Учёный

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Учёный — специалист в какой-либо научной области, внёсший реальный вклад в науку.

Обычно учёными называют тех людей, которые применяют научный метод[1]. Учёный может быть экспертом в одной или нескольких областях науки[2]. Понятия «учёный» и «наука» прошли длительное развитие и преобразование, и их понимание в разных культурах может различаться, однако при этом было сформировано мировое научное сообщество, которое сблизило представления о науке и учёных в разных странах. Автором термина «учёный» (англ. scientist) считается английский философ Уильям Уэвелл.

Научная методология, которую используют учёные, в частности, включает в себя обобщение хорошо проверенных фактов, применение абстрактных понятий, генерирование и проверку гипотез, создание теорий как фактов более общего уровня, развитие научного описания, начиная с хорошо изученного, в сторону непознанного.







Признаки научной квалификации

Основной формальный признак признания научной квалификации — публикация материалов исследований в авторитетных научных журналах[3] и доклады на авторитетных научных конференциях (опубликованные доклады приравниваются к научным публикациям[4]), а также, разумеется, издание книг в авторитетных научных издательствах[5].

В России сделана формальная попытка отделить авторитетные научные издания от прочих в виде списка изданий, публикации в которых признаются ВАК. Однако даже среди авторитетных изданий и конференций существует понимаемая не вполне однозначно система приоритетов. Как правило, наибольшим приоритетом пользуются международные издания и конференции, и признание на международном уровне выше национального. Авторитет и признание квалификации учёного связан с его известностью в кругах специалистов. Существуют попытки выстроить рейтинги по числу ссылок на работы данного учёного из работ других учёных.

Принадлежность к профессиональной науке и уровень квалификации учёного могут формально определяться местными и национальными квалификационными комиссиями (совет по защите диссертаций, аттестационная комиссия, ВАК). В СССР и постсоветской России квалификация учёного формально подтверждается учёной степенью (кандидат или доктор наук) и учёным званием (доцент или профессор). Присвоение как степеней, так и званий контролируется ВАК. Учёные степени присваиваются по направлениям наук, например, кандидат физическо-математических наук, кандидат юридических наук и т. п.

Для получения соответствующей учёной степени необходимо написать и защитить в специализированном совете диссертацию. В виде исключения и при больших научных заслугах диссертация может заменяться докладом о проделанной работе. Исключение делается очень редко, например, для генеральных конструкторов. Обязательным условием успешной защиты является публикация и апробация результатов научной работы. Под апробацией обычно понимается выступления на конференциях, так как эта форма позволяет дискуссионно обсудить результаты и соответственно получить открытую критику, при несогласии научного сообщества.

Для получения учёного звания (доцента или профессора) кроме учёной степени требуется вести педагогическую работу, в частности иметь учебно-методические публикации. Существуют и более мелкие формальные признаки признания квалификации, например, разрешение руководить научной работой аспирантов является необходимой ступенькой перехода от кандидата к доктору.

Высшая ступень формального признания со стороны научного сообщества в России — избрание в государственную академию наук.

Одним из знаков высшей степени признания мировым научным сообществом служит Нобелевская премия.

В научном сообществе высоко ценится педагогическая работа. Право читать лекции в престижном учебном заведении также является признанием уровня и квалификации учёного. Высоко также ценится создание научной школы, то есть подготовка нескольких учёных, развивающих идеи учителя.

Возникновение понятия в истории человечества

В древности носителями знаний, которые можно по современным критериям считать научными, были служители религиозных культов, а само знание носило сакральный характер. Например, в Древнем Египте существовала письменность, велись исторические хроники, астрономические наблюдения, разрабатывались зачатки математики и медицины.

