Прага (Варшава)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
исторический район
Прага
польск. Praga-Północ, Praga-Południe
Герб
Файл:Warsaw district Praga coa.png
Информация
Город Варшава
В составе с 1791 года
Координаты Координаты: [//tools.wmflabs.org/geohack/geohack.php?language=ru&pagename=%D0%9F%D1%80%D0%B0%D0%B3%D0%B0_(%D0%92%D0%B0%D1%80%D1%88%D0%B0%D0%B2%D0%B0)&params=52_15_N_21_3_E_type:city_region:PL 52°15′ с. ш. 21°03′ в. д. / 52.250° с. ш. 21.050° в. д. / 52.250; 21.050[//maps.google.com/maps?ll=52.250,21.050&q=52.250,21.050&spn=0.03,0.03&t=h&hl=ru (G)] [http://www.openstreetmap.org/?mlat=52.250&mlon=21.050&zoom=14 (O)] [//yandex.ru/maps/?ll=21.050,52.250&pt=21.050,52.250&spn=0.03,0.03&l=sat,skl (Я)]
Глава Wojciech Zabłocki (Северная Прага) Tomasz Kucharski( Южная Прага)
Площадь 33,8 км²
Население 244 762 чел. (2015)
Карта
Файл:Warszawa Praga.png
[http://www.praga-pn.waw.pl/data/other/dzieje_pragi.pdf История района Прага]

Прага (польск. Praga) — исторический район польской столицы — изначально предместье, ныне часть Варшавы, расположенный на правом берегу Вислы. Статус города предместье получило 10 февраля 1648 года указом короля Владислава IV Вазы. 18 апреля 1791 года город Прага был упразднён, став одним из исторических районов Варшавы. Ныне его территория разделена на дзельницы Прага Северная и Прага Южная.







История

Первое упоминание о Праге датируется 1432 годом. Этимология названия означает «место прежде занятое лесом, который сожгли, чтобы подготовить землю для посева» (ср.: прах). 10 февраля 1648 года король Владислав IV Ваза даровал Праге статус города. Центр города находился в районе современных Пражского парка и зоопарка в Варшаве. От старой ратуши сохранилось только название улицы, на которой некогда стояло здание. Единственный уцелевший памятник того времени — церковь Лоретанской Богоматери.

Город Прага состоял из трёх юридикГоледзинов (основан в 1764 году), Прага (основан в 1648 году) и Скарышев-Камён (основан в 1641 году). По Закону о городах от 18 апреля 1791 года, отменившему деление на юридики, в том же году город Прага был упразднён, а его территория включена в состав города Варшавы.

В 1794 году войска Александра Суворова штурмовали Прагу, тогда пригород Варшавы, и в качестве отмщения за уничтоженный русский гарнизон, оставленный в Варшаве, убили большое количество её жителей. У А.С. Пушкина есть следующие строки об этой резне (в стихотворении "Графу Олизару"): И мы о камни падших стен Младенцев Праги избивали, Когда в кровавый прах топтали Красу Костюшкиных знамен…

За «усердную службу и отличное мужество», проявленную при взятии Праги, 17-летний артиллерийский капитан Ермолов, будущий герой Кавказа, получил свой первый орден — Орден Святого Георгия.

13 февраля 1831 году русская армия под предводительством генерал-фельдмаршала Дибича-Забалканского разбив войска повстанцев в сражении на поле под Гроховом, заняла Прагу и подавила Ноябрьское восстание польских патриотов.

В 1823 году закончено сооружение шоссе Москва — Варшава. В 1862 году открыто движение на всём протяжении Петербурго-Варшавской железной дороги, конечную станцию которой расположили на Праге. В 1858—1864 годах построен Александровский мост через Вислу. В 1873—1875 годах построен железнодорожный мост через Вислу. Дороги правого берега соединены с Варшаво-Венской железной дорогой

В период Второй Речи Посполитой на территории исторического района 5 июля 1928 года было создано графство Варшава-Прага, включавшее в себя всю правобережную Варшаву. Оно было разделено на округа-дзельницы Прага Пулноц, Прага Полудне, Грохув, Голедзинов, Таргувек и Брудно.

Во время Второй мировой войны Прага осталась относительно не разрушенной. Пострадали, главным образом, корпуса промышленных предприятий. 14 сентября 1944 года войска Красной армии заняли Прагу. В 1961 году коммунистические власти уничтожили, чудом уцелевшую во время нацистской оккупации, Пражскую синагогу.

В послевоенные годы в Праге было построено крупнейшее промышленное предприятие в Варшаве — Завод легковых автомобилей. В 1955 году здесь построили Стадион Десятилетия. На территории исторического района находятся Ружицкий рынок и корпус бывшего Водочного завода «Конесер» («Гурман»), в зданиях которого периодически устраивает выставки Музей Варшавской Праги. В Праге в находится кафедра епархии Варшавы-Праги.

Достопримечательности

Утраченные достопримечательности

Галерея

Напишите отзыв о статье "Прага (Варшава)"

Литература

  • Пунин А. Л. Архитектура отечественных мостов. — Л.: Стройиздат. Ленинградское отделение. 1982 г.
  • Сокол К. Г. Русская Варшава. М.: «Синергия». 2002 г.
  • Сокол К. Г. Монументальные памятники Российской империи. Каталог. М.: «Вагриус Плюс». 2006 г.

Ссылки

  • [http://www.pragagada.pl/ Archiwum Historii Mówionej Inaczej. Relacje Prażan]. Сайт Praga Gada. — О варшавских пражанах на сайте Praga Gada.  (польск.)

