Юлий I

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Юлий I
лат. Iulius I<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;">Юлий I</td></tr>
35-й папа римский
6 февраля 337 — 12 апреля 352
Церковь: Римско-католическая церковь
Предшественник: Марк
Преемник: Либерий
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рождение: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Рим, Италия
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local 'unixDateOfDeath' (a nil value).
Рим, Италия
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Юлий I (лат. Iulius I; ? — 12 апреля 352) — епископ Рима с 6 февраля 337 по 12 апреля 352.





Биография

Происходил из коренной римской семьи; избран был главой римской церкви в 337 г., умер в 352 г. Ему пришлось действовать в эпоху, когда христианство, только что освободившееся от гонений со стороны языческого государства, само раздиралось жестокой борьбой между правоверием и арианством или близкими к нему учениями. Тот из сыновей Константина Великого, которому достался Восток — Констанций, — открыто поддерживал осужденную Никейским собором религиозную доктрину, хотя и в смягченной её форме. Сторонники никейского исповедания находили убежище на Западе. В римской церкви изначала установилась традиция держаться в области догматики на стороне среднего, наиболее распространенного мнения, то есть санкционировать общепризнанное правоверие. В данном случае такая тенденция укреплялась ещё с особенной силой стремлением пап провозгласить, как основной догмат, божественность Иисуса Христа и его равенство с Богом Отцом. Верный направлению своих предшественников, Юлий I благосклонно принял искавшего приюта в Риме главного ревнителя правоверия, Афанасия Александрийского.

В 340 году собор западных епископов, съехавшихся в Рим (папа напрасно приглашал восточных иерархов, умеренных ариан, сторонников Евсевия Никомедийского), признал обвинения, возведенные против Афанасия, а также против Маркелла Анкирского, неосновательными. Юлий I обратился к епископам восточной части империи с посланием, в котором энергично отстаивал право собора, созванного в Риме папой, судить о вероисповедных вопросах. Приговор римского собора 340 г. был подтвержден в 343 г. на другом общем съезде высшего духовенства, собранном с согласия Констанция. Большинство и здесь, однако, составилось из западных епископов: многие восточные (ариане различных оттенков), недовольные присутствием низложенного по их настоянию Афанасия, устранились от участия в заседаниях. Осий, епископ кордубский, известный защитник никейского вероучения, предложил на соборе, чтобы в знак особого почитания апостола Петра (которого слагавшаяся традиция уже прямо называла основателем римской церкви) и в уважение к папе Юлию предоставлено было и на будущее время римскому престолу право принимать апелляции на решения всех провинциальных епископских синодов, присуждавших кого-либо к лишению епископского сана. Папа должен был обладать правом утверждать или отменять подобные приговоры и в последнем случае созывать для нового рассмотрения процесса особый трибунал из епископов соседней провинции, отчасти назначаемых по выбору папы. Этот трибунал должен был судить в присутствии посланного папой легата-наблюдателя. Предложение Осия было принято большинством членов Сардикийского собора, но восточные епископы, удалившиеся в Филиппополь, протестовали и даже объявили Юлия и Осия низложенными. Когда, вследствие изменившегося настроения Констанция, Афанасию было возвращено епископское достоинство, Юлий I отправил к жителям Александрии послание, хваля их за верность истинному пастырю. Таким образом, во время управления Юлия I римской церковью произошел первый конфликт между восточным и западным духовенством. За строгую жизнь и твердость в отстаивании первенства Рима, а также за украшение города новыми церквами, Юлий I впоследствии был причислен к лику святых (память его празднуется 12 апреля).

Напишите отзыв о статье "Юлий I"

Литература


Ошибка Lua в Модуль:External_links на строке 245: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).

