Санкт-Петербургская художественно-промышленная академия имени А. Л. Штиглица

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия имени А.Л. Штиглица
(Академия Штиглица)
270px
Оригинальное название

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Международное название

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Прежние названия

Центральное училище технического рисования барона Штиглица, Ленинградское высшее художественно-промышленное училище им. В.И. Мухиной

Девиз

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Год основания

9 (22) января 1876

Год закрытия

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Реорганизован

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Год реорганизации

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Тип

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Целевой капитал

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Президент

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Научный руководитель

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ректор

Василий Николаевич Кичеджи

Директор

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Студенты

1500

Иностранные студенты

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Бакалавриат

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Специалитет

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Магистратура

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Аспирантура

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Докторантура

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Доктора

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Профессора

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Преподаватели

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Цвета

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Расположение

Россия22x20px Россия, Санкт-Петербург

Метро

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Кампус

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Юридический адрес

191028, Санкт-Петербург, Соляной пер., 13

Сайт

[http://stieglitz.academy stieglitz.academy]

Логотип

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Награды

Орден Трудового Красного Знамени

Координаты: [//tools.wmflabs.org/geohack/geohack.php?language=ru&pagename=%D0%A1%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D1%82-%D0%9F%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B1%D1%83%D1%80%D0%B3%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D1%85%D1%83%D0%B4%D0%BE%D0%B6%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%BC%D1%8B%D1%88%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%B0%D0%BA%D0%B0%D0%B4%D0%B5%D0%BC%D0%B8%D1%8F_%D0%B8%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B8_%D0%90._%D0%9B._%D0%A8%D1%82%D0%B8%D0%B3%D0%BB%D0%B8%D1%86%D0%B0&params=59_56_37_N_30_20_27_E_type:landmark_scale:5000 59°56′37″ с. ш. 30°20′27″ в. д. / 59.94361° с. ш. 30.34083° в. д. / 59.94361; 30.34083[//maps.google.com/maps?ll=59.94361,30.34083&q=59.94361,30.34083&spn=0.005,0.005&t=h&hl=ru (G)] [http://www.openstreetmap.org/?mlat=59.94361&mlon=30.34083&zoom=16 (O)] [//yandex.ru/maps/?ll=30.34083,59.94361&pt=30.34083,59.94361&spn=0.005,0.005&l=sat,skl (Я)]К:Учебные заведения, основанные в 1876 году
Герб России Культурное наследие
Российской Федерации, [http://old.kulturnoe-nasledie.ru/monuments.php?id=7810658000 объект № 7810658000]
объект № 7810658000

Федеральное государственное бюджетное учреждение высшего образования "Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия имени А.Л. Штиглица" (Академия Штиглица) — один из авторитетнейших российских вузов, ведущий подготовку специалистов в сфере изобразительного, декоративно-прикладного искусства и дизайна. Основан в 1876 году на средства, пожертвованные бароном Александром Штиглицем.

Главный корпус академии находится в здании, спроектированном первым директором этого учебного заведения — архитектором М. Е. Месмахером.

С 1953 по 1994 год год академия именовалась Ленинградским высшим художественно-промышленным училищем имени В. И. Мухиной, поэтому в СМИ ее часто называют «Мухинским училищем»[1][2] или просто «Муха»[3] .







История

Училище технического рисования

ЦУТР в художественной культуре Латвии

Файл:Liteinaia chast SPb 000000358 1 m.jpg

Центральное училище технического рисования. Почтовая открытка 1910 года

С первых лет создания Центрального училища технического рисования, это учебное заведение стало очень популярным среди молодёжи Латвии, желающей получить образование в области декоративно-прикладного искусства.

В ЦУТР получили образование около 130 этнических латвийских студентов. Некоторые из них впоследствии стали преподавателями этого училища, среди них: Густав Шкилтер — специалист декоративной отделки зданий (1905—1918), Карл Бренцен — преподавал художественную обработку стекла и витраж (1907—1920), Яков Белзен — педагог по рисунку и живописи (1905—1917), Юлий Яункалныньш — по росписи фарфора (1896—1918).

