Южный океан

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Ю́жный океа́н (устар. Южный ледовитый океан[1]) — условное название вод трёх океанов (Тихого, Атлантического и Индийского), окружающих Антарктиду[2] и нередко выделяемых иногда как «пятый океан», не имеющий, однако, чётко очерченной островами и континентами северной границы. Условная площадь 20,327 млн км² (если принять северной границей океана 60-й градус южной широты). Наибольшая глубина (Южно-Сандвичев жёлоб) — 8428 м[3].

По состоянию на 1978 год во всех русскоязычных практических морских пособиях (морские навигационные карты, лоции, огни и знаки и т. д.) понятие «Южный океан» отсутствовало, термин среди мореплавателей не употреблялся[2].

С конца XX века Южный океан подписывается на картах и в атласах, изданных Роскартографией. В частности, он подписан в 3-м издании фундаментального Атласа мира и в других атласах, изданных уже в XXI веке[4].







Моря вокруг Антарктиды

У берегов Антарктиды выделяется 13 морей: Уэдделла, Скоша, Беллинсгаузена, Росса, Амундсена, Дейвиса, Лазарева, Рисер-Ларсена, Короля Хокона VII, Космонавтов, Содружества, Моусона, Дюрвиля, Сомова. Важнейшие острова Южного океана: Кергелен, Южные Шетландские, Южные Оркнейские. Антарктический шельф погружен до глубины 500 метров[5].

Все омывающие Антарктиду моря, кроме морей Скоша и Уэдделла, являются окраинными. В принятой в большинстве стран традиции они делят её побережье на секторы следующим образом[6]:

Моря Южного океана
Название Сектор В чью честь названо
. 320px
Море Лазарева 0—14° в. д. Россия Михаил Лазарев, адмирал, первооткрыватель Антарктиды
Море Рисер-Ларсена 14—34° в. д. Норвегия Яльмар Рисер-Ларсен, генерал-майор, создатель ВВС Норвегии
Море Космонавтов 34—45° в. д. Союз Советских Социалистических Республик Первые космонавты (1961—1962)
Море Содружества 70—87° в. д. Союз Советских Социалистических Республик Международное сотрудничество в Антарктике</small>
Море Дейвиса 87—98° в. д. Австралия Дж. K. Дэйвис, капитан «Авроры», экспедиция Моусона (1911—14)
Море Моусона 98—113° в. д. Австралия Дуглас Моусон, геолог, глава трёх экспедиций
Море Дюрвиля 136—148° в. д. Франция Жюль Дюмон-Дюрвиль, океанограф, контр-адмирал
Море Сомова 148—170° в.д. Союз Советских Социалистических Республик Михаил Сомов, глава первой советской экспедиции (1955—57)
Море Росса 170° в. д. — 158° з. д. Великобритания Джеймс Росс, контр-адмирал, первым пересёк 78° ю. ш.
Море Амундсена 100—123° з. д. Норвегия Руаль Амундсен, первым достиг южного полюса
Море Беллинсгаузена 70—100° з. д. Россия Фаддей Беллинсгаузен, адмирал, первооткрыватель Антарктиды
Море Скоша 30—50° з. д., 55—60° ю. ш. Шотландия «Скоша» (англ. Scotia), судно экспедиции Брюса (1902—1904)
Море Уэдделла 10—60° з. д., 78—60° ю. ш. Великобритания Джеймс Уэдделл, китобой, исследовавший этот регион в 1820-х
.

Южный океан в картографии

Файл:Australia map 1863.jpg
Многие карты Австралии обозначают как «Южный океан» морские просторы непосредственно к югу от Австралии

Южный океан впервые был выделен в 1650 году голландским географом Бенхардом Варениусом и включал в себя как не открытый пока европейцами «южный материк», так и все области выше южного полярного круга[2].

Термин «Южный океан» появлялся на картах в XVIII веке, когда началось систематическое исследование региона. Под именем «Южного Ледовитого океана» подразумевали обыкновенно, согласно границам, установленным в 1845 году Королевским географическим обществом в Лондоне, пространство, ограниченное со всех сторон южным полярным кругом и простирающееся от этого круга к южному полюсу до пределов Антарктического континента. В публикациях Международной гидрографической организации Южный океан из состава Атлантического, Индийского и Тихого был выделен в 1937 году. Этому было своё объяснение: в южной своей части границы между тремя океанами весьма условны, в то же время воды, прилегающие к Антарктиде, имеют свою специфику, а также объединены Антарктическим циркумполярным течением. Однако впоследствии от выделения отдельного Южного океана отказались[7].

В настоящее время собственно океаном продолжает считаться водная масса, которая большей своей частью окружена сушей. В 2000 году Международная гидрографическая организация приняла разделение на пять океанов[8], но это решение так и не было ратифицировано. В действующем определении океанов от 1953 года Южного океана нет.

В советской традиции (1969 год) примерной границей условного «Южного океана» считалась зона антарктической конвергенции (северная граница антарктических поверхностных вод), вблизи 55° южной широты[2]. В других странах граница также размыта — широта южнее мыса Горн, граница плавучих льдов, зона конвенции об Антарктике (район южнее 60 параллели южной широты)[9]. Правительство Австралии рассматривает «Южный океан» как воды, расположенные непосредственно к югу от Австралийского континента.

В атласы и географические карты наименование «Южный океан» включали до первой четверти XX века[2]. В советское время этот термин не употреблялся[[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Южный океанОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Южный океанОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Южный океан[источник не указан 1519 дней], однако с конца XX века стал подписываться на картах, изданных Роскартографией[4].

История исследования Южного океана

XVI—XIX века

Файл:Kerguelen Gazelle.jpg
Морские слоны острова Кергелен (рисунок Вейнека 1874/1875)

Первое судно, пересёкшее границу Южного океана принадлежало голландцам; им командовал Дирк Гееритц, плававший в эскадре Якова Магю. В 1559 году в Магеллановом проливе судно Гееритца, после шторма, потеряло из виду эскадру и пошло на юг. Спустившись до 64° южной широты, оно увидело высокую землю — возможно, Южные Оркнейские острова. В 1671 году Антони де ла Роше открыл Южную Георгию; в 1739 году был открыт остров Буве; в 1772 году французский морской офицер Кергелен открыл в Индийском океане остров, названный его именем.

