Церковь Сан-Франческо в Ассизи

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Церковь
Сан-Франческо в Ассизи
итал. La Basilica di San Francesco d'Assisi
Вид на восточный фасад здания верхней церкви
Вид на восточный фасад здания верхней церкви
Страна Италия
Город Ассизи
Конфессия Католицизм
Епархия Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). 
Орденская принадлежность францисканский орден
Тип здания Базилика
Архитектурный стиль Итальянская готика
Автор проекта брат Илия Бомбардоне
Архитектор Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Основатель Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Первое упоминание Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Дата основания 1228
Строительство 12281253 годы
Дата упразднения Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Реликвии и святыни мощи св. Франциска
Статус Герб России Объект культурного наследия РФ [http://old.kulturnoe-nasledie.ru/monuments.php?id=Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.
Высота Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Материал Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Сайт [http://www.sanfrancescoassisi.org Официальный сайт]
Координаты: [//tools.wmflabs.org/geohack/geohack.php?language=ru&pagename=%D0%A6%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%8C_%D0%A1%D0%B0%D0%BD-%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE_%D0%B2_%D0%90%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B7%D0%B8&params=43_4_29_N_12_36_20_E_type:landmark_region:IT-PG_scale:2000 43°04′29″ с. ш. 12°36′20″ в. д. / 43.07472° с. ш. 12.60556° в. д. / 43.07472; 12.60556[//maps.google.com/maps?ll=43.07472,12.60556&q=43.07472,12.60556&spn=0.002,0.002&t=h&hl=ru (G)] [http://www.openstreetmap.org/?mlat=43.07472&mlon=12.60556&zoom=17 (O)] [//yandex.ru/maps/?ll=12.60556,43.07472&pt=12.60556,43.07472&spn=0.002,0.002&l=sat,skl (Я)]

Церковь Сан-Франческо в Ассизи, базилика Святого Франциска в монастыре Сакро-Конвенто (итал. La Basilica di San Francesco d'Assisi) — главный храм ордена францисканцев, расположенный в городе Ассизи (Италия, административный регион Умбрия). Является одной из шести великих базилик Католической церкви[1].

Храм получил всемирную известность благодаря знаменитым фрескам XIII века по мотивам жития Св. Франциска, автором которых считается Джотто с учениками. Церковь Сан-Франческо вместе с монастырём Сакро-Конвенто в Ассизи внесены в список всемирного наследия ЮНЕСКО.







Общее описание здания

Файл:Assisi San Francesco BW 2.JPG
Вид с южного фасада. Большая арка в готическом стиле — вход в нижнюю церковь. Каменная лестница ведет на Верхнюю площадь, к входному порталу Верхней базилики под готическим окном-розой

Храм, построенный в XIII веке, является, по сути, двухэтажным. Верхний ярус, который принято называть Верхней церковью, — это видимая часть здания, возвышающаяся на холме, в то время как Нижняя церковь скрывается в его толще и рядовой застройке монастыря. Её единственный элемент, остающийся на виду, — южный портал, выходящий на Нижнюю площадь Св. Франциска, замощённую камнем. Вход в Верхнюю церковь находится с восточной стороны, с Верхней площади Св. Франциска, покрытой газоном (см. план монастыря[2]).

Оба яруса представляют собой однонефные базилики с трансептом. План нижней церкви усложнён многочисленными капеллами и криптами. Из церкви можно спуститься ещё ниже — в крипту, где погребён Св. Франциск. У южного фасада церкви возвышается 60-метровая колокольня. Контрфорсы и аркбутаны, обрамляющие здание, видны с северного фасада, а со стороны Нижней площади теряются между колокольней и вспомогательными сооружениями.

Характеристика стиля

Если стиль погружённой в полумрак нижней церкви восходит к древней традиции римской крипты, то интерьеры просторного верхнего храма несут в себе новые эстетические ценности, которые позднее подхватят архитекторы Средней Италии. Эта двухъярусная церковь с точки зрения планировки довольно точно следует современным ей образцам французской готики, таким как, например, Сент-Шапель в Париже, однако в же время сохраняет преемственность с итальянскими базиликами романского периода.

По-видимому, итальянские зодчие сознательно избегали радикальной готики, столь модной в ту эпоху при дворах северных феодалов. Не пытаясь маскировать вес строительных конструкций, они сместили архитектурный акцент в сторону чёткой структурированности подкупольного пространства. Устои храма примыкают к мощным стенам, которые, однако, не препятствуют проникновению в храм солнечного света. «Тонкие пучки связанных колонн поддерживают нервюры сводов, перекрывающих четыре прямоугольных пролёта».[3]

Таким образом, внешний облик церкви является синтезом романики и французской готики, отражая многие типичные черты итальянского готического стиля.

« Готика этого собора лишена всего дурного, всего мрач­ного. Красочная гамма внутри храма — цвета зари, тонущей в голубом. (Н. П. Анциферов)[4] »
Файл:Giotto - Legend of St Francis - -19- - Stigmatization of St Francis.jpg
«Стигматизация Св. Франциска». Джотто и мастерская. Фреска в верхней церкви

История постройки

Строительство францисканского монастыря Сакро-Конвенто и обеих базилик Сан-Франческо в Ассизи началось в 1228 году, практически сразу после канонизации основателя ордена и уроженца этого города Святого Франциска. Земельный участок на западе города, куда из города удалился умирать Святой Франциск, был подарен францисканцам Симоном ди Пукьярелло. Бывшее место казни преступников, известное в Ассизи как «Адский холм» (Collo d’Inferno), стало называться «райским холмом».

Камень в основание постройки торжественно заложил 17 июля 1228 года папа римский Григорий IX, хотя к этому времени работы уже начались. Руководством и надзором за строительством занимался викарий ордена Илия Бомбардоне (Elia Bombardone), один из первых спутников Святого Франциска, имевший опыт строительства для крестоносцев в Сирии.

Строительство нижней базилики было завершено в 1230 году. На Троицу 25 мая нетленное тело основателя ордена было перенесено туда из временного пристанища в церкви св. Георгия (теперь базилика Святой Клары). Верхняя базилика строилась в период после 1239 года и до 1253 года. Над убранством церкви работали лучше мастера своего времени — от Чимабуэ до Джотто (см. ниже).

В 1288 году папа Николай IV, который был до этого главой ордена францисканцев, присвоил базилике статус папской церкви.

Сохранность

В 1530 году колокольня (высотой 60 метров) утратила свой шпиль в результате удара молнии. Обитатели монастыря много занимались наукой, и внешний облик здания и росписей никогда не страдал от проявлений избыточного религиозного фанатизма при отправлении культа. Посетивший храм в начале XX века искусствовед Павел Муратов описал свои впечатления от посещения церкви следующим образом:

« Храм Св. Франциска в Ассизи не производит того впечатления вместилища жаркого народного благочестия, какое производит, например, храм Св. Антония в Падуе. Он не увешан анекдотическими ex voto, и вокруг его стен не шумит время от времени сельская ярмарка. Есть нечто от порядка музея в прибранности его капелл и нефов. С тех пор как государство секуляризировало монастырь, храм Сан-Франческо предоставлен эмоциям туристов и трудам искусствоведов, не дающих ему ни минуты покоя и отдаляющих от него благодать забвения.[5] »
Файл:Volta Cimabue.jpg
Обрушенные землетрясением своды

26 сентября 1997 года, в 816-ю годовщину со дня рождения Св. Франциска, случилось землетрясение[6], которое серьёзно повредило храм и похоронило под массой обломков двух монахов-францисканцев и двух сотрудников комитета[7]. Были уничтожены несколько фресок, для недавнего восстановления которых потребовалось 2 млн евро[8]. Реставраторы расчистили и собрали по фрагментам более 180 кв. м. росписей, однако полностью их восстановить не удалось. Эксперты выражают опасения, что безвовзратно утрачено не менее 20 % росписи. В восстановлении целостного облика фресок на помощь реставраторам пришли новые технологии, с помощью которых была создана трёхмерная компьютерная модель свода. Она накладывается на сохранившиеся остатки росписи лазерным проектором. Для того, чтобы увидеть, каким свод церкви был до катастрофы, достаточно надеть специальные очки[9].

Украшение церкви

Файл:Flight into Egypt assisi.jpg
«Бегство в Египет». Джотто и мастерская. Фреска в северном трансепте нижней базилики

Создание знаменитого фрескового цикла церкви заняло более полутора веков. Художники начали с росписи стен Нижней базилики (Чимабуэ, мастер Св. Франциска), чтобы затем переключиться на украшение стен Верхней (Чимабуэ, Джотто). Закончив работы в Верхней церкви, мастера вернулись в Нижнюю церковь и пристроенные к ней новые капеллы (Джотто, Симоне Мартини, Пьетро Лоренцетти).

Краткая хронология работ

  • 1226 год — смерть Св. Франциска.
  • 1228 год — начало строительства.
  • 1230 год — завершение нижней базилики. Перезахоронение в ней мощей святого.
  • 1235 год — освящение церкви папой римским.
  • 1239 год — начало строительства верхней базилики.
  • 1253 год — завершение верхней базилики.
  • 1270 год — мастер Св. Франциска расписывает стены Нижней церкви.
  • прибл. 1278 год — Чимабуэ расписывает стены Верхней церкви
  • 1282 год — первый период работ Джотто
  • 1296 год — второй период работ Джотто
  • прибл. 1298 год — 28 «францисканских историй» на стенах верхней церкви Сан-Франческо в Ассизи (предположительно работы Джотто).
  • 1322 год — фрески Симоне Мартини в Нижней церкви.
  • прибл. 1326 год — фрески Пьетро Лоренцетти в Нижней церкви.
  • 1368 год — фрески мастера Андреа в Нижней церкви[10].

Нижняя церковь

Файл:" Assisi " 0001.jpg
Вид Нижней церкви
Файл:0BotkinM VechernyaVCerkviGT.jpg
М. П. Боткин. Вечерня в церкви Святого Франциска в Ассизи. 1871 год

Своим внешним видом, близким по типу к крипте, Нижняя церковь обязана викарию ордена брату Илии, который приобрёл большой опыт сооружения массивных каменных склепов в Сирии.

Вход в неё осуществляется через портал на южном фасаде, выполненном в готическом стиле (2-я половина XIII века) с двумя резными деревянными дверями (умбрийская мастерская, XVI век).

Капелла Екатерины Александрийской

В противоположном конце вестибюля находится капелла, построенная на средства кардинала Эгидия Альборноса, папского легата в 13501367 гг. Она посвящена Святой Екатерине Александрийской. Фрески с 8-ю эпизодами её жития были созданы в 13681639 гг. мастером, подписавшимся «Andreas pictor de Bononia». Вероятнее всего, это был Андреа де Бартоли (ок. 13491369), придворный художник кардинала Альборноса (иногда эти работы ошибочно атрибутируются Андреа Болонья). Святые в этой капелле были написаны Паче ди Бартоло Ассизским (13441368).

Капелла св. Себастьяна

По левую руку от входа находится небольшая капелла Святого Себастьяна с полотнами Жакомо Джоржетти, стены которой украшены эпизодами из жизни этого святого работы Джероламо Мартелли. Справа находятся два надгробия: Джованни де Черчи и Иоанна де Бриенна, короля Иерусалимского.

Мастер св. Франциска: неф

Центральный неф базилики окружен несколькими капеллами с полуциркульными арками. Фрески, украшающие неф, считаются самыми древними в храме. Их создатель остался неизвестным и по основному живописному сюжету стал фигурировать в истории искусств как Мастер Святого Франциска. На правой стене им написано 5 сцен из Страстей Христовых, а на левой — 5 моментов из жития Св. Франциска[11]. Такое расположение сюжетов друг против друга на взгляд францисканцев должно было подчеркнуть роль основателя их ордена как второго Христа и их сходство.

Потолок нефа небесного цвета и расписан золотыми звёздами. Перечисленные фрески, выполненные темперой по сухой штукатурке, относятся к 12601263 гг. и признаются лучшими образцами тосканских настенных росписей периода, предшествующего Чимабуэ. Многие изображения в нижней части стен сильно пострадали или практически уничтожены. Исключение составляют несколько фрагментов «Мадонны с младенцем и ангелом» кисти Чимабуэ. С ростом популярности церкви между 1270 и 1350 гг. многие благородные семейства стали заказывать свои капеллы, пристроенные к главному нефу, уничтожая таким образом фрески на главных стенах.

Файл:Simone Martini 037.jpg
Симоне Мартини. «Святой Мартин посвящается в рыцари» (фрагмент). Изображение музыкантов

Симоне Мартини: капелла св. Мартина

Первая капелла слева носит имя Святого Мартина Турского. Она была построена кардиналом да Монтефьоре и расписана 10-ю фресками на сюжеты из жития святого и полиптихом с изображением святых. Автором росписи, сделанной в 13171319 гг. является Симоне Мартини. Эта работа входит в число лучших произведений художника и является одним из величайших примеров живописи XIV века. Использование свинцовых белил привело к тому, что некоторые элементы фресок с годами сильно потемнели[12].

Цикл жития св. Мартина:
  1. Святой Мартин отдаёт половину плаща нищему
  2. Сон св. Мартина
  3. Св. Мартин посвящается в рыцари
  4. Св. Мартин отказывается от оружия
  5. Чудо с воскресением ребёнка
  6. Размышления св. Мартина
  7. Чудесная месса
  8. Чудо с огнём
  9. Смерть св. Мартина
  10. Погребение св. Мартина

Изображения святых:

Вторая капелла с левой стороны посвящена св. Педро Алькантарскому.