Мастера искусства, получившие образование в Центральном училище технического рисования, впоследствии заложили основу художественной культуры Латвии и стали создателями художественного образования Латвийской Советской Социалистической Республики:

Государственные художественно-промышленные мастерские

  • После октября 1917 года училище несколько раз преобразовывалось. В 1918 году училище было названо Государственными художественно-промышленными мастерскими. С 1918 по 1922 год директором этого учебного заведения был замечательный советский график Н. А. Тырса [5].
  • В 1922 году учебное заведение с музеем (который основал архитектор М. Е. Месмахер в 1895 году ) и библиотекой влилось в Петроградский ВХУТЕИН.
  • В 1924 году Государственные художественно-промышленные мастерские перестали существовать, как самостоятельное учебное заведение.

ЛВХПУ имени В. И. Мухиной

Файл:Art and Industry Academy SPB 01.jpg
Главный корпус Академии, расположенный в Соляном переулке
  • В 1945 году решением правительства училище воссоздаётся как многопрофильное среднее специальное учебное заведение, осуществляющее подготовку художников монументального, декоративно-прикладного, промышленного и реставрационного искусства.
  • В 1948 году оно становится высшим учебным заведением — Высшим художественно-промышленным училищем, при котором сохраняется подразделение, где готовят специалистов со средним специальным образованием (так называемое «отделение мастеров»).
  • В 1953 году постановлением правительства Ленинградскому высшему художественно-промышленному училищу присвоено имя Народного художника СССР, действительного члена Академии художеств СССР, скульптора Веры Игнатьевны Мухиной, внёсшей большой вклад в создание монументального и декоративно-прикладного искусства СССР.

Художественно-промышленная академия

В 1994 году ЛВХПУ им. В. И. Мухиной преобразовано в Санкт-Петербургскую государственную художественно-промышленную академию.

27 декабря 2006 года академии присвоено имя А. Л. Штиглица.[6][7]

В вузе обучается 1500 студентов и работает 220 преподавателей.

Факультеты:

Студенческий спорт

Вуз является участником чемпионатов в рамках розыгрыша Кубка Вузов.

Известные педагоги прошлых лет

В Википедии также есть Категория: Преподаватели ЛВХПУ имени В. И. Мухиной.

Известные выпускники

Файл:Badge.Soviet Art.jpg
Знак выпускника ЛВХПУ

Академию закончили многие художники, внёсшие значительный вклад в искусство и культуру России, Латвии, Армении, Грузии, Украины , Германии, Франции, Израиля и других государств: Выпускники Санкт-Петербургской художественно-промышленной академии

Напишите отзыв о статье "Санкт-Петербургская художественно-промышленная академия имени А. Л. Штиглица"

Примечания

  1. [http://www.addesign.ru/publications/different/muha.htm Училище барона Штиглица]
  2. [http://www.gazeta.spb.ru/10501-0/ Студенты Мухинского училища: Нас лишают материальной помощи] // «Газета. СПб», 12.11.2007
  3. [http://gaude.ru/node/18032/ Выставка в «Мухе»: яшма, колготки и другие минералы] // «Газета Gaudeamus», 05.03.2012
  4. Redkolēģija. Latviešu tēlotāja māksla. 1860—1940. Rīga: Zinātne, 1986. 12 lpp.
  5. [http://artgallery.krasno.ru/IMAGES/Grafics/Tirsa.htm Николай Андреевич Тырса]
  6. [http://www.fontanka.ru/2006/04/27/163453/print.html Художественно — промышленная академия меняет имя — Мухиной на Штиглица] // Фонтанка.ру, 27.04.2006
  7. [http://www.5-tv.ru/news/1771/ Петербургской Художественно-промышленной академия вернули имя барона Александра Щтиглица] // Пятый канал, 27.12.2006.
  8. [http://www.artpetersburg.ru/gallery/art010.htm Борис Казаков — живописец и график]
  9. [http://www.encspb.ru/object/2803923990?lc=ru Энциклопедия Санкт-Петербурга. Лукин, Яков Николаевич]

Ссылки

  • http://ghpa.ru
  • [http://encspb.ru/object/2804028810 Центральное училище технического рисования]
  • [http://perfectumlab.com/galery/panorams/tours/muha/tour.html Интерьер училища. 4 сферических панорамы.]

