Японская империя

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Великая Японская империя
大日本帝國
Империя
30px
 
30px
 
30px
 
30px
 
30px
 
30px
1868 — 1947


30px
 
30px
 
30px
 
30px
 
30px
130px 90px
Флаг Японии Императорская печать Японии
Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
270px
Японская империя в 1942 году
     Внутренние территории (1870-1905)
     Колонии
     Оккупированные территории (1932-1945)
Столица Токио
Крупнейшие города Токио, Осака, Нагоя, Киото, Кобэ, Кэйдзё
Язык(и) японский, также китайский и корейский в колониях
Религия синтоизм
Денежная единица Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field 'wikibase' (a nil value).
Площадь 7,4 млн км² (в период расцвета)
Население 97 770 000
Форма правления абсолютная монархия (1868 - 1890) дуалистическая монархия (1890 - 1947)
Император
 - 1868 - 1912 Император Мэйдзи
 - 1912 - 1926 Император Тайсё
 - 1926 - 1947 Император Сёва
Премьер-министр
 - 1885 - 1888 Ито Хиробуми (первый)
 - 1946 - 1947 Сигэру Ёсида (последний)
История
 -  1868 Реставрация Мэйдзи
 -  1879 Присоединение Рюкю
 - 29 ноября 1890 Провозглашение конституции
 - 22 августа 1910 Присоединение Кореи
 - 2 сентября 1945 Поражение во Второй мировой войне
 - 3 мая 1947 Провозглашение новой Конституции
К:Появились в 1868 годуК:Исчезли в 1947 году

Япо́нская импе́рия (яп. 大日本帝國 Дай Ниппон Тэйкоку, Великая Японская империя) — государство, существовавшее с 3 января 1868 года по 3 мая 1947 года.

Юридически[1] термин можно применить к Японии[2] периода с 29 ноября 1890 года по 3 мая 1947 года.







Содержание

История

В политическом смысле началом Японской империи можно считать возвращение власти императору (大政奉還) 9 ноября 1867 года до капитуляции 2 сентября 1945 года. В этот период конституция Японии декларировала возвращение власти императору как главе государства и правительства. Фактически империя существовала в период с 1871 года (когда правительство Мэйдзи впервые обратило взоры на соседние государства) до принятия послевоенной конституции 1947 года. В истории Японской империи можно выделить следующие периоды: эпоха Мэйдзи (18671912), период Тайсё (1912—1926) и первый 21 год периода Сёва (1926—1989) при императоре Хирохито.

Реставрация Мэйдзи

[[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империяОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империяОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империя

С 1603 года Япония находилась под властью сёгуната Токугава, проводившего политику сакоку (закрытой от иностранцев страны). Изоляция Японии была нарушена прибытием американского флота под командованием коммодора Мэтью Перри, в ультимативной форме потребовавшего открытия страны. Сёгунат не был в состоянии противостоять новому врагу и был вынужден пойти на подписание с иностранцами неравноправных договоров в 1854 году.

Узнавший об этом император Комэй потребовал немедленно аннулировать договоры и изгнать иностранцев из страны. Это был первый случай за несколько веков, когда императорский двор открыто вмешивался в политику сёгуната — хотя император де-юре оставался правителем страны, де-факто его полномочия сводились к проведению буддийских и синтоистских церемоний. Поскольку из-за неспособности изгнать «варваров» популярность сёгуна Токугавы Иэмоти резко падала, он был вынужден пойти на уступки и лично приехать в Киото для переговоров с императором. В марте 1863 года Комэй издал Указ об изгнании варваров (яп. 攘夷勅命 Дзёй тёкумэй). Хотя сёгун не собирался претворять его положения в жизнь, Указ привёл к росту ксенофобских настроений в обществе. Постепенно они стали направлены и против сёгуната. Одним из проявлений этих настроений стало движение Сонно Дзёй (яп. 尊皇攘夷 Сонно: Дзё:й, Восстановить власть императора, изгнать варваров).

Файл:Tokugawa yoshinobu.jpg
Последний сёгун Токугава Ёсинобу

В 1866 году представители двух княжеств — Сацума и Тёсю — заключили союз против сёгуната. В ноябре 1867 года, через несколько месяцев после смерти императора Комэя, сёгун Токугава Ёсинобу объявил, что возвращает полномочия императору[3]. 3 января 1868 года войска Сацумы и Тёсю захватили Киото и новый император — сын Комэя Муцухито — объявил о восстановлении власти императора. Однако уже 17 января 1868 года Ёсинобу аннулировал своё решение[4], что привело к войне Босин (яп. 戊辰戦争 Босин сэнсо:, буквально — Война года дракона) между сторонниками императора и сёгуна, которая продолжалась с января 1868 года по май 1869 года.

Войска Ёсинобу атаковали Киото, резиденцию императора. Несмотря на соотношение сил 3:1 и помощь французских военных советников, первая значительная битва возле Тоба и Фусими привела к поражению 15-тысячной армии сёгуна, и Ёсинобу был вынужден бежать в Эдо. Сайго Такамори повёл победоносную императорскую армию на северо-восток Японии, что привело к капитуляции Эдо в мае 1868.

После того, как Ёсинобу капитулировал, большая часть Японии признала императорское правление, но ядро сторонников сёгуната, возглавляемых кланом Айдзу, продолжало сопротивление. После затяжного сражения, продолжавшегося месяц, клан Айдзу наконец признал своё поражение 23 сентября 1868, после чего масса юных самураев из отряда Белого Тигра (Бяккотай) совершила самоубийство. Через месяц Эдо был переименован в Токио и началась эпоха Мэйдзи.

В финальной стадии войны адмирал флота сёгуната, Эномото Такэаки, с остатками флота и несколькими французскими советниками бежал на остров Хоккайдо и организовал там республику Эдзо, объявив себя президентом, но в мае 1869 был разгромлен войсками императора, после чего война была закончена.

Бывший сёгун Ёсинобу не подвергся наказанию, однако полностью ушёл от участия в общественной жизни.

Эпоха Мэйдзи

Эпоха Мэйдзи (яп. 明治時代 мэйдзи дзидай) — период в истории Японии с 23 октября 1868 по 30 июля 1912, когда императором был Муцухито. Император Муцухито (睦仁) взял имя Мэйдзи, которое означает «просвещённое правительство» (Мэй 明 = свет, знание; дзи 治 = правление). И действительно, этот период ознаменовался отказом Японии от самоизоляции и становлением её как мировой державы.

Упразднение системы княжеств

После падения режима Токугава появились возможности по превращению Японии из отсталой феодальной монархии в продвинутую и построенную по европейским образцам державу. Первым серьёзным ударом по феодальному строю и привилегиям самурайства было то, что правительство заставило даймё отказаться от их феодальных прав в управлении кланами. В 1869 году произошло так называемое добровольное возвращение страны и народа императору — хансэки-хокан.

Муцухито (1852—1912), первый после свержения сёгуната император Японии. В годы его «просветлённого правления» были отменены все привилегии сословия самураев.

Даймё сначала были оставлены во главе их прежних владений в качестве наследственных губернаторов (тихандзи), но после полного уничтожения деления Японии на княжества и введения префектур (кэн) в 1871 году князей вовсе отстранили от дел управления. Осуществление верховной власти в префектурах стало входить уже в компетенцию правительственных чиновников. Земельная собственность была аннулирована, её владельцами стали помещики нового типа и буржуазия.

В 1872 году было отменено сложное и строгое сословное деление, принятое в токугавской Японии. Всё население страны (не считая императорской фамилии — кадзоку) стало делиться на три сословия: кадзоку, образовавшееся из представителей придворной (кугэ) и военной знати; сидзоку — бывшего военно-служилого дворянства (букэ) и хэймин — простого народа (крестьян, горожан и т. д.). Все сословия были формально уравнены в правах. Крестьяне и горожане получали право иметь фамилию.

Кроме трёх основных сословий, получили права и японские парии, которые стали именоваться синхэймин, то есть новый хэймин (или буракумин — жители специальных поселений — бураку). Им также разрешалось иметь фамилию, они стали формально равноправными членами общества.

Модернизация Японии

После Реставрации Мэйдзи в 1868 году, новое правительство Японии взяло курс на модернизацию страны. Девизом реформ был выбран лозунг «фукоку кёхэй» («богатая страна, сильная армия»). Проводилась политика «просвещения сверху».

Для ознакомления с положением дел на Западе была создана «Миссия Ивакуры», которая, побывав в 15 странах, привезла на родину бесценную информацию о современных принципах общества.

На первом этапе модернизации ставка делалась на заимствование «материальной цивилизации» («буссицо буммэй») и «машинной цивилизации» («кикай буммэй»).

Индустриализация японской экономики требовала создания с нуля современной индустрии (кораблестроение, производство пороха, цемента, стекла, хлопка и т. д.). Задачи такого масштаба частный капитал потянуть не смог, и ими пришлось заниматься правительству. Масштабные госинвестиции 1870-х позволили Японии решить эти задачи, однако привели к росту инфляции, что заставило правительство искать пути снижения госрасходов. В начале 1880-х годов правительство решило оставить в своем управлении только стратегические отрасли (кораблестроение, производство оружия, железные дороги, телеграф и т. д.), а активы в остальных отраслях продать, как правило по низкой выкупной стоимости, связанным c правительством торговым группам Мицуи, Мицубиси, Сумитомо и Ясуда, что привело к формированию в Японии системы дзайбацу, просуществовавшей до 1945 года.

Принятые меры позволили Японии к началу 1890-х годов наладить выпуск в стране станков и электрооборудования. Было начато производство собственных локомотивов, экспорт угля и меди. Локомотивом роста лёгкой промышленности стала текстильная промышленность, в частности, производство шёлка, экспорт которого в Европу позволил выправить платёжный баланс и обеспечить занятость внутри страны.

Для модернизации Японии государственной казне были необходимы значительные средства. Для начала правительство приступило к унификации денежных знаков, и уже в 1871 году была введена единая для всей страны денежная система, основанная на десятичной системе исчисления. Для покрытия наиболее неотложных расходов правительство в первые годы своего правления (1868—1869) прибегало к принудительным займам (гоёкин) у купечества и зажиточных слоёв горожан. Однако общая сумма этих займов была незначительна. Не брать денег за границей было принципиальным курсом правительства. За весь период модернизации Япония только дважды прибегала к помощи иностранных займов.[5] Таким образом, обязанность финансирования реформ пало на крестьянство — была проведена аграрная реформа (1872—1873), унифицировался поземельный налог.

Формула «богатая страна, сильная армия» определила содержание военной реформы, ликвидировавшей старый принцип отстранения низших сословий от военной службы. В 1873 году была создана национальная призывная армия, заменившая войска самураев. Дайме и самураи в качестве компенсации получили пенсии от правительства, которые в 1876 году были заменены на однократную выплату.

Обнищание класса самураев привело к росту в их среде антиправительственных настроений, кульминацией которых было Сацумское восстание в 1877 году. Одним из требований выступавших был переход к политике военной экспансии в Корее и Китае, что могло бы обеспечить занятость самураев в военных действиях за рубежом. Восстание было подавлено, а путь внешней экспансии был отвергнут правительством как преждевременный. Однако созданная и обученная по западным образцам армия и флот набрали силу и позволили Японии задуматься о внешней экспансии, в первую очередь в Корею и Китай.

Присоединение Рюкю

Файл:King Sho Tai.jpg
Сё Тай, последний ван Рюкю

Государство Рюкю не было полностью независимым: платило дань Китаю, а с 1609 года также признавало сюзеренство даймё хана Сацумы. 25 января 1879 года первый секретарь министерства внутренних дел Японии Мацуда Митиюки приехал в столицу Рюкю Наху и выдвинул королю Сётаю ультиматум, требующий немедленного присоединения Рюкю к Японской империи. После переговоров в июне 1879 года Сётай приехал в Иокогаму и Рюкю было официально аннексировано Японией — несмотря на протесты Китая, считавшего Рюкю своим вассалом[6]. Княжество было преобразовано в префектуру Окинава, а в отношении населения островов Рюкю начала проводиться политика ассимиляции.

Конституция Мэйдзи

Файл:Itō Hirobumi.jpg
Ито Хиробуми, автор Конституции Мэйдзи

Проект Конституции Мэйдзи составлялся Ито Хиробуми (руководитель проекта), Иноуэ Каору, Ито Миёдзи, Канэко Кэнтаро, Карлом Фридрихом Германом Рейслером и Исааком Альбертом Моссе с 1883 по 1888 годы. В 1890 году Конституция вступила в силу. Согласно Конституции, Япония получала официальное название — «Великая Японская Империя»[7]; в стране устанавливалась конституционная монархия прусского образца. Роль ряда важных институтов — таких, как гэнро и Тайный Совет — не была чётко прописана в Конституции. В целом, Конституция могла быть интерпретирована как в стороны большего либерализма, так и большего авторитаризма.

Японо-китайская война

В апреле 1885 года Япония и Цинская империя подписали в Тяньцзине договор, в соответствии с которым Корея, фактически, перешла под совместный китайско-японский протекторат. В 1893-94 годах в Корее началось восстание тонхаков. Корейское правительство, будучи неспособным справиться с восстанием собственными силами, обратилось за помощью к Китаю. 8 июня 1894 года полторы тысячи китайских солдат высадились в районе Асана. Япония обвинила китайские власти в нарушении Тяньцзиньского договора, и направила в Корею 4,5 тысячи солдат, а затем предложила Китаю совместно провести в Корее реформы. Китай, считая себя государством-сюзереном Кореи, отказался. Тогда японский отряд захватил дворец и объявил о создании нового прояпонского правительства.

25 июля японские военные суда без объявления войны напали в районе Асана на китайский транспорт с 1,3 тысячами солдат на борту. Официально правительство Японии объявило войну Китаю лишь 1 августа. 15 сентября произошло решающее для корейского театра военных действий сражение под стенами Пхеньяна, в котором китайские войска были наголову разбиты. 17 сентября в ходе пятичасового Сражения в устье реки Ялу китайский Бэйянский флот под командованием адмирала Дин Жучана проиграл бой японскому Объединённому флоту вице-адмирала Ито Сукэюки. В конце октября японская 1-я армия под командованием Ямагаты Аритомо форсировала реку Ялу и перенесла боевые действия на территорию Китая, а 2-я армия под командованием Ояма Ивао высадилась на Ляодунском полуострове. Китайское правительство стало готовить мирные переговоры с Японией, и в январе 1895 года для этого была послана официальная делегация в Хиросиму, но японское правительство, рассчитывая на гораздо большие военные трофеи, сорвало эти переговоры в одностороннем порядке.

В конце января половина 2-й армии с полуострова Ляодун была морем переброшена под Вэйхайвэй, и 16 февраля взяла его, захватив остатки Бэйянского флота. В конце февраля началось наступление в Маньчжурии. 30 марта было объявлено 20-дневное перемирие в Маньчжурии и Северном Китае. В японском городе Симоносеки начались переговоры.

Симоносекский мирный договор
Файл:Shimonoseki truce.JPG
Подписание Симоносекского договора

Мирные переговоры начались в марте 1895 года в японском городе Симоносеки; одновременно японские войска высадились на архипелаге Пэнху, являвшемся ключом к Тайваню. Умышленно затягивая переговоры, премьер-министр граф Ито Хиробуми выдвинул невероятные и оскорбительные требования — выплата 750 миллионов лянов серебра контрибуции и передача японским войскам Тяньцзиня, Дагу и Шаньхайгуаня[8]. Когда же Ли Хунчжан отклонил эти требования — на него было организовано покушение, раненый посол на десять дней выбыл из переговорного процесса[8], а Япония успела за это время захватить архипелаг Пэнху. Японская сторона и лично император Мэйдзи принесли Ли Хунчжану свои извинения. 17 апреля был подписан Симоносекский договор.

Условия, навязанные Японией Китаю, привели к так называемой «тройной интервенции» России, Германии и Франции — держав, которые к этому времени уже поддерживали обширные контакты с Китаем и поэтому восприняли подписанный договор как наносящий ущерб их интересам. 23 апреля 1895 Россия, Германия и Франция обратились к японскому правительству с требованием отказа от аннексии Ляодунского полуострова, которая могла бы привести к установлению японского контроля над Порт-Артуром, в то время как Николай II, поддерживаемый западными союзниками, имел собственные виды на Порт-Артур как незамерзающий порт для России. Япония, обескровленная войной, была вынуждена уступить в ноябре 1895, получив взамен с Китая дополнительную контрибуцию в 30 миллионов лянов серебра. Тем не менее эта вынужденная уступка была воспринята в Японии как унижение.[9]

Русско-японская война

30 января 1902 года Япония подписала договор с Великобританией, признававший японские интересы в Китае. В июне 1903 года Япония попыталась урегулировать отношения с Россией, предложив взаимное признание целостности Китая и Кореи с одновременным признанием железнодорожных прав России в Маньчжурии и японских экономических и политических интересов в Корее. Однако Россия в октябре 1903 года ответила такими контрпредложениями, которые фактически полностью игнорировали англо-японский союз. Японское правительство не могло принять требования России, и в январе 1904 года ответило отказом в резкой форме.

5 февраля 1904 года Япония разорвала дипломатические отношения с Россией. Без предупреждения в ночь с 8 на 9 февраля японский флот атаковал русскую эскадру в Порт-Артуре, а 10 февраля Япония формально объявила войну России.

На начальном этапе войны для японской стороны важнейшей задачей было установить контроль над Корейским проливом, чтобы перебросить свои войска на материк и обеспечить их всем необходимым для ведения боевых действий. Эту задачу ей удалось выполнить 13 апреля, когда было нанесено поражение российскому флоту на подходе к Порт-Артуру, после чего русская эскадра оказалась запертой в Порт-Артуре. Это позволило Японии перебросить свои войска в Корею, захватить Сеул и выйти к реке Ялу. 29 апреля — 1 мая японцы нанесли первое поражение русской армии (Тюренченский бой). Затем 1-я японская армия, перейдя реку Ялу, быстро двинулась на юг Маньчжурии. В это же время 2-я армия была высажена на Ляодунский полуостров. Несколькими днями позже 3-я армия окружила Порт-Артур и начала его осаду. Попытка эскадры, запертой в Порт-Артуре, 10 августа прорвать блокаду была неудачной. 29-августа — 3 сентября 1904 года русским войскам было нанесено поражение при Ляояне, после чего они отступили к Мукдену. 2 января 1905 года пал Порт-Артур, а позднее, 10 марта 1905 года, русская армия потерпела поражение в решающем сражении под Мукденом. Разгром эскадры адмирала Рожественского японским флотом под командованием адмирала Того в Цусимском проливе 27 мая 1905 года довершил военную катастрофу России.