Почти одновременно с плаванием Кергелена из Англии отправился в первое своё путешествие в южное полушарие Джеймс Кук, и уже в январе 1773 года его суда «Эдвенчур» («Adventure») и «Резолюшн» («Resolution») пересекли южный полярный круг на меридиане 37°33' восточной долготы. После тяжелой борьбы со льдами он достиг 67°15' южной широты, где был вынужден повернуть к северу. В декабре того же года Кук снова отправился в Южный океан, 8 декабря он пересёк южный полярный круг в 150°6' западной долготы и на параллели 67°5' южной широты был затёрт льдами, высвободившись из которых, пошел далее на юг и, в конце января 1774 года, достиг 71°15' южной широты, в 109°14' западной долготы, к юго-западу от Огненной Земли. Здесь непроницаемая стена льдов помешала ему идти далее. При своём втором плавании в Южном океане Кук дважды перешёл южный полярный круг. Во время обоих плаваний он убедился, что обилие ледяных гор указывает на существование значительного антарктического континента. Трудности полярных плаваний были описаны им так, что только китоловы продолжали посещать эти широты и южные полярные научные экспедиции надолго прекратились.

В 1819 году русский мореплаватель Беллинсгаузен, командуя военными шлюпами «Восток» и «Мирный», посетил Южную Георгию и пробовал проникнуть вглубь Южного океана; в первый раз, в январе 1820 года, почти на меридиане Гринвича, он достиг 69°21' южной широты; затем, выйдя за пределы южного полярного круга, Беллинсгаузен прошел вдоль него на восток до 19° восточной долготы, где снова его пересёк и достиг в феврале опять почти той же широты (69°6'). Далее на восток он поднялся только до 62° параллели и продолжал свой путь вдоль окраины плавучих льдов, потом, на меридиане островов Баллени, дошёл до 64°55', в декабре 1820 года, на 161° западной долготы, прошёл южный полярный круг и достиг 67°15' южной широты, а в январе 1821 года, между меридианами 99° и 92° западной долготы, достиг 69°53' южной широты; затем, почти на меридиане 81°, открыл в 68°40' южной широты, высокий берег острова Петра I, а пройдя ещё на восток, внутри южного полярного круга — берег Земли Александра I. Таким образом Беллинсгаузен первый совершил полное плавание вокруг Южного Ледовитого материка, им открытого, почти все время между широтами 60° — 70°, на небольших парусных судах.

Южные Оркнейские острова были открыты в 1821 году китобоем Джорджем Пауэллом; в том же году китобой Натаниэль Палмер увидел берега земли, лежащей к югу от мыса Горн и носящей до сих пор его имя. В 1823 году китобой Веддель, на меридиане 34°17' западной долготы, достиг 74°15' южной широты; пройдя первую полосу густых, плавающих льдов, он нашел за ними почти совершенно открытое и свободное море. Спустя семь лет китобой Джон Биско посетил Фолклендские острова, направился к востоку и, постепенно склоняясь к югу, почти на Гринвичском меридиане пересёк южный полярный круг и дошел до 69° южной широты, но, встретив льды, он повернул на северо-восток и в феврале 1831 года увидел, в 50 км к югу берег, который он назвал Землёй Эндерби. В январе 1832 года Биско, пройдя вдоль южного полярного круга до меридиана 70° западной долготы, открыл, в 67°1' южной широты и 73°20' западной долготы, остров, близ Земли Грагама, названный Аделейд, на котором ему удалось высадиться. Немного севернее расположена целая группа островов имени Биско. В 1833 году Кемп открыл берег, названный его именем. В 1838 году арматоры Эндерби снова снарядили три парусных судна под командой Джона Баллени. В феврале 1839 года, в 66°30' южной широты и 162°40' восточной долготы, он открыл группу островов Баллени, очень высоких и обрывистых. Продолжая свой путь далее на запад, он прошел вдоль границы льдов и на 120° меридиане восточной долготы, немного к северу от полярного круга, открыл берег, названный Берег Сабрины.

Файл:Dumont-d'Urville.web.jpg
Паровое судно L’Astrolabe в 1838 году

В конце 1837 года французская экспедиция, под начальством Дюмон-Дюрвиля, в составе двух паровых судов — «Астролябия» («L’Astrolabe») и «Зеле» («La Zélée»), отправились в путь для исследования Океании, для проверки сведений Ведделя и других. В январе 1838 года Дюмон-Дюрвиль пошёл по пути Ведделя, но льды преградили ему путь на параллели 63° южной широты. К югу от Южных Шетландских островов он увидел высокий берег, названный Землёй Людовика-Филиппа; впоследствии оказалось, что эта земля — остров, западные берега которого называются Земля Тринити и Земля Пальмер. После зимовки в Тасмании на пути к югу Дюмон-Дюрвиль встретил первые льды и после трудного плавания между ними, 9 января 1840 года, в широтах 66° — 67°, почти на полярном круге, и 141° в. д. усмотрел высокий гористый берег. Эту землю, названную Землёй Адели, Дюмон-Дюрвиль проследил по полярному кругу до меридиана 134° восточной долготы 17 января, в 65° южной широты и 131° восточной долготы, открыт был другой берег, названный Берегом Клари.