Отрывок, характеризующий Санкт-Петербургская художественно-промышленная академия имени А. Л. Штиглица

Моё сердце стукнуло и остановилось... Мир рушился... и я не могла ничего с этим поделать, ни что-либо изменить. Но надо было отвечать – и я отвечала...
– Мне нечего вам сказать, святейшество, кроме того, что Вы самый страшный преступник, когда-либо живший на этой Земле.
Папа минуту смотрел на меня, не скрывая своего удивления, а потом кивнул, ждавшему там, старому священнику и удалился, не говоря больше ни слова. Как только он исчез за дверью, я кинулась к старому человеку, и судорожно схватив его за сухие, старческие руки, взмолилась:
– Пожалуйста, прошу вас, святой отец, разрешите мне обнять его на прощание!.. Я не смогу этого сделать уже никогда более... Вы же слышали, что сказал Папа – завтра на рассвете мой отец умрёт... Сжальтесь, прошу вас!.. Никто об этом никогда не узнает, клянусь вам! Умоляю, помогите мне! Господь не забудет вас!..
Старый священник внимательно посмотрел мне в глаза и, ничего не сказав, потянул за рычаг... Цепи со скрежетом опустились, достаточно лишь для того, чтобы мы могли сказать последнее «прощай»...
Я подошла вплотную и, зарывшись лицом в широкую грудь отца, дала волю наконец-то хлынувшим наружу горьким слезам... Даже сейчас, весь в крови, скованный по рукам и ногам ржавым железом, отец излучал чудесное тепло и покой, и рядом с ним я чувствовала себя всё так же уютно и защищённо!.. Он был моим счастливым утерянным миром, который на рассвете должен был уйти от меня навсегда... Мысли проносились одна другой печальнее, принося яркие, дорогие образы нашей «прошедшей» жизни, которая с каждой минутой ускользала всё дальше и дальше, и я не могла её ни спасти, ни остановить...
– Крепись, родная моя. Ты должна быть сильной. Ты должна защитить от него Анну. И должна защитить себя. Я ухожу за вас. Возможно, это даст тебе какое-то время... чтобы уничтожить Караффу. – тихо шептал отец.
Я судорожно цеплялась за него руками, никак не желая отпускать. И снова, как когда-то очень давно, чувствовала себя маленькой девочкой, искавшей утешения на его широкой груди...
– Простите меня, мадонна, но я должен вас отвести в ваши покои, иначе меня могут казнить за непослушание. Вы уж простите меня... – хриплым голосом произнёс старый священник.
Я ещё раз крепко обняла отца, последний раз впитывая его чудесное тепло... И не оборачиваясь, ничего не видя вокруг от застилавших глаза слёз, выскочила из пыточной комнаты. Стены подвала «шатались», и мне приходилось останавливаться, хватаясь за каменные выступы, чтобы не упасть. Ослепшая от невыносимой боли, я потерянно брела, не понимая, где нахожусь и не соображая, куда иду...
Стелла тихо плакала большими горючими слезами, совершенно их не стесняясь. Я посмотрела на Анну – она ласково обнимала Изидору, уйдя очень далеко от нас, видимо снова проживая с ней эти последние, страшные, земные дни... Мне стало вдруг очень одиноко и холодно, будто всё вокруг затянуло хмурая, чёрная, тяжёлая туча... Душа болезненно ныла и была совершенно опустошённой, как иссохший источник, который когда-то был заполнен чистой живой водой... Я обернулась на Старца – он светился!.. От него щедро струилась, обволакивая Изидору, сверкающая, тёплая, золотая волна... А в его печальных серых глазах стояли слёзы. Изидора же, уйдя очень далеко и не обращая ни на кого из нас внимания, тихо продолжала свою потрясающе-грустную историю...
Очутившись в «своей» комнате, я, как подкошенная, упала на кровать. Слёз больше не было. Была только лишь жуткая, голая пустота и слепящее душу отчаяние...
Я не могла, не хотела верить происходящему!.. И хотя ждала этого изо дня в день, теперь же никак не могла ни осознать, ни принять эту страшную, бесчеловечную реальность. Я не желала, чтобы наступало утро... Оно должно было принести только ужас, и у меня уже не оставалось былой «твёрдой уверенности» в том, что смогу всё это перенести не сломавшись, не предав отца и саму себя... Чувство вины за его оборванную жизнь навалилось горой... Боль, наконец, оглушила, разрывая в клочья моё истерзанное сердце...