Ведение войны с Россией, несмотря на то, что основные ресурсы последней были сосредоточены в европейской части страны, было для Японии серьёзнейшим испытанием. Хотя разгром русского флота и снял угрозу непосредственно территории Японии, тем не менее силы её были истощены. Государственный долг по сравнению с довоенным вырос в 4 раза, резко ухудшилось положение масс, выросла безработица, уменьшилось производство основных сельскохозяйственных культур. Это обусловило стремление Японии выйти из войны.

Карты Русско-японской войны
Портсмутский мир
Файл:Treaty of Portsmouth.jpg
Переговоры в Портсмуте (1905) — слева направо: с русской стороны (дальняя часть стола) — Коростовец, Набоков, Витте, Розен, Плансон; с японской стороны (ближняя часть стола) — Адати (нем.), Отиай, Комура (англ.), Такахира (англ.), Сато. Большой переговорный стол в настоящее время находится в музее Мэйдзи-мура в Инуяме.

В начале марта 1905 года Япония обратилась к США за посредничеством в заключении мирного договора. Мирные переговоры начались 9 августа в Портсмуте. Россия также стремилась выйти из войны в связи с начавшейся революцией. Чтобы заручиться поддержкой США и Великобритании в установлении протектората над Кореей, Япония заключила секретное соглашение с США, в котором она заявляла, что не имеет претензий в отношении Филиппин. 12 августа 1905 года с Великобританией был заключён новый союзный договор, действие которого распространялось на Восточную Азию и Индию. Данный договор обязывал стороны оказывать друг другу военную помощь в случае войны, а также санкционировал протекторат Японии над Кореей. На переговорах с Россией Япония выдвинула жёсткие требования; русская делегация во главе с графом Витте отклонила часть японских претензий. Хоть это и не отвечало намерениям Японии, но в связи с невозможностью продолжать войну от части требований пришлось отказаться.

5 сентября 1905 года был подписан мирный договор. Россия передавала Японии южную часть Сахалина, после чего на его территории Японией было создано Управление гражданской администрации Карафуто (яп.). Также Россия признавала Корею сферой японского влияния, уступала Японии арендные права на Ляодунский полуостров с Порт-Артуром и Дальним, часть ЮМЖД от Порт-Артура до Куаньчэнцзы и соглашалась на заключение конвенции по рыбной ловле вдоль русских берегов Японского, Охотского и Берингова морей.

В Японии, где готовность народа терпеть экономические трудности поддерживалась шовинистической пропагандой и обещаниями значительных территориальных приобретений, условия мирного договора были расценены как недостаточные и вызвали волнения, для подавления которых правительство ввело в Токио и его окрестностях военное положение и использовало силу. Однако в политических кругах Портсмутский договор был расценён как несомненный успех.

Присоединение Кореи

В декабре 1905 года, после подписания с Кореей Договора о протекторате, правительством Японской империи было введена в Корее должность генерального резидента[10]. На эту должность был назначен Ито Хиробуми. Генеральный резидент стал управлять внешней политикой этой страны, имел право приказывать командующему японскими войсками в Корее. Корейское правительство и местные власти также находились в его подчинении. В 1907 году император Коджон послал трех человек на Гаагскую конференцию о мире, чтобы попытаться представить Договор о протекторате как несправедливый и аннулировать его. Однако страны-участницы конференции отказались предоставить корейцам право голоса. Узнавший об этом инциденте Ито потребовал от Коджона объяснений. Слабовольный император сказал, что никого не посылал. Ито информировал об этом конференцию. Вскоре после этого инцидента Ито и лидер прояпонской фракции в Корее Ли Ванён вынудили Коджона отречься от престола в пользу своего сына Сунджона, а после этого подписали Новый японо-корейский договор о сотрудничестве, после которого генерал-резидент стал де-факто правителем страны.

С точки зрения Ито, формальная аннексия Кореи была бы неразумной[11]. Однако его сравнительно мягкая позиция не находила поддержки в японских правящих кругах, поэтому 14 июня 1909 года он ушёл в отставку с поста генерал-резидента. 30 мая 1910 год генерал-резидентом Кореи стал Тэраути Масатакэ.

26 октября 1909 года во время встречи в Харбине с российским министром финансов В. Н. Коковцовым Ито Хиробуми был убит[12]. Убийство Ито усилило позиции «радикалов» и послужило предлогом для окончательной аннексии Кореи Японией. 22 августа 1910 года генерал-резидент Кореи Тэраути Масатакэ подписал Договор о присоединении Кореи к Японии. Со стороны Кореи подпись поставил премьер-министр Кореи Ли Ванён (кор. 이완용), представитель императора Сунджона. После этого Корея окончательно утратила свой суверенитет; её правителем стал император Японии.

Период Тайсё

Файл:Emperor Taishō.jpg
Император Тайсё

Период Тайсё[13] (яп. 大正時代 Тайсё: дзидай) начался 30 июля 1912 года и закончился 25 декабря 1926 года с восшествием на трон сына Тайсё — императора Сёвы. Этот период характеризуется упадком власти гэнро (к концу периода в живых остался только один из них — Сайондзи Киммоти) и ростом влияния парламента Японии. Кроме того, этот период отмечен движением «Демократия Тайсё», а также значительной либерализацией политики Японской империи в отношении своих колоний.

Наследие Мэйдзи

Император Мэйдзи скончался 30 июля 1912 года и его сын Тайсё[14] был коронован новым императором Японии.

Начало периода Тайсё во многом напоминало сочетание патриотизма и ксенофилии, характерное для периода Мэйдзи. Так, например, японский художник Кобаяси Киётика писал картины как в западном стиле, так в традиционном японском стиле укиё-э. Публицисты Мори Огай и Нацумэ Сосэки, получившие образование на Западе, писали статьи о модернизации общественной жизни.

В период Тайсё берет своё начало история японского социалистического движения. В 1906 году была создана Социалистическая партия Японии (яп. 日本社会党 Нихон Сякайто:), которая, впрочем, не пользовалась особой популярностью. Правительство попыталось помешать социалистам и уже через год после создания Социалистическая партия была распущена.

В 1912—1913 годах в Японской империи произошёл политический кризис, вызванный противостоянием «либеральной» и «милитаристской» группировок в правительстве. Когда неформальный лидер «либералов» Сайондзи Киммоти попытался урезать военный бюджет, министр армии Ямагата Аритомо — лидер «милитаристов» — ушёл в отставку, после чего весь кабинет министров, лишенный возможности нормально функционировать, был вынужден подать в отставку. И Сайондзи, и Ямагата отказались возобновить работу. В результате премьер-министром стал Кацура Таро, занявший эту должность в третий раз.

Япония в Первой мировой войне

Файл:Wakamiya.jpg
Японская авиаматка «Вакамия»

Японская империя вступила в Первую мировую войну на стороне Антанты. 23 августа 1914 года она объявила войну Германии. Поскольку Германия не могла организовать серьёзного сопротивления в Восточной Азии, Япония быстро оккупировала немецкие азиатские колонии. Для Японской империи крупнейшим сражением Первой мировой войны стала осада Циндао. В 1919 году Японская империя, наряду с США, Великобританией, Францией и Италией, стала одной из пяти великих держав, принимавших участие в Версальской мирной конференции. По итогам Первой мировой войны Японская империя получила немецкие территории в Шаньдуне, а также часть бывших немецких колоний в Тихом океане, составившую Южный Тихоокеанский мандат. Кроме того, Японская империя стала одной из стран-основателей Лиги Наций[15].

Двадцать одно требование

В январе 1915 года премьер-министр Японской империи Окума Сигэнобу выдвинул в отношении Китая двадцать одно требование (яп. 対華二十一ヶ条要求; кит. 二十一条). Япония требовала от Китая согласия на будущую де-факто аннексию германских владений в Шаньдуне, продления срока аренды Рёдзюна, Южно-Маньчжурской дороги и Дайрэна на срок до 99 лет, совместного владения крупнейшим металлургическим комбинатом в Центральном Китае, запрета на продажу Китаем прибрежных районов кому-либо, кроме Японской империи и приглашения японских советников в Китай. Эти требования привели к росту антияпонских настроений в Китае и под международным давлением Япония отозвала часть из них.

Интервенция в Сибирь и на Дальний Восток
Файл:Японские войска во Владивостоке (1918).PNG
Японские войска во Владивостоке в 1918 году

В конце 1917 года страны Антанты отвергли предложение Японской империи самостоятельно начать интервенцию в Сибирь и Дальний Восток[16]. Вместо этого по настоянию США было принято решение о вторжении соединенными силами.

12 января 1918 года к Владивостоку подошёл японский броненосец «Ивами», а 14 января — в бухте Золотой Рог появились японский крейсер «Асахи» и английский крейсер «Суффолк».

Утром 6 апреля на территорию Владивостока высадился японский военный десант.

Японская империя после Первой мировой войны: «Демократия Тайсё»

После того, как премьер-министром Японии стал Като Таакаки, в империи был принят закон, согласно которому все подданные мужского пола старше 25 лет могли голосовать, если они жили не менее года в своем избирательном округе и не были бездомными. Таким образом, число избирателей увеличилось с 3,3 до 12,5 миллионов человек.

Смена политики Японской империи в отношении колоний

Файл:Makoto Saito 2.jpg
Сайто Макото, генерал-губернатор Кореи, проводивший «политику культурного управления»

В 1920-е годы Токио сменило политику в отношении своих колоний — Кореи и Тайваня — в сторону большего либерализма. На Тайване эта политика получила название «политика интеграции», а в Корее — «политики культурного управления»[[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]][[К:Википедия:Статьи без источников (страна: Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.)]]Ошибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империяОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империяОшибка Lua: callParserFunction: function "#property" was not found.Японская империя[источник не указан 1289 дней]. Если раньше главной целью Японской империи было простое удержание колоний под своей властью, то теперь колониальная администрация делала упор на развитие инфраструктуры и повышения уровня образования корейцев и тайваньцев. К примеру, в Корее в рамках этой политики был создан Императорский университет Кэйдзё и открыты газеты «Чосон ильбо» и «Тона ильбо», ставшие впоследствии крупнейшими газетами современной Кореи. На Тайване была построена сеть железных дорог, главная ветка соединяла Такао (ныне Гаосюн) и Кирон (ныне Цзилун). В Корее реформы обычно связывают с именем Сайто Макото, а на Тайване — с Дэном Кэндзиро.

Послевоенная внешняя политика Японской империи

В 1921-22 годах Японская империя приняла участие в Вашингтонской конференции и подписала ряд соглашений, устанавливавший новый порядок взаимоотношений в Тихоокеанском регионе[17].

Период Сёва

Файл:Emperor Hirohito coronation 1928.jpg
Юный император Хирохито в церемониальных одеждах

25 декабря 1926 года, после смерти отца императора Ёсихито, трон унаследовал Хирохито. Он дал периоду своего правления девиз «Сёва» (Сё: ва Дзидай, яп. 昭和時代, «эпоха Просвещённого мира»). Хирохито был первым за несколько столетий японским императором, чья биологическая мать была официальной женой его предшественника на престоле.

Первая часть правления Хирохито как императора (с 1926 года по 1945 год) прошла под знаком все увеличивающейся военной мощи страны. С 1900 года японские Императорские Армия и Военно-морской флот обладали правом вето при формировании кабинета министров. С 1921 года по 1944 год произошло не менее 64 инцидентов во внутренней и внешней политике, когда правые политические силы применяли насилие для достижения своих целей. Наиболее значительным из них стало убийство премьер-министра Японии Инукаи Цуёси в 1932 году. С этого времени военные обладали практически полным контролем над всей политической жизнью Японии, что привело Японию к вступлению сначала во Вторую японо-китайскую войну (1937—1945), а затем и во Вторую мировую войну.

Японская империя была членом Пакта трёх держав, подписанного также нацистской Германией и фашистской Италией, и воевала во Второй мировой войне на стороне стран «оси».

Маньчжурский инцидент

Файл:IJA Infantry in Manchuria.jpg
Японские войска в Маньчжурии

18 сентября группа японских офицеров подорвали часть полотна Южно-Маньчжурской железной дороги, арендованной Японской империей у Китайской республики, возложив вину на китайцев, а затем начали обстреливать китайские позиции. Командование Императорской армией приняло решение свести последствия инцидента к минимуму. Однако командование Квантунской армии приняло решение о вторжении на территорию Китая. 19 сентября в бой вступила Корейская армия Японии. К 25 сентября войска Японии оккупировали значительную часть Маньчжурии. К началу 1932 года вся территория Маньчжурии оказалась занятой японскими войсками, а 9 марта 1932 года Маньчжурия провозгласила независимость от Китайской Республики. На территории Маньчжурии было создано государство Маньчжоу-го. Его правителем стал Пу И, последний император империи Цин.

Путч молодых офицеров

Путч молодых офицеров, или Инцидент 26 февраля, или мятеж 26 февраля (яп. 二·二六事件 Ни-нироку дзикэн) — мятеж националистически настроенных офицеров японской армии, произошедший 26—29 февраля 1936 года. Идеологом путча был Икки Кита, программная работа которого, под названием «План реконструкции Японии», сподвигнула офицеров на мятеж.

Мятеж организовали молодые офицеры-националисты, которые были убеждены в том, что побороть в стране политическую коррупцию и крайнюю бедность в сельской местности можно лишь путём устранения нескольких высших политиков. Они выступили под лозунгами Реставрации Сёва (яп. 昭和維新, по аналогии с Реставрацией Мэйдзи) и девизом «уважай Императора, свергни зло» (яп. 尊皇討姦).

Путч начался рано утром 26 февраля 1936 года. На стороне мятежников выступили от 1 483 до 1 500 солдат японской армии. В основном это были 1-й, 3-й пехотные полки и 7-й артиллерийский полк Первой дивизии Императорской армии Японии и 3-й пехотный полк Императорской гвардии.

Мятежникам удалось захватить центр Токио, включая здания Парламента, Министерства внутренних дел и Министерства обороны, и убить нескольких влиятельных политических лидеров. Они также попытались захватить резиденцию премьер-министра и императорский дворец, но столкнулись с сопротивлением Императорской гвардии.

Несмотря на их заявления о полной поддержке императорской власти, император Сёва резко осудил их действия, признав их незаконными. Деморализованные мятежники сдались правительственным войскам 29 февраля 1936 года. 19 руководителей путча были казнены.

Вторая японо-китайская война

Вторая японо-китайская война началась в 1937 году. Война шла достаточно успешно для Японии: к концу 1937 года под её контролем находилась значительная часть Китая, включая его столицу — Нанкин. При её взятии японские войска убили несколько сотен тысяч мирных жителей, это преступление оказало влияние на рост антияпонских настроений в западном мире.

В самой Японии (как в метрополии, так и в колониях), власть де-факто перешла к армии, которая стала проводить курс на подавление инакомыслия и превращение империи в тоталитарное государство.

Сближение с нацистской Германией

Файл:1938 Naka yoshi sangoku.jpg
Японский плакат, посвященный подписанию Тройственного пакта

В руководстве Японской империи не было единой позиции по вопросу политики в отношении нацистской Германии. Ряд политиков резко выступали против союза с нацистами. Тем не менее, под влиянием военных, доминировавших в правительстве, страна начала проводить прогерманский курс. Так, в 1936 году Японская империя заключила Антикоминтерновский пакт с Германией и Италией, а в 1940 году — подписала союзное соглашение. Сайондзи Киммоти, последний из гэнро, расценил подписание последнего как катастрофу и предвестие конца Японской империи.

Тихоокеанская война

7 декабря 1941 года Японская империя напала на США, осуществив атаку на Пёрл-Харбор. Так началась Тихоокеанская война. Первоначальная стратегическая инициатива находилась в руках Японии, однако после поражений в битве у атолла Мидуэй и сражении за остров Гуадалканал она перешла к Америке. В 1944 году США захватили большую часть островов в Тихом океане, находившихся в подмандатном управлении Японии, и приступили к бомбардировкам японской метрополии.

Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки

Утром 6 августа 1945 года американский бомбардировщик B-29 «Enola Gay» (командир экипажа — полковник Пол Тиббетс[18]) сбросил на японский город Хиросима атомную бомбу «Little Boy» («Малыш»). Три дня спустя атомная бомба «Fat Man» («Толстяк») была сброшена на город Нагасаки пилотом Чарльзом Суини.

Оценки человеческих потерь от атак затруднены тремя факторами: низкой достоверностью записей, сделанных в это тяжёлое для Японии время, большим количеством жертв, умерших месяцами или годами позднее бомбардировки, и периодическим стремлением то преувеличивать, то преуменьшать потери в зависимости от политических намерений. Считается, что 140000 человек умерло в Хиросиме от взрыва и его последствий; аналогичная оценка для Нагасаки составляет 74000 человек. Эти цифры, опубликованные в феврале 1946 года штабом американской оккупационной армии в Японии, не учитывают военных и умерших впоследствии от лучевой болезни[19].

Существуют различные мнения о роли бомбардировок в капитуляции Японии и необходимости их проведения. Так, ныне в Соединённых Штатах доминирует воззрение, что бомбардировки помогли закончить войну на месяцы ранее, чем было бы без них, таким образом спасая множество жизней, которые были бы потеряны с обеих сторон, если бы произошло запланированное американцами вторжение в Японию. В Японии большинство считает, что бомбардировки не были необходимы, поскольку японское гражданское руководство тайно стремилось положить конец войне[20].

