio»]  (англ.)

6.Sacerdotalis Caelibatus «О целибате священников» О целибате 24 июня 1967 года

[http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_24061967_sacerdotalis_en.html «Sacerdotalis Caelibatus»]  (англ.)

7.Humanae vitae «(Важнейший дар передачи) человеческой жизни» О человеческой жизни 25 июля 1968 года

[http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/documents/hf_p-vi_enc_25071968_humanae-vitae_en.html «Humanae vitae»]  (англ.)

В культуре

Центральной темой беседы главных героев в гостях у Кастеветов в фильме «Ребёнок Розмари» становится визит Павла VI в США.

В фильме «Крёстный Отец 3» упоминается множество раз, на самом закате своего правления, включая и смерть.

Напишите отзыв о статье "Павел VI"

Примечания

  1. [http://en.radiovaticana.va/news/2014/10/19/at_closing_mass_for_the_synod_pope_francis_beatifies_paul_vi/1108952 At closing Mass for the Synod Pope Francis beatifies Paul VI]
  2. Franzen, August (1988), Papstgeschichte, Freiburg: Herder, стр. 423
  3. [http://web.archive.org/web/20121011110053/http://svd.catholic.by/messa/pdf/ak.pdf Конституция Missale Romanum]

Ссылки

  • [http://www.catholic-pages.com/dir/paul6_docs.asp Документы Павла VI] (англ.)
  • [http://www.vatican.va/holy_father/paul_vi/encyclicals/ Документы папы Павла VI на официальном сайте Ватикана] (англ.)
  • [http://www.catholic-hierarchy.org/bishop/bmontini.html Информация на сайте католической иерархии] (англ.)

