Фунт (единица измерения)

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Файл:Gewichtmaße1.jpg
Единицы веса по странам, табл. 1848 г.

Фунт (от лат. pondus — вес, гиря[1]) — единица измерения массы. Исторически использовался в некоторых европейских странах, причём в эпоху феодальной раздробленности в некоторых странах (например, во Франции) его значение имел право устанавливать каждый феодал, поэтому даже в начале XVIII века в Европе было более 100 разных фунтов[2].







В англоязычных странах

В англоязычных странах фунт (англ. pound, происходит от латинского pondus — вес[3], или lb (сокр. от лат. libra — весы)) — одна из наиболее распространенных единиц массы и силы. При необходимости, исторически традиционное смешение массы и веса разрешается через употребление для единицы силы термина «фунт-сила» (англ.), сокращённо lbf.

Существовало несколько фунтов (тройский, лондонский, башенный и др.). Сейчас английский фунт соответствует:

В настоящее время Международная организация законодательной метрологии (МОЗМ) в своих рекомендациях относит фунт к тем единицам измерения массы, «которые должны быть изъяты из обращения как можно скорее там, где они используются в настоящее время, и которые не должны вводиться, если они не используются» [4].

В русской системе мер

Древнейшей единицей массы была гривна, или гривенка, получившая затем название фунт.

В русской системе мер фунт равен 96 золотникам и с 1747 года являлся эталонным весом. В 1747 году был изготовлен «бронзовый золочёный фунт 1747 года», по которому в 1835 году был изготовлен платиновый фунт, основа мер веса в Российской империи и Советской России до декрета «О введении международной метрической системы мер и весов», подписанного В. И. Лениным в 1918 году.

В Указе от 11 октября 1835 года «О системе Российских мер и весов»[5] говорится:

Принять за основную единицу Российского веса образцовый (фунт), сделанный комиссией согласно с выведенным результатом, что российский или английский кубический дюйм воды при температуре 13 1/3° Реомюра в безвоздушном пространстве весит 368,361 долю, или что объём российского фунта той же воды равен 25,019 английским кубическим дюймам, что составляет совершенное равенство с известным золочёным фунтом Санкт-Петербургского монетного двора, сделанным в 1747 г. и служащим с того времени основанием Российской монетной системы.

Этот фунт называли русским фунтом торгового веса. Существовал ещё и аптекарский, или нюрнбергский фунт (единица для измерения аптекарского веса). Согласно Торговому уставу 1893 год 1 аптекарский фунт = 7/8, или 0,875 русского фунта.

Соотношение с метрической системой[6]:

  • 1 г = 0,23442557 золотника;
  • 1 г = 22,504855 долей;
  • 1 кг = 2,441933 фунта;
  • 1 кг = 2 фунта 42 золотника 40,855 долей;
  • 1 квинталь (центнер) = 6 пудов 4,1933 фунта;
  • 1 т = 61 пуд 1,933 фунта.

Миллиграммы, граммы и килограммы в аптекарском весе:

  • 1 мг = 0,016075 грана;
  • 1 г = 16,08 гран;
  • 1 кг = 2 фунта 9 унций 4 драхмы;
  • 1 аптекарский гран = 62,2088 мг;
  • 1 драхма = 3,732527 г;
  • 1 унция = 29,860215 г;
  • 1 фунт аптекарский = 0,358322 кг.

В 1890-х годах Д. И. Менделеевым был изготовлен платиново-иридиевый эталон русского фунта, согласованный с весом платинового образца 1835 года. Положением о мерах и весах 1899 года новый эталон русского фунта был узаконен и выражен в метрической системе мер: 1 русский фунт = 0,40951241 кг[7].