В античный период

Разделение науки и религии началось в античной Греции и Римской империи, где знаниями стали интересоваться не только жрецы, но и философы. У Пифагора знания математики ещё имели сакральный характер, но Евклид впервые создал цельную геометрию как светскую науку. В астрономии известными учёными были Птолемей и Эратосфен, в медицине — Гиппократ и Гален, в истории — Геродот, Тацит, Плиний, Иосиф Флавий. Поскольку наука того времени ещё не была отделена от философии, умозрительные рассуждения считались более важными, чем экспериментальная практика. Тем не менее, уже тогда не только в математике, но и в астрономии и физике такие учёные как Птолемей и Архимед применяли сложный математический аппарат для расчёта движения небесных светил и конструирования механизмов.

В период ранних мусульман

В начале IX века халифом ал-Мамуном в Багдаде была основана исламская академия Дом Мудрости. Ал-Мамун симпатизировал учению мутазилитов, и по замыслу халифа Дом Мудрости должен был обеспечить сторонников этого учения богатым фактическим материалом, полезным при ведении теологических споров, в первую очередь трудами по философии. В Багдад изо всех областей халифата были собраны выдающиеся учёные, многие из которых являлись уроженцами Средней Азии и Ирана.

При Доме Мудрости существовала библиотека «Хизанат аль-хикма». Одной из важнейших задач академии был перевод на арабский язык индийских и древнегреческих трудов по астрономии, математике, медицине, алхимии, философии. По инициативе аль-Мамуна в Византию было отправлено специальное посольство с целью получить ценные греческие рукописи.

Сотрудниками Дома Мудрости в разное время были такие выдающиеся учёные, как аль-Хорезми, Ибн Турк, ал-Фаргани, ал-Джаухари, Хаббаш аль-Хасиб, аль-Кинди, братья Бану Муса, ал-Махани, Сабит ибн Корра, Куста ибн Лукка, ан-Насрани, ал-Ахвази, Абу-л-Вафа, ал-Кухи.

В Средние века

Расцвет гуманитарных наук в Средние века связан прежде всего с развитием юриспруденции. Для изучения права в Западной Европе впервые появились университеты и система учёных званий. Хотя средневековая система образования вместе с университетами развивалась католической церковью, наряду с богословским и философским факультетами, где изучали историю философии и христианскую религиозную литературу, в университетах кроме юридических были и медицинские факультеты, вследствие чего специальное образование могли получить не только церковные деятели, но и врачи. Тем не менее, и в этот период учёные, такие как Беда Достопочтенный, Пьер Абеляр, Роджер Бэкон и Николай Коперник, преимущественно были церковными деятелями.

В Новое время

Современная наука, в которой экспериментальная проверка приобрела большую важность по сравнению с умозрительными рассуждениями, появилась в Новое время. Её основателями были Френсис Бэкон, Рене Декарт, Роберт Бойль, Исаак Ньютон и другие учёные XVII в. Хотя они ещё были тесно связаны с университетами и их средневековым церковным наследием, а Ньютон, например, был мистиком, их научное и философское наследие было уже вполне независимым от религиозных верований, а методология оформилась как скептическая и критическая. К концу XVIII в. наука окончательно отделилась от философии, а учёные специализировались, создавая все более сложную систему научных дисциплин и направлений[6].

В XIX—XX веках

После промышленной революции наука из способа удовлетворения любопытства и источника знаний для системы образования постепенно превратилась в один из источников новых технологий и извлечения доходов, связанных с их применением. Хотя и в этот период среди видных учёных было много любителей, например, Грегор Мендель и Генрих Шлиман, большинство их превратилось в профессионалов, то есть людей, для которых занятие наукой стало профессией, способом извлечения дохода для личных и профессиональных нужд, таких как Роберт Кох или Альфред Нобель. В дополнение к домашним и университетским лабораториям появились лаборатории в специализированных научных и промышленных институтах, которые требовали все больше кадров. Если учёные-теоретики, такие как Альберт Эйнштейн, ещё могли работать одни, а Мари Кюри и Эрнест Резерфорд — обходиться немногочисленными помощниками, такие проекты, как создание атомной бомбы или расшифровка генома человека, требовали участия тысяч людей, организации сложной системы их взаимодействия и разветвлённой иерархической структуры.