К своему огромнейшему удивлению (и дикому огорчению!!!) я вскочила от шума за дверью и поняла, что... спала! Как же могло, случится такое?!. Как я вообще могла уснуть??? Но видимо, наше несовершенное человеческое тело, в какие-то самые тяжкие жизненные моменты, не подчиняясь нашим желаниям, защищалось само, чтобы выжить. Вот так и я, не в силах переносить более страдания, просто «ушла» в покой, чтобы спасти свою умирающую душу. А теперь уже было поздно – за мной пришли, чтобы проводить меня на казнь моего отца...
Утро было светлое и ясное. По чистому голубому небу высоко плыли кудрявые белые облака, солнце вставало победно, радостно и ярко. День обещал быть чудесным и солнечным, как сама наступающая весна! И среди всей этой свежей, пробуждавшейся жизни, только моя измученная душа корчилась и стонала, погрузившись в глубокую, холодную, беспросветную тьму...
Посередине залитой солнцем небольшой площади, куда меня привёз крытый экипаж, высился заранее сложенный, «готовый к употреблению», огромный костёр... Внутренне содрогаясь, я смотрела на него, не в состоянии отвести глаза. Мужество покидало меня, заставляя, боятся. Я не желала видеть происходящее. Оно обещало быть ужасным...
Площадь постепенно заполнялась хмурыми, заспанными людьми. Их, только проснувшихся, заставляли смотреть чужую смерть, и это не доставляло им слишком большого удовольствия... Рим давно перестал наслаждаться кострами инквизиции. Если в начале кого-то ещё интересовали чужие муки, то теперь, несколько лет спустя, люди боялись, что завтра на костре мог оказаться любой из них. И коренные римляне, пытаясь избежать неприятностей, покидали свой родной город... Покидали Рим. С начала правления Караффы в городе оставалось всего лишь около половины жителей. В нём, по возможности, не желал оставаться ни один более или менее нормальный человек. И это легко было понять – Караффа не считался ни с кем. Будь то простой человек или принц королевской крови (а иногда даже и кардинал его святейшей церкви!..) – Папу не останавливало ничто. Люди для него не имели ни ценности, ни значения. Они были всего лишь угодны или не угодны его «святому» взору, ну, а остальное уже решалось предельно просто – «не угодный» человек шёл на костёр, а его богатство пополняло казну его любимой, святейшей церкви...
Вдруг я почувствовала мягкое прикосновение – это был отец!.. Стоя, уже привязанным, у кошмарного столба, он ласково прощался со мной...
– Я ухожу, доченька... Будь сильной. Это всего лишь переход – я не почувствую боли. Он просто хочет сломать тебя, не позволяй ему, радость моя!.. Мы скоро встретимся, ты ведь знаешь. Там больше не будет боли. Там будет только свет...
Как бы мне не было больно, я смотрела на него, не опуская глаз. Он снова помогал мне выстоять. Как когда-то давно, когда я была совсем ещё малышкой и мысленно искала его поддержку... Мне хотелось кричать, но душа молчала. Будто в ней не было больше чувств, будто она была мертва.
Палач привычно подошёл к костру, поднося смертоносное пламя. Он делал это так же легко и просто, как если бы зажигал в тот момент у себя в доме уютный очаг...
Сердце дико рванулось и застыло... зная, что именно сейчас отец будет уходить... Не выдержав более, я мысленно закричала ему:
– Отец, подумай!.. Ещё не поздно! Ты ведь можешь уйти «дуновением»! Он никогда не сможет найти тебя!.. Прошу тебя, отец!!!..
Но он лишь грустно покачал головой...
– Если я уйду – он возьмётся за Анну. А она не сможет «уйти». Прощай, доченька... Прощай родная... Помни – я буду всегда с тобой. Мне пора. Прощай, радость моя....
Вокруг отца засверкал яркий сияющий «столб», светившийся чистым, голубоватым светом. Этот чудесный свет объял его физическое тело, как бы прощаясь с ним. Появилась яркая, полупрозрачная, золотистая сущность, которая светло и ласково улыбалась мне... Я поняла – это и был конец. Отец уходил от меня навсегда... Его сущность начала медленно подниматься вверх... И сверкающий канал, вспыхнув голубоватыми искорками, закрылся. Всё было кончено... Моего чудесного, доброго отца, моего лучшего друга, с нами больше не было...
Его «пустое» физическое тело поникло, безвольно повиснув на верёвках... Достойная и Честная Земная Жизнь оборвалась, подчиняясь бессмысленному приказу сумасшедшего человека...
Почувствовав чьё-то знакомое присутствие, я тут же обернулась – рядом стоял Север.