Литература

  • Peter Hebblethwaite. Paul VI: The First Modern Pope

Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Павел VI

Мой мир рушился, даже ещё не узнав причины случившегося... Достаточно было уже того, что Караффа упоминал о моей бедной девочке. Ожидать от этого чего-то доброго не было ни какой надежды.
– Когда прошлой ночью Папа «занимался» мною в этом же подвале, человек сообщил ему, что ваша дочь покинула монастырь... И Караффа почему-то был этим очень доволен. Вот поэтому-то я и решил как-то вам сообщить эту новость. Ведь его радость, как я понял, приносит всем только несчастья? Я не ошибся, мадонна?..
– Нет... Вы правы, ваше преосвященство. Сказал ли он что-либо ещё? Даже какую-то мелочь, которая могла бы помочь мне?
В надежде получить хотя бы малейшее «дополнение», спросила я. Но Мороне лишь отрицательно покачал головой...
– Сожалею, мадонна. Он лишь сказал, что вы сильно ошибались, и что любовь никому ещё не приносила добра. Если это о чём-то вам говорит, Изидора.
Я лишь кивнула, стараясь собрать свои разлетающиеся в панике мысли. И пытаясь не показать Мороне, насколько потрясла меня сказанная им новость, как можно спокойнее произнесла:
– Разрешите ли подлечить вас, монсеньёр? Мне кажется, вам опять не помешает моя «ведьмина» помощь. И благодарю вас за весть... Даже за плохую. Всегда ведь лучше заранее знать планы врага, даже самые худшие, не так ли?..
Мороне внимательно всматривался мне в глаза, мучительно стараясь найти в них ответ на какой-то важный для него вопрос. Но моя душа закрылась от мира, чтобы не заболеть... чтобы выстоять предстоящее испытание... И кардинала встречал теперь лишь заученный «светский» взгляд, не позволявший проникнуть в мою застывшую в ужасе душу...
– Неужели вы боитесь, мадонна? – тихо спросил Мороне. – Вы ведь тысячу раз сильнее его! Почему вы его боитесь?!..
– Он имеет что-то, с чем я пока не в силах бороться... И пока не в силах его убить. О, поверьте мне, ваше преосвященство, если б я только нашла ключ к этой ядовитой гадюке!.. – и, опомнившись, тут же опять предложила: – Позвольте мне всё же заняться вами? Я облегчу вашу боль.
Но кардинал, с улыбкой, отказался.
– Завтра я уже буду в другом, более спокойном месте. И надеюсь, Караффа обо мне на время забудет. Ну, а как же вы, мадонна? Что же станет с вами? Я не могу помочь вам из заключения, но мои друзья достаточно влиятельны. Могу ли я быть полезным вам?
– Благодарю вас, монсеньёр, за вашу заботу. Но я не питаю напрасных надежд, надеясь отсюда выйти... Он никогда не отпустит меня... Ни мою бедную дочь. Я живу, чтобы его уничтожить. Ему не должно быть места среди людей.
– Жаль, что я не узнал вас раньше, Изидора. Возможно, мы бы стали добрыми друзьями. А теперь прощайте. Вам нельзя здесь оставаться. Папа обязательно явится пожелать мне «удачи». Вам ни к чему с ним здесь встречаться. Сберегите вашу дочь, мадонна... И не сдавайтесь Караффе. Бог да пребудет с вами!
– О каком Боге вы говорите, монсеньёр? – грустно спросила я.
– Наверняка, уж не о том, которому молится Караффа!.. – улыбнулся на прощание Мороне.
Я ещё мгновение постояла, стараясь запомнить в своей душе образ этого чудесного человека, и махнув на прощание рукой, вышла в коридор.
Небо развёрзлось шквалом тревоги, паники и страха!.. Где находилась сейчас моя храбрая, одинокая девочка?! Что побудило её покинуть Мэтэору?.. На мои настойчивые призывы Анна почему-то не отвечала, хотя я знала, что она меня слышит. Это вселяло ещё большую тревогу, и я лишь из последних сил держалась, чтобы не поддаваться сжигавшей душу панике, так как знала – Караффа непременно воспользуется любой моей слабостью. И тогда мне придётся проиграть, ещё даже не начав сопротивляться...
Уединившись в «своих» покоях, я «зализывала» старые раны, даже не надеясь, что они когда-либо заживут, а просто стараясь быть как можно сильней и спокойнее на случай любой возможности начать войну с Караффой... На чудо надеяться смысла не было, так как я прекрасно знала – в нашем случае чудес не предвиделось... Всё, что произойдёт, я должна буду сделать только сама.
Бездействие убивало, заставляя чувствовать себя всеми забытой, беспомощной и ненужной... И хотя я прекрасно знала, что не права, червь «чёрного сомнения» удачно грыз воспалённый мозг, оставляя там яркий след неуверенности и сожалений...