В России и СССР

Российская наука появилась в XVIII веке (см. Русское Просвещение). В XVIII—XIX вв. среди русских учёных было немало мировых знаменитостей, таких как Михаил Ломоносов и Дмитрий Менделеев. В СССР учёных относили к социальной прослойке интеллигенции. Среди учёных с мировым именем советского периода известны И. П. Павлов, К. Э. Циолковский, П. А. Черенков, Л. Д. Ландау, Н. Н. Боголюбов, В. И. Вернадский, Н. М. Амосов и многие другие.

Классификация

По квалификации

Формальная классификация учёных производится в процессе присвоения учёных степеней и званий. Учёные степени, как и признание полученного высшего образования, классифицируют по отраслям знаний. Можно, например, получить диплом или степень по одной или нескольким биологическим дисциплинам, но нельзя получить степень по всем наукам сразу. Учёная степень не гарантирует присвоение учёного звания, и поэтому квалификация профессора выше, чем квалификация кандидата тех же наук, но нельзя сопоставлять квалификацию профессора в одной области знания с квалификацией кандидата наук в другой области.

Кроме формальных признаков квалификации существуют также неформальные. Например, среди профессоров в одной и той же области знания лучшим экспертом по отдельному научному направлению считается тот, кто является автором публикаций именно по этому направлению, а если оба автора (в одном учёном звании) работают по одному и тому же направлению науки, то лучшим экспертом будет тот, на чьи работы ссылаются больше, следовательно, признают квалификацию другие авторы. Так формируется престиж специалиста в научном сообществе.

Помимо различий в экспертной квалификации существует также условное разделение учёных на теоретиков и экспериментаторов. Теоретики преимущественно создают умозрительную модель для объяснения существующих и предсказания ещё неизвестных фактов. Экспериментаторы тестируют модель, производя необходимые измерения. Впрочем, это условное разделение не всегда справедливо, и учёные нередко сочетают в себе оба качества, лишь отдавая преимущество одному из них.

Учёные и инженеры

Учёные исследуют природу с целью постижения её основных принципов, а инженеры применяют уже известные науке принципы для решения технических проблем[7][8]. Коротко говоря, учёные исследуют, а инженеры — конструируют.

Есть множество примеров, когда значительные успехи в обеих областях были достигнуты одними и теми же людьми. Учёные-экспериментаторы часто выполняют инженерные задачи, конструируя экспериментальные модели и оборудование, а некоторые инженеры выполняют первоклассные научные исследования. В механике, электронике, химии и аэрокосмических исследованиях инженеры нередко оказываются на передовых рубежах науки при работе с новыми феноменами и материалами. Петер Дебай был одновременно выдающимся инженером и имел учёную степень по физике ещё до того, как получил Нобелевскую премию по химии. Поль Дирак, один из основателей квантовой механики, также начинал свою карьеру как инженер, после чего стал математиком и физиком-теоретиком. Клод Шеннон, инженер-теоретик, основал современную математическую теорию информации.

В российских научных учреждениях инженерами часто называют лаборантов и другой вспомогательный персонал.

По занятости

Как правило, современные учёные получают высшее образование в различных учебных заведениях и принадлежат к определённым научным организациям. По разделению эти организаций могут быть государственными или частные. Особенностью государственных учёных является проведение ими фундаментальных исследований, не имеющих очевидной выгоды в краткосрочной перспективе, в то время как прикладными исследованиями, обычно основанных на уже известных научных достижениях, занимаются как государственные, так и частные структуры.

Помимо учёных, аффилированных с государством или бизнесом, существует небольшая группа независимых учёных. Это могут быть как образованные профессионалы, работающие на свой страх и риск, так и учёные-самоучки, не получившие профильной подготовки в учебном заведении. По мере развития науки и усложнения методов исследования способность самоучек проводить научную работу со значимым и признаваемым научным сообществом результатом, уменьшается.