Отрывок, характеризующий Юлий I

Я тут же ей как можно увереннее улыбнулась и сказала, что, конечно же, я в полном порядке. А у самой, от всего происходящего кружилась голова, и душа уже начинала «уходить в пятки», так как я видела, что ребята понемногу начинают на меня оборачиваться и, хочешь-не-хочешь, мне приходилось быстренько брать себя в руки и «установить» над своими разбушевавшимися эмоциями «железный контроль»... Я была основательно «вышиблена» из своего привычного состояния и, к большому стыду, совершенно забыла про Стеллу... Но малышка тут же постаралась о себе напомнить.
– А ты ведь говорила, что у тебя нет друзей, а их вон даже сколько?!.. – удивлённо и даже как-то чуть-чуть расстроено, спросила Стелла.
– Это не те друзья, которые настоящие. Это просто ребята, с которыми я рядом живу или с которыми вместе учусь. Они не такие, как ты. А вот ты – настоящая.
Стелла сразу же засияла... А я, «отключённо» ей улыбаясь, лихорадочно пыталась найти какой-то выход, абсолютно не зная, каким образом из этого «скользкого» положения выйти, и уже начинала нервничать, так как ни за что не хотела обижать свою лучшую подругу, но наверняка знала, что скоро моё «странное» поведение обязательно начнут замечать... И опять посыпятся глупые вопросы, на которые у меня сегодня не было ни малейшего желания отвечать.
– Ух ты, какая у вас здесь вкуснятина!!! – в восторге разглядывая праздничный стол, затараторила Стелла. – Как жалко, я уже не могу попробовать!.. А что тебе подарили сегодня? А можно мне посмотреть?.. – как обычно, из неё градом сыпались вопросы.
– Мне подарили мою любимую лошадку!.. И ещё много всего, я даже ещё не смотрела. Но я тебе обязательно всё покажу!
Стелла просто искрилась от счастья быть вместе со мной здесь, на Земле, а я всё больше терялась, никак не находя решения из создавшегося щекотливого положения.
– Как это всё красиво!.. И как же всё-таки это наверное вкусно!.. – Какая ты счастливая – есть такое!
– Ну, я тоже такого не получаю каждый день, – засмеялась я.
Бабушка за мной лукаво наблюдала, видимо от души забавляясь возникшей ситуацией, но пока не собиралась мне помогать, как всегда сперва ожидая, что же я такое предприниму сама. Но мне, наверное, от слишком бурных сегодняшних эмоций, как на зло, ничего не приходило в голову... И я уже серьёзно начинала паниковать.
– Ой, а вот и твоя бабушка! Можно я приглашу сюда свою? – радостно предложила Стелла.
– Нет!!! – сразу же мысленно чуть ли не закричала я, но обижать малышку было никак нельзя, и я, с самым счастливым видом, который в тот момент сумела изобразить, радостно сказала: – Ну, конечно же – приглашай!
И тут же, в дверях появилась всё та же самая, теперь уже хорошо мне знакомая, удивительная старушка...
– Здравствуйте, дорогие, я тут к Анне Фёдоровне шла, а попала прямо на пир. Вы уж простите за вторжение...
– Да что вы, заходите пожалуйста! Места всем хватит! – ласково предложил папа, и очень внимательно уставился прямо на меня...
Хотя на моего «гостя» или «школьного товарища» Стеллина бабушка никак не походила, но папа, видимо почувствовав в ней что-то необычное, сразу же «свалил» это «необычное» на меня, так как за всё «странное», происходящее в нашем доме, обычно отвечала я...
У меня от смущения за то, что я не могу ему сейчас ничего объяснить, покраснели даже уши... Я знала, что после, когда все гости уйдут, обязательно сразу же всё ему расскажу, но пока мне очень не хотелось встречаться с папой глазами, так как я не была привыкшая что-то от него скрывать и чувствовала себя от этого сильно «не в своей тарелке»...
– Да что с тобой опять, милая? – тихо спросила мама. – Ты прямо витаешь где-то... Может сильно устала? Хочешь полежать?
Мама по-настоящему беспокоилась, и мне было совестно говорить ей неправду. А так как правду я, к сожалению, сказать не могла (чтобы снова её не пугать), то я тут же постаралась её заверить, что у меня всё правда-правда совершенно прекрасно. А сама лихорадочно думала, что же такое всё-таки предпринять...
– А что ты так нервничаешь? – неожиданно спросила Стелла. – Это потому, что я пришла?
– Ну, что ты! – воскликнула я, но, увидев её пристальный взгляд, решила, что нечестно обманывать боевого товарища.
– Ладно, ты угадала. Просто когда я говорю с тобой, для всех остальных я выгляжу «замороженной» и это смотрится очень странно. Особенно это пугает маму... Вот я и не знаю, как выйти из такого положения, чтобы было хорошо всем...