Капеллы св. Людовика и Антония Падуанского

Первая капелла вдоль правой стены посвящена Людовику Тулузскому и святому Стефану, расписана фресками Доно Дони (1575 год) и украшена витражом, приписываемым Симоне Мартине. Следующая за ней капелла посвящена Антонию Падуанскому, где находятся фрески работы Чезаре Сермеи (1610 год).

Джотто: капелла Марии Магдалины

Затем идёт капелла Марии Магдалины. Она была возведена Теобальдо Понтано, епископом Ассизским в 12961329 гг. и включает несколько лучших образцов живописи, выполненной мастерской Джотто и, как считают, самим мастером (ок. 1320 года). Эти работы Вазари ошибочно приписывает Пуччо Капанне[13]. На боковых стенах размещаются сцены из жития святой (c портретом епископа Понтано), а на своде — медальоны с изображением Христа, Богородицы, Магдалины и Лазаря (которого католическая церковь считает её братом).

  • Мария Магдалина с коленопреклонённым донатором епископом Понтано
  • Магдалина получает одежду из рук старца Зосимы
  • Воскрешение Лазаря
  • Noli me tangere
  • Магдалина разговаривает с ангелами
  • Магдалина плывёт в Марсель

Неф завершается богато декорированной полуциркульной апсидой, которую предваряет трансепт с цилиндрическим сводом.

Трансепт

Фрески в правом крыле трансепта, рассказывающие о детстве Христа, частью принадлежат Джотто и его мастерской. Рождество написано анонимным Мастером св. Николая. В нижнем ярусе находится изображение чудесного явления почившего Св. Франциска, помогающего детям. Эти фрески Джотто для своего времени явились революционными: на них изображены реальные люди с их эмоциями в натуралистичном ландшафте.

Файл:Adoration assisi2.jpg
«Поклонение волхвов», фрагмент. Джотто и мастерская

На стене трансепта Чимабуэ написал одну из своих самых знаменитых работ — «Мадонна со Св. Франциском». Вероятно, это самое похожее изображение святого и своей статичностью и старомодным готическим стилем контрастирует с новыми и живыми работами Джотто.

Капелла св. Николая

В правом крыле трансепта находится ещё одна капелла — св. Николая, вероятно заказанная папским легатом Наполеоне Орсини. Её украшает цикл из 10-ти фресок с изображением чудес и милостыни святого, выполненный анонимным Мастером св. Николая между 1295 и 1305 гг., находившегося под влиянием Легенды Св. Франциска, изображённым в верхней базилике. Это позволило Вазари ошибочно предположить, что написал их Джоттино. Этому же мастеру (Пальмерино ди Гвидо?)[14] принадлежит «Благовещение» у входа в капеллу. Там же находится 5 изображений святых кисти Мартини: Франциск, Людовик Тулузский, Изабелла, Маргарита и Генрих Венгерские.

Лоренцетти: левое крыло трансепта

Левое крыло трансепта украшали работы сиенского мастера Пьетро Лоренцетти и его мастерской, выполненные между 1315 и 1330 гг. Вазари по ошибке также приписал их Джотто и Пуччо Капанна. Этот цикл фресок считают лучшими среди работ Лоренцетти. Он представляет собой 6 сцен из Страстей Христовых. Особой эмоциональностью, несмотря на повреждения, отличается фреска «Снятие с креста». В этой серии фресок зрителю предоставляется возможность оценить первое со времён античности изображение падающей тени. Подсчитано, что для написания серии потребовалось 330 рабочих этапов, что означает, что даже при участии мастерской Лоренцетти потребовалось на их создание несколько лет. Лоренцетти участвовал в украшении прилегающей капеллы Иоанна Крестителя и выполнил фреску «Мадонна деи Трамонти» — «Мадонну заката», получившую своё название от лучей закатного солнца, проникающих в расположенное напротив окно.

Апсида

Папский алтарь в апсиде сделан из единого блока камня, привезённого из Комо в 1230 году. Алтарь окружает ряд орнаментированных готических арок, поддерживаемых колоннами в различных стилях. Двенадцать из этих колонн были демонтированы в 1870 году. Прекрасные готические скамьи хора из ореха, созданные Аполлонио Петроччо да Рипатрансоне с помощью Томмазо ди Антонио Фиорентино и Андреа да Монтефалько, датируются 1471 году. Стены апсиды когда-то украшало изображение Распятия Стефано Фьорентино, которое было уничтожено в 1622 году, а теперь там находится «Страшный суд» работы Чезаре Сермеи ди Орвьето (16091668).

Живопись в парусах свода над алтарём — «Райского свода» (13151320 гг.) повествует о «Триумфе Св. Франциска». Здесь также изображены три аллегории: Послушание, Бедность и Целомудрие, исполненные так называемым Мастером сводов в Ассизи, учеником Джотто.

Витражи нижней церкви атрибутируются Джованни ди Бонино и его мастерской. Пуччо Капанна, ученик Джотто, выполнил две фрески с изображением эпизодов из жития св. Станислава, а также роспись певческой галереи и изображение Распятия.

Крипта

Склеп, где был перезахоронен Св. Франциск по окончании строительства церкви, находится под главным алтарём нижней базилики (и по сути является ещё одним этажом вниз). Сейчас спуститься в эту крипту можно по одной из двух лестниц в середине нефа. Ранее туда вёл узкий подземный ход, который был заложен, и о существовании крипты было забыто.

Считается, что останки Св. Франциска были спрятаны архитектором братом Илией, строителем храма, для того, чтобы предотвратить разделение мощей его святого друга с целью распространения по средневековой Европе. Существуют также сведения о том, что подземный ход был заложен по приказу папы Евгения IV и с той же целью: во времена борьбы между городами-коммунами победители нередко забирали у побежденных мощи святых[15].

Лишь в 1818 году, с благословения папы римского, монахи Сакро-Конвенто произвели раскопки под алтарем Нижней Базилики, желая проверить истинность пересказываемых в монастыре легенд[16], и обнаружили подземный ход, ведущий в крипту. В 1820 году было официально подтверждено, что в усыпальнице захоронен Франциск Ассизский. По распоряжению папы Пия IX (17921878) крипта была украшена и открыта для посещения.

Её отделкой в неоклассическом стиле занимался Пасквале Белли, используя мрамор. Между 19251932 гг. крипта была переделана в нео-романском стиле архитектором Уго Тарчи с использованием рустованного камня. Старинный каменный саркофаг закреплён на железных тягах над алтарём. В 1934 году по углам вокруг алтаря были захоронены урны с прахом учеников Св. Франциска (братьев Руфино, Анджело Танкреде, Массео и Леоне). При входе в крипту находится урна с останками Якопы Деи Сеттесоли. Эта римская аристократка входила в число наиболее преданных и щедрых друзей Св. Франциска и оставалась с ним в час его смерти.

Верхняя церковь

Файл:Assisis Basilica superiore.jpg
Вид верхней церкви

Помещение верхней базилики, выполненное в традициях готики, производит совершенно иное впечатление. Большие окна с витражами бросают потоки цветного света на фрески. Витражи на хорах были изготовлены в XIII веке немецкими ремесленниками, на левой стене — французскими (1270 год), а витражи правой стены приписываются мастерской Мастера Св. Франциска. Витражи по праву относятся к числу лучших образцов итальянского стекла XIII века.

Светлое и полное воздуха пространство имеет простой план: один неф с трансептом и полигональной апсидой. Паруса сводчатого потолка расписаны по голубому фону золотыми звёздами, фигурами Христа, Св. Франциска, Девы Марии и Иоанна Крестителя. Потолок перед входом украшают изображения отцов церкви: Григория Великого, Иеронима, Амброзия и Августина. Они приписываются Мастеру Исаака.

Западное крыло трансепта и апсиду украшало большое количество фресок, выполненных Чимабуэ и его мастерской (примерно с 1280 года), как, например, «Распятие с коленопреклонённым Франциском». К несчастью, эти фрески дошли до нас в очень плохом состоянии из-за применявшегося в краске оксида свинца и некачественной гипсовой основы.

До Чимабуэ над украшением правого крыла трансепта работал анонимный Северный мастер, предположительно англичанин (12671270 гг). Он расписал два люнета и тондо на западной стене изображениями ангелов и апостолов. Другой неизвестный художник, Римский мастер, написал фигуры пророка Исайи и царя Давида, а также расписал оставшуюся стену под восточным люнетом.

На верхнем ярусе обеих стен нефа, серьёзно пострадавшем во время землетрясения 1997 года, в два ряда размещались 32 сцены из Ветхого Завета (начиная от Сотворения мира и заканчивая Иосифом, прощающим братьев) и Нового Завета (от Благовещения до жён-мироносиц у могилы) с верхним регистром входной стены, посвящённым Пятидесятнице и Вознесению Иисуса. Над этой масштабной работой трудились последователи Чимабуэ — римские и тосканские мастера Джакомо, Якопо Торрити[17] и Пьетро Каваллини.

Две фрески из жизни Исаака в среднем регистре третьего сектора традиционно приписывались молодому Джотто (12901295 гг.), а Вазари относил их к кисти Чимабуэ. Но и это оспаривается. Большинство критиков приписывают их авторство анонимному Мастеру Исаака и его мастерской[18]. Автором также мог быть Пьетро Каваллини. Над входной дверью Джотто написана мадонна с младенцом и двумя ангелами (в трех тондо). На устах младенца — улыбка. Это — первая улыбка в итальянской живописи[19].

Францисканский цикл

Файл:002 Upper Basilica in Assisi.jpg
Стена с росписями

Самой важной частью декоративного убранства церкви является цикл из 28-ми фресок вдоль нижней части нефа, приписываемых Джотто. Фрески отличаются новыми художественными решениями, внесёнными художником в итальянскую живопись[20].

« Мир трёхмерный — объёмный и осязаемый — открыт вновь, победно утверждён кистью художника. Отброшена символика византийского искусства. Угадана высшая простота. Ничего лишнего. Всё внимание художника сосредоточено на главном, и даётся синтез, грандиозное обобщение. (Л. Д. Любимов) »

Каждый простенок между колоннами вмещает три фрески, плюс две фрески в восточных галереях рядом со входом и ещё две на входной стене (см. схему[21]). При создании иконографии художник опирался на «Legenda Maior», биографию Святого Франциска, написанную в 1266 году св. Бонавентурой и три жизнеописания, написанные братом Фомой из Челано[22]. Прототипом для этого цикла мог служить не дошедший до наших дней цикл Пьетро Каваллини в церкви Св. Франческо в Риме. Согласно Вазари, фрески Джотто написаны между 1296 и 1304 гг.

Авторство Джотто оспаривается по причине многочисленных неясностей в рассказах ранних источников о создателях этого цикла. Многие итальянские критики отстаивают версию их принадлежности Джотто и его мастерской. Из-за стилевых отличий от цикла фресок Исаака предполагается, что несколько, или даже большинство фресок францисканского цикла было создано, по крайней мере, тремя различными художниками, использовавшими оригинальные идеи Джотто. Их называют: Мастер легенды св. Франциска (основной создатель большинства изображений), Мастер погребения св. Франциска и Мастер св. Цецилии.

