Франкония

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Файл:Frankenrechen.svg
Герб Франконии
Файл:Franken 2.svg
Франкония на карте Баварии
Файл:Franconia details.png
Карта Франконии (голубой цвет) и территорий сопредельных земель, где распространён восточнофранкский диалект (жёлтый и оранжевый цвет)

Франкония (нем. Franken) — историческая область на юго-востоке Германии, на территории которой сейчас находятся три административных округа федеральной земли Бавария, а именно Нижняя Франкония (Unterfranken), Средняя Франкония (Mittelfranken) и Верхняя Франкония (Oberfranken). Столица Верхней Франконии — Байройт, Средней Франконии — Ансбах, Нижней Франконии — Вюрцбург. Крупнейший город Франконии — Нюрнберг, находящийся в Средней Франконии; другие крупные города — Бамберг, Кобург, Фюрт, Эрланген.

Во Франконии распространён восточно-франкский диалект (диалектная группа), заметно отличающийся от баварского. Хотя современная Франкония входит в состав Баварии, франконцы сохраняют собственное региональное самосознание и часто не относят себя к баварцам.

Файл:Кадольцбург Panorama 1.jpg
Франкония летом (вид от Кадольцбурга)






История

Франкония означает страну франков; в современном немецком языке «Franken» означает как древних франков, так и современных жителей Франконии.

Следы самых ранних поселений человека во Франконии относятся ко времени конца каменного века.

Во множестве мест находят следы деятельности людей в эпоху бронзы, о чём говорят находки характерных захоронений в урнах. Позже люди стали выбирать для проживания плоские вершины гор, следы которых сохранились на горах Штафельберг, Валберла и Хоубирг около Хаппурга. Затем сюда в конце бронзового века пришли кельты, превратившие эти вершины в сильно укреплённые поселения. Люди того времени жили в деревянных постройках, расположенных не только внутри укреплённой зоны, но и в окрестных деревнях.

В 15 году эту местность завоевали римляне, оставившие следы своего пребывания около Вайсенбурга и Гунценхаузена.

Для защиты от воинственных германских племён римляне в 81 году при императоре Домициане построили длинную защитную стену Лимес, обозначившую северную границу римской провинции Реция. К числу достопримечательностей того времени относятся находки при раскопках крупной римской крепости Бирикана в Вайсенбурге с банями, Саблонетум около Эллингена и Ициниакум около Тайленхофена.

Цезарь считал, что такая страна, как Германия, покрытая густыми лесами, не может быть колонизирована, и потому её нужно просто игнорировать.[1]

В лесной местности невозможно было применить традиционную тактику римских легионов. И поэтому в 9 году Публий Квинтилий Вар (Publius Quintilius Varus) потерпел поражение в Тевтобургском Лесу (Teutoburger Wald) от херуска Арминия (Arminius).

Проживавшие к северу от стены германские племена тюрингов, алеманнов, гермундуров и маркоманов смешивались с кельтами, одновременно увеличивая своё давление на Рим.

В 250 году алеманны (германские племена, проживавшие на Верхнем Рейне) и франки, обитавшие на Нижнем Рейне, стали серьёзной угрозой для Империи.

Хотя Риму удалось отбросить маркоманов, но алеманны всё же смогли в 260 году преодолеть укрепления(«лимис») и вторгнуться на территорию Империи, дойдя до современной Швейцарии.

Одновременно росло влияние германцев, проживающих в имперских границах, которые воспринимали римскую культуру и сами влияли на ситуацию и нравы в государстве.

Файл:Franken in Winter.jpg
Зима во Франконии, вид с одного из холмов Бамберга

Франкское государство

В результате длительной борьбы в среде германцев франкам, представлявшим собой смесь малых племён (сигамбры, хамавы и др.), проживавших в бассейнах Рейна и Везера, удалось стать сильнейшим племенным объединением в северо-западной Европе. Их возглавляли вожди из древнего рода Меровингов.

Конунг Хлодвиг в 496 году перешёл в христианство и получил тем самым поддержку в лице церкви. Это помогло ему завоевать Галлию и Восточную Франконию и создать тем самым Франкское государство.

При короле Теодеберте I (Theudebert I, (534—548) государство франков расширилось до среднего течения Дуная и достигло пика своего могущества.

