Сикст II

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Сикст II
лат. Sixtus II<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Сикст II</td></tr>
24-й папа римский
30 августа 257 — 6 августа 258
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Стефан I
Преемник: Дионисий
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рождение: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Греция
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Рим, Италия
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Сикст II (лат. Sixtus II) (? — 6 августа 258) — епископ Рима с 30 августа 257 по 6 августа 258 года[1]. Был замучен во время преследований христиан времен императора Валериана.

Согласно Liber Pontificalis, Сикст родился в Греции и был философом[2]. Однако современные исследователи оспаривают эту теорию, утверждая, что авторы Liber Pontificalis путают его с другим Сикстом, греческим философом-пифагорейцем.

Перед избранием Сикст жил в Испании. Став папой, он восстановил общение с Карфагенской церковью, которое было прервано его предшественником по вопросу о новацианской ереси .

Файл:PopesixtusII.jpg
Мученичество Святого Сикста II, XIV век

Во время гонений императора Валериана против христиан в 258 году многочисленные епископы, священники и диаконы были казнены. Папа Сикст II стал одной из первых жертв этих гонений: 6 августа он был казнён через отсечение головы. Он принял мученическую смерть вместе с шестью диаконами — Януарием, Винсентом, Магном, Стефаном, Фелициссимом и Агапитом. Лаврентий Римский, его самый известный диякон, принял мученическую смерть 10 августа, через 3 дня после своего епископа, как и пророчествовал Сикст.

На могиле Сикста в катакомбах Каллиста было написано:

В то время, когда меч пронзил чрево Матери, я, похороненный здесь, учил, как пастор, слову Божиему; когда вдруг солдаты бросились и стащили меня с трона. Верующие подставили свои шеи, чтобы их усекли мечом, но пастор... был первым, кто предложил себя и свою собственную голову, не допуская, чтобы языческое безумие навредило им. Христос, дающий воздаяние, принял мученичество пастора, сохранявшего невредимым своё стадо [3]

Почитается как католиками, так и православными.







В живописи

Интересные факты

  • По легенде, и у папы было 6 пальцев на правой руке, и поэтому он получил имя Сикст (что значит «шесть» на латыни). Возможно распространению этого мифа, способствовало мнение, что на картине «Сикстинская Мадонна», папа изображён Рафаэлем с шестью пальцами. На самом деле мнимый второй мизинец является частью внутренней стороны ладони.

Напишите отзыв о статье "Сикст II"

Примечания

  1. Ott, Michael (1912). «Pope St. Sixtus II» in The Catholic Encyclopedia. Vol. 14. New York: Robert Appleton Company.
  2. The Book of Pontiffs (Liber Pontificalis), translated with introduction by Raymond Davies (Liverpool: University Press, 1989), p. 10
  3. J. P. Migne, Patrologia Latina, XIII, 383–4 [http://www.documentacatholicaomnia.eu/01p/0366-0383,_SS_Damasus_I,_Carmina_Vol_1,_MLT.pdf]
  4. Сикстинская Мадонна // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

Ссылки


Отрывок, характеризующий Сикст II

Прошла неделя. Во дворе уже ударили первые морозы. Выходя на улицу, от холодного воздуха пока ещё непривычно захватывало дыхание, а от ярко слепящего зимнего солнышка слезились глаза. Робко припорошив пушистыми хлопьями голые ветви деревьев, выпал первый снег. А по утрам, раскрашивая окна причудливыми узорами, шаловливо гулял, поблёскивая застывшими голубыми лужицами, весёлый Дедушка Мороз. Потихоньку начиналась зима...
Я сидела дома, прислонившись к тёплой печке (дом у нас в то время ещё отапливался печами) и спокойно наслаждалась чтением очередной «новинки», как вдруг почувствовала уже привычное покалывание в груди, в том же месте, где находился фиолетовый кристалл. Я подняла голову – прямо на меня серьёзно смотрели огромные, раскосые фиолетовые глаза... Она спокойно стояла посередине комнаты, такая же удивительно хрупкая и необычная, и протягивала мне в своей крошечной ладошке чудесный красный цветок. Первой моей панической мыслью было – быстрее закрыть дверь, чтобы не дай Бог, никто не вошёл!..
– Не надо, меня всё равно никто кроме тебя не видит, – спокойно сказала девчушка.
Её мысли звучали в моём мозгу очень непривычно, как будто кто-то не совсем правильно переводил чужую речь. Но, тем не менее, я её прекрасно понимала.
– Ты меня искала – зачем? – внимательно глядя мне в глаза, спросила Вэя.
Её взгляд был тоже очень необычным – как будто вместе со взглядом она одновременно передавала образы, которых я никогда не видела, и значения которых пока, к сожалению, ещё не понимала.
– А так? – улыбнувшись, спросила «звёздная» малышка.
У меня в голове что-то «вспыхнуло»... и открылось умопомрачительное видение совершенно чужого, но необыкновенно красивого мира... Видимо того, в котором она когда-то жила. Этот мир был чем-то похож на уже нами виденный (который она себе создавала на «этажах»), и всё же, чем-то чуточку отличался, как если бы там я смотрела на рисованную картину, а сейчас вдруг увидела эту картину наяву...
Над изумрудно-зелёной, очень «сочной» землёй, освещая всё вокруг непривычным голубоватым светом, весело поднималось потрясающе красивое и яркое, фиолетово-голубое солнце... Это наступало чужое, видимо инопланетное, утро... Вся буйно растущая здесь зелень, от падающих на неё солнечных лучей, сверкала золотисто-фиолетовыми бриллиантами «местной» утренней росы, и, счастливо ими умываясь, готовилась к наступающему новому чудесному дню... Всё вокруг благоухало невероятно богатыми красками, слишком яркими для наших, привыкших ко всему «земному», глаз. Вдали, по покрытому золотистой дымкой небу клубились почти «плотные», нежно-розовые кудрявистые облака, похожие на красивые розовые подушки. Неожиданно, с противоположной стороны небо ярко вспыхнуло золотым.... Я обернулась, и от удивления застыла – с другой стороны царственно поднималось невероятно огромное, золотисто-розовое, второе солнце!.. Оно было намного больше первого, и казалось, было больше самой планеты... Но его лучи, в отличие от первого, почему-то светили несравнимо мягче и ласковее, напоминая тёплое «пушистое» объятие... Казалось, это огромное доброе светило, уже устало от каждодневных забот, но всё ещё по привычке отдавало этой невероятно красивой планете своё последнее тепло и, уже «собираясь на покой», с удовольствием уступало место молодому, «кусачему» солнцу, которое ещё только-только начинало своё небесное путешествие и светило яро и весело, не боясь расплескать свой молодой жар, щедро заливая светом всё вокруг.