Научное сообщество

Объединяется общей культурой познания, которая постоянно развивается с каждым актом проверки её адекватности для задач исследования (то, что приводит к удачному результату остается, то, что приводит к неудачам исследования — отставляется). Научное сообщество отдельной предметной области объединяется общими, но специфичными данному предмету, принципами методологии, которые могут отличаться от методологии другого предмета.

См. также

Напишите отзыв о статье "Учёный"

Примечания

  1. Исаак Ньютон (1687, 1713, 1726). [4] «Rules for the study of natural philosophy», Philosophiae Naturalis Principia Mathematica, Third edition. The General Scholium containing the 4 rules follows Book 3, The System of the World. Reprinted on pages 794—796 of I.Bernard Cohen and Anne Whitman’s 1999 translation, University of California Press. ISBN 0-520-08817-4.
  2. Oxford English Dictionary, 2nd ed. 1989
  3. Численным показателем авторитетности научного журнала чаще всего является импакт-фактор.
  4. ВАК: [http://vak.ed.gov.ru/ru/help_desk/list/faq/ Ответы на часто задаваемые вопросы]
  5. Таких как издательство Наука в СССР и России или Springer Science+Business Media, издательство Гарвардского университета и т.д. Среди учёных принято завершать достаточно длительную работу по исследованию определенной темы публикацией монографии по этой теме, которая обычно содержит детальное описание методики исследования, изложение результатов проведённой работы, а также их интерпретацию.
  6. Тем не менее, даже естественные науки на Западе еще до начала XX века называли натуральной философией, а учёная степень, которая соответствует степени кандидата наук, присвоенной в лучших российских университетах, и сейчас называется Philosophy Doctor (в буквальном переводе — доктор философии).
  7. National Society of Professional Engineers. [http://www.nspe.org/media/mr1-faqs.asp Frequently Asked Questions About Engineering] (2006). Проверено 21 сентября 2006. [http://www.webcitation.org/61A3fndxa Архивировано из первоисточника 24 августа 2011]. Наука есть знание, базирующееся на наблюдаемых фактах и проверяемых истинах, обобщенных в виде упорядоченных систем, которое может быть передано и подтверждено другими людьми. Инженерия — это креативное приложение научных принципов к планированию, созданию, управлению, эксплуатации, руководству или работе систем, которые должны улучшать нашу повседневную жизнь
  8. Bureau of Labor Statistics, U.S. Department of Labor. [http://www.bls.gov/oco/ocos027.htm Engineers]. Occupational Outlook Handbook, 2006-07 Edition (2006). Проверено 21 сентября 2006. [http://www.webcitation.org/61A3gF7ev Архивировано из первоисточника 24 августа 2011].

Ссылки

  • [http://www.aphorism.ru/585.shtml Афоризмы, мысли, фразы на слово «учёный»]
  • [http://lenta.ru/columns/2010/12/30/santa/ Закон Санта-Клауса]

Отрывок, характеризующий Учёный

Кто-то меня тормошил, пробуя «вернуть» в нормальное состояние, так как я видимо опять слишком глубоко «вошла» в тот другой, далёкий для остальных мир и напугала какого-то доброго человека своим «заморожено-ненормальным» спокойствием.
Вечер был таким же чудесным и тёплым, и вокруг всё оставалось точно так же, как было всего лишь какой-то час назад... только мне уже не хотелось больше гулять.
Чьи-то хрупкие, хорошие жизни только что так легко оборвавшись, белым облачком улетели в другой мир, и мне стало вдруг очень печально, как будто вместе с ними улетела капелька моей одинокой души... Очень хотелось верить, что милая девочка Катя обретёт хоть какое-то счастье в ожидании своего возвращения «домой»... И было искренне жаль всех тех, кто не имел приходящих «тётей», чтобы хоть чуточку облегчить свой страх, и кто в ужасе метался уходя в тот дугой, незнакомый и пугающий мир, даже не представляя, что их там ждёт, и не веря, что это всё ещё продолжается их «драгоценная и единственная» ЖИЗНЬ...