  • Русский фунт = 0,40951241 кг

Прочие фунты

  • Австрийский фунт равен 0,56001 кг
  • Амстердамский фунт равен 0,4941 кг
  • Венецианский фунт равен 0,477 кг
  • Датский фунт равен 0,496 кг
  • Древнеримский фунт (libra) равен 0,32745 кг
  • Испанский фунт равен 0,451 кг
  • Каролингский фунт равен 0,408 кг
  • Португальский фунт равен 0,459 кг
  • Русский артиллерийский фунт равен 0,4914 кг
  • Французский фунт (ливр) равен 0,489505 кг
  • Шведский фунт равен 0,425076 кг

Во многих европейских странах, использующих метрическую систему, в обиходе используется так называемый «метрический фунт» (нем. Pfund, фр. livre, нидерл. pond), равный ровно 0,5 кг.

См. также

Напишите отзыв о статье "Фунт (единица измерения)"

Примечания

  1. [http://dictionary.reference.com/browse/pound Pound term definition]  (англ.)
  2. Ирина Винокурова. Хлебная метрология // Техника — молодёжи. — 2011. — № 7 (июль). — С. 50.
  3. [http://dictionary.reference.com/browse/pound Pound term definition  (англ.)] ссылка проверена 15 мая 2009
  4. [http://www.fundmetrology.ru/depository/04_IntDoc_all/MD2.pdf#page=29 Международный документ МОЗМ D2. Узаконенные (официально допущенные к применению) единицы измерений. Приложение В]
  5. [http://www.runivers.ru/bookreader/book9878/#page/93/mode/1up Указ «О системе Российских мер и весов»]
  6. Таблицы для перевода метрических (десятичных) мер в русские и русских — в метрические
  7. [http://books.google.com/books?ei=NiayUouwFMHmoATJ84IQ&id=7E00AAAAIAAJ&dq=40951241 Сто лет государственной службы мер и весов в СССР]. — М.: Гос. изд-во техн.-теорет. лит-ры, 1945. — С. 49.

Литература

  • Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. [http://www.krotov.info/history/11/1/kamenzeva_00.htm Русская метрология]. Изд. 2-е. — М.: Высшая школа, 1975. — 328 с.

Отрывок, характеризующий Фунт (единица измерения)

С самого утра я, как львёнок в клетке, ходила вперёд-назад по коридору, ожидая, когда же уже всё это наконец-то начнётся. Тогда, как и сейчас, мне больше всего не нравилось чего-либо или кого-либо ждать. И я всегда предпочитала самую неприятную реальность любой «пушистой» неопределённости. Когда я знала, что и как происходит, я была готова с этим бороться или, если было нужно, что-то решать. По моему понятию, не было неразрешаемых ситуаций – были только нерешительные или безразличные люди. Поэтому и тогда, в больнице, мне очень хотелось как можно быстрее избавиться от нависшей над моей головой «неприятностью» и знать, что она уже позади…
Больниц я не любила никогда. Вид такого множества находящихся в одном помещении, страдающих людей внушал мне настоящий ужас. Я хотела, но не могла им ничем помочь и в то же время чувствовала их боль так же сильно (видимо полностью «включаясь»), как если бы она была моей. Я пыталась от этого как-то защититься, но она наваливалась настоящей лавиной, не оставляя ни малейшей возможности от всей этой боли уйти. Мне хотелось закрыть глаза, замкнуться в себе и бежать, не оборачиваясь от всего этого, как можно дальше и как можно быстрей…
Мама всё ещё не появлялась и я начала нервничать, что её обязательно что-то задержит и она, вероятнее всего, так и не сможет прийти. К этому времени я уже устала ходить и сидела нахохлившись у дверей дежурного врача, надеясь, что кто-нибудь всё-таки выйдет и мне не придётся больше ждать. Через несколько минут и правда появился очень приятный дежурный врач и сказал, что мою операцию можно начинать уже через пол часа… если я, конечно, к этому готова. Готова я была уже давно, но никак не могла решиться делать это, не дождавшись мамы, так как она обещала быть вовремя, а обещания мы были привыкшие держать всегда.
Но, к моему большому огорчению, время шло, и никто не появлялся. Мне всё тяжелее и тяжелее становилось ждать. Наконец я по-бойцовски решила, что, наверное, всё-таки будет лучше, если я пойду сейчас, тогда весь этот кошмар намного быстрее окажется позади. Я собрала всю свою волю в кулак и сказала, что готова идти уже сейчас, если конечно он может меня принять.
– А как же на счёт твоей мамы? – удивлённо спросил врач.
– Это будет мой сюрприз, – ответила я.
– Ну, тогда пошли, герой! – улыбнулся врач.
Он повёл меня в небольшую, очень белую комнату, усадил в огромное (для моих габаритов) кресло и начал приготавливать инструменты. Приятного в этом, разумеется, было мало, но я упорно продолжала наблюдать за всем, что он делал и мысленно себе повторяла, что всё будет очень хорошо, и, что я ни за что не собираюсь сдаваться.
– Не бойся, сейчас я тебе сделаю укол, и ты ничего не будешь больше ни видеть, ни чувствовать, – сказал врач.
– Я не хочу укол, – возразила я, – я хочу видеть, как это выглядит.
– Ты хочешь видеть свои гланды?!. – удивился он.
Я гордо кивнула.
– Поверь мне, это не столь приятно, чтобы на них смотреть, – сказал врач, – и тебе будет больно, я не могу тебе этого разрешить.
– Вы не будете меня обезболивать или я не буду делать этого вообще, – упорно настаивала я, – Почему вы не оставляете мне права выбора? Если я маленькая, то ещё не значит, что я не имею права выбирать, как мне принимать мою боль!
Врач смотрел на меня, широко открыв глаза и казалось, не мог поверить в то, что слышал. Почему-то мне стало вдруг очень важно, чтобы он мне поверил. Мои бедные нервы уже видимо были на пределе, и я чувствовала, что ещё чуть-чуть, и по моей напряжённой физиономии польются предательские потоки слёз, а этого допустить было никак нельзя.
– Ну, пожалуйста, я клянусь, что никогда никому этого не скажу, – всё ещё упрашивала я.
Он долго на меня смотрел, а потом вздохнул и сказал:
– Я тебе разрешу, если ты скажешь мне, почему тебе это нужно.
Я растерялась. По-моему я тогда и сама не очень-то хорошо понимала, что заставило меня так настойчиво отвергать обычную, «спасительную» анестезию. Но я не разрешила себе расслабиться, понимая, что срочно нужно найти какой-то ответ, если я не хочу, чтобы этот чудесный врач передумал и всё пошло бы обычным путём.
– Я очень боюсь боли и вот теперь решила это перебороть. Если вы мне по-можете я буду очень вам благодарна, – краснея, сказала я.
Моя проблема была в том, что я совершенно не умела лгать. И я видела, что врач сразу же это понял. Тогда, не давая ему возможности что-либо сказать, я выпалила:
– Несколько дней назад я перестала чувствовать боль и хочу это проверить!..
Врач долго изучающе на меня смотрел.
– Ты кому-то об этом сказала? – спросил он.
– Нет, пока никому, – ответила я. И рассказала ему во всех подробностях случай на катке.
– Ну, ладно, давай попробуем, – сказал врач. – Но, если будет больно, ты уже не сможешь мне об этом сказать, поняла? Поэтому, сразу же подними руку, если только почувствуешь боль, договорились? Я кивнула.
Если честно, я абсолютно не была уверена, зачем я всё это затеваю. А также, не была полностью уверена и в том, смогу ли по-настоящему с этим справиться, и не придётся ли обо всей этой сумасшедшей истории горько пожалеть. Я видела, как врач подготавливает обезболивающий укол и ставит шприц на столик рядом с собой.
– Это на случай непредвиденного провала, – тепло улыбнулся он, – Ну что, поехали?