Капитуляция Японии

Файл:Shigemitsu-signs-surrender.jpg
Мамору Сигэмицу подписывает Акт о капитуляции

После атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки и объявления Советским Союзом войны Японии 9 августа премьер-министр Кантаро Судзуки, министр императорского флота Мицумаса Ёнай и министр иностранных дел Сигэнори Того посоветовали Императору Японии, Хирохито, принять условия Потсдамской декларации и объявить о безоговорочной капитуляции. Однако офицеры Министерства армии, а также служащие Императорской гвардии в ночь на 15 августа предприняли попытку государственного переворота, с тем, чтобы воспрепятствовать капитуляции. Заговорщики потерпели неудачу и совершили самоубийство. Император 15 августа впервые в истории Японии по радио обратился к нации и объявил о капитуляции Японии. Однако японские войска не прекратили сопротивления советским войскам в Маньчжурии. Только в конце августа разгромленные части Квантунской армии сдались.

Акт о капитуляции был подписан 2 сентября 1945 года в Токийском заливе на борту американского линкора «Миссури».

Последние годы империи

После капитуляции Японии во Второй мировой войне она была оккупирована союзными войсками вплоть до вступления в силу в 1952 году Сан-Францисского мирного договора. В течение этого периода Япония не обладала государственным суверенитетом, правительство и император подчинялись Верховному Командующему Союзными войсками. За время оккупации была проведена демилитаризация и демократизация Японии. В течение этого периода прошёл Токийский процесс, принята новая Конституция страны и начато восстановление японской экономики.

Токийский процесс

C 3 мая 1946 по 12 ноября 1948 года странами-союзницами был проведён процесс над японскими военными преступниками. В числе подсудимых было 28 человек, ещё один обвиняемый умер до начала суда, и ещё один — исключен из числа обвиняемых из-за подозрений в сумасшествии.

Семеро обвиняемых, включая бывшего премьер-министра Тодзё Хидэки, были приговорены к смертной казни через повешение и казнены 23 декабря 1948 во дворе тюрьмы Сугамо в Токио. 16 обвиняемых были приговорены к пожизненному заключению. Трое (Коисо Куниаки, Сиратори Тосио и Умэдзу Ёсидзиро) умерли в тюрьме, остальные 13 были помилованы в 1955 году. К 20 годам заключения был приговорён Того Сигэнори — посол в СССР в 19381941 гг., в 1945 году — министр иностранных дел и министр по делам Великой Восточной Азии. Он умер в тюрьме в 1949 году. К 7 годам заключения был приговорён Мамору Сигэмицу — посол в СССР в 1936—1938 гг., министр иностранных дел в 19431945 гг. и одновременно с 1944 до апреля 1945 года — министр по делам Великой Восточной Азии; В 1950 году он был помилован и впоследствии снова стал министром иностранных дел.

Новая Конституция
Файл:Hirohito Signing.JPG
Император Сёва подписывает новую Конституцию

Новая Конституция Японии была принята 3 мая 1947 года при участии оккупационных властей. Согласно Девятой статье Конституции, Япония объявляла себя пацифистским государством и отказывалась от права на ведение войны. Император объявлялся символом японского государства. Официальное название Японии было изменено с «Великой Японской империи» на «Государство Япония». Принятие Конституции считается формальным окончанием истории Японской империи.

Административное деление

Файл:EmpireOfJapan0.png
Административное деление Японской империи в 1910—1943 годах. 1 — внутренние земли, 2 — Тайвань, 3 — Карафуто, 4 — Корея, 5 — Канто, 6 — Южно-Маньчжурская железная дорога, 7 — Южно-тихоокеанская подмандатная территория

Японская империя делилась на две части: «внутренние земли» (яп. 内地 найти, в российских источниках часто «Собственно Япония») и «внешние земли» (яп. 外地 гайти). К внутренним землям относились Хонсю, Кюсю, Сикоку, Хоккайдо, острова Идзу, острова Огасавара, острова Тисима (ныне Курильские острова), острова Рюкю (префектура Окинава), другие мелкие острова, примыкающие к вышеперечисленным, а также с 1 апреля 1943 года — префектура Карафуто (ныне южный Сахалин).

К внешним землям относились Корея, Тайвань, острова, полученные Японией по Южному Тихоокеанскому мандату и Квантунская область.

Ниже приведена таблица, показывающая административное деление Японской империи по состоянию на 1943 год. Внутренние земли отмечены розовым, внешние — жёлтым, территории, временно администрировавшиеся Японией — серым.

Регион Префектуры
Остров Хонсю Акита, Аомори, Фукусима, Иватэ, Мияги, Ямагата, Тиба, Гумма, Ибараки, Канагава, Сайтама, Тотиги, Токио, Айти, Фукуи, Гифу, Исикава, Нагано, Ниигата, Сидзуока, Тояма, Яманаси, Хёго, Киото, Миэ, Нара, Осака, Сига, Вакаяма, Хиросима, Окаяма, Симанэ, Тоттори, Ямагути
Остров Сикоку Эхимэ, Кагава, Коти, Токусима
Остров Кюсю Фукуока, Кагосима, Кумамото, Миядзаки, Нагасаки, Оита, Сага
Остров Хоккайдо Губернаторство Хоккайдо
Острова Рюкю Окинава
Остров Сахалин Губернаторство Карафуто
Корейский полуостров Генерал-губернаторство Корея: Кэйкидо (яп.), Когэндо (яп.), Тюсэй-хокудо (яп.), Тюсэй-нандо (яп.), Дзэнра-хокудо (яп.), Дзэнра-нандо (яп.), Кэйсё-хокудо (яп.), Кэйсё-нандо (яп.), Хэйан-хокудо (яп.), Хэйан-нандо (яп.), Кокайдо (яп.), Канкё-хокудо (яп.), Канкё-нандо (яп.)
Остров Тайвань Генерал-губернаторство Тайвань:Тайхоку (англ.), Синтику (англ.), Такао (англ.), Тайнан (яп.), Тайтю (яп.), Карэнко (яп.), Тайто (яп.), Хоко (яп.)
Южно-тихоокеанская подмандатная территория Губернаторство Нанъё
Квантунская область Канто

Экономика

Файл:5 Yen gold coin 1873.jpg
Японская монета 1873 года (5 йен)

В 1873 году в Японской империи был введён единый земельный налог[21], размер которого независимо от урожая составлял 3 % от стоимости земли. Подати рисом (яп. 石高-кокудака) заменялись денежными выплатами. В результате почти 80 % поступлений в государственный бюджет составили выплаты этого налога.

С осени 1880 года правительство Японской империи начало осуществлять приватизацию государственных предприятий[22]. Например, компании Фурукава были проданы медные рудники, фирме Мицубиси — угольные шахты на Хоккайдо.

Ослабление конкуренции на Дальнем Востоке со стороны Великобритании, Германии и России, вызванная Первой мировой войной, открыло рынки для японских товаров[23]. Если в 1914 году валовый продукт промышленности Японской империи составлял 13 млн йен, то в 1919 году — 65 млн йен.

Мировой экономический кризис (1929—1933) повлиял и на экономику Японской империи[23]. Продукция, выпускаемая промышленностью страны, подешевела в среднем по отраслям на 32,5 %, а продукция сельского хозяйства — на 40 %. Поэтому к концу 1931 года количество безработных в Японской империи возросло до 3 млн человек.

Транспорт

В 1872 году была построена железная дорога, соединившая город Токио с портом города Иокогама [24].

После Русско-японской войны 1904-05 годов, согласно Портсмутскому мирному договору, большая часть Южно-Маньчжурская ветви Китайско-Восточной железной дороги от Порт-Артура до Чанчуня (до станции Куаньчэнцзы[25]) длиной 735 км со всем принадлежащим имуществом, включая и угольные шахты, отошла к Японии. Японская часть Южно-Маньчжурской железной дороги управлялась Южно-Маньчжурской железнодорожной компанией (англ. South Manchuria Railway Company, яп. 南満州鉄道株式会社 Минами Мансю: Тэцудо: Кабусики-гайся, или 満鉄 Мантэцу), основанной в 1906 году с капитализацией в 200 млн йен, штаб-квартира которой находилась в Дайрэне (Дальнем).

Армия и флот

Армия

Файл:War flag of the Imperial Japanese Army.svg
Флаг Императорской армии Японии

Армия Великой Японской империи (яп. 大日本帝國陸軍 дай-Ниппон тэйкоку рикугун, современными иероглифами - 大日本帝国陸軍) — сухопутные вооруженные силы Японской империи, существовавшие в течение 1871—1945 годов. Обычно назывались «имперскими сухопутными» (яп. 帝國陆軍, тэйкоку рикугун) или «монаршими» (皇軍, когун) войсками. Координировались генштабом армии и министерством армии, которые подчинялись императору, главнокомандующему всех вооруженных сил государства. Во время войны или чрезвычайных ситуаций армия управлялась высочайшим всеяпонским советом, Генеральным штабом Вооруженных сил Японии, состоявшим из председателей и заместителей Генштаба армии, министра армии, председателей и заместителей Генштаба флота, генерального инспектора военной авиации и генерального инспектора военной подготовки. После поражения во Второй мировой войне императорские вооружённые силы были распущены, а военные заводы и учебные заведения закрыты.

Флот

Файл:Naval Ensign of Japan.svg
Военно-морской флаг Японской империи

Императорский флот Японии (яп. 大日本帝國海軍 Дай-Ниппон Тэйкоку Кайгун, Флот Великой Японской империи) — военно-морские силы Японской империи в период с 1869 год по 1947 год. Основные силы известны как «Объединённый флот».

Датой создания Императорского флота Японии считается июнь 1869 года[26].

В 1875 году Япония принимает первую кораблестроительную программу[26]. Строительством крупных кораблей занимались английские фирмы. В Японии на военной верфи в Йокосуке под руководством французских специалистов строили только корабли с деревянным корпусом .

Флот Японской империи к началу Второй мировой войны был одним из сильнейших в мире. У Японии было больше авианосцев (10 авианосцев против 7 у США, причём 4 из последних находились в Атлантике), но она сильно уступала США по другим кораблям (линкоры: 10 против 15, причём в Тихом и Индийском океанах находились 9 из последних и 3 британских линкора)[27] и промышленным возможностям[28]. Японские линкоры типа «Ямато» были самыми большими по водоизмещению в мире. В начале войны Япония обладала современнейшим палубным истребителем «Зеро».

  • С 1905 года по 1907 год тоннаж построенных кораблей увеличился в два раза[10].

Система наград

Файл:SunI.jpg
Орден Восходящего солнца

Наградная система в Японской империи начала формироваться в эпоху Мэйдзи[29]. В марте 1873 года правительством была создана комиссия из шести человек под руководством государственного советника 2-го класса Дз. Хосокава для анализа зарубежных материалов, связанных с наградной системой. Результатом их работы стало учреждение ордена Восходящего солнца (1875), ордена Хризантемы на Большой ленте (1877), ордена Хризантемы с цепью (1888), ордена Восходящего солнца с цветами павлонии на Большой ленте (1888), ордена Драгоценной короны (1888) и ордена Священного сокровища (1888)[30].

Первая церемония награждения японскими орденами была проведена 31 декабря 1875 года в Токио[31]. Наград были удостоены император Японии и семь членов императорской семьи. Ордена также вручили участникам восстановления власти императора.

В 1890 году для награждения отличившихся в японско-китайскую войну (1894—1895) был учреждён орден Золото коршуна семи степеней. Им награждали только за боевые заслуги.

10 апреля 1875 года был принят первый указ государственного Совета Японской империи, которым утверждались медали за участие в военных кампаниях[32]. В список награждённых включали независимо от чинов и рангов, и даже ненаправлявшихся на фронт военнослужащих и прикомандированных гражданских лиц. Впоследствии такие медали учреждали каждый раз соответствующим указом.

Внешний вид японских наград оставался почти одинаковым, но их текст менялся[32]. Например, с 1936 году вместо надписи «Император Японии» стали использовать «Император Великой империи».

В мае 1946 года кабинетом министров было принято решение, согласно которому запрещалось награждать орденами прижизненно. Исключение только сделали для Ордена Культуры[32]. В мае 1947 году награждение после смерти было также запрещено.

Наука и образование

Файл:Keijo Imperial University.JPG
Императорский университет Кэйдзё

К началу реставрации Мэйдзи около 50 % мужчин и почти 15 % женщин изучали классические труды конфуцианства и основы математики, получая таким образом систематическое образование[33].

В 1872 году правительством был издан указ о создании новой системы образования на основе французской[34]. Японская империя разделилась на 8 округов с 32 районами. В каждом округе планировалось учредить университет, а в каждом районе — среднюю школу и 210 начальных школ с обязательным посещением. На первом этапе реформ начальное образование было платным со сроком обучения 4 года, с 1900 года — оно стало бесплатным, а с 1907 года срок обучения в начальной школе был увеличен до 6 лет.

В 1877 году в Токио был создан Императорский университет[35], который в 1886 году после присоединения к нему Технического института и Сельскохозяйственной школы был переименован в Токийский императорский университет.

Проведение образовательной реформы было настолько удачными, что в 1878 году представителям Японии была вручена премия на Парижской выставке[36].

В Японской империи существовало девять императорских университетов:

Последние два университета располагались в колониях.

Архитектура

С 1868 года при строительстве зданий стали использовать кирпич и камень[37].

В это время были построены такие известные здания как Банк Японии, Токийский вокзал и Императорский дворец Акасака и др.

Религия

Синтоизм

Файл:Karafuto Shrine.JPG
Синтоистский храм префектуры Карафуто

Основная религия Японской империи — синтоизм (яп. 神道, синто:, «путь богов»), основанная на анимистических верованиях древних японцев. Объекты поклонения многочисленные божества и духи умерших. В своём развитии синтоизм испытал значительное влияние буддизма. Во времена империи в Японии была предпринята попытка сделать синто государственной религией, своего рода символом единства Японской империи.

Православие

Файл:Nikolai-Kasatkin.jpg
Архиепископ Николай Японский

В 1873 году были отменены указы, запрещающие христианство в Японской империи[38]. В это время после дипломатических переговоров архимандрит Николай взял в аренду земельный участок на холме Суругудай, который находился в центре Токио. В 1873 году на этом месте было начато строительство здания для Православной домовой церкви, духовного училища для мальчиков и юношей, женского училища и др. В 1872 году Японию посетил Великий князь Алексей Александрович и пожертвовал на развитие Православной миссии 1500 долларов[39]. В 1874 году состоялся первый Собор Японской Православной Церкви, на которой были избраны священники[40]. Принципы соборности при утверждении священнослужителей соблюдаются и в современной Японии.

Напишите отзыв о статье "Японская империя"

Литература

С конца XIX века японская литература начинает развиваться под влиянием западной литературы[41]. В это время были переведены произведения Шекспира, Гёте, Толстого, Тургенева[42] и др.

С публикации романа Футабатэя Симэя «Плывущее облако» (1889) в Японии начало развиваться направление критического реализма.

Письменность

В эпоху Мэйдзи в XIX веке начался естественный процесс изменения языка, вызванный реформами образования и, следовательно, повышением уровня грамотности в стране, притоком новых слов и терминов, как заимствованных из европейских языков, так и заново созданных. В результате классическая письменность начала вытесняться новой формой: гэнбунъитти (言文一致), наиболее приближенной к запросам разговорной речи. Сложность существующей системы письменности стала очевидной, и в конце XIX века активно начали выдвигаться предложения о том, чтобы сократить количество кандзи, находящихся в употреблении. Кроме того, под влиянием знакомства с иностранными системами письма, преимущественно европейского происхождения, появились предложения вообще отказаться от иероглифического письма и перевести японский язык на кану или ромадзи, впрочем, они не встретили одобрения. Примерно в это же время в японской письменности начали употребляться европейские знаки пунктуации.

В 1900 году министерством Образования Японии были проведены три реформы, нацеленные на улучшение качества образования:

  • Стандартизация азбуки хирагана и исключение из неё нестандартных знаков хэнтайганы (変体仮名).
  • Ограничение списка кандзи преподаваемых в школе до 1 200.
  • Стандартизация чтения каны и записи сино-японских чтений кандзи в соответствии с современным произношением.

Если первые две из этих реформ были, в основном, положительно восприняты обществом, последняя была встречена в штыки консерваторами и была отменена в 1908 году.

Спорт

Го

С 1868 года финансирование го-домов было прекращено[43], академия го была закрыта[44].

Тем не менее в 1879 году хонъимбо XVIII Мурасэ Сюхо организовал клуб Хоэнся. В 1920-е годы в газетах и журналах стали публиковать статьи, популяризирующие эту игру. В 1924 году была создана Японская ассоциация (Нихон Киин) го[45]. Её участниками стали как профессионалы, так и любители. Ассоциация стала заниматься организацией турниров. Их спонсорами часто становились средства массовой информации[46]. В 1938 году состоялся матч между Китани и Хонъимбо Сюсай[45], который современники называли борьбой двух эпох игры го[47].

Участие в Олимпийских играх

В 1911 году в Японской империи был учреждён Олимпийский комитет.

В 1912 году он получил признание международного олимпийского комитета, и Япония смогла впервые принять участие Летних Олимпийских играх.