Фрески францисканского цикла
Фреска Название Цитата из жизнеописания святого Автор
1. 140px
«Юродивый предсказывает св. Франциску его грядущую славу»
И было так, что некий житель Ассизи, человек простой, но, как все полагают, умудрённый Богом, как-то раз проходя по городу и повстречав Франциска, снял с себя плащ и постелил свою одежду у него ног, показывая тем самым, что Франциск со временем удостоится всех знаков почтения, поскольку ему предстоит совершить великое дело, за которое он и будет превыше многих почитаем всем христианским миром[23]
2. 140px
«Франциск отдаёт свой плащ некогда богатому, а теперь бедному воину»
И когда восстановились его силы, и он вышел, по обычаю надев красивую новую одежду, ему повстречался некий воин, прежде прославленный, а теперь обнищавший и бедно одетый, и он был поражён пылким состраданием к нищете этого человека и тут же, разоблачившись, отдал ему свою одежду, тем самым в одно мгновение исполнив две обязанности милосердия: прикрыл позор достойного воина и облегчил нужду бедного человека[24]
3. 140px
«Сон о дворце»
В ту же ночь, погрузившись в сон, он по милости Божией увидел огромный и пышный дворец с множеством воинского оружия, украшенного знаком креста Христова, и так было ему предуказано, что милосердие, которое он во имя любви к Вышнему Царю оказал бедному солдату, будет оплачено ни с чем не сравнимой наградой. Он стал спрашивать во сне, чей это дворец и откуда он взялся, и услышал ответ и подтверждение свыше, что всё это будет принадлежать ему и его воинству[23]
4. 140px
«Распятие из Сан Дамиано»
И вот однажды он вышел в поле поразмыслить и в размышлениях своих дошёл до церкви святого Дамиана, обветшавшей и почти развалившейся от крайней старости, и вошёл в неё, воспламенившись духом, для молитвы, и когда он распростёрся перед образом Христа, дух его получил в молитве немалое облегчение. Глазами, полными слез, взирал он на крест Господень, и тогда с креста раздался голос, трижды провозгласивший (а он внимал эти словам телесным ухом): «Ступай, Франциск, отстрой дом мой, — ты видишь, он почти разрушился!» Кроме Франциска, в церкви в тот час никого не было, он содрогнулся и замер, и когда он постиг сердцем, что внимал самому Христу, он лишился памяти и упал без чувств[23]
5. 140px
«Отказ от имущества»
…тогда юноша сбросил с себя всю одежду и остался в одной власянице. Подобрав одежду с земли, он бросил её потрясённому отцу: Слушайте, — воскликнул Франциск, — до сей поры я звал отцом Пьетро Бернардоне, но я желаю служить одному Господу, и я отказываюсь от всего имения отца и от одежды, которую от него получил. Отныне я могу с уверенностью говорить: «Отче наш, сущий на небесах». Живое сочувствие охватило толпу. Тронут был и сам епископ. Своей мантией он прикрыл наготу юноши.[25]
6. 140px
«Иннокентию III является во сне Святой Франциск, поддерживающий церковь»
…через несколько дней — может быть, по молитвам Святого и его собратьев — Папа увидел в видении, как Латеранская базилика устрашающе рушится, колонны подламываются, своды осыпаются. Но внезапно является бедный брат из Ассизи, растёт и растёт, достигает гигантских размеров и подставляет спину падающему зданию. Как по волшебству стены восстанавливаются, и храм обретает устойчивость. Иннокентию III нетрудно было разгадать символ и проникнуть в смысл видения: Бог хотел воспользоваться этим человеком, чтобы восстановить Свою Церковь, которой угрожают еретики и дурное поведение христиан.[25]
7. 140px
«Папа утверждает устав францисканского ордена»
Папа больше не сомневался в святости Франциска и понял замысел Божий. Но не чрезмерна ли проповедуемая им бедность? Он снова призвал Франциска и выразил ему свои опасения, разделяемые некоторыми кардиналами. Франциск в ответ вдохновенно и рыцарственно воспел госпожу Бедность, восхваляя её как прекраснейшую даму, завоевавшую сердце Небесного Царя, в Чьём облике запечатлелось благородство Отца. Неужто такой Отец не позаботится о Своих возлюбленных детях? Папа был тронут. Его опасения рассеялись. Ступай с Богом, — сказал он, — и проповедуй с сотоварищами покаяние, как Он вам внушит. Когда возрастёте числом, сообщите, мы дадим вам новые дозволения и возложим на вас новые поручения.[25]
8. 140px
«Чудесное явление Святого Франциска братии»
Перед лицом этой героической святости Бог не замедлил явить Своё присутствие через чудо, показав, сколь угодны Ему Франциск с собратьями. Однажды, когда Святой поднялся в Ассизи, чтобы после молитвы в соборе обратиться к народу, Господь погрузил его в экстаз. Одновременно братья, находившиеся в Ривоторто, увидели его на блистающей колеснице, от которой во все стороны исходил сверхъестественный свет; колесница трижды объехала небольшой их домишко, после чего исчезла из виду.[25]
9. 140px
«Видение небесных престолов»
…однажды брат Пацификус, молившись с ним вместе в церкви, был вознесён в экстазе, и увидел несколько тронов в небесах, и был среди них один, превосходивший остальные по роскоши, весь украшенный драгоценными камнями. И он вопросил себя, для кого может быть предназначено столь великолепное место, и тут голос сказал ему: «Сие было место ангела, и теперь оно сохранено для смиренного Франциска». [26].
10. 140px
«Изгнание демонов из Ареццо»
Случилось однажды, что Франциск пришёл в Ареццо, и был весь этот город разрушен от вражды между горожанами. Приблизившись к стенам, он узрел демонов, возрадовавшихся вражде и пробуждающих в душах жителей желание уничтожать друг друга; так что позвал он брата, звавшегося Сильвестром, человека Божьего, достойного и простого, и сказал ему: «Ступай к воротам города и от лица Господа Всемогущего прикажи демонам быстро покинуть его». Брат поспешил к городским воротам, читая псалмы во славу Божью. И крикнул он затем во весь голос перед входом в город: «Во имя Всемогущего Господа и по приказу отца нашего Франциска, изыдите, демоны!». И вернулся мир в Ареццо, и стали люди спокойными снова. [27]
11. 140px
«Испытание огнём перед султаном»
…но на Франциска ничто не действовало. Взяв с собой брата Иллюминато, он вступил на землю противника с криком: «Султан, султан». Их тут же схватили, жестоко избили и привели к султану Мелек-эль-Камелю, доблестному и мудрому государю. В ответ на просьбу султана Франциск изложил цель прихода: он хотел не отречься от Христа, но обратить султана и его людей в евангельскую веру. Он долго говорил о тайне Единого и Троичного Бога, но, чувствуя, что слова его не доходят, придумал нечто более действенное. — Прикажи, — сказал он, — чтобы разожгли большой огонь, и позови своих священников. Мы вместе войдем в огонь. Кто из нас останется невредим, в его веру и уверуй. — Ни один из наших священников не согласится на такое испытание в защиту нашей веры, — ответил султан. Но Франциск не сдавался. Святой Дух подсказывал ему новые доводы и слова, но напрасно: султан, внутренне убеждённый в правоте Франциска, боялся «народного шума».[25]
12. 140px
«Экстаз св. Франциска»
…несколько дней спустя они вернулись в дом того человека, и он стал из любопытства смотреть, что делает Франциск среди ночи; и он увидел его в молитве, а затем увидел, как святой в экстазе поднялся над землей, и был окружён ослепительным светом. И почувствовал тот человек нестерпимый небесный жар, который пробудил в нём желание подражать образу жизни малых братьев.[26]
13. 140px
«Торжественное празднование рождества в Греччо»
…св. Франциск решил там провести праздник Рождества и попросил графа построить в одной из пещер изображение тех яслей, в которых родился Господь. Новость распространилась, и в Греччо отовсюду стали сходиться братья. Ожиданием были охвачены и жители окрестных и дальних селений. В полночь отслужили мессу, Франциск был за диакона. Одному мужу, достойному уважения, было видение. А именно: привиделось ему, будто в яслях лежит совсем маленький мальчик и вроде бы неживой. Святой Божий, склонившись над ним, пытается его разбудить, чтобы тот очнулся от глубочайшего сна. И вполне разумным кажется нам это видение, ведь младенец Иисус забыт во многих сердцах как мёртвый, и в этих сердцах, по милости самого Младенца и подвигами раба Его святого Франциска, Он был оживлён и возвращён набожной памяти.[25]
14. 140px
«Чудесное открытие источника»
Летом 1224 года Франциск, уже отягощённый болезнью, в последний раз отправился на гору Верна. Подъём возможен был только верхом, поэтому братья снабдили его осликом, которого на время уступил один благочестивый человек, а также провожатым. Солнце безжалостно палило, камни раскалились, в расщелинах скал виднелись кое-как сохранившиеся пучки пожелтелой травы. Все, казалось, спало, звуки заглохли: даже деревья еле шелестели усыхающей листвой. Внезапно провожатый, обратившись к Святому, взмолился: Отче, смилуйся! Я помру, если не утолю жажду. Франциск, всегда проникавшийся жалостью к страдающим, слез с осла и стал молиться, воздев руки, и молился, доколе не открылось ему, что молитва его услышана. Потом, повернувшись к своему провожатому, сказал: Не мешкай, беги скорее к той скале и там найдешь воду, какую Христос ныне извёл из камня ради утоления твоей жажды.[25]
15. 140px
«Проповедь птицам»
Неподалеку от Каннары в одно свежее весеннее утро они увидали множество птиц, которые весело щебетали на цветущих ветвях. Таинственная сила приблизила к ним Франциска, и тотчас птицы взлетели кругом него и уселись ему на плечи, на голову, на руки. Изумленному спутнику Франциска показалось, что перед ним не явь, а сон, что Адам неслыханным чудом вдруг вернулся в состояние невинности и беседует со зверями и птицами. А Франциск, как будто всё происходило естественным порядком, велел своим певчим друзьям умолкнуть, после чего начал проповедь, увещевая птиц всегда восхвалять Господа, питающего и одевающего их с неизреченной любовью. Под конец он осенил их крестным знамением и отпустил летать и петь. Некоторое время он понаблюдал, как они взмывают в воздух, машут крыльями и распевают нежные песни, потом снова пустился в путь.[25]
16. 140px
«Смерть дворянина из Челано»
Франциск, прибыв в Челано, чтобы проповедовать там, был остановлен неким дворянином, скромно, но настойчиво звавшим его разделить с ним трапезу. Франциск извинялся и отказывался, но в конце концов, был побеждён его доводами. Час обеда настал и стол был накрыт. Хозяин был счастлив, и вся его семья радовалась гостям, пришедшим вкусить обед вместе с ними. Франциск же поднялся, устремил взор в небеса и сказал дворянину: «Брат хозяин, я пришёл в твой дом по твоим молитвам, чтобы обедать с тобой, но слушай же внимательно меня сейчас, ибо суждено тебе будет обедать не здесь, а в другом месте. Иди и исповедуйся как можно быстрее, и не оставь ничего в тайне из того, что бы ты приберёг для последнего исповедания. Господь воздаст тебе сегодня, за то, что ты принял его людей в своем доме с такой любовью». Прислушавшись к его святым словам, дворянин позвал священника, сопровождавшего Франциска, и исповедался ему. Он привёл свой дом в порядок и стал ждать, когда свершится по слову святого. И когда все сидевшие начали есть, дворянин перекрестился и протянул руку к хлебу. Но прежде чем он прикоснулся к нему, его голова упала и дух покинул тело.[28]
17. 140px
«Франциск перед папой Гонорием III»
Представ перед ним, Франциск рассказал о том видении, какое ему было в Порциунколе и о желании привести души в рай. На сколько лет ты просишь эту индульгенцию? — Святой Отец, — отвечал Франциск, — не годы мне потребны, а души. Просьба было необычной. Такая индульгенция давалась только тем, кто, взяв крест, отправлялся в крестовый поход — освобождать Гроб Господень. И всё же Папа, несмотря на возражения курии, дал индульгенцию. Франциск, ликуя, уже собрался удалиться: — Послушай, простец, — сказал ему Папа, — куда же ты идёшь без документа, удостоверяющего наше разрешение? — Святой Отец, мне довольно вашего слова. Мне не нужно бумаг. У меня вместо бумаг — Пресвятая Дева Мария, вместо нотариуса — Христос, вместо свидетелей — ангелы.[25]
18. 140px
«Явление Святого Франциска во время проповеди Антония Падуанского в Арле»
Хотя Франциск не мог быть телесно со всеми отдалёнными ветвями ордена, но устав, установленный им, пылкие молитвы, им возносимые, и благословения, им данные, создавали впечатление, будто он был всё время с ними. Иногда даже Господь, во всей своей всемогущей власти, позволял ему чудесно являться среди них, как это произошло как-то в Арле. Случилось однажды, что брат Антоний, прекрасный проповедник, читал пастве о Страстях Сына Божьего и о надписи на кресте Его «Иисус из Назарета, царь Иудейский», как один из братьев, звавшийся Мональд, человек образцовых достоинств, был сподвигнут Господом обернуться к дверям церкви. И увидел он там блаженного Франциска в воздухе, а руки его были простёрты к кресту, благословляя всех собравшихся. И наполнились их сердца тогда великим утешением, которое было знаком присутствия их Отца и подтверждением увиденного братом Мональдом. [23]
19. 140px
«Стигматизация св. Франциска»
…летом следующего года Франциск отправился на гору Верна — провести там пост в честь св. Михаила Архангела. (…) Франциск хотел кровью запечатлеть свою любовь. Он не мог пострадать от руки людей, теперь он беспрестанно молил о том Бога. Внезапно сверхъестественный свет разлился в небе, освещённом зарей, и в ярком зареве Франциск, охваченный экстатическим порывом, узрел Человека, распятого на Кресте. Два крыла серафима над головой, два крыла раскрыты, два крыла закрывают спину. Когда видение исчезло, из плоти его точилась кровь. Кровавые раны зияли на его руках и ногах, как будто он претерпел казнь через распятие. На ладонях и ступнях виднелись затвердения, похожие с одной стороны на головки гвоздей, с другой — на их заострённые и искривлённые концы. На ребре виднелась широкая рана с красными краями, откуда струилась по телу кровь, марая одежду.[25]
20. 140px
«Смерть и вознесение св. Франциска»
…смерть предстала ему как блаженная, как сестра избавительница, едва лишь он увидел, что перед ним тот же путь, которым прошёл Христос, вознёсшийся к славе Отца. И тогда мир сошёл в его душу, он почувствовал, что восхищён в те высшие пределы, куда не достигает земная суета. Ему казалось, что он идёт по цветущей тропе к свету, сияющему всё ярче. С последним вздохом он выговорил: «Выведи из темницы мою душу, чтобы мне славить имя Твоё. Вокруг меня соберутся праведные, когда Ты явишь мне благодеяние». В этот миг сердце его перестало биться. Бог исполнил последнюю его просьбу. Внезапно в сумерках послышались движения многих крыльев: это жаворонки слетелись к келье Святого и запели свою песню. В чистой синеве неба зажигались первые звезды.[25]
21. 140px
«Явление брату Августину и епископу Ассизскому»
Брат Августин был старшим в общине Терра ди Лаворо. Когда он умирал, в его последний смертный час внезапно он закричал столь громко, что был услышан всеми — хотя давно уже все думали, что он не может разговаривать: «Подожди меня, отец! Подожди меня! Я иду за тобой!». Братья спросили, с кем он разговаривает, и услышали в ответ: «Разве вы не видите отца нашего Франциска, возносящегося в небеса?». И в тот же миг душа брата Августина покинула его смертную плоть и последовала за святым отцом.[29]
22. 140px
«Подтверждение стигматов»
Тело Святого, которое перед смертью было давно почерневшее от болезни, стало прекрасным, оно сияло великой чистотой и видом своим доставляло утешение. Все его члены, поначалу окоченелые, стали мягкими и обрели гибкость, свойственную телу младенца… В самой середине рук и ног были не отверстия от гвоздей, но сами гвозди, образовавшиеся из его плоти, даже возросшие с самой плотью, сохранявшие тёмный цвет, и правое ребро орошалось кровью.[25]
23. 140px
«Оплакивание Франциска монахинями-клариссами»
На следующее утро его понесли в город. Духовенство, власти, народ длинной вереницей потянулись к восточным воротам с песнопениями и молитвами, восклицая и приветственно помахивая зелёными ветками. У обители Св. Дамиана была сделана остановка. Клара и её дочери имели слишком большое право повидать отца в последний раз. Поднявшийся плач тронул бы и камни. Плакали женщины, глубоко постигшие любовь, это был плач дев о человеке, за которым они пошли в совершенной преданности ему, привлечённые его примером и силой воздействия. Их печаль контрастировала с праздничным настроением толпы в то мягкое воскресное утро. После последнего прощального приветствия кларисс, процессия медленно двинулась дальше.[25]
24. 140px
«Канонизация св. Франциска»
Побуждаемый собственным желанием и желанием всех христиан, папа ускорил процесс канонизации, назначив комиссию кардиналов. Около сорока чудес, подвергнутых рассмотрению, были исторически засвидетельствованы, но многим эта процедура показалась излишней. «Какая надобность, — говорили они, — в засвидетельствованных чудесах, если святость этого святейшего человека мы видели своими глазами, осязали своими руками и знаем, что она проверена истиной?». Оставалось лишь совершить великий обряд. 16 июля 1228 года Григорий IX прибыл из Перуджи в Ассизи и торжественно причислил Франциска к лику святых, отслужив папское богослужение на площади Св. Георгия.[25]
25. 140px
«Явление Григорию IX»
Перед канонизацией святого блаженной памяти папа Григорий IX, которому Франциск предсказал понтификатство, сомневался в его стигматах. Но однажды ночью, которую папа проводил в слезах, явился ему во сне святой Франциск. Лицо его было сурово, и упрекал он Григория за его сомнения. Затем поднял он свою правую руку и показал рану в подреберье, а затем сказал взять чашу и собрать кровь, стекающую из раны. Папа взял чашу, и кровь переполнила её через края. С этой ночи Григорий так уверовал в стигматы, что не позволял больше никому усомниться в этих чудесных знаках и наказывал сурово таких людей.[23]
26. 140px
«Исцеление раненного разбойниками в Лериде»
Был в Лериде Каталонской человек, звавшийся Иоанн, весьма почитавший святого Франциска, и однажды, довелось ему попасть в засаду на большой дороге. Один из убийц посёк его мечом так сильно, что надежд на выздоровление никаких не оставалось. Первым ударом была отрублена его рука от тела, а второй проник в грудь столь глубоко, что воздух, выходящий из лёгких, гасил полдюжины свечей. Лекари знали, что спасён Иоанн быть не может. Его раны нагноились, и запах был столь сильным, что даже его жена едва могла выдержать. Никто из людей не мог помочь ему, и стал Иоанн пылко призывать святого Франциска изо всех сил. И вот лежал он на своем ложе страданий, в сознании и призывая имя Франциска вновь и вновь, как человек в одеянии монахов-миноритов вошёл через окно и встал рядом с ним, как показалось ему. Он обратился к Иоанну по имени и сказал: «Ты верил в меня и поэтому Господь спасёт тебя». А когда умирающий спросил, кто его гость, то услышал в ответ, что святой Франциск. Он склонился над ним и развязал все его бинты, а затем, как казалось, омыл какой-то мазью. Лишь ощутил Иоанн прикосновение этих святых рук, делившихся своей целительной силой из стигматов Спасителя нашего, как обновилась плоть его.[23] Мастер св. Цецилии
27. 140px
«Воскрешение непокаявшейся грешницы из Беневента»
В селении Монте Марано вблизи Беневенто скончалась женщина из числа тех, кто был особенно предан святому Франциску. Вечером приехало несколько священнослужителей, чтобы отслужить службу над усопшей, и тут женщина внезапно села в постели и позвала того из них, кто приходился ей дядей. «Я хочу исповедоваться, отче», — сказала она, «Выслушайте о моем грехе. Я была мертва и оказалась в страшной темнице, ибо я никогда не признавалась в грехе, о котором хочу поведать вам. Но святой Франциск помолился за меня, ибо я всегда служила ему преданно, пока была жива, и мне было позволено вернуться в моё земное тело. После исповеди я смогу насладиться вечной жизнью. Вы увидете, когда я получу воздаяние». Затем она исповедалась испуганному священнику, получила отпущение грехов, улеглась в постель и спокойно опочила.[23]. Мастер св. Цецилии
28. 140px
«Освобождение из темницы Петра Ассизского, обвинявшегося в ереси»
В годы, когда Григорий IX был папой, некий человек по имени Пётр из Алифе был обвинён в ереси и заключён в темницу в Риме. Надзор за ним папа поручил епископу Тиволи, который заковал Петра в цепи и бросил в тёмную темницу, из которой не было никакого спасения. Но это был канун празднования дня святого Франциска, и Пётр обратился к нему с молитвами и слезами, прося сжалиться над ним. Он принял чистую веру и отрёкся от своей ереси, превратившись в одного из самых преданных почитателей Франциска. И посему по ходатайству Франциска он был услышан Господом. В сумерках уходящего праздничного дня святой Франциск сжалился над ним и спустился с небес в его тюремную клеть. Он позвал его по имени и приказал встать. Пётр был испуган, и спросил, кто это. И отвечено ему было — святой Франциск. И затем он увидел, как его цепи сами спали с ног. И стены камеры раздвинулись, освободив проход для бегства. Пётр был свободен, но столь впечатлён увиденным зрелищем, что не мог сделать ни шага во спасение, взамен он помчался к дверям своей камеры, испугав стражу своими криками.[23] Мастер св. Цецилии