В 561 году это государство распалось на три части: Австразию, Нейстрию и Бургундию. В своё время Франкония входила в состав восточно-франкского королевства Австразии.

При Хлотаре II (613—629) государство вновь объединилось.

В 623 году купец Само из франков создаёт в Богемии славянское государство.

В 687 году Пипин Геристальский, майордом из Австразии, вновь восстанавливает единство государства.

В 716 году умирает, не оставив потомства, последний франко-тюрингский герцог Хедан, имевший резиденцию в Вюрцбурге. Среди франкской знати не нашлось никого, кто бы мог претендовать на это место. После этих событий Франкония как самостоятельное государство никогда не восстанавливалась.

Герцогство Франкония

Файл:Holy Roman Empire 1000 map-ru.svg
Франкония на карте Священной Римской империи (1000)

В IX веке Франкское государство разделяется на западную и восточную часть, каждая из которых кладет начало, соответственно Франции и Германии. В «Восточной Франции» термин Франкония закрепляется за одним из герцогств между Саксонией, Лотарингией, Швабией и Тюрингией. Карл Мартелл поощрял заселение франками земель среднего и нижнего течения Майна, которые впоследствии стали герцогством. Важнейшими городами Франконии считались: Франкфурт, Вормс, Вюрцбург, Майнц, Шпайер. В 911 году, после пресечения прямой ветви немецких Каролингов, королём Германии во Фрицларе был избран франконский герцог Конрад.

На смене тысячелетий наметился своеобразный вакуум власти, который, впрочем, ничем не угрожал императору. Последний в виде подчиненных ему епископатов Вюрцбурга, Айхштета (основано в 745 году) и Бамберга (основано в 1007 году) имел гарантированную поддержку, сохранявшуюся даже в трудное для императорской власти время Инвеституры. Также и имперские города Нюрнберг, Ротенбург, Швайнфурт, Вайсенбург и Виндсхайм, равно как и непосредственно подчинённое императору рыцарство принципиально были ему лояльны.

Однако уже в XIII веке здесь начал укрепляться род швабских Цоллернов, которые начали своё возвышение сначала в роли бургграфов Нюрнберга. Они посредством хорошо развитых брачных комбинаций укрепились и закрепили своё влияние во многих местностях, главным образом в Кульмбахе, Байройте и Ансбахе. После того, как им удалось закрепиться в 1415 году в Бранденбургской марке, их франконские территории также приобрели титул маркграфской собственности. Правда, не всегда их притязания получали удовлетворение. Так жители Нюрнберга изгнали Цоллернов из города, которым пришлось обосноваться поблизости в Кадольцбурге, а их городской замок был разрушен. Маркграф Альбрехт Ахиллес попытался использовать сложившуюся тогда политическую ситуацию и основать под своей властью самостоятельное франконское государство. Последовали две маркграфские войны, в которых победил Нюрнберг и союзное с ним епископство Вюрцбурга.

Ко времени окончания средневековья политическая карта Франконии представляла собой чересполосицу, образованную владениями маркграфов Байройта и Ансбаха вперемежку с владениями епископств и Немецкого Ордена, имевшего резиденцию в Бад Мергентхайме. Из свободных имперских городов за пределами своих владений ощутимой властью обладал лишь Нюрнберг.

Мелкопоместное рыцарство к началу XVI века объединилось в своеобразные рыцарские союзы «Риттеркантоны», помогавшие им объединёнными силами защищать свои интересы.

Возникновение лютеранства преломилось в крестьянских массах, находящихся в тяжёлой крепостной зависимости от своих хозяев, в надежду улучшить своё положение путём бунта (см.Крестьянская война в Германии). Наиболее интенсивно эти настроения выражались в 1524 и 1525 годах во владениях епископов и монастырей.

В то же самое время ситуация во владениях тех маркграфов, которые быстро переориентировались и приобщились к лютеранству, была существенно более спокойной. Примером мирного перехода к новой вере служили свободные города и, в первую очередь, Нюрнберг, все слои населения которого охотно перешли в лютеранство, однако в церквах были сохранены элементы католической обстановки и дело не дошло до уничтожения предметов, относящихся к католическому ритуалу. Например, на многих домах сохранились фигуры Девы Марии, что совершенно несвойственно большинству городов Германии, принявших лютеранство.