Я не жалела, что нахожусь у Караффы сама... Но панически боялась за Анну. А также, всё ещё не могла простить себе гибель отца и Джироламо, моих любимых и самых лучших для меня на свете людей... Смогу ли я отомстить за них когда-либо?.. Не правы ли все, говоря, что Караффу не победить? Что я не уничтожу его, а всего лишь глупо погибну сама?.. Неужели прав был Север, приглашая уйти в Мэтэору? И неужели надежда уничтожить Папу всё это время жила только во мне одной?!..
И ещё... Я чувствовала, что очень устала... Нечеловечески, страшно устала... Иногда даже казалось – а не лучше ли было и правда уйти в Мэтэору?.. Ведь кто-то же туда уходил?.. И почему-то их не тревожило, что вокруг умирали люди. Для них было важно УЗНАТЬ, получить сокровенное ЗНАНИЕ, так как они считали себя исключительно одарёнными... Но, с другой стороны, если они по-настоящему были такими уж «исключительными», то как же в таком случае они забыли самую простую, но по-моему очень важную нашу заповедь – не уходи на покой, пока в твоей помощи нуждаются остальные... Как же они могли так просто закрыться, даже не оглядевшись вокруг, не попытавшись помочь другим?.. Как успокоили свои души?..
Конечно же, мои «возмущённые» мысли никак не касались детей, находящихся в Мэтэоре... Эта война была не их войной, она касалась только лишь взрослых... А малышам ещё предстояло долго и упорно идти по пути познания, чтобы после уметь защищать свой дом, своих родных и всех хороших людей, живущих на нашей странной, непостижимой Земле.
Нет, я думала именно о взрослых... О тех, кто считал себя слишком «особенным», чтобы рисковать своей «драгоценной» жизнью. О тех, кто предпочитал отсиживаться в Мэтэоре, внутри её толстых стен, пока Земля истекала кровью и такие же одарённые, как они, толпами шли на смерть...
Я всегда любила свободу и ценила право свободного выбора каждого отдельного человека. Но бывали в жизни моменты, когда наша личная свобода не стоила миллионов жизней других хороших людей... Во всяком случае, именно так я для себя решила... И не собиралась ничего менять. Да, были минуты слабости, когда казалось, что жертва, на которую шла, будет совершенно бессмысленна и напрасна. Что она ничего не изменит в этом жестоком мире... Но потом снова возвращалось желание бороться... Тогда всё становилось на свои места, и я всем своим существом готова была возвращаться на «поле боя», несмотря даже на то, насколько неравной была война...
Долгие, тяжёлые дни ползли вереницей «неизвестного», а меня всё также никто не беспокоил. Ничего не менялось, ничего не происходило. Анна молчала, не отвечая на мои позывы. И я понятия не имела, где она находилась, или где я могла её искать...
И вот однажды, смертельно устав от пустого, нескончаемого ожидания, я решила наконец-то осуществить свою давнюю, печальную мечту – зная, что наверняка никогда уже не удастся по-другому увидеть мою любимую Венецию, я решилась пойти туда «дуновением», чтобы проститься...
На дворе был май, и Венеция наряжалась, как юная невеста, встречая свой самый красивый праздник – праздник Любви...
Любовь витала повсюду – ею был пропитан сам воздух!.. Ею дышали мосты и каналы, она проникала в каждый уголок нарядного города... в каждую фибру каждой одинокой, в нём живущей души... На один этот день Венеция превращалась в волшебный цветок любви – жгучий, пьянящий и прекрасный! Улицы города буквально «тонули» в несметном количестве алых роз, пышными «хвостами» свисавших до самой воды, нежно лаская её хрупкими алыми лепестками... Вся Венеция благоухала, источая запахи счастья и лета. И на один этот день даже самые хмурые обитатели города покидали свои дома, и во всю улыбаясь, ожидали, что может быть в этот прекрасный день даже им, грустным и одиноким, улыбнётся капризница Любовь...
Праздник начинался с самого раннего утра, когда первые солнечные лучи ещё только-только начинали золотить городские каналы, осыпая их горячими поцелуями, от которых те, стеснительно вспыхивая, заливались красными стыдливыми бликами... Тут же, не давая даже хорошенько проснуться, под окнами городских красавиц уже нежно звучали первые любовные романсы... А пышно разодетые гондольеры, украсив свои начищенные гондолы в праздничный алый цвет, терпеливо ждали у пристани, каждый, надеясь усадить к себе самую яркую красавицу этого чудесного, волшебного дня.
Во время этого праздника ни для кого не было запретов – молодые и старые высыпали на улицы, вкушая предстоящее веселье, и старались заранее занять лучшие места на мостах, чтобы поближе увидеть проплывающие гондолы, везущие прекрасных, как сама весна, знаменитых Венецианских куртизанок. Этих единственных в своём роде женщин, умом и красотой которых, восхищались поэты, и которых художники воплощали на веки в свои великолепных холстах.