Сводная таблица художников, работавших над росписями обеих базилик

См. также

Напишите отзыв о статье "Церковь Сан-Франческо в Ассизи"

Ссылки

Флаг ЮНЕСКО Всемирное наследие ЮНЕСКО, объект № 990
[http://whc.unesco.org/ru/list/990 рус.] • [http://whc.unesco.org/en/list/990 англ.] • [http://whc.unesco.org/fr/list/990 фр.]
  • [http://www.sanfrancescoassisi.org/ Официальный францисканский сайт базилики]
  • [http://www.assisionline.com/assisi__162.html Официальный сайт города Ассизи]
  • [http://www.icvbc.cnr.it/bivi/regioni/umbria/assisi.htm Витражи собора]
  • [http://www.franciscanfriarstor.com/stfrancis/stf_tomb_of_st_francis.htm Крипта с могилой святого Франциска]

Галереи

  • [http://www.thais.it/speciali/assisi/default.htm Фрески трех художников — Джотто, Мартини и Лоренцетти]
  • [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/g/giotto/assisi/lower/index.html Фрески Джотто в Сан-Франческо на wga.hu]
  • [http://www.abcgallery.com/G/giotto/giotto.html Фрески Джотто в Olga’s gallery]
  • [http://www.christusrex.org/www1/francis/index.html Фрески Джотто. Съемки интерьеров]
  • [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/s/simone/3assisi/index.html Фрески Симоне Мартине] в Web Gallery of Art  (англ.)
  • [http://www.ssga.ru/erudites_info/art/martini/4.html Фрески Симоне Мартини]
  • [http://gallery.euroweb.hu/html/c/cimabue/assisi/ Фрески Чимабуэ в Ассизи]
  • [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/l/lorenzet/pietro/1/index.html Фрески Лоренцетти] в Web Gallery of Art  (англ.)
  • [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/m/master/isaac/ Фрески Мастера Исаака] в Web Gallery of Art  (англ.)
  • [http://www.christusrex.org/www1/francis/francis1.html Францисканский цикл. Итал. названия]

Примечания

  1. [http://www.pravenc.ru/text/77368.html Базилика — статья в Православной энциклопедии]
  2. План монастыря Сакро-Конвенто
  3. [http://www.rusarch.ru/borngesser1.htm История готической архитектуры]
  4. [http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/auth_pages.xtmpl?Key=16556&page=309 Анциферов Н.П. Из дум о былом]
  5. Муратов П.П. «Образы Италии», том 3. СПб, 2005. Стр. 39.
  6. [http://www.moveaboutitaly.com/umbria/assisi_basilica_San_Francesco_it.html Раскадровка обрушения, итал. яз.]
  7. [http://www.maykapar.ru/saints/saints11.shtml Святой Франциск в живописи]
  8. [http://www.lenta.ru/news/2006/04/06/assisi/ lenta.ru Реставраторы вернули в Ассизи фрески Джотто и Чимабуэ]
  9. [http://www.cultradio.ru/doc.html?id=75430&cid=44 Новости Радио Культура Ассизская базилика восстановлена после землетрясения]
  10. [http://belpaese2000.narod.ru/Teca/Tre/00Scan/IIL_1/cronox.htm История итальянской литературы. Хронологическая таблица]
  11. [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/m/master/francis/ Работы Мастера Св. Франциска в Ассизи]
  12. [http://www.thais.it/speciali/assisi/SimoneMartini/schema.html Фрески Симоне Мартини в капелле св. Мартина. Схема расположения и фото]
  13. [http://www.centre.smr.ru/win/artists/djotto/vasari_djotto_01.htm Вазари. Жизнеописание Джотто]
  14. [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/p/palmerin/ Фрески Пальмерино ди Гвидо с житием св. Николая]
  15. [http://www.visit-italia.ru/dostassia Достопримечательности Ассизи]
  16. [http://www.fratefrancesco.org/asis/47.bas.sf.htm Basílica y Sacro Convento de San Francisco]
  17. [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/t/torriti/ Фрески Якопо Торрити на wga.hu]
  18. [http://www.gothic.ru/art/articles/intro/part3.htm Живопись готики]
  19. [http://www.ssga.ru/erudites_info/art/jotto/02.html Сцены из жизни св. Франциска. Система росписей и анализ авторства. Русс. яз.]
  20. [http://old.gothic.ru/art/articles/lorna/26.htm Эренфрид Клуккерт. Пространственная композиция в итальянском искусстве]
  21. [http://www.wga.hu/frames-e.html?/html/g/giotto/assisi/lower/index.html Фрески Джотто в Сан-Франческо. Схема и галерея]
  22. [http://www.englishare.net/literature/POL-DC-TEXT-Giotto.htm The Fransis legends. Текст и иллюстрации]
  23. 1 2 3 4 5 6 7 8 [http://www.franciscanos.org/buenaventura/menu.html Бонавентура из Баньореджо. «Большая легенда» («Legenda major»). (1263)]
  24. Бонавентура из Баньореджо. «Большая легенда» («Legenda major»). (1263)
  25. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [http://www.krotov.info/libr_min/ya/yakovell.html#ch1 «Анаклето Яковелли. Жизнеописание святого Франциска Ассизского, супруга госпожи Бедности»]
  26. 1 2 [http://www.gutenberg.org/etext/6367 «The Life and Legends of Saint Francis of Assisi» by Father Candide Chalippe.]
  27. Фома Челанский. «Второе житие», 108
  28. Фома Челанский. «Чудеса блаженного Франциска (3-й сборник)», 41
  29. Фома Челанский. «Второе жизнеописание», 218

Литература

  • Пешке Иоахим. «Монументальная живопись эпохи Джотто в Италии. 1280—1400»
  • Elvio Lunghi. The Basilica of St. Francis in Assisi, 1996
  • Jean Dominique Rey. Frescoes in the upper church, Assisi, 1956
  • Flavian A. Walsh. House of Peace: A history of the church and friary of Saint Francis of Assisi, New York City, 1993
  • The Treasury of Saint Francis of Assisi: Masterpieces from the Museo Della Basilica of San Francesca by N. Y. Metropolitan Museum of Art
  • Marilyn Aronberg Lavin. The Place of Narrative: Mural Decoration in Italian Churches, 431—1600, 1995
  • Leonetto Tintori. The painting of The life of St. Francis in Assisi,: With notes on the Arena Chapel, 1961
  • Paschal Magro. The tomb of Saint Francis: The celebration of the Saint in the frescoes of the lower Church, 1981
  • Mario Angio Romanini and Antonio Paolucci. Assisi: The Frescoes in the Basilica of St. Francis, 1998
  • Gianfranco Malafrina, ed. The Basilica of St Francis in Assisi. — Franco Cosimo Panini (Modena), 2005. — ISBN 9788882907655..


Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Церковь Сан-Франческо в Ассизи

– Ну, вот! Как тебе нравится? – весело спросила Стелла.
Человек, совершенно ошалевши от увиденного, не произносил ни слова, только смотрел на всю эту красоту расширившимися от удивления глазами, в которых чистыми бриллиантами блестели дрожащие капли «счастливых» слёз...
– Господи, как же давно я не видел солнца!.. – тихо прошептал он. – Кто ты, девочка?
– О, я просто человек. Такой же, как и ты – мёртвый. А вот она, ты уже знаешь – живая. Мы гуляем здесь вместе иногда. И помогаем, если можем, конечно.
Было видно, что малышка рада произведённым эффектом и буквально ёрзает от желания его продлить...
– Тебе правда нравится? А хочешь, чтобы так и осталось?
Человек только кивнул, не в состоянии произнести ни слова.
Я даже не пыталась представить, какое счастье он должен был испытать, после того чёрного ужаса, в котором он ежедневно, и уже так долго, находился!..
– Спасибо тебе, милая... – тихо прошептал мужчина. – Только скажи, как же это может остаться?..
– О, это просто! Твой мир будет только здесь, в этой пещере, и, кроме тебя, его никто не увидит. И если ты не будешь отсюда уходить – он навсегда останется с тобой. Ну, а я буду к тебе приходить, чтобы проверить... Меня зовут Стелла.
– Я не знаю, что и сказать за такое... Не заслужил я. Наверно неправильно это... Меня Светилом зовут. Да не очень-то много «света» пока принёс, как видите...
– Ой, ничего, принесёшь ещё! – было видно, что малышка очень горда содеянным и прямо лопается от удовольствия.
– Спасибо вам, милые... – Светило сидел, опустив свою гордую голову, и вдруг совершенно по-детски заплакал...
– Ну, а как же другие, такие же?.. – тихо прошептала я Стелле в ушко. – Их ведь наверное очень много? Что же с ними делать? Ведь это не честно – помочь одному. Да и кто дал нам право судить о том, кто из них такой помощи достоин?
Стеллино личико сразу нахмурилось...
– Не знаю... Но я точно знаю, что это правильно. Если бы это было неправильно – у нас бы не получилось. Здесь другие законы...
Вдруг меня осенило:
– Погоди-ка, а как же наш Гарольд?!.. Ведь он был рыцарем, значит, он тоже убивал? Как же он сумел остаться там, на «верхнем этаже»?..
– Он заплатил за всё, что творил... Я спрашивала его об этом – он очень дорого заплатил... – смешно сморщив лобик, серьёзно ответила Стелла.
– Чем – заплатил? – не поняла я.
– Сущностью... – печально прошептала малышка. – Он отдал часть своей сущности за то, что при жизни творил. Но сущность у него была очень высокой, поэтому, даже отдав её часть, он всё ещё смог остаться «на верху». Но очень мало кто это может, только по-настоящему очень высоко развитые сущности. Обычно люди слишком много теряют, и уходят намного ниже, чем были изначально. Как Светило...
Это было потрясающе... Значит, сотворив что-то плохое на Земле, люди теряли какую-то свою часть (вернее – часть своего эволюционного потенциала), и даже при этом, всё ещё должны были оставаться в том кошмарном ужасе, который звался – «нижний» Астрал... Да, за ошибки, и в правду, приходилось дорого платить...
– Ну вот, теперь мы можем идти, – довольно помахав ручкой, прощебетала малышка. – До свидания, Светило! Я буду к тебе приходить!
Мы двинулись дальше, а наш новый друг всё ещё сидел, застыв от неожиданного счастья, жадно впитывая в себя тепло и красоту созданного Стеллой мира, и окунаясь в него так глубоко, как делал бы умирающий, впитывающий вдруг вернувшуюся к нему жизнь, человек...
– Да, это правильно, ты была абсолютно права!.. – задумчиво сказала я.
Стелла сияла.
Пребывая в самом «радужном» настроении мы только-только повернули к горам, как из туч внезапно вынырнула громадная, шипасто-когтистая тварь и кинулась прямо на нас...
– Береги-и-сь! – взвизгнула Стела, а я только лишь успела увидеть два ряда острых, как бритва, зубов, и от сильного удара в спину, кубарем покатилась на землю...
От охватившего нас дикого ужаса мы пулями неслись по широкой долине, даже не подумав о том, что могли бы быстренько уйти на другой «этаж»... У нас просто не было времени об этом подумать – мы слишком сильно перепугались.
Тварь летела прямо над нами, громко щёлкая своим разинутым зубастым клювом, а мы мчались, насколько хватало сил, разбрызгивая в стороны мерзкие слизистые брызги, и мысленно моля, чтобы что-то другое вдруг заинтересовало эту жуткую «чудо-птицу»... Чувствовалось, что она намного быстрее и оторваться от неё у нас просто не было никаких шансов. Как на зло, поблизости не росло ни одно дерево, не было ни кустов, ни даже камней, за которыми можно было бы скрыться, только в дали виднелась зловещая чёрная скала.
– Туда! – показывая пальчиком на ту же скалу, закричала Стелла.
Но вдруг, неожиданно, прямо перед нами откуда-то появилось существо, от вида которого у нас буквально застыла в жилах кровь... Оно возникло как бы «прямо из воздуха» и было по-настоящему ужасающим... Огромную чёрную тушу сплошь покрывали длинные жёсткие волосы, делая его похожим на пузатого медведя, только этот «медведь» был ростом с трёхэтажный дом... Бугристая голова чудовища «венчалась» двумя огромными изогнутыми рогами, а жуткую пасть украшала пара невероятно длинных, острых как ножи клыков, только посмотрев на которые, с перепугу подкашивались ноги... И тут, несказанно нас удивив, монстр легко подпрыгнул вверх и....подцепил летящую «гадость» на один из своих огромных клыков... Мы ошарашено застыли.
– Бежим!!! – завизжала Стелла. – Бежим, пока он «занят»!..
И мы уже готовы были снова нестись без оглядки, как вдруг за нашими спинами прозвучал тоненький голосок:
– Девочки, постойте!!! Не надо убегать!.. Дин спас вас, он не враг!
Мы резко обернулись – сзади стояла крохотная, очень красивая черноглазая девочка... и спокойно гладила подошедшее к ней чудовище!.. У нас от удивления глаза полезли на лоб... Это было невероятно! Уж точно – это был день сюрпризов!.. Девочка, глядя на нас, приветливо улыбалась, совершенно не боясь рядом стоящего мохнатого чудища.
– Пожалуйста, не бойтесь его. Он очень добрый. Мы увидели, что за вами гналась Овара и решили помочь. Дин молодчина, успел вовремя. Правда, мой хороший?
«Хороший» заурчал, что прозвучало как лёгкое землетрясение и, нагнув голову, лизнул девочку в лицо.
– А кто такая Овара, и почему она на нас напала? – спросила я.
– Она нападает на всех, она – хищник. И очень опасна, – спокойно ответила девчушка. – А можно спросить, что вы здесь делаете? Вы ведь не отсюда, девочки?
– Нет, не отсюда. Мы просто гуляли. Но такой же вопрос к тебе – а, что ты здесь делаешь?
Я к маме хожу... – погрустнела малышка. – Мы умерли вместе, но почему-то она попала сюда. И вот теперь я живу здесь, но я ей этого не говорю, потому что она никогда с этим не согласится. Она думает, что я только прихожу...
– А не лучше ли и вправду только приходить? Здесь ведь так ужасно!.. – передёрнула плечиками Стелла.
– Я не могу её оставить здесь одну, я за ней смотрю, чтобы с ней ничего не случилось. И вот Дин со мной... Он мне помогает.
Я просто не могла этому поверить... Эта малюсенькая храбрая девчушка добровольно ушла со своего красивого и доброго «этажа», чтобы жить в этом холодном, ужасном и чужом мире, защищая свою, чем-то сильно «провинившуюся», мать! Не много, думаю, нашлось бы столь храбрых и самоотверженных (даже взрослых!) людей, которые решились бы на подобный подвиг... И я тут же подумала – может, она просто не понимала, на что собиралась себя обречь?!
– А как давно ты здесь, девочка, если не секрет?
– Недавно... – грустно ответила, теребя пальчиками чёрный локон своих кудрявых волос, черноглазая малышка. – Я попала в такой красивый мир, когда умерла!.. Он был таким добрым и светлым!.. А потом я увидела, что мамы со мной нет и кинулась её искать. Сначала было так страшно! Её почему-то нигде не было... И вот тогда я провалилась в этот ужасный мир... И тут её нашла. Мне было так жутко здесь... Так одиноко... Мама велела мне уходить, даже ругала. Но я не могу её оставить... Теперь у меня появился друг, мой добрый Дин, и я уже могу здесь как-то существовать.
Её «добрый друг» опять зарычал, от чего у нас со Стеллой поползли огромные «нижнеастральные» мурашки... Собравшись, я попыталась немного успокоиться, и начала присматриваться к этому мохнатому чуду... А он, сразу же почувствовав, что на него обратили внимание, жутко оскалил свою клыкастую пасть... Я отскочила.
– Ой, не бойтесь пожалуйста! Это он вам улыбается, – «успокоила» девчушка.
Да уж... От такой улыбки быстро бегать научишься... – про себя подумала я.
– А как же случилось, что ты с ним подружилась? – спросила Стелла.
– Когда я только сюда пришла, мне было очень страшно, особенно, когда нападали такие чудища, как на вас сегодня. И вот однажды, когда я уже чуть не погибла, Дин спас меня от целой кучи жутких летающих «птиц». Я его тоже испугалась вначале, но потом поняла, какое у него золотое сердце... Он самый лучший друг! У меня таких никогда не было, даже когда я жила на Земле.
– А как же ты к нему так быстро привыкла? У него внешность ведь не совсем, скажем так, привычная...
– А я поняла здесь одну очень простую истину, которую на Земле почему-то и не замечала – внешность не имеет значения, если у человека или существа доброе сердце... Моя мама была очень красивой, но временами и очень злой тоже. И тогда вся её красота куда-то пропадала... А Дин, хоть и страшный, но зато, всегда очень добрый, и всегда меня защищает, я чувствую его добро и не боюсь ничего. А к внешности можно привыкнуть...
– А ты знаешь, что ты будешь здесь очень долго, намного дольше, чем люди живут на Земле? Неужели ты хочешь здесь остаться?..
– Здесь моя мама, значит, я должна ей помочь. А когда она «уйдёт», чтобы снова жить на Земле – я тоже уйду... Туда, где добра побольше. В этом страшном мире и люди очень странные – как будто они и не живут вообще. Почему так? Вы что-то об этом знаете?
– А кто тебе сказал, что твоя мама уйдёт, чтобы снова жить? – заинтересовалась Стелла.
– Дин, конечно. Он многое знает, он ведь очень долго здесь живёт. А ещё он сказал, что когда мы (я и мама) снова будем жить, у нас семьи будут уже другие. И тогда у меня уже не будет этой мамы... Вот потому я и хочу с ней сейчас побыть.
– А как ты с ним говоришь, со своим Дином? – спросила Стелла. – И почему ты не желаешь нам сказать своё имя?
А ведь и правда – мы до сих пор не знали, как её зовут! И откуда она – тоже не знали...
– Меня звали Мария... Но разве здесь это имеет значение?
– Ну, конечно же! – рассмеялась Стелла. – А как же с тобой общаться? Вот когда уйдёшь – там тебе новое имя нарекут, а пока ты здесь, придётся жить со старым. А ты здесь с кем-то ещё говорила, девочка Мария? – по привычке перескакивая с темы на тему, спросила Стелла.
– Да, общалась... – неуверенно произнесла малышка. – Но они здесь такие странные. И такие несчастные... Почему они такие несчастные?
– А разве то, что ты здесь видишь, располагает к счастью? – удивилась её вопросу я. – Даже сама здешняя «реальность», заранее убивает любые надежды!.. Как же здесь можно быть счастливым?
– Не знаю. Когда я с мамой, мне кажется, я и здесь могла бы быть счастливой... Правда, здесь очень страшно, и ей здесь очень не нравится... Когда я сказала, что согласна с ней остаться, она на меня сильно накричала и сказала, что я её «безмозглое несчастье»... Но я не обижаюсь... Я знаю, что ей просто страшно. Так же, как и мне...