– Мужайся, Изидора. Я пришёл помочь тебе. Знаю, тебе очень тяжко, я обещал твоему отцу, что помогу тебе...
– Поможешь – в чём? – горько спросила я. – Ты поможешь мне уничтожить Караффу?
Север отрицательно мотнул головой.
– А другая помощь мне не нужна. Уходи Север.
И отвернувшись от него, я стала смотреть, как горело то, что всего ещё минуту назад было моим ласковым, мудрым отцом... Я знала, что он ушёл, что он не чувствовал этой бесчеловечной боли... Что сейчас он был от нас далеко, уносясь в неизвестный, чудесный мир, где всё было спокойно и хорошо. Но для меня это всё ещё горело его тело. Это горели те же родные руки, обнимавшие меня ребёнком, успокаивая и защищая от любых печалей и бед... Это горели его глаза, в которые я так любила смотреть, ища одобрения... Это всё ещё был для меня мой родной, добрый отец, которого я так хорошо знала, и так сильно и горячо любила... И именно его тело теперь с жадностью пожирало голодное, злое, бушующее пламя...
Люди начали расходиться. На этот раз казнь для них была непонятной, так как никто не объявил, кем был казнимый человек, и за что он умирал. Никто не потрудился сказать ни слова. Да и сам приговорённый вёл себя довольно странно – обычно люди кричали дикими криками, пока от боли не останавливалось сердце. Этот же молчал даже тогда, когда пламя пожирало его... Ну, а любая толпа, как известно, не любит непонятное. Поэтому многие предпочитали уйти «от греха подальше», но Папские гвардейцы возвращали их, заставляя досматривать казнь до конца. Начиналось недовольное роптание... Люди Караффы подхватили меня под руки и насильно впихнули в другой экипаж, в котором сидел сам «светлейший» Папа... Он был очень злым и раздражённым.
– Я так и знал, что он «уйдёт»! Поехали! Здесь нечего больше делать.
– Помилуйте! Я имею право хотя бы уж видеть это до конца! – возмутилась я.
– Не прикидывайтесь, Изидора! – зло отмахнулся Папа, – Вы прекрасно знаете, что его там нет! А здесь просто догорает кусок мёртвого мяса!.. Поехали!
И тяжёлая карета тронулась с площади, даже не разрешив мне досмотреть, как в одиночестве догорало земное тело безвинно казнённого, чудесного человека... моего отца... Для Караффы он был всего лишь «куском мёртвого мяса», как только что выразился сам «святейший отец»... У меня же от такого сравнения зашевелились волосы. Должен же был, даже для Караффы, существовать какой-то предел! Но, видимо, никакого предела и ни в чём, у этого изверга не было...
Страшный день подходил к концу. Я сидела у распахнутого окна, ничего не чувствуя и не слыша. Мир стал для меня застывшим и безрадостным. Казалось – он существовал отдельно, не пробиваясь в мой уставший мозг и никак не касаясь меня... На подоконнике, играясь, всё также верещали неугомонные «римские» воробьи. Внизу звучали человеческие голоса и обычный дневной шум бурлящего города. Но всё это доходило до меня через какую-то очень плотную «стену», которая почти что не пропускала звуков... Мой привычный внутренний мир опустел и оглох. Он стал совершенно чужим и тёмным... Милого, ласкового отца больше не существовало. Он ушёл следом за Джироламо...
Но у меня всё ещё оставалась Анна. И я знала, что должна жить, чтобы спасти хотя бы её от изощрённого убийцы, звавшего себя «наместником Бога», святейшим Папой... Трудно было даже представить, если Караффа был всего лишь его «наместником», то каким же зверем должен был оказаться этот его любимый Бог?!. Я попыталась выйти из своего «замороженного» состояния, но как оказалось – это было не так-то просто – тело совершенно не слушалось, не желая оживать, а уставшая Душа искала только покоя... Тогда, видя, что ничего путного не получается, я просто решила оставить себя в покое, отпустив всё на самотёк.
Ничего больше не думая, и ничего не решая, я просто «улетела» туда, куда стремилась моя израненная Душа, чтобы спастись... Чтобы хотя бы чуточку отдохнуть и забыться, уйдя далеко от злого «земного» мира туда, где царил только свет...
Я знала, что Караффа не оставит меня надолго в покое, несмотря на то, что мне только что пришлось пережить, даже наоборот – он будет считать, что боль ослабила и обезоружила меня, и возможно именно в этот момент попробует заставить меня сдаться, нанеся какой-то очередной ужасающий удар...