Американская экспедиция, в составе трех судов: «Vincennes», «Peacock» и «Porpoise», под начальством лейтенанта Вильиса, в феврале 1839 года выступила из архипелага Огненной Земли с целью попытаться пройти путём Ведделя на юг, но её встретили такие же неодолимые препятствия, как и Дюмон-Дюрвиля, и она принуждена была возвратиться без особых результатов в Чили (на меридиане 103° западной долготы она достигла почти до 70° южной широты и тут, будто бы, видела землю). В январе 1840 года американский исследователь Чарльз Уилкс пошёл почти прямо на юг вдоль 160° восточной долготы. Уже на параллели 64°11' ю. ш. льды преградили ему дальнейший путь. Повернув на запад и дойдя до меридиана 153°6' восточной долготы, в 66° южной широты, он увидел в 120 км гору, которую назвал Рингольд Кноль. Росс, посетивший эти места немного позже, оспаривал открытие Уилкса, но без основания. Честь открытия различных частей Земли Уилкса принадлежит в действительности каждому из трёх мореплавателей — Уилксу, Дюмон-Дюрвилю и Россу — в отдельности. В течение января и февраля 1840 года Уилкс прошел значительное пространство вдоль окраин антарктического континента и достиг меридиана 96° восточной долготы. За всё время плавания ему не удалось где-либо пристать к берегу.

Третья английская экспедиция, под командой Джеймса Кларка Росса, на паровых судах «Эребус» («Erebus») и «Террор» («Terror») (командующим «Erebus» был Крозье), была снаряжена для исследования южных полярных стран вообще. В августе 1840 года Росс был в Тасмании, где узнал, что Дюмон-Дюрвиль только что открыл берег Земли Адели; это заставило его начать свои исследования далее к востоку, на меридиане островов Баллени. В декабре 1840 года экспедиция пересекла южный полярный круг на меридиане 169°40' восточной долготы и вскоре начала борьбу со льдами. Через 10 дней полоса льдов была пройдена, и 31 декабря (старого стиля) увидели высокий берег Земли Виктории, одну из высочайших горных вершин которой Росс назвал именем инициатора экспедиции — Сабина, а всю цепь гор высотой от 2000 — 3000 м — хребтом Адмиралтейства. Все долины этой цепи были завалены снегом и громадными ледниками, спускавшимися к морю. За мысом Адар берег повернул к югу, оставаясь гористым и неприступным. Росс высадился на один из островов Поссессион, в 71°56' южной широты и 171°7' восточной долготы, совершенно лишённом растительности и заселенном массой пингвинов, покрывших его берега толстым слоем гуано. Продолжая своё плавание далее на юг, Росс открыл острова Кульман и Франклин (последний — в 76°8' южной широты) и увидел прямо к югу берег и высокую гору (вулкан Эребус) высотой в 3794 метров, а немного восточнее был замечен другой вулкан, уже потухший, названный Террор, высотой в 3230 метров. Дальнейший путь к югу был прегражден берегом, заворачивавшим на восток и окаймлённым непрерывной вертикальной ледяной стеной, высотой до 60 метров над водой, опускающейся, по определению Росса, на глубину около 300 метров. Этот ледяной барьер отличался отсутствием всяких значительных углублений, заливов или мысов; его почти ровная, вертикальная стена тянулась на громадное расстояние. За пределами ледяного берега к югу виднелись вершины высокой горной цепи, уходившей в глубь южного полярного материка; она названа именем Парри. Росс прошел от Земли Виктории на восток около 840 км, и на всем этом протяжении характер ледяного берега оставался без перемены. Наконец, позднее время года заставило Росса возвратиться в Тасманию. В это плавание он достиг 78°4' южной широты, между меридианами 173°—174° западной долготы. Во второе плавание его суда 20 декабря 1841 года снова пересекли южный полярный круг и пошли к югу. В начале февраля 1842 года, на меридиане 165° западной долготы, они достигли более открытого моря и направились прямо на юг, подойдя к ледяному берегу немного более к востоку, нежели в 1841 году. В 161°27' западной долготы они достигли 78°9' южной широты, то есть подошли к южному полюсу ближе, нежели кто-либо до сих пор. Дальнейшее плавание на восток было преграждено сплошными льдами (пак), и экспедиция повернула к северу. В декабре 1842 года Росс сделал третью попытку проникнуть к югу; на этот раз он избрал путь Ведделя и направился к Земле Людовика-Филиппа. Идя на восток, Росс, на меридиане 8° западной долготы, пересёк полярный круг и 21 февраля достиг 71°30' южной широты, в 14°51 западной долготы.

Почти 30 лет спустя экспедиция на корвете «Челленджер» посетила между прочим и южные полярные страны. Побывав на острове Кергелен, «Челленджер» направился к югу и дошел до 65°42' южной широты. В 64°18' южной широты и 94°47' восточной долготы он определил глубину в 2380 метров, и хотя, по карте Уилкса, берег должен был бы находиться на расстоянии всего 30 километров, его видно не было.

В 1893 году южный полярный материк был посещен несколькими китобойными судами английскими и норвежскими, занимавшимися ловлей китов и моржей у берегов острова Жуанвиля и Земли Грагама. Ими были собраны интересные данные по метеорологии и геологии посещённых местностей.

XX—XXI века

В XX веке Южный океан стал регионом активного китобойного промысла разных стран, с 1946 года в охоте на китов участвовал также СССР (китобаза «Слава»), параллельно с тем проводя научные исследования.[10]

Климат и погода

Морские температуры изменяются приблизительно от −2 до 10 °C. Циклоническое движение штормов в восточном направлении вокруг континента и часто становится интенсивным из-за температурного контраста между льдом и открытым океаном. У океанской области от 40 градусов южной широты к Южному полярному кругу наблюдаются самые сильные средние ветры на Земле. Зимой океан замерзает до 65 градусов южной широты в Тихоокеанском секторе и 55 градусов южной широты в Атлантическом секторе, понижая поверхностные температуры значительно ниже 0 °C; в некоторых прибрежных пунктах постоянные сильные ветры оставляют береговую линию свободной ото льда в течение зимы.

Айсберги могут встречаться в любое время года по всему Южному океану. Некоторые из них способны достигать нескольких сотен метров; меньшие айсберги, их фрагменты и морской лед (обычно от 0,5 до 1 метра), также создают проблемы для кораблей. Встречающиеся айсберги имеют возраст 6-15 лет, что предполагает одновременное существование в водах океана более 200 тысяч айсбергов длиной от 500 метров до 180 км и шириной до нескольких десятков километров.