– Возможно, она просто хотела тебя уберечь от твоего «экстремального» решения, и хотела, только лишь, чтобы ты пошла обратно на свой «этаж»? – осторожно, чтобы не обидеть, спросила Стелла.
– Нет, конечно же... Но спасибо вам за хорошие слова. Мама часто называла меня не совсем хорошими именами, даже на Земле... Но я знаю, что это не со злости. Она просто была несчастной оттого, что я родилась, и часто мне говорила, что я разрушила ей жизнь. Но это ведь не была моя вина, правда же? Я всегда старалась сделать её счастливой, но почему-то мне это не очень-то удавалось... А папы у меня никогда не было. – Мария была очень печальной, и голосок у неё дрожал, как будто она вот-вот заплачет.
Мы со Стеллой переглянулись, и я была почти уверенна, что её посетили схожие мысли... Мне уже сейчас очень не нравилась эта избалованная, эгоистичная «мама», которая вместо того, чтобы самой беспокоиться о своём ребёнке, его же героическую жертву совершенно не понимала и, в придачу, ещё больно обижала.
– А вот Дин говорит, что я хорошая, и что я делаю его очень счастливым! – уже веселее пролепетала малышка. – И он хочет со мной дружить. А другие, кого я здесь встречала, очень холодные и безразличные, а иногда даже и злые... Особенно те, у кого монстры прицеплены...
– Монстры – что?.. – не поняли мы.
– Ну, у них страшенные чудища на спинах сидят, и говорят им, что они должны делать. А если те не слушают – чудища над ними страшно издеваются... Я попробовала поговорить с ними, но эти монстры не разрешают.
Мы абсолютно ничего из этого «объяснения» не поняли, но сам факт, что какие-то астральные существа истязают людей, не мог остаться нами не «исследованным», поэтому, мы тут же её спросили, как мы можем это удивительное явление увидеть.
– О, да везде! Особенно у «чёрной горы». Во-он там, за деревьями. Хотите, мы тоже с вами пойдём?
– Конечно, мы только рады будем! – сразу же ответила обрадованная Стелла.
Мне тоже, если честно, не очень-то улыбалась перспектива встречаться с кем-то ещё, «жутким и непонятным», особенно в одиночку. Но интерес перебарывал страх, и мы, конечно же, пошли бы, несмотря на то, что немного побаивались... Но когда с нами шёл такой защитник как Дин – сразу же становилось веселее...
И вот, через короткое мгновение, перед нашими широко распахнутыми от изумления глазами развернулся настоящий Ад... Видение напоминало картины Боша (или Боска, в зависимости от того, на каком языке переводить), «сумасшедшего» художника, который потряс однажды своим искусством весь мир... Сумасшедшим он, конечно же, не был, а являлся просто видящим, который почему-то мог видеть только нижний Астрал. Но надо отдать ему должное – изображал он его великолепно... Я видела его картины в книге, которая была в библиотеке моего папы, и до сих пор помнила то жуткое ощущение, которое несли в себе большинство из его картин...
– Ужас какой!.. – прошептала потрясённая Стелла.
Можно, наверное, было бы сказать, что мы видели здесь, на «этажах», уже многое... Но такого даже мы не в состоянии были вообразить в самом жутком нашем кошмаре!.. За «чёрной скалой» открылось что-то совершенно немыслимое... Это было похоже на огромный, выбитый в скале, плоский «котёл», на дне которого пузырилась багровая «лава»... Раскалённый воздух «лопался» повсюду странными вспыхивающими красноватыми пузырями, из которых вырывался обжигающий пар и крупными каплями падал на землю, или на попавших в тот момент под него людей... Раздавались душераздирающие крики, но тут же смолкали, так как на спинах тех же людей восседали омерзительнейшие твари, которые с довольным видом «управляли» своими жертвами, не обращая ни малейшего внимания на их страдания... Под обнажёнными ступнями людей краснели раскалённые камни, пузырилась и «плавилась» пышущая жаром багровая земля... Сквозь огромные трещины прорывались выплески горячего пара и, обжигая ступни рыдающим от боли людским сущностям, уносились в высь, испаряясь лёгким дымком... А по самой середине «котлована» протекала ярко красная, широкая огненная река, в которую, время от времени, те же омерзительные монстры неожиданно швыряли ту или иную измученную сущность, которая, падая, вызывала лишь короткий всплеск оранжевых искр, и тут же, превратившись на мгновение в пушистое белое облачко, исчезала... уже навсегда... Это был настоящий Ад, и нам со Стеллой захотелось как можно скорее оттуда «исчезнуть»...
– Что будем делать?.. – в тихом ужасе прошептала Стелла. – Ты хочешь туда спускаться? Разве мы чем-то можем им помочь? Посмотри, как их много!..
Мы стояли на чёрно-буром, высушенном жаром обрыве, наблюдая простиравшееся внизу, залитое ужасом «месиво» боли, безысходности, и насилия, и чувствовали себя настолько по-детски бессильными, что даже моя воинственная Стелла на этот раз безапелляционно сложила свои взъерошенные «крылышки» и готова была по первому же зову умчаться на свой, такой родной и надёжный, верхний «этаж»...
И тут я вспомнила, что Мария вроде бы говорила с этими, так жестоко судьбой (или ими самими) наказанными, людьми ...
– Скажи, пожалуйста, а как ты туда спустилась? – озадачено спросила я.
– Меня Дин отнёс, – как само собой разумеющееся, спокойно ответила Мария.
– Что же такое страшное эти бедняги натворили, что попали в такое пекло? – спросила я.
– Думаю, это касается не столь их проступков, сколько того, что они были очень сильные и имели много энергии, а этим монстрам именно это и нужно, так как они «питаются» этими несчастными людьми, – очень по-взрослому объяснила малышка.
– Что?!.. – чуть ли не подпрыгнули мы. – Получается – они их просто «кушают»?
– К сожалению – да... Когда мы пошли туда, я видела... Из этих бедных людей вытекал чистый серебристый поток и прямиком заполнял чудищ, сидящих у них на спине. А те сразу же оживали и становились очень довольными. Некоторые людские сущности, после этого, почти не могли идти... Это так страшно... И ничем нельзя помочь... Дин говорит, их слишком много даже для него.
– Да уж... Вряд ли мы можем что-то сделать тоже... – печально прошептала Стелла.
Было очень тяжко просто повернуться и уйти. Но мы прекрасно понимали, что на данный момент мы совершенно бессильны, а просто так наблюдать такое жуткое «зрелище» никому не доставляло ни малейшего удовольствия. Поэтому, ещё раз взглянув на этот ужасающий Ад, мы дружно повернули в другую сторону... Не могу сказать, что моя человеческая гордость не была уязвлена, так как проигрывать я никогда не любила. Но я уже также давно научилась принимать реальность такой, какой она была, и не сетовать на свою беспомощность, если помочь в какой-то ситуации мне было пока ещё не по силам.
– А можно спросить вас, куда вы сейчас направляетесь, девочки? – спросила погрустневшая Мария.
– Я бы хотела наверх... Если честно, мне уже вполне достаточно на сегодня «нижнего этажа»... Желательно посмотреть что-нибудь полегче... – сказала я, и тут же подумала о Марии – бедная девчушка, она ведь здесь остаётся!..
И никакую помощь ей предложить мы, к сожалению, не могли, так как это был её выбор и её собственное решение, которое только она сама могла изменить...
Перед нами замерцали, уже хорошо знакомые, вихри серебристых энергий, и как бы «укутавшись» ими в плотный, пушистый «кокон», мы плавно проскользнули «наверх»...
– Ух, как здесь хорошо-о!.. – оказавшись «дома», довольно выдохнула Стелла. – И как же там, «внизу», всё-таки жутко... Бедные люди, как же можно стать лучше, находясь каждодневно в таком кошмаре?!. Что-то в этом неправильно, ты не находишь?
Я засмеялась:
– Ну и что ты предлагаешь, чтобы «исправить»?
– А ты не смейся! Мы должны что-то придумать. Только я пока ещё не знаю – что... Но я подумаю... – совершенно серьёзно заявила малышка.
Я очень любила в ней это не по-детски серьёзное отношение к жизни, и «железное» желание найти положительный выход из любых появившихся проблем. При всём её сверкающем, солнечном характере, Стелла также могла быть невероятно сильным, ни за что не сдающимся и невероятно храбрым человечком, стоящим «горой» за справедливость или за дорогих её сердцу друзей...
– Ну что, давай чуть прогуляемся? А то что-то я никак не могу «отойти» от той жути, в которой мы только что побывали. Даже дышать тяжело, не говоря уже о видениях... – попросила я свою замечательную подружку.
Мы уже снова с большим удовольствием плавно «скользили» в серебристо-«плотной» тишине, полностью расслабившись, наслаждаясь покоем и лаской этого чудесного «этажа», а я всё никак не могла забыть маленькую отважную Марию, поневоле оставленную нами в том жутко безрадостном и опасном мире, только лишь с её страшным мохнатым другом, и с надеждой, что может наконец-то её «слепая», но горячо любимая мама, возьмёт да увидит, как сильно она её любит и как сильно хочет сделать её счастливой на тот промежуток времени, который остался им до их нового воплощения на Земле...
– Ой, ты только посмотри, как красиво!.. – вырвал меня из моих грустных раздумий радостный Стеллин голосок.
Я увидела огромный, мерцающий внутри, весёлый золотистый шар, а в нём красивую девушку, одетую в очень яркое цветастое платье, сидящую на такой же ярко цветущей поляне, и полностью сливавшуюся с буйно пламенеющими всеми цветами радуги невероятными чашечками каких-то совершенно фантастических цветов. Её очень длинные, светлые, как спелая пшеница, волосы тяжёлыми волнами спадали вниз, окутывая её с головы до ног золотым плащом. Глубокие синие глаза приветливо смотрели прямо на нас, как бы приглашая заговорить...
– Здравствуйте! Мы вам не помешаем? – не зная с чего начать и, как всегда, чуть стесняясь, приветствовала незнакомку я.
– И ты здравствуй, Светлая, – улыбнулась девушка.
– Почему вы так меня называете? – очень удивилась я.
– Не знаю, – ласково ответила незнакомка, – просто тебе это подходит!.. Я – Изольда. А как же тебя по правде зовут?
– Светлана, – немного смутившись ответила я.
– Ну вот, видишь – угадала! А что ты здесь делаешь, Светлана? И кто твоя милая подруга?
– Мы просто гуляем... Это Стелла, она мой друг. А вы, какая Изольда – та, у которой был Тристан? – уже расхрабрившись, спросила я.
У девушки глаза стали круглыми от удивления. Она, видимо никак не ожидала, что в этом мире её кто-то знал...
– Откуда ты это знаешь, девочка?.. – тихо прошептала она.
– Я книжку про вас читала, мне она так понравилась!.. – восторженно воскликнула я. – Вы так любили друг друга, а потом вы погибли... Мне было так жаль!.. А где же Тристан? Разве он больше не с вами?
– Нет, милая, он далеко... Я его так долго искала!.. А когда, наконец, нашла, то оказалось, что мы и здесь не можем быть вместе. Я не могу к нему пойти... – печально ответила Изольда.
И мне вдруг пришло простое видение – он был на нижнем астрале, видимо за какие-то свои «грехи». И она, конечно же, могла к нему пойти, просто, вероятнее всего, не знала, как, или не верила что сможет.
– Я могу показать вам, как туда пойти, если вы хотите, конечно же. Вы сможете видеть его, когда только захотите, только должны быть очень осторожны.
– Ты можешь пойти туда? – очень удивилась девушка.
Я кивнула:
– И вы тоже.
– Простите, пожалуйста, Изольда, а почему ваш мир такой яркий? – не смогла удержать своего любопытства Стелла.
– О, просто там, где я жила, почти всегда было холодно и туманно... А там, где я родилась всегда светило солнышко, пахло цветами, и только зимой был снег. Но даже тогда было солнечно... Я так соскучилась по своей стране, что даже сейчас никак не могу насладиться вволю... Правда, имя моё холодное, но это потому, что маленькой я потерялась, и нашли меня на льду. Вот и назвали Изольдой...