Участие Японии в Летних Олимпийских играх 50px
Год Место проведения 1 2 3 Итого
1912 Флаг Швеции Швеция, Стокгольм 0 0 0 0
1920 Флаг Бельгии Бельгия, Антверпен 0 2 0 2
1924 Флаг ФранцииФранция, Париж 0 0 1 1
1928 Флаг Нидерландов Нидерланды, Амстердам 2 2 1 5
1932 Флаг США (48 звёзд) США, Лос-Анджелес 7 7 4 18
1936 Флаг Третьего рейха Германия, Берлин 6 4 8 18

Карты империи

См. также

Примечания

  1. В силу конституции Японии.
  2. Многие источники называют страну в этот период как Японской империей, так и Японией.
  3. Satow, Ernest Mason. A Diplomat in Japan — London, 1921 — P. 282. ISBN 4-925080-28-8.
  4. Keene, Donald (2002). Emperor of Japan: Meiji and His World, 1852—1912. New York: Columbia University Press. — P. 124. — ISBN 0-231-12340-X; ISBN 978-0-231-12340-2; OCLC 46731178
  5. Норман. Г. Возникновение современного государства в Японии. М., 961. С. 81.
  6. Мещеряков А. Н. Император Мэйдзи и его Япония. — М.: Наталис, 2006. — С. 377. — 735 с. — ISBN 5-8062-0221-6.
  7. Maquis Hirobumi Ito. Commentaries on the CONSTITUTION OF THE EMPIRE OF JAPAN. — 2. — Tokio: Chu-O Daigaku, 1906 (Meiji 39th). — 332 p.
  8. 1 2 Рыбаков Р. Б., Непомнин О. Е. и др. Глава 18. Цинский Китай в 1870 - 1890-х годах // История Востока: Восток в новое время (конец XVIII - начало XX в.) / Л. Б. Алаев и др. — Восточная литература, 2005. — Т. 4. — С. 239. — 574 с. — ISBN 5-02-018-102-1.
  9. О. Е. Непомнин «История Китая: Эпоха Цин. XVII — начало XX века» — Москва, издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2005, стр.468-475. ISBN 5-02-018400-4
  10. 1 2 Кузнецов Ю. Д., Навалицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». — М.: «Высшая школа», 1988. — С. 198. — 432 с. — ISBN 5-06-001204-2.
  11. 미요시 도오루. 서전: 이토 히로부미. — 서울: 다락원, 2002. — С. 666. — 719 с. — (일본눈). — ISBN 89-7255-777-3.
  12. [http://kokovtsev-ito.narod.ru/index.html Отрывок из мемуаров В. Коковцова об убийстве Ито Хиробуми]. Проверено 31 мая 2008. [http://www.webcitation.org/60r2hzr8n Архивировано из первоисточника 11 августа 2011].
  13. "Тайсё" буквально означает "Великая Справедливость"
  14. личное имя — Ёсихито
  15. Philip J. Strollo. [http://worldatwar.net/timeline/other/league18-46.html League of Nations Timeline] (англ.). Проверено 1 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEPB2il Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  16. [http://slovari.yandex.ru/dict/japan/article/i20.htm?text=%D1%81%D0%B8%D0%B1%D0%B8%D1%80%D1%8C&encid=japan&stpar1=1.6.1 Интервенция Японии в Сибири и на Дальнем Востоке 1918–1922 гг.] (рус.). Энциклопедия «Япония от А до Я». Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEPhAkP Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  17. Вашингтонская конференция 1921—22 / Аварии В.Я. // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.</span>
  18. [http://www.lenta.ru/articles/2007/11/02/hiroshima/ Без страха и сомнения]
  19. [http://hirosima.scepsis.ru/bombard/hirosima.html Атомная бомбардировка Хиросимы] (рус.). Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEQhq0S Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  20. Рейнолдс Пол. [http://news.bbc.co.uk/hi/russian/news/newsid_4733000/4733855.stm Споры о Хиросиме: 60 лет - и конца не видно] (рус.). Би-Би-Си. Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UERxNxk Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  21. Кузнецов Ю. Д., Навалицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». — М.: «Высшая школа», 1988. — С. 176.
  22. Кузнецов Ю. Д., Навалицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». — М.: «Высшая школа», 1988. — С. 182.
  23. 1 2 Энциклопедическая справка // История Японии: сборник исторических произведений. — М.: Евролинц-Русская панорама, 2003. — С. 19.
  24. Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — С. 25. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  25. В настоящее время Куаньчэн (宽城区, Kuancheng Qu) является административным районом в центральной и северной части города Чанчунь
  26. 1 2 Сулига С. В. Корабли русско-японской войны 1904-1905 гг. Японский флот. — Аскольдъ, 1993. — С. 503.
  27. [http://www.ibiblio.org/pha/pha/misc/forces.html Pearl Harbor Attack Hearings, Pt. 15, p. 1901-06] (англ.)
  28. [http://www.combinedfleet.com/economic.htm Почему Япония проиграла войну на самом деле combinedfleet.com(англ.)
  29. Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — С. 13. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  30. Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — С. 13-14. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  31. Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — С. 14. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  32. 1 2 3 Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — С. 16. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  33. Молодякова В. Э., Молодякова Э. В., Макарьян С. Б. История Японии. XX век. — М.: ИВ РАН, 2007. — С. 9.
  34. Кузнецов Ю. Д., Навалицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии. — М., 1988. — 205 с.
  35. Кузнецов Ю. Д., Навалицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии. — М., 1988. — 206 с.
  36. Молодякова В. Э., Молодякова Э. В., Макарьян С. Б. История Японии. XX век. — М.: ИВ РАН, 2007. — С. 10.
  37. [http://slovari.yandex.ru/dict/japan/article/arhi.htm?text=%D0%90%D1%80%D1%85%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%83%D1%80%D0%B0&encid=japan&stpar1=1.1.1 Архитектура [Японии]] (рус.). Энциклопедия «Япония от А до Я». Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UET61yj Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  38. Саблина Э. Б. 150 лет Православия в Японии. История Православной церкви и её основатель Святитель Николай. — М., СПб.: «АИРО-XXI», «Дмитрий Буланин», 2006. — С. 53.
  39. В это время 1 доллар был равен 1рубль 50 копеек см. Саблина Э. Б. 150 лет Православия в Японии. История Православной церкви и её основатель Святитель Николай. — М., СПб.: «АИРО-XXI», «Дмитрий Буланин», 2006. — С. 53.
  40. Саблина Э. Б. 150 лет Православия в Японии. История Православной церкви и её основатель Святитель Николай. — М., СПб.: «АИРО-XXI», «Дмитрий Буланин», 2006. — С. 59.
  41. [http://slovari.yandex.ru/dict/japan/article/l6.htm?text=%D0%AF%D1%81%D1%83%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%B8%20%D0%9A%D0%B0%D0%B2%D0%B0%D0%B1%D0%B0%D1%82%D0%B0&stpar1=1.3.1 Литература [Японии]] (рус.). Энциклопедия «Япония от А до Я». Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UETwBi3 Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  42. Рассказы Тургенева «Свидание» и «Три встречи» были переведены Футабатэем Симэем в 1888 году, а в 1896 году — «Асю» под названием «Неразделенная любовь» См. [http://slovari.yandex.ru/dict/japan/article/f30.htm?text=%D0%A1%D0%B8%D0%BC%D1%8D%D0%B9&encid=japan&stpar1=1.1.1 Футабатэй Симэй] (рус.). Энциклопедия «Япония от А до Я». Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEUmJMJ Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012]..
  43. [http://go-federation.spb.ru/modules/wfsection/article.php?articleid=4 Краткий обзор развития Го в Японии] (рус.)(недоступная ссылка — [//web.archive.org/web/*/http://go-federation.spb.ru/modules/wfsection/article.php?articleid=4 история]). Федерация го Санкт-Петербурга (06-09-2005). Проверено 2 августа 2009. [http://web.archive.org/20060501231454/go-federation.spb.ru/modules/wfsection/article.php?articleid=4 Архивировано из первоисточника 1 мая 2006].
  44. Нилов Георгий, Нилов Дмитрий. [http://go.aspec.ru/story/story.htm История возникновения игры Го] (рус.). Российская федерация го. Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEWrduA Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  45. 1 2 [http://slovari.yandex.ru/dict/japan/article/g14.htm?text=%D0%B3%D0%BE&stpar1=1.1.3 Го] (рус.). Энциклопедия «Япония от А до Я». Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/65UEXUYqq Архивировано из первоисточника 16 февраля 2012].
  46. [http://izhgo.org.ru/whatisgo.php Происхождение игры Го] (рус.). Ижевская Федерация игры Го. Проверено 2 августа 2009. [http://www.webcitation.org/688BRyDe6 Архивировано из первоисточника 3 июня 2012].
  47. Истории матча посвящён роман Ясунари Кавабаты «Мэйдзин».
  48. </ol>

Напишите отзыв о статье "Японская империя"

Литература

На русском языке:

  • В. Апушкин Русско-японская война 1904-1905 г. [http://militera.lib.ru/h/apushkin_va/index.html Русско-японская война 1904-1905 г. //Из истории русско-японской войны 1904–1905 гг.: Сборник материалов к 100-летию со дня окончания войны]. — СПб.: Издательский дом Санкт-Петербургского государственного университета,, 2005. — 472 с. — ISBN 5–288–03737-X.
  • Бедняк И.Я. Япония в период перехода к империализму. — М., 1962.
  • Бедняк И.Я., Гальперин А.А. Очерки новой истории Японии (1640-1917). — М., 1958.
  • Быков П. Д. [http://militera.lib.ru/h/bykov_pd/index.html Русско-японская война 1904–1905 гг. Действия на море]. — СПб.: Изд-во Эксмо, Изографус, 2003. — 672 с. — ISBN 5-7921-0612-6 (TF). ISBN 5-699-02964-8 (Эксмо).
  • Галин В. В. Интервенция и гражданская война. — М.: Алгоритм, 2004. — 608 с. — ISBN 5-9265-0140-7.
  • Гальперин А.А. Англо-японский союз. 1902-1921 гг.. — М., 1947.
  • История Японии: сборник исторических произведений. — М.: Евролинц-Русская панорама, 203. — 503 с. — ISBN 5-93165-097-0.
  • Кузнецов Ю. Д., Навлицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». — М.: «Высшая школа», 1988. — 432 с. — ISBN 5-06-001204-2.
  • Мещеряков А. Н. Император Мэйдзи и его Япония. — М.: Наталис, Рипол Классик, 2006. — ISBN 5-8062-0221-6 («Наталис»), ISBN 5-7905-4353-7 («Рипол Классик»).
  • Можейко И.В. [http://militera.lib.ru/h/mozheiko/index.html Западный ветер — ясная погода]. — 2-е изд. — М.: ООО «Издательство ACT», 2001. — 541 с. — ISBN 5-17-005 862-4.
  • Молодякова В. Э., Молодякова Э. В., Макарьян С. Б. История Японии. XX век. — М.: Институт востоковедения Российской академии наук, 2007. — ISBN 5-89282-295-8, ISBN 978-5-89282-295-4.
  • Непомнин О. Е. История Китая: Эпоха Цин. XVII — начало XX века — Москва, издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2005, 712 стр. ISBN 5-02-018400-4
  • Розанов О. Н. О наградной системе Японии // Япония: история в наградах. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (Росспэн), 2001. — 503 с. — ISBN 5-8243-0235-9.
  • Саблина Э. Б. 150 лет Православия в Японии. История Православной церкви и её основатель Святитель Николай. — М., СПб.: «АИРО-XXI», «Дмитрий Буланин», 2007. — 528 с. — ISBN 5-91022-026-8, ISBN 5-86007-496-4.
  • Пол Стивен Далл. [http://militera.lib.ru/h/dull/index.html Боевой путь Императорского японского флота] / Перевод с английского А.Г. Больных. — Екатеринбург: Сфера, 1997. — 384 с. — (Морские битвы крупным планом).
  • Сулига С. В. Корабли русско-японской войны 1904-1905 гг. Японский флот. — Аскольдъ, 1993. — 503 с. — ISBN 5-85259-077-0.
  • Фредерик Луи. Повседневная жизнь Японии в эпоху Мэйдзи. — М.: Молодая гвардия, Палимпсест, 2007. — 352 с. — ISBN 978-5-235-02961-3.
  • Хасагава Син. Пленники войны (традиции и история отношений к военнопленным в Японии). — М.: Издательский дом "Экономическая литература" (ИДЭЛ), 2006. — 512 с. — ISBN 5-7200-0531 (ошибоч.).
  • Рыбаков Р. Б., Алаев Л. Б., Непомнин О. Е. и др. История Востока: Восток в новое время (конец XVIII - начало XX в.). — Издательский дом "Восточная литература", Институт Востоковедения РАН, 2005. — Т. 4. — 574 с. — ISBN 5-02-018-102-1.

На английском языке:

  • Marius B. Jansen. The Making Of Modern Japan. — Cambridge, Massachusetts: The Belklap Press of Harvard University Press, 2000. — 872 p. — ISBN 0-647-00991-6.

Ссылки

  • [http://slovari.yandex.ru/dict/japan Энциклопедия «Япония от А до Я»](недоступная ссылка с 14-06-2016 (1097 дней))
  • [http://www.cultline.ru/search/?text=%FF%EF%EE%ED%F1%EA%E0%FF+%E8%EC%EF%E5%F0%E8%FF Информация о Японской империи]

Отрывок, характеризующий Японская империя

Видение исчезло и появилось другое... Это был всё тот же самый юноша по имени Аксель, но вокруг него жила уже совершенно другая, потрясающая по своей красоте «реальность», которая больше походила на какую-то ненастоящую, неправдоподобную мечту...
Тысячи свечей головокружительно сверкали в огромных зеркалах какого-то сказочного зала. Видимо, это был чей-то очень богатый дворец, возможно даже королевский... Невероятное множество «в пух и в прах» разодетых гостей стояли, сидели и гуляли в этом чудесном зале, ослепительно друг другу улыбаясь и, время от времени, как один, оглядываясь на тяжёлую, золочёную дверь, чего-то ожидая. Где-то тихо играла музыка, прелестные дамы, одна красивее другой, порхали, как разноцветные бабочки под восхищёнными взглядами так же сногсшибательно разодетых мужчин. Всё кругом сверкало, искрилось, сияло отблесками самых разных драгоценных камней, мягко шуршали шелка, кокетливо покачивались огромные замысловатые парики, усыпанные сказочными цветами...
Аксель стоял, прислонившись к мраморной колонне и отсутствующим взглядом наблюдал всю эту блестящую, яркую толпу, оставаясь совершенно равнодушным ко всем её прелестям, и чувствовалось, что, так же, как и все остальные, он чего-то ждал.
Наконец-то всё вокруг пришло в движение, и вся эта великолепно разодетая толпа, как по мановению волшебной палочки, разделилась на две части, образуя ровно посередине очень широкий, «бальный» проход. А по этому проходу медленно двигалась совершенно потрясающая женщина... Вернее, двигалась пара, но мужчина рядом с ней был таким простодушным и невзрачным, что, несмотря на его великолепную одежду, весь его облик просто стушёвывался рядом с его потрясающей партнёршей.
Красавица дама была похожа на весну – её голубое платье было сплошь вышито причудливыми райскими птицами и изумительными, серебристо-розовыми цветами, а целые гирлянды настоящих живых цветов хрупким розовым облачком покоились на её шелковистых, замысловато уложенных, пепельных волосах. Множество ниток нежного жемчуга обвивали её длинную шею, и буквально светились, оттенённые необычайной белизной её изумительной кожи. Огромные сверкающие голубые глаза приветливо смотрели на окружающих её людей. Она счастливо улыбалась и была потрясающе красивой....

Французская королева Мария-Антуанетта

Тут же, стоящий от всех в стороне, Аксель буквально преобразился!.. Скучающий молодой человек куда-то, в мгновение ока, исчез, а вместо него... стояло живое воплощение самых прекрасных на земле чувств, которое пылающим взглядом буквально «пожирало» приближающуюся к нему красавицу даму...
– О-о-ой... какая же она краси-ивая!.. – восторженно выдохнула Стелла. – Она всегда такая красивая!..
– А что, ты её видела много раз? – заинтересованно спросила я.
– О да! Я хожу смотреть на неё очень часто. Она, как весна, правда же?
– И ты её знаешь?.. Знаешь, кто она?
– Конечно же!.. Она очень несчастная королева, – чуть погрустнела малышка.
– Почему же несчастная? По мне так очень даже счастливая, – удивилась я.
– Это только сейчас... А потом она умрёт... Очень страшно умрёт – ей отрубят голову... Но это я смотреть не люблю, – печально прошептала Стелла.
Тем временем красавица дама поравнялась с нашим молодым Акселем и, увидев его, от неожиданности на мгновение застыла, а потом, очаровательно покраснев, очень мило ему улыбнулась. Почему-то у меня было такое впечатление, что вокруг этих двоих людей мир на мгновение застыл... Как будто на какой-то очень короткий миг для них не существовало ничего и никого вокруг, кроме них двоих... Но вот дама двинулась дальше, и волшебный миг распался на тысячи коротеньких мгновений, которые сплелись между этими двумя людьми в крепкую сверкающую нить, чтобы не отпускать их уже никогда...
Аксель стоял совершенно оглушённый и, опять никого не замечая вокруг, провожал взглядом свою прекрасную даму, а его покорённое сердце медленно уходило вместе с ней... Он не замечал, какими взглядами смотрели на него проходящие молодые красавицы, и не отвечал на их сияющие, зовущие улыбки.

Граф Аксель Ферсен Мария-Антуанетта

Человеком Аксель и в правду был, как говорится, «и внутри, и снаружи» очень привлекательным. Он был высоким и изящным, с огромными серьёзными серыми глазами, всегда любезным, сдержанным и скромным, чем одинаково привлекал, как женщин, так и мужчин. Его правильное, серьёзное лицо редко озарялось улыбкой, но если уж это случалось, то в такой момент Аксель становился просто неотразим... Поэтому, было совершенно естественным усиленное к нему внимание очаровательной женской половины, но, к их общему сожалению, Акселя интересовало только лишь одно на всём белом свете существо – его неотразимая, прекрасная королева...
– А они будут вместе? – не выдержала я. – Они оба такие красивые!..
Стелла только грустно улыбнулась, и сразу же «окунула» нас в следующий «эпизод» этой необычной, и чем-то очень трогательной истории...
Мы очутились в очень уютном, благоухающем цветами, маленьком летнем саду. Вокруг, сколько охватывал взгляд, зеленел великолепно ухоженный, украшенный множеством статуй, роскошный парк, а вдалеке виднелся ошеломляюще огромный, похожий на маленький город, каменный дворец. И среди всего этого «грандиозного», немного давящего, окружающего величия, лишь этот, полностью защищённый от постороннего взгляда сад, создавал ощущение настоящего уюта и какой-то тёплой, «домашней» красоты...
Усиленные теплом летнего вечера, в воздухе витали головокружительно-сладкие запахи цветущих акаций, роз и чего-то ещё, что я никак не могла определить. Над чистой поверхностью маленького пруда, как в зеркале, отражались огромные чашечки нежно-розовых водяных лилий, и снежно-белые «шубы» ленивых, уже готовых ко сну, царственных лебедей. По маленькой, узенькой тропинке, вокруг пруда гуляла красивая молодая пара. Где-то вдали слышалась музыка, колокольчиками переливался весёлый женский смех, звучали радостные голоса множества людей, и только для этих двоих мир остановился именно здесь, в этом маленьком уголке земли, где в этот миг только для них звучали нежные голоса птиц; только для них шелестел в лепестках роз шаловливый, лёгкий ветерок; и только для них на какой-то миг услужливо остановилось время, давая возможность им побыть вдвоём – просто мужчиной и женщиной, которые пришли сюда, чтобы проститься, даже не зная, не будет ли это навсегда...
Дама была прелестной и какой-то «воздушной» в своём скромном, белом, вышитом мелкими зелёными цветочками, летнем платье. Её чудесные пепельные волосы были схвачены сзади зелёной лентой, что делало её похожей на прелестную лесную фею. Она выглядела настолько юной, чистой и скромной, что я не сразу узнала в ней ту величественную и блистательную красавицу королеву, которую видела всего лишь несколько минут назад во всей её великолепной «парадной» красоте.