Морякам широты от 40 до 70 градусов южной широты, от эпохи парусных судов, известны как «Ревущие сороковые», «Неистовые пятидесятые» и «Пронзительные шестидесятые» из-за скверной погоды, штормовых ветров и больших волн, образующихся из-за движения масс воздуха, которые, обтекая земной шар, не встречают себе препятствий в виде каких-либо заметных массивов суши. Плавучий лёд, особенно в период с мая по октябрь, делает эту область ещё более опасной, а отдаленность региона от населённых областей Земли делает поисковые и спасательные операции малорезультативными.

Облачность над Южным океаном. Изображение NASA

Жизнь

Несмотря на суровый климат, Южный океан изобилует жизнью.

Благодаря приполярному расположению Южного океана здесь имеет место резкая сезонная динамика важнейшего условия фотосинтеза — солнечной радиации. В таких условиях в течение года наблюдается большая амплитуда количественных изменений фитопланктона и смещение зоны цветения с севера, где весна начинается раньше, на юг, где она запаздывает. В низких широтах успевают развиться два пика цветения, а в высоких только один. В поверхностных водах ярко выражена биологическая широтная зональность. У обитателей дна подобной зональности нет, так как в их развитии важную роль играет рельеф дна и барьеры, препятствующие обмену флоры и фауны. Среди разновидностей фитопланктона Южного океана преобладают диатомовые водоросли (около 180 видов). Синезелёные водоросли составляют малое число. В количественном отношении также преобладают диатомовые водоросли, особенно в высоких широтах, где их почти 100 %. В период максимума цветения численность диатомовых водорослей достигает своего высшего пика.

Существует чёткая зависимость между распределением водорослей и вертикальной зональностью вод. В летнее время основная масса водорослей находится в поверхностном 25-метровом слое.

В направлении с юга на север происходит изменение состава фитопланктона: постепенно из флоры выпадают высокоширотные холодноводные виды, заменяясь тепловодными.

Файл:Underwater mcmurdo sound.jpg
Дно Южного океана в районе пролива Мак-Мёрдо. На заднем плане видна стена льда. На переднем — представители фауны морского дна: моллюски, морские ежи, губки, офиуры

Южный океан располагает также огромными ресурсами зоопланктона, криля, многочисленных губок и иглокожих, есть представители нескольких семейств рыб, особенно обильны Нототениевые. Из птиц многочисленны буревестники, поморники, пингвины. Обитают киты (синий кит, финвал, сейвал, горбач и другие) и тюлени (тюлень Уэдделла, тюлень-крабоед, морской леопард, морской котик)[5].

Зоопланктон в водах Южного океана представлен копеподами (около 120 видов), двупарноногими (около 80 видов) и другими. Меньшее значение имеют щетинкочелюстные, полихеты, остракоды, аппендикулярии и моллюски. В количественном отношении на первом месте копеподы (веслоногие ракообразные), на долю которых приходится почти 75 % биомассы зоопланктона тихоокеанского и индийского сектора океана. В атлантическом секторе копепод мало, зато здесь широкое распространение получил антарктический криль.

Для Южного океана, особенно для его антарктических областей, характерно массовое скопление криля (антарктических рачков). Биомасса криля в этих районах достигает 2200 миллионов тонн, что даёт возможность ежегодно вылавливать до 50-70 млн тонн криля. Здесь криль является основным питанием беззубых китов, тюленей, рыб, головоногих моллюсков, пингвинов и трубконосых птиц. Сами рачки питаются фитопланктоном.

Численность зоопланктона в течение года имеет два пика. Первый связан с подъёмом видов, которые перезимовали и отмечается в поверхностных водах. Второй пик характеризуется большим количеством зоопланктона во всей толще вод и обусловлен появлением на свет нового поколения. Это период летнего цветения зоопланктона, когда большая часть зоопланктона переходит в верхние слои и перемещается на север, где заметное его скопление происходит в зоне антарктической конвергенции. Оба пика проявляются в виде двух широтных полос концентрации зоопланктона.

Напишите отзыв о статье "Южный океан"

Примечания

  1. Полярные страны Южного полушария // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  2. 1 2 3 4 5 Южный океан — статья из Большой советской энциклопедии.
  3. [http://www.seamedia.ru/lib/21659848/ Южный океан (или Антарктический океан) — четвёртый по размеру океан Земли, окружающий Антарктиду]
  4. 1 2 Южный Океан. Антарктида // Атлас мира / сост. и подгот. к изд. ПКО «Картография» в 2009 г. ; гл. ред. Г. В. Поздняк. — М. : ПКО «Картография» : Оникс, 2010. — С. 201. — ISBN 978-5-85120-295-7 (Картография). — ISBN 978-5-488-02609-4 (Оникс).</span>
  5. 1 2 [http://www.primpogoda.ru/articles/morya_okeany/yuzhnyj_ili_antarkticheskij_okean Южный или Антарктический океан]
  6. Грушинский, Н.; Дралкин, А. [http://coollib.com/b/48824/read#t19 Антарктида]. — М.: Недра, 1988. — 199 с. — ISBN 5-247-00090-0
  7. [http://www.iho-ohi.net/iho_pubs/standard/S-23/S23_1953.pdf Limits of Oceans and Seas, 3rd edition. International Hydrographic Organization, 1953]
  8. [http://geography.about.com/od/learnabouttheearth/a/fifthocean.htm About.com:Geography: The Fifth Ocean]
  9. [http://geography.about.com/od/learnabouttheearth/a/fifthocean.htm The New Fifth Ocean]
  10. Антарктика // Большая советская энциклопедия (второе издание), Т. 2 (1950 год), С. 484—485.
  11. </ol>