– Ой, а ведь и правда – изо льда!.. Я никогда бы не додумалась!.. – ошарашено уставилась на неё я.
– Это ещё, что!.. А ведь у Тристана и вообще имени не было... Он так всю жизнь и прожил безымянным, – улыбнулась Изольда.
– А как же – «Тристан»?
– Ну, что ты, милая, это же просто «владеющий тремя станами», – засмеялась Изольда. – Вся его семья ведь погибла, когда он был ещё совсем маленький, вот и не нарекли имени, когда время пришло – некому было.
– А почему вы объясняете всё это как бы на моём языке? Это ведь по-русски!
– А мы и есть русские, вернее – были тогда... – поправилась девушка. – А теперь ведь, кто знает, кем будем...
– Как – русские?.. – растерялась я.
– Ну, может не совсем... Но в твоём понятии – это русские. Просто тогда нас было больше и всё было разнообразнее – и наша земля, и язык, и жизнь... Давно это было...
– А как же в книжке говорится, что вы были ирландцы и шотландцы?!.. Или это опять всё неправда?
– Ну, почему – неправда? Это ведь то же самое, просто мой отец прибыл из «тёплой» Руси, чтобы стать владетелем того «островного» стана, потому, что там войны никак не кончались, а он был прекрасным воином, вот они и попросили его. Но я всегда тосковала по «своей» Руси... Мне всегда на тех островах было холодно...
– А могу ли я вас спросить, как вы по-настоящему погибли? Если это вас не ранит, конечно. Во всех книжках про это по-разному написано, а мне бы очень хотелось знать, как по-настоящему было...
– Я его тело морю отдала, у них так принято было... А сама домой пошла... Только не дошла никогда... Сил не хватило. Так хотелось солнце наше увидеть, но не смогла... А может Тристан «не отпустил»...
– А как же в книгах говорят, что вы вместе умерли, или что вы убили себя?
– Не знаю, Светлая, не я эти книги писала... А люди всегда любили сказы друг другу сказывать, особенно красивые. Вот и приукрашивали, чтобы больше душу бередили... А я сама умерла через много лет, не прерывая жизни. Запрещено это было.
– Вам, наверное, очень грустно было так далеко от дома находиться?
– Да, как тебе сказать... Сперва, даже интересно было, пока мама была жива. А когда умерла она – весь мир для меня померк... Слишком мала я была тогда. А отца своего никогда не любила. Он войной лишь жил, даже я для него цену имела только ту, что на меня выменять можно было, замуж выдав... Он был воином до мозга костей. И умер таким. А я всегда домой вернуться мечтала. Даже сны видела... Но не удалось.
– А хотите, мы вас к Тристану отведём? Сперва покажем, как, а потом вы уже сама ходить будете. Это просто... – надеясь в душе, что она согласится, предложила я.
Мне очень хотелось увидеть «полностью» всю эту легенду, раз уж появилась такая возможность, и хоть было чуточку совестно, но я решила на этот раз не слушать свой сильно возмущавшийся «внутренний голос», а попробовать как-то убедить Изольду «прогуляться» на нижний «этаж» и отыскать там для неё её Тристана.
Я и правда очень любила эту «холодную» северную легенду. Она покорила моё сердце с той же самой минуты, как только попалась мне в руки. Счастье в ней было такое мимолётное, а грусти так много!.. Вообще-то, как и сказала Изольда – добавили туда, видимо, немало, потому что душу это и вправду зацепляло очень сильно. А может, так оно и было?.. Кто же мог это по-настоящему знать?.. Ведь те, которые всё это видели, уже давным-давно не жили. Вот потому-то мне так сильно и захотелось воспользоваться этим, наверняка единственным случаем и узнать, как же всё было на самом деле...
Изольда сидела тихо, о чём-то задумавшись, как бы не решаясь воспользоваться этим единственным, так неожиданно представившимся ей случаем, и увидеться с тем, кого так надолго разъединила с ней судьба...
– Не знаю... Нужно ли теперь всё это... Может быть просто оставить так? – растерянно прошептала Изольда. – Ранит это сильно... Не ошибиться бы...
Меня невероятно удивила такая её боязнь! Это было первый раз с того дня, когда я впервые заговорила с умершими, чтобы кто-то отказывался поговорить или увидеться с тем, кого когда-то так сильно и трагически любил...
– Пожалуйста, пойдёмте! Я знаю, что потом вы будете жалеть! Мы просто покажем вам, как это делать, а если вы не захотите, то и не будете больше туда ходить. Но у вас должен оставаться выбор. Человек должен иметь право выбирать сам, правда, ведь?
Наконец-то она кивнула:
– Ну, что ж, пойдём, Светлая. Ты права, я не должна прятаться за «спиной невозможного», это трусость. А трусов у нас никогда не любили. Да и не была я никогда одной из них...
Я показала ей свою защиту и, к моему величайшему удивлению, она сделала это очень легко, даже не задумываясь. Я очень обрадовалась, так как это сильно облегчало наш «поход».
– Ну что, готовы?.. – видимо, чтобы её подбодрить, весело улыбнулась Стелла.
Мы окунулись в сверкающую мглу и, через несколько коротких секунд, уже «плыли» по серебристой дорожке Астрального уровня...
– Здесь очень красиво...– прошептала Изольда, – но я видела его в другом, не таком светлом месте...
– Это тоже здесь... Только чуточку ниже, – успокоила её я. – Вот увидите, сейчас мы его найдём.
Мы «проскользнули» чуть глубже, и я уже готова была увидеть обычную «жутко-гнетущую» нижнеастральную реальность, но, к моему удивлению, ничего похожего не произошло... Мы попали в довольно таки приятный, но, правда, очень хмурый и какой-то печальный, пейзаж. О каменистый берег тёмно-синего моря плескались тяжёлые, мутные волны... Лениво «гонясь» одна за другой, они «стукались» о берег и нехотя, медленно, возвращались обратно, таща за собой серый песок и мелкие, чёрные, блестящие камушки. Дальше виднелась величественная, огромная, тёмно-зелёная гора, вершина которой застенчиво пряталась за серыми, набухшими облаками. Небо было тяжёлым, но не пугающим, полностью укрытым серыми, облаками. По берегу местами росли скупые карликовые кустики каких-то незнакомых растений. Опять же – пейзаж был хмурым, но достаточно «нормальным», во всяком случае, напоминал один из тех, который можно было увидеть на земле в дождливый, очень пасмурный день... И того «кричащего ужаса», как остальные, виденные нами на этом «этаже» места, он нам не внушал...
На берегу этого «тяжёлого», тёмного моря, глубоко задумавшись, сидел одинокий человек. Он казался совсем ещё молодым и довольно-таки красивым, но был очень печальным, и никакого внимания на нас, подошедших, не обращал.
– Сокол мой ясный... Тристанушка... – прерывающимся голосом прошептала Изольда.
Она была бледна и застывшая, как смерть... Стелла, испугавшись, тронула её за руку, но девушка не видела и не слышала ничего вокруг, а только не отрываясь смотрела на своего ненаглядного Тристана... Казалось, она хотела впитать в себя каждую его чёрточку... каждый волосок... родной изгиб его губ... тепло его карих глаз... чтобы сохранить это в своём исстрадавшемся сердце навечно, а возможно даже и пронести в свою следующую «земную» жизнь...
– Льдинушка моя светлая... Солнце моё... Уходи, не мучай меня... – Тристан испуганно смотрел на неё, не желая поверить, что это явь, и закрываясь от болезненного «видения» руками, повторял: – Уходи, радость моя... Уходи теперь...
Не в состоянии более наблюдать эту душераздирающую сцену, мы со Стеллой решили вмешаться...
– Простите пожалуйста нас, Тристан, но это не видение, это ваша Изольда! Притом, самая настоящая...– ласково произнесла Стелла. – Поэтому лучше примите её, не раньте больше...
– Льдинушка, ты ли это?.. Сколько раз я видел тебя вот так, и сколько терял!... Ты всегда исчезала, как только я пытался заговорить с тобой, – он осторожно протянул к ней руки, будто боясь спугнуть, а она, забыв всё на свете, кинулась ему на шею и застыла, будто хотела так и остаться, слившись с ним в одно, теперь уже не расставаясь навечно...
Я наблюдала эту встречу с нарастающим беспокойством, и думала, как бы можно было помочь этим двум настрадавшимся, а теперь вот таким беспредельно счастливым людям, чтобы хоть эту, оставшуюся здесь (до их следующего воплощения) жизнь, они могли бы остаться вместе...
– Ой, ты не думай об этом сейчас! Они же только что встретились!.. – прочитала мои мысли Стелла. – А там мы обязательно придумаем что-нибудь...
Они стояли, прижавшись друг к другу, как бы боясь разъединиться... Боясь, что это чудное видение вдруг исчезнет и всё опять станет по-старому...
– Как же мне пусто без тебя, моя Льдинушка!.. Как же без тебя темно...
И только тут я заметила, что Изольда выглядела иначе!.. Видимо, то яркое «солнечное» платье предназначалось только ей одной, так же, как и усыпанное цветами поле... А сейчас она встречала своего Тристана... И надо сказать, в своём белом, вышитом красным узором платье, она выглядела потрясающе!.. И была похожа на юную невесту...
– Не вели нам с тобой хороводов, сокол мой, не говорили здравниц... Отдали меня чужому, по воде женили... Но я всегда была женой тебе. Всегда была суженой... Даже когда потеряла тебя. Теперь мы всегда будем вместе, радость моя, теперь никогда не расстанемся... – нежно шептала Изольда.
У меня предательски защипало глаза и, чтобы не показать, что плачу, я начала собирать на берегу какие-то камушки. Но Стеллу не так-то просто было провести, да и у неё самой сейчас глаза тоже были «на мокром месте»...
– Как грустно, правда? Она ведь не живёт здесь... Разве она не понимает?.. Или, думаешь, она останется с ним?.. – малышка прямо ёрзала на месте, так сильно ей хотелось тут же «всё-всё» знать.
У меня роились в голове десятки вопросов к этим двоим, безумно счастливым, не видящим ничего вокруг, людям. Но я знала наверняка, что не сумею ничего спросить, и не смогу потревожить их неожиданное и такое хрупкое счастье...
– Что же будем делать? – озабочено спросила Стелла. – Оставим её здесь?
– Это не нам решать, думаю... Это её решение и её жизнь, – и, уже обращаясь к Изольде, сказала. – Простите меня, Изольда, но мы хотели бы уже пойти. Мы можем вам ещё как-то помочь?
– Ой, девоньки мои дорогие, а я и забыла!.. Вы уж простите меня!..– хлопнула в ладошки стыдливо покрасневшая девушка. – Тристанушка, это их благодарить надо!.. Это они привели меня к тебе. Я и раньше приходила, как только нашла тебя, но ты не мог слышать меня... И тяжело это было. А с ними столько счастья пришло!
Тристан вдруг низко-низко поклонился:
– Благодарю вас, славницы... за то, что счастье моё, мою Льдинушку мне вернули. Радости вам и добра, небесные... Я ваш должник на веки вечные... Только скажите.
У него подозрительно блестели глаза, и я поняла, что ещё чуть-чуть – и он заплачет. Поэтому, чтобы не ронять (и так сильно битую когда-то!) его мужскую гордость, я повернулась к Изольде и как можно ласковее сказала:
– Я так понимаю, вы хотите остаться?
Она грустно кивнула.
– Тогда, посмотрите внимательно на вот это... Оно поможет вам здесь находиться. И облегчит надеюсь... – я показала ей свою «особую» зелёную защиту, надеясь что с ней они будут здесь более или менее в безопасности. – И ещё... Вы, наверное, поняли, что и здесь вы можете создавать свой «солнечный мир»? Думаю ему (я показала на Тристана) это очень понравится...
Изольда об этом явно даже не подумала, и теперь просто засияла настоящим счастьем, видимо предвкушая «убийственный» сюрприз...
Вокруг них всё засверкало весёлыми цветами, море заблестело радугами, а мы, поняв, что с ними точно будет всё хорошо, «заскользили» обратно, в свой любимый Ментальный этаж, чтобы обсудить свои возможные будущие путешествия...

