Письмо Зиновьева

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Файл:Grigory Zinoviev 02.jpg
Григорий Зиновьев

Письмо́ Зино́вьева — письмо-фальшивка[1], приписываемое председателю исполкома Коминтерна Григорию Зиновьеву[2].

25 июля 1924 года шотландский коммунист Джон Кэмпбелл, заместитель редактора газеты «Уокерс уикли», опубликовал «Открытое письмо вооружённым силам»[3]. Его арестовали, но применять меры наказания не решились (см. en:Campbell Case). Консервативная оппозиция отправила правительство лейбористов в отставку. Были объявлены досрочные всеобщие выборы.

15 сентября британское Министерство иностранных дел получило из MI5 копию секретного письма, подписанного председателем исполкома Коминтерна Григорием Зиновьевым[3]. Это письмо им доставил рижский резидент[3]. В письме Зиновьев предлагал английским коммунистам активизировать подрывную работу в армии и на флоте, готовить собственные кадры для грядущей гражданской войны[2].

25 октября, за 4 дня до выборов, это письмо было опубликовано в газете «Daily Mail»[3]. Советский поверенный в делах в Великобритании Христиан Раковский получил ноту протеста правительства Великобритании[3]. Григорий Зиновьев заявил, что письмо — фальшивка[3]. В СССР начался поиск автора письма, на заседании Политбюро 18 декабря предложили «лицу, доставившему „письмо Зиновьева“», заявить о себе, причём ему «гарантируется безопасность и безнаказанность»[3]. На письме стояли также подписи представителя английских коммунистов Артура Мак-Мануса и одного из руководителей Коминтерна Отто Куусинена, они тоже заявили о непричастности к публикации[3].

В ноябре делегация британских профсоюзов прибыла в Москву, она опубликовала отчёт, в котором говорилось, что она изучила протоколы заседаний исполкома Коминтерна и не нашла следов антианглийской деятельности. Возможно, на отчёт делегации повлияло то, что перед визитом британцев из архива были изъяты документы о подготовке мировой революции, однако эти документы касались Германии и Болгарии, а не Англии[3].

Считается, что из-за публикации этого письма на выборах консерваторы (лидер — Стэнли Болдуин) одержали победу над лейбористами[2]. В результате этого подписанные 8 августа общий и торговый договоры между СССР и правительством Джеймса Макдональда не были ратифицированы[2].

Автор фальшивки — белоэмигрант Сергей Дружиловский в 1925 году был разоблачён публикациями газеты «Роте фане» и выслан из Германии. В 1926 году он был арестован ГПУ после нелегального перехода латвийско-советской границы и на открытом процессе в Москве Военной коллегией Верховного суда СССР приговорён к расстрелу[4]. Тогда же была издана документальная книга «Антисоветские подлоги: История фальшивок. Факсимиле и комментарии»[5]. Организатором же скандальной провокации выступил британский разведчик и близкий друг Уинстона Черчилля майор Десмонд Мортон[6].

Оригинал письма был обнаружен в 1965 году, результатом чего стала книга-расследование «Письмо Зиновьева», написанная тремя журналистами английской газеты «The Sunday Times». В феврале 1968 года в этой же газете появились публикации, связанные с обнаружением в архивах Гарвардского университета фотокопий рукописи «Зиновьева». Графологический анализ, проделанный экспертом Джоном Конвеем, показал принадлежность «письма» разведчику Сиднею Рейли, который таким образом тоже оказался причастен к фабрикации фальшивки[4].

В конце XX века Робин Кук, министр иностранных дел правительства Тони Блэра, распорядился открыть некоторые архивы; выяснилось, что письмо было передано рижской резидентуре русским эмигрантом из Берлина, который зарабатывал деньги созданием подобных фальшивок [3]. Исследованием вопроса занималась доктор Джилл Беннет[7].