Ссылки

Отрывок, характеризующий Южный океан

День моего рождения в том году выпал на воскресение, а так как погода была просто великолепной, многие соседи в то утро прогуливались по улице, останавливаясь поделиться друг с другом последними новостями или просто подышать «свежепахнувшим» зимним воздухом. Я чуточку волновалась, зная, что сейчас же стану объектом всеобщего обозрения, но, несмотря на волнение, очень хотела выглядеть уверенной и гордой на моей любимой красавице Пурге... Собрав свои «растрёпанные» эмоции в кулак, чтобы не подвести чудесную подружку, я тихонечко тронула её бок ногой, и мы выехали за ворота... Мама, папа, бабушка и соседка стояли на дворе и махали нам вдогонку, как будто для них, так же, как для меня, это тоже было каким-то невероятно важным событием... Это было по-доброму смешно и забавно и как-то сразу помогло мне расслабиться, и мы уже спокойно и уверенно поехали дальше. Соседская ребятня тоже высыпала во двор и махала руками, выкрикивая приветствия. Вообще, получился настоящий «праздничный кавардак», который развеселил даже прогуливающихся на той же улице соседей...
Скоро показался лес, и мы, повернув на уже хорошо знакомую нам тропинку, скрылись из виду... И вот тут-то я дала волю своим, вопящим от радости, эмоциям!.. Я пищала, как несказанно обрадованный щенок, тысячу раз целовала Пургу в шелковистый нос (количество чего она никак не могла понять...), громко пела какие-то несуразные песни, вообще – ликовала, как только позволяла мне моя счастливая детская душа...
– Ну, пожалуйста, моя хорошая, покажи им, что ты опять счастливая... Ну, пожалуйста! И мы снова будем вместе много-много кататься! Сколько захочешь, обещаю тебе!.. Только пусть они все увидят, что ты в порядке... – упрашивала я Пургу.
Я чувствовала себя с ней чудесно, и очень надеялась, что она тоже почувствует хоть частичку того, что чувствовала я. Погода была совершенно изумительной. Воздух буквально «трещал», настолько был чистым и холодным. Белый лесной покров блистал и искрился миллионами маленьких звёздочек, как будто чья-то большая рука щедро рассыпала по нему сказочные бриллианты. Пурга резво бежала по вытоптанной лыжниками тропинке, и казалась совершенно довольной, к моей огромной радости, начиная очень быстро оживать. Я буквально «летала» в душе от счастья, уже предвкушая тот радостный момент, когда мне скажут, что она наконец-то по-настоящему моя...
Через какие-то полчаса мы повернули назад, чтобы не заставлять волноваться всю мою семью, которая и без этого, волновалась обо мне постоянно. Соседка всё ещё была на дворе, видимо желая собственными глазами убедиться, что с нами обоими всё в порядке. Тут же, естественно, на двор выбежали бабушка и мама, и уже последним появился папа, неся в руках какой то толстый цветной шнурок, который сразу же передал соседке. Я легко соскочила наземь и, подбежав к папе, с колотящимся от волнения сердечком, уткнулась ему в грудь, желая и боясь услышать такие важные для меня слова...
– Ну что, милая, любит она тебя! – тепло улыбаясь, сказала соседка, и, повязав тот же цветной шнурок Пурге на шею, торжественно подвела её ко мне. – Вот, с этим же самым «поводком» мы привели её домой в первый раз. Бери её – она твоя. И счастья вам обоим...
На глазах доброй соседки блестели слёзы, видимо даже добрые воспоминания пока ещё очень сильно ранили её исстрадавшееся по утерянному мужу, сердце...
– Я вам обещаю, я буду её очень любить и хорошо за ней смотреть! – задыхаясь от волнения, пролепетала я. – Она будет счастливой...
Все окружающие довольно улыбались, а мне вся эта сценка вдруг напомнила где-то уже виданный похожий эпизод, только там человеку вручали медаль... Я весело рассмеялась и, крепко обняв свой удивительный «подарок », поклялась в своей душе не расставаться с ним никогда.
Вдруг меня осенило:
– Ой, постойте, а где же она будет жить?!.. У нас ведь нет такого чудесного места, как имеете вы? – расстроившись, спросила соседку я.
– Не волнуйся, милая, она может жить у меня, а ты будешь приходить, чтобы её чистить, кормить, за ней смотреть и на ней кататься – она твоя. Представь себе, что вы «снимаете» у меня для неё дом. Мне он больше не будет нужен, я ведь не буду заводить больше лошадей. Вот и пользуйтесь на здоровье. А мне приятно будет, что Пурга будет и дальше у меня жить.
Я благодарно обняла мою добрую соседку и взявшись за цветной шнурок, повела (теперь уже мою!!!) Пургу домой. Моё детское сердце ликовало – это был самый прекрасный подарок на свете! И его правда стоило подождать...
Уже где-то с полудня, чуточку очухавшись после такого ошеломляющего подарка, я начала свои «шпионские» вылазки на кухню и в столовую. Вернее – я пыталась... Но даже при самых настойчивых попытках, проникнуть туда мне, к сожалению, никак не удавалось. В этом году бабушка, видимо, железно решила ни за что не показывать мне своих «произведений» пока не придёт время настоящего «празднования»... А мне очень хотелось хотя бы краешком глаза посмотреть, что же она так усердно два дня там колдует, не принимая ничью помощь и не пуская никого даже за порог.
Но вот, наконец-то, наступил долгожданный час – около пяти вечера начали появляться мои первые гости... И я, в конце концов, получила право полюбоваться своим праздничным столом... Когда в гостиную открыли дверь, я подумала, что попала в какой-то сказочный, райский сад!.. Бабушка весело улыбалась, а я бросилась ей на шею, чуть ли не рыдая от переполнявших меня чувств благодарности и восторга...