Тем не менее, вся территория Франконии в течение 30 лет была подвержена разорению. Появились полностью обезлюдевшие территории. С другой стороны, в областях, население которых перешло в новую веру, населённость даже возросла за счёт беженцев, например, из земель, находящихся под властью Габсбургов.

По мере того, как хозяйственная жизнь стала налаживаться, в период Контрреформации стали в пропагандистских целях строиться невероятно роскошные католические храмы, поражавшие своим внешним видом и богатством интерьера.

Закат

В 1791 году последний маркграф Франконии Карл Александр продал свои владения у Ансбаха, Кульмбаха и Байройта Пруссии. А вскоре Наполеон, завоевавший центральную Европу и установивший в ней новый порядок, провёл секуляризацию церковных владений и передал их во владение крупных территориальных образований королевства Бавария, созданного 1 января 1806 года в качестве компенсации за отчуждённые земли по левому берегу Рейна. Таким образом, Франкония прекратила своё существование как политическое образование.

Напишите отзыв о статье "Франкония"

Примечания

  1. Martin Kitchen . The Cambridge Illustrated History of Germany:-Cambridge University Press 1996 ISBN 0-521-45341-0

Литература

  • Baedecker. Deutschland. Verlag Karl Baedeker.2002. ISBN 3-8297-1004-6
  • Reinhard Pözorny(Hg)Deutsches National-Lexicon- DSZ-Verlag ISBN 3-925924-09-4
  • Fritz Winzer Weltgeschichte Daten Fakten Bilder. Georg Westermann Verlag.1987. ISBN 3-07-509036-0

Координаты: [//tools.wmflabs.org/geohack/geohack.php?language=ru&pagename=%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%8F&params=49.816_N_10.865_E 49°48′58″ с. ш. 10°51′54″ в. д. / 49.816° с. ш. 10.865° в. д. / 49.816; 10.865[//maps.google.com/maps?ll=49.816,10.865&q=49.816,10.865&spn=0.03,0.03&t=h&hl=ru (G)] [http://www.openstreetmap.org/?mlat=49.816&mlon=10.865&zoom=14 (O)] [//yandex.ru/maps/?ll=10.865,49.816&pt=10.865,49.816&spn=0.03,0.03&l=sat,skl (Я)]