Напишите отзыв о статье "Письмо Зиновьева"

Примечания

  1. Согласно информации Историко-документального департамента МИД России: «в Англии документ признан фальшивкой» [http://www.mid.ru/bdomp/ns-arch.nsf/88ff23e5441b5caa43256b05004bce11/cc31c892323bffd8c325792800398398!OpenDocument]
  2. 1 2 3 4 Барсенков А. С., Вдовин А. И. История России. 1917—2004. — М., 2006. — С. 198.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Млечин Л. М. [http://nvo.ng.ru/history/2008-04-25/6_zinoviev.html Письмо товарища Зиновьева]. // Независимая газета. — 2008-04-25.
  4. 1 2 Ардаматский В. Две дороги. — 1972.
  5. Козлов В. П. Обманутая, но торжествующая Клио. Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке. — М: РОССПЭН, 2001.
  6. Лозунько С. [http://2000.net.ua/2000/svoboda-slova/rakurs/15488 В жанре фарса]. // 2000 : газета. — 3.8.2007.
  7. Костина Т. [http://tanya-kostina.narod.ru/articles/zinoviev_letter.htm Парадоксальная правда подделки]. // Русская мысль. — № 4260. — 1999.

Источники

  • Барсенков А. С. Вдовин А. И. История России. 1917—2004. — М., 2006. — С. 198.
  • Костина Т. [http://tanya-kostina.narod.ru/articles/zinoviev_letter.htm Парадоксальная правда подделки] // Газета «Русская мысль». — Париж, № 4260, 1999.
  • Млечин Л. М. [http://nvo.ng.ru/history/2008-04-25/6_zinoviev.html Письмо товарища Зиновьева] // Независимая газета. 2008-04-25
  • Василий Ардаматский. Две дороги (1972).
  • Антисоветские подлоги: История фальшивок. Факсимиле и комментарии. — М., 1926.
  • Козлов В.П. Обманутая, но торжествующая Клио. Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001.


Отрывок, характеризующий Письмо Зиновьева

– Ой, девоньки мои дорогие, а я и забыла!.. Вы уж простите меня!..– хлопнула в ладошки стыдливо покрасневшая девушка. – Тристанушка, это их благодарить надо!.. Это они привели меня к тебе. Я и раньше приходила, как только нашла тебя, но ты не мог слышать меня... И тяжело это было. А с ними столько счастья пришло!
Тристан вдруг низко-низко поклонился:
– Благодарю вас, славницы... за то, что счастье моё, мою Льдинушку мне вернули. Радости вам и добра, небесные... Я ваш должник на веки вечные... Только скажите.
У него подозрительно блестели глаза, и я поняла, что ещё чуть-чуть – и он заплачет. Поэтому, чтобы не ронять (и так сильно битую когда-то!) его мужскую гордость, я повернулась к Изольде и как можно ласковее сказала:
– Я так понимаю, вы хотите остаться?
Она грустно кивнула.
– Тогда, посмотрите внимательно на вот это... Оно поможет вам здесь находиться. И облегчит надеюсь... – я показала ей свою «особую» зелёную защиту, надеясь что с ней они будут здесь более или менее в безопасности. – И ещё... Вы, наверное, поняли, что и здесь вы можете создавать свой «солнечный мир»? Думаю ему (я показала на Тристана) это очень понравится...
Изольда об этом явно даже не подумала, и теперь просто засияла настоящим счастьем, видимо предвкушая «убийственный» сюрприз...
Вокруг них всё засверкало весёлыми цветами, море заблестело радугами, а мы, поняв, что с ними точно будет всё хорошо, «заскользили» обратно, в свой любимый Ментальный этаж, чтобы обсудить свои возможные будущие путешествия...