Вся комната была украшена зимними цветами... Огромные чашечки ярко жёлтых хризантем создавали впечатление множества солнышек, от которых в комнате было светло и радостно. А уж праздничный стол являл собою настоящее произведение бабушкиного искусства!.. Он благоухал совершенно сногсшибательными запахами и потрясал многообразием блюд... Здесь была и покрытая золотистой корочкой утка, с моей любимой грушёвой подливкой, в которой «тонули» целые половинки томлёных в сливках, пахнущих корицей груш... И дразнившая нежнейшим запахом грибного соуса, истекающая соком курочка, пышущая начинкой из белых грибов с орехами, и буквально тающая во рту... По середине стола «впечатляла» своим размером страшенная щука, запечённая целиком с сочными кусочками сладкого красного перца в лимонно-брусничном соусе... А от запаха толстеньких, лопающихся от пышущего жара, сочных индюших ножек под корочкой клюквенного муса, мой бедный желудок подпрыгнул аж до самого потолка!.. Гирлянды нарезанных тоненькими кусочками всевозможных копчёных колбасок, нанизанных на тончайшие прутики наподобие шашлыка, и скрашенных маринованными помидорами и солёными домашними огурчиками, «убивали» запахами знаменитых литовских «копчёностей», нисколько не уступая одуряюще пахнувшей копчёной сёмге, вокруг которой весёлыми кучками высились, политые сметаной, сочные солёные грузди... Золотисто поджаренные кругленькие пирожки попыхивали горячим паром, а вокруг них в воздухе витал совершенно неповторимый «капустный» аромат... Всё это изобилие искуснейших бабушкиных «произведений» полностью потрясло моё «голодное» воображение, не говоря уже о сладостях, вершиной которых был мой любимый, взбитый с вишнями, тающий во рту творожный пирог!.. Я восхищённо смотрела на бабушку, от всей души благодаря её за этот сказочный, по-настоящему королевский стол!.. А она в ответ только улыбнулась, довольная произведённым эффектом, и тут же начала с величайшим усердием угощать моих, ошалевших от такого изобилия, гостей.
После в моей жизни было множество «больших» юбилейных дней рождения, но ни один из них, даже праздновавшихся в самых изысканных заграничных ресторанах, никогда даже близко не сумел превзойти мой потрясающий десятый день рождения, который смастерила тогда для меня моя необыкновенная бабушка...
Но «сюрпризам» в этот вечер, видимо, не суждено было кончаться... Через какие-то полчаса, когда «пир» уже был в самом разгаре, воздух в комнате вдруг по привычному (для меня) заколебался и... во всей своей красе появилась Стелла! Я от неожиданности подпрыгнула, чуть не опрокинув свою тарелку, и быстренько начала оглядываться по сторонам – не видит ли её кто-то ещё. Но гости со здоровым аппетитом, увлечённо поглощали «плоды» бабушкиного кулинарного искусства, не обращая никакого внимания на вдруг рядом с ними появившегося чудо-человечка...
– Сюрприз!!! – весело хлопнула в ладошки малышка. – С твоим большим день рождением тебя!.. – и в комнате прямо с потолка посыпались тысячи самых причудливых цветов и бабочек, превращая её в сказочную «пещеру Алладина»...
– Как ты сюда попала?!!!.. Ты же говорила – тебе нельзя сюда приходить?!.. – забыв даже поблагодарить малышку за устроенную ею красоту, ошалело спросила я.
– Так я ведь и не знала!.. – воскликнула Стелла. – Просто думала вчера о тех умерших, которым ты помогала, и спросила бабушку, как же они смогли придти обратно. Оказалось – можно, только надо знать, как это делать! Вот я и пришла. Разве ты не рада?..
– Ой, ну, конечно же, рада! – тут же заверила я, а сама панически пыталась что-то придумать, чтобы возможно было одновременно общаться и с ней, и со всеми остальными моими гостями, ничем не выдавая ни её, ни себя. Но тут неожиданно произошёл ещё больший сюрприз, который полностью вышиб меня из и так уже достаточно усложнившейся колеи....
– Ой, сколько свето-о-ськов!... А класи-и-во как, ба-а-тюски!!!... – в полном восторге, шепелявя пропищал, крутившийся «волчком» на маминых коленях, трёхлетний малыш. – И ба-а-боськи!... А бабоськи какие больсы-ы-е!
Я остолбенело на него уставилась, и какое-то время так и сидела, не в состоянии произнести ни слова. А малыш, как ни в чём не бывало, счастливо продолжал лопотать и вырываться из крепко его державших маминых рук, чтобы «пощупать» все эти вдруг откуда-то неожиданно свалившиеся, да ещё такие яркие и такие разноцветные, «красивости».... Стелла, поняв, что кто-то ещё её увидел, от радости начала показывать ему разные смешные сказочные картинки, чем малыша окончательно очаровала, и тот, со счастливым визгом, прыгал на маминых коленях от лившегося «через край» дикого восторга...
– Девоська, девоська, а кто ты девоська?!. Ой, ба-а-тюски, какой больсой ми-и-ска!!! И совсем лозавенкий! Мама, мама, а мозно я возьму его домой?.. Ой, а пти-и-ськи какие блестя-я-сие!... И клылыски золотые!..
Его широко распахнутые голубые глазёнки с восторгом ловили каждое новое появление «яркого и необычного», а счастливая мордашка радостно сияла – малыш принимал всё происходящее по-детски естественно, как будто именно так оно и должно было быть...
Ситуация полностью уходила из под контроля, но я ничего не замечала вокруг, думая в тот момент только об одном – мальчик видел!!! Видел так же, как видела я!.. Значит, всё-таки это было правдой, что существуют где-то ещё такие люди?.. И значит – я была совершенно нормальной и совсем не одинокой, как думала вначале!. Значит, это и вправду был Дар?.. Видимо, я слишком ошарашено и пристально его разглядывала, так как растерянная мама сильно покраснела и сразу же кинулась «успокаивать» сынишку, чтобы только никто не успел услышать, о чём он говорит... и тут же стала мне доказывать, что «это он просто всё придумывает, и что врач говорит (!!!), что у него очень буйная фантазия... и не надо обращать на него внимания!..». Она очень нервничала, и я видела, что ей очень хотелось бы прямо сейчас отсюда уйти, только бы избежать возможных вопросов...
– Пожалуйста, только не волнуйтесь! – умоляюще, тихо произнесла я. – Ваш сын не придумывает – он видит! Так же, как и я. Вы должны ему помочь! Пожалуйста, не ведите его больше к доктору, мальчик у вас особенный! А врачи всё это убьют! Поговорите с моей бабушкой – она вам многое объяснит... Только не ведите его больше к доктору, пожалуйста!.. – я не могла остановиться, так как моё сердце болело за этого маленького, одарённого мальчонку, и мне дико хотелось, чего бы это ни стоило, его «сохранить»!..