Незаметно летели дни. Проходили недели. Понемногу я стала привыкать к своим необычным каждодневным визитёрам... Ведь все, даже самые неординарные события, которые мы воспринимаем в начале чуть ли не как чудо, становятся обычным явлениям, если они повторяются регулярно. Вот так и мои чудесные «гости», которые в начале меня так сильно изумляли, стали для меня уже почти что обычным явлением, в которое я честно вкладывала часть своего сердца и готова была отдать намного больше, если только это могло бы кому-то помочь. Но невозможно было вобрать в себя всю ту нескончаемую людскую боль, не захлебнувшись ею и не разрушив при этом себя саму. Поэтому я стала намного осторожнее и старалась помогать уже не открывая при этом все «шлюзы» своих бушующих эмоций, а пыталась оставаться как можно более спокойной и, к своему величайшему удивлению, очень скоро заметила, что именно таким образом я могу намного больше и эффективнее помочь, совершенно при этом не уставая и тратя на всё это намного меньше своих жизненных сил.
Казалось бы, моё сердце давно должно было бы «замкнуться», окунувшись в такой «водопад» человеческой грусти и тоски, но видимо радость за наконец-то обретённый столь желанный покой тех, кому удавалось помочь, намного превышала любую грусть, и мне хотелось делать это без конца, насколько тогда хватало моих, к сожалению, всего лишь ещё детских, сил.
Так я продолжала непрерывно с кем-то беседовать, кого-то где-то искать, кому-то что-то доказывать, кого-то в чём-то убеждать, а если удавалось, кого-то даже и успокаивать…
Все «случаи» были чем-то друг на друга похожи, и все они состояли из одинаковых желаний «исправить» что-то, что в «прошедшей» жизни не успели прожить или сделать правильно. Но иногда случалось и что-то не совсем обычное и яркое, что накрепко отпечатывалось в моей памяти, заставляя снова и снова к этому возвращаться…
В момент «ихнего» появления я спокойно сидела у окна и рисовала розы для моего школьного домашнего задания. Как вдруг очень чётко услышала тоненький, но очень настойчивый детский голосок, который почему-то шёпотом произнёс:
– Мама, мамочка, ну, пожалуйста! Мы только попробуем… Я тебе обещаю… Давай попробуем?..
Воздух посередине комнаты уплотнился, и появились две, очень похожие друг на друга, сущности, как потом выяснилось – мама и её маленькая дочь. Я ждала молча, удивлённо за ними наблюдая, так как до сих пор ко мне всегда приходили исключительно по одному. Поэтому, вначале я подумала, что одна из них вероятнее всего должна быть такая же, как я – живая. Но никак не могла определить – которая, так как, по моему восприятию, живых среди этих двух не было...
Женщина всё молчала, и девочка, видимо не выдержав дольше, чуть-чуть до неё дотронувшись, тихонько прошептала:
– Мама!..
Но никакой реакции не последовало. Мать казалась абсолютно ко всему безразличной, и лишь рядом звучавший тоненький детский голосок иногда способен был вырвать её на какое-то время из этого жуткого оцепенения и зажечь маленькую искорку в, казалось, навсегда погасших зелёных глазах...
Девочка же наоборот – была весёлой и очень подвижной и, казалось, чувствовала себя совершенно счастливой в том мире, в котором она в данный момент обитала.
Я никак не могла понять, что же здесь не так и старалась держаться как можно спокойнее, чтобы не спугнуть своих странных гостей.
– Мама, мама, ну говори же!!! – видно опять не выдержала девчушка.
На вид ей было не больше пяти-шести лет, но главенствующей в этой странной компании, видимо, была именно она. Женщина же всё время молчала.
Я решила попробовать «растопить лёд» и как можно ласковее спросила:
– Скажите, могу ли я вам чем-то помочь?
Женщина грустно на меня посмотрела и наконец-то проговорила:
