Prosopography of the Later Roman Empire

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Prosopography of the Later Roman Empire (общепринятое сокращение — PLRE), «Просопография Поздней Римской империи» — трехтомное издание, в котором содержатся сведения о лицах, которые жили или якобы жили в Римском мире с 260 по 641 год н. э.

В предисловии издатели сообщают, что они включили в сборник всех сенаторов, всадников, комитов и держателей должностей вплоть до провинциальных губернаторов и трибунов, префектов и препозитов военных соединений, также чиновников дворцовых «министров» и префектов претория, префектов города Рима и военных магистров, советников магистратов, юристов, докторов, риторов, грамматиков и поэтов. Также включены и философы (хотя не упоминаются в предисловии). Исключены простые солдаты, младшие офицеры и декурионы, а также христиане (например, какие-либо известные христиане, не занимавшие значимых должностей или не бывшие риторами или философами). В связи с некоторой размытостью временных, географических и социальных критериев включения или невключения персон в PLRE издание подвергалось определенной критике[1]. Статьи основаны на использовании различных источников: исторических, литературных, агиографических, документальных (например, папирусы), надписей. Имена лиц, известных только из поздних или сомнительных источников (например, Вортигерн), а также те, чьё имя сохранилось только частично в надписи или в документе, помечены особыми значками.

Издание было опубликовано Cambridge University Press по инициативе и под общей редакцией А. Х. М. Джонса.

  • Том 1, опубликованный 2 марта 1971 года, включает 1176 страниц и содержит информацию с 260 по 395 годы;
  • Том 2, опубликованный 9 октября 1980 года, включает 1355 страниц, посвящён 395 год—527 годам;
  • Том 3, опубликованный 15 октября 1992 года состоит из двух частей (всего 1626 страниц), посвящён 527—641 годам.

В 19721974 годах Т. Барнс уточнил PLRE, добавив информацию о нескольких десятках человек.





Напишите отзыв о статье "Prosopography of the Later Roman Empire"

Примечания

  1. см. Barnes T.D. More Missing Names (A. D. 260—395) // Phoenix, vol. 27, No. 2. 1973. Pp. 135—155.

Библиография

  • [http://www.google.com/books?id=uOHw4idqAeYC&hl=ru Jones A.H.M., Martindale J.R., Morris J. The Prosopography of the Later Roman Empire: Volume I A.D. 260—395. Cambridge University Press: Cambridge, 1971.]
  • Martindale J. R. [http://www.google.com/books?id=QCIaBQTCg0IC The Prosopography of the Later Roman Empire]. — Cambridge: Cambridge University Press, 1980. — Т. II A.D. 395—527. — 1342 p. — ISBN 0 521 20159 4.
  • [http://www.google.com/books?id=fBImqkpzQPsC&hl=ru Martindale J.R. The Prosopography of the Later Roman Empire: Volume III. AD 527—641. Cambridge University Press: Cambridge, 1992.]
  • Barnes T.D. Some Persons in The Historia Augusta // Phoenix, vol. 26, 1972. Pp. 140—182.
  • Barnes T.D. More Missing Names (A. D. 260—395) // Phoenix, vol. 27, No. 2. 1973. Pp. 135—155.
  • Barnes T.D. Another Forty Missing Persons (A. D. 260—395) // Phoenix, vol. 28, No. 2. 1974. Pp. 224—233.
  • Martindale J.R. Prosopography of the Later Roman Empire: Addenda et Corrigenda to Volume I // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Vol. 29, No. 4 (4th Qtr., 1980), pp. 474—497.

Отрывок, характеризующий Prosopography of the Later Roman Empire

– Девочка, с тобой всё в порядке? – услышала я чей-то встревоженный голос.
Кто-то меня тормошил, пробуя «вернуть» в нормальное состояние, так как я видимо опять слишком глубоко «вошла» в тот другой, далёкий для остальных мир и напугала какого-то доброго человека своим «заморожено-ненормальным» спокойствием.
Вечер был таким же чудесным и тёплым, и вокруг всё оставалось точно так же, как было всего лишь какой-то час назад... только мне уже не хотелось больше гулять.
Чьи-то хрупкие, хорошие жизни только что так легко оборвавшись, белым облачком улетели в другой мир, и мне стало вдруг очень печально, как будто вместе с ними улетела капелька моей одинокой души... Очень хотелось верить, что милая девочка Катя обретёт хоть какое-то счастье в ожидании своего возвращения «домой»... И было искренне жаль всех тех, кто не имел приходящих «тётей», чтобы хоть чуточку облегчить свой страх, и кто в ужасе метался уходя в тот дугой, незнакомый и пугающий мир, даже не представляя, что их там ждёт, и не веря, что это всё ещё продолжается их «драгоценная и единственная» ЖИЗНЬ...

Незаметно летели дни. Проходили недели. Понемногу я стала привыкать к своим необычным каждодневным визитёрам... Ведь все, даже самые неординарные события, которые мы воспринимаем в начале чуть ли не как чудо, становятся обычным явлениям, если они повторяются регулярно. Вот так и мои чудесные «гости», которые в начале меня так сильно изумляли, стали для меня уже почти что обычным явлением, в которое я честно вкладывала часть своего сердца и готова была отдать намного больше, если только это могло бы кому-то помочь. Но невозможно было вобрать в себя всю ту нескончаемую людскую боль, не захлебнувшись ею и не разрушив при этом себя саму. Поэтому я стала намного осторожнее и старалась помогать уже не открывая при этом все «шлюзы» своих бушующих эмоций, а пыталась оставаться как можно более спокойной и, к своему величайшему удивлению, очень скоро заметила, что именно таким образом я могу намного больше и эффективнее помочь, совершенно при этом не уставая и тратя на всё это намного меньше своих жизненных сил.
Казалось бы, моё сердце давно должно было бы «замкнуться», окунувшись в такой «водопад» человеческой грусти и тоски, но видимо радость за наконец-то обретённый столь желанный покой тех, кому удавалось помочь, намного превышала любую грусть, и мне хотелось делать это без конца, насколько тогда хватало моих, к сожалению, всего лишь ещё детских, сил.
Так я продолжала непрерывно с кем-то беседовать, кого-то где-то искать, кому-то что-то доказывать, кого-то в чём-то убеждать, а если удавалось, кого-то даже и успокаивать…
Все «случаи» были чем-то друг на друга похожи, и все они состояли из одинаковых желаний «исправить» что-то, что в «прошедшей» жизни не успели прожить или сделать правильно. Но иногда случалось и что-то не совсем обычное и яркое, что накрепко отпечатывалось в моей памяти, заставляя снова и снова к этому возвращаться…