Юго-Западная Кавказская Демократическая Республика

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Юго-Западная Кавказская демократическая республика
30px
1918 — 1919


30px
 
30px
 
30px
 
30px
130px Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value). Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
270px
Столица Карс, Нахичевань
Язык(и) турецкий
Денежная единица Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Население Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Форма правления Парламентская республика
К:Появились в 1918 годуК:Исчезли в 1919 году

Юго-Западная Кавказская демократическая республика или Карсская республика — неофициальные названия государственного образования, провозглашённого 1 декабря 1918 года в Карсе после вывода турецких войск с территорий, оккупированных ими в Закавказье в марте — ноябре 1918 года, на завершающем этапе Первой мировой войны. Прекратила существование 19 апреля 1919 года.[1] Самоназванием правительства республики было Временное Национальное Правительство Юго-Западного Кавказа (осман. Cenûb-ı Garbî Kafkas Hükûmet-i Muvakkate-i Millîyesi‎).

Самопровозглашённое государство претендовало на заселённые главным образом мусульманами Карсскую и Батумскую области, часть Эриванского уезда Эриванской губернии, Ахалцихский и Ахалкалакский уезды Тифлисской губернии; фактически, однако, его вооружённые отряды контролировали лишь север Карсской области[2].









Предшествовавшие события

В соответствии с Мудросским перемирием от 30 октября 1918 года, завершившим военные действия между Антантой и Турцией, Турция была обязана вывести свои войска из Закавказья и Ирана к своим довоенным границам.

К 4 декабря 1918 года турецкие войска отошли к границе, существовавшей до Русско-турецкой войны 1877—1878 годов, но продолжали занимать Карсскую область ещё два месяца, что позволило местным протурецким деятелям провозгласить самостоятельность и начать борьбу против вхождения в Республику Армении. «Национальные мусульманские советы» были сформированы в основных городах Карсской области — Олту, Кагызмане, Ыгдыре, Сарыкамыше, Ардагане и самом Карсе, — а также на соседних территориях со значительным мусульманским населением, включая Ахалцихе и Батуми)[3].

Наиболее влиятельным из них стал «Карсский мусульманский совет», образованный 5 ноября 1918 года. В декабре он стал именоваться «Национальным советом», в январе 1919 года — «Национальным советом Карса» и, наконец, в марте — «Временным национальным правительством Юго-Западного Кавказа»[2].

Правительство

В результате 27 сентября 1918 года, Национальный комитет мусульман под лидерством Бея доктора Асада Октая был сформирован в Карсе, для защиты автономии и независимости, подобно незадолго до этого сформированным республикам Армении, Азербайджана и Грузии.

13 января 1919 года, делегация из 60 армян была отправлена в Карс британским командованием из Батуми, чтобы установить армянского политического деятеля, Корганова в качестве губернатора Карса. Парламент республики отклонил это предложение и отказался далее вести переговоры с армянами. Инциденты насилия между сторонами после этого случая резко участились.

Парламент новой республики собрался 17 января и принял конституцию, «Teskilâtı Esasiye Kanunu». С новыми 18 статьями, конституция давала женщинам избирательные права, Карс был объявлен столицей, а турецкий язык был объявлен официальным языком. 27 марта парламент одобрил новое правительство.

В январе 1919 года в республике прошли демократические выборы, приведшие к образованию 14 января республиканского парламента, избранного по норме: 1 депутат от 10 тысяч избирателей. Парламент республики состоял из 64 человек, из которых 60 — мусульман, 3 грека и 1 молоканин. Председателем парламента был избран врач по специальности Асад-бей Гаджиев. 27 марта парламентом был утвержден новый состав правительства:

Напишите отзыв о статье "Юго-Западная Кавказская Демократическая Республика"

Примечания

  1. Chapter Six: The Final War in the East. — Kars, page 211. // Death and Exile: The Ethnic Cleansing of Ottoman Muslims, 1821–1922. Author: Justin McCarthy. Princeton: Darwin Press, 1995, XV+368 pages.ISBN 9780878500949
  2. 1 2 H. Pehlivanli, «The Post Armistice situation on South-West Caucasia» in «Kars and Eastern Anatolia in the Recent History of Turkey», Ankara, 1994.
  3. W.E.D. Allen, P. Muratoff, «Caucasian Battlefields», Cambridge, 1953.

Ссылки

  • [http://www.hrono.info/organ/ru19170180.html История на hrono.info]  (рус.)
  • [http://www.kavkaz-uzel.ru/articles/151820/ История на kavkaz-uzel.ru]  (рус.)

Отрывок, характеризующий Юго-Западная Кавказская Демократическая Республика

Я лишь кивнула, не в состоянии сказать ни слова.
Мы увидели уже другую, разбушевавшуюся, озверевшую толпу людей, а перед ней стоял всё тот же Аксель, только на этот раз действие происходило уже много лет спустя. Он был всё такой же красивый, только уже почти совсем седой, в какой-то великолепной, очень высокозначимой, военной форме, выглядел всё таким же подтянутым и стройным.

