Штурм Копенгагена

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

(перенаправлено с «Штурм Копенгагена (1659)»)
Перейти к: навигация, поиск
Штурм Копенгагена
Основной конфликт: Датско-шведская война (1658—1660)
300px
Дата

11 февраля 1659

Место

Копенгаген, Дания

Причина

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Итог

поражение шведов

Изменения

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Противники
22px Датско-норвежское королевство 22px Швеция
Командующие
Фредерик III Карл X Густав
Густав Стенбок
Силы сторон
неизвестно неизвестно
Потери
неизвестно неизвестно

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
 
Северная война (1655—1660)
Театры военных действийШведский потопРусско-шведская война (1656—1658)Померанский театр войны 1655—1660Датско-шведская война (1657—1658)Датско-шведская война (1658—1660)Норвежский театр войны 1655—1660

СраженияУйсцеДанцигСоботаЖарнувКраковНовы-ДвурВойничЯсная ГораГолонбВаркаКлецкоВаршава (1)Варшава (2)ДинабургКокенгаузенРигаПросткиФилипувХойницеПереход через БельтыКольдингКопенгагенЭресуннНюборг

Договоры</sub>Кедайняй (1)Кедайняй (2)РыньскКёнигсбергТышовцеМариенбургЭльблонгЛабиауВильнаВена (1)РаднойтВена (2)Велау-БромбергТааструпРоскиллеГадячВалиесарГаагаОливаКопенгагенКардис

Штурм Копенгагена (11 февраля 1659 года) — сражение датско-шведской войны 1658—1660 годовСеверной войны 1655—1660 годов).





Предыстория

Когда Дания вступила в Северную войну 1655—1660 годов и начала боевые действия против Швеции, то шведский король Карл X Густав быстро разбил датские войска, оккупировал почти всю Данию и вынудил её подписать Роскилльский мир. Однако шведский король желал вообще стереть Данию с карты Европы, и в том же году началась новая датско-шведская война. Так как шведская армия не покинула Данию после подписания мира, то практически сразу оказалась оккупированной вся датская территория за исключением столицы государства — Копенгагена. Потерпев неудачу при попытке взятия города приступом, шведы начали осаду, надеясь принудить его к сдаче голодом. Однако ещё со времён англо-голландской войны Нидерланды были союзником Дании. Опасаясь угрозы для своих торговых позиций на Балтике в случае, если Балтийское море превратится в «Шведское озеро», они отправили флот на помощь датчанам. В ноябре 1658 года голландский флот под командованием лейтенант-адмирала Якоба ван Вассенаэра разбил шведский флот в сражении в Эресунне, тем самым сняв блокаду с моря.

Боевые действия

После снятия морской блокады осада с суши становилась бессмысленной, и единственным шведским шансом становился прямой штурм города, для участия в котором могло быть задействовано порядка 10 тысяч профессиональных солдат. На стенах Копенгагена было свыше 300 разнообразных орудий, для защиты города на стены поднялись вооружённые граждане, разбитые на 9 рот, каждой из которых был поручен для обороны определённый участок стены. Солдаты регулярных датских войск разместились в полевых укреплениях в Кастеллете и Слотсхольмене.

Шведы начали приступ с отвлекающей атаки на Слотсхольмен и Кристиансхавн вечером 9 февраля. Атака была отбита, и после отступления шведов датчанам достался один из штурмовых мостиков. После измерения выяснилось, что он имеет длину 12 метров, и датское командование пришло к выводу, что эти мостики можно сделать бесполезными, если свободные ото льда участки крепостного рва будут иметь ширину больше 12 метров.

600 датских моряков было брошено на расчистку ото льда крепостных рвов и побережья. Разбивая толстый лёд в условиях сильного снегопада с 4 часов дня 10 февраля до ночной темноты, они сумели освободить ото льда водное пространство шириной 15 метров.

Разведка доложила, что шведская армия покинула свой лагерь в Карлштаде (в районе Брёнсхёй) и сосредоточилась за холмом Вальбю. В результате, когда шведы в полночь начали штурм, они встретили мощное сопротивление. Основную атаку шведы вели на Кристиансхавн и Вестервольд, однако разбитый лёд и большое количество оружия на укреплениях заставили наступавших плотными массами атакующих заплатить дорогую цену. Тем не менее они сумели взобраться на стены, и началась рукопашная схватка.

Когда шведы осознали, что атака на западную часть стены встретилась с затруднениями, то начали вспомогательную атаку на Остерпорт. Однако когда они пересекали крепостной ров, на них обрушилась неожиданная контратака, и шведы были вынуждены отступить с тяжёлыми потерями.

Около пяти утра шведы отступили. Их потери были весьма заметными: под стенами было обнаружено около 600 трупов, ещё большее количество утонуло в ледяной воде, и многие были ранены. Датчане потеряли убитыми лишь 30 человек.

Последствия

Весной 1659 года пришёл второй голландский флот под командованием адмирала де Рюйтера, который перерезал шведские линии снабжения, в результате чего шведам пришлось снять осаду.