– Вот смотрите, сейчас я ему что-то покажу и он увидит – а вы нет, потому что у него есть дар, а у вас нет, – и я быстренько воссоздала Стеллиного красного дракончика.
– О-о-й, сто-о это?!.. – в восторге захлопал в ладошки мальчик. – Это длаконсик, да? Как в скаске – длаконсик?.. Ой какой он кра-а-сный!.. Мамоська, смотли – длаконсик!
– У меня дар тоже был, Светлана... – тихо прошептала соседка. – Но я не допущу, чтобы мой сын так же из-за этого страдал. Я уже выстрадала за обоих... У него должна быть другая жизнь!..
Я даже подскочила от неожиданности!.. Значит она видела?! И знала?!.. – тут уж меня просто прорвало от возмущения...
– А вы не думали, что он, возможно, имеет право сам выбирать? Это ведь его жизнь! И если вы не смогли с этим справиться, это ещё не значит, что не сможет и он! Вы не имеете права отнимать у него его дар ещё до того, как он поймёт, что он у него есть!.. Это, как убийство – вы хотите убить его часть, о которой он даже ещё не слыхал!.. – возмущённо шипела на неё я, а внутри у меня всё просто «стояло дыбом» от такой страшной несправедливости!
Мне хотелось во что бы то ни стало убедить эту упёртую женщину оставить в покое её чудесного малыша! Но я чётко видела по её грустному, но очень уверенному взгляду, что вряд ли на данный момент мне удастся её убедить в чём-то вообще, и я решила оставить на сегодня свои попытки, а позже поговорить с бабушкой, и возможно, вдвоём придумать, что бы здесь такое можно было бы предпринять... Я только грустно взглянула на женщину и ещё раз попросила:
– Пожалуйста, не ведите его к врачу, вы же знаете, что он не больной!..
Она лишь натянуто улыбнулась в ответ, и быстренько забрав с собой малыша, вышла на крыльцо, видимо, подышать свежим воздухом, которого (я была в этом уверенна) ей в данный момент очень не хватало...
Я очень хорошо знала эту соседку. Она была довольно приятной женщиной, но, что меня поразило когда-то более всего, это то, что она была одной из тех людей, которые пытались полностью «изолировать» от меня своих детей и травили меня после злосчастного случая с «зажиганием огня»!.. (Хотя её старший сын, надо отдать ему должное, никогда меня не предавал и, несмотря ни на какие запреты, до сих пор продолжал со мной дружить). Она, кто, как теперь оказалось, лучше всех остальных знала, что я была полностью нормальной и ничем не опасной девочкой! И что я, точно так же, как когда-то она, просто искала правильный выход из того «непонятного и неизвестного», во что так нежданно-негаданно швырнула меня судьба...
Вне всякого сомнения, страх должен являться очень сильным фактором в нашей жизни, если человек может так легко предать и так просто отвернуться от того, кто так сильно нуждается в помощи, и кому он с лёгкостью мог бы помочь, если б не тот же самый, так глубоко и надёжно в нём поселившийся страх...
Конечно же, можно сказать, что я не знаю, что с ней когда-то происходило, и что заставила её перенести злая и безжалостная судьба... Но, если бы я узнала, что кто-то в самом начале жизни имеет тот же дар, который заставил меня столько страдать, я бы сделала всё, что было бы в моих силах, чтобы хоть как-то помочь или направить на верный путь этого другого одарённого человека, чтобы ему не пришлось так же слепо «блуждать в потёмках» и так же сильно страдать... А она, вместо помощи, наоборот – постаралась меня «наказать», как наказывали другие, но эти другие хотя бы уж не знали, что это было и пытались честно защитить своих детей от того, чего они не могли объяснить или понять.
И вот она, как ни в чём не бывало, пришла сегодня к нам в гости со своим маленьким сынишкой, который оказался точно таким же «одарённым» как я, и которого она дико боялась кому-то показать, чтобы не дай Бог, кто-то не увидел, что её милый малыш является таким же точно «проклятием», каким являлась, по её «показному» понятию, я... Теперь я была уверена, что ей не доставило большого удовольствия к нам приходить, но отказать она тоже не очень-то могла, по той простой причине, что её старший сын – Альгис – был приглашён на мой день рождения, и с её стороны не было ни какой серьёзной причины, чтобы его не пустить, и было бы уже чересчур невоспитанно и «не по-соседски», если бы она на это пошла. А пригласили мы её по той простой причине, что жили они от нас через три улицы, и возвращаться вечером домой её сыну пришлось бы одному, поэтому, естественно поняв, что мать будет волноваться, мы решили, что будет правильнее пригласить её также вместе с её маленьким сынишкой провести вечер за нашим праздничным столом. А она «бедная», как я теперь понимала, здесь всего лишь мучилась, ожидая возможности как можно скорее нас покинуть, и по возможности без каких-либо происшествий, как можно раньше вернуться домой...
– Ты в порядке, милая? – прозвучал рядом ласковый мамин голос.
Я тут же ей как можно увереннее улыбнулась и сказала, что, конечно же, я в полном порядке. А у самой, от всего происходящего кружилась голова, и душа уже начинала «уходить в пятки», так как я видела, что ребята понемногу начинают на меня оборачиваться и, хочешь-не-хочешь, мне приходилось быстренько брать себя в руки и «установить» над своими разбушевавшимися эмоциями «железный контроль»... Я была основательно «вышиблена» из своего привычного состояния и, к большому стыду, совершенно забыла про Стеллу... Но малышка тут же постаралась о себе напомнить.
– А ты ведь говорила, что у тебя нет друзей, а их вон даже сколько?!.. – удивлённо и даже как-то чуть-чуть расстроено, спросила Стелла.
– Это не те друзья, которые настоящие. Это просто ребята, с которыми я рядом живу или с которыми вместе учусь. Они не такие, как ты. А вот ты – настоящая.