– Разве мне можно помочь? Я убила свою дочь!..
У меня мурашки поползли по коже от такого признания. Но девочку это, видимо, абсолютно не смутило и она спокойно произнесла:
– Это неправда, мама.
– А как же было на самом деле? – осторожно спросила я.
– На нас наехала страшно большая машина, а мама была за рулём. Она думает, что это её вина, что она не могла меня спасти. – Тоном маленького профессора терпеливо объяснила девочка. – И вот теперь мама не хочет жить даже здесь, а я не могу ей доказать, как сильно она мне нужна.
– И что бы ты хотела, чтобы сделала я? – спросила я её.
– Пожалуйста, не могла бы ты попросить моего папу, чтобы он перестал маму во всём обвинять? – вдруг очень грустно спросила девочка. – Я очень здесь с ней счастлива, а когда мы ходим посмотреть на папу, она потом надолго становится такой, как сейчас…
И тут я поняла, что отец видимо очень любил эту малышку и, не имея другой возможности излить куда-то свою боль, во всём случившимся обвинял её мать.
– Хотите ли вы этого также? – мягко спросила у женщины я.
Она лишь грустно кивнула и опять намертво замкнулась в своём скорбном мире, не пуская туда никого, включая и так беспокоившуюся за неё маленькую дочь.
– Папа хороший, он просто не знает, что мы ещё живём. – Тихо сказала девочка. – Пожалуйста, ты скажи ему…
Наверное, нет ничего страшнее на свете, чем чувствовать на себе такую вину, какую чувствовала она... Её звали Кристина. При жизни она была жизнерадостной и очень счастливой женщиной, которой, во время её гибели, было всего лишь двадцать шесть лет. Муж её обожал…
Её маленькую дочурку звали Вэста, и она была первым в этой счастливой семье ребёнком, которого обожали все, а отец просто не чаял в ней души…
Самого же главу семьи звали Артур, и он был таким же весёлым, жизнерадостным человеком, каким до смерти была его жена. И вот теперь никто и ничто не могло ему помочь найти хоть какой-то покой в его истерзанной болью душе. И он растил в себе ненависть к любимому человеку, своей жене, пытаясь этим оградить своё сердце от полного крушения.
– Пожалуйста, если ты пойдёшь к папе, не пугайся его… Он иногда бывает странным, но это когда он «не настоящий». – Прошептала девочка. И чувствовалось, что ей неприятно было об этом говорить.
Я не хотела спрашивать и этим ещё больше её огорчать, поэтому решила, что разберусь сама.
Я спросила у Вэсты, кто из них хочет мне показать, где они жили до своей гибели, и живёт ли там всё ещё её отец? Место, которое они назвали, меня чуть огорчило, так как это было довольно-таки далеко от моего дома, и чтобы добраться туда, требовалось немало времени. Поэтому так сразу я не могла ничего придумать и спросила моих новых знакомых, смогут ли они появиться вновь хотя бы через несколько дней? И получив утвердительный ответ, «железно» им пообещала, что обязательно встречусь за это время с их мужем и отцом.
Вэста лукаво на меня глянула и сказала:
– Если папа не захочет тебя сразу выслушать, ты скажи ему, что его «лисёнок» очень по нему скучает. Так папа называл меня только, когда мы были с ним одни, и кроме него этого не знает больше никто...
Её лукавое личико вдруг стало очень печальным, видимо вспомнив что-то очень ей дорогое, и она вправду стала чем-то похожа на маленького лисёнка…
– Хорошо, если он мне не поверит – я ему это скажу. – Пообещала я.
Фигуры, мягко мерцая, исчезли. А я всё сидела на своём стуле, напряжённо пытаясь сообразить, как же мне выиграть у моих домашних хотя бы два-три свободных часа, чтобы иметь возможность сдержать данное слово и посетить разочарованного жизнью отца...
В то время «два-три часа» вне дома было для меня довольно-таки длинным промежутком времени, за который мне стопроцентно пришлось бы отчитываться перед бабушкой или мамой. А, так как врать у меня никогда не получалось, то надо было срочно придумать какой-то реальный повод для ухода из дома на такое длительное время.