Французская королева Мария-Антуанетта

Рядом с ней, не сводя с неё глаз и ловя каждое её движение, шёл «наш знакомый» Аксель. Он казался очень счастливым и, в то же время, почему-то глубоко грустным... Королева лёгким движением взяла его под руку и нежно спросила:
– Но, как же я, ведь я буду так скучать без Вас, мой милый друг? Время течёт слишком медленно, когда Вы так далеко...
– Ваше Величество, зачем же мучить меня?.. Вы ведь знаете, зачем всё это... И знаете, как мне тяжело покидать Вас! Я сумел избежать нежелательных мне браков уже дважды, но отец не теряет надежду всё же женить меня... Ему не нравятся слухи о моей любви к Вам. Да и мне они не по душе, я не могу, не имею права вредить Вам. О, если бы только я мог быть вблизи от Вас!.. Видеть Вас, касаться Вас... Как же тяжело уезжать мне!.. И я так боюсь за Вас...
– Поезжайте в Италию, мой друг, там Вас будут ждать. Только будьте не долго! Я ведь тоже Вас буду ждать... – ласково улыбаясь, сказала королева.
Аксель припал долгим поцелуем к её изящной руке, а когда поднял глаза, в них было столько любви и тревоги, что бедная королева, не выдержав, воскликнула:
– О, не беспокойтесь, мой друг! Меня так хорошо здесь защищают, что если я даже захотела бы, ничего не могло бы со мной случиться! Езжайте с Богом и возвращайтесь скорей...
Аксель долго не отрываясь смотрел на её прекрасное и такое дорогое ему лицо, как бы впитывая каждую чёрточку и стараясь сохранить это мгновение в своём сердце навсегда, а потом низко ей поклонился и быстро пошёл по тропинке к выходу, не оборачиваясь и не останавливаясь, как бы боясь, что если обернётся, ему уже попросту не хватит сил, чтобы уйти...
А она провожала его вдруг повлажневшим взглядом своих огромных голубых глаз, в котором таилась глубочайшая печаль... Она была королевой и не имела права его любить. Но она ещё была и просто женщиной, сердце которой всецело принадлежало этому чистейшему, смелому человеку навсегда... не спрашивая ни у кого на это разрешения...
– Ой, как это грустно, правда? – тихо прошептала Стелла. – Как мне хотелось бы им помочь!..
– А разве им нужна чья-то помощь? – удивилась я.
Стелла только кивнула своей кудрявой головкой, не говоря ни слова, и опять стала показывать новый эпизод... Меня очень удивило её глубокое участие к этой очаровательной истории, которая пока что казалась мне просто очень милой историей чьей-то любви. Но так как я уже неплохо знала отзывчивость и доброту большого Стеллиного сердечка, то где-то в глубине души я почти что была уверенна, что всё будет наверняка не так-то просто, как это кажется вначале, и мне оставалось только ждать...
Мы увидели тот же самый парк, но я ни малейшего представления не имела, сколько времени там прошло с тех пор, как мы видели их в прошлом «эпизоде».
В этот вечер весь парк буквально сиял и переливался тысячами цветных огней, которые, сливаясь с мерцающим ночным небом, образовывали великолепный сплошной сверкающий фейерверк. По пышности подготовки наверняка это был какой-то грандиозный званый вечер, во время которого все гости, по причудливому желанию королевы, были одеты исключительно в белые одежды и, чем-то напоминая древних жрецов, «организованно» шли по дивно освещённому, сверкающему парку, направляясь к красивому каменному газебо, называемому всеми – Храмом Любви.

Храм Любви, старинная гравюра

И тут внезапно за тем же храмом, вспыхнул огонь... Слепящие искры взвились к самим вершинам деревьев, обагряя кровавым светом тёмные ночные облака. Восхищённые гости дружно ахнули, одобряя красоту происходящего... Но никто из них не знал, что, по замыслу королевы, этот бушующий огонь выражал всю силу её любви... И настоящее значение этого символа понимал только один человек, присутствующий в тот вечер на празднике...
Взволнованный Аксель, прислонившись к дереву, закрыл глаза. Он всё ещё не мог поверить, что вся эта ошеломляющая красота предназначалось именно ему.
– Вы довольны, мой друг? – тихо прошептал за его спиной нежный голос.
– Я восхищён... – ответил Аксель и обернулся: это, конечно же, была она.
Лишь мгновение они с упоением смотрели друг на друга, затем королева нежно сжала Акселю руку и исчезла в ночи...
– Ну почему во всех своих «жизнях» он всегда был таким несчастным? – всё ещё грустила по нашему «бедному мальчику» Стелла.
По-правде говоря, я пока что не видела никакого «несчастья» и поэтому удивлённо посмотрела на её печальное личико. Но малышка почему-то и дальше упорно не хотела ничего объяснять...
Картинка резко поменялась.
По тёмной ночной дороге вовсю неслась роскошная, очень большая зелёная карета. Аксель сидел на месте кучера и, довольно мастерски управляя этим огромным экипажем, с явной тревогой время от времени оглядываясь и посматривая по сторонам. Создавалось впечатление, что он куда-то дико спешил или от кого-то убегал...
Внутри кареты сидели нам уже знакомые король и королева, и ещё миловидная девочка лет восьми, а также две до сих пор незнакомые нам дамы. Все выглядели хмурыми и взволнованными, и даже малышка была притихшая, как будто чувствовала общее настроение взрослых. Король был одет на удивление скромно – в простой серый сюртук, с такой же серой круглой шляпой на голове, а королева прятала лицо под вуалью, и было видно, что она явно чего-то боится. Опять же, вся эта сценка очень сильно напоминала побег...
Я на всякий случай снова глянула в сторону Стеллы, надеясь на объяснения, но никакого объяснения не последовало – малышка очень сосредоточенно наблюдала за происходящим, а в её огромных кукольных глазах таилась совсем не детская, глубокая печаль.
– Ну почему?.. Почему они его не послушались?!.. Это же было так просто!..– неожиданно возмутилась она.
Карета неслась всё это время с почти сумасшедшей скоростью. Пассажиры выглядели уставшими и какими-то потерянными... Наконец, они въехали в какой-то большой неосвещённый двор, с чёрной тенью каменной постройки посередине, и карета резко остановилась. Место напоминало постоялый двор или большую ферму.
Аксель соскочил наземь и, приблизившись к окошку, уже собирался что-то сказать, как вдруг изнутри кареты послышался властный мужской голос:
– Здесь мы будем прощаться, граф. Недостойно мне подвергать вас опасности далее.
Аксель, конечно же, не посмевший возразить королю, успел лишь, на прощание, мимолётно коснуться руки королевы... Карета рванула... и буквально через секунду исчезла в темноте. А он остался стоять один посередине тёмной дороги, всем своим сердцем желая кинуться им вдогонку... Аксель «нутром» чувствовал, что не мог, не имел права оставлять всё на произвол судьбы! Он просто знал, что без него что-то обязательно пойдёт наперекосяк, и всё, что он так долго и тщательно организовал, полностью провалится из-за какой-то нелепой случайности...
Кареты давно уже не было видно, а бедный Аксель всё ещё стоял и смотрел им вслед, от безысходности изо всех сил сжимая кулаки. По его мертвенно-бледному лицу скупо катились злые мужские слёзы...
– Это конец уже... знаю, это конец уже...– тихо произнёс он.
– А с ними что-то случится? Почему они убегают? – не понимая происходящего, спросила я.
– О, да!.. Их сейчас поймают очень плохие люди и посадят в тюрьму... даже мальчика.
– А где ты видишь здесь мальчика? – удивилась я.
– Так он же просто переодетый в девочку! Разве ты не поняла?..
Я отрицательно покачала головой. Пока я ещё вообще почти что ничего здесь не понимала – ни про королевский побег, ни про «плохих людей», но решила просто смотреть дальше, ничего больше не спрашивая.
– Эти плохие люди обижали короля и королеву, и хотели их захватить. Вот они и пытались бежать. Аксель им всё устроил... Но когда ему было приказано их оставить, карета поехала медленнее, потому что король устал. Он даже вышел из кареты «подышать воздухом»... вот тут его и узнали. Ну и схватили, конечно же...

Погром в Версале Арест королевской семьи

Страх перед происходящим... Проводы Марии-Антуанетты в Темпль

Стелла вздохнула... и опять перебросила нас в очередной «новый эпизод» этой, уже не такой счастливой, но всё ещё красивой истории...
На этот раз всё выглядело зловещим и даже пугающим.
Мы оказались в каком-то тёмном, неприятном помещении, как будто это была самая настоящая злая тюрьма. В малюсенькой, грязной, сырой и зловонной комнатке, на деревянной лежанке с соломенным тюфяком, сидела измученная страданием, одетая в чёрное, худенькая седовласая женщина, в которой было совершенно невозможно узнать ту сказочно красивую, всегда улыбающуюся чудо-королеву, которую молодой Аксель больше всего на свете любил...

Мария-Антуанетта в Темпле

Он находился в той же комнатке, совершенно потрясённый увиденным и, ничего не замечая вокруг, стоял, преклонив колено, прижавшись губами к её, всё ещё прекрасной, белой руке, не в состоянии вымолвить ни слова... Он пришёл к ней совершенно отчаявшись, испробовав всё на свете и потеряв последнюю надежду её спасти... и всё же, опять предлагал свою, почти уже невозможную помощь... Он был одержим единственным стремлением: спасти её, несмотря ни на что... Он просто не мог позволить ей умереть... Потому, что без неё закончилась бы и его, уже ненужная ему, жизнь...
Они смотрели молча друг на друга, пытаясь скрыть непослушные слёзы, которые узкими дорожками текли по щекам... Не в силах оторвать друг от друга глаз, ибо знали, что если ему не удастся ей помочь, этот взгляд может стать для них последним...
Лысый тюремщик разглядывал разбитого горем гостя и, не собираясь отворачиваться, с интересом наблюдал разворачивавшуюся перед ним грустную сцену чужой печали...
Видение пропало и появилось другое, ничем не лучше прежнего – жуткая, орущая, вооружённая пиками, ножами и ружьями, озверевшая толпа безжалостно рушила великолепный дворец...

Версаль...

Потом опять появился Аксель. Только на этот раз он стоял у окна в какой-то очень красивой, богато обставленной комнате. А рядом с ним стояла та же самая «подруга его детства» Маргарита, которую мы видели с ним в самом начале. Только на этот раз вся её заносчивая холодность куда-то испарилась, а красивое лицо буквально дышало участием и болью. Аксель был смертельно бледным и, прижавшись лбом к оконному стеклу, с ужасом наблюдал за чем-то происходящим на улице... Он слышал шумевшую за окном толпу, и в ужасающем трансе громко повторял одни и те же слова:
– Душа моя, я так и не спас тебя... Прости меня, бедная моя... Помоги ей, дай ей сил вынести это, Господи!..
– Аксель, пожалуйста!.. Вы должны взять себя в руки ради неё. Ну, пожалуйста, будьте благоразумны! – с участием уговаривала его старая подруга.
– Благоразумие? О каком благоразумии вы говорите, Маргарита, когда весь мир сошёл с ума?!.. – закричал Аксель. – За что же её? За что?.. Что же такого она им сделала?!.
Маргарита развернула какой-то маленький листик бумаги и, видимо, не зная, как его успокоить, произнесла:
– Успокойтесь, милый Аксель, вот послушайте лучше:
– «Я люблю вас, мой друг... Не беспокойтесь за меня. Мне не достаёт лишь ваших писем. Возможно, нам не суждено свидеться вновь... Прощайте, самый любимый и самый любящий из людей...».
Это было последнее письмо королевы, которое Аксель прочитывал тысячи раз, но из чужих уст оно звучало почему-то ещё больнее...
– Что это? Что же там такое происходит? – не выдержала я.
– Это красивая королева умирает... Её сейчас казнят. – Грустно ответила Стелла.
– А почему мы не видим? – опять спросила я.
– О, ты не хочешь на это смотреть, верь мне. – Покачала головкой малышка. – Так жаль, она такая несчастная... Как же это несправедливо.
– Я бы всё-таки хотела увидеть... – попросила я.
– Ну, смотри... – грустно кивнула Стелла.
На огромной площади, битком набитой «взвинченным» народом, посередине зловеще возвышался эшафот... По маленьким, кривым ступенькам на него гордо поднималась смертельно бледная, очень худая и измученная, одетая в белое, женщина. Её коротко остриженные светлые волосы почти полностью скрывал скромный белый чепчик, а в усталых, покрасневших от слёз или бессонницы глазах отражалась глубокая беспросветная печаль...

Чуть покачиваясь, так как, из-за туго завязанных за спиной рук, ей было сложно держать равновесие, женщина кое-как поднялась на помост, всё ещё, из последних сил пытаясь держаться прямо и гордо. Она стояла и смотрела в толпу, не опуская глаз и не показывая, как же по-настоящему ей было до ужаса страшно... И не было никого вокруг, чей дружеский взгляд мог бы согреть последние минуты её жизни... Никого, кто своим теплом мог бы помочь ей выстоять этот ужасающий миг, когда её жизнь должна была таким жестоким путём покинуть её...
До этого бушевавшая, возбуждённая толпа вдруг неожиданно смолкла, как будто налетела на непреодолимое препятствие... Стоявшие в передних рядах женщины молча плакали. Худенькая фигурка на эшафоте подошла к плахе и чуть споткнувшись, больно упала на колени. На несколько коротких секунд она подняла к небу своё измученное, но уже умиротворённое близостью смерти лицо... глубоко вздохнула... и гордо посмотрев на палача, положила свою уставшую голову на плаху. Плачь становился громче, женщины закрывали детям глаза. Палач подошёл к гильотине....
– Господи! Нет!!! – душераздирающе закричал Аксель.
В тот же самый миг, в сером небе из-за туч вдруг выглянуло солнышко, будто освещая последний путь несчастной жертвы... Оно нежно коснулось её бледной, страшно исхудавшей щеки, как бы ласково говоря последнее земное «прости». На эшафоте ярко блеснуло – тяжёлый нож упал, разбрасывая яркие алые брызги... Толпа ахнула. Белокурая головка упала в корзину, всё было кончено... Красавица королева ушла туда, где не было больше боли, не было издевательств... Был только покой...

Вокруг стояла смертельная тишина. Больше не на что было смотреть...
Так умерла нежная и добрая королева, до самой последней минуты сумевшая стоять с гордо поднятой головой, которую потом так просто и безжалостно снёс тяжёлый нож кровавой гильотины...
Бледный, застывший, как мертвец, Аксель смотрел невидящими глазами в окно и, казалось, жизнь вытекала из него капля за каплей, мучительно медленно... Унося его душу далеко-далеко, чтобы там, в свете и тишине, навечно слиться с той, которую он так сильно и беззаветно любил...
– Бедная моя... Душа моя... Как же я не умер вместе с тобой?.. Всё теперь кончено для меня... – всё ещё стоя у окна, помертвевшими губами шептал Аксель.
Но «кончено» для него всё будет намного позже, через каких-нибудь двадцать долгих лет, и конец этот будет, опять же, не менее ужасным, чем у его незабвенной королевы...
– Хочешь смотреть дальше? – тихо спросила Стелла.
Я лишь кивнула, не в состоянии сказать ни слова.
Мы увидели уже другую, разбушевавшуюся, озверевшую толпу людей, а перед ней стоял всё тот же Аксель, только на этот раз действие происходило уже много лет спустя. Он был всё такой же красивый, только уже почти совсем седой, в какой-то великолепной, очень высокозначимой, военной форме, выглядел всё таким же подтянутым и стройным.

И вот, тот же блестящий, умнейший человек стоял перед какими-то полупьяными, озверевшими людьми и, безнадёжно пытаясь их перекричать, пытался что-то им объяснить... Но никто из собравшихся, к сожалению, слушать его не хотел... В бедного Акселя полетели камни, и толпа, гадкой руганью разжигая свою злость, начала нажимать. Он пытался от них отбиться, но его повалили на землю, стали зверски топтать ногами, срывать с него одежду... А какой-то верзила вдруг прыгнул ему на грудь, ломая рёбра, и не задумываясь, легко убил ударом сапога в висок. Обнажённое, изуродованное тело Акселя свалили на обочину дороги, и не нашлось никого, кто в тот момент захотел бы его, уже мёртвого, пожалеть... Вокруг была только довольно хохочущая, пьяная, возбуждённая толпа... которой просто нужно было выплеснуть на кого-то свою накопившуюся животную злость...
Чистая, исстрадавшаяся душа Акселя, наконец-то освободившись, улетела, чтобы соединиться с той, которая была его светлой и единственной любовью, и ждала его столько долгих лет...
Вот так, опять же, очень жестоко, закончил свою жизнь нам со Стеллой почти незнакомый, но ставший таким близким, человек, по имени Аксель, и... тот же самый маленький мальчик, который, прожив всего каких-то коротеньких пять лет, сумел совершить потрясающий и единственный в своей жизни подвиг, коим мог бы честно гордиться любой, живущий на земле взрослый человек...
– Какой ужас!.. – в шоке прошептала я. – За что его так?
– Не знаю... – тихо прошептала Стелла. – Люди почему-то были тогда очень злые, даже злее чем звери... Я очень много смотрела, чтобы понять, но не поняла... – покачала головкой малышка. – Они не слушали разум, а просто убивали. И всё красивое зачем-то порушили тоже...
– А как же дети Акселя или жена? – опомнившись после потрясения, спросила я.
– У него никогда не было жены – он всегда любил только свою королеву, – со слезами на глазах сказала малышка Стелла.