Я всегда считала, что любовь может быть только чистой, и никогда не понимала и не соглашалась с изменой. Но куртизанки Венеции были не просто женщинами, у которых покупалась любовь. Не считая того, что они всегда были необыкновенно красивы, они все были также великолепно образованы, несравнимо лучше, чем любая невеста из богатой и знатной Венецианской семьи... В отличие от очень образованных знатных флорентиек, женщинам Венеции в мои времена не разрешалось входить даже в публичные библиотеки и быть «начитанными», так как жёны знатных венецианцев считались всего лишь красивой вещью, любящим мужем закрытой дома «во благо» его семьи... И чем выше был статус дамы, тем меньше ей разрешалось знать. Куртизанки же – наоборот, обычно знали несколько языков, играли на музыкальных инструментах, читали (а иногда и писали!) стихи, прекрасно знали философов, разбирались в политике, великолепно пели и танцевали... Короче – знали всё то, что любая знатная женщина (по моему понятию) обязана была знать. И я всегда честно считала, что – умей жёны вельмож хотя бы малейшую толику того, что знали куртизанки, в нашем чудесном городе навсегда воцарились бы верность и любовь...
Я не одобряла измену, но также, никак не могла уважать и женщин, которые не знали (да и не желали знать!) дальше того, что находилось за стенами их родной Венеции. Наверняка, это говорила во мне моя флорентийская кровь, но я абсолютно не выносила невежество! И люди, которые имели неограниченные возможности, чтобы ЗНАТЬ, но не хотели, у меня вызывали только лишь неприязнь.
Но вернёмся в мою любимую Венецию, которая, как мне было известно, должна была в этот вечер готовиться к своему обычному ежегодному празднеству...
Очень легко, без каких-либо особых усилий, я появилась на главной площади города.
Всё вроде бы было как прежде, но на этот раз, хоть и украшенная по-старому, Венеция почти пустовала. Я шла вдоль одиноких каналов не в силах поверить своим глазам!.. Было ещё не поздно, и обычно в такое время город ещё шумел, как встревоженный улей, предвкушая любимый праздник. Но в тот вечер красавица Венеция пустовала... Я не могла понять, куда же подевались все счастливые лица?.. Что произошло с моим прекрасным городом за те короткие несколько лет???
Медленно идя по пустынной набережной, я вдыхала такой знакомый, тёплый и мягкий, солоноватый воздух, не в силах удержать текущих по щекам одновременно счастливых и печальных слёз... Это был мой дом!.. Мой по-настоящему родной и любимый город. Венеция навсегда осталась МОИМ городом!.. Я любила её богатую красоту, её высокую культуру... Её мосты и гондолы... И даже просто её необычность, делая её единственным в своём роде городом, когда-то построенным на Земле.
Вечер был очень приятным и тихим. Ласковые волны, что-то тихо нашёптывая, лениво плескались о каменные порталы... И плавно раскачивая нарядные гондолы, убегали обратно в море, унося с собою осыпавшиеся лепестки роз, которые, уплывая дальше, становились похожими на алые капли крови, кем-то щедро разбрызганные по зеркальной воде.
Неожиданно, из моих печально-счастливых грёз меня вырвал очень знакомый голос:
– Не может такого быть!!! Изидора?! Неужели это и правда ты?!..
Наш добрый старый друг, Франческо Ринальди, стоял, остолбенело меня разглядывая, будто прямо перед ним неожиданно появился знакомый призрак... Видимо никак не решаясь поверить, что это по-настоящему была я.
– Бог мой, откуда же ты?! Мы думали, что ты давным-давно погибла! Как же тебе удалось спастись? Неужели тебя отпустили?!..
– Нет, меня не отпустили, мой дорогой Франческо, – грустно покачав головой, ответила я. – И мне, к сожалению, не удалось спастись... Я просто пришла проститься...
– Но, как же так? Ты ведь здесь? И совершенно свободна? А где же мой друг?! Где Джироламо? Я так давно его не видел и так по нему скучал!..
– Джироламо больше нет, дорогой Франческо... Так же как нет больше и отца...