Подвести моих новых гостей я никоим образом не могла...
На следующий день была пятница, и моя бабушка, как обычно собиралась на рынок, что она делала почти каждую неделю, хотя, если честно, большой надобности в этом не было, так как очень многие фрукты и овощи росли в нашем саду, а остальными продуктами обычно были битком набиты все ближайшие продовольственные магазины. Поэтому, такой еженедельный «поход» на рынок наверняка был просто-напросто символичным – бабушка иногда любила просто «проветриться», встречаясь со своими друзьями и знакомыми, а также принести всем нам с рынка что-то «особенно вкусненькое» на выходные дни.
Я долго крутилась вокруг неё, ничего не в силах придумать, как бабушка вдруг спокойно спросила:
– Ну и что тебе не сидится, или приспичило что?..
– Мне уйти надо! – обрадовавшись неожиданной помощи, выпалила я. – Надолго.
– Для других или для себя? – прищурившись спросила бабушка.
– Для других, и мне очень надо, я слово дала!
Бабушка, как всегда, изучающе на меня посмотрела (мало кто любил этот её взгляд – казалось, что она заглядывает прямо тебе в душу) и наконец сказала:
– К обеду чтобы была дома, не позже. Этого достаточно?
Я только кивнула, чуть не подпрыгивая от радости. Не думала, что всё обойдётся так легко. Бабушка часто меня по-настоящему удивляла – казалось, она всегда знала, когда дело было серьёзно, а когда был просто каприз, и обычно, по-возможности, всегда мне помогала. Я была очень ей благодарна за её веру в меня и мои странноватые поступки. Иногда я даже была почти что уверена, что она точно знала, что я делала и куда шла… Хотя, может и вправду знала, только я никогда её об этом не спрашивала?..
Мы вышли из дома вместе, как будто я тоже собиралась идти с ней на рынок, а за первым же поворотом дружно расстались, и каждая уже пошла своей дорогой и по своим делам…
Дом, в котором всё ещё жил отец маленькой Вэсты был в первом у нас строящемся «новом районе» (так называли первые многоэтажки) и находился от нас примерно в сорока минутах быстрой ходьбы. Ходить я очень любила всегда, и это не доставляло мне никаких неудобств. Только я очень не любила сам этот новый район, потому что дома в нём строились, как спичечные коробки – все одинаковые и безликие. И так как место это только-только ещё начинало застраиваться, то в нём не было ни одного дерева или любой какой-нибудь «зелени», и оно было похожим на каменно-асфальтовый макет какого-то уродливого, ненастоящего городка. Всё было холодным и бездушным, и чувствовала я себя там всегда очень плохо – казалось, там мне просто не было чем дышать...
И ещё, найти номера домов, даже при самом большом желании, там было почти что невозможно. Как, например, в тот момент я стояла между домами № 2 и № 26, и никак не могла понять, как же такое может быть?!. И гадала, где же мой «пропавший» дом № 12?.. В этом не было никакой логики, и я никак не могла понять, как люди в таком хаосе могут жить?
Наконец-то с чужой помощью мне удалось каким-то образом найти нужный дом, и я уже стояла у закрытой двери, гадая, как же встретит меня этот совершенно мне незнакомый человек?..
Я встречала таким же образом много чужих, неизвестных мне людей, и это всегда вначале требовало большого нервного напряжения. Я никогда не чувствовала себя комфортно, врываясь в чью то частную жизнь, поэтому, каждый такой «поход» всегда казался мне чуточку сумасшедшим. И ещё я прекрасно понимала, как дико это должно было звучать для тех, кто буквально только что потерял родного им человека, а какая-то маленькая девочка вдруг вторгалась в их жизнь, и заявляла, что может помочь им поговорить с умершей женой, сестрой, сыном, матерью, отцом… Согласитесь – это должно было звучать для них абсолютно и полностью ненормально! И, если честно, я до сих пор не могу понять, почему эти люди слушали меня вообще?!.