И тут, внезапно, у меня в голове как бы вспыхнула вспышка – я поняла кого мы со Стеллой только что видели и за кого так от души переживали!... Это была французская королева, Мария-Антуанетта, о трагической жизни которой мы очень недавно (и очень коротко!) проходили на уроке истории, и казнь которой наш учитель истории сильно одобрял, считая такой страшный конец очень «правильным и поучительным»... видимо потому, что он у нас в основном по истории преподавал «Коммунизм»...
Несмотря на грусть происшедшего, моя душа ликовала! Я просто не могла поверить в свалившееся на меня, неожиданное счастье!.. Ведь я столько времени этого ждала!.. Это был первый раз, когда я наконец-то увидела что-то реальное, что можно было легко проверить, и от такой неожиданности я чуть ли не запищала от охватившего меня щенячьего восторга!.. Конечно же, я так радовалась не потому, что не верила в то, что со мной постоянно происходило. Наоборот – я всегда знала, что всё со мной происходящее – реально. Но видимо мне, как и любому обычному человеку, и в особенности – ребёнку, всё-таки иногда нужно было какое-то, хотя бы простейшее подтверждение того, что я пока что ещё не схожу с ума, и что теперь могу сама себе доказать, что всё, со мной происходящее, не является просто моей больной фантазией или выдумкой, а реальным фактом, описанным или виденным другими людьми. Поэтому-то такое открытие для меня было настоящим праздником!..
Я уже заранее знала, что, как только вернусь домой, сразу же понесусь в городскую библиотеку, чтобы собрать всё, что только смогу найти про несчастную Марию-Антуанетту и не успокоюсь пока не найду хоть что-то, хоть какой-то факт, совпадающий с нашими видениями... Я нашла, к сожалению, всего лишь две малюсенькие книжечки, в которых описывалось не так уж и много фактов, но этого было вполне достаточно, потому что они полностью подтверждали точность виденного мною у Стеллы.
Вот то, что мне удалось тогда найти:
любимым человеком королевы был шведский граф, по имени Аксель Ферсен, который беззаветно любил её всю свою жизнь и никогда после её смерти не женился;
их прощание перед отъездом графа в Италию происходило в саду Маленького Трианона – любимого места Марии-Антуанетты – описание которого точно совпадало с увиденным нами;
бал в честь приезда шведского короля Густава, состоявшийся 21 июня, на котором все гости почему-то были одеты в белое;
попытка побега в зелёной карете, организованная Акселем (все остальные шесть попыток побега были также организованы Акселем, но ни одна из них, по тем или иным причинам, не удалась. Правда две из них провалились по желанию самой Марии-Антуанетты, так как королева не захотела бежать одна, оставив своих детей);
обезглавливание королевы проходило в полной тишине, вместо ожидавшегося «счастливого буйства» толпы;
за несколько секунд до удара палача, неожиданно выглянуло солнце...
последнее письмо королевы к графу Ферсену почти в точности воспроизведено в книге «Воспоминания графа Ферсена», и оно почти в точности повторяло нами услышанное, за исключением всего лишь нескольких слов.
Уже этих маленьких деталей хватило, чтобы я бросилась в бой с удесятерённой силой!.. Но это было уже потом... А тогда, чтобы не показаться смешной или бессердечной, я изо всех сил попыталась собраться и скрыть своей восторг по поводу моего чудесного «озарения». И чтобы развеять грустное Стеллино настроение, спросила:
– Тебе очень нравится королева?
– О да! Она добрая и такая красивая... И бедный наш «мальчик», он и здесь столько страдал...
Мне стало очень жаль эту чуткую, милую девчушку, которая, даже в своей смерти, так переживала за этих, совершенно +чужих и почти незнакомых ей людей, как не переживают очень многие за самых родных...
– Наверное в страдании есть какая-то доля мудрости, без которой мы бы не поняли, как дорога наша жизнь? – неуверенно сказала я.
– Вот! Это и бабушка тоже говорит! – обрадовалась девчушка. – Но если люди хотят только добра, то почему же они должны страдать?
– Может быть потому, что без боли и испытаний даже самые лучшие люди не поняли бы по-настоящему того же самого добра? – пошутила я.
Но Стелла почему-то совершенно не восприняла это, как шутку, а очень серьёзно сказала:
– Да, я думаю, ты права... А хочешь посмотреть, что стало с сыном Гарольда дальше? – уже веселее сказала она.
– О нет, пожалуй, больше не надо! – взмолилась я.
Стелла радостно засмеялась.
– Не бойся, на этот раз не будет беды, потому что он ещё живой!
– Как – живой? – удивилась я.
Тут же опять появилось новое видение и, продолжая меня несказанно удивлять, это уже оказался наш век (!), и даже наше время... У письменного стола сидел седой, очень приятный человек и о чём-то сосредоточенно думал. Вся комната была буквально забита книгами; они были везде – на столе, на полу, на полках, и даже на подоконнике. На маленькой софе сидел огромный пушистый кот и, не обращая никакого внимания на хозяина, сосредоточенно умывался большой, очень мягкой лапкой. Вся обстановка создавала впечатление «учёности» и уюта.
– Это, что – он живёт опять?.. – не поняла я.
Стелла кивнула.
– И это прямо сейчас? – не унималась я.
Девочка опять подтвердила кивком её милой рыжей головки.
– Гарольду наверное очень странно видеть своего сына таким другим?.. Как же ты нашла его опять?
– О, точно так же! Я просто «почувствовала» его «ключик» так, как учила бабушка. – Задумчиво произнесла Стелла. – После того, как Аксель умер, я искала его сущность по всем «этажам» и не могла найти. Тогда поискала среди живых – и он снова был там.
– И ты знаешь, кто он теперь, в этой жизни?
– Пока нет... Но обязательно узнаю. Я пыталась много раз к нему «достучаться», но он почему-то меня не слышит... Он всегда один и почти всё время со своими книгами. С ним только старая женщина, его прислуга и этот кот.
– Ну, а жена Гарольда? Её ты тоже нашла?– спросила я.
– Ой, конечно же! Жену ты знаешь – это моя бабушка!.. – лукаво улыбнулась Стелла.
Я застыла в настоящем шоке. Почему-то такой невероятный факт никак не хотел укладываться в моей ошарашенной голове...
– Бабушка?.. – только и смогла произнести я.
Стелла кивнула, очень довольная произведённым эффектом.
– Как же так? Поэтому она и помогла тебе их найти? Она знала?!.. – тысячи вопросов одновременно бешено крутились в моём взбудораженном мозгу, и мне казалось, что я никак не успею всего меня интересующего спросить. Я хотела знать ВСЁ! И в то же время прекрасно понимала, что «всего» мне никто не собирается говорить...
– Я наверное потому его и выбрала, что чувствовала что-то. – Задумчиво сказала Стелла. – А может это бабушка навела? Но она никогда не признается, – махнула рукой девчушка.
– А ОН?.. Он тоже знает? – только и смогла спросить я.
– Ну, конечно же! – рассмеялась Стелла. – А почему тебя это так удивляет?
– Просто она уже старенькая... Ему это должно быть тяжело, – не зная, как бы поточнее объяснить свои чувства и мысли, сказала я.
– О, нет! – опять засмеялась Стелла. – Он был рад! Очень-очень рад. Бабушка дала ему шанс! Никто бы не смог ему в этом помочь – а она смогла! И он увидел её опять... Ой, это было так здорово!
И тут только наконец-то я поняла, о чём она говорит... Видимо, бабушка Стеллы дала своему бывшему «рыцарю» тот шанс, о котором он так безнадёжно мечтал всю свою длинную, оставшуюся после физической смерти, жизнь. Ведь он так долго и упорно их искал, так безумно хотел найти, чтобы всего лишь один только раз мог сказать: как ужасно жалеет, что когда-то ушёл... что не смог защитить... что не смог показать, как сильно и беззаветно их любил... Ему было до смерти нужно, чтобы они постарались его понять и смогли бы как-то его простить, иначе ни в одном из миров ему незачем было жить...
И вот она, его милая и единственная жена, явилась ему такой, какой он помнил её всегда, и подарила ему чудесный шанс – подарила прощение, а тем же самым, подарила и жизнь...
Тут только я по-настоящему поняла, что имела в виду Стеллина бабушка, когда она говорила мне, как важен подаренный мною «ушедшим» такой шанс... Потому что, наверное, ничего страшнее на свете нет, чем остаться с не прощённой виной нанесённой обиды и боли тем, без кого не имела бы смысла вся наша прошедшая жизнь...
Я вдруг почувствовала себя очень усталой, как будто это интереснейшее, проведённое со Стеллой время отняло у меня последние капельки моих оставшихся сил... Я совершенно забыла, что это «интересное», как и всё интересное раньше, имело свою «цену», и поэтому, опять же, как и раньше, за сегодняшние «хождения», тоже приходилось платить... Просто все эти «просматривания» чужих жизней являлись огромной нагрузкой для моего бедного, ещё не привыкшего к этому, физического тела и, к моему великому сожалению, меня пока что хватало очень ненадолго...
– Ты не волнуйся, я тебя научу, как это делать! – как бы прочитав мои грустные мысли, весело сказала Стелла.
– Делать, что? – не поняла я.
– Ну, чтобы ты могла побыть со мной дольше. – Удивившись моему вопросу, ответила малышка. – Ты живая, поэтому тебе и сложно. А я тебя научу. Хочешь погулять, где живут «другие»? А Гарольд нас здесь подождёт. – Лукаво сморщив маленький носик, спросила девочка.
– Прямо сейчас? – очень неуверенно спросила я.
Она кивнула... и мы неожиданно куда-то «провалились», «просочившись» через мерцающую всеми цветами радуги «звёздную пыль», и оказались уже в другом, совершенно не похожем на предыдущий, «прозрачном» мире...
* * *

Ой, ангелы!!! Смотри, мамочка, Ангелы! – неожиданно пропищал рядом чей-то тоненький голосок.
Я ещё не могла очухаться от необычного «полёта», а Стелла уже мило щебетала что-то маленькой кругленькой девчушке.
– А если вы не ангелы, то почему вы так сверкаете?.. – искренне удивившись, спросила малышка, и тут же опять восторженно запищала: – Ой, ма-а-амочки! Какой же он красивый!..
Тут только мы заметили, что вместе с нами «провалилось» и последнее «произведение» Стеллы – её забавнейший красный «дракончик»...