И вот, тот же блестящий, умнейший человек стоял перед какими-то полупьяными, озверевшими людьми и, безнадёжно пытаясь их перекричать, пытался что-то им объяснить... Но никто из собравшихся, к сожалению, слушать его не хотел... В бедного Акселя полетели камни, и толпа, гадкой руганью разжигая свою злость, начала нажимать. Он пытался от них отбиться, но его повалили на землю, стали зверски топтать ногами, срывать с него одежду... А какой-то верзила вдруг прыгнул ему на грудь, ломая рёбра, и не задумываясь, легко убил ударом сапога в висок. Обнажённое, изуродованное тело Акселя свалили на обочину дороги, и не нашлось никого, кто в тот момент захотел бы его, уже мёртвого, пожалеть... Вокруг была только довольно хохочущая, пьяная, возбуждённая толпа... которой просто нужно было выплеснуть на кого-то свою накопившуюся животную злость...
Чистая, исстрадавшаяся душа Акселя, наконец-то освободившись, улетела, чтобы соединиться с той, которая была его светлой и единственной любовью, и ждала его столько долгих лет...
Вот так, опять же, очень жестоко, закончил свою жизнь нам со Стеллой почти незнакомый, но ставший таким близким, человек, по имени Аксель, и... тот же самый маленький мальчик, который, прожив всего каких-то коротеньких пять лет, сумел совершить потрясающий и единственный в своей жизни подвиг, коим мог бы честно гордиться любой, живущий на земле взрослый человек...
– Какой ужас!.. – в шоке прошептала я. – За что его так?
– Не знаю... – тихо прошептала Стелла. – Люди почему-то были тогда очень злые, даже злее чем звери... Я очень много смотрела, чтобы понять, но не поняла... – покачала головкой малышка. – Они не слушали разум, а просто убивали. И всё красивое зачем-то порушили тоже...
– А как же дети Акселя или жена? – опомнившись после потрясения, спросила я.
– У него никогда не было жены – он всегда любил только свою королеву, – со слезами на глазах сказала малышка Стелла.

И тут, внезапно, у меня в голове как бы вспыхнула вспышка – я поняла кого мы со Стеллой только что видели и за кого так от души переживали!... Это была французская королева, Мария-Антуанетта, о трагической жизни которой мы очень недавно (и очень коротко!) проходили на уроке истории, и казнь которой наш учитель истории сильно одобрял, считая такой страшный конец очень «правильным и поучительным»... видимо потому, что он у нас в основном по истории преподавал «Коммунизм»...
Несмотря на грусть происшедшего, моя душа ликовала! Я просто не могла поверить в свалившееся на меня, неожиданное счастье!.. Ведь я столько времени этого ждала!.. Это был первый раз, когда я наконец-то увидела что-то реальное, что можно было легко проверить, и от такой неожиданности я чуть ли не запищала от охватившего меня щенячьего восторга!.. Конечно же, я так радовалась не потому, что не верила в то, что со мной постоянно происходило. Наоборот – я всегда знала, что всё со мной происходящее – реально. Но видимо мне, как и любому обычному человеку, и в особенности – ребёнку, всё-таки иногда нужно было какое-то, хотя бы простейшее подтверждение того, что я пока что ещё не схожу с ума, и что теперь могу сама себе доказать, что всё, со мной происходящее, не является просто моей больной фантазией или выдумкой, а реальным фактом, описанным или виденным другими людьми. Поэтому-то такое открытие для меня было настоящим праздником!..
Я уже заранее знала, что, как только вернусь домой, сразу же понесусь в городскую библиотеку, чтобы собрать всё, что только смогу найти про несчастную Марию-Антуанетту и не успокоюсь пока не найду хоть что-то, хоть какой-то факт, совпадающий с нашими видениями... Я нашла, к сожалению, всего лишь две малюсенькие книжечки, в которых описывалось не так уж и много фактов, но этого было вполне достаточно, потому что они полностью подтверждали точность виденного мною у Стеллы.
Вот то, что мне удалось тогда найти:
любимым человеком королевы был шведский граф, по имени Аксель Ферсен, который беззаветно любил её всю свою жизнь и никогда после её смерти не женился;
их прощание перед отъездом графа в Италию происходило в саду Маленького Трианона – любимого места Марии-Антуанетты – описание которого точно совпадало с увиденным нами;
бал в честь приезда шведского короля Густава, состоявшийся 21 июня, на котором все гости почему-то были одеты в белое;
попытка побега в зелёной карете, организованная Акселем (все остальные шесть попыток побега были также организованы Акселем, но ни одна из них, по тем или иным причинам, не удалась. Правда две из них провалились по желанию самой Марии-Антуанетты, так как королева не захотела бежать одна, оставив своих детей);
обезглавливание королевы проходило в полной тишине, вместо ожидавшегося «счастливого буйства» толпы;
за несколько секунд до удара палача, неожиданно выглянуло солнце...
последнее письмо королевы к графу Ферсену почти в точности воспроизведено в книге «Воспоминания графа Ферсена», и оно почти в точности повторяло нами услышанное, за исключением всего лишь нескольких слов.
Уже этих маленьких деталей хватило, чтобы я бросилась в бой с удесятерённой силой!.. Но это было уже потом... А тогда, чтобы не показаться смешной или бессердечной, я изо всех сил попыталась собраться и скрыть своей восторг по поводу моего чудесного «озарения». И чтобы развеять грустное Стеллино настроение, спросила:
– Тебе очень нравится королева?
– О да! Она добрая и такая красивая... И бедный наш «мальчик», он и здесь столько страдал...