Как и всё остальное «интересненькое», мои удивительные прогулки на разные уровни Земли, понемногу становились почти что постоянными, и сравнительно быстро угодили на мою «архивную» полочку «обычных явлений». Иногда я ходила туда одна, огорчая этим свою маленькую подружку. Но Стелла, даже она если чуточку и огорчалась, никогда ничего не показывала и, если чувствовала, что я предпочитаю остаться одна, никогда не навязывала своё присутствие. Это, конечно же, делало меня ещё более виноватой по отношению к ней, и после своих маленьких «личных» приключений я оставалась погулять с ней вместе, что, тем же самым, уже удваивало нагрузку на моё ещё к этому не совсем привыкшее физическое тело, и домой я возвращалась измученная, как до последней капли выжатый, спелый лимон... Но постепенно, по мере того, как наши «прогулки» становились всё длиннее, моё, «истерзанное» физическое тело понемногу к этому привыкало, усталость становилась всё меньше, и время, которое требовалось для восстановления моих физических сил, становилось намного короче. Эти удивительные прогулки очень быстро затмили всё остальное, и моя повседневная жизнь теперь казалась на удивление тусклой и совершенно неинтересной...
Конечно же, всё это время я жила своей нормальной жизнью нормального ребёнка: как обычно – ходила в школу, участвовала во всех там организуемых мероприятиях, ходила с ребятами в кино, в общем – старалась выглядеть как можно более нормальной, чтобы привлекать к своим «необычным» способностям как можно меньше ненужного внимания.
Некоторые занятия в школе я по-настоящему любила, некоторые – не очень, но пока что все предметы давались мне всё ещё достаточно легко и больших усилий для домашних заданий не требовали.
Ещё я очень любила астрономию... которая, к сожалению, у нас пока ещё не преподавалась. Дома у нас имелись всевозможные изумительно иллюстрированные книги по астрономии, которую мой папа тоже обожал, и я могла целыми часами читать о далёких звёздах, загадочных туманностях, незнакомых планетах... Мечтая когда-нибудь хотя бы на один коротенький миг, увидеть все эти удивительные чудеса, как говорится, живьём... Наверное, я тогда уже «нутром» чувствовала, что этот мир намного для меня ближе, чем любая, пусть даже самая красивая, страна на нашей Земле... Но все мои «звёздные» приключения тогда ещё были очень далёкими (я о них пока ещё даже не предполагала!) и поэтому, на данном этапе меня полностью удовлетворяли «гуляния» по разным «этажам» нашей родной планеты, с моей подружкой Стеллой или в одиночку.
Бабушка, к моему большому удовлетворению, меня в этом полностью поддерживала, таким образом, уходя «гулять», мне не нужно было скрываться, что делало мои путешествия ещё более приятными. Дело в том, что, для того, чтобы «гулять» по тем же самым «этажам», моя сущность должна была выйти из тела, и если кто-то в этот момент заходил в комнату, то находил там презабавнейшую картинку... Я сидела с открытыми глазами, вроде бы в полностью нормальном состоянии, но не реагировала ни на какое ко мне обращение, не отвечала на вопросы и выглядела совершенно и полностью «замороженной». Поэтому бабушкина помощь в такие минуты была просто незаменимой. Помню однажды в моём «гуляющем» состоянии меня нашёл мой тогдашний друг, сосед Ромас... Когда я очнулась, то увидела перед собой совершенно ошалевшее от страха лицо и круглые, как две огромные голубые тарелки, глаза... Ромас меня яростно тряс за плечи и звал по имени, пока я не открыла глаза...
– Ты что – умерла что ли?!.. Или это опять какой-то твой новый «эксперимент»? – чуть ли не стуча с перепугу зубами, тихо прошипел мой друг.
Хотя, за все эти годы нашего общения, уж его-то точно трудно было чем-то удивить, но, видимо, открывшаяся ему в этот момент картинка «переплюнула» самые впечатляющие мои ранние «эксперименты»... Именно Ромас и рассказал мне после, как пугающе со стороны выглядело такое моё «присутствие»...
Я, как могла, постаралась его успокоить и кое-как объяснить, что же такое «страшное» со мной здесь происходило. Но как бы я его бедного не успокаивала, я была почти стопроцентно уверенна, что впечатление от увиденного останется в его мозгу ещё очень и очень надолго...
Поэтому, после этого смешного (для меня) «инцидента», я уже всегда старалась, чтобы, по возможности, никто не заставал меня врасплох, и никого не пришлось бы так бессовестно ошарашивать или пугать... Вот потому-то бабушкина помощь так сильно мне и была необходима. Она всегда знала, когда я в очередной раз шла «погулять» и следила, чтобы никто в это время, по возможности, меня не беспокоил. Была и ещё одна причина, по которой я не очень любила, когда меня насильно «вытаскивали» из моих «походов» обратно – во всём моём физическом теле в момент такого «быстрого возвращения» чувствовалось ощущение очень сильного внутреннего удара и это воспринималось весьма и весьма болезненно. Поэтому, такое резкое возвращение сущности обратно в физическое тело было очень для меня неприятно и совершенно нежелательно.
Так, в очередной раз гуляя со Стеллой по «этажам», и не находя чем заняться, «не подвергая при этом себя большой опасности», мы наконец-то решили «поглубже» и «посерьёзнее» исследовать, ставший для неё уже почти что родным, Ментальный «этаж»...
Её собственный красочный мир в очередной раз исчез, и мы как бы «повисли» в сверкающем, припорошенном звёздными бликами воздухе, который, в отличие от обычного «земного», был здесь насыщенно «плотным» и постоянно меняющимся, как если бы был наполнен миллионами малюсеньких снежинок, которые искрились и сверкали в морозный солнечный день на Земле... Мы дружно шагнули в эту серебристо-голубую мерцающую «пустоту», и тут же уже привычно под нашими стопами появилась «тропинка»... Вернее, не просто тропинка, а очень яркая и весёлая, всё время меняющаяся дорожка, которая была создана из мерцающих пушистых серебристых «облачков»... Она сама по себе появлялась и исчезала, как бы дружески приглашая по ней пройтись. Я шагнула на сверкающее «облачко» и сделала несколько осторожных шагов... Не чувствовалось ни движения, ни малейшего для него усилия, только лишь ощущение очень лёгкого скольжения в какой-то спокойной, обволакивающей, блистающей серебром пустоте... Следы тут же таяли, рассыпаясь тысячами разноцветных сверкающих пылинок... и появлялись новые по мере того, как я ступала по этой удивительной и полностью меня очаровавшей «местной земле»....
Вдруг, во всей этой глубокой, переливающейся серебристыми искрами тишине появилась странная прозрачная ладья, а в ней стояла очень красивая молодая женщина. Её длинные золотистые волосы то мягко развевались, как будто тронутые дуновением ветерка, то опять застывали, загадочно сверкая тяжёлыми золотыми бликами. Женщина явно направлялась прямо к нам, всё так же легко скользя в своей сказочной ладье по каким-то невидимым нами «волнам», оставляя за собой длиннющие, вспыхивающие серебряными искрами развевающиеся хвосты... Её белое лёгкое платье, похожее на мерцающую тунику, также – то развевалось, то плавно опускалось, спадая мягкими складками вниз, и делая незнакомку похожей на дивную греческую богиню.
– Она всё время здесь плавает, ищет кого-то – прошептала Стелла.
– Ты её знаешь? Кого она ищет? – не поняла я.
– Я не знаю, но я её видела много раз.
– Ну, так давай спросим? – уже освоившись на «этажах», храбро предложила я.
Женщина «подплыла» ближе, от неё веяло грустью, величием и теплом.
– Я Атенайс, – очень мягко, мысленно произнесла она. – Кто вы, дивные создания?
«Дивные создания» чуточку растерялись, точно не зная, что на такое приветствие ответить...
– Мы просто гуляем, – улыбаясь сказала Стелла. – Мы не будем вам мешать.
– А кого вы ищете? – спросила Атенайс.
– Никого, – удивилась малышка. – А почему вы думаете, что мы должны кого-то искать?
– А как же иначе? Вы сейчас там, где все ищут себя. Я тоже искала... – она печально улыбнулась. – Но это было так давно!..
– А как давно? – не выдержала я.
– О, очень давно!... Здесь ведь нет времени, как же мне знать? Всё, что я помню – это было давно.
Атенайс была очень красивой и какой-то необычайно грустной... Она чем-то напоминала гордого белого лебедя, когда тот, падая с высоты, отдавая душу, пел свою последнюю песню – была такой же величественной и трагичной...
Когда она смотрела на нас своими искристыми зелёными глазами, казалось – она старее, чем сама вечность. В них было столько мудрости, и столько невысказанной печали, что у меня по телу побежали мурашки...
– Можем ли мы вам чем-то помочь? – чуточку стесняясь спрашивать у неё подобные вопросы, спросила я.
– Нет, милое дитя, это моя работа... Мой обет... Но я верю, что когда-нибудь она закончится... и я смогу уйти. А теперь, скажите мне, радостные, куда вы хотели бы пойти?
Я пожала плечами:
– Мы не выбирали, мы просто гуляли. Но мы будем счастливы, если вы хотите нам что-нибудь предложить.
Атенайс кивнула:
– Я охраняю это междумирье, я могу пропустить вас туда, – и, ласково посмотрев на Стеллу, добавила. – А тебе, дитя, я помогу найти себя...
Женщина мягко улыбнулась, и взмахнула рукой. Её странное платье колыхнулось, и рука стала похожа на бело-серебристое, мягкое пушистое крыло... от которого протянулась, рассыпаясь золотыми бликами, уже другая, слепящая золотом и почти что плотная, светлая солнечная дорога, которая вела прямо в «пламенеющую» вдали, открытую золотую дверь...
– Ну, что – пойдём? – уже заранее зная ответ, спросила я Стеллу.
– Ой, смотри, а там кто-то есть... – показала пальчиком внутрь той же самой двери, малышка.
Мы легко скользнули внутрь и ... как будто в зеркале, увидели вторую Стеллу!.. Да, да, именно Стеллу!.. Точно такую же, как та, которая, совершенно растерянная, стояла в тот момент рядом со мной...
– Но это же я?!.. – глядя на «другую себя» во все глаза, прошептала потрясённая малышка. – Ведь это правда я... Как же так?..
Я пока что никак не могла ответить на её, такой вроде бы простой вопрос, так как сама стояла совершенно опешив, не находя никакого объяснения этому «абсурдному» явлению...
Стелла тихонько протянула ручку к своему близнецу и коснулась протянутых к ней таких же маленьких пальчиков. Я хотела крикнуть, что это может быть опасно, но, увидев её довольную улыбку – промолчала, решив посмотреть, что же будет дальше, но в то же время была настороже, на тот случай, если вдруг что-то пойдёт не так.
– Так это же я... – в восторге прошептала малышка. – Ой, как чудесно! Это же, правда я...
Её тоненькие пальчики начали ярко светиться, и «вторая» Стелла стала медленно таять, плавно перетекая через те же самые пальчики в «настоящую», стоявшую около меня, Стеллу. Её тело стало уплотняться, но не так, как уплотнялось бы физическое, а как будто стало намного плотнее светиться, наполняясь каким-то неземным сиянием.
Вдруг я почувствовала за спиной чьё-то присутствие – это опять была наша знакомая, Атенайс.
– Прости меня, светлое дитя, но ты ещё очень нескоро придёшь за своим «отпечатком»... Тебе ещё очень долго ждать, – она внимательнее посмотрела мне в глаза. – А может, и не придёшь вовсе...
– Как это «не приду»?!.. – испугалась я. – Если приходят все – значит приду и я!
– Не знаю. Твоя судьба почему-то закрыта для меня. Я не могу тебе ничего ответить, прости...
Я очень расстроилась, но, стараясь изо всех сил не показать этого Атенайс, как можно спокойнее спросила:
– А что это за «отпечаток»?
– О, все, когда умирают, возвращаются за ним. Когда твоя душа кончает своё «томление» в очередном земном теле, в тот момент, когда она прощается с ним, она летит в свой настоящий Дом, и как бы «возвещает» о своём возвращении... И вот тогда, она оставляет эту «печать». Но после этого, она должна опять возвратиться обратно на плотную землю, чтобы уже навсегда проститься с тем, кем она была... и через год, сказав «последнее прощай», оттуда уйти... И вот тогда-то, эта свободная душа приходит сюда, чтобы слиться со своей оставленной частичкой и обрести покой, ожидая нового путешествия в «старый мир»...
Я не понимала тогда, о чём говорила Атенайс, просто это звучало очень красиво...
И только теперь, через много, много лет (уже давно впитав своей «изголодавшейся» душой знания моего удивительного мужа, Николая), просматривая сегодня для этой книги своё забавное прошлое, я с улыбкой вспомнила Атенайс, и, конечно же, поняла, что то, что она называла «отпечатком», было просто энергетическим всплеском, который происходит с каждым из нас в момент нашей смерти, и достигает именно того уровня, на который своим развитием сумел попасть умерший человек. А то, что Атенайс называла тогда «прощание» с тем, «кем она была», было ни что иное, как окончательное отделение всех имеющихся «тел» сущности от её мёртвого физического тела, чтобы она имела возможность теперь уже окончательно уйти, и там, на своём «этаже», слиться со своей недостающей частичкой, уровня развития которой она, по той или иной причине, не успела «достичь» живя на земле. И этот уход происходил именно через год.
Но всё это я понимаю сейчас, а тогда до этого было ещё очень далеко, и мне приходилось довольствоваться своим, совсем ещё детским, пониманием всего со мной происходящего, и своими, иногда ошибочными, а иногда и правильными, догадками...
– А на других «этажах» сущности тоже имеют такие же «отпечатки»? – заинтересованно спросила любознательная Стелла.
– Да, конечно имеют, только уже иные, – спокойно ответила Атенайс. – И не на всех «этажах» они так же приятны, как здесь... Особенно на одном...
– О, я знаю! Это, наверное «нижний»! Ой, надо обязательно туда пойти посмотреть! Это же так интересно! – уже опять довольно щебетала Стелла.
Было просто удивительно, с какой быстротой и лёгкостью она забывала всё, что ещё минуту назад её пугало или удивляло, и уже опять весело стремилась познать что-то для неё новое и неведомое.
– Прощайте, юные девы... Мне пора уходить. Да будет ваше счастье вечным... – торжественным голосом произнесла Атенайс.
И снова плавно взмахнула «крылатой» рукой, как бы указывая нам дорогу, и перед нами тут же побежала, уже знакомая, сияющая золотом дорожка...
А дивная женщина-птица снова тихо поплыла в своей воздушной сказочной ладье, опять готовая встречать и направлять новых, «ищущих себя» путешественников, терпеливо отбывая какой-то свой особый, нам непонятный, обет...
– Ну что? Куда пойдём, «юная дева»?.. – улыбнувшись спросила я свою маленькую подружку.
– А почему она нас так называла? – задумчиво спросила Стелла. – Ты думаешь, так говорили там, где она когда-то жила?
– Не знаю... Это было, наверное, очень давно, но она почему-то это помнит.
– Всё! Пошли дальше!.. – вдруг, будто очнувшись, воскликнула малышка.
На этот раз мы не пошли по так услужливо предлагаемой нам дорожке, а решили двигаться «своим путём», исследуя мир своими же силами, которых, как оказалось, у нас было не так уж и мало.
Мы двинулись к прозрачному, светящемуся золотом, горизонтальному «тоннелю», которых здесь было великое множество, и по которым постоянно, туда-сюда плавно двигались сущности.
– Это что, вроде земного поезда? – засмеявшись забавному сравнению, спросила я.
– Нет, не так это просто... – ответила Стелла. – Я в нём была, это как бы «поезд времени», если хочешь так его называть...
– Но ведь времени здесь нет? – удивилась я.
– Так-то оно так, но это разные места обитания сущностей... Тех, которые умерли тысячи лет назад, и тех, которые пришли только сейчас. Мне это бабушка показала. Это там я нашла Гарольда... Хочешь посмотреть?
Ну, конечно же, я хотела! И, казалось, ничто на свете не могло бы меня остановить! Эти потрясающие «шаги в неизвестное» будоражили моё и так уже слишком живое воображение и не давали спокойно жить, пока я, уже почти падая от усталости, но дико довольная увиденным, не возвращалась в своё «забытое» физическое тело, и не валилась спать, стараясь отдохнуть хотя бы час, чтобы зарядить свои окончательно «севшие» жизненные «батареи»...
Так, не останавливаясь, мы снова преспокойно продолжали своё маленькое путешествие, теперь уже покойно «плывя», повиснув в мягком, проникающем в каждую клеточку, убаюкивающем душу «тоннеле», с наслаждением наблюдая дивное перетекание друг через друга кем-то создаваемых, ослепительно красочных (наподобие Стеллиного) и очень разных «миров», которые то уплотнялись, то исчезали, оставляя за собой развевающиеся хвосты сверкающих дивными цветами радуг...
Неожиданно вся эта нежнейшая красота рассыпалась на сверкающие кусочки, и нам во всем своём великолепии открылся блистающий, умытый звёздной росой, грандиозный по своей красоте, мир...
У нас от неожиданности захватило дух...
– Ой, красоти-и-ще како-о-е!.. Ма-а-амочка моя!.. – выдохнула малышка.
У меня тоже от щемящего восторга перехватило дыхание и, вместо слов, вдруг захотелось плакать...
– А кто же здесь живёт?.. – Стелла дёрнула меня за руку. – Ну, как ты думаешь, кто здесь живёт?..
Я понятия не имела, кем могут быть счастливые обитатели подобного мира, но мне вдруг очень захотелось это узнать.