Отрывок, характеризующий Франкония

Я с удовольствием согласилась – её присутствие всегда было очень приятным и успокаивающим, так же, как всегда вкусными были и её пирожки. А ещё мне очень хотелось с кем-то поговорить о том, что меня угнетало уже несколько дней, а делиться этим дома почему-то в тот момент не хотелось. Наверное, просто иногда мнение постороннего человека могло дать больше «пищи для размышлений», чем забота и неусыпное внимание вечно волновавшихся за меня бабушки или мамы. Поэтому я с удовольствием приняла предложение соседки и пошла к ней завтракать, уже издали чувствуя чудодейственный запах моих любимых вишнёвых пирожков.
Я не была очень «открытой», когда дело касалось моих «необычных» способностей, но с Леокадией я время от времени делилась какими-то своими неудачами или огорчениями, так как она была по-настоящему отличным слушателем и никогда не старалась просто «уберечь» меня от каких либо неприятностей, что, к сожалению, очень часто делала мама и, что иногда заставляло меня закрыться от неё намного более, чем мне этого хотелось бы. В тот день я рассказала Леокадии о своём маленьком «провале», который произошёл во время моих очередных «экспериментов» и который меня сильно огорчил.
– Не стоит так переживать, милая, – сказала она. – В жизни не страшно упасть, важно всегда уметь подняться.
Прошло много лет с того чудесного тёплого завтрака, но эти её слова навсегда впечатались в мою память и стали одним из «неписанных» законов моей жизни, в которой «падать», к сожалению, мне пришлось очень много раз, но до сих пор всегда удавалось подняться. Проходили дни, я всё больше и больше привыкала к своему удивительному и такому ни на что не похожему миру и, несмотря на некоторые неудачи, чувствовала себя в нём по-настоящему счастливой.
К тому времени я уже чётко поняла, что не смогу найти никого, с кем могла бы открыто делиться тем, что со мной постоянно происходило, и уже спокойно принимала это, как должное, больше не огорчаясь и не пытаясь кому-то что-то доказать. Это был мой мир и, если он кому-то не нравился, я не собиралась никого насильно туда приглашать. Помню, позже, читая одну из папиных книг, я случайно наткнулась на строки какого-то старого философа, которые были написаны много веков назад и которые меня тогда очень обрадовали и несказанно удивили:
«Будь, как все, иначе жизнь станет невыносимой. Если в знании или умении оторвёшься от нормальных людей слишком далеко, тебя перестанут понимать и сочтут безумцем. В тебя полетят камни, от тебя отвернётся твой друг»…
Значит уже тогда (!) на свете были «необычные» люди, которые по своему горькому опыту знали, как это всё непросто и считали нужным предупредить, а если удастся – и уберечь, таких же «необычных», какими были они сами, людей!!!
Эти простые слова, когда-то давно жившего человека, согрели мою душу и поселили в ней крохотную надежду, что когда-нибудь я возможно и встречу кого-то ещё, кто будет для всех остальных таким же «необычным», как я сама, и с кем я смогу свободно говорить о любых «странностях» и «ненормальностях», не боясь, что меня воспримут «в штыки» или, в лучшем случае, – просто безжалостно высмеют. Но эта надежда была ещё настолько хрупкой и для меня невероятной, что я решила поменьше увлекаться, думая о ней, чтобы, в случае неудачи, не было бы слишком больно «приземляться» с моей красивой мечты в жёсткую реальность…
Даже из своего короткого опыта я уже понимала, что во всех моих «странностях» не было ничего плохого или отрицательного. А если иногда какие-то из моих «экспериментов» и не совсем получались, то отрицательное действие теперь проявлялось уже только на меня, но не на окружающих меня людей. Ну, а если какие-то друзья, из-за боязни быть вовлечёнными в мои «ненормальности», от меня отворачивались – то такие друзья мне были просто не нужны…
И ещё я знала, что моя жизнь кому-то и для чего-то видимо была нужна, потому, что в какую бы опасную «передрягу» я не попадала, мне всегда удавалось из неё выйти без каких-либо негативных последствий и всегда как-будто кто-то неизвестный мне в этом помогал. Как, например, и произошло тем же летом, в момент, когда я чуть было не утонула в нашей любимой реке Нямунас...