Отрывок, характеризующий Прага (Варшава)

Караффа страдал... Его временно длившаяся, яркая «молодость», подаренная когда-то странным «гостем» Мэтэоры, стала вдруг очень быстро уходить, заставляя его тело стареть намного быстрее, чем это было бы, не попробуй он в своё время обманчивый «подарок»...
Ещё так недавно подтянутый, стройный и моложавый, кардинал стал превращаться вдруг в ссутулившегося, поникшего старого человека.... Целая «куча» его личных врачей паниковала!.. Они честно ломали свои умные головы, пытаясь понять, какая же такая «страшная» болезнь пожирает их ненаглядное «святейшество»?.. Но ответа на это не было. И Караффа всё так же «ускоренно» на глазах старел... Это бесило его, заставляя делать глупейшие поступки, надеясь остановить убегавшее время, которое с каждым новым днём прозрачными крупинками безжалостно утекало сквозь его стареющие, но всё ещё очень красивые, тонкие пальцы...
Этот человек имел всё... Его сила и власть распространялись на все христианские королевства. Ему подчинялись владыки и короли. Ему целовали руку принцессы... И при всём при том, его единственная земная жизнь приближалась к закату. И мысль о том, что он беспомощен что-либо изменить, приводила его в отчаяние!

Караффа был на редкость сильным и волевым человеком. Но его воля не могла вернуть ему молодые годы... Он был прекрасно образованным и умным. Но его ум не позволял ему продлить, так дико желанную, но уже потихонечку уходящую от него, драгоценную жизнь... И при всём при том, желая и не получая желаемого, Караффа прекрасно понимал – я знала КАК можно было дать ему то, за что он готов был платить самую дорогую на свете цену... Знала, КАК можно было продлить его ускользающую жизнь. И «святого» Папу до сумасшествия бесило то, что он также прекрасно знал – он никогда от меня не добьётся желаемого. Дикая жажда жить пересиливала любые его человеческие чувства, если таковые когда-либо у него и зарождались... Теперь же это был лишь «заболевший» одной-единственной идеей человек, устранявший любые препятствия, попадавшиеся на пути к его великой, но едва ли осуществимой цели... Караффа стал одержимым, который был готов на всё ради исполнения своего самого большого желания – жить очень долго, чего бы это ему ни стоило...
И я боялась... Каждый день ожидая, что его неугомонная злость обрушится вместо меня на моего бедного отца, или ещё хуже – на малышку Анну. Отец всё ещё находился в подвалах Караффы, который держал его там, не выпуская, но и не пытая, будто чего-то ждал. И это было страшнее, чем самая страшная реальность, так как больная фантазия «святого» Папы (по моему печальному опыту!) не имела границ, и было совершенно невозможно предугадать, что нас ожидало дальше...
Анна же пока что была в относительной безопасности, среди покоя и тишины, окружённая знанием, и охраняемая чистыми добрыми людьми... И могла находиться там до тех пор, пока её не востребует к себе непредсказуемый Святейший Папа.
Глубоко уйдя в свои невесёлые думы, я остановилась у открытого настежь окна...
Погода была на редкость приятной – мягкой, солнечной и тёплой. Пахло просыпающейся землёй и жасмином. Начиналась настоящая весна... Во внутреннем дворе замка, оживляя серость его хмурых высоких стен, пушистым ковром стлалась сочная молодая трава, на которой то тут, то там открывали голубые глаза робкие незабудки... По крышам носились «пьяные» от весеннего воздуха воробьи. Мир просыпался, широко раскрывая счастью свои тёплые, ласковые объятия... И только здесь, в заточении у страшного, жестокого человека, неизменно витала смерть... Мне не хотелось верить, что в такой светлый, радостный день в ужасающих Папских подвалах мучились и умирали люди! Жизнь была слишком ценной и прекрасной, чтобы по мановению чей-то «святой» руки можно было так просто её отнимать.
– Что вы здесь делаете, мадонна Изидора? Или вам не по душе ваши покои? – прервал мои грустные размышления неслышно появившийся Караффа. – Я ведь просил вас не покидать ваших комнат. Думаю, они достаточно просторны для одного человека?
Папа был недоволен. Он прекрасно понимал, что мне ничего не стоило сейчас же взять и «уйти», если бы только я этого захотела. И моё «условное» заточение бесило его, не позволяя иметь над моей душой полный контроль.
– Так что же вы ищете, Изидора? – уже более мягким тоном произнёс Караффа.
– Ничего, Ваше святейшество. Просто здесь легче дышится. Воспоминания, знаете ли, не всегда оказываются приятными... Даже самые дорогие...
– Не согласитесь ли со мною отужинать, мадонна? В последнее время мне очень не хватает приятного общества... – неожиданно поменяв тему, светским голосом произнёс Папа.
Я совершенно опешила, не находясь, что ответить!.. Конечно же, каждый лишний момент, проведённый с Караффой, мог принести мне тот долгожданный счастливый случай, который помог бы избавить мир от его ужасающего присутствия. Поэтому, не долго думая, я согласилась.
– Простите мой туалет, Ваше святейшество, но у меня с собой нет слишком большого выбора, – так же светски ответила я.
Караффа лишь улыбнулся.
– Вы прекрасно знаете, Изидора, что для вас это не имеет значения! Даже в платье пастушки вы затмите любую разодетую королеву!
Он протянул мне руку, на которую, опираясь, я проследовала с ним рядом по потрясающей красоты залам и коридорам, пока мы не оказались в, опять же, почти что золотой, сплошь расписанной чудесными фресками комнате, в которой стоял накрытый, ломящийся от тяжёлой золотой посуды, длиннющий стол...
– О, я не предполагала, что вы ждёте гостей, ваше святейшество! – удивлённо воскликнула я. – Мой наряд по-настоящему не подходящий для званного ужина. Это может вызвать ненужные толки. Не лучше ли будет мне удалиться?