Напишите отзыв о статье "Штурм Копенгагена"

Отрывок, характеризующий Штурм Копенгагена


Я узнала всё это, к сожалению, только в 1997 году, когда папы уже не было в живых. Меня пригласил на остров Мальта мой кузен, принц Пьер де Роган-Бриссак (Prince Pierre de Rohan-Brissac), который очень давно меня искал, и он же поведал мне, кем по-настоящему являюсь я и моя семья. Но об этом я расскажу намного позже.
А пока, вернёмся туда, где в 1927 году, у добрейшей души людей – Анны и Василия Серёгиных, была только одна забота – сдержать слово, данное умершим друзьям, и, во что бы то ни стало, вывезти маленького Василька из этой, «проклятой Богом и людьми» земли в хоть сколько-то безопасное место, а позже, попытаться выполнить своё обещание и доставить его в далёкую и им совершенно незнакомую, Францию... Так они начали свое нелёгкое путешествие, и, с помощью тамошних связей и друзей, вывезли моего маленького папу в Пермь, где, насколько мне известно, прожили несколько лет.
Дальнейшие «скитания» Серёгиных кажутся мне сейчас абсолютно непонятными и вроде бы нелогичными, так как создавалось впечатление, что Серёгины какими-то «зигзагами» кружили по России, вместо того, чтобы ехать прямиком в нужное им место назначения. Но наверняка, всё было не так просто, как мне кажется сейчас, и я совершенно уверена, что на их странное передвижение были тысячи очень серьёзных причин...
Потом на их пути оказалась Москва (в которой у Серёгиных жила какая-то дальняя родня), позже – Вологда, Тамбов, и последним, перед отъездом из родной России для них оказался Талдом, из которого (только через долгих и очень непростых пятнадцать лет после рождения моего папы) им наконец-то удалось добраться до незнакомой красавицы Литвы… что было всего лишь половиной пути к далёкой Франции...
(Я искренне благодарна Талдомской группе Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век», и лично господину Витольду Георгиевичу Шлопаку, за неожиданный и очень приятный подарок – нахождение фактов, подтверждающих пребывание семьи Серёгиных в городе Талдоме с 1938 по 1942 год. По этим данным, они проживали на улице Кустарной, дом 2а, недалеко от которой Василий посещал среднюю школу. Анна Фёдоровна работала машинисткой в редакции районной газеты «Коллективный труд» (сейчас – «Заря»), а Василий Никандрович был бухгалтером в местном заготзерно. Такую вот информацию удалось найти членам Талдомской ячейки Движения, за что им моя огромнейшая благодарность!)
Думаю, что во время своих скитаний Серёгиным приходилось хвататься за любую работу, просто чтобы по-человечески выжить. Время было суровое и на чью-либо помощь они, естественно, не рассчитывали. Чудесное поместье Оболенских осталось в далёком и счастливом прошлом, казавшимся теперь просто невероятно красивой сказкой... Реальность была жестокой и, хочешь не хочешь, с ней приходилось считаться...
В то время уже шла кровавая вторая мировая война. Пересекать границы было очень и очень непросто.
(Я так никогда и не узнала, кто и каким образом помог им перейти линию фронта. Видимо, кто-то из этих трёх людей был очень кому-то нужен, если им всё же удалось со-вершить подобное... И я так же совершенно уверена, что помогал им кто-то достаточно влиятельный и сильный, иначе никоим образом перейти границу в такое сложное время им никогда бы не удалось... Но как бы не доставала я позже свою бедную терпеливую бабушку, ответа на этот вопрос она упорно избегала. К сожалению, мне так и не удалось узнать хоть что-нибудь по этому поводу).
Так или иначе, они всё же оказались в незнакомой Литве... Дедушка (я буду его дальше так называть, так как только его я и знала своим дедушкой) сильно приболел, и им пришлось на время остановиться в Литве. И вот эта-то короткая остановка, можно сказать, и решила их дальнейшую судьбу... А также и судьбу моего отца и всей моей семьи.
Они остановились в маленьком городке Алитус (чтобы не слишком дорого приходилось платить за жильё, так как финансово, к сожалению, им в то время было довольно тяжело). И вот, пока они «осматривались по сторонам», даже не почувствовали, как были полностью очарованы красотой природы, уютом маленького городка и теплом людей, что уже само по себе как бы приглашало хотя бы на время остаться.

А также, несмотря на то, что в то время Литва уже была под пятой «коричневой чумы», она всё же ещё каким-то образом сохраняла свой независимый и воинственный дух, который не успели вышибить из неё даже самые ярые служители коммунизма... И это притягивало Серёгиных даже больше, чем красота местной природы или гостеприимство людей. Вот они и решили остаться «на время»… что получилось – навсегда… Это был уже 1942 год. И Серёгины с сожалением наблюдали, как «коричневый» осьминог национал-социализма всё крепче и крепче сжимал своими щупальцами страну, которая им так полюбилась... Перейдя линию фронта, они надеялись, что из Литвы смогут добраться до Франции. Но и при «коричневой чуме» дверь в «большой мир» для Серёгиных (и, естественно, для моего папы) оказалась закрытой и на этот раз навсегда… Но жизнь продолжалась... И Серёгины начали понемногу устраиваться на своём новом месте пребывания. Им заново приходилось искать работу, чтобы иметь какие-то средства для существования. Но сделать это оказалось не так уж сложно – желающим работать в трудолюбивой Литве всегда находилось место. Поэтому, очень скоро жизнь потекла по привычному им руслу и казалось – снова всё было спокойно и хорошо...