Был очень жаркий июльский день, температура держалась не ниже +40 градусов. Накалившийся «до бела» воздух был сухим, как в пустыне и буквально «трещал» в наших лёгких при каждом вздохе. Мы сидели на берегу реки, бессовестно потея и ловили ртами воздух, как выброшенные на сушу перегревшиеся караси… И уже почти что полностью «поджарившись» на солнышке, тоскующими глазами смотрели на воду. Привычной влаги абсолютно не чувствовалось и поэтому всей ребятне дико хотелось как можно быстрее окунуться. Но купаться было немножко боязно, так как это был другой, не привычный нам берег реки, а Нямунас, как известно, издавна была той глубокой и непредсказуемой рекой, с которой шутки шутить не советовалось.
Наш старый любимый пляж был на время закрыт для чистки, поэтому мы все временно собрались на месте более или менее кому-то знакомом, и все пока что дружно «сушились» на берегу, никак не решаясь купаться. У самой реки росло огромное старое дерево. Его длинные шелковистые ветви, при малейшем дуновении ветра, касались воды, тихо лаская её нежными лепестками, а мощные старые корни, упираясь в речные камни, сплетались под ним в сплошной «бородавчатый» ковёр, создавая своеобразную, нависающую над водой, бугристую крышу.
Вот это-то старое мудрое дерево, как ни странно, и являло собой реальную опасность для купающихся… Вокруг него, по какой-то причине, в воде создавалось множество своеобразных «воронок», которые как бы «всасывали» попавшегося человека в глубину и надо было быть очень хорошим пловцом, чтобы суметь удержаться на поверхности, тем более, что место под деревом как раз было очень глубоким.
Но детям говорить об опасности, как известно, почти что всегда бесполезно. Чем больше их убеждают заботливые взрослые, что с ними может произойти какая-то непоправимая беда, тем больше они уверенны, что «может быть с кем-то это и может случиться, но, конечно же, только не с ними, не здесь и не сейчас»… А само ощущение опасности, наоборот – их только ещё больше притягивает, тем самым, провоцируя иногда на глупейшие поступки.
Вот примерно так же думали и мы – четверо «бравых» соседских ребят и я, и, не вытерпев жары, всё же решили искупаться. Река выглядела тихой и спокойной, и никакой опасности вроде бы собой не представляла. Мы договорились наблюдать друг за другом и дружно поплыли. В начале вроде бы всё было, как обычно – течение было не сильнее, чем на нашем старом пляже, а глубина не превышала уже знакомой привычной глубины. Я расхрабрилась и поплыла уже более уверенно. И тут же, за эту же слишком большую уверенность, «боженька стукнул меня по головушке, да не пожалел»… Я плыла недалеко от берега, как вдруг почувствовала, что меня резко потащило вниз… И это было столь внезапно, что я не успела никак среагировать, чтобы удержаться на поверхности. Меня странно крутило и очень быстро тянуло в глубину. Казалось, время остановилось, я чувствовала, что не хватает воздуха.
Тогда я ещё ничего не знала ни о клинической смерти, ни о светящихся туннелях, появлявшихся во время неё. Но то, что случилось далее, было очень похожим на все те истории о клинических смертях, которые намного позже мне удалось прочитать в разных книжках, уже живя в далёкой Америке…
Я чувствовала, что если сейчас же не вдохну воздуха, мои лёгкие просто-напросто разорвутся, и я, наверняка, умру. Стало очень страшно, в глазах темнело. Неожиданно в голове вспыхнула яркая вспышка, и все чувства куда-то исчезли... Появился слепяще-яркий, прозрачный голубой туннель, как будто весь сотканный из мельчайших движущихся серебристых звёздочек. Я тихо парила внутри него, не чувствуя ни удушья, ни боли, только мысленно удивляясь необыкновенному чувству абсолютного счастья, как будто наконец-то обрела место своей долгожданной мечты. Было очень спокойно и хорошо. Все звуки исчезли, не хотелось двигаться. Тело стало очень лёгким, почти что невесомым. Вероятнее всего, в тот момент я просто умирала...
Я видела какие-то очень красивые, светящиеся, прозрачные человеческие фигуры, медленно и плавно приближающиеся по туннелю ко мне. Все они тепло улыбались, как будто звали к ним присоединиться… Я уже было потянулась к ним… как вдруг откуда-то появилась огромная светящаяся ладонь, которая подхватила меня снизу и, как песчинку, начала быстро подымать на поверхность. Мозг взорвался от нахлынувших резких звуков, как будто в голове внезапно лопнула защищающая перегородка... Меня, как мячик, вышвырнуло на поверхность… и оглушило настоящим водопадом цветов, звуков и ощущений, которые почему-то воспринимались мной теперь намного ярче, чем это было привычно.
На берегу была настоящая паника… Соседские мальчишки, что-то крича, выразительно размахивали руками, показывая в мою сторону. Кто-то пытался вытащить меня на сушу. А потом всё поплыло, закружилось в каком-то сумасшедшем водовороте, и моё бедное, перенапряжённое сознание уплыло в полную тишину... Когда я понемножку «очухалась», ребята стояли вокруг меня с расширившимися от ужаса глазами, и все вместе чем-то напоминали одинаковых перепуганных совят… Было видно, что всё это время они находились чуть ли не в настоящем паническом шоке, и видимо мысленно уже успели меня «похоронить». Я постаралась изобразить улыбку и, всё ещё давясь тёплой речной водой, с трудом выдавила, что у меня всё в порядке, хотя ни в каком порядке я в тот момент естественно не была.
Как мне потом сказали, весь этот переполох занял в реальности всего лишь минут пять, хотя для меня, в тот страшный момент, когда я находилась под водой, время почти, что остановилось... Я искренне радовалась, что мамы в тот день с нами не было. Позже мне кое-как удалось упросить «соседскую маму», с которой нас тогда отпустили купаться, чтобы то, что случилось у реки, осталось нашим секретом, так как мне совершенно не хотелось, чтобы моих бабушку или маму хватил сердечный удар, тем более, что всё уже было позади и не имело никакого смысла кого-либо так бессмысленно пугать. Соседка сразу же согласилась. Видимо, для неё это был такой же желанный вариант, так как ей не очень-то хотелось, чтобы кто-то узнал, что общего доверия ей, к сожалению, не удалось оправдать…