Было ли причиной то, что Франческо являлся другом из нашего счастливого «прошлого», или просто я дико устала от бесконечного одиночества, но, говоря именно ему о том ужасе, который сотворил с нами Папа, мне стало вдруг нечеловечески больно... И тут меня наконец-то прорвало!.. Слёзы хлынули водопадом горечи, сметая стеснения и гордость, и оставляя только лишь жажду защиты и боль потерь... Спрятавшись на его тёплой груди, я рыдала, словно потерянное дитя, искавшее дружескую поддержку...
– Успокойся, мой милый друг... Ну что ты! Пожалуйста, успокойся...
Франческо гладил мою уставшую голову, как когда-то давно это делал отец, желая успокоить. Боль жгла, снова безжалостно швыряя в прошлое, которого нельзя было вернуть, и которое больше не существовало, так как не было больше на Земле людей, создававших это чудесное прошлое....
– Мой дом всегда был и твоим домом, Изидора. Тебя нужно куда-то спрятать! Пойдём к нам! Мы сделаем всё, что сможем. Пожалуйста, пойдём к нам!.. У нас ты будешь в безопасности!
Они были чудесными людьми – его семья... И я знала, что если только я соглашусь, они сделают всё, чтобы меня укрыть. Даже если за это им самим будет угрожать опасность. И на коротенькое мгновение мне так дико вдруг захотелось остаться!.. Но я прекрасно знала, что этого не случится, что я прямо сейчас уйду... И чтобы не давать себе напрасных надежд, тут же грустно сказала:
– Анна осталась в лапах «святейшего» Папы... Думаю, ты понимаешь, что это значит. А она теперь осталась у меня одна... Прости, Франческо.
И вспомнив уже о другом, спросила:
– Не скажешь ли, мой друг, что происходит в городе? Что стало с праздником? Или наша Венеция, как и всё остальное, тоже стала другой?..
– Инквизиция, Изидора... Будь она проклята! Это всё инквизиция...
– ?!..
– Да, милый друг, она подобралась даже сюда... И что самое страшное, многие люди на это попались. Видимо для злых и ничтожных нужно такое же «злобное и ничтожное», чтобы открылось всё то, что они скрывали множество лет. Инквизиция стала страшным инструментом человеческой мести, зависти, лжи, жадности и злобы!.. Ты даже не представляешь, мой друг, как низко могут пасть вроде бы самые нормальные люди!.. Братья клевещут на неугодных братьев... дети на постаревших отцов, желая поскорее от них избавиться... завистливые соседи на соседей... Это ужасно! Никто не защищён сегодня от прихода «святых отцов»... Это так страшно, Изидора! Стоит лишь сказать на кого-либо, что он еретик, и ты уже никогда не увидишь более этого человека. Истинное сумасшествие... которое открывает в людях самое низкое и плохое... Как же с этим жить, Изидора?
Франческо стоял, ссутулившись, будто самая тяжёлая ноша давила на него горой, не позволяя распрямиться. Я знала его очень давно, и знала, как непросто было сломить этого честного, отважного человека. Но тогдашняя жизнь горбила его, превращая в растерянного, не понимавшего такой людской подлости и низости человека, в разочарованного, стареющего Франческо... И вот теперь, глядя на своего доброго старого друга, я поняла, что была права, решив забыть свою личную жизнь, отдавая её за гибель «святого» чудовища, топтавшего жизни других, хороших и чистых людей. Было лишь несказанно горько, что находились низкие и подлые «человеки», радовавшиеся (!!!) приходу Инквизиции. И чужая боль не задевала их чёрствые сердца, скорее наоборот – они сами, без зазрения совести, пользовались лапами Инквизиции, чтобы уничтожать ничем не повинных, добрых людей! Как же далека ещё была наша Земля от того счастливого дня, когда Человек будет чистым и гордым!.. Когда его сердце не поддастся подлости и злу... Когда на Земле будет жить Свет, Искренность и Любовь. Да, прав был Север – Земля была ещё слишком злой, глупой и несовершенной. Но я верила всей душой, что когда-нибудь она станет мудрой и очень доброй... только пройдёт для этого ещё очень много лет. А пока тем, кто её любил, предстояло за неё бороться. Забывая себя, своих родных... И не жалея свою единственную и очень дорогую для каждого земную Жизнь. Забывшись, я даже не заметила, что Франческо очень внимательно наблюдал за мной, будто желал понять, удастся ли ему уговорить меня остаться. Но глубокая грусть в его печальных серых глазах говорила мне – он понял... И крепко обняв его в последний раз, я начала прощаться...