Стелла сразу же засияла... А я, «отключённо» ей улыбаясь, лихорадочно пыталась найти какой-то выход, абсолютно не зная, каким образом из этого «скользкого» положения выйти, и уже начинала нервничать, так как ни за что не хотела обижать свою лучшую подругу, но наверняка знала, что скоро моё «странное» поведение обязательно начнут замечать... И опять посыпятся глупые вопросы, на которые у меня сегодня не было ни малейшего желания отвечать.
– Ух ты, какая у вас здесь вкуснятина!!! – в восторге разглядывая праздничный стол, затараторила Стелла. – Как жалко, я уже не могу попробовать!.. А что тебе подарили сегодня? А можно мне посмотреть?.. – как обычно, из неё градом сыпались вопросы.
– Мне подарили мою любимую лошадку!.. И ещё много всего, я даже ещё не смотрела. Но я тебе обязательно всё покажу!
Стелла просто искрилась от счастья быть вместе со мной здесь, на Земле, а я всё больше терялась, никак не находя решения из создавшегося щекотливого положения.
– Как это всё красиво!.. И как же всё-таки это наверное вкусно!.. – Какая ты счастливая – есть такое!
– Ну, я тоже такого не получаю каждый день, – засмеялась я.
Бабушка за мной лукаво наблюдала, видимо от души забавляясь возникшей ситуацией, но пока не собиралась мне помогать, как всегда сперва ожидая, что же я такое предприниму сама. Но мне, наверное, от слишком бурных сегодняшних эмоций, как на зло, ничего не приходило в голову... И я уже серьёзно начинала паниковать.
– Ой, а вот и твоя бабушка! Можно я приглашу сюда свою? – радостно предложила Стелла.
– Нет!!! – сразу же мысленно чуть ли не закричала я, но обижать малышку было никак нельзя, и я, с самым счастливым видом, который в тот момент сумела изобразить, радостно сказала: – Ну, конечно же – приглашай!
И тут же, в дверях появилась всё та же самая, теперь уже хорошо мне знакомая, удивительная старушка...
– Здравствуйте, дорогие, я тут к Анне Фёдоровне шла, а попала прямо на пир. Вы уж простите за вторжение...
– Да что вы, заходите пожалуйста! Места всем хватит! – ласково предложил папа, и очень внимательно уставился прямо на меня...
Хотя на моего «гостя» или «школьного товарища» Стеллина бабушка никак не походила, но папа, видимо почувствовав в ней что-то необычное, сразу же «свалил» это «необычное» на меня, так как за всё «странное», происходящее в нашем доме, обычно отвечала я...
У меня от смущения за то, что я не могу ему сейчас ничего объяснить, покраснели даже уши... Я знала, что после, когда все гости уйдут, обязательно сразу же всё ему расскажу, но пока мне очень не хотелось встречаться с папой глазами, так как я не была привыкшая что-то от него скрывать и чувствовала себя от этого сильно «не в своей тарелке»...
– Да что с тобой опять, милая? – тихо спросила мама. – Ты прямо витаешь где-то... Может сильно устала? Хочешь полежать?
Мама по-настоящему беспокоилась, и мне было совестно говорить ей неправду. А так как правду я, к сожалению, сказать не могла (чтобы снова её не пугать), то я тут же постаралась её заверить, что у меня всё правда-правда совершенно прекрасно. А сама лихорадочно думала, что же такое всё-таки предпринять...
– А что ты так нервничаешь? – неожиданно спросила Стелла. – Это потому, что я пришла?
– Ну, что ты! – воскликнула я, но, увидев её пристальный взгляд, решила, что нечестно обманывать боевого товарища.
– Ладно, ты угадала. Просто когда я говорю с тобой, для всех остальных я выгляжу «замороженной» и это смотрится очень странно. Особенно это пугает маму... Вот я и не знаю, как выйти из такого положения, чтобы было хорошо всем...
– А что же ты мне не сказала?!.. – очень удивилась Стелла. – Я ведь хотела тебя обрадовать, а не расстроить! Я сейчас же уйду.
– Но ты ведь меня и вправду обрадовала! – искренне возразила я. – Это просто из-за них...
– А ты скоро придёшь опять? Я соскучилась... Так неинтересно одной гулять... Хорошо бабушке – она живая и может ходить куда хочет, даже к вам....
Мне стало дико жаль эту чудесную, добрейшую девчушку...
– А ты приходи когда захочешь, только когда я буду одна, тогда нам никто не сможет мешать, – искренне предложила я. – А к тебе я скоро приду, вот только кончатся праздники. Ты только подожди.
Стелла радостно улыбнулась, и снова «украсив» комнату сумасшедшими цветами и бабочками, исчезла... А мне без неё сразу стало пусто, как будто она унесла с собой частичку радости, которой был наполнен этот чудесный вечер... Я посмотрела на бабушку, ища поддержки, но она о чём-то очень увлечённо беседовала со своей гостьей и на меня никакого внимания не обращала. Всё опять вроде бы встало на свои места, и снова всё было хорошо, но я не переставала думать о Стелле, о том, как она одинока, и как несправедлива иногда почему-то бывает наша Судьба... Так, пообещав себе как можно скорее вернуться к своей верной подружке, я опять полностью «возвратилась» к своим «живым» друзьям, и только папа, очень внимательно целый вечер за мной наблюдавший, смотрел на меня удивлёнными глазами, как будто сильно стараясь понять, где же и что же такое серьёзное он со мной так обидно когда-то «проморгал»...
Когда гости уже начали расходиться по домам, «видящий» мальчик вдруг начал плакать... Когда я его спросила, что же такое случилось, он надул губки и обиженно произнёс:
– А где зе девоська?.. И миска? И бабосек нету...
Мама лишь натянуто улыбнулась в ответ, и быстренько забрав, никак не желающего с нами прощаться, второго сына, ушла домой...
Я была очень расстроена и очень счастлива одновременно!.. Это было впервые, когда я встретила другого малыша, у которого имелся похожий дар... И я дала себе слово не успокоиться, пока не удастся убедить эту «несправедливую» и несчастную маму, каким по-настоящему огромным чудом являлся её малыш... У него, как и у каждого из нас, должно было оставаться право свободного выбора, и его мама не имела права это у него отнимать... Во всяком случае, до тех пор, когда он сам начнёт что-то понимать.