Светлана в 10 лет

– Это... что-о это? – аж с придыхом спросила малышка. – А можно с ним поиграть?.. Он не обидится?
Мама видимо мысленно её строго одёрнула, потому что девочка вдруг очень расстроилась. На тёплые коричневые глазки навернулись слёзы и было видно, что ещё чуть-чуть – и они польются рекой.
– Только не надо плакать! – быстро попросила Стелла. – Хочешь, я тебе сделаю такого же?
У девочки мгновенно засветилась мордашка. Она схватила мать за руку и счастливо заверещала:
– Ты слышишь, мамочка, я ничего плохого не сделала и они на меня совсем не сердятся! А можно мне иметь такого тоже?.. Я, правда, буду очень хорошей! Я тебе очень-очень обещаю!
Мама смотрела на неё грустными глазами, стараясь решить, как бы правильнее ответить. А девочка неожиданно спросила:
– А вы не видели моего папу, добрые светящиеся девочки? Он с моим братиком куда-то исчез...
Стелла вопросительно на меня посмотрела. И я уже заранее знала, что она сейчас предложит...
– А хотите, мы их поищем? – как я и думала, спросила она.
– Мы уже искали, мы здесь давно. Но их нет. – Очень спокойно ответила женщина.
– А мы по-другому поищем, – улыбнулась Стелла. – Просто подумайте о них, чтобы мы смогли их увидеть, и мы их найдём.
Девочка смешно зажмурилась, видимо, очень стараясь мысленно создать картинку своего папы. Прошло несколько секунд...
– Мамочка, а как же так – я его не помню?.. – удивилась малышка.
Такое я слышала впервые и по удивлению в больших Стеллиных глазах поняла, что для неё это тоже что-то совершенно новенькое...
– Как так – не помнишь? – не поняла мать.
– Ну, вот смотрю, смотрю и не помню... Как же так, я же его очень люблю? Может, и правда его больше нет?..
– Простите, а вы можете его увидеть? – осторожно спросила у матери я.
Женщина уверенно кивнула, но вдруг что-то в её лице изменилось и было видно, что она очень растерялась.
– Нет... Я не могу его вспомнить... Неужели такое возможно? – уже почти испуганно сказала она.
– А вашего сына? Вы можете вспомнить? Или братика? Ты можешь вспомнить своего братика? – обращаясь сразу к обеим, спросила Стелла.
Мама и дочь отрицательно покачали головами.
Обычно такое жизнерадостное, личико Стеллы выглядело очень озабоченным, наверное, никак не могла понять, что же такое здесь происходит. Я буквально чувствовала напряжённую работу её живого и такого необычного мозга.
– Придумала! Я придумала! – вдруг счастливо заверещала Стелла. – Мы «оденем» ваши образы и пойдём «погулять». Если они где-то есть – они нас увидят. Правда же?
Идея мне понравилась, и оставалось только мысленно «переодеться» и пойти на поиски.
– Ой, пожалуйста, а можно я с ним побуду, пока вы не вернётесь? – упорно не забывала своего желания малышка. – А как его зовут?
– Пока ещё никак, – улыбнулась ей Стелла. – а тебя?
– Лия. – Ответила малышка. – А почему всё-таки вы светитесь? Мы один раз видели таких, но все говорили, что это ангелы... А кто же тогда вы?
– Мы такие же девочки как ты, только живём «наверху».
– А верх – это где? – не унималась маленькая Лия.
– К сожалению, ты не можешь туда пойти, – пыталась как-то объяснить, попавшая в затруднение Стелла. – Хочешь, я тебе покажу?
Девчушка от радости запрыгала. Стелла взяла её за ручку и открыла перед ней свой потрясающий фантастический мир, где всё казалось таким ярким и счастливым, что не хотелось в это верить.
Глаза у Лии стали похожими на два огромных круглых блюдца:
– Ой, красота-а кака-ая!....А это что – рай? Ой ма-амочки!.. – восторженно, но очень тихо пищала девчушка, как будто боясь спугнуть это невероятное видение. – А кто же там живёт? Ой, смотрите, какое облако!.. И дождик золотой! А разве такое бывает?..
– А ты когда-нибудь видела красного дракончика? – Лия отрицательно мотнула головой. – Ну, вот видишь, а у меня бывает, потому что это мой мир.
– А ты тогда, что же – Бог??? – Но ведь Бог не может быть девочкой, правда же? А тогда, кто же ты?..
Вопросы сыпались из неё лавиной и Стелла, не успевая на них отвечать, засмеялась.
Не занятая «вопросами-ответами», я стала потихонечку осматриваться вокруг и совершенно поразилась открывающимся мне необыкновенным миром... Это был и в правду самый настоящий «прозрачный» мир. Всё вокруг сверкало и переливалось каким-то голубым, призрачным светом, от которого (как должно было бы) почему-то не становилось холодно, а наоборот – он грел каким-то необыкновенно глубоким, пронизывающим душу теплом. Вокруг меня, время от времени, проплывали прозрачные человеческие фигуры, то уплотняясь, то становясь прозрачными, как светящийся туман... Этот мир был очень красивым, но каким-то непостоянным. Казалось, он всё время менялся, точно не зная, каким бы остаться навсегда...
– Ну что, ты готова «погулять»? – вырвал меня из моих мечтаний бодрый Стеллин голосок.
– А куда пойдём? – очнувшись, спросила я.
– Пойдём искать пропавших! – весело улыбнулась малышка.
– Милые девочки, а вы всё же разрешите мне постеречь вашего дракончика, пока вы будете гулять? – ни за что не желая его забыть, потупив свои круглые глазки, попросила маленькая Лия.
– Ну ладно, стереги. – Милостиво разрешила Стелла. – Только никому не давай, а то он ещё малыш и может испугаться.
– Ой, ну что-о вы, как можно!.. Я его буду очень любить, пока вы вернётесь...
Девчушка готова была просто из кожи лесть вон, только бы получить своего невероятного «чудо-дракона», а это «чудо» дулось и пыхтело, видимо стараясь изо всех сил понравиться, как будто чувствовало, что речь идёт именно о нём...
– А вы когда ещё придёте? Вы очень скоро придёте, милые девочки? – в тайне мечтая, что мы придём очень нескоро, спросила малышка.
Нас со Стеллой отделила от них мерцающая прозрачная стена...
– С чего начнём? – серьёзно спросила озабоченная не на шутку девчушка. – Такого я никогда не встречала, но я ведь здесь ещё не так давно... Теперь мы должны что-то делать, правда же?.. Мы ведь обещали!
– Ну, давай попробуем «надеть» их образы, как ты и предлагала? – долго не думая, сказала я.
Стелла что-то тихонько «поколдовала», и через секунду стала похожа на кругленькую Лию, ну а мне, естественно, досталась Мама, что меня очень рассмешило... А надевали мы на себя, как я понимала, просто энергетические образы, с помощью которых мы надеялись найти нужных нам, пропавших людей.
– Вот это есть положительная сторона использования чужих образов. А существует ещё и отрицательная – когда кто-то использует это в плохих целях, как та сущность, которая надела на себя бабушкин «ключ», чтобы могла меня бить. Это мне всё Бабушка объясняла...
Забавно было слышать, как эта малюсенькая девчушка профессорским голоском излагала такие серьёзные истины... Но она и впрямь относилась ко всему очень серьёзно, несмотря на её солнечный, счастливый характер.
– Ну что – пошли, «девочка Лия»? – уже с большим нетерпением спросила я.
Мне очень хотелось посмотреть эти, другие, «этажи» пока ещё хватало на это сил. Я уже успела заметить, какая большая разница была между этим, в котором мы находились сейчас, и «верхним», Стеллиным «этажом». Поэтому, было очень интересно побыстрее «окунуться» в очередной незнакомый мир и узнать о нём, по-возможности, как можно больше, потому что я совсем не была уверена, вернусь ли сюда когда-то ещё.
– А почему этот «этаж» намного плотнее чем предыдущий, и более заполнен сущностями? – спросила я.
– Не знаю... – пожала своими хрупкими плечиками Стелла. – Может потому, что здесь живут просто лишь хорошие люди, которые никому не делали зла, пока жили в своей последней жизни. Поэтому их здесь и больше. А наверху живут сущности, которые «особенные» и очень сильные... – тут она засмеялась. – Но я не говорю про себя, если ты это подумала! Хотя бабушка говорит, что моя сущность очень старая, больше миллиона лет... Это ужас, как много, правда? Как знать, что было миллион лет тому назад на Земле?.. – задумчиво произнесла девочка.
– А может быть ты была тогда совсем не на Земле?
– А где?!.. – ошарашено спросила Стелла.
– Ну, не знаю. Разве ты не можешь посмотреть?– удивилась я.
Мне тогда казалось, что уж с её-то способностями возможно ВСЁ!.. Но, к моему большому удивлению, Стелла отрицательно покачала головкой.
– Я ещё очень мало умею, только то, что бабушка научила. – Как бы сожалея, ответила она.
– А хочешь, я покажу тебе своих друзей? – вдруг спросила я.
И не дав ей подумать, развернула в памяти наши встречи, когда мои чудесные «звёздные друзья» приходили ко мне так часто, и когда мне казалось, что ничего более интересного уже никак не может быть...
– О-ой, это же красота кака-ая!... – с восторгом выдохнула Стелла. И вдруг, увидев те же самые странные знаки, которые они мне показывали множество раз, воскликнула: – Смотри, это ведь они учили тебя!.. О-о, как это интересно!
Я стояла в совершенно замороженном состоянии и не могла произнести ни слова... Учили???... Неужели все эти года я имела в своём же мозгу какую-то важную информацию, и вместо того, чтобы как-то её понять, я, как слепой котёнок, барахталась в своих мелких попытках и догадках, пытаясь найти в них какую-то истину?!... А это всё уже давным-давно у меня было «готовеньким»?..
Даже не зная, чему это меня там учили, я просто «бурлила» от возмущения на саму себя за такую оплошность. Подумать только, у меня прямо перед носом раскрыли какие-то «тайны», а я ничего и не поняла!.. Наверное, точно не тому открыли!!!
– Ой, не надо так убиваться! – засмеялась Стелла. – Покажешь бабушке и она тебе объяснит.
– А можно тебя спросить – кто же всё-таки твоя бабушка? – стесняясь, что вхожу в «частную территорию», спросила я.
Стелла задумалась, смешно сморщив свои носик (у неё была эта забавная привычка, когда она о чём-то серьёзно думала), и не очень уверенно произнесла:
– Не знаю я... Иногда мне кажется, что она знает всё, и что она очень, очень старая... У нас было много фотографий дома, и она там везде одинаковая – такая же, как сейчас. Я никогда не видела, какой она была молодой. Странно, правда?
– И ты никогда не спрашивала?..
– Нет, я думаю, она мне сказала бы, если бы это было нужно... Ой, посмотри-ка! Ох, как красиво!.. – вдруг неожиданно в восторге запищала малышка, показывая пальчиком на странные, сверкающие золотом морские волны. Это конечно же было не море, но волны и в правду были очень похожи на морские – они тяжело катились, обгоняя друг друга, как бы играясь, только на месте слома, вместо снежно-белой морской пены, здесь всё сплошь сверкало и переливалось червонным золотом, распыляя тысячами прозрачные золотистые брызги... Это было очень красиво. И мы, естественно, захотели увидеть всю эту красоту поближе...
Когда мы подошли достаточно близко, я вдруг услышала тысячи голосов, которые звучали одновременно, как бы исполняя какую-то странную, не похожую ни на что, волшебную мелодию. Это была не песня, и даже не привычная нам музыка... Это было что-то совершенно немыслимое и неописуемое... но звучало оно потрясающе.
– Ой, это же мыслящее море! О, это тебе точно понравится! – весело верещала Стелла.
– Оно мне уже нравится, только не опасно ли это?
– Нет, нет, не беспокойся! Это просто для успокоения «потерянных» душ, которым всё ещё грустно после прихода сюда... Я слушала его здесь часами... Оно живое, и для каждой души «поёт» другое. Хочешь послушать?
И я только сейчас заметила, что в этих золотых, сверкающих волнах плещутся множество сущностей... Некоторые из них просто лежали на поверхности, плавно покачиваясь на волнах, другие ныряли в «золото» с головой, и подолгу не показывались, видимо, полностью погружаясь в мысленный «концерт» и совершенно не спеша оттуда возвращаться...
– Ну, что – послушаем? – нетерпеливо подталкивала меня малышка.
Мы подошли вплотную... И я почувствовала чудесно-мягкое прикосновение сверкающей волны... Это было нечто невероятно нежное, удивительно ласковое и успокаивающее, и в то же время, проникающее в самую «глубинку» моей удивлённой и чуть настороженной души... По моей стопе пробежала, вибрируя миллионами разных оттенков, тихая «музыка» и, поднимаясь вверх, начала окутывать меня с головой чем-то сказочно красивым, чем-то, не поддающимся никаким словам... Я чувствовала, что лечу, хотя никакого полёта наяву не было. Это было прекрасно!.. Каждая клеточка растворялась и таяла в набегающей новой волне, а сверкающее золото вымывало меня насквозь, унося всё плохое и грустное и оставляя в душе только чистый, первозданный свет...
Я даже не почувствовала, как вошла и окунулась в это сверкающее чудо почти с головой. Было просто невероятно хорошо и не хотелось никогда оттуда выходить...
– Ну, всё, хватит уже! Нас задание ждёт! – ворвался в сияющую красоту напористый Стеллин голосок. – Тебе понравилось?
– О, ещё как! – выдохнула я. – Так не хотелось выходить!..
– Вот, вот! Так и «купаются» некоторые до следующего воплощения... А потом уже больше сюда не возвращаются...
– А куда же они идут? – удивилась я.
– Ниже... Бабушка говорит, что здесь место тоже надо себе заслужить... И кто всего лишь ждёт и отдыхает, тот «отрабатывает» в следующем воплощении. Думаю, это правда...
– А что там – ниже? – заинтересованно спросила я.
– Там уже не так приятно, поверь мне. – Лукаво улыбнулась Стелла.
– А это море, оно только одно или таких здесь много?
– Ты увидишь... Оно всё разное – где море, где просто «вид», а где просто энергетическое поле, полное разных цветов, ручейков и растений, и всё это тоже «лечит» души и успокаивает... только не так-то просто этим пользоваться – надо сперва заслужить.
– А кто не заслужит? Разве они живут не здесь?– не поняла я.
– Живут-то живут, но уже не так красиво... – покачала головой малышка. – Здесь так же, как на Земле – ничто не даётся даром, только вот ценности здесь совсем другие. А кто не хочет – тому и достаётся всё намного более простое. Всю эту красоту нельзя купить, её можно только заслужить...
– Ты говоришь сейчас точно как твоя бабушка, будто ты выучила её слова...– улыбнулась я.
– Так оно и есть! – вернула улыбку Стелла. – Я многое стараюсь запомнить, о чём она говорит. Даже то, что пока ещё не совсем понимаю... Но ведь пойму когда-нибудь, правда же? А тогда, возможно, уже некому будет научить... Вот и поможет.
Тут, мы вдруг увидели весьма непонятную, но очень привлекательную картинку – на сияющей, пушисто-прозрачной голубой земле, как на облаке, стояло скопление сущностей, которые постоянно сменяли друг друга и кого-то куда-то уводили, после опять возвращаясь обратно.
– А это, что? Что они там делают? – озадачено спросила я.
– О, это они всего лишь помогают приходить «новичкам», чтобы не страшно было. Это где приходят новые сущности. – Спокойно сказала Стелла.
– Ты уже видела всё это? А можем мы посмотреть?
– Ну, конечно! – и мы подошли поближе...
И я увидела, совершенно захватывающее по своей красоте, действие... В полной пустоте, как бы из ничего, вдруг появлялся прозрачный светящийся шар и, как цветок, тут же раскрывался, выпуская новую сущность, которая совершенно растерянно озиралась вокруг, ещё ничего не понимая... И тут же, ждущие сущности обнимали «новоприбывшего» сгустком тёплой сверкающей энергии, как бы успокаивая, и сразу же куда-то уводили.
– Это они приходят после смерти?.. – почему-то очень тихо спросила я.
Стелла кивнула и грустно ответила:
– Когда пришла я, мы ушли на разные «этажи», моя семья и я. Было очень одиноко и грустно... Но теперь уже всё хорошо. Я к ним сюда много раз ходила – они теперь счастливы.
– Они прямо здесь, на этом «этаже»?.. – не могла поверить я.
Стелла опять грустно кивнула головкой, и я решила, больше не буду спрашивать, чтобы не бередить её светлую, добрую душу.
Мы шли по необычной дороге, которая появлялась и исчезала, по мере того, как мы на неё ступали. Дорога мягко мерцала и как будто вела, указывая путь, будто зная, куда нам надо идти... Было приятное ощущение свободы и лёгкости, как если бы весь мир вокруг вдруг стал совершенно невесомым.
– А почему эта дорога указывает нам, куда идти? – не выдержала я.
– Она не указывает, она помогает. – Ответила малышка. – Здесь всё состоит из мысли, забыла? Даже деревья, море, дороги, цветы – все слышат, о чём мы думаем. Это по-настоящему чистый мир... наверное, то, что люди привыкли называть Раем... Здесь нельзя обмануть.
– А где же тогда Ад?.. Он тоже существует?
– О, я обязательно тебе покажу! Это нижний «этаж» и там ТАКОЕ!!!... – аж передёрнула плечиками Стелла, видимо вспомнив что-то не очень приятное.
Мы всё ещё шли дальше, и тут я заметила, что окружающее стало понемножечку меняться. Прозрачность куда-то начала исчезать, уступая место, намного более «плотному», похожему на земной, пейзажу.
– Что происходит, где мы? – насторожилась я.
– Всё там же. – Совершенно спокойно ответила малышка. – Только мы сейчас уже находимся в той части, что попроще. Помнишь, мы только что говорили об этом? Здесь в большинстве своём те, которые только что пришли. Когда они видят такой, похожий на их привычный, пейзаж – им легче воспринимать свой «переход» в этот, новый для них, мир... Ну и ещё, здесь живут те, которые не хотят быть лучше, чем они есть, и не желают делать ни малейших усилий, чтобы достичь чего-то выше.
– Значит, этот «этаж» состоит как бы из двух частей?– уточнила я.
– Можно сказать и так. – Задумчиво ответила девчушка, и неожиданно перешла на другую тему – Что-то никто здесь не обращает на нас никакого внимания. Думаешь, их здесь нет?
Оглядевшись вокруг, мы остановились, не имея ни малейшего понятия, что предпринять дальше.
– Рискнём «ниже»? – спросила Стелла.
Я чувствовала, что малышка устала. Да и я тоже была очень далеко от своей лучшей формы. Но я была почти уверена, что сдаваться она никак не собирается, поэтому кивнула в ответ.
– Ну, тогда надо немного подготовиться... – закусив губу и серьёзно сосредоточившись, заявила воинственная Стелла. – Знаешь ли ты, как поставить себе сильную защиту?
– Вроде бы – да. Но я не знаю, насколько она будет сильная. – Смущённо ответила я. Мне очень не хотелось именно сейчас её подвести.
– Покажи, – попросила девочка.
Я поняла, что это не каприз, и что она просто старается мне помочь. Тогда я попробовала сосредоточиться и сделала свой зелёный «кокон», который я делала себе всегда, когда мне нужна была серьёзная защита.
– Ого!.. – удивлённо распахнула глазёнки Стелла. – Ну, тогда пошли.
На этот раз наш полёт вниз уже был далеко не таким приятным, как предыдущий... Почему-то очень сдавило грудь и тяжело было дышать. Но понемножку всё это как бы выровнялось, и я с удивлением уставилась на открывшийся нам, жутковатый пейзаж...
Тяжёлое, кроваво-красное солнце скупо освещало тусклые, фиолетово-коричневые силуэты далёких гор... По земле, как гигантские змеи, ползли глубокие трещины, из которых вырывался плотный, тёмно-оранжевый туман и, сливаясь с поверхностью, становился похожим на кровавый саван. Всюду бродили странные, будто неприкаянные, сущности людей, которые выглядели очень плотными, почти что физическими... Они то появлялись, то исчезали, не обращая друг на друга никакого внимания, будто никого кроме себя не видели и жили лишь в своём, закрытом от остальных, мире. Вдалеке, пока что не приближаясь, иногда появлялись тёмные фигуры каких-то чудовищных зверей. Ощущалась опасность, пахло жутью, хотелось бежать отсюда сломя голову, не поворачиваясь назад...
– Это мы прямо в Аду что ли? – в ужасе от увиденного, спросила я.
– Но ты же хотела посмотреть, как это выглядит – вот и посмотрела. – Напряжённо улыбаясь, ответила Стелла.
Чувствовалось, что она ожидает какую-то неприятность. Да и ничего другого, кроме неприятностей, здесь, по-моему, просто никак не могло быть...
– А ты знаешь, иногда здесь попадаются и добрые сущности, которые просто совершили большие ошибки. И если честно, мне их очень жалко... Представляешь – ждать здесь следующего своего воплощения?!. Жуть!
Нет, я никак не могла этого представить, да и не хотела. И уж этим же самым добром здесь ну никак не пахло.
– А ты ведь не права! – опять подслушала мои мысли малышка. – Иногда сюда и, правда, попадают очень хорошие люди, и за свои ошибки они платят очень дорого... Мне их, правда, жаль...
– Неужели ты думаешь, что наш пропавший мальчик тоже попал сюда?!. Уж он-то точно не успел ничего такого дурного совершить. Ты надеешься найти его здесь?.. Думаешь, такое возможно?
– Берегись!!! – вдруг дико завизжала Стелла.
Меня расплющило по земле, как большую лягушку, и я всего лишь успела почувствовать, как будто на меня навалилась огромная, жутко воняющая. гора... Что-то пыхтело, чавкало и фыркало, расточая омерзительный запах гнили и протухшего мяса. У меня чуть желудок не вывернуло – хорошо, что мы здесь «гуляли» только сущностями, без физических тел. Иначе у меня, наверняка, случились бы самые неприятные неприятности.....
– Вылезай! Ну, вылезай же!!! – пищала перепуганная девчушка.
Но, к сожалению, это было легче сказать, чем сделать... Зловонная туша навалилась на меня всей жуткой тяжестью своего огромного тела и уже, видимо, была готова полакомиться моей свеженькой жизненной силой... А у меня, как на зло, никак не получалось от него освободиться, и в моей сжатой страхом душе уже предательски начинала попискивать паника...
– Ну, давай же! – опять крикнула Стелла. Потом она вдруг ударила чудище каким-то ярким лучом и опять закричала: – Беги!!!
Я почувствовала, что стало немного легче, и изо всех сил энергетически толкнула нависшую надо мной тушу. Стелла бегала вокруг и бесстрашно била со всех сторон уже слабеющего ужастика. Я кое-как выбралась, по привычке тяжело хватая ртом воздух, и пришла в настоящий ужас от увиденного!.. Прямо передо мной лежала огромная шипастая туша, вся покрыта какой-то резко воняющей слизью, с огромным, изогнутым рогом на широкой, бородавчатой голове.
– Бежим! – опять закричала Стелла. – Он ведь ещё живой!..
Меня будто ветром сдуло... Я совершенно не помнила, куда меня понесло... Но, надо сказать, понесло очень быстро.
– Ну и бегаешь ты... – запыхавшись, чуть выговаривая слова, выдавила малышка.
– Ой, пожалуйста, прости меня! – устыдившись, воскликнула я. – Ты так закричала, что я с перепугу помчалась, куда глаза глядят...
– Ну, ничего, в следующий раз будем поосторожнее. – Успокоила Стелла.
У меня от такого заявления глаза полезли на лоб!..
– А что, будет ещё «следующий» раз??? – надеясь на «нет», осторожно спросила я.
– Ну конечно! Они ведь живут здесь! – дружески «успокоила» меня храбрая девчушка.
– А что же мы тогда здесь делаем?..
– Мы же спасаем кого-то, разве ты забыла? – искренне удивилась Стелла.
А у меня, видно, от всего этого ужаса, наша «спасательная экспедиция» полностью вылетела из головы. Но я тут же постаралась как можно быстрее собраться, чтобы не показать Стелле, что я по-настоящему очень сильно испугалась.
– Ты не думай, у меня после первого раза целый день косы дыбом стояли! – уже веселее сказала малышка.
Мне просто захотелось её расцеловать! Каким-то образом, видя что мне стыдно за свою слабость, она умудрилась сделать так, что я сразу же снова почувствовала себя хорошо.
– Неужели ты правда думаешь, что здесь могут находиться папа и братик маленькой Лии?.. – от души удивляясь, спросила её ещё раз я.
– Конечно! Их просто могли украсть. – Уже совсем спокойно ответила Стелла.
– Как – украсть? И кто?..
Но малышка не успела ответить... Из-за дремучих деревьев выскочило что-то похлеще, чем наш первый «знакомый». Это было что-то невероятно юркое и сильное, с маленьким, но очень мощным телом, посекундно выбрасывающее из своего волосатого пуза странную липкую «сеть». Мы даже не успели пикнуть, как обе в неё дружно попались... Стелла с перепугу стала похожа на маленького взъерошенного совёнка – её большие голубые глаза были похожи на два огромных блюдца, с выплесками ужаса посерединке.
Надо было срочно что-то придумать, но моя голова почему-то была совершенно пустая, как бы я не старалась что-то толковое там найти... А «паук» (будем дальше так его называть, за неимением лучшего) тем временем довольно тащил нас, видимо, в своё гнездо, готовясь «ужинать»...
– А где же люди? – чуть ли не задыхаясь, спросила я.
– О, ты же видела – людей здесь полно. Больше чем где-либо... Но они, в большинстве, хуже, чем эти звери... И они нам не помогут.
– И что же нам теперь делать? – мысленно «стуча зубами», спросила я.
– Помнишь, когда ты показала мне твоих первых чудищ, ты ударила их зелёным лучом? – уже опять вовсю озорно сверкая глазами, (опять же, быстрее меня очухавшись!), задорно спросила Стелла. – Давай – вместе?..
Я поняла, что, к счастью, сдаваться она всё ещё собирается. И решила попробовать, потому что терять нам всё равно было нечего...
Но ударить мы так и не успели, потому что паук в тот момент резко остановился и мы, почувствовав сильный толчок, со всего маху шлёпнулись на землю... Видимо, он притащил нас к себе домой намного раньше, чем мы предполагали...
Мы очутились в очень странном помещении (если конечно это можно было так назвать). Внутри было темно, и царила полная тишина... Сильно пахло плесенью, дымом и корой какого-то необычного дерева. И только время от времени слышались какие-то слабые звуки, похожие на стоны. Как будто бы у «страдавших» уже совсем не оставалось сил…
– Ты не можешь это как-то осветить? – я тихо спросила Стеллу.
– Я уже попробовала, но почему-то не получается... – так же шёпотом ответила малышка.
И сразу же прямо перед нами загорелся малюсенький огонёк.
– Это всё, что я здесь могу. – Огорчённо вздохнула девчушка
При таком тусклом, скупом освещении она выглядела очень усталой и как бы повзрослевшей. Я всё время забывала, что этому изумительному чудо-ребёнку было всего-то ничего – пять лет!.. Наверное, её такой временами серьёзный, недетский разговор или её взрослое отношение к жизни, или всё это вместе взятое, заставляло забывать, что в реальности она ещё совсем малюсенькая девочка, которой в данный момент должно было быть до ужаса страшно. Но она мужественно всё переносила, и даже ещё собиралась воевать...
– Смотри, кто это здесь? – прошептала малышка.
И вглядевшись в темноту, я увидела странные «полочки», на которых, как в сушилке, лежали люди.
– Мама?.. Это ты, мама??? – тихонько прошептал удивлённый тоненький голосок. – Как же ты нас нашла?
Я сначала не поняла, что ребёнок обращался ко мне. Начисто позабыв, для чего мы сюда пришли, я только тогда поняла, что спрашивают именно меня, когда Стелла сильно толкнула меня кулачком в бок.
– А мы же не знаем, как их зовут!.. – прошептала я.
– Лия, а ты что здесь делаешь? – прозвучал уже мужской голос.
– Тебя ищу, папочка. – Голоском Лии мысленно ответила Стелла.
– А как вы сюда попали? – спросила я.
– Наверняка, так же, как и вы... – был тихий ответ. – Мы гуляли по берегу озера, и не видели, что там был какой-то «провал»... Вот мы туда и провалились. А там ждал вот этот зверь... Что же будем делать?
– Уходить. – Постаралась ответить как можно спокойнее я.
– А остальных? Ты хочешь их всех оставить?!. – прошептала Стелла.
– Нет, конечно же, не хочу! Но как ты собираешься их отсюда забирать?..
Тут открылся какой-то странный, круглый лаз и вязкий, красный свет ослепил глаза. Голову сдавило клещами и смертельно захотелось спать...
– Держись! Только не спи! – крикнула Стелла. И я поняла, что это пошло на нас какое-то сильное действие, Видимо, этому жуткому существу мы нужны были совершенно безвольными, чтобы он свободно мог совершать какой то свой «ритуал».
– Ничего мы не сможем... – сама себе бурчала Стелла. – Ну, почему же не получается?..
И я подумала, что она абсолютно права. Мы обе были всего лишь детьми, которые, не подумав, пустились в очень опасные для жизни путешествия, и теперь не знали, как из этого всего выбраться.
Вдруг Стелла сняла наши наложенные «образы» и мы опять стали сами собой.
– Ой, а где же мама? Ты кто?... Что ты сделала с мамой?! – возмущённо прошипел мальчик. – А ну немедленно верни её обратно!
Мне очень понравился его бойцовский дух, имея в виду всю безнадёжность нашей ситуации.
– Дело в том, что здесь не было твоей мамы, – тихо прошептала Стелла. – Мы встретили твою маму там, откуда вы «провалились» сюда. Они за вас очень переживают, потому что не могут вас найти, вот мы и предложили помочь. Но, как видишь, мы оказались недостаточно осторожными, и вляпались в ту же самую жуткую ситуацию...
– А как давно вы здесь? Вы знаете, что с нами будут делать? – стараясь говорить уверенно, тихо спросила я.
– Мы недавно... Он всё время приносит новых людей, а иногда и маленьких зверей, и потом они пропадают, а он приносит новых.
Я с ужасом посмотрела на Стеллу:
– Это самый настоящий, реальный мир, и совершенно реальная опасность!.. Это уже не та невинная красота, которую мы создавали!.. Что будем делать?
– Уходить. – Опять упорно повторила малышка.
– Мы ведь можем попробовать, правда? Да и бабушка нас не оставит, если уж будет по-настоящему опасно. Видимо пока мы ещё можем выбраться сами, если она не приходит. Ты не беспокойся, она нас не бросит.
Мне бы её уверенность!.. Хотя обычно я была далеко не из пугливых, но эта ситуация заставляла меня очень сильно нервничать, так как здесь находились не только мы, но и те, за кем мы пришли в эту жуть. А как из данного кошмара выкарабкиваться – я, к сожалению, не знала.
– Здесь нету времени, но он приходит обычно через одинаковый промежуток, примерно как были сутки на земле. – Вдруг ответил на мои мысли мальчик.
– А сегодня уже был? – явно обрадованная, спросила Стелла.
Мальчонка кивнул.
– Ну что – пошли? – она внимательно смотрела на меня и я поняла, что она просит «надеть» на них мою «защиту».
Стелла первая высунула свою рыжую головку наружу...
– Никого! – обрадовалась она. – Ух ты, какой же это ужас!..
Я, конечно, не вытерпела и полезла за ней. Там и правда был настоящий «ночной кошмар»!.. Рядом с нашим странным «местом заточения», совершенно непонятным способом, повешенные «пучками» вниз головой, висели человеческие сущности... Они были подвешены за ноги, и создавали как бы перевёрнутый букет.
Мы подошли ближе – ни один из людей не показывал признаков жизни...
– Они же полностью «откачаны»! – ужаснулась Стелла. – У них не осталось даже капельки жизненной силы!.. Всё, давайте удирать!!!
Мы понеслись, что было сил, куда-то в сторону, абсолютно не зная – куда бежим, просто подальше бы от всей этой, замораживающей кровь, жути... Даже не думая о том, что можем снова вляпаться в такую же, или же ещё худшую, жуть...
Вдруг резко потемнело. Иссиня-чёрные тучи неслись по небу, будто гонимые сильным ветром, хотя никакого ветра пока что не было. В недрах чёрных облаков полыхали ослепительные молнии, красным заревом полыхали вершины гор... Иногда набухшие тучи распарывало о злые вершины и из них водопадом лилась тёмно-бурая вода. Вся эта страшная картинка напоминала, самый жуткий из жутких, ночной кошмар....
– Папочка, родимый, мне так страшно! – тоненько взвизгивал, позабыв свою былую воинственность, мальчонка.
Вдруг одна из туч «порвалась», и из неё полыхнул ослепительно яркий свет. А в этом свете, в сверкающем коконе, приближалась фигурка очень худого юноши, с острым, как лезвие ножа, лицом. Вокруг него всё сияло и светилось, от этого света чёрные тучи «плавились», превращаясь в грязные, чёрные лоскутки.
– Вот это да! – радостно закричала Стелла. – Как же у него это получается?!.
– Ты его знаешь? – несказанно удивилась я, но Стелла отрицательно покачала головкой.
Юноша опустился рядом с нами на землю и ласково улыбнувшись спросил:
– Почему вы здесь? Это не ваше место.
– Мы знаем, мы как раз пытались выбраться на верх! – уже во всю щебетала радостная Стелла. – А ты поможешь нам вернуться наверх?.. Нам обязательно надо быстрее вернуться домой! А то нас там бабушки ждут, и вот их тоже ждут, но другие.
Юноша тем временем почему-то очень внимательно и серьёзно рассматривал меня. У него был странный, насквозь пронизывающий взгляд, от которого мне стало почему-то неловко.
– Что ты здесь делаешь, девочка? – мягко спросил он. – Как ты сумела сюда попасть?
– Мы просто гуляли. – Честно ответила я. – И вот их искали. – Улыбнувшись «найдёнышам», показала на них рукой.
– Но ты ведь живая? – не мог успокоиться спаситель.
– Да, но я уже не раз здесь была. – Спокойно ответила я.
– Ой, только не здесь, а «наверху»! – смеясь, поправила меня моя подружка. – Сюда мы бы точно не возвращались, правда же?
– Да уж, я думаю, этого хватит надолго... Во всяком случае – мне... – меня аж передёрнуло от недавних воспоминаний.
– Вы должны отсюда уйти. – Опять мягко, но уже более настойчиво сказал юноша. – Сейчас.
От него протянулась сверкающая «дорожка» и убежала прямо в светящийся туннель. Нас буквально втянуло, даже не успев сделать ни шагу, и через какое-то мгновение мы оказались в том же прозрачном мире, в котором мы нашли нашу кругленькую Лию и её маму.
– Мама, мамочка, папа вернулся! И Велик тоже!.. – маленькая Лия кубарем выкатилась к нам навстречу, крепко прижимая к груди красного дракончика.. Её кругленькая мордашка сияла солнышком, а сама она, не в силах удержать своего бурного счастья, кинулась к папе и, повиснув у него на шее, пищала от восторга.
Мне было радостно за эту, нашедшую друг друга, семью, и чуточку грустно за всех моих, приходящих на земле за помощью, умерших «гостей», которые уже не могли друг друга так же радостно обнять, так как не принадлежали тем же мирам...
– Ой, папулечка, вот ты и нашёлся! А я думала, ты пропал! А ты взял и нашёлся! Вот хорошо-то как! – аж попискивала от счастья сияющая девчушка.
Вдруг на её счастливое личико налетела тучка, и оно сильно погрустнело... И уже совсем другим голосом малышка обратилась к Стелле:
– Милые девочки, спасибо вам за папу! И за братика, конечно же! А вы теперь уже уходить будете? А ещё когда-то вернётесь? Вот ваш дракончик, пожалуйста! Он был очень хороший, и он меня очень, очень полюбил... – казалось, что прямо сейчас бедная Лия разревётся навзрыд, так сильно ей хотелось подержать ещё хоть чуть-чуть этого милого диво-дракончика!.. А его вот-вот увезут и уже больше не будет...
– Хочешь, он ещё побудет у тебя? А когда мы вернёмся, ты его нам отдашь обратно? – сжалилась над малышкой Стелла.
Лия сначала ошалела от неожиданно свалившегося на неё счастья, а потом, не в состоянии ничего сказать, так сильно закивала головкой, что та чуть ли не грозилась отвалиться...
Простившись с радостным семейством, мы двинулись дальше.
Было несказанно приятно опять ощущать себя в безопасности, видеть тот же, заливающий всё вокруг радостный свет, и не бояться быть неожиданно схваченной каким-то страшно-кошмарным ужастиком...
– Хочешь ещё погулять? – совершенно свежим голоском спросила Стелла.
Соблазн, конечно же, был велик, но я уже настолько устала, что даже покажись мне сейчас самое что ни есть большое на земле чудо, я наверное не смогла бы этим по-настоящему насладиться...
– Ну ладно, в другой раз! – засмеялась Стелла. – Я тоже устала.
И тут же, каким-то образом, опять появилось наше кладбище, где, на той же скамеечке, дружно рядышком сидели наши бабушки...
– Хочешь покажу что-то?... – тихо спросила Стелла.
И вдруг, вместо бабушек появились невероятно красивые, ярко сияющие сущности... У обоих на груди сверкали потрясающие звёзды, а у Стеллиной бабушки на голове блистала и переливалась изумительная чудо-корона...
– Это они... Ты же хотела их увидеть, правда? – я ошалело кивнула. – Только не говори, что я тебе показывала, пусть сами это сделают.
– Ну, а теперь мне пора... – грустно прошептала малышка. – Я не могу идти с тобой... Мне уже туда нельзя...
– Я обязательно приду к тебе! Ещё много, много раз! – пообещала от всего сердца я.
А малышка смотрела мне вслед своими тёплыми грустными глазами, и казалось, всё понимала... Всё, что я не сумела нашими простыми словами ей сказать.