Так и сейчас я стояла у незнакомой двери, не решаясь позвонить и не представляя, что меня за ней ждёт. Но тут же вспомнив Кристину и Вэсту и мысленно обругав себя за свою трусость, я усилием воли заставила себя поднять чуть дрожавшую руку и нажать кнопку звонка…
За дверью очень долго никто не отвечал. Я уже собралась было уйти, как дверь внезапно рывком распахнулась, и на пороге появился, видимо бывший когда-то красивым, молодой мужчина. Сейчас, к сожалению, впечатление от него было скорее неприятное, потому, что он был попросту очень сильно пьян…
Мне стало страшно, и первая мысль была побыстрее оттуда уйти. Но рядом со мной, я чувствовала бушующие эмоции двух очень взволнованных существ, которые готовы были пожертвовать бог знает чем, только бы этот пьяный и несчастный, но такой родной и единственный им человек наконец-то хоть на минуту их услышал….
– Ну, чего тебе?! – довольно агрессивно начал он.
Он был по-настоящему очень сильно пьян и всё время качался из стороны в сторону, не имея сил крепко держаться на ногах. И тут только до меня дошло, что значили слова Вэсты, что папа бывает «не настоящим»!.. Видимо девчушка видела его в таком же состоянии, и это никак не напоминало ей того, её папу, которого она знала и любила всю свою коротенькую жизнь. Вот поэтому-то, она и называла его «не настоящим»…
– Пожалуйста, не бойся его. – Прозвучал в моей голове её голосок, как будто она почувствовала, о чём я в тот момент думаю. Это заставило меня собраться и заговорить.
– Я хотела бы с вами поговорить, – успокаивающе сказала я. – Можно мне войти?
– Зачем? – почти зло спросил мужчина.
– Только пожалуйста, не волнуйтесь… У меня к вам поручение… Я вам принесла вести от вашей дочери… Она здесь, со мной, если хотите с ней поговорить.
Я боялась подумать, какую реакцию у этого, вдребезги пьяного, человека вызовут мои слова. И как оказалось – не очень-то ошиблась…
Он взревел, как раненый зверь, и я испугалась, что вот сейчас сбегутся все соседи и мне придётся уйти, так ничего и не добившись…
– Не сметь!!!! – бушевал, разъярённый моими словами, отец. – Ты откуда такая взялась? Убирайся!..
Я не знала, что ему сказать, как объяснить? Да и стоило ли?.. Ведь всё равно он почти ничего в данный момент не понимал. Но тоненький голосок опять прошептал:
– Не бойся, пожалуйста… Скажи ему, что я здесь. Я много раз его таким видела…
– Простите меня, Артур. Ведь так вас зовут? Хотите вы верить или нет, но со мною и правда сейчас здесь находится ваша дочь и она видит всё, что вы говорите или делаете.
Он на секунду уставился на меня почти что осмысленным взором, и я уже успела обрадоваться, что всё обойдётся, как вдруг сильные руки подняли меня с земли и поставили по другую сторону порога, быстро захлопнув прямо у меня перед носом злосчастную дверь...
К своему стыду, я совершенно растерялась… Конечно же, за всё это время, что я общалась с умершими, было всякое. Некоторые люди злились уже только за то, что какая-то незнакомая девчонка вдруг посмела потревожить их покой… Некоторые просто вначале не верили в реальность того, о чём я пыталась им рассказать… А некоторые не хотели говорить вообще, так как я была им чужой. Всякое было.... Но чтобы вот так просто выставили за дверь – такого не было никогда. И я опять же, как иногда это со мной бывало, почувствовала себя маленькой и беспомощной девочкой, и очень захотела, чтобы какой-то умный взрослый человек вдруг дал бы мне хороший совет, от которого сразу решились бы все проблемы и всё стало бы на свои места.