Как и всё остальное «интересненькое», мои удивительные прогулки на разные уровни Земли, понемногу становились почти что постоянными, и сравнительно быстро угодили на мою «архивную» полочку «обычных явлений». Иногда я ходила туда одна, огорчая этим свою маленькую подружку. Но Стелла, даже она если чуточку и огорчалась, никогда ничего не показывала и, если чувствовала, что я предпочитаю остаться одна, никогда не навязывала своё присутствие. Это, конечно же, делало меня ещё более виноватой по отношению к ней, и после своих маленьких «личных» приключений я оставалась погулять с ней вместе, что, тем же самым, уже удваивало нагрузку на моё ещё к этому не совсем привыкшее физическое тело, и домой я возвращалась измученная, как до последней капли выжатый, спелый лимон... Но постепенно, по мере того, как наши «прогулки» становились всё длиннее, моё, «истерзанное» физическое тело понемногу к этому привыкало, усталость становилась всё меньше, и время, которое требовалось для восстановления моих физических сил, становилось намного короче. Эти удивительные прогулки очень быстро затмили всё остальное, и моя повседневная жизнь теперь казалась на удивление тусклой и совершенно неинтересной...
Конечно же, всё это время я жила своей нормальной жизнью нормального ребёнка: как обычно – ходила в школу, участвовала во всех там организуемых мероприятиях, ходила с ребятами в кино, в общем – старалась выглядеть как можно более нормальной, чтобы привлекать к своим «необычным» способностям как можно меньше ненужного внимания.
Некоторые занятия в школе я по-настоящему любила, некоторые – не очень, но пока что все предметы давались мне всё ещё достаточно легко и больших усилий для домашних заданий не требовали.
Ещё я очень любила астрономию... которая, к сожалению, у нас пока ещё не преподавалась. Дома у нас имелись всевозможные изумительно иллюстрированные книги по астрономии, которую мой папа тоже обожал, и я могла целыми часами читать о далёких звёздах, загадочных туманностях, незнакомых планетах... Мечтая когда-нибудь хотя бы на один коротенький миг, увидеть все эти удивительные чудеса, как говорится, живьём... Наверное, я тогда уже «нутром» чувствовала, что этот мир намного для меня ближе, чем любая, пусть даже самая красивая, страна на нашей Земле... Но все мои «звёздные» приключения тогда ещё были очень далёкими (я о них пока ещё даже не предполагала!) и поэтому, на данном этапе меня полностью удовлетворяли «гуляния» по разным «этажам» нашей родной планеты, с моей подружкой Стеллой или в одиночку.
Бабушка, к моему большому удовлетворению, меня в этом полностью поддерживала, таким образом, уходя «гулять», мне не нужно было скрываться, что делало мои путешествия ещё более приятными. Дело в том, что, для того, чтобы «гулять» по тем же самым «этажам», моя сущность должна была выйти из тела, и если кто-то в этот момент заходил в комнату, то находил там презабавнейшую картинку... Я сидела с открытыми глазами, вроде бы в полностью нормальном состоянии, но не реагировала ни на какое ко мне обращение, не отвечала на вопросы и выглядела совершенно и полностью «замороженной». Поэтому бабушкина помощь в такие минуты была просто незаменимой. Помню однажды в моём «гуляющем» состоянии меня нашёл мой тогдашний друг, сосед Ромас... Когда я очнулась, то увидела перед собой совершенно ошалевшее от страха лицо и круглые, как две огромные голубые тарелки, глаза... Ромас меня яростно тряс за плечи и звал по имени, пока я не открыла глаза...
– Ты что – умерла что ли?!.. Или это опять какой-то твой новый «эксперимент»? – чуть ли не стуча с перепугу зубами, тихо прошипел мой друг.
Хотя, за все эти годы нашего общения, уж его-то точно трудно было чем-то удивить, но, видимо, открывшаяся ему в этот момент картинка «переплюнула» самые впечатляющие мои ранние «эксперименты»... Именно Ромас и рассказал мне после, как пугающе со стороны выглядело такое моё «присутствие»...
Я, как могла, постаралась его успокоить и кое-как объяснить, что же такое «страшное» со мной здесь происходило. Но как бы я его бедного не успокаивала, я была почти стопроцентно уверенна, что впечатление от увиденного останется в его мозгу ещё очень и очень надолго...
Поэтому, после этого смешного (для меня) «инцидента», я уже всегда старалась, чтобы, по возможности, никто не заставал меня врасплох, и никого не пришлось бы так бессовестно ошарашивать или пугать... Вот потому-то бабушкина помощь так сильно мне и была необходима. Она всегда знала, когда я в очередной раз шла «погулять» и следила, чтобы никто в это время, по возможности, меня не беспокоил. Была и ещё одна причина, по которой я не очень любила, когда меня насильно «вытаскивали» из моих «походов» обратно – во всём моём физическом теле в момент такого «быстрого возвращения» чувствовалось ощущение очень сильного внутреннего удара и это воспринималось весьма и весьма болезненно. Поэтому, такое резкое возвращение сущности обратно в физическое тело было очень для меня неприятно и совершенно нежелательно.