Сан-Доминго

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
О столице Доминиканской республики см. Санто-Доминго.
Сан-Доминго
Saint-Domingue
Французская колония
30px
1659 — 1804


30px
130px Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
270px
Столица Кап-Франсе (до 1770)
Порт-о-Пренс
Язык(и) французский
Денежная единица ливр Сан-Доминго
Площадь 21 550 км²
Население Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Форма правления Монархия
король Франции
 -  См. список королей Франции
История
 -  1659 Официальное поселение
 - 20 сентября 1697 Признание Испанией
 - 1 января 1804 Независимость
К:Появились в 1659 годуК:Исчезли в 1804 году

Сан-Доминго (фр. Saint-Domingue) — бывшая французская колония на острове Гаити, существовавшая с 1659 по 1804 год, перед тем, как стать независимым государством Республика Гаити.

Сан-Доминго — русский вариант испанского имени Санто-Доминго, французы называли колонию Сен-Доменг.[1] До прихода испанцев остров занимали араваки, карибы и таино. Когда Христофор Колумб объявил права Испании на остров (5 декабря 1492 года), он назвал его Эспаньола, что означает «испанский (остров)».

Испания контролировала весь остров Эспаньола (также называемый Санто-Доминго или Сан-Доминго) с 1490-х до XVII века, когда французские пираты стали обосновываться в западной части острова. В 1697 году по Рейсвейкскому мирному договору Испания официально признала французской западную треть острова.

Испания назвала остров Санто-Доминго. Западная часть была заброшена испанскими поселенцами, затем здесь поселились французские буканьеры (изначально на острове Тортуга, затем на Гран-Тер — самом Гаити). Франция назвала западную часть острова Сан-Доминго. В 1804 Сан-Доминго стало независимым государством Гаити.







Основание

Французские буканьеры обосновались на острове Тортуга в 1625 году. Они жили за счёт пиратских нападений на испанские суда, охоты на одичавший скот и продажи шкур. Хотя испанцы несколько раз уничтожали поселения буканьеров, те при первой же возможности возвращались, что было вызвано изобилием природных ресурсов — древесины, одичавшего скота и питьевой воды. Официальное поселение на Тортуге было основано в 1659 году по поручению французского короля Людовика XIV.

Среди буканьеров был известен Бертран д’Ожеро, сыгравший заметную роль в освоении Сан-Доминго. Он поощрял выращивание табака, что привело к вытеснению буканьеров и флибустьеров, не подчинявшихся королевской власти до 1660, земледельцами. Д’Ожеро также привлёк множество поселенцев с Мартиники и Гваделупы, вытесненных из-за нехватки земли, вызванной расширением сахарных плантаций в этих колониях. Но в 1670-м, вскоре после основания Кап-Франсуа (позднее Кап-Франсе, современный Кап-Аитьен), наступил табачный кризис, и значительное число плантаций было заброшено. Выросла слава пиратства; участились грабежи, подобные нападению на Веракрус в 1683 или Кампече в 1686. Вместе с тем стали появляться плантации индиго и сахарного тростника. Первая сахарная мельница была построена в 1685 году.

В 1697 году по Рейсвейкскому мирному договору Испания официально передала Франции западную треть острова.

Возвышение колонии

Окончание колониального правления


Напишите отзыв о статье "Сан-Доминго"

Примечания

  1. Лавров, Ларин, История Латинской Америки, т. 1, стр. 141 - Институт всеобщей истории АН СССР, 1991