Всю дорогу с кладбища домой я безо всякой причины дулась на бабушку, притом злясь за это на саму себя... Я была сильно похожа на нахохлившегося воробья, и бабушка прекрасно это видела, что, естественно, меня ещё больше раздражало и заставляло глубже залезть в свою «безопасную скорлупу».... Скорее всего, это просто бушевала моя детская обида за то, что она, как оказалось, многое от меня скрывала, и ни чему пока не учила, видимо считая меня недостойной или не способной на большее. И хотя мой внутренний голос мне говорил, что я тут кругом и полностью не права, но я никак не могла успокоиться и взглянуть на всё со стороны, как делала это раньше, когда считала, что могу ошибаться...
Наконец, моя нетерпеливая душа дольше выдержать молчание была не в состоянии...
– Ну и о чём вы так долго беседовали? Если, конечно, мне можно это знать... – обиженно буркнула я.
– А мы не беседовали – мы думали, – спокойно улыбаясь ответила бабушка.
Казалось, она меня просто дразнит, чтобы спровоцировать на какие-то, ей одной понятные, действия...
– Ну, тогда, о чём же вы там вместе «думали»? – и тут же, не выдержав, выпалила: – А почему бабушка Стеллу учит, а ты меня – нет?!.. Или ты считаешь, что я ни на что больше не способна?
– Ну, во-первых, брось кипятиться, а то вон уже скоро пар пойдёт... – опять спокойно сказала бабушка. – А, во-вторых, – Стелле ещё долго идти, чтобы до тебя дотянуться. И чему же ты хочешь, чтобы я учила тебя, если даже в том, что у тебя есть, ты пока ещё совсем не разобралась?.. Вот разберись – тогда и потолкуем.
Я ошалело уставилась на бабушку, как будто видела её впервые... Как это Стелле далеко до меня идти?!. Она ведь такое делает!.. Столько знает!.. А что – я? Если что-то и делала, то всего лишь кому-то помогала. А больше и не знаю ничего.
Бабушка видела моё полное смятение, но ни чуточки не помогала, видимо считая, что я должна сама через это пройти, а у меня от неожиданного «положительного» шока все мысли, кувыркаясь, пошли наперекосяк, и, не в состоянии думать трезво, я лишь смотрела на неё большими глазами и не могла оправиться от свалившихся на меня «убийственных» новостей...
– А как же «этажи»?.. Я ведь никак не могла сама туда попасть?.. Это ведь Стеллина бабушка мне их показала! – всё ещё упорно не сдавалась я.
– Ну, так ведь для того и показала, чтобы сама попробовала, – констатировала «неоспоримый» факт бабушка.
– А разве я могу сама туда пойти?!.. – ошарашено спросила я.
– Ну, конечно же! Это самое простое из того, что ты можешь делать. Ты просто не веришь в себя, потому и не пробуешь...
– Это я не пробую?!.. – аж задохнулась от такой жуткой несправедливости я... – Я только и делаю, что пробую! Только может не то...
Вдруг я вспомнила, как Стелла много, много раз повторяла, что я могу намного больше... Но могу – что?!.. Я понятия не имела, о чём они все говорили, но теперь уже чувствовала, что начинаю понемножку успокаиваться и думать, что в любых трудных обстоятельствах мне всегда помогало. Жизнь вдруг показалась совсем не такой уж несправедливой, и я понемногу стала оживать...
Окрылённая положительными новостями, все последующие дни я, конечно же, «пробовала»... Совершенно себя не жалея, и вдребезги истязая своё, и так уже измождённое, физическое тело, я десятки раз шла на «этажи», пока ещё не показываясь Стелле, так как желала сделать ей приятный сюрприз, но при этом не ударить лицом в грязь, сделав какую-нибудь глупую ошибку.
Но вот, наконец-то, решила – хватит прятаться и решила навестить свою маленькую подружку.
– Ой, это ты?!.. – сразу же зазвучал счастливыми колокольчиками знакомый голосок. – Неужели это правда ты?! А как же ты сюда пришла?.. Ты что – сама пришла?
Вопросы, как всегда, сыпались из неё градом, весёлая мордашка сияла, и для меня было искренним удовольствием видеть эту её светлую, бьющую фонтаном, радость.
– Ну что, пойдём гулять? – улыбаясь, спросила я.
А Стелла всё никак не могла успокоиться от счастья, что я сумела придти сама, и что теперь мы уже сможем встречаться, когда пожелаем и даже без посторонней помощи!
– Вот видишь, я же тебе говорила, что ты можешь больше!.. – счастливо щебетала малышка. – Ну, теперь всё хорошо, теперь уже нам никто не нужен! Ой, а это как раз-то очень хорошо, что ты пришла, я тебе хотела что-то показать и очень тебя ждала. Но для этого нам придётся прогуляться туда, где не очень приятно...
– Ты имеешь в виду «нижний этаж»? – поняв, о чём она говорит, тут же спросила я.
Стелла кивнула.
– А что ты там потеряла?
– О, я не потеряла, я нашла!.. – победоносно воскликнула малышка. – Помнишь, я говорила тебе, что там бывают и хорошие сущности, а ты мне тогда не поверила?
Откровенно говоря, я не очень-то верила и сейчас, но, не желая обижать свою счастливую подружку, согласно кивнула.
– Ну вот, теперь ты поверишь!.. – довольно сказала Стелла. – Пошли?
На этот раз, видимо уже приобретя кое-какой опыт, мы легко «проскользнули» вниз по «этажам», и я снова увидела, очень похожую на виденные раньше, гнетущую картину...
Под ногами чавкала какая-то чёрная, вонючая жижа, а из неё струились ручейки мутной, красноватой воды... Алое небо темнело, полыхая кровавыми бликами зарева, и, нависая по-прежнему очень низко, гнало куда-то багровую громаду неподъёмных туч... А те, не поддаваясь, висели тяжёлые, набухшие, беременные, грозясь разродиться жутким, всё сметающим водопадом... Время от времени из них с гулким рёвом прорывалась стена буро-красной, непрозрачной воды, ударяя о землю так сильно, что казалось – рушится небо...