Отрывок, характеризующий Сан-Доминго

К Вам привезут мою дочь, береги её. Я не смогу её сберечь...
Его светящаяся фигура стала совершенно прозрачной. И начала исчезать.
– Я ещё вернусь, Изидора. – прошелестел ласковый голос.
– Прощай, Север... – так же тихо ответила я.
– Но, как же так?! – вдруг воскликнула Стелла. – Ты даже не спросила о планете, с которой пришла?!.. Неужели тебе было не интересно?! Как же так?..
Если честно, я тоже еле выдержала, чтобы не спросить Изидору о том же! Её сущность пришла извне, а она даже не поинтересовалась об этом!.. Но в какой-то мере я наверное её понимала, так как это было слишком страшное для неё время, и она смертельно боялась за тех, кого очень сильно любила, и кого всё ещё пыталась спасти. Ну, а Дом – его можно было найти и позже, когда не останется другого выбора, кроме, как только – уйти...
– Нет, милая, я не спросила не потому, что мне не было интересно. А потому, что тогда это было, не столь важно, как-то, что гибли чудесные люди. И гибли они в зверских муках, которые разрешал и поддерживал один человек. И он не имел права существовать на нашей земле. Это было самое важное. А всё остальное можно было оставить на потом.
Стелла покраснела, устыдившись своего всплеска и тихонечко прошептала:
– Ты прости, пожалуйста, Изидора...
А Изидора уже опять «ушла» в своё прошлое, продолжая свой удивительный рассказ...
Как только Север исчез, я тут же попыталась мысленно вызвать своего отца. Но он почему-то не отзывался. Это меня чуточку насторожило, но, не ожидая ничего плохого, я попробовала снова – ответа всё также не было...
Решив пока что не давать волю своему воспалённому воображению и оставив на время отца в покое, я окунулась в сладкие и грустные воспоминания о недавнем визите Анны.
Я до сих пор помнила запах её хрупкого тела, мягкость её густых чёрных волос и необычайную смелость, с которой встречала свою злую судьбу моя чудесная двенадцатилетняя дочь. Я несказанно гордилась ей! Анна была борцом, и я верила, что, что бы ни случилось, она будет бороться до конца, до последнего своего вздоха.
Я пока не знала, удастся ли мне её сберечь, но поклялась себе, что сделаю всё, что будет в моих силах, чтобы спасти её из цепких лап жестокого Папы.
Караффа вернулся через несколько дней, чем-то очень расстроенный и неразговорчивый. Он лишь показал мне рукой, что я должна следовать за ним. Я повиновалась.
Пройдя несколько длинных коридоров, мы очутились в маленьком кабинете, который (как я узнала позже) являлся его частной приёмной, в которую он очень редко приглашал гостей.
Караффа молча указал мне на стул и медленно уселся напротив. Его молчание казалось зловещим и, как я уже знала из собственного печального опыта, никогда не предвещало ничего хорошего. Я же, после встречи с Анной, и неожиданного прихода Севера, непростительно расслабилась, «усыпив» в какой-то мере свою обычную бдительность, и пропустила следующий удар...
– У меня нет времени на любезности, Изидора. Вы будете отвечать на мои вопросы или от этого сильно пострадает кто-то другой. Так что, советую отвечать!
Караффа был злым и раздражённым, и перечить ему в такое время было бы настоящим сумасшествием.
– Я попытаюсь, Ваше святейшество. Что Вы хотите узнать?
– Ваша молодость, Изидора? Как Вы получили её? Вам ведь тридцать восемь лет, а выглядите Вы на двадцать и не меняетесь. Кто Вам дал Вашу молодость? Отвечайте!
Я не могла понять, что так взбесило Караффу?.. За время нашего, уже довольно-таки длительного знакомства, он никогда не кричал и очень редко терял над собой контроль. Теперь же со мной говорил взбешённый, вышедший из себя человек, от которого можно было ожидать чего угодно.
– Отвечайте, мадонна! Или Вас будет ждать другой, весьма неприятный сюрприз.
От такого заявления у меня зашевелились волосы... Я понимала, что пытаться увильнуть от вопроса не удастся. Что-то сильно обозлило Караффу, и он не старался это скрывать. Игру он не принимал, и шутки шутить не собирался. Оставалось только лишь отвечать, слепо надеясь, что он примет полуправду...
– Я потомственная Ведьма, святейшество, и на сегодняшний день – самая сильная из них. Молодость пришла мне по наследству, я не просила её. Так же, как моя мать, моя бабушка, и вся остальная линия Ведьм в моём роду. Вы должны быть одним из нас, Ваше святейшество, чтобы получить это. К тому же, быть самым достойным.
– Чушь, Изидора! Я знал людей, которые сами достигли бессмертия! И они не рождались с ним. Значит, есть пути. И Вы мне их откроете. Уж поверьте мне.
Он был абсолютно прав... Пути были. Но я не собиралась их ему открывать ни за что. Ни за какие пытки.
– Простите меня, Ваше святейшество, но я не могу Вам дать то, что не получала сама. Это невозможно – я не знаю, как. Но Ваш Бог, думаю, подарил бы Вам «вечную жизнь» на нашей грешной земле, если бы считал, что Вы этого достойны, не правда ли?..
Караффа побагровел и прошипел зло, как готовая к атаке ядовитая змея:
– Я думал Вы умнее, Изидора. Что ж, мне не займёт много времени Вас сломать, когда Вы увидите, что я для Вас приготовил...
И резко схватив меня за руку, грубо потащил вниз, в свой ужасающий подвал. Я не успела даже хорошенько испугаться, как мы оказались у той же самой железной двери, за которой, совсем недавно, так зверски погиб мой несчастный замученный муж, мой бедный добрый Джироламо... И вдруг страшная, леденящая душу догадка, полоснула мозг – отец!!! Вот почему он не отвечал на мой неоднократный зов!.. Его, наверняка, схватил и мучил в этом же подвале, стоящий передо мною, дышащий бешенством, изверг, чужой кровью и болью «очищавший» любую цель!..
«Нет, только не это! Пожалуйста, только не это!!!» – звериным криком кричала моя израненная душа. Но я уже знала, что было именно так... «Помогите мне кто-нибудь!!! Кто-нибудь!»... Но никто меня почему-то не слышал... И не помогал...
Тяжёлая дверь открылась... Прямо на меня, полные нечеловеческой боли, смотрели